Vikicitaro eowikiquote https://eo.wikiquote.org/wiki/%C4%88efpa%C4%9Do MediaWiki 1.48.0-wmf.1 first-letter Aŭdvidaĵo Specialaĵo Diskuto Uzanto Uzanto-Diskuto Vikicitaro Vikicitaro-Diskuto Dosiero Dosiero-Diskuto MediaWiki MediaWiki-Diskuto Ŝablono Ŝablono-Diskuto Helpo Helpo-Diskuto Kategorio Kategorio-Diskuto TimedText TimedText talk Modulo Modulo-Diskuto Event Event talk 2 2438 53897 53891 2026-10-30T12:08:41Z RG72 415 53897 wikitext text/x-wiki {{User ru}} {{user eo-4}} </br></br></br> '''Miaj artikoloj''': == Aŭtoroj == [[Ippolit Zavaliŝin]], [[Grigorij Potanin]], [[Nikolao Ĉukmaldin]], [[Ivan Slovcov]], [[Pjotr Gorodcov]], [[Boris Ŝĉerbina]], [[Farman Salmanov]], [[Kornej Ĉukovskij]], [[Miĥail Saltikov-Ŝĉedrin]], [[Roger Bacon]], [[Marilyn Monroe]], [[Lincoln Steffens]], [[William Randolph Hearst]], [[Diogeno la Cinika]], [[Friedrich Schiller]], [[José Ortega y Gasset]], [[Marko Bruto]], [[Jean Baudrillard]], [[Saddam Hussein]], [[Zbigniew Brzeziński]], [[Deng Xiaoping]], [[Vladimir Putin]], [[Bill Clinton]], [[George H. W. Bush]], [[Lewis Mumford]], [[Marshall McLuhan]] (99%), [[Curt Sachs]], [[Wyndham Lewis]], [[Nikita Ĥruŝĉov]], [[Ivano la Terura]], [[Aleksander Herzen]], [[Gerald Ford]], [[Lyndon B. Johnson]], [[Richard Nixon]], [[Michael Jackson]], [[Madonna]], [[Marcel Duchamp]], [[Ryszard Kapuściński]], [[Eric Hoffer]] (90%), [[Elias Canetti]], [[Aleksej Navalnij]], [[Apostolo Paŭlo]], [[Ernst Röhm]], [[Karl Radek]], [[Lev Trockij]], [[Johano Kalvino]], [[Ĥusejn ibn Ali]], [[Tamerlano]], [[Stendhal]], [[Fjodor Dostojevskij]], [[Madamo de Staël]], [[Oliver Cromwell]], [[Ernest Renan]], [[Andrej Movĉan]], [[Miĥail Gorbaĉov]], [[Miĥail Ĥodorkovskij]], [[Boris Nemcov]], [[Ramzan Kadirov]], [[Sergej Magnickij]], [[Boris Jelcin]], [[Gennadij Zjuganov]], [[Pjotr Stolipin]], [[Gustav Landauer]], [[Friedrich Engels]], [[Elton Mayo]], [[François-Noël Babeuf]], [[Alfred Adler]], [[Wilhelm Reich]], [[Jacob Burckhardt]], [[Thomas Szasz]], [[Joseph McCarthy]], [[Benjamin Rush]], [[Karl Menninger]], [[T. S. Eliot]], [[Joseph-Ignace Guillotin]], [[Napoleono la 3-a]], [[Armand Jean du Plessis de Richelieu]], [[Woodrow Wilson]], [[Anthony Eden]], [[Anŭar al-Sadat]], [[Kiichi Miyazawa]], [[John Foster Dulles]], [[Klemens von Metternich]], [[Aleksandro la 1-a (Rusio)]], [[Neville Chamberlain]], [[Edward Frederick Lindley Wood]], [[Andrej Gromiko]], [[Vjaĉeslav Molotov]], [[James Monroe]], [[Aristide Briand]], [[Ngô Đình Diệm]], [[Harold Macmillan]], [[Pierre Laval]], [[Joachim von Ribbentrop]], [[Lord Palmerston]], [[Aleksandr Gorĉakov]], [[Alfred von Schlieffen]], [[Helmuth von Moltke]], [[Nikolaj Obruĉev]], [[Dean Rusk]], [[Vilhelmo la 2-a (Germana Regno)]], [[Nikolao la 2-a (Rusio)]], [[Gerald Nye]], [[Walter Millis]], [[Eyre Crowe]], [[Pjotr Durnovo]], [[Robert Arthur Talbot Gascoyne-Cecil, la tria markizo de Salisbury]], [[Douglas MacArthur]], [[Georgij Ĉiĉerin]], [[H. Freeman Mattews]], [[Isaiah Berlin]], [[Joseph E. Davies]], [[Henry M. Jackson]], [[Gustav Stresemann]], [[George F. Kennan]], [[Walter Lippmann]], [[Gamal Abdel Naser]], [[Albert Wohlstetter]], [[Nikolaj Bulganin]], [[Christian Pineau]], [[Milovan Ĝilas]], [[Joseph Chamberlain]], [[Denis William Brogan]], [[Yvon Delbos]], [[F. E. Smith, la 1-a grafo de Birkenhead]], [[Theobald von Bethmann Hollweg]], [[Nikolaj Sazonov]], [[Hans von Seeckt]], [[Harold Nicolson]], [[Robert King Merton]], [[David Lloyd George]], [[Arthur James Balfour]], [[Kurt Riezler]], [[George Canning]], [[Wilhelm Lamormaini]], [[Ferdinando la 2-a (Sankta Romia imperio)]], [[Friedrich von Gentz]], [[Sergej Vitte]], [[Nancy Pelosi]], [[Slobodan Miloŝeviĉ]], [[Lee Teng-hui]], [[Augusto Pinochet]], [[Ehud Barak]], [[Anatolij Ĉubajs]], [[Samuel P. Huntington]], [[Lee Kuan Yew]], [[Muhammad Ali Jinnah]], [[Sirimavo Bandaranaike]], [[Ali Akbar Haŝemi Rafsanĝani]], [[Yang Shangkun]], [[Carroll Quigley]], [[Muamar Kadafi]], [[Robert Roswell Palmer]], [[Christopher Dawson]], [[Fernand Braudel]], [[John Mearsheimer]], [[Lucian Pye]], [[Michael Dibdin]], [[Mahathir bin Mohamad]], [[Carlos Salinas de Gortari]], [[Sidney Mintz]], [[Ernesto Pérez Balladares]], [[Takeshi Umehara]], [[Georgij Arbatov]], [[Usama bin Laden]], [[Menaĥem Begin]], [[Anatolij Sobĉak]], [[Mahmud Ahmadineĵad]], [[Hans Morgenthau]], [[John McCain]], [[James Baker]], [[Eduard Ŝevardnadze]], [[Nicolae Ceaușescu]], [[Brent Scowcroft]], [[David Ignatius]], [[Viktor Janukoviĉ]], [[Condoleezza Rice]], [[Francis Fukuyama]], [[Ariel Ŝaron]], [[Hu Jintao]], [[Dick Cheney]], [[Madeleine Albright]], [[Jimmy Carter]], [[Cyrus Vance]], [[Robert Strausz-Hupé]], [[Wojciech Jaruzelski]], [[Georgij Ŝaĥnazarov]], [[Owen Harris]], [[Chiang Ching-kuo]], [[Pol Pot]], [[Charles Gati]], [[Justin Vaïsse]], [[Mark Kramer (politikologo)]], [[David Rothkopf]], [[Warren I. Cohen]], [[Nancy Bernkopf Tucker]], [[Robert A. Pastor]], [[William B. Quandt]], [[Robert E. Hunter]], [[Patrick Vaughan]], [[Marin Strmecki]], [[James Mann (verkisto)]], [[Adam Garfinkle]], [[Stephen Szabo]], [[Hamilton Fish Armstrong]], [[David Rockefeller]], [[Michael Dukakis]], [[Hamilton Jordan]], [[Alfred Rosenberg]], [[Friedrich Hebbel]], [[Carl Ludwig Schleich]], [[Gordon Allport]], [[James Henry Breasted]], [[Franz Alexander]], [[Carl von Clausewitz]], [[Karlo de Aŭstrio-Teŝino]], [[Maŭrico de Saksio]], [[Nikolaj Ogarkov]], [[Aleksej Konstantinoviĉ Toporkov]], [[Andrej Kokoŝin]], [[Jacques Sternberg]], [[Vance Packard]], [[Wilhelm Stapel]], [[Jacques Lacan]], [[David Simon]], [[Thomas De Quincey]], [[Steven Weinberg]], [[Jean-Pierre Dupuy]], [[Fjodor Rostopĉin]], [[Viktor Pinĉuk]], [[Robert Fico]], [[Abbé Pierre]], [[Ernst Bloch]], [[Majstro Eckhart]], [[Vasilij Semjonoviĉ Pankratov]], [[Grigorij Rasputin]], [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)]], [[Klavdija Bitner]], [[Pierre Gilliard]], [[Jegor Ligaĉov]], [[Viktor Griŝin]], [[Nikolaj Riĵkov]], [[Miĥail Solomencev]], [[Viktor Ĉebrikov]], [[Vladimir Dolgiĥ]], [[Anatolij Lukjanov]], [[Dmitrij Jazov]], [[Vladimir Ŝĉerbickij]], [[Hejdar Alijev]], [[Aleksandr Nikolajeviĉ Jakovlev]], [[Petro la 3-a (Rusio)]], [[Katerina la 2-a (Rusio)]], [[Vissarion Belinskij]], [[Timofej Granovskij]], [[Nikolao la 1-a (Rusio)]], [[Pavel Pestel]], [[Astolphe de Custine]], [[Ernst Johann von Biron]], [[Karl Brjulov]], [[Giuseppe Mazzini]], [[Vladimir Ĵirinovskij]], [[Viktor Ĉernomirdin]], [[Aleksandr Korĵakov]], [[Jegor Gajdar]], [[Grigorij Javlinskij]], [[Aleksandr Lebed]], [[Jurij Luĵkov]], [[Eduard Rossel]], [[Nikita Miĥalkov]], [[Aleksandr Proĥanov]], [[Miĥail Znamenskij]], [[Ivan Jakuŝkin]], [[Matvej Muravjov-Apostol]], [[Jevgenij Obolenskij]], [[Ivan Puŝĉin]], [[Pjotr Svistunov]], [[Jermak Timofejeviĉ]], [[Vladimir Tolstoj]], [[Aleksej Arakĉejev]], [[Aleksandr Jakuboviĉ]], [[Aleksandra Muravjova]], [[Ivan Paskeviĉ]], [[Ivan Nikolajeviĉ Tolstoj]], [[Aleksandr Nikolajeviĉ Muravjov]], [[Aleksandr Kerenskij]], [[Pavel Miljukov]], [[Aleksandr Guĉkov]], [[Georgij Lvov]], [[Nikolaj Vissarionoviĉ Nekrasov]], [[Ivan Godnev]], [[Aleksandr Manujlov]], [[Vladimir Nikolajeviĉ Lvov]], [[Fjodor Rodiĉev]], [[Andrej Ŝingarjov]], [[Sergej Turbin]], [[Aleksandro Alabjev]], [[Aleksandr Radiŝĉev]], [[Vasilij Ŝulgin]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]], [[Miĥail Lomonosov]], [[Aleksandr Sumarokov]], [[Miĥail Miĥajloviĉ Speranskij]], [[Michael Andreas Barclay de Tolly]], [[Aleksej Jermolov]], [[Pjotr Bagration]], [[Miĥail Kutuzov]], [[Aleksandr Figner]], [[Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko]], [[Pjotr Vrangel]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ Lvov]], [[Anton Denikin]], [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko]], [[Dmitrij Ivanoviĉ Ĉiĥaĉjov]], [[Aleksej Polivanov]], [[Boris Ŝtjurmer]], [[Aleksej Nikolajeviĉ Romanov]], [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)]], [[Aleksandr Stessel]], [[Viktor Sokira-Jaĥontov]], [[Grigorij Kotovskij]], [[Vera Ĥolodnaja]], [[Aleksej Brusilov]], [[Aleksandro la 3-a (Rusio)]], [[Pjotr Vannovskij]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)]], [[Lavr Kornilov]], [[Nikolaj Iudoviĉ Ivanov]], [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev]], [[Aleksej Kaledin]], [[Vladimir Suĥomlinov]], [[Vladimir Miĥajloviĉ Bezobrazov]], [[Nikolaj Januŝkeviĉ]], [[Nikolaj Vladimiroviĉ Ruzskij]], [[Miĥail Diteriĥs]], [[Nikolaj Gondatti]], [[Solomon Ĉudnovskij]], [[Adrian Siromjatnikov]], [[Aleksandr Despot-Zenoviĉ]], [[Nifont Dolgopolov]], [[Ivan Grigorjeviĉ Ŝĉeglovitov]], [[Moisej Urickij]] == Geografio == [[Tjumeno]], [[Siberio]], [[Irbito]], [[Tobolsko]], [[Niĵnevartovsko]], [[Surguto]], [[Neftejugansko]], [[Megiono]], [[Omsko]], [[Turo (rivero, Siberio)]], [[Tjumena provinco]], [[Okcidenta Siberio]], [[Svislando]], [[Romio]], [[Meksiko]], [[Eŭropo]], [[Irako]], [[Sudameriko]], [[Centra Ameriko]], [[Hispanio]], [[Ĉinio]], [[Sovetunio]], [[Pakistano]], [[Afganio]], [[Ukrainio]], [[Eŭrazio]], [[Pollando]], [[Irano]], [[Proksima Oriento]], [[Japanio]], [[Fora Oriento]], [[Centra Azio]], [[Azio]], [[Turkio]], [[Kartvelio]], [[Armenio]], [[Eŭropa Unio]], [[Uzbekio]], [[Azerbajĝano]], [[Palestino]], [[Sud-Koreio]], [[Nord-Koreio]], [[Koreio]], [[Singapuro]], [[Tajvano]], [[Orienta Azio]], [[Italio]], [[Brita imperio]], [[Belorusio]], [[Hinda oceano]], [[Kazaĥio]], [[Kaspia maro]], [[Korea milito]], [[Anglio]], [[Okcidenta Eŭropo]], [[Centra Eŭropo]], [[Orienta Eŭropo]], [[Subevoluintaj landoj]], [[Suda Usono]], [[Norda Usono]], [[Nederlando]], [[Asirio]], [[Alpoj]], [[Skota Altlando]], [[Krimeo]], [[Argentino]], [[Kaŭkazio]], [[Ĉeĉenio]], [[Vajmara respubliko]], [[Nazia Germanio]], [[Ameriko]], [[Okcidenta Germanio]], [[Masaĉuseco]], [[Jalutorovsko]], [[Germana Demokratia Respubliko]], [[Laoso]], [[Sankta Romia imperio]], [[Sud-Vjetnamio]], [[Nord-Vjetnamio]], [[Ĉeĥoslovakio]], [[Aŭstrio-Hungario]], [[Atlantiko]], [[Manika markolo]], [[Prusio]], [[Balkanio]], [[Hindoĉinio]], [[Sud-Orienta Azio]], [[Nord-Orienta Azio]], [[Dardaneloj]], [[Alzaco-Loreno]], [[Saĥaleno]], [[Kurilaj insuloj]], [[Bosnio kaj Hercegovino]], [[Rejna provinco]], [[Sankt-Peterburgo]], [[Supra Silezio]], [[Pola koridoro]], [[Germana Federacio]], [[Orienta Rumelio]], [[Sueza kanalo]], [[Manĉurio]], [[Rumanio]], [[Jugoslavio]], [[Vaŝingtono]], [[Okcidenta Usono]], [[Nord-Okcidenta Usono]], [[Malajzio]], [[Okcidenta Berlino]], [[Pacifiko]], [[Vjetnamio]], [[Kamboĝo]], [[Germana Regno]], [[Silicia Valo]], [[Wall Street]], [[Estonio]], [[Bosnio]], [[Kosovo]], [[Granda Albanio]], [[Somalio]], [[Persa golfo]], [[Sauda Arabio]], [[Niĝerio]], [[Indonezio]], [[Aŭstralio]], [[Francio]], [[Nord-Makedonio]], [[Latinameriko]], [[Respubliko Serba Krajna]], [[Subsahara Afriko]], [[Nord-Afriko]], [[Tajlando]], [[Haitio]], [[Libano]], [[Sirio]], [[Egiptio]], [[Sektoro Gazao]], [[Filipinoj]], [[Havajo]], [[Panama kanalo]], [[Pola Popola Respubliko]], [[Tomsko]], [[Jenisejo]], [[Krasnojarsko]], [[Kazano]], [[Velikij Novgorod]], [[Petrozavodsko]], [[Novgoroda gubernio]], [[Kieva Regno]], [[Konstantinopolo]], [[Nadimo]], [[Kurgano (urbo)]], [[Baltio]], [[Buĥaro]], [[Jekaterinburgo]], [[Tobolska gubernio]], [[Tugulimo]], [[Uspenka (Tjumena distrikto)]], [[Bogandinskoje]], [[Kijovo]], [[Jalutorovska distrikto (1782-1923)]], [[Juĵno-Pletnjovo]], [[Kurska gubernio]], [[Iŝima distrikto (1782-1923)]], [[Tobolo]], [[Iŝimo (rivero)]], [[Provinco de Siberiaj Kirgizoj]], [[Kujbiŝev]], [[Baraba stepo]], [[Jeniseja gubernio]], [[Bogotolo]], [[Aĉinsko]], [[Bajkalo]], [[Usolje-Sibirskoje]], [[Valdajo]], [[Kievo]], [[Odeso]], [[Zlatousto]], [[Ĉelabinsko]], [[Kurgana distrikto (1782-1923)]] == Periodoj == * [[Jarcento]], [[6-a jarcento]], [[16-a jarcento]], [[17-a jarcento]], [[18-a jarcento]], [[19-a jarcento]], [[20-a jarcento]], [[21-a jarcento]] * [[1880-aj jaroj]], [[1890-aj jaroj]] * [[1910-aj jaroj]], [[1920-aj jaroj]], [[1930-aj jaroj]], [[1950-aj jaroj]], [[1960-aj jaroj]], [[1970-aj jaroj]], [[1980-aj jaroj]], [[1990-aj jaroj]] * [[Regado de Nikolao la 2-a (Rusio)]] == Ekstera politiko == * [[Internaciaj rilatoj]], [[Ekstera politiko]], [[Internacia politiko]], [[Geopolitiko]] * [[Rilatoj de Ĉinio kaj Usono]], [[Rilatoj de Rusio kaj NATO]], [[Rilatoj de Germanio kaj Rusio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Rusio]], [[Rilatoj de Rusio kaj Usono]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Sovetunio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Japanio]], [[Rilatoj de Japanio kaj Usono]], [[Rilatoj de Eŭropa Unio kaj Usono]], [[Rilatoj de Irano kaj Usono]], [[Rilatoj de Barato kaj Ĉinio]], [[Rilatoj de Barato kaj Pakistano]], [[Rilatoj de Barato kaj Usono]], [[Rilatoj de Japanio kaj Usono]], [[Rilatoj de Japanio kaj kaj Koreio]], [[Rilatoj de Sovetunio kaj Usono]], [[Rilatoj de Azio kaj Usono]], [[Rilatoj de Rusio kaj Ukrainio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Nord-Koreio]], [[Rilatoj de Pakistano kaj Usono]], [[Rilatoj de Israelo kaj Usono]], [[Rilatoj de Irano kaj Israelo]], [[Rilatoj de Ukrainio kaj NATO]], [[Rilatoj de Sirio kaj Usono]], [[Rilatoj de Eŭropo kaj Rusio]], [[Rilatoj de Britio kaj Usono]], [[Rilatoj de Irako kaj Usono]], [[Rilatoj de Pollando kaj Rusio]] * [[Ekstera politiko de Usono]], [[Ekstera politiko de Ĉinio]], [[Ekstera politiko de Rusio]], [[Ekstera politiko de Barato]], [[Ekstera politiko de Japanio]], [[Ekstera politiko de Germanio]] * [[McMahon-linio]], [[Interkonsentoj de Oslo]], [[Truman-doktrino]], [[Konsilio pri Sekureco de Unuiĝintaj Nacioj]], [[Kapto de usonaj ostaĝoj en Irano]], [[Pactraktatoj de Camp David]], [[Vastigo de NATO]], [[Konsilio pri Nacia Sekureco de Usono]], [[Orienta Bloko]], [[Grupo de la Ok]], [[Membriĝo de Ukrainio en Eŭropa Unio]], [[Pintokunveno en Malto]], [[Triflanka Komisiono]], [[Realismo (internaciaj rilatoj)]], [[Politiko de malstreĉigo]], [[Paca kunekzistado]], [[Intertraktoj pri limigo de strategiaj armiloj]], [[Grupo de la Sep]], [[Varsovia pakto]], [[Carter-doktrino]], [[Realpolitiko]], [[Kolektiva sekureco]], [[Unuigo de Germanio]], [[Unuiĝintaj Nacioj]], [[Povekvilibro]], [[Memdeterminado]], [[Viena kongreso]], [[Jalta konferenco]], [[Potsdama konferenco]], [[Doktrino de Monroe]], [[Izolismo]], [[Ekspansiismo]], [[Evidenta destino]], [[Kuba misila krizo]], [[NATO]], [[Versajla traktato]], == Ekonomio == [[Financo]], [[Okcidentsiberia naftogasa komplekso]], [[Fervojo]], [[Internacia Mona Fonduso]], [[Monda Banko]], [[Financa krizo de 2008]], [[Ekonomio]], [[Infrastrukturo]], [[Produktado]], [[Superbazaro]], [[Aĉetcentro]], [[Transporto]], [[Usona dolaro]], [[Eŭro]], [[Inflacio]], [[Valuto]], [[Industrio]], [[Baza enspezo]], [[Merkato]], [[Ekonomiaj sankcioj]], [[Akcia kompanio]], [[Planita ekonomio]], [[Ekonomio de Japanio]], [[Ekonomio de Usono]], [[Merkata ekonomio]], [[Turismo]], [[Reklamo]], [[Granda Depresio]], [[Varomarko]], [[Produktadrimedoj]], [[Produktiveco]], [[Rento]], [[Aĉetado]], [[Ekfirmao]], [[Nordamerika Liberkomerca Interkonsento]], [[Buŝehra atomstacio]], [[Ekonomio de Ĉinio]], [[Ekonomio de Rusio]], [[Financa krizo en Rusio (1998)]], [[Ŝtata kapitalismo]], [[Privata posedo]], [[Politika ekonomiko]], [[Produktivaj fortoj]], [[AvtoVAZ]], [[Fabriko]], [[Salproduktado]], [[Familio Kolmakov (negocistoj)]] == Milito == [[Nuklea milito]], [[Hispana Enlanda milito]], [[Golfa milito]], [[Afgana milito (1979-1989)]], [[Milito en Afganio (2001-2021)]], [[Dua mondmilito]], [[Malvarma milito]], [[Milito kontraŭ terorismo]], [[Unua mondmilito]], [[Totala milito]], [[Napoleonaj militoj]], [[Usona Enlanda milito]], [[Vjetnama milito]], [[Franca-Prusa milito]], [[Donbasa milito]], [[Milito de Jom Kippur]], [[Rusa-japana milito]], [[Dua itala-etiopa milito]], [[Krimea milito]], [[Rusa-turka milito (1877-1878)]], [[Tria mondmilito]], [[Kosova milito]], [[Tridekjara milito]], [[Bosnia milito]], [[Bombado de Jugoslavio fare de NATO]], [[Kroata milito]], [[Invado de Irako al Kuvajto]], [[Libana milito de 1982]], [[Libana enlanda milito]], [[Irana-iraka milito]], [[Barata-pakistana milito de 1965]], [[Invado al Ĉeĥoslovakio (1968)]], [[Unua milito en Ĉeĉenio]], [[Sestaga milito]], [[Kamboĝa-Vjetnama milito]], [[Ogadena milito]], [[Bombado de Irako en 1998]], [[Tet-ofensivo]], [[Liberiga Armeo de Kosovo]], [[Militarismo]], [[Naziaj koncentrejoj]], [[Invado de Rusio en Ukrainion (2022)]], [[Mongola invado al Rusio]], [[Patriota Milito de 1812]], [[Januara ribelo]], [[Armitaj Fortoj de Rusio]], [[Milito de la Sesa Koalicio]], [[Venkotago]], [[Dua milito en Ĉeĉenio]], [[Militsetlejoj]], [[Rekrutigo]], [[Ulano]], [[Batalo de Borodino]], [[Oficiro]], [[Volontula Armeo]], [[Evakuado de Odeso (1920)]], [[Evakuado de Krimeo]], [[Rusia Enlanda milito]], [[Rusia Imperiestra Armeo]], [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo]], [[Granda Retreto (Rusio)]], [[Brusilov-ofensivo]], [[Batalo de Galicio]], [[Ĉeĥa Taĉmento]], [[Tranĉea milito]], [[Manovra milito]], [[Tutrusia Zemstva Unio]] == Nukleaj armiloj == [[Nuklea armilo]], [[Atombombo]], [[Amasdetrua armilo]], [[Nuklea milito]], [[Nuklearmila konkuro]], [[Nuklea programo de Nord-Koreio]], [[Nuklea programo de Pakistano]], [[Nuklea programo de Barato]], [[Nuklea testo]], [[Nuklea programo de Sud-Afriko]], [[Nuklea programo de Irano]], [[Usona kontraŭmisila defendo en Centra kaj Orienta Eŭropo]], [[Programo de Nunn — Lugar]], [[Nuklea programo de Israelo]], [[Traktato kontraŭ pliigo de atomarmiloj]], [[Nuklea armilaro de Usono]] == Etnoj kaj nacioj == [[Ĥoĥol]], [[Judoj]], [[Hispanoj]], [[Rusoj]], [[Italoj]], [[Japanoj]], [[Araboj]], [[Armenoj]], [[Grekoj]], [[Azeroj]], [[Ĝermanoj]], [[Germanoj]], [[Slavoj]], [[Puebloj]], [[Albanoj]], [[Sudetaj germanoj]], [[Araba mondo]], [[Francoj]], [[Nederlandanoj]], [[Angloj]], [[Svisoj]], [[Arandoj]], [[Indianoj]], [[Ĉinoj]], [[Transmaraj ĉinoj]], [[Usonaj judoj]], [[Usonaj poloj]], [[Tataroj]], [[Marioj]], [[Udmurtoj]], [[Ĉuvaŝoj]], [[Komioj]], [[Rusiaj germanoj]], [[Latvoj]], [[Estonoj]], [[Baltaj germanoj]], [[Kaŭkaziaj germanoj]], [[Judoj en Uralo]], [[Siberianoj]], [[Mordvoj]], [[Ukrainoj en Siberio]], [[Judoj en Siberio]], [[Siberiaj tataroj]], [[Burjatoj]], [[Kontraŭjudaj pogromoj en la Rusia imperio]], [[Judoj en Rusio]] == Psikologio == [[Neŭrozo]], [[Psikologio]], [[Psikopatologio]], [[Nekonscio]], [[Arketipo]], [[Psiko]], [[Komplekso (psikologio)]], [[Trikstero]], [[Neŭrastenio]], [[Psikoterapio]], [[Ekstravertiteco — introvertiteco]], [[Histerio]], [[Komforto]], [[Anksio]], [[Memkonscio]], [[Fatala virino]], [[Narcisismo]], [[Individuismo]], [[Nostalgio]], [[Ekstazo]], [[Fetiĉismo]], [[Paranojo]], [[Skizofrenio]], [[Malkontento]], [[Entuziasmo]], [[Sinofero]], [[Melankolio]], [[Indiferenteco]], [[Psikanalizo]], [[Ekzaltiĝo]], [[Fremdiĝo]], [[Konformismo]], [[Mensa sano]], [[Eŭforio]], [[Masoĥismo]], [[Sadismo]], [[Piromanio]], [[Psikiatria hospitalo]], [[Nekonformismo]], [[Obsedo]], [[Halucino]], [[Paralizo]], [[Megalomanio]], [[Apatio]], [[Psikiatrio]], [[Ŝoko]], [[Virineco]], [[Vireco]], [[Paniko]], [[Kolektivismo]], [[Elreviĝo]], [[Kulposento]], [[Dresado]], [[Simulado]], [[Estimo]] (90%), [[Nobleco]], [[Fascino]], [[Malrespekto]], [[Malamikeco]], [[Obstino]], [[Plezuro]] (90%), [[Agreso]], [[Dominado]], [[Rolo]], [[Subkonscio]], [[Personeco]], [[Indigno]], [[Logoterapio]], [[Identigo (psikologio)]], [[Mortoinstinkto]], [[Anusa karaktero]], [[Seksa ekscitiĝo]], [[Puremo]], [[Supermio]], [[Sonĝointerpretado]], [[Infana psikologio]], [[Emocia kontaĝo]], [[Frua infanaĝo]], [[Repuŝado (psikologio)]], [[Afekcio]], [[Rezistado (psikologio)]], [[Cenzuro (psikanalizo)]], [[Traŭmato (psikologio)]], [[Seksa bremsado]], [[Religia ekscitiĝo]], [[Sekslogo]], [[Depresio]], [[Anksia neŭrozo]], [[Neŭrozo de senlaborulo]], [[Obseda-kompulsia malsano]], [[Kastrotimo]] == Filozofio == [[Simbolo]], [[Realo]], [[Mito]], [[Idealismo]], [[Sentimentaleco]], [[Maljusteco]], [[Senso]], [[Teozofio]], [[Spiritismo]], [[Signifo]], [[Utopio]] (99%), [[Racio]] (99%), [[Raciismo]], [[Simulakro]], [[Ekzistado]], [[Destino]], [[Relativismo]], [[Empiriismo]], [[Pozitivismo]], [[Skeptikismo]], [[Vivosenco]], [[Eroto (filozofio)]], [[Majstro Eckhart]], [[Okcidentemo]] == Religio == [[Kristnasko]], [[Maria (patrino de Jesuo)]], [[Iziso]], [[Islama fundamentismo]], [[Islama mondo]], [[Islamismo]], [[Ikono]], [[Ortodoksismo]], [[Ikonoklasmo]], [[Ŝijaismo]], [[Eliro (historia evento)]], [[Katolika Eklezio]], [[Prapeko]], [[Malnova Testamento]], [[Pilgrimado]], [[Lasta Juĝo]], [[Ĝihado]], [[Nekredanto]], [[Reformacio]], [[Protestantismo]], [[Ĉasado de sorĉistinoj]], [[Eva]], [[Komunio]], [[Postmorto]], [[Transa mondo]], [[Horoskopo]], [[Fundamentismo]], [[Senmorteco]], [[Monaĥejo]], [[Ordeno (religio)]], [[Mesiismo]], [[Mesio]], [[Idolismo]], [[Idolo]], [[Promesita Lando]], [[Aŝuro]], [[Ĉiela Regno]], [[Resurekto]], [[Resurekto de Jesuo]], [[Rito]], [[Propeka kapro]], [[Herezo]], [[Magio]], [[Totemo]], [[Kontraŭreformacio]], [[Ŝamano]], [[Konfuceismo]], [[Monoteismo]], [[Dio Patro]], [[Inkvizicio]], [[Islama renaskiĝo]], [[Islama Frataro]], [[Krucifikso]], [[Religia maltoleremo]], [[Cirkumcido]], [[Totemismo]], [[Levido]], [[Javeo]], [[Heksateŭko]], [[Interligo (Biblio)]], [[Evangelio]], [[Alaho]], [[Sankteco]], [[Politeismo]], [[Atono]], [[Reenkarniĝo]], [[Senpeka koncipo de Jesuo]], [[Asketismo]], [[Rusa Ortodoksa Eklezio]], [[Katedralo de Kristo Savinto]], [[Luteranismo en Rusio]], [[Kieva-Peĉjora monaĥejo]] == Libroj == [[La granda ŝaktabulo]], [[La elekto: tutmonda dominado aŭ tutmonda gvidado]], [[Strategia vizio: Usono kaj la krizo de tutmonda potenco]], [[Ĉu Usono bezonas eksteran politikon?: Al diplomatio de la 21-a jarcento]], [[La ribelo de la amasoj]], [[Unuetaĝa Usono]], [[Kontraŭstaro inter Civilizacioj]], [[Usono kaj la mondo: Konversacioj pri la estonteco de la ekstera politiko de Usono]], [[Zbig: La strategio kaj politiko de Zbigniew Brzeziński]], [[Konfeso pri difinita temo]], [[Provincano]], [[Rusio kaj la mondo. Nova epoko. 12 jaroj, kiuj povos ŝanĝi ĉion]], [[Amasa psikologio de faŝismo]], [[La doktoro kaj la animo]], [[Sonĝointerpretado (Freud)]], [[Estonteco de unu iluzio]], [[Malkontenteco pri la kulturo]], [[La homo Moseo kaj la monoteisma religio]], [[Kial milito?]], [[Makbeto]], [[La anatomio de homa detruemo]], [[Fuĝo for de libereco]], [[La socio de konsumado]], [[Simulakroj kaj simulaĵoj]], [[En la ombro de la silentema plejmulto]], [[La travidebleco de malbono]], [[La Golfa milito ne okazis]], [[La agonio de povo]], [[La fatalaj strategioj]], [[La sistemo de aĵoj]], [[Kontribuo al kritiko de la politika ekonomiko de signo]], [[La jaro de revado danĝera]], [[La plago de fantazioj]], [[Ekonomiaj kaj filozofiaj manuskriptoj je 1844]], [[Kontribuo al kritiko de politika ekonomiko]], [[Kritiko de la Hegela Jurfilozofio]], [[La Kapitalo]], [[Artikoloj de Aleksander Herzen]], [[Lekcioj kaj paroladoj de Erich Fromm]], [[Koncepto de la homo ĉe Karolo Markso]], [[El Siberio]], [[Leteroj de Anton Ĉeĥov]], [[Kaŝĉej-ĉeno]], [[Pri evoluo de la revoluciaj ideoj en Rusio]], [[Pensoj pri la Februara revolucio]], [[Lando de ekzilo: de Osa ĝis Irkutsko]], [[Oktobra manifesto]], [[Punlaboro kaj vagabondoj de Siberio]], [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 1–2)]], [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 3–4)]] == Kulturo == [[Holivudo]], [[Filmo]], [[Renesanco]], [[Kino]], [[Televido]], [[Radio]], [[Bildliteraturo]], [[Klaŭno]], [[Akrobato]], [[Striptizo]], [[Kubismo]], [[Amaskomunikilo]], [[Propagando]], [[Pentrado]], [[Ludo]], [[Ĵazo]], [[Humpty Dumpty]], [[Disneyland]], [[Modo]], [[Ceremonio]], [[Estetiko]], [[Superrealismo]], [[Poparto]], [[Centro Georges Pompidou]], [[Kiĉo]], [[Dadaismo]], [[Maskerado]], [[Papiruso]], [[Alfabeto]], [[Litero]], [[Skulptaĵo]], [[Dirigento]], [[Televidserio]], [[Orkestro]], [[Ĥoro]], [[Multkulturismo]], [[Universalismo]], [[Ĉina civilizacio]], [[Kultura imperiismo]], [[Dramo]], [[Rusa literaturo]], [[Jarmilo de Rusio]], [[Forkapto de la fianĉino]], [[Rusa kuirarto]], [[Rusa popola kanto]] == Revolucioj == [[Kontraŭrevolucio]], [[Oktobra revolucio]], [[Franca revolucio de 1789]], [[Rusia revolucio de 1905]], [[Hungara revolucio de 1956]], [[Seksa revolucio]], [[Usona revolucio]], [[Irana revolucio]], [[Franca revolucio de 1848]], [[Decembristoj en Jalutorovsko]], [[Decembristoj en Tobolsko]], [[Februara revolucio]], [[Abdiko de Nikolao la 2-a]], [[Abdiko de Miĥail Aleksandroviĉ]], [[Petrograda Soveto]] == Lingvoj == [[Araba lingvo]], [[Ĉina lingvo]], [[Plurlingveco]], [[Sakraĵo]], [[Siberia parolmaniero]], [[Lingvolernado]], [[Suda dialektaro de la rusa lingvo]] == Araba-israela konflikto == [[Araba-israela konflikto]], [[Organizaĵo por Liberigo de Palestino]], [[Intifado]], [[Hamaso]], [[Fataho]], [[Sueza krizo]], [[Interkonsentoj de Oslo]], [[Madrida konferenco (1991)]], [[Sestaga milito]], [[Milito de Jom Kippur]] == Temoj == [[Ekologio]], [[Nuklea akcidento de Ĉernobilo]], [[Komunista Partio de Sovetunio]], [[Nafto]], [[Geologio]], [[Burokratio]], [[Vodko]], [[Fotografio]], [[Oriento]], [[Okcidenta civilizo]], [[Problemo]], [[Plenkreskulo]], [[Pedagogio]], [[Katastrofo]], [[Epidemio]], [[Bolŝevismo]], [[Junulino]], [[Prahistorio]], [[Poeto]], [[Kolektivo]], [[Alkoholismo]], [[Sinmortigo]], [[Ora epoko]], [[Aristokratio]], [[Plebo]], [[Absolutismo]], [[Urboŝtato]], [[Arkeologio]], [[Tekniko]], [[Burĝo]], [[Demagogio]], [[Liberalismo]], [[Marksismo]], [[Politika dekstro]], [[Politika maldekstro]], [[Publika opinio]], [[Intelektulo]], [[Aŭto]], [[Informo]], [[Tutmondiĝo]], [[Diskriminacio]], [[Teroro]], [[Atencoj de la 11-a de septembro 2001]], [[Disfalo de Sovetunio]], [[Konsumismo]], [[Talibano]], [[Socia malegaleco]], [[Amasa kulturo]], [[Kontraŭusonismo]], [[Al-Kaido]], [[Studento]], [[Usona Kongreso]], [[Haveno]], [[Elito]], [[Traktato]], [[Valso]], [[Elektro]], [[Komunikado]] (99%), [[Skribo]] (99%), [[Parolo]] (99%), [[Telefono]] (99%), [[Aviado]], [[Telegrafo]], [[Presado]], [[Novaĵo]], [[Specialisto]], [[Tuŝo]], [[Mesaĝo]], [[Letero]], [[Nudeco]], [[Tribo]], [[Aŭtomatigo]], [[Feŭdismo]], [[Eldonado]], [[Vidado]] (99%), [[Aŭdo]] (99%), [[Stomatologio]], [[Nerva sistemo]], [[Amuzo]], [[Vojo]], [[Poŝto]], [[Redaktoro]], [[Tajpilo]], [[Sekretario]], [[Korpo]], [[Nomado]], [[Slumo]], [[Sago]], [[Kamparo]], [[Narciso]], [[Mezepoko]], [[Migrado]], [[Maŝino]], [[Centralizismo]], [[Biciklo]], [[Fusilo]], [[Perspektivo]], [[Bordelo]], [[Vokvirino]], [[Raso]], [[Invento]], [[Ideologio]], [[Mongolaj invadoj kaj konkeroj]], [[Slavofilismo]], [[Ostaĝo]], [[Subjekto]], [[Teritorio]], [[Evento]], [[Pornografio]], [[Manipulado de la amasoj]], [[Sekseco]], [[Atenco]], [[Vetludo]], [[Nuklea centralo]], [[Majo de 1968 (Francio)]], [[Klonado]], [[Implozio]], [[Ofero]] (90%), [[Socia sekso]] (90%), [[Konsumado]], [[Handikapo]], [[Respondeco]] (90%), [[Ĉantaĝo]], [[Snobo]], [[Orgio]], [[Aĵo]], [[Masko]], [[Naziismo]], [[Doktrino]] (90%), [[Radikalismo]], [[Kariero]], [[Ribelo]] (90%), [[Elmigrado]], [[Cionismo]], [[Totalismo]], [[Reformo]], [[Reakcio (politiko)]], [[Ŝovinismo]], [[Geto]], [[Koloniismo]], [[Ŝtatoficisto]], [[Konkurenco]], [[Linĉado]], [[Superecismo]], [[Ekzilo]], [[Impotenteco]], [[Soldato]] (90%), [[Uniformo]], [[Stalinismo]], [[Tajpinga ribelo]], [[Misiismo]], [[Modernigo]], [[Malnova reĝimo]], [[Klerismo]], [[Organizaĵo]], [[Ĥaoso]], [[Eksterlandano]], [[Grego]], [[Detruado]], [[Distanco]], [[Fajro]] (90%), [[Arbaro]] (90%), [[Maro]] (90%), [[Ŝtonumado]], [[Kondamno]], [[Bruligado sur ŝtiparo]], [[Postvivado]], [[Predo]], [[Fuĝo]], [[Incendio]], [[Danĝero]], [[Minaco]], [[Ekzekuto]], [[Ekzekutisto]], [[Genuado]], [[Ŝipestro]], [[Digo]], [[Venĝo]], [[Murdo]], [[Ekskremento]], [[Mortinto]] (90%), [[Malrapideco]], [[Kaŭrado]], [[Sidado]], [[Starado]], [[Kuŝado]], [[Piramido]], [[Insekto]], [[Aresto]], [[Faŭko]], [[Malpermeso]] (90%), [[Triumfo]], [[Procesio]], [[Kreskado]], [[Ĥako]], [[Areno]], [[Montogrimpado]], [[Matadoro]], [[Fingro]] (90%), [[Lanco]], [[Metalo]], [[Slogano]], [[Oratoro]], [[Rajdado]], [[Deputito]], [[Voĉdono]], [[Jura imuneco]], [[Piedsigno]], [[Atako]] (90%), [[Bebo]], [[Entombigo]], [[Klano]], [[Sekalo]], [[Batalkampo]], [[Batalo]] (90%), [[Krio]] (90%), [[Posteulo]], [[Praulo]], [[Tombejo]], [[Kortego]], [[Pridemandado]], [[Demando]], [[Ponardo]], [[Parlamento]], [[Kasto]], [[Socia klaso]], [[Konspiro]], [[Bacilo]], [[Mikrobo]], [[Spermo]], [[Limo]] (90%), [[Ekbruligo]], [[Manifestacio]], [[Striko]], [[Formikejo]], [[Krucumado]], [[Terapio]], [[Paŝtisto]], [[Konskripcio]], [[Seĝo]], [[Indiĝeno]], [[Fortikaĵo]], [[Trupo]], [[Gardisto]], [[Ujo]], [[Argilo]], [[Sceptro]], [[Heroo]], [[Unueca Rusio]], [[Koloraj revolucioj]], [[Geja Fiero]], [[Cenzuro]], [[Rusofobio]], [[Islama Ŝtato]], [[Volontulo]], [[Bonfarado]], [[Enmigrado]], [[Rifuĝinto]], [[Kultura asimilado]], [[Jabloko]], [[Homofobio]], [[Monumento]], [[Pussy Riot]], [[Identeco]], [[Incesto]], [[Universala voĉdonrajto]], [[Roboto]], [[Erotiko]], [[Konversacio]], [[Kreado]], [[Patriarkeco]], [[Matriarkeco]], [[Meza klaso]], [[Interŝanĝo]], [[Laceco]], [[Aŭtoritatismo]], [[Judo-kristana paradigmo]], [[Administranto]], [[Floro]] (pli ol 50%), [[Prestiĝo]], [[Nuntempa arto]], [[Administrado]], [[Realismo]], [[Manifesto de la Komunista Partio]], [[Malkonfido]], [[Kontraŭfaŝismo]], [[Monopolo]] (90%), [[Socia adaptiĝo]], [[Stimulo]], [[Senhelpeco]], [[Luteranismo]], [[Munkena interkonsento]], [[Energio]], [[Moderna epoko]], [[Malcentralizado]], [[Feliĉa fino]], [[Mickey Mouse]], [[Pejzaĝo]], [[Anuso]], [[Demenco]], [[Malliberigo]], [[Kanibalo]], [[Senkulpeco]], [[Fumado]], [[Lojaleco]], [[Dreyfus-skandalo]], [[Droga dependeco]], [[Damaĝo]], [[Ligo de Nacioj]], [[Ligo de Arabaj Ŝtatoj]], [[Berlina muro]], [[Nacia intereso]], [[Gerilo]], [[Intertraktoj]], [[Pakto Ribbentrop-Molotov]], [[Intermilita periodo]], [[Traktato de Rapallo (1922)]], [[Traktatoj de Lokarno]], [[Aŭgusta puĉo]], [[Imperiestro]], [[Disigo de povoj]], [[Berlina krizo (1961)]], [[Sankta Alianco]], [[Mein Kampf]], [[Anschluss]], [[Wilsonismo]], [[Sociala asekuro]], [[Habsburgoj]], [[Mobilizado]], [[Perestrojko]], [[Glasnost]], [[Partnereco por paco]], [[Radio Libera Eŭropo/Radio Libero]], [[Titoismo]], [[Germana naciismo]], [[Dispartigoj de Pollando-Litovio]], [[Reparacio]], [[Antikominterna pakto]], [[Unua maroka krizo]], [[Triopa Entento]], [[Neŭtraleco]], [[Superpotenco]], [[Mararmeo]], [[Maginot-linio]], [[Fekundindico]], [[Traktato de Brest-Litovsk]], [[Publikaj rilatoj]], [[Pariza paca konferenco]], [[Okupado de baltaj landoj]], [[Strategio]], [[Araba naciismo]], [[Domino-teorio]], [[Eŭropa koncerto]], [[Orienta Demando]], [[Curzon-linio]], [[Spionservo]], [[Iredentismo]], [[Taktiko]], [[Novkonservativismo]], [[Konfrontiĝo]], [[Jingoismo]], [[Konservisma Partio (Britio)]], [[Whigs]], [[Malarmado]], [[Kontraŭkomunismo]], [[Alianco]], [[Prezidanto de Usono]], [[Berlina kongreso]], [[Poliomjelito]], [[Amendo de Jackson–Vanik]], [[Lobiado]], [[Monda registaro]], [[Politiko de detenado]], [[Misilo]], [[Usona Departemento de Ŝtato]], [[Hallstein-doktrino]], [[Pakto Briand-Kellogg]], [[Tutgermanismo]], [[Germanigo]], [[Sinplenumanta profetaĵo]], [[Vestfalia paco]], [[Suvereneco]], [[Interna politiko]], [[Reciproke garantiita neniigo]], [[Strategia Defenda Iniciato]], [[Interkonsento de Rambouillet]], [[Reunuiĝo de Koreio]], [[Kanajla ŝtato]], [[Kontraŭmisila defendo]], [[Rasapartigo]], [[Kompromiso]], [[Jackson-demokratio]], [[Protestoj sur placo Tian An Men]], [[Oligarĥio]], [[Malalta klaso]], [[Internacia juro]], [[Etna purigado]], [[Okcidentigo]], [[Nacia ŝtato]], [[Liberala demokratio]], [[Indiĝenigo]], [[Genocido]], [[Postkoloniismo]], [[Kontraŭokcidentismo]], [[Ksenofobio]], [[Demografio]], [[Dinastio Qing]], [[Hizbulaho]], [[Industriigo]], [[CIA]], [[Islama terorismo]], [[Virinaj rajtoj]], [[Solidareco (Pollando)]], [[Armitaj Fortoj de Usono]], [[Disfalo de Jugoslavio]], [[Usona malliberejo en Guantanamo]], [[Pensofabriko]], [[Universitato Harvard]], [[Sovetologio]], [[Rusa naciismo]], [[Annus mirabilis]], [[Nacisocialisma Germana Laborista Partio]], [[Flago de Nazia Germanio]], [[Seksorganoj]], [[Fekaĵo]], [[Menstruo]], [[Flarsenso]], [[Dupiedismo]], [[Senhejma infano]], [[Interrompita koito]], [[Trajno]], [[Nokta enurezo]], [[Ekzogamio]], [[Kastro]], [[Eta burĝo]], [[Agrikulturisto]], [[Socialdemokratio]], [[Scienca rasismo]], [[Antikva Grekio]], [[Hetajro]], [[Moralismo]], [[Svastiko]], [[Staĥanov-movado]], [[Milito kontraŭ narkotikaĵoj]], [[Transloĝiĝo al Siberio]], [[Vagabondo]], [[Ekzilo al Siberio]], [[Poloj en Rusio]], [[Siberia landvojo]], [[Tajgo]], [[Veturigisto]], [[Punlaboro en Siberio]], [[Kontraŭalkohola kampanjo en Sovetunio]], [[Domo de Ipatjev]], [[Politburoo de la Centra Komitato de la Komunista Partio de Sovetunio]], [[Aparatulo]], [[Supera Soveto de Sovetunio]], [[Plurpartiismo]], [[Onidiro]], [[Kazana Universitato]], [[Akuzo]], [[Rusia nobelaro]], [[Filistreco]], [[Rusa kampara komunumo]], [[Falanstero]], [[Nuligo de servutismo en Rusio]], [[Caro]], [[Romanovoj]], [[Registaro de Rusio]], [[Historio de Rusio]], [[Filozofo]], [[Reprezenta demokratio]], [[Prezidenta oficperiodo de Boris Jelcin]], [[Ŝtata Dumao]], [[Kotono]], [[Teo en Rusio]], [[Transportado de malliberuloj en la Rusia imperio]], [[Vaporŝipo]], [[Homa stampado]], [[Kurgano]], [[Omska fortikaĵo]], [[Pelmenoj]], [[Pramo]], [[Fuĝoj de malliberuloj el Siberio]], [[Drinkejo]], [[Gazetarlibereco]], [[Servutismo en Rusio]], [[Framasonoj en Rusio]], [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)]], [[Rusa intelektularo]], [[Pediko]], [[Tifo]], [[Gvatado]] mmu7n7esqb2elu7xew5mu9jh83e6bk6 53911 53897 2026-10-30T14:11:16Z RG72 415 53911 wikitext text/x-wiki {{User ru}} {{user eo-4}} </br></br></br> '''Miaj artikoloj''': == Aŭtoroj == [[Ippolit Zavaliŝin]], [[Grigorij Potanin]], [[Nikolao Ĉukmaldin]], [[Ivan Slovcov]], [[Pjotr Gorodcov]], [[Boris Ŝĉerbina]], [[Farman Salmanov]], [[Kornej Ĉukovskij]], [[Miĥail Saltikov-Ŝĉedrin]], [[Roger Bacon]], [[Marilyn Monroe]], [[Lincoln Steffens]], [[William Randolph Hearst]], [[Diogeno la Cinika]], [[Friedrich Schiller]], [[José Ortega y Gasset]], [[Marko Bruto]], [[Jean Baudrillard]], [[Saddam Hussein]], [[Zbigniew Brzeziński]], [[Deng Xiaoping]], [[Vladimir Putin]], [[Bill Clinton]], [[George H. W. Bush]], [[Lewis Mumford]], [[Marshall McLuhan]] (99%), [[Curt Sachs]], [[Wyndham Lewis]], [[Nikita Ĥruŝĉov]], [[Ivano la Terura]], [[Aleksander Herzen]], [[Gerald Ford]], [[Lyndon B. Johnson]], [[Richard Nixon]], [[Michael Jackson]], [[Madonna]], [[Marcel Duchamp]], [[Ryszard Kapuściński]], [[Eric Hoffer]] (90%), [[Elias Canetti]], [[Aleksej Navalnij]], [[Apostolo Paŭlo]], [[Ernst Röhm]], [[Karl Radek]], [[Lev Trockij]], [[Johano Kalvino]], [[Ĥusejn ibn Ali]], [[Tamerlano]], [[Stendhal]], [[Fjodor Dostojevskij]], [[Madamo de Staël]], [[Oliver Cromwell]], [[Ernest Renan]], [[Andrej Movĉan]], [[Miĥail Gorbaĉov]], [[Miĥail Ĥodorkovskij]], [[Boris Nemcov]], [[Ramzan Kadirov]], [[Sergej Magnickij]], [[Boris Jelcin]], [[Gennadij Zjuganov]], [[Pjotr Stolipin]], [[Gustav Landauer]], [[Friedrich Engels]], [[Elton Mayo]], [[François-Noël Babeuf]], [[Alfred Adler]], [[Wilhelm Reich]], [[Jacob Burckhardt]], [[Thomas Szasz]], [[Joseph McCarthy]], [[Benjamin Rush]], [[Karl Menninger]], [[T. S. Eliot]], [[Joseph-Ignace Guillotin]], [[Napoleono la 3-a]], [[Armand Jean du Plessis de Richelieu]], [[Woodrow Wilson]], [[Anthony Eden]], [[Anŭar al-Sadat]], [[Kiichi Miyazawa]], [[John Foster Dulles]], [[Klemens von Metternich]], [[Aleksandro la 1-a (Rusio)]], [[Neville Chamberlain]], [[Edward Frederick Lindley Wood]], [[Andrej Gromiko]], [[Vjaĉeslav Molotov]], [[James Monroe]], [[Aristide Briand]], [[Ngô Đình Diệm]], [[Harold Macmillan]], [[Pierre Laval]], [[Joachim von Ribbentrop]], [[Lord Palmerston]], [[Aleksandr Gorĉakov]], [[Alfred von Schlieffen]], [[Helmuth von Moltke]], [[Nikolaj Obruĉev]], [[Dean Rusk]], [[Vilhelmo la 2-a (Germana Regno)]], [[Nikolao la 2-a (Rusio)]], [[Gerald Nye]], [[Walter Millis]], [[Eyre Crowe]], [[Pjotr Durnovo]], [[Robert Arthur Talbot Gascoyne-Cecil, la tria markizo de Salisbury]], [[Douglas MacArthur]], [[Georgij Ĉiĉerin]], [[H. Freeman Mattews]], [[Isaiah Berlin]], [[Joseph E. Davies]], [[Henry M. Jackson]], [[Gustav Stresemann]], [[George F. Kennan]], [[Walter Lippmann]], [[Gamal Abdel Naser]], [[Albert Wohlstetter]], [[Nikolaj Bulganin]], [[Christian Pineau]], [[Milovan Ĝilas]], [[Joseph Chamberlain]], [[Denis William Brogan]], [[Yvon Delbos]], [[F. E. Smith, la 1-a grafo de Birkenhead]], [[Theobald von Bethmann Hollweg]], [[Nikolaj Sazonov]], [[Hans von Seeckt]], [[Harold Nicolson]], [[Robert King Merton]], [[David Lloyd George]], [[Arthur James Balfour]], [[Kurt Riezler]], [[George Canning]], [[Wilhelm Lamormaini]], [[Ferdinando la 2-a (Sankta Romia imperio)]], [[Friedrich von Gentz]], [[Sergej Vitte]], [[Nancy Pelosi]], [[Slobodan Miloŝeviĉ]], [[Lee Teng-hui]], [[Augusto Pinochet]], [[Ehud Barak]], [[Anatolij Ĉubajs]], [[Samuel P. Huntington]], [[Lee Kuan Yew]], [[Muhammad Ali Jinnah]], [[Sirimavo Bandaranaike]], [[Ali Akbar Haŝemi Rafsanĝani]], [[Yang Shangkun]], [[Carroll Quigley]], [[Muamar Kadafi]], [[Robert Roswell Palmer]], [[Christopher Dawson]], [[Fernand Braudel]], [[John Mearsheimer]], [[Lucian Pye]], [[Michael Dibdin]], [[Mahathir bin Mohamad]], [[Carlos Salinas de Gortari]], [[Sidney Mintz]], [[Ernesto Pérez Balladares]], [[Takeshi Umehara]], [[Georgij Arbatov]], [[Usama bin Laden]], [[Menaĥem Begin]], [[Anatolij Sobĉak]], [[Mahmud Ahmadineĵad]], [[Hans Morgenthau]], [[John McCain]], [[James Baker]], [[Eduard Ŝevardnadze]], [[Nicolae Ceaușescu]], [[Brent Scowcroft]], [[David Ignatius]], [[Viktor Janukoviĉ]], [[Condoleezza Rice]], [[Francis Fukuyama]], [[Ariel Ŝaron]], [[Hu Jintao]], [[Dick Cheney]], [[Madeleine Albright]], [[Jimmy Carter]], [[Cyrus Vance]], [[Robert Strausz-Hupé]], [[Wojciech Jaruzelski]], [[Georgij Ŝaĥnazarov]], [[Owen Harris]], [[Chiang Ching-kuo]], [[Pol Pot]], [[Charles Gati]], [[Justin Vaïsse]], [[Mark Kramer (politikologo)]], [[David Rothkopf]], [[Warren I. Cohen]], [[Nancy Bernkopf Tucker]], [[Robert A. Pastor]], [[William B. Quandt]], [[Robert E. Hunter]], [[Patrick Vaughan]], [[Marin Strmecki]], [[James Mann (verkisto)]], [[Adam Garfinkle]], [[Stephen Szabo]], [[Hamilton Fish Armstrong]], [[David Rockefeller]], [[Michael Dukakis]], [[Hamilton Jordan]], [[Alfred Rosenberg]], [[Friedrich Hebbel]], [[Carl Ludwig Schleich]], [[Gordon Allport]], [[James Henry Breasted]], [[Franz Alexander]], [[Carl von Clausewitz]], [[Karlo de Aŭstrio-Teŝino]], [[Maŭrico de Saksio]], [[Nikolaj Ogarkov]], [[Aleksej Konstantinoviĉ Toporkov]], [[Andrej Kokoŝin]], [[Jacques Sternberg]], [[Vance Packard]], [[Wilhelm Stapel]], [[Jacques Lacan]], [[David Simon]], [[Thomas De Quincey]], [[Steven Weinberg]], [[Jean-Pierre Dupuy]], [[Fjodor Rostopĉin]], [[Viktor Pinĉuk]], [[Robert Fico]], [[Abbé Pierre]], [[Ernst Bloch]], [[Majstro Eckhart]], [[Vasilij Semjonoviĉ Pankratov]], [[Grigorij Rasputin]], [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)]], [[Klavdija Bitner]], [[Pierre Gilliard]], [[Jegor Ligaĉov]], [[Viktor Griŝin]], [[Nikolaj Riĵkov]], [[Miĥail Solomencev]], [[Viktor Ĉebrikov]], [[Vladimir Dolgiĥ]], [[Anatolij Lukjanov]], [[Dmitrij Jazov]], [[Vladimir Ŝĉerbickij]], [[Hejdar Alijev]], [[Aleksandr Nikolajeviĉ Jakovlev]], [[Petro la 3-a (Rusio)]], [[Katerina la 2-a (Rusio)]], [[Vissarion Belinskij]], [[Timofej Granovskij]], [[Nikolao la 1-a (Rusio)]], [[Pavel Pestel]], [[Astolphe de Custine]], [[Ernst Johann von Biron]], [[Karl Brjulov]], [[Giuseppe Mazzini]], [[Vladimir Ĵirinovskij]], [[Viktor Ĉernomirdin]], [[Aleksandr Korĵakov]], [[Jegor Gajdar]], [[Grigorij Javlinskij]], [[Aleksandr Lebed]], [[Jurij Luĵkov]], [[Eduard Rossel]], [[Nikita Miĥalkov]], [[Aleksandr Proĥanov]], [[Miĥail Znamenskij]], [[Ivan Jakuŝkin]], [[Matvej Muravjov-Apostol]], [[Jevgenij Obolenskij]], [[Ivan Puŝĉin]], [[Pjotr Svistunov]], [[Jermak Timofejeviĉ]], [[Vladimir Tolstoj]], [[Aleksej Arakĉejev]], [[Aleksandr Jakuboviĉ]], [[Aleksandra Muravjova]], [[Ivan Paskeviĉ]], [[Ivan Nikolajeviĉ Tolstoj]], [[Aleksandr Nikolajeviĉ Muravjov]], [[Aleksandr Kerenskij]], [[Pavel Miljukov]], [[Aleksandr Guĉkov]], [[Georgij Lvov]], [[Nikolaj Vissarionoviĉ Nekrasov]], [[Ivan Godnev]], [[Aleksandr Manujlov]], [[Vladimir Nikolajeviĉ Lvov]], [[Fjodor Rodiĉev]], [[Andrej Ŝingarjov]], [[Sergej Turbin]], [[Aleksandro Alabjev]], [[Aleksandr Radiŝĉev]], [[Vasilij Ŝulgin]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]], [[Miĥail Lomonosov]], [[Aleksandr Sumarokov]], [[Miĥail Miĥajloviĉ Speranskij]], [[Michael Andreas Barclay de Tolly]], [[Aleksej Jermolov]], [[Pjotr Bagration]], [[Miĥail Kutuzov]], [[Aleksandr Figner]], [[Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko]], [[Pjotr Vrangel]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ Lvov]], [[Anton Denikin]], [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko]], [[Dmitrij Ivanoviĉ Ĉiĥaĉjov]], [[Aleksej Polivanov]], [[Boris Ŝtjurmer]], [[Aleksej Nikolajeviĉ Romanov]], [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)]], [[Aleksandr Stessel]], [[Viktor Sokira-Jaĥontov]], [[Grigorij Kotovskij]], [[Vera Ĥolodnaja]], [[Aleksej Brusilov]], [[Aleksandro la 3-a (Rusio)]], [[Pjotr Vannovskij]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)]], [[Lavr Kornilov]], [[Nikolaj Iudoviĉ Ivanov]], [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev]], [[Aleksej Kaledin]], [[Vladimir Suĥomlinov]], [[Vladimir Miĥajloviĉ Bezobrazov]], [[Nikolaj Januŝkeviĉ]], [[Nikolaj Vladimiroviĉ Ruzskij]], [[Miĥail Diteriĥs]], [[Nikolaj Gondatti]], [[Solomon Ĉudnovskij]], [[Adrian Siromjatnikov]], [[Aleksandr Despot-Zenoviĉ]], [[Nifont Dolgopolov]], [[Ivan Grigorjeviĉ Ŝĉeglovitov]], [[Moisej Urickij]], [[Lev Kamenev]] == Geografio == [[Tjumeno]], [[Siberio]], [[Irbito]], [[Tobolsko]], [[Niĵnevartovsko]], [[Surguto]], [[Neftejugansko]], [[Megiono]], [[Omsko]], [[Turo (rivero, Siberio)]], [[Tjumena provinco]], [[Okcidenta Siberio]], [[Svislando]], [[Romio]], [[Meksiko]], [[Eŭropo]], [[Irako]], [[Sudameriko]], [[Centra Ameriko]], [[Hispanio]], [[Ĉinio]], [[Sovetunio]], [[Pakistano]], [[Afganio]], [[Ukrainio]], [[Eŭrazio]], [[Pollando]], [[Irano]], [[Proksima Oriento]], [[Japanio]], [[Fora Oriento]], [[Centra Azio]], [[Azio]], [[Turkio]], [[Kartvelio]], [[Armenio]], [[Eŭropa Unio]], [[Uzbekio]], [[Azerbajĝano]], [[Palestino]], [[Sud-Koreio]], [[Nord-Koreio]], [[Koreio]], [[Singapuro]], [[Tajvano]], [[Orienta Azio]], [[Italio]], [[Brita imperio]], [[Belorusio]], [[Hinda oceano]], [[Kazaĥio]], [[Kaspia maro]], [[Korea milito]], [[Anglio]], [[Okcidenta Eŭropo]], [[Centra Eŭropo]], [[Orienta Eŭropo]], [[Subevoluintaj landoj]], [[Suda Usono]], [[Norda Usono]], [[Nederlando]], [[Asirio]], [[Alpoj]], [[Skota Altlando]], [[Krimeo]], [[Argentino]], [[Kaŭkazio]], [[Ĉeĉenio]], [[Vajmara respubliko]], [[Nazia Germanio]], [[Ameriko]], [[Okcidenta Germanio]], [[Masaĉuseco]], [[Jalutorovsko]], [[Germana Demokratia Respubliko]], [[Laoso]], [[Sankta Romia imperio]], [[Sud-Vjetnamio]], [[Nord-Vjetnamio]], [[Ĉeĥoslovakio]], [[Aŭstrio-Hungario]], [[Atlantiko]], [[Manika markolo]], [[Prusio]], [[Balkanio]], [[Hindoĉinio]], [[Sud-Orienta Azio]], [[Nord-Orienta Azio]], [[Dardaneloj]], [[Alzaco-Loreno]], [[Saĥaleno]], [[Kurilaj insuloj]], [[Bosnio kaj Hercegovino]], [[Rejna provinco]], [[Sankt-Peterburgo]], [[Supra Silezio]], [[Pola koridoro]], [[Germana Federacio]], [[Orienta Rumelio]], [[Sueza kanalo]], [[Manĉurio]], [[Rumanio]], [[Jugoslavio]], [[Vaŝingtono]], [[Okcidenta Usono]], [[Nord-Okcidenta Usono]], [[Malajzio]], [[Okcidenta Berlino]], [[Pacifiko]], [[Vjetnamio]], [[Kamboĝo]], [[Germana Regno]], [[Silicia Valo]], [[Wall Street]], [[Estonio]], [[Bosnio]], [[Kosovo]], [[Granda Albanio]], [[Somalio]], [[Persa golfo]], [[Sauda Arabio]], [[Niĝerio]], [[Indonezio]], [[Aŭstralio]], [[Francio]], [[Nord-Makedonio]], [[Latinameriko]], [[Respubliko Serba Krajna]], [[Subsahara Afriko]], [[Nord-Afriko]], [[Tajlando]], [[Haitio]], [[Libano]], [[Sirio]], [[Egiptio]], [[Sektoro Gazao]], [[Filipinoj]], [[Havajo]], [[Panama kanalo]], [[Pola Popola Respubliko]], [[Tomsko]], [[Jenisejo]], [[Krasnojarsko]], [[Kazano]], [[Velikij Novgorod]], [[Petrozavodsko]], [[Novgoroda gubernio]], [[Kieva Regno]], [[Konstantinopolo]], [[Nadimo]], [[Kurgano (urbo)]], [[Baltio]], [[Buĥaro]], [[Jekaterinburgo]], [[Tobolska gubernio]], [[Tugulimo]], [[Uspenka (Tjumena distrikto)]], [[Bogandinskoje]], [[Kijovo]], [[Jalutorovska distrikto (1782-1923)]], [[Juĵno-Pletnjovo]], [[Kurska gubernio]], [[Iŝima distrikto (1782-1923)]], [[Tobolo]], [[Iŝimo (rivero)]], [[Provinco de Siberiaj Kirgizoj]], [[Kujbiŝev]], [[Baraba stepo]], [[Jeniseja gubernio]], [[Bogotolo]], [[Aĉinsko]], [[Bajkalo]], [[Usolje-Sibirskoje]], [[Valdajo]], [[Kievo]], [[Odeso]], [[Zlatousto]], [[Ĉelabinsko]], [[Kurgana distrikto (1782-1923)]] == Periodoj == * [[Jarcento]], [[6-a jarcento]], [[16-a jarcento]], [[17-a jarcento]], [[18-a jarcento]], [[19-a jarcento]], [[20-a jarcento]], [[21-a jarcento]] * [[1880-aj jaroj]], [[1890-aj jaroj]] * [[1910-aj jaroj]], [[1920-aj jaroj]], [[1930-aj jaroj]], [[1950-aj jaroj]], [[1960-aj jaroj]], [[1970-aj jaroj]], [[1980-aj jaroj]], [[1990-aj jaroj]] * [[Regado de Nikolao la 2-a (Rusio)]] == Ekstera politiko == * [[Internaciaj rilatoj]], [[Ekstera politiko]], [[Internacia politiko]], [[Geopolitiko]] * [[Rilatoj de Ĉinio kaj Usono]], [[Rilatoj de Rusio kaj NATO]], [[Rilatoj de Germanio kaj Rusio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Rusio]], [[Rilatoj de Rusio kaj Usono]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Sovetunio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Japanio]], [[Rilatoj de Japanio kaj Usono]], [[Rilatoj de Eŭropa Unio kaj Usono]], [[Rilatoj de Irano kaj Usono]], [[Rilatoj de Barato kaj Ĉinio]], [[Rilatoj de Barato kaj Pakistano]], [[Rilatoj de Barato kaj Usono]], [[Rilatoj de Japanio kaj Usono]], [[Rilatoj de Japanio kaj kaj Koreio]], [[Rilatoj de Sovetunio kaj Usono]], [[Rilatoj de Azio kaj Usono]], [[Rilatoj de Rusio kaj Ukrainio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Nord-Koreio]], [[Rilatoj de Pakistano kaj Usono]], [[Rilatoj de Israelo kaj Usono]], [[Rilatoj de Irano kaj Israelo]], [[Rilatoj de Ukrainio kaj NATO]], [[Rilatoj de Sirio kaj Usono]], [[Rilatoj de Eŭropo kaj Rusio]], [[Rilatoj de Britio kaj Usono]], [[Rilatoj de Irako kaj Usono]], [[Rilatoj de Pollando kaj Rusio]] * [[Ekstera politiko de Usono]], [[Ekstera politiko de Ĉinio]], [[Ekstera politiko de Rusio]], [[Ekstera politiko de Barato]], [[Ekstera politiko de Japanio]], [[Ekstera politiko de Germanio]] * [[McMahon-linio]], [[Interkonsentoj de Oslo]], [[Truman-doktrino]], [[Konsilio pri Sekureco de Unuiĝintaj Nacioj]], [[Kapto de usonaj ostaĝoj en Irano]], [[Pactraktatoj de Camp David]], [[Vastigo de NATO]], [[Konsilio pri Nacia Sekureco de Usono]], [[Orienta Bloko]], [[Grupo de la Ok]], [[Membriĝo de Ukrainio en Eŭropa Unio]], [[Pintokunveno en Malto]], [[Triflanka Komisiono]], [[Realismo (internaciaj rilatoj)]], [[Politiko de malstreĉigo]], [[Paca kunekzistado]], [[Intertraktoj pri limigo de strategiaj armiloj]], [[Grupo de la Sep]], [[Varsovia pakto]], [[Carter-doktrino]], [[Realpolitiko]], [[Kolektiva sekureco]], [[Unuigo de Germanio]], [[Unuiĝintaj Nacioj]], [[Povekvilibro]], [[Memdeterminado]], [[Viena kongreso]], [[Jalta konferenco]], [[Potsdama konferenco]], [[Doktrino de Monroe]], [[Izolismo]], [[Ekspansiismo]], [[Evidenta destino]], [[Kuba misila krizo]], [[NATO]], [[Versajla traktato]], == Ekonomio == [[Financo]], [[Okcidentsiberia naftogasa komplekso]], [[Fervojo]], [[Internacia Mona Fonduso]], [[Monda Banko]], [[Financa krizo de 2008]], [[Ekonomio]], [[Infrastrukturo]], [[Produktado]], [[Superbazaro]], [[Aĉetcentro]], [[Transporto]], [[Usona dolaro]], [[Eŭro]], [[Inflacio]], [[Valuto]], [[Industrio]], [[Baza enspezo]], [[Merkato]], [[Ekonomiaj sankcioj]], [[Akcia kompanio]], [[Planita ekonomio]], [[Ekonomio de Japanio]], [[Ekonomio de Usono]], [[Merkata ekonomio]], [[Turismo]], [[Reklamo]], [[Granda Depresio]], [[Varomarko]], [[Produktadrimedoj]], [[Produktiveco]], [[Rento]], [[Aĉetado]], [[Ekfirmao]], [[Nordamerika Liberkomerca Interkonsento]], [[Buŝehra atomstacio]], [[Ekonomio de Ĉinio]], [[Ekonomio de Rusio]], [[Financa krizo en Rusio (1998)]], [[Ŝtata kapitalismo]], [[Privata posedo]], [[Politika ekonomiko]], [[Produktivaj fortoj]], [[AvtoVAZ]], [[Fabriko]], [[Salproduktado]], [[Familio Kolmakov (negocistoj)]] == Milito == [[Nuklea milito]], [[Hispana Enlanda milito]], [[Golfa milito]], [[Afgana milito (1979-1989)]], [[Milito en Afganio (2001-2021)]], [[Dua mondmilito]], [[Malvarma milito]], [[Milito kontraŭ terorismo]], [[Unua mondmilito]], [[Totala milito]], [[Napoleonaj militoj]], [[Usona Enlanda milito]], [[Vjetnama milito]], [[Franca-Prusa milito]], [[Donbasa milito]], [[Milito de Jom Kippur]], [[Rusa-japana milito]], [[Dua itala-etiopa milito]], [[Krimea milito]], [[Rusa-turka milito (1877-1878)]], [[Tria mondmilito]], [[Kosova milito]], [[Tridekjara milito]], [[Bosnia milito]], [[Bombado de Jugoslavio fare de NATO]], [[Kroata milito]], [[Invado de Irako al Kuvajto]], [[Libana milito de 1982]], [[Libana enlanda milito]], [[Irana-iraka milito]], [[Barata-pakistana milito de 1965]], [[Invado al Ĉeĥoslovakio (1968)]], [[Unua milito en Ĉeĉenio]], [[Sestaga milito]], [[Kamboĝa-Vjetnama milito]], [[Ogadena milito]], [[Bombado de Irako en 1998]], [[Tet-ofensivo]], [[Liberiga Armeo de Kosovo]], [[Militarismo]], [[Naziaj koncentrejoj]], [[Invado de Rusio en Ukrainion (2022)]], [[Mongola invado al Rusio]], [[Patriota Milito de 1812]], [[Januara ribelo]], [[Armitaj Fortoj de Rusio]], [[Milito de la Sesa Koalicio]], [[Venkotago]], [[Dua milito en Ĉeĉenio]], [[Militsetlejoj]], [[Rekrutigo]], [[Ulano]], [[Batalo de Borodino]], [[Oficiro]], [[Volontula Armeo]], [[Evakuado de Odeso (1920)]], [[Evakuado de Krimeo]], [[Rusia Enlanda milito]], [[Rusia Imperiestra Armeo]], [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo]], [[Granda Retreto (Rusio)]], [[Brusilov-ofensivo]], [[Batalo de Galicio]], [[Ĉeĥa Taĉmento]], [[Tranĉea milito]], [[Manovra milito]], [[Tutrusia Zemstva Unio]] == Nukleaj armiloj == [[Nuklea armilo]], [[Atombombo]], [[Amasdetrua armilo]], [[Nuklea milito]], [[Nuklearmila konkuro]], [[Nuklea programo de Nord-Koreio]], [[Nuklea programo de Pakistano]], [[Nuklea programo de Barato]], [[Nuklea testo]], [[Nuklea programo de Sud-Afriko]], [[Nuklea programo de Irano]], [[Usona kontraŭmisila defendo en Centra kaj Orienta Eŭropo]], [[Programo de Nunn — Lugar]], [[Nuklea programo de Israelo]], [[Traktato kontraŭ pliigo de atomarmiloj]], [[Nuklea armilaro de Usono]] == Etnoj kaj nacioj == [[Ĥoĥol]], [[Judoj]], [[Hispanoj]], [[Rusoj]], [[Italoj]], [[Japanoj]], [[Araboj]], [[Armenoj]], [[Grekoj]], [[Azeroj]], [[Ĝermanoj]], [[Germanoj]], [[Slavoj]], [[Puebloj]], [[Albanoj]], [[Sudetaj germanoj]], [[Araba mondo]], [[Francoj]], [[Nederlandanoj]], [[Angloj]], [[Svisoj]], [[Arandoj]], [[Indianoj]], [[Ĉinoj]], [[Transmaraj ĉinoj]], [[Usonaj judoj]], [[Usonaj poloj]], [[Tataroj]], [[Marioj]], [[Udmurtoj]], [[Ĉuvaŝoj]], [[Komioj]], [[Rusiaj germanoj]], [[Latvoj]], [[Estonoj]], [[Baltaj germanoj]], [[Kaŭkaziaj germanoj]], [[Judoj en Uralo]], [[Siberianoj]], [[Mordvoj]], [[Ukrainoj en Siberio]], [[Judoj en Siberio]], [[Siberiaj tataroj]], [[Burjatoj]], [[Kontraŭjudaj pogromoj en la Rusia imperio]], [[Judoj en Rusio]] == Psikologio == [[Neŭrozo]], [[Psikologio]], [[Psikopatologio]], [[Nekonscio]], [[Arketipo]], [[Psiko]], [[Komplekso (psikologio)]], [[Trikstero]], [[Neŭrastenio]], [[Psikoterapio]], [[Ekstravertiteco — introvertiteco]], [[Histerio]], [[Komforto]], [[Anksio]], [[Memkonscio]], [[Fatala virino]], [[Narcisismo]], [[Individuismo]], [[Nostalgio]], [[Ekstazo]], [[Fetiĉismo]], [[Paranojo]], [[Skizofrenio]], [[Malkontento]], [[Entuziasmo]], [[Sinofero]], [[Melankolio]], [[Indiferenteco]], [[Psikanalizo]], [[Ekzaltiĝo]], [[Fremdiĝo]], [[Konformismo]], [[Mensa sano]], [[Eŭforio]], [[Masoĥismo]], [[Sadismo]], [[Piromanio]], [[Psikiatria hospitalo]], [[Nekonformismo]], [[Obsedo]], [[Halucino]], [[Paralizo]], [[Megalomanio]], [[Apatio]], [[Psikiatrio]], [[Ŝoko]], [[Virineco]], [[Vireco]], [[Paniko]], [[Kolektivismo]], [[Elreviĝo]], [[Kulposento]], [[Dresado]], [[Simulado]], [[Estimo]] (90%), [[Nobleco]], [[Fascino]], [[Malrespekto]], [[Malamikeco]], [[Obstino]], [[Plezuro]] (90%), [[Agreso]], [[Dominado]], [[Rolo]], [[Subkonscio]], [[Personeco]], [[Indigno]], [[Logoterapio]], [[Identigo (psikologio)]], [[Mortoinstinkto]], [[Anusa karaktero]], [[Seksa ekscitiĝo]], [[Puremo]], [[Supermio]], [[Sonĝointerpretado]], [[Infana psikologio]], [[Emocia kontaĝo]], [[Frua infanaĝo]], [[Repuŝado (psikologio)]], [[Afekcio]], [[Rezistado (psikologio)]], [[Cenzuro (psikanalizo)]], [[Traŭmato (psikologio)]], [[Seksa bremsado]], [[Religia ekscitiĝo]], [[Sekslogo]], [[Depresio]], [[Anksia neŭrozo]], [[Neŭrozo de senlaborulo]], [[Obseda-kompulsia malsano]], [[Kastrotimo]] == Filozofio == [[Simbolo]], [[Realo]], [[Mito]], [[Idealismo]], [[Sentimentaleco]], [[Maljusteco]], [[Senso]], [[Teozofio]], [[Spiritismo]], [[Signifo]], [[Utopio]] (99%), [[Racio]] (99%), [[Raciismo]], [[Simulakro]], [[Ekzistado]], [[Destino]], [[Relativismo]], [[Empiriismo]], [[Pozitivismo]], [[Skeptikismo]], [[Vivosenco]], [[Eroto (filozofio)]], [[Majstro Eckhart]], [[Okcidentemo]] == Religio == [[Kristnasko]], [[Maria (patrino de Jesuo)]], [[Iziso]], [[Islama fundamentismo]], [[Islama mondo]], [[Islamismo]], [[Ikono]], [[Ortodoksismo]], [[Ikonoklasmo]], [[Ŝijaismo]], [[Eliro (historia evento)]], [[Katolika Eklezio]], [[Prapeko]], [[Malnova Testamento]], [[Pilgrimado]], [[Lasta Juĝo]], [[Ĝihado]], [[Nekredanto]], [[Reformacio]], [[Protestantismo]], [[Ĉasado de sorĉistinoj]], [[Eva]], [[Komunio]], [[Postmorto]], [[Transa mondo]], [[Horoskopo]], [[Fundamentismo]], [[Senmorteco]], [[Monaĥejo]], [[Ordeno (religio)]], [[Mesiismo]], [[Mesio]], [[Idolismo]], [[Idolo]], [[Promesita Lando]], [[Aŝuro]], [[Ĉiela Regno]], [[Resurekto]], [[Resurekto de Jesuo]], [[Rito]], [[Propeka kapro]], [[Herezo]], [[Magio]], [[Totemo]], [[Kontraŭreformacio]], [[Ŝamano]], [[Konfuceismo]], [[Monoteismo]], [[Dio Patro]], [[Inkvizicio]], [[Islama renaskiĝo]], [[Islama Frataro]], [[Krucifikso]], [[Religia maltoleremo]], [[Cirkumcido]], [[Totemismo]], [[Levido]], [[Javeo]], [[Heksateŭko]], [[Interligo (Biblio)]], [[Evangelio]], [[Alaho]], [[Sankteco]], [[Politeismo]], [[Atono]], [[Reenkarniĝo]], [[Senpeka koncipo de Jesuo]], [[Asketismo]], [[Rusa Ortodoksa Eklezio]], [[Katedralo de Kristo Savinto]], [[Luteranismo en Rusio]], [[Kieva-Peĉjora monaĥejo]] == Libroj == [[La granda ŝaktabulo]], [[La elekto: tutmonda dominado aŭ tutmonda gvidado]], [[Strategia vizio: Usono kaj la krizo de tutmonda potenco]], [[Ĉu Usono bezonas eksteran politikon?: Al diplomatio de la 21-a jarcento]], [[La ribelo de la amasoj]], [[Unuetaĝa Usono]], [[Kontraŭstaro inter Civilizacioj]], [[Usono kaj la mondo: Konversacioj pri la estonteco de la ekstera politiko de Usono]], [[Zbig: La strategio kaj politiko de Zbigniew Brzeziński]], [[Konfeso pri difinita temo]], [[Provincano]], [[Rusio kaj la mondo. Nova epoko. 12 jaroj, kiuj povos ŝanĝi ĉion]], [[Amasa psikologio de faŝismo]], [[La doktoro kaj la animo]], [[Sonĝointerpretado (Freud)]], [[Estonteco de unu iluzio]], [[Malkontenteco pri la kulturo]], [[La homo Moseo kaj la monoteisma religio]], [[Kial milito?]], [[Makbeto]], [[La anatomio de homa detruemo]], [[Fuĝo for de libereco]], [[La socio de konsumado]], [[Simulakroj kaj simulaĵoj]], [[En la ombro de la silentema plejmulto]], [[La travidebleco de malbono]], [[La Golfa milito ne okazis]], [[La agonio de povo]], [[La fatalaj strategioj]], [[La sistemo de aĵoj]], [[Kontribuo al kritiko de la politika ekonomiko de signo]], [[La jaro de revado danĝera]], [[La plago de fantazioj]], [[Ekonomiaj kaj filozofiaj manuskriptoj je 1844]], [[Kontribuo al kritiko de politika ekonomiko]], [[Kritiko de la Hegela Jurfilozofio]], [[La Kapitalo]], [[Artikoloj de Aleksander Herzen]], [[Lekcioj kaj paroladoj de Erich Fromm]], [[Koncepto de la homo ĉe Karolo Markso]], [[El Siberio]], [[Leteroj de Anton Ĉeĥov]], [[Kaŝĉej-ĉeno]], [[Pri evoluo de la revoluciaj ideoj en Rusio]], [[Pensoj pri la Februara revolucio]], [[Lando de ekzilo: de Osa ĝis Irkutsko]], [[Oktobra manifesto]], [[Punlaboro kaj vagabondoj de Siberio]], [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 1–2)]], [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 3–4)]] == Kulturo == [[Holivudo]], [[Filmo]], [[Renesanco]], [[Kino]], [[Televido]], [[Radio]], [[Bildliteraturo]], [[Klaŭno]], [[Akrobato]], [[Striptizo]], [[Kubismo]], [[Amaskomunikilo]], [[Propagando]], [[Pentrado]], [[Ludo]], [[Ĵazo]], [[Humpty Dumpty]], [[Disneyland]], [[Modo]], [[Ceremonio]], [[Estetiko]], [[Superrealismo]], [[Poparto]], [[Centro Georges Pompidou]], [[Kiĉo]], [[Dadaismo]], [[Maskerado]], [[Papiruso]], [[Alfabeto]], [[Litero]], [[Skulptaĵo]], [[Dirigento]], [[Televidserio]], [[Orkestro]], [[Ĥoro]], [[Multkulturismo]], [[Universalismo]], [[Ĉina civilizacio]], [[Kultura imperiismo]], [[Dramo]], [[Rusa literaturo]], [[Jarmilo de Rusio]], [[Forkapto de la fianĉino]], [[Rusa kuirarto]], [[Rusa popola kanto]] == Revolucioj == [[Kontraŭrevolucio]], [[Oktobra revolucio]], [[Franca revolucio de 1789]], [[Rusia revolucio de 1905]], [[Hungara revolucio de 1956]], [[Seksa revolucio]], [[Usona revolucio]], [[Irana revolucio]], [[Franca revolucio de 1848]], [[Decembristoj en Jalutorovsko]], [[Decembristoj en Tobolsko]], [[Februara revolucio]], [[Abdiko de Nikolao la 2-a]], [[Abdiko de Miĥail Aleksandroviĉ]], [[Petrograda Soveto]] == Lingvoj == [[Araba lingvo]], [[Ĉina lingvo]], [[Plurlingveco]], [[Sakraĵo]], [[Siberia parolmaniero]], [[Lingvolernado]], [[Suda dialektaro de la rusa lingvo]] == Araba-israela konflikto == [[Araba-israela konflikto]], [[Organizaĵo por Liberigo de Palestino]], [[Intifado]], [[Hamaso]], [[Fataho]], [[Sueza krizo]], [[Interkonsentoj de Oslo]], [[Madrida konferenco (1991)]], [[Sestaga milito]], [[Milito de Jom Kippur]] == Temoj == [[Ekologio]], [[Nuklea akcidento de Ĉernobilo]], [[Komunista Partio de Sovetunio]], [[Nafto]], [[Geologio]], [[Burokratio]], [[Vodko]], [[Fotografio]], [[Oriento]], [[Okcidenta civilizo]], [[Problemo]], [[Plenkreskulo]], [[Pedagogio]], [[Katastrofo]], [[Epidemio]], [[Bolŝevismo]], [[Junulino]], [[Prahistorio]], [[Poeto]], [[Kolektivo]], [[Alkoholismo]], [[Sinmortigo]], [[Ora epoko]], [[Aristokratio]], [[Plebo]], [[Absolutismo]], [[Urboŝtato]], [[Arkeologio]], [[Tekniko]], [[Burĝo]], [[Demagogio]], [[Liberalismo]], [[Marksismo]], [[Politika dekstro]], [[Politika maldekstro]], [[Publika opinio]], [[Intelektulo]], [[Aŭto]], [[Informo]], [[Tutmondiĝo]], [[Diskriminacio]], [[Teroro]], [[Atencoj de la 11-a de septembro 2001]], [[Disfalo de Sovetunio]], [[Konsumismo]], [[Talibano]], [[Socia malegaleco]], [[Amasa kulturo]], [[Kontraŭusonismo]], [[Al-Kaido]], [[Studento]], [[Usona Kongreso]], [[Haveno]], [[Elito]], [[Traktato]], [[Valso]], [[Elektro]], [[Komunikado]] (99%), [[Skribo]] (99%), [[Parolo]] (99%), [[Telefono]] (99%), [[Aviado]], [[Telegrafo]], [[Presado]], [[Novaĵo]], [[Specialisto]], [[Tuŝo]], [[Mesaĝo]], [[Letero]], [[Nudeco]], [[Tribo]], [[Aŭtomatigo]], [[Feŭdismo]], [[Eldonado]], [[Vidado]] (99%), [[Aŭdo]] (99%), [[Stomatologio]], [[Nerva sistemo]], [[Amuzo]], [[Vojo]], [[Poŝto]], [[Redaktoro]], [[Tajpilo]], [[Sekretario]], [[Korpo]], [[Nomado]], [[Slumo]], [[Sago]], [[Kamparo]], [[Narciso]], [[Mezepoko]], [[Migrado]], [[Maŝino]], [[Centralizismo]], [[Biciklo]], [[Fusilo]], [[Perspektivo]], [[Bordelo]], [[Vokvirino]], [[Raso]], [[Invento]], [[Ideologio]], [[Mongolaj invadoj kaj konkeroj]], [[Slavofilismo]], [[Ostaĝo]], [[Subjekto]], [[Teritorio]], [[Evento]], [[Pornografio]], [[Manipulado de la amasoj]], [[Sekseco]], [[Atenco]], [[Vetludo]], [[Nuklea centralo]], [[Majo de 1968 (Francio)]], [[Klonado]], [[Implozio]], [[Ofero]] (90%), [[Socia sekso]] (90%), [[Konsumado]], [[Handikapo]], [[Respondeco]] (90%), [[Ĉantaĝo]], [[Snobo]], [[Orgio]], [[Aĵo]], [[Masko]], [[Naziismo]], [[Doktrino]] (90%), [[Radikalismo]], [[Kariero]], [[Ribelo]] (90%), [[Elmigrado]], [[Cionismo]], [[Totalismo]], [[Reformo]], [[Reakcio (politiko)]], [[Ŝovinismo]], [[Geto]], [[Koloniismo]], [[Ŝtatoficisto]], [[Konkurenco]], [[Linĉado]], [[Superecismo]], [[Ekzilo]], [[Impotenteco]], [[Soldato]] (90%), [[Uniformo]], [[Stalinismo]], [[Tajpinga ribelo]], [[Misiismo]], [[Modernigo]], [[Malnova reĝimo]], [[Klerismo]], [[Organizaĵo]], [[Ĥaoso]], [[Eksterlandano]], [[Grego]], [[Detruado]], [[Distanco]], [[Fajro]] (90%), [[Arbaro]] (90%), [[Maro]] (90%), [[Ŝtonumado]], [[Kondamno]], [[Bruligado sur ŝtiparo]], [[Postvivado]], [[Predo]], [[Fuĝo]], [[Incendio]], [[Danĝero]], [[Minaco]], [[Ekzekuto]], [[Ekzekutisto]], [[Genuado]], [[Ŝipestro]], [[Digo]], [[Venĝo]], [[Murdo]], [[Ekskremento]], [[Mortinto]] (90%), [[Malrapideco]], [[Kaŭrado]], [[Sidado]], [[Starado]], [[Kuŝado]], [[Piramido]], [[Insekto]], [[Aresto]], [[Faŭko]], [[Malpermeso]] (90%), [[Triumfo]], [[Procesio]], [[Kreskado]], [[Ĥako]], [[Areno]], [[Montogrimpado]], [[Matadoro]], [[Fingro]] (90%), [[Lanco]], [[Metalo]], [[Slogano]], [[Oratoro]], [[Rajdado]], [[Deputito]], [[Voĉdono]], [[Jura imuneco]], [[Piedsigno]], [[Atako]] (90%), [[Bebo]], [[Entombigo]], [[Klano]], [[Sekalo]], [[Batalkampo]], [[Batalo]] (90%), [[Krio]] (90%), [[Posteulo]], [[Praulo]], [[Tombejo]], [[Kortego]], [[Pridemandado]], [[Demando]], [[Ponardo]], [[Parlamento]], [[Kasto]], [[Socia klaso]], [[Konspiro]], [[Bacilo]], [[Mikrobo]], [[Spermo]], [[Limo]] (90%), [[Ekbruligo]], [[Manifestacio]], [[Striko]], [[Formikejo]], [[Krucumado]], [[Terapio]], [[Paŝtisto]], [[Konskripcio]], [[Seĝo]], [[Indiĝeno]], [[Fortikaĵo]], [[Trupo]], [[Gardisto]], [[Ujo]], [[Argilo]], [[Sceptro]], [[Heroo]], [[Unueca Rusio]], [[Koloraj revolucioj]], [[Geja Fiero]], [[Cenzuro]], [[Rusofobio]], [[Islama Ŝtato]], [[Volontulo]], [[Bonfarado]], [[Enmigrado]], [[Rifuĝinto]], [[Kultura asimilado]], [[Jabloko]], [[Homofobio]], [[Monumento]], [[Pussy Riot]], [[Identeco]], [[Incesto]], [[Universala voĉdonrajto]], [[Roboto]], [[Erotiko]], [[Konversacio]], [[Kreado]], [[Patriarkeco]], [[Matriarkeco]], [[Meza klaso]], [[Interŝanĝo]], [[Laceco]], [[Aŭtoritatismo]], [[Judo-kristana paradigmo]], [[Administranto]], [[Floro]] (pli ol 50%), [[Prestiĝo]], [[Nuntempa arto]], [[Administrado]], [[Realismo]], [[Manifesto de la Komunista Partio]], [[Malkonfido]], [[Kontraŭfaŝismo]], [[Monopolo]] (90%), [[Socia adaptiĝo]], [[Stimulo]], [[Senhelpeco]], [[Luteranismo]], [[Munkena interkonsento]], [[Energio]], [[Moderna epoko]], [[Malcentralizado]], [[Feliĉa fino]], [[Mickey Mouse]], [[Pejzaĝo]], [[Anuso]], [[Demenco]], [[Malliberigo]], [[Kanibalo]], [[Senkulpeco]], [[Fumado]], [[Lojaleco]], [[Dreyfus-skandalo]], [[Droga dependeco]], [[Damaĝo]], [[Ligo de Nacioj]], [[Ligo de Arabaj Ŝtatoj]], [[Berlina muro]], [[Nacia intereso]], [[Gerilo]], [[Intertraktoj]], [[Pakto Ribbentrop-Molotov]], [[Intermilita periodo]], [[Traktato de Rapallo (1922)]], [[Traktatoj de Lokarno]], [[Aŭgusta puĉo]], [[Imperiestro]], [[Disigo de povoj]], [[Berlina krizo (1961)]], [[Sankta Alianco]], [[Mein Kampf]], [[Anschluss]], [[Wilsonismo]], [[Sociala asekuro]], [[Habsburgoj]], [[Mobilizado]], [[Perestrojko]], [[Glasnost]], [[Partnereco por paco]], [[Radio Libera Eŭropo/Radio Libero]], [[Titoismo]], [[Germana naciismo]], [[Dispartigoj de Pollando-Litovio]], [[Reparacio]], [[Antikominterna pakto]], [[Unua maroka krizo]], [[Triopa Entento]], [[Neŭtraleco]], [[Superpotenco]], [[Mararmeo]], [[Maginot-linio]], [[Fekundindico]], [[Traktato de Brest-Litovsk]], [[Publikaj rilatoj]], [[Pariza paca konferenco]], [[Okupado de baltaj landoj]], [[Strategio]], [[Araba naciismo]], [[Domino-teorio]], [[Eŭropa koncerto]], [[Orienta Demando]], [[Curzon-linio]], [[Spionservo]], [[Iredentismo]], [[Taktiko]], [[Novkonservativismo]], [[Konfrontiĝo]], [[Jingoismo]], [[Konservisma Partio (Britio)]], [[Whigs]], [[Malarmado]], [[Kontraŭkomunismo]], [[Alianco]], [[Prezidanto de Usono]], [[Berlina kongreso]], [[Poliomjelito]], [[Amendo de Jackson–Vanik]], [[Lobiado]], [[Monda registaro]], [[Politiko de detenado]], [[Misilo]], [[Usona Departemento de Ŝtato]], [[Hallstein-doktrino]], [[Pakto Briand-Kellogg]], [[Tutgermanismo]], [[Germanigo]], [[Sinplenumanta profetaĵo]], [[Vestfalia paco]], [[Suvereneco]], [[Interna politiko]], [[Reciproke garantiita neniigo]], [[Strategia Defenda Iniciato]], [[Interkonsento de Rambouillet]], [[Reunuiĝo de Koreio]], [[Kanajla ŝtato]], [[Kontraŭmisila defendo]], [[Rasapartigo]], [[Kompromiso]], [[Jackson-demokratio]], [[Protestoj sur placo Tian An Men]], [[Oligarĥio]], [[Malalta klaso]], [[Internacia juro]], [[Etna purigado]], [[Okcidentigo]], [[Nacia ŝtato]], [[Liberala demokratio]], [[Indiĝenigo]], [[Genocido]], [[Postkoloniismo]], [[Kontraŭokcidentismo]], [[Ksenofobio]], [[Demografio]], [[Dinastio Qing]], [[Hizbulaho]], [[Industriigo]], [[CIA]], [[Islama terorismo]], [[Virinaj rajtoj]], [[Solidareco (Pollando)]], [[Armitaj Fortoj de Usono]], [[Disfalo de Jugoslavio]], [[Usona malliberejo en Guantanamo]], [[Pensofabriko]], [[Universitato Harvard]], [[Sovetologio]], [[Rusa naciismo]], [[Annus mirabilis]], [[Nacisocialisma Germana Laborista Partio]], [[Flago de Nazia Germanio]], [[Seksorganoj]], [[Fekaĵo]], [[Menstruo]], [[Flarsenso]], [[Dupiedismo]], [[Senhejma infano]], [[Interrompita koito]], [[Trajno]], [[Nokta enurezo]], [[Ekzogamio]], [[Kastro]], [[Eta burĝo]], [[Agrikulturisto]], [[Socialdemokratio]], [[Scienca rasismo]], [[Antikva Grekio]], [[Hetajro]], [[Moralismo]], [[Svastiko]], [[Staĥanov-movado]], [[Milito kontraŭ narkotikaĵoj]], [[Transloĝiĝo al Siberio]], [[Vagabondo]], [[Ekzilo al Siberio]], [[Poloj en Rusio]], [[Siberia landvojo]], [[Tajgo]], [[Veturigisto]], [[Punlaboro en Siberio]], [[Kontraŭalkohola kampanjo en Sovetunio]], [[Domo de Ipatjev]], [[Politburoo de la Centra Komitato de la Komunista Partio de Sovetunio]], [[Aparatulo]], [[Supera Soveto de Sovetunio]], [[Plurpartiismo]], [[Onidiro]], [[Kazana Universitato]], [[Akuzo]], [[Rusia nobelaro]], [[Filistreco]], [[Rusa kampara komunumo]], [[Falanstero]], [[Nuligo de servutismo en Rusio]], [[Caro]], [[Romanovoj]], [[Registaro de Rusio]], [[Historio de Rusio]], [[Filozofo]], [[Reprezenta demokratio]], [[Prezidenta oficperiodo de Boris Jelcin]], [[Ŝtata Dumao]], [[Kotono]], [[Teo en Rusio]], [[Transportado de malliberuloj en la Rusia imperio]], [[Vaporŝipo]], [[Homa stampado]], [[Kurgano]], [[Omska fortikaĵo]], [[Pelmenoj]], [[Pramo]], [[Fuĝoj de malliberuloj el Siberio]], [[Drinkejo]], [[Gazetarlibereco]], [[Servutismo en Rusio]], [[Framasonoj en Rusio]], [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)]], [[Rusa intelektularo]], [[Pediko]], [[Tifo]], [[Gvatado]] 2qzlmhbbnnsyutgis6gri2muabyi66t 53913 53911 2026-10-30T14:27:18Z RG72 415 /* Libroj */ 53913 wikitext text/x-wiki {{User ru}} {{user eo-4}} </br></br></br> '''Miaj artikoloj''': == Aŭtoroj == [[Ippolit Zavaliŝin]], [[Grigorij Potanin]], [[Nikolao Ĉukmaldin]], [[Ivan Slovcov]], [[Pjotr Gorodcov]], [[Boris Ŝĉerbina]], [[Farman Salmanov]], [[Kornej Ĉukovskij]], [[Miĥail Saltikov-Ŝĉedrin]], [[Roger Bacon]], [[Marilyn Monroe]], [[Lincoln Steffens]], [[William Randolph Hearst]], [[Diogeno la Cinika]], [[Friedrich Schiller]], [[José Ortega y Gasset]], [[Marko Bruto]], [[Jean Baudrillard]], [[Saddam Hussein]], [[Zbigniew Brzeziński]], [[Deng Xiaoping]], [[Vladimir Putin]], [[Bill Clinton]], [[George H. W. Bush]], [[Lewis Mumford]], [[Marshall McLuhan]] (99%), [[Curt Sachs]], [[Wyndham Lewis]], [[Nikita Ĥruŝĉov]], [[Ivano la Terura]], [[Aleksander Herzen]], [[Gerald Ford]], [[Lyndon B. Johnson]], [[Richard Nixon]], [[Michael Jackson]], [[Madonna]], [[Marcel Duchamp]], [[Ryszard Kapuściński]], [[Eric Hoffer]] (90%), [[Elias Canetti]], [[Aleksej Navalnij]], [[Apostolo Paŭlo]], [[Ernst Röhm]], [[Karl Radek]], [[Lev Trockij]], [[Johano Kalvino]], [[Ĥusejn ibn Ali]], [[Tamerlano]], [[Stendhal]], [[Fjodor Dostojevskij]], [[Madamo de Staël]], [[Oliver Cromwell]], [[Ernest Renan]], [[Andrej Movĉan]], [[Miĥail Gorbaĉov]], [[Miĥail Ĥodorkovskij]], [[Boris Nemcov]], [[Ramzan Kadirov]], [[Sergej Magnickij]], [[Boris Jelcin]], [[Gennadij Zjuganov]], [[Pjotr Stolipin]], [[Gustav Landauer]], [[Friedrich Engels]], [[Elton Mayo]], [[François-Noël Babeuf]], [[Alfred Adler]], [[Wilhelm Reich]], [[Jacob Burckhardt]], [[Thomas Szasz]], [[Joseph McCarthy]], [[Benjamin Rush]], [[Karl Menninger]], [[T. S. Eliot]], [[Joseph-Ignace Guillotin]], [[Napoleono la 3-a]], [[Armand Jean du Plessis de Richelieu]], [[Woodrow Wilson]], [[Anthony Eden]], [[Anŭar al-Sadat]], [[Kiichi Miyazawa]], [[John Foster Dulles]], [[Klemens von Metternich]], [[Aleksandro la 1-a (Rusio)]], [[Neville Chamberlain]], [[Edward Frederick Lindley Wood]], [[Andrej Gromiko]], [[Vjaĉeslav Molotov]], [[James Monroe]], [[Aristide Briand]], [[Ngô Đình Diệm]], [[Harold Macmillan]], [[Pierre Laval]], [[Joachim von Ribbentrop]], [[Lord Palmerston]], [[Aleksandr Gorĉakov]], [[Alfred von Schlieffen]], [[Helmuth von Moltke]], [[Nikolaj Obruĉev]], [[Dean Rusk]], [[Vilhelmo la 2-a (Germana Regno)]], [[Nikolao la 2-a (Rusio)]], [[Gerald Nye]], [[Walter Millis]], [[Eyre Crowe]], [[Pjotr Durnovo]], [[Robert Arthur Talbot Gascoyne-Cecil, la tria markizo de Salisbury]], [[Douglas MacArthur]], [[Georgij Ĉiĉerin]], [[H. Freeman Mattews]], [[Isaiah Berlin]], [[Joseph E. Davies]], [[Henry M. Jackson]], [[Gustav Stresemann]], [[George F. Kennan]], [[Walter Lippmann]], [[Gamal Abdel Naser]], [[Albert Wohlstetter]], [[Nikolaj Bulganin]], [[Christian Pineau]], [[Milovan Ĝilas]], [[Joseph Chamberlain]], [[Denis William Brogan]], [[Yvon Delbos]], [[F. E. Smith, la 1-a grafo de Birkenhead]], [[Theobald von Bethmann Hollweg]], [[Nikolaj Sazonov]], [[Hans von Seeckt]], [[Harold Nicolson]], [[Robert King Merton]], [[David Lloyd George]], [[Arthur James Balfour]], [[Kurt Riezler]], [[George Canning]], [[Wilhelm Lamormaini]], [[Ferdinando la 2-a (Sankta Romia imperio)]], [[Friedrich von Gentz]], [[Sergej Vitte]], [[Nancy Pelosi]], [[Slobodan Miloŝeviĉ]], [[Lee Teng-hui]], [[Augusto Pinochet]], [[Ehud Barak]], [[Anatolij Ĉubajs]], [[Samuel P. Huntington]], [[Lee Kuan Yew]], [[Muhammad Ali Jinnah]], [[Sirimavo Bandaranaike]], [[Ali Akbar Haŝemi Rafsanĝani]], [[Yang Shangkun]], [[Carroll Quigley]], [[Muamar Kadafi]], [[Robert Roswell Palmer]], [[Christopher Dawson]], [[Fernand Braudel]], [[John Mearsheimer]], [[Lucian Pye]], [[Michael Dibdin]], [[Mahathir bin Mohamad]], [[Carlos Salinas de Gortari]], [[Sidney Mintz]], [[Ernesto Pérez Balladares]], [[Takeshi Umehara]], [[Georgij Arbatov]], [[Usama bin Laden]], [[Menaĥem Begin]], [[Anatolij Sobĉak]], [[Mahmud Ahmadineĵad]], [[Hans Morgenthau]], [[John McCain]], [[James Baker]], [[Eduard Ŝevardnadze]], [[Nicolae Ceaușescu]], [[Brent Scowcroft]], [[David Ignatius]], [[Viktor Janukoviĉ]], [[Condoleezza Rice]], [[Francis Fukuyama]], [[Ariel Ŝaron]], [[Hu Jintao]], [[Dick Cheney]], [[Madeleine Albright]], [[Jimmy Carter]], [[Cyrus Vance]], [[Robert Strausz-Hupé]], [[Wojciech Jaruzelski]], [[Georgij Ŝaĥnazarov]], [[Owen Harris]], [[Chiang Ching-kuo]], [[Pol Pot]], [[Charles Gati]], [[Justin Vaïsse]], [[Mark Kramer (politikologo)]], [[David Rothkopf]], [[Warren I. Cohen]], [[Nancy Bernkopf Tucker]], [[Robert A. Pastor]], [[William B. Quandt]], [[Robert E. Hunter]], [[Patrick Vaughan]], [[Marin Strmecki]], [[James Mann (verkisto)]], [[Adam Garfinkle]], [[Stephen Szabo]], [[Hamilton Fish Armstrong]], [[David Rockefeller]], [[Michael Dukakis]], [[Hamilton Jordan]], [[Alfred Rosenberg]], [[Friedrich Hebbel]], [[Carl Ludwig Schleich]], [[Gordon Allport]], [[James Henry Breasted]], [[Franz Alexander]], [[Carl von Clausewitz]], [[Karlo de Aŭstrio-Teŝino]], [[Maŭrico de Saksio]], [[Nikolaj Ogarkov]], [[Aleksej Konstantinoviĉ Toporkov]], [[Andrej Kokoŝin]], [[Jacques Sternberg]], [[Vance Packard]], [[Wilhelm Stapel]], [[Jacques Lacan]], [[David Simon]], [[Thomas De Quincey]], [[Steven Weinberg]], [[Jean-Pierre Dupuy]], [[Fjodor Rostopĉin]], [[Viktor Pinĉuk]], [[Robert Fico]], [[Abbé Pierre]], [[Ernst Bloch]], [[Majstro Eckhart]], [[Vasilij Semjonoviĉ Pankratov]], [[Grigorij Rasputin]], [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)]], [[Klavdija Bitner]], [[Pierre Gilliard]], [[Jegor Ligaĉov]], [[Viktor Griŝin]], [[Nikolaj Riĵkov]], [[Miĥail Solomencev]], [[Viktor Ĉebrikov]], [[Vladimir Dolgiĥ]], [[Anatolij Lukjanov]], [[Dmitrij Jazov]], [[Vladimir Ŝĉerbickij]], [[Hejdar Alijev]], [[Aleksandr Nikolajeviĉ Jakovlev]], [[Petro la 3-a (Rusio)]], [[Katerina la 2-a (Rusio)]], [[Vissarion Belinskij]], [[Timofej Granovskij]], [[Nikolao la 1-a (Rusio)]], [[Pavel Pestel]], [[Astolphe de Custine]], [[Ernst Johann von Biron]], [[Karl Brjulov]], [[Giuseppe Mazzini]], [[Vladimir Ĵirinovskij]], [[Viktor Ĉernomirdin]], [[Aleksandr Korĵakov]], [[Jegor Gajdar]], [[Grigorij Javlinskij]], [[Aleksandr Lebed]], [[Jurij Luĵkov]], [[Eduard Rossel]], [[Nikita Miĥalkov]], [[Aleksandr Proĥanov]], [[Miĥail Znamenskij]], [[Ivan Jakuŝkin]], [[Matvej Muravjov-Apostol]], [[Jevgenij Obolenskij]], [[Ivan Puŝĉin]], [[Pjotr Svistunov]], [[Jermak Timofejeviĉ]], [[Vladimir Tolstoj]], [[Aleksej Arakĉejev]], [[Aleksandr Jakuboviĉ]], [[Aleksandra Muravjova]], [[Ivan Paskeviĉ]], [[Ivan Nikolajeviĉ Tolstoj]], [[Aleksandr Nikolajeviĉ Muravjov]], [[Aleksandr Kerenskij]], [[Pavel Miljukov]], [[Aleksandr Guĉkov]], [[Georgij Lvov]], [[Nikolaj Vissarionoviĉ Nekrasov]], [[Ivan Godnev]], [[Aleksandr Manujlov]], [[Vladimir Nikolajeviĉ Lvov]], [[Fjodor Rodiĉev]], [[Andrej Ŝingarjov]], [[Sergej Turbin]], [[Aleksandro Alabjev]], [[Aleksandr Radiŝĉev]], [[Vasilij Ŝulgin]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]], [[Miĥail Lomonosov]], [[Aleksandr Sumarokov]], [[Miĥail Miĥajloviĉ Speranskij]], [[Michael Andreas Barclay de Tolly]], [[Aleksej Jermolov]], [[Pjotr Bagration]], [[Miĥail Kutuzov]], [[Aleksandr Figner]], [[Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko]], [[Pjotr Vrangel]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ Lvov]], [[Anton Denikin]], [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko]], [[Dmitrij Ivanoviĉ Ĉiĥaĉjov]], [[Aleksej Polivanov]], [[Boris Ŝtjurmer]], [[Aleksej Nikolajeviĉ Romanov]], [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)]], [[Aleksandr Stessel]], [[Viktor Sokira-Jaĥontov]], [[Grigorij Kotovskij]], [[Vera Ĥolodnaja]], [[Aleksej Brusilov]], [[Aleksandro la 3-a (Rusio)]], [[Pjotr Vannovskij]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)]], [[Lavr Kornilov]], [[Nikolaj Iudoviĉ Ivanov]], [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev]], [[Aleksej Kaledin]], [[Vladimir Suĥomlinov]], [[Vladimir Miĥajloviĉ Bezobrazov]], [[Nikolaj Januŝkeviĉ]], [[Nikolaj Vladimiroviĉ Ruzskij]], [[Miĥail Diteriĥs]], [[Nikolaj Gondatti]], [[Solomon Ĉudnovskij]], [[Adrian Siromjatnikov]], [[Aleksandr Despot-Zenoviĉ]], [[Nifont Dolgopolov]], [[Ivan Grigorjeviĉ Ŝĉeglovitov]], [[Moisej Urickij]], [[Lev Kamenev]] == Geografio == [[Tjumeno]], [[Siberio]], [[Irbito]], [[Tobolsko]], [[Niĵnevartovsko]], [[Surguto]], [[Neftejugansko]], [[Megiono]], [[Omsko]], [[Turo (rivero, Siberio)]], [[Tjumena provinco]], [[Okcidenta Siberio]], [[Svislando]], [[Romio]], [[Meksiko]], [[Eŭropo]], [[Irako]], [[Sudameriko]], [[Centra Ameriko]], [[Hispanio]], [[Ĉinio]], [[Sovetunio]], [[Pakistano]], [[Afganio]], [[Ukrainio]], [[Eŭrazio]], [[Pollando]], [[Irano]], [[Proksima Oriento]], [[Japanio]], [[Fora Oriento]], [[Centra Azio]], [[Azio]], [[Turkio]], [[Kartvelio]], [[Armenio]], [[Eŭropa Unio]], [[Uzbekio]], [[Azerbajĝano]], [[Palestino]], [[Sud-Koreio]], [[Nord-Koreio]], [[Koreio]], [[Singapuro]], [[Tajvano]], [[Orienta Azio]], [[Italio]], [[Brita imperio]], [[Belorusio]], [[Hinda oceano]], [[Kazaĥio]], [[Kaspia maro]], [[Korea milito]], [[Anglio]], [[Okcidenta Eŭropo]], [[Centra Eŭropo]], [[Orienta Eŭropo]], [[Subevoluintaj landoj]], [[Suda Usono]], [[Norda Usono]], [[Nederlando]], [[Asirio]], [[Alpoj]], [[Skota Altlando]], [[Krimeo]], [[Argentino]], [[Kaŭkazio]], [[Ĉeĉenio]], [[Vajmara respubliko]], [[Nazia Germanio]], [[Ameriko]], [[Okcidenta Germanio]], [[Masaĉuseco]], [[Jalutorovsko]], [[Germana Demokratia Respubliko]], [[Laoso]], [[Sankta Romia imperio]], [[Sud-Vjetnamio]], [[Nord-Vjetnamio]], [[Ĉeĥoslovakio]], [[Aŭstrio-Hungario]], [[Atlantiko]], [[Manika markolo]], [[Prusio]], [[Balkanio]], [[Hindoĉinio]], [[Sud-Orienta Azio]], [[Nord-Orienta Azio]], [[Dardaneloj]], [[Alzaco-Loreno]], [[Saĥaleno]], [[Kurilaj insuloj]], [[Bosnio kaj Hercegovino]], [[Rejna provinco]], [[Sankt-Peterburgo]], [[Supra Silezio]], [[Pola koridoro]], [[Germana Federacio]], [[Orienta Rumelio]], [[Sueza kanalo]], [[Manĉurio]], [[Rumanio]], [[Jugoslavio]], [[Vaŝingtono]], [[Okcidenta Usono]], [[Nord-Okcidenta Usono]], [[Malajzio]], [[Okcidenta Berlino]], [[Pacifiko]], [[Vjetnamio]], [[Kamboĝo]], [[Germana Regno]], [[Silicia Valo]], [[Wall Street]], [[Estonio]], [[Bosnio]], [[Kosovo]], [[Granda Albanio]], [[Somalio]], [[Persa golfo]], [[Sauda Arabio]], [[Niĝerio]], [[Indonezio]], [[Aŭstralio]], [[Francio]], [[Nord-Makedonio]], [[Latinameriko]], [[Respubliko Serba Krajna]], [[Subsahara Afriko]], [[Nord-Afriko]], [[Tajlando]], [[Haitio]], [[Libano]], [[Sirio]], [[Egiptio]], [[Sektoro Gazao]], [[Filipinoj]], [[Havajo]], [[Panama kanalo]], [[Pola Popola Respubliko]], [[Tomsko]], [[Jenisejo]], [[Krasnojarsko]], [[Kazano]], [[Velikij Novgorod]], [[Petrozavodsko]], [[Novgoroda gubernio]], [[Kieva Regno]], [[Konstantinopolo]], [[Nadimo]], [[Kurgano (urbo)]], [[Baltio]], [[Buĥaro]], [[Jekaterinburgo]], [[Tobolska gubernio]], [[Tugulimo]], [[Uspenka (Tjumena distrikto)]], [[Bogandinskoje]], [[Kijovo]], [[Jalutorovska distrikto (1782-1923)]], [[Juĵno-Pletnjovo]], [[Kurska gubernio]], [[Iŝima distrikto (1782-1923)]], [[Tobolo]], [[Iŝimo (rivero)]], [[Provinco de Siberiaj Kirgizoj]], [[Kujbiŝev]], [[Baraba stepo]], [[Jeniseja gubernio]], [[Bogotolo]], [[Aĉinsko]], [[Bajkalo]], [[Usolje-Sibirskoje]], [[Valdajo]], [[Kievo]], [[Odeso]], [[Zlatousto]], [[Ĉelabinsko]], [[Kurgana distrikto (1782-1923)]] == Periodoj == * [[Jarcento]], [[6-a jarcento]], [[16-a jarcento]], [[17-a jarcento]], [[18-a jarcento]], [[19-a jarcento]], [[20-a jarcento]], [[21-a jarcento]] * [[1880-aj jaroj]], [[1890-aj jaroj]] * [[1910-aj jaroj]], [[1920-aj jaroj]], [[1930-aj jaroj]], [[1950-aj jaroj]], [[1960-aj jaroj]], [[1970-aj jaroj]], [[1980-aj jaroj]], [[1990-aj jaroj]] * [[Regado de Nikolao la 2-a (Rusio)]] == Ekstera politiko == * [[Internaciaj rilatoj]], [[Ekstera politiko]], [[Internacia politiko]], [[Geopolitiko]] * [[Rilatoj de Ĉinio kaj Usono]], [[Rilatoj de Rusio kaj NATO]], [[Rilatoj de Germanio kaj Rusio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Rusio]], [[Rilatoj de Rusio kaj Usono]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Sovetunio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Japanio]], [[Rilatoj de Japanio kaj Usono]], [[Rilatoj de Eŭropa Unio kaj Usono]], [[Rilatoj de Irano kaj Usono]], [[Rilatoj de Barato kaj Ĉinio]], [[Rilatoj de Barato kaj Pakistano]], [[Rilatoj de Barato kaj Usono]], [[Rilatoj de Japanio kaj Usono]], [[Rilatoj de Japanio kaj kaj Koreio]], [[Rilatoj de Sovetunio kaj Usono]], [[Rilatoj de Azio kaj Usono]], [[Rilatoj de Rusio kaj Ukrainio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Nord-Koreio]], [[Rilatoj de Pakistano kaj Usono]], [[Rilatoj de Israelo kaj Usono]], [[Rilatoj de Irano kaj Israelo]], [[Rilatoj de Ukrainio kaj NATO]], [[Rilatoj de Sirio kaj Usono]], [[Rilatoj de Eŭropo kaj Rusio]], [[Rilatoj de Britio kaj Usono]], [[Rilatoj de Irako kaj Usono]], [[Rilatoj de Pollando kaj Rusio]] * [[Ekstera politiko de Usono]], [[Ekstera politiko de Ĉinio]], [[Ekstera politiko de Rusio]], [[Ekstera politiko de Barato]], [[Ekstera politiko de Japanio]], [[Ekstera politiko de Germanio]] * [[McMahon-linio]], [[Interkonsentoj de Oslo]], [[Truman-doktrino]], [[Konsilio pri Sekureco de Unuiĝintaj Nacioj]], [[Kapto de usonaj ostaĝoj en Irano]], [[Pactraktatoj de Camp David]], [[Vastigo de NATO]], [[Konsilio pri Nacia Sekureco de Usono]], [[Orienta Bloko]], [[Grupo de la Ok]], [[Membriĝo de Ukrainio en Eŭropa Unio]], [[Pintokunveno en Malto]], [[Triflanka Komisiono]], [[Realismo (internaciaj rilatoj)]], [[Politiko de malstreĉigo]], [[Paca kunekzistado]], [[Intertraktoj pri limigo de strategiaj armiloj]], [[Grupo de la Sep]], [[Varsovia pakto]], [[Carter-doktrino]], [[Realpolitiko]], [[Kolektiva sekureco]], [[Unuigo de Germanio]], [[Unuiĝintaj Nacioj]], [[Povekvilibro]], [[Memdeterminado]], [[Viena kongreso]], [[Jalta konferenco]], [[Potsdama konferenco]], [[Doktrino de Monroe]], [[Izolismo]], [[Ekspansiismo]], [[Evidenta destino]], [[Kuba misila krizo]], [[NATO]], [[Versajla traktato]], == Ekonomio == [[Financo]], [[Okcidentsiberia naftogasa komplekso]], [[Fervojo]], [[Internacia Mona Fonduso]], [[Monda Banko]], [[Financa krizo de 2008]], [[Ekonomio]], [[Infrastrukturo]], [[Produktado]], [[Superbazaro]], [[Aĉetcentro]], [[Transporto]], [[Usona dolaro]], [[Eŭro]], [[Inflacio]], [[Valuto]], [[Industrio]], [[Baza enspezo]], [[Merkato]], [[Ekonomiaj sankcioj]], [[Akcia kompanio]], [[Planita ekonomio]], [[Ekonomio de Japanio]], [[Ekonomio de Usono]], [[Merkata ekonomio]], [[Turismo]], [[Reklamo]], [[Granda Depresio]], [[Varomarko]], [[Produktadrimedoj]], [[Produktiveco]], [[Rento]], [[Aĉetado]], [[Ekfirmao]], [[Nordamerika Liberkomerca Interkonsento]], [[Buŝehra atomstacio]], [[Ekonomio de Ĉinio]], [[Ekonomio de Rusio]], [[Financa krizo en Rusio (1998)]], [[Ŝtata kapitalismo]], [[Privata posedo]], [[Politika ekonomiko]], [[Produktivaj fortoj]], [[AvtoVAZ]], [[Fabriko]], [[Salproduktado]], [[Familio Kolmakov (negocistoj)]] == Milito == [[Nuklea milito]], [[Hispana Enlanda milito]], [[Golfa milito]], [[Afgana milito (1979-1989)]], [[Milito en Afganio (2001-2021)]], [[Dua mondmilito]], [[Malvarma milito]], [[Milito kontraŭ terorismo]], [[Unua mondmilito]], [[Totala milito]], [[Napoleonaj militoj]], [[Usona Enlanda milito]], [[Vjetnama milito]], [[Franca-Prusa milito]], [[Donbasa milito]], [[Milito de Jom Kippur]], [[Rusa-japana milito]], [[Dua itala-etiopa milito]], [[Krimea milito]], [[Rusa-turka milito (1877-1878)]], [[Tria mondmilito]], [[Kosova milito]], [[Tridekjara milito]], [[Bosnia milito]], [[Bombado de Jugoslavio fare de NATO]], [[Kroata milito]], [[Invado de Irako al Kuvajto]], [[Libana milito de 1982]], [[Libana enlanda milito]], [[Irana-iraka milito]], [[Barata-pakistana milito de 1965]], [[Invado al Ĉeĥoslovakio (1968)]], [[Unua milito en Ĉeĉenio]], [[Sestaga milito]], [[Kamboĝa-Vjetnama milito]], [[Ogadena milito]], [[Bombado de Irako en 1998]], [[Tet-ofensivo]], [[Liberiga Armeo de Kosovo]], [[Militarismo]], [[Naziaj koncentrejoj]], [[Invado de Rusio en Ukrainion (2022)]], [[Mongola invado al Rusio]], [[Patriota Milito de 1812]], [[Januara ribelo]], [[Armitaj Fortoj de Rusio]], [[Milito de la Sesa Koalicio]], [[Venkotago]], [[Dua milito en Ĉeĉenio]], [[Militsetlejoj]], [[Rekrutigo]], [[Ulano]], [[Batalo de Borodino]], [[Oficiro]], [[Volontula Armeo]], [[Evakuado de Odeso (1920)]], [[Evakuado de Krimeo]], [[Rusia Enlanda milito]], [[Rusia Imperiestra Armeo]], [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo]], [[Granda Retreto (Rusio)]], [[Brusilov-ofensivo]], [[Batalo de Galicio]], [[Ĉeĥa Taĉmento]], [[Tranĉea milito]], [[Manovra milito]], [[Tutrusia Zemstva Unio]] == Nukleaj armiloj == [[Nuklea armilo]], [[Atombombo]], [[Amasdetrua armilo]], [[Nuklea milito]], [[Nuklearmila konkuro]], [[Nuklea programo de Nord-Koreio]], [[Nuklea programo de Pakistano]], [[Nuklea programo de Barato]], [[Nuklea testo]], [[Nuklea programo de Sud-Afriko]], [[Nuklea programo de Irano]], [[Usona kontraŭmisila defendo en Centra kaj Orienta Eŭropo]], [[Programo de Nunn — Lugar]], [[Nuklea programo de Israelo]], [[Traktato kontraŭ pliigo de atomarmiloj]], [[Nuklea armilaro de Usono]] == Etnoj kaj nacioj == [[Ĥoĥol]], [[Judoj]], [[Hispanoj]], [[Rusoj]], [[Italoj]], [[Japanoj]], [[Araboj]], [[Armenoj]], [[Grekoj]], [[Azeroj]], [[Ĝermanoj]], [[Germanoj]], [[Slavoj]], [[Puebloj]], [[Albanoj]], [[Sudetaj germanoj]], [[Araba mondo]], [[Francoj]], [[Nederlandanoj]], [[Angloj]], [[Svisoj]], [[Arandoj]], [[Indianoj]], [[Ĉinoj]], [[Transmaraj ĉinoj]], [[Usonaj judoj]], [[Usonaj poloj]], [[Tataroj]], [[Marioj]], [[Udmurtoj]], [[Ĉuvaŝoj]], [[Komioj]], [[Rusiaj germanoj]], [[Latvoj]], [[Estonoj]], [[Baltaj germanoj]], [[Kaŭkaziaj germanoj]], [[Judoj en Uralo]], [[Siberianoj]], [[Mordvoj]], [[Ukrainoj en Siberio]], [[Judoj en Siberio]], [[Siberiaj tataroj]], [[Burjatoj]], [[Kontraŭjudaj pogromoj en la Rusia imperio]], [[Judoj en Rusio]] == Psikologio == [[Neŭrozo]], [[Psikologio]], [[Psikopatologio]], [[Nekonscio]], [[Arketipo]], [[Psiko]], [[Komplekso (psikologio)]], [[Trikstero]], [[Neŭrastenio]], [[Psikoterapio]], [[Ekstravertiteco — introvertiteco]], [[Histerio]], [[Komforto]], [[Anksio]], [[Memkonscio]], [[Fatala virino]], [[Narcisismo]], [[Individuismo]], [[Nostalgio]], [[Ekstazo]], [[Fetiĉismo]], [[Paranojo]], [[Skizofrenio]], [[Malkontento]], [[Entuziasmo]], [[Sinofero]], [[Melankolio]], [[Indiferenteco]], [[Psikanalizo]], [[Ekzaltiĝo]], [[Fremdiĝo]], [[Konformismo]], [[Mensa sano]], [[Eŭforio]], [[Masoĥismo]], [[Sadismo]], [[Piromanio]], [[Psikiatria hospitalo]], [[Nekonformismo]], [[Obsedo]], [[Halucino]], [[Paralizo]], [[Megalomanio]], [[Apatio]], [[Psikiatrio]], [[Ŝoko]], [[Virineco]], [[Vireco]], [[Paniko]], [[Kolektivismo]], [[Elreviĝo]], [[Kulposento]], [[Dresado]], [[Simulado]], [[Estimo]] (90%), [[Nobleco]], [[Fascino]], [[Malrespekto]], [[Malamikeco]], [[Obstino]], [[Plezuro]] (90%), [[Agreso]], [[Dominado]], [[Rolo]], [[Subkonscio]], [[Personeco]], [[Indigno]], [[Logoterapio]], [[Identigo (psikologio)]], [[Mortoinstinkto]], [[Anusa karaktero]], [[Seksa ekscitiĝo]], [[Puremo]], [[Supermio]], [[Sonĝointerpretado]], [[Infana psikologio]], [[Emocia kontaĝo]], [[Frua infanaĝo]], [[Repuŝado (psikologio)]], [[Afekcio]], [[Rezistado (psikologio)]], [[Cenzuro (psikanalizo)]], [[Traŭmato (psikologio)]], [[Seksa bremsado]], [[Religia ekscitiĝo]], [[Sekslogo]], [[Depresio]], [[Anksia neŭrozo]], [[Neŭrozo de senlaborulo]], [[Obseda-kompulsia malsano]], [[Kastrotimo]] == Filozofio == [[Simbolo]], [[Realo]], [[Mito]], [[Idealismo]], [[Sentimentaleco]], [[Maljusteco]], [[Senso]], [[Teozofio]], [[Spiritismo]], [[Signifo]], [[Utopio]] (99%), [[Racio]] (99%), [[Raciismo]], [[Simulakro]], [[Ekzistado]], [[Destino]], [[Relativismo]], [[Empiriismo]], [[Pozitivismo]], [[Skeptikismo]], [[Vivosenco]], [[Eroto (filozofio)]], [[Majstro Eckhart]], [[Okcidentemo]] == Religio == [[Kristnasko]], [[Maria (patrino de Jesuo)]], [[Iziso]], [[Islama fundamentismo]], [[Islama mondo]], [[Islamismo]], [[Ikono]], [[Ortodoksismo]], [[Ikonoklasmo]], [[Ŝijaismo]], [[Eliro (historia evento)]], [[Katolika Eklezio]], [[Prapeko]], [[Malnova Testamento]], [[Pilgrimado]], [[Lasta Juĝo]], [[Ĝihado]], [[Nekredanto]], [[Reformacio]], [[Protestantismo]], [[Ĉasado de sorĉistinoj]], [[Eva]], [[Komunio]], [[Postmorto]], [[Transa mondo]], [[Horoskopo]], [[Fundamentismo]], [[Senmorteco]], [[Monaĥejo]], [[Ordeno (religio)]], [[Mesiismo]], [[Mesio]], [[Idolismo]], [[Idolo]], [[Promesita Lando]], [[Aŝuro]], [[Ĉiela Regno]], [[Resurekto]], [[Resurekto de Jesuo]], [[Rito]], [[Propeka kapro]], [[Herezo]], [[Magio]], [[Totemo]], [[Kontraŭreformacio]], [[Ŝamano]], [[Konfuceismo]], [[Monoteismo]], [[Dio Patro]], [[Inkvizicio]], [[Islama renaskiĝo]], [[Islama Frataro]], [[Krucifikso]], [[Religia maltoleremo]], [[Cirkumcido]], [[Totemismo]], [[Levido]], [[Javeo]], [[Heksateŭko]], [[Interligo (Biblio)]], [[Evangelio]], [[Alaho]], [[Sankteco]], [[Politeismo]], [[Atono]], [[Reenkarniĝo]], [[Senpeka koncipo de Jesuo]], [[Asketismo]], [[Rusa Ortodoksa Eklezio]], [[Katedralo de Kristo Savinto]], [[Luteranismo en Rusio]], [[Kieva-Peĉjora monaĥejo]] == Libroj == [[La granda ŝaktabulo]], [[La elekto: tutmonda dominado aŭ tutmonda gvidado]], [[Strategia vizio: Usono kaj la krizo de tutmonda potenco]], [[Ĉu Usono bezonas eksteran politikon?: Al diplomatio de la 21-a jarcento]], [[La ribelo de la amasoj]], [[Unuetaĝa Usono]], [[Kontraŭstaro inter Civilizacioj]], [[Usono kaj la mondo: Konversacioj pri la estonteco de la ekstera politiko de Usono]], [[Zbig: La strategio kaj politiko de Zbigniew Brzeziński]], [[Konfeso pri difinita temo]], [[Provincano]], [[Rusio kaj la mondo. Nova epoko. 12 jaroj, kiuj povos ŝanĝi ĉion]], [[Amasa psikologio de faŝismo]], [[La doktoro kaj la animo]], [[Sonĝointerpretado (Freud)]], [[Estonteco de unu iluzio]], [[Malkontenteco pri la kulturo]], [[La homo Moseo kaj la monoteisma religio]], [[Kial milito?]], [[Makbeto]], [[La anatomio de homa detruemo]], [[Fuĝo for de libereco]], [[La socio de konsumado]], [[Simulakroj kaj simulaĵoj]], [[En la ombro de la silentema plejmulto]], [[La travidebleco de malbono]], [[La Golfa milito ne okazis]], [[La agonio de povo]], [[La fatalaj strategioj]], [[La sistemo de aĵoj]], [[Kontribuo al kritiko de la politika ekonomiko de signo]], [[La jaro de revado danĝera]], [[La plago de fantazioj]], [[Ekonomiaj kaj filozofiaj manuskriptoj je 1844]], [[Kontribuo al kritiko de politika ekonomiko]], [[Kritiko de la Hegela Jurfilozofio]], [[La Kapitalo]], [[Artikoloj de Aleksander Herzen]], [[Lekcioj kaj paroladoj de Erich Fromm]], [[Koncepto de la homo ĉe Karolo Markso]], [[El Siberio]], [[Leteroj de Anton Ĉeĥov]], [[Kaŝĉej-ĉeno]], [[Pri evoluo de la revoluciaj ideoj en Rusio]], [[Pensoj pri la Februara revolucio]], [[Lando de ekzilo: de Osa ĝis Irkutsko]], [[Oktobra manifesto]], [[Punlaboro kaj vagabondoj de Siberio]], [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 1–2)]], [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 3–4)]], [[Pravda (rusa gazeto)]] == Kulturo == [[Holivudo]], [[Filmo]], [[Renesanco]], [[Kino]], [[Televido]], [[Radio]], [[Bildliteraturo]], [[Klaŭno]], [[Akrobato]], [[Striptizo]], [[Kubismo]], [[Amaskomunikilo]], [[Propagando]], [[Pentrado]], [[Ludo]], [[Ĵazo]], [[Humpty Dumpty]], [[Disneyland]], [[Modo]], [[Ceremonio]], [[Estetiko]], [[Superrealismo]], [[Poparto]], [[Centro Georges Pompidou]], [[Kiĉo]], [[Dadaismo]], [[Maskerado]], [[Papiruso]], [[Alfabeto]], [[Litero]], [[Skulptaĵo]], [[Dirigento]], [[Televidserio]], [[Orkestro]], [[Ĥoro]], [[Multkulturismo]], [[Universalismo]], [[Ĉina civilizacio]], [[Kultura imperiismo]], [[Dramo]], [[Rusa literaturo]], [[Jarmilo de Rusio]], [[Forkapto de la fianĉino]], [[Rusa kuirarto]], [[Rusa popola kanto]] == Revolucioj == [[Kontraŭrevolucio]], [[Oktobra revolucio]], [[Franca revolucio de 1789]], [[Rusia revolucio de 1905]], [[Hungara revolucio de 1956]], [[Seksa revolucio]], [[Usona revolucio]], [[Irana revolucio]], [[Franca revolucio de 1848]], [[Decembristoj en Jalutorovsko]], [[Decembristoj en Tobolsko]], [[Februara revolucio]], [[Abdiko de Nikolao la 2-a]], [[Abdiko de Miĥail Aleksandroviĉ]], [[Petrograda Soveto]] == Lingvoj == [[Araba lingvo]], [[Ĉina lingvo]], [[Plurlingveco]], [[Sakraĵo]], [[Siberia parolmaniero]], [[Lingvolernado]], [[Suda dialektaro de la rusa lingvo]] == Araba-israela konflikto == [[Araba-israela konflikto]], [[Organizaĵo por Liberigo de Palestino]], [[Intifado]], [[Hamaso]], [[Fataho]], [[Sueza krizo]], [[Interkonsentoj de Oslo]], [[Madrida konferenco (1991)]], [[Sestaga milito]], [[Milito de Jom Kippur]] == Temoj == [[Ekologio]], [[Nuklea akcidento de Ĉernobilo]], [[Komunista Partio de Sovetunio]], [[Nafto]], [[Geologio]], [[Burokratio]], [[Vodko]], [[Fotografio]], [[Oriento]], [[Okcidenta civilizo]], [[Problemo]], [[Plenkreskulo]], [[Pedagogio]], [[Katastrofo]], [[Epidemio]], [[Bolŝevismo]], [[Junulino]], [[Prahistorio]], [[Poeto]], [[Kolektivo]], [[Alkoholismo]], [[Sinmortigo]], [[Ora epoko]], [[Aristokratio]], [[Plebo]], [[Absolutismo]], [[Urboŝtato]], [[Arkeologio]], [[Tekniko]], [[Burĝo]], [[Demagogio]], [[Liberalismo]], [[Marksismo]], [[Politika dekstro]], [[Politika maldekstro]], [[Publika opinio]], [[Intelektulo]], [[Aŭto]], [[Informo]], [[Tutmondiĝo]], [[Diskriminacio]], [[Teroro]], [[Atencoj de la 11-a de septembro 2001]], [[Disfalo de Sovetunio]], [[Konsumismo]], [[Talibano]], [[Socia malegaleco]], [[Amasa kulturo]], [[Kontraŭusonismo]], [[Al-Kaido]], [[Studento]], [[Usona Kongreso]], [[Haveno]], [[Elito]], [[Traktato]], [[Valso]], [[Elektro]], [[Komunikado]] (99%), [[Skribo]] (99%), [[Parolo]] (99%), [[Telefono]] (99%), [[Aviado]], [[Telegrafo]], [[Presado]], [[Novaĵo]], [[Specialisto]], [[Tuŝo]], [[Mesaĝo]], [[Letero]], [[Nudeco]], [[Tribo]], [[Aŭtomatigo]], [[Feŭdismo]], [[Eldonado]], [[Vidado]] (99%), [[Aŭdo]] (99%), [[Stomatologio]], [[Nerva sistemo]], [[Amuzo]], [[Vojo]], [[Poŝto]], [[Redaktoro]], [[Tajpilo]], [[Sekretario]], [[Korpo]], [[Nomado]], [[Slumo]], [[Sago]], [[Kamparo]], [[Narciso]], [[Mezepoko]], [[Migrado]], [[Maŝino]], [[Centralizismo]], [[Biciklo]], [[Fusilo]], [[Perspektivo]], [[Bordelo]], [[Vokvirino]], [[Raso]], [[Invento]], [[Ideologio]], [[Mongolaj invadoj kaj konkeroj]], [[Slavofilismo]], [[Ostaĝo]], [[Subjekto]], [[Teritorio]], [[Evento]], [[Pornografio]], [[Manipulado de la amasoj]], [[Sekseco]], [[Atenco]], [[Vetludo]], [[Nuklea centralo]], [[Majo de 1968 (Francio)]], [[Klonado]], [[Implozio]], [[Ofero]] (90%), [[Socia sekso]] (90%), [[Konsumado]], [[Handikapo]], [[Respondeco]] (90%), [[Ĉantaĝo]], [[Snobo]], [[Orgio]], [[Aĵo]], [[Masko]], [[Naziismo]], [[Doktrino]] (90%), [[Radikalismo]], [[Kariero]], [[Ribelo]] (90%), [[Elmigrado]], [[Cionismo]], [[Totalismo]], [[Reformo]], [[Reakcio (politiko)]], [[Ŝovinismo]], [[Geto]], [[Koloniismo]], [[Ŝtatoficisto]], [[Konkurenco]], [[Linĉado]], [[Superecismo]], [[Ekzilo]], [[Impotenteco]], [[Soldato]] (90%), [[Uniformo]], [[Stalinismo]], [[Tajpinga ribelo]], [[Misiismo]], [[Modernigo]], [[Malnova reĝimo]], [[Klerismo]], [[Organizaĵo]], [[Ĥaoso]], [[Eksterlandano]], [[Grego]], [[Detruado]], [[Distanco]], [[Fajro]] (90%), [[Arbaro]] (90%), [[Maro]] (90%), [[Ŝtonumado]], [[Kondamno]], [[Bruligado sur ŝtiparo]], [[Postvivado]], [[Predo]], [[Fuĝo]], [[Incendio]], [[Danĝero]], [[Minaco]], [[Ekzekuto]], [[Ekzekutisto]], [[Genuado]], [[Ŝipestro]], [[Digo]], [[Venĝo]], [[Murdo]], [[Ekskremento]], [[Mortinto]] (90%), [[Malrapideco]], [[Kaŭrado]], [[Sidado]], [[Starado]], [[Kuŝado]], [[Piramido]], [[Insekto]], [[Aresto]], [[Faŭko]], [[Malpermeso]] (90%), [[Triumfo]], [[Procesio]], [[Kreskado]], [[Ĥako]], [[Areno]], [[Montogrimpado]], [[Matadoro]], [[Fingro]] (90%), [[Lanco]], [[Metalo]], [[Slogano]], [[Oratoro]], [[Rajdado]], [[Deputito]], [[Voĉdono]], [[Jura imuneco]], [[Piedsigno]], [[Atako]] (90%), [[Bebo]], [[Entombigo]], [[Klano]], [[Sekalo]], [[Batalkampo]], [[Batalo]] (90%), [[Krio]] (90%), [[Posteulo]], [[Praulo]], [[Tombejo]], [[Kortego]], [[Pridemandado]], [[Demando]], [[Ponardo]], [[Parlamento]], [[Kasto]], [[Socia klaso]], [[Konspiro]], [[Bacilo]], [[Mikrobo]], [[Spermo]], [[Limo]] (90%), [[Ekbruligo]], [[Manifestacio]], [[Striko]], [[Formikejo]], [[Krucumado]], [[Terapio]], [[Paŝtisto]], [[Konskripcio]], [[Seĝo]], [[Indiĝeno]], [[Fortikaĵo]], [[Trupo]], [[Gardisto]], [[Ujo]], [[Argilo]], [[Sceptro]], [[Heroo]], [[Unueca Rusio]], [[Koloraj revolucioj]], [[Geja Fiero]], [[Cenzuro]], [[Rusofobio]], [[Islama Ŝtato]], [[Volontulo]], [[Bonfarado]], [[Enmigrado]], [[Rifuĝinto]], [[Kultura asimilado]], [[Jabloko]], [[Homofobio]], [[Monumento]], [[Pussy Riot]], [[Identeco]], [[Incesto]], [[Universala voĉdonrajto]], [[Roboto]], [[Erotiko]], [[Konversacio]], [[Kreado]], [[Patriarkeco]], [[Matriarkeco]], [[Meza klaso]], [[Interŝanĝo]], [[Laceco]], [[Aŭtoritatismo]], [[Judo-kristana paradigmo]], [[Administranto]], [[Floro]] (pli ol 50%), [[Prestiĝo]], [[Nuntempa arto]], [[Administrado]], [[Realismo]], [[Manifesto de la Komunista Partio]], [[Malkonfido]], [[Kontraŭfaŝismo]], [[Monopolo]] (90%), [[Socia adaptiĝo]], [[Stimulo]], [[Senhelpeco]], [[Luteranismo]], [[Munkena interkonsento]], [[Energio]], [[Moderna epoko]], [[Malcentralizado]], [[Feliĉa fino]], [[Mickey Mouse]], [[Pejzaĝo]], [[Anuso]], [[Demenco]], [[Malliberigo]], [[Kanibalo]], [[Senkulpeco]], [[Fumado]], [[Lojaleco]], [[Dreyfus-skandalo]], [[Droga dependeco]], [[Damaĝo]], [[Ligo de Nacioj]], [[Ligo de Arabaj Ŝtatoj]], [[Berlina muro]], [[Nacia intereso]], [[Gerilo]], [[Intertraktoj]], [[Pakto Ribbentrop-Molotov]], [[Intermilita periodo]], [[Traktato de Rapallo (1922)]], [[Traktatoj de Lokarno]], [[Aŭgusta puĉo]], [[Imperiestro]], [[Disigo de povoj]], [[Berlina krizo (1961)]], [[Sankta Alianco]], [[Mein Kampf]], [[Anschluss]], [[Wilsonismo]], [[Sociala asekuro]], [[Habsburgoj]], [[Mobilizado]], [[Perestrojko]], [[Glasnost]], [[Partnereco por paco]], [[Radio Libera Eŭropo/Radio Libero]], [[Titoismo]], [[Germana naciismo]], [[Dispartigoj de Pollando-Litovio]], [[Reparacio]], [[Antikominterna pakto]], [[Unua maroka krizo]], [[Triopa Entento]], [[Neŭtraleco]], [[Superpotenco]], [[Mararmeo]], [[Maginot-linio]], [[Fekundindico]], [[Traktato de Brest-Litovsk]], [[Publikaj rilatoj]], [[Pariza paca konferenco]], [[Okupado de baltaj landoj]], [[Strategio]], [[Araba naciismo]], [[Domino-teorio]], [[Eŭropa koncerto]], [[Orienta Demando]], [[Curzon-linio]], [[Spionservo]], [[Iredentismo]], [[Taktiko]], [[Novkonservativismo]], [[Konfrontiĝo]], [[Jingoismo]], [[Konservisma Partio (Britio)]], [[Whigs]], [[Malarmado]], [[Kontraŭkomunismo]], [[Alianco]], [[Prezidanto de Usono]], [[Berlina kongreso]], [[Poliomjelito]], [[Amendo de Jackson–Vanik]], [[Lobiado]], [[Monda registaro]], [[Politiko de detenado]], [[Misilo]], [[Usona Departemento de Ŝtato]], [[Hallstein-doktrino]], [[Pakto Briand-Kellogg]], [[Tutgermanismo]], [[Germanigo]], [[Sinplenumanta profetaĵo]], [[Vestfalia paco]], [[Suvereneco]], [[Interna politiko]], [[Reciproke garantiita neniigo]], [[Strategia Defenda Iniciato]], [[Interkonsento de Rambouillet]], [[Reunuiĝo de Koreio]], [[Kanajla ŝtato]], [[Kontraŭmisila defendo]], [[Rasapartigo]], [[Kompromiso]], [[Jackson-demokratio]], [[Protestoj sur placo Tian An Men]], [[Oligarĥio]], [[Malalta klaso]], [[Internacia juro]], [[Etna purigado]], [[Okcidentigo]], [[Nacia ŝtato]], [[Liberala demokratio]], [[Indiĝenigo]], [[Genocido]], [[Postkoloniismo]], [[Kontraŭokcidentismo]], [[Ksenofobio]], [[Demografio]], [[Dinastio Qing]], [[Hizbulaho]], [[Industriigo]], [[CIA]], [[Islama terorismo]], [[Virinaj rajtoj]], [[Solidareco (Pollando)]], [[Armitaj Fortoj de Usono]], [[Disfalo de Jugoslavio]], [[Usona malliberejo en Guantanamo]], [[Pensofabriko]], [[Universitato Harvard]], [[Sovetologio]], [[Rusa naciismo]], [[Annus mirabilis]], [[Nacisocialisma Germana Laborista Partio]], [[Flago de Nazia Germanio]], [[Seksorganoj]], [[Fekaĵo]], [[Menstruo]], [[Flarsenso]], [[Dupiedismo]], [[Senhejma infano]], [[Interrompita koito]], [[Trajno]], [[Nokta enurezo]], [[Ekzogamio]], [[Kastro]], [[Eta burĝo]], [[Agrikulturisto]], [[Socialdemokratio]], [[Scienca rasismo]], [[Antikva Grekio]], [[Hetajro]], [[Moralismo]], [[Svastiko]], [[Staĥanov-movado]], [[Milito kontraŭ narkotikaĵoj]], [[Transloĝiĝo al Siberio]], [[Vagabondo]], [[Ekzilo al Siberio]], [[Poloj en Rusio]], [[Siberia landvojo]], [[Tajgo]], [[Veturigisto]], [[Punlaboro en Siberio]], [[Kontraŭalkohola kampanjo en Sovetunio]], [[Domo de Ipatjev]], [[Politburoo de la Centra Komitato de la Komunista Partio de Sovetunio]], [[Aparatulo]], [[Supera Soveto de Sovetunio]], [[Plurpartiismo]], [[Onidiro]], [[Kazana Universitato]], [[Akuzo]], [[Rusia nobelaro]], [[Filistreco]], [[Rusa kampara komunumo]], [[Falanstero]], [[Nuligo de servutismo en Rusio]], [[Caro]], [[Romanovoj]], [[Registaro de Rusio]], [[Historio de Rusio]], [[Filozofo]], [[Reprezenta demokratio]], [[Prezidenta oficperiodo de Boris Jelcin]], [[Ŝtata Dumao]], [[Kotono]], [[Teo en Rusio]], [[Transportado de malliberuloj en la Rusia imperio]], [[Vaporŝipo]], [[Homa stampado]], [[Kurgano]], [[Omska fortikaĵo]], [[Pelmenoj]], [[Pramo]], [[Fuĝoj de malliberuloj el Siberio]], [[Drinkejo]], [[Gazetarlibereco]], [[Servutismo en Rusio]], [[Framasonoj en Rusio]], [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)]], [[Rusa intelektularo]], [[Pediko]], [[Tifo]], [[Gvatado]] 4zr78p01uc24dkxokpkepevbuqjfh03 53921 53913 2026-10-30T14:43:13Z RG72 415 /* Revolucioj */ 53921 wikitext text/x-wiki {{User ru}} {{user eo-4}} </br></br></br> '''Miaj artikoloj''': == Aŭtoroj == [[Ippolit Zavaliŝin]], [[Grigorij Potanin]], [[Nikolao Ĉukmaldin]], [[Ivan Slovcov]], [[Pjotr Gorodcov]], [[Boris Ŝĉerbina]], [[Farman Salmanov]], [[Kornej Ĉukovskij]], [[Miĥail Saltikov-Ŝĉedrin]], [[Roger Bacon]], [[Marilyn Monroe]], [[Lincoln Steffens]], [[William Randolph Hearst]], [[Diogeno la Cinika]], [[Friedrich Schiller]], [[José Ortega y Gasset]], [[Marko Bruto]], [[Jean Baudrillard]], [[Saddam Hussein]], [[Zbigniew Brzeziński]], [[Deng Xiaoping]], [[Vladimir Putin]], [[Bill Clinton]], [[George H. W. Bush]], [[Lewis Mumford]], [[Marshall McLuhan]] (99%), [[Curt Sachs]], [[Wyndham Lewis]], [[Nikita Ĥruŝĉov]], [[Ivano la Terura]], [[Aleksander Herzen]], [[Gerald Ford]], [[Lyndon B. Johnson]], [[Richard Nixon]], [[Michael Jackson]], [[Madonna]], [[Marcel Duchamp]], [[Ryszard Kapuściński]], [[Eric Hoffer]] (90%), [[Elias Canetti]], [[Aleksej Navalnij]], [[Apostolo Paŭlo]], [[Ernst Röhm]], [[Karl Radek]], [[Lev Trockij]], [[Johano Kalvino]], [[Ĥusejn ibn Ali]], [[Tamerlano]], [[Stendhal]], [[Fjodor Dostojevskij]], [[Madamo de Staël]], [[Oliver Cromwell]], [[Ernest Renan]], [[Andrej Movĉan]], [[Miĥail Gorbaĉov]], [[Miĥail Ĥodorkovskij]], [[Boris Nemcov]], [[Ramzan Kadirov]], [[Sergej Magnickij]], [[Boris Jelcin]], [[Gennadij Zjuganov]], [[Pjotr Stolipin]], [[Gustav Landauer]], [[Friedrich Engels]], [[Elton Mayo]], [[François-Noël Babeuf]], [[Alfred Adler]], [[Wilhelm Reich]], [[Jacob Burckhardt]], [[Thomas Szasz]], [[Joseph McCarthy]], [[Benjamin Rush]], [[Karl Menninger]], [[T. S. Eliot]], [[Joseph-Ignace Guillotin]], [[Napoleono la 3-a]], [[Armand Jean du Plessis de Richelieu]], [[Woodrow Wilson]], [[Anthony Eden]], [[Anŭar al-Sadat]], [[Kiichi Miyazawa]], [[John Foster Dulles]], [[Klemens von Metternich]], [[Aleksandro la 1-a (Rusio)]], [[Neville Chamberlain]], [[Edward Frederick Lindley Wood]], [[Andrej Gromiko]], [[Vjaĉeslav Molotov]], [[James Monroe]], [[Aristide Briand]], [[Ngô Đình Diệm]], [[Harold Macmillan]], [[Pierre Laval]], [[Joachim von Ribbentrop]], [[Lord Palmerston]], [[Aleksandr Gorĉakov]], [[Alfred von Schlieffen]], [[Helmuth von Moltke]], [[Nikolaj Obruĉev]], [[Dean Rusk]], [[Vilhelmo la 2-a (Germana Regno)]], [[Nikolao la 2-a (Rusio)]], [[Gerald Nye]], [[Walter Millis]], [[Eyre Crowe]], [[Pjotr Durnovo]], [[Robert Arthur Talbot Gascoyne-Cecil, la tria markizo de Salisbury]], [[Douglas MacArthur]], [[Georgij Ĉiĉerin]], [[H. Freeman Mattews]], [[Isaiah Berlin]], [[Joseph E. Davies]], [[Henry M. Jackson]], [[Gustav Stresemann]], [[George F. Kennan]], [[Walter Lippmann]], [[Gamal Abdel Naser]], [[Albert Wohlstetter]], [[Nikolaj Bulganin]], [[Christian Pineau]], [[Milovan Ĝilas]], [[Joseph Chamberlain]], [[Denis William Brogan]], [[Yvon Delbos]], [[F. E. Smith, la 1-a grafo de Birkenhead]], [[Theobald von Bethmann Hollweg]], [[Nikolaj Sazonov]], [[Hans von Seeckt]], [[Harold Nicolson]], [[Robert King Merton]], [[David Lloyd George]], [[Arthur James Balfour]], [[Kurt Riezler]], [[George Canning]], [[Wilhelm Lamormaini]], [[Ferdinando la 2-a (Sankta Romia imperio)]], [[Friedrich von Gentz]], [[Sergej Vitte]], [[Nancy Pelosi]], [[Slobodan Miloŝeviĉ]], [[Lee Teng-hui]], [[Augusto Pinochet]], [[Ehud Barak]], [[Anatolij Ĉubajs]], [[Samuel P. Huntington]], [[Lee Kuan Yew]], [[Muhammad Ali Jinnah]], [[Sirimavo Bandaranaike]], [[Ali Akbar Haŝemi Rafsanĝani]], [[Yang Shangkun]], [[Carroll Quigley]], [[Muamar Kadafi]], [[Robert Roswell Palmer]], [[Christopher Dawson]], [[Fernand Braudel]], [[John Mearsheimer]], [[Lucian Pye]], [[Michael Dibdin]], [[Mahathir bin Mohamad]], [[Carlos Salinas de Gortari]], [[Sidney Mintz]], [[Ernesto Pérez Balladares]], [[Takeshi Umehara]], [[Georgij Arbatov]], [[Usama bin Laden]], [[Menaĥem Begin]], [[Anatolij Sobĉak]], [[Mahmud Ahmadineĵad]], [[Hans Morgenthau]], [[John McCain]], [[James Baker]], [[Eduard Ŝevardnadze]], [[Nicolae Ceaușescu]], [[Brent Scowcroft]], [[David Ignatius]], [[Viktor Janukoviĉ]], [[Condoleezza Rice]], [[Francis Fukuyama]], [[Ariel Ŝaron]], [[Hu Jintao]], [[Dick Cheney]], [[Madeleine Albright]], [[Jimmy Carter]], [[Cyrus Vance]], [[Robert Strausz-Hupé]], [[Wojciech Jaruzelski]], [[Georgij Ŝaĥnazarov]], [[Owen Harris]], [[Chiang Ching-kuo]], [[Pol Pot]], [[Charles Gati]], [[Justin Vaïsse]], [[Mark Kramer (politikologo)]], [[David Rothkopf]], [[Warren I. Cohen]], [[Nancy Bernkopf Tucker]], [[Robert A. Pastor]], [[William B. Quandt]], [[Robert E. Hunter]], [[Patrick Vaughan]], [[Marin Strmecki]], [[James Mann (verkisto)]], [[Adam Garfinkle]], [[Stephen Szabo]], [[Hamilton Fish Armstrong]], [[David Rockefeller]], [[Michael Dukakis]], [[Hamilton Jordan]], [[Alfred Rosenberg]], [[Friedrich Hebbel]], [[Carl Ludwig Schleich]], [[Gordon Allport]], [[James Henry Breasted]], [[Franz Alexander]], [[Carl von Clausewitz]], [[Karlo de Aŭstrio-Teŝino]], [[Maŭrico de Saksio]], [[Nikolaj Ogarkov]], [[Aleksej Konstantinoviĉ Toporkov]], [[Andrej Kokoŝin]], [[Jacques Sternberg]], [[Vance Packard]], [[Wilhelm Stapel]], [[Jacques Lacan]], [[David Simon]], [[Thomas De Quincey]], [[Steven Weinberg]], [[Jean-Pierre Dupuy]], [[Fjodor Rostopĉin]], [[Viktor Pinĉuk]], [[Robert Fico]], [[Abbé Pierre]], [[Ernst Bloch]], [[Majstro Eckhart]], [[Vasilij Semjonoviĉ Pankratov]], [[Grigorij Rasputin]], [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)]], [[Klavdija Bitner]], [[Pierre Gilliard]], [[Jegor Ligaĉov]], [[Viktor Griŝin]], [[Nikolaj Riĵkov]], [[Miĥail Solomencev]], [[Viktor Ĉebrikov]], [[Vladimir Dolgiĥ]], [[Anatolij Lukjanov]], [[Dmitrij Jazov]], [[Vladimir Ŝĉerbickij]], [[Hejdar Alijev]], [[Aleksandr Nikolajeviĉ Jakovlev]], [[Petro la 3-a (Rusio)]], [[Katerina la 2-a (Rusio)]], [[Vissarion Belinskij]], [[Timofej Granovskij]], [[Nikolao la 1-a (Rusio)]], [[Pavel Pestel]], [[Astolphe de Custine]], [[Ernst Johann von Biron]], [[Karl Brjulov]], [[Giuseppe Mazzini]], [[Vladimir Ĵirinovskij]], [[Viktor Ĉernomirdin]], [[Aleksandr Korĵakov]], [[Jegor Gajdar]], [[Grigorij Javlinskij]], [[Aleksandr Lebed]], [[Jurij Luĵkov]], [[Eduard Rossel]], [[Nikita Miĥalkov]], [[Aleksandr Proĥanov]], [[Miĥail Znamenskij]], [[Ivan Jakuŝkin]], [[Matvej Muravjov-Apostol]], [[Jevgenij Obolenskij]], [[Ivan Puŝĉin]], [[Pjotr Svistunov]], [[Jermak Timofejeviĉ]], [[Vladimir Tolstoj]], [[Aleksej Arakĉejev]], [[Aleksandr Jakuboviĉ]], [[Aleksandra Muravjova]], [[Ivan Paskeviĉ]], [[Ivan Nikolajeviĉ Tolstoj]], [[Aleksandr Nikolajeviĉ Muravjov]], [[Aleksandr Kerenskij]], [[Pavel Miljukov]], [[Aleksandr Guĉkov]], [[Georgij Lvov]], [[Nikolaj Vissarionoviĉ Nekrasov]], [[Ivan Godnev]], [[Aleksandr Manujlov]], [[Vladimir Nikolajeviĉ Lvov]], [[Fjodor Rodiĉev]], [[Andrej Ŝingarjov]], [[Sergej Turbin]], [[Aleksandro Alabjev]], [[Aleksandr Radiŝĉev]], [[Vasilij Ŝulgin]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]], [[Miĥail Lomonosov]], [[Aleksandr Sumarokov]], [[Miĥail Miĥajloviĉ Speranskij]], [[Michael Andreas Barclay de Tolly]], [[Aleksej Jermolov]], [[Pjotr Bagration]], [[Miĥail Kutuzov]], [[Aleksandr Figner]], [[Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko]], [[Pjotr Vrangel]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ Lvov]], [[Anton Denikin]], [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko]], [[Dmitrij Ivanoviĉ Ĉiĥaĉjov]], [[Aleksej Polivanov]], [[Boris Ŝtjurmer]], [[Aleksej Nikolajeviĉ Romanov]], [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)]], [[Aleksandr Stessel]], [[Viktor Sokira-Jaĥontov]], [[Grigorij Kotovskij]], [[Vera Ĥolodnaja]], [[Aleksej Brusilov]], [[Aleksandro la 3-a (Rusio)]], [[Pjotr Vannovskij]], [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)]], [[Lavr Kornilov]], [[Nikolaj Iudoviĉ Ivanov]], [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev]], [[Aleksej Kaledin]], [[Vladimir Suĥomlinov]], [[Vladimir Miĥajloviĉ Bezobrazov]], [[Nikolaj Januŝkeviĉ]], [[Nikolaj Vladimiroviĉ Ruzskij]], [[Miĥail Diteriĥs]], [[Nikolaj Gondatti]], [[Solomon Ĉudnovskij]], [[Adrian Siromjatnikov]], [[Aleksandr Despot-Zenoviĉ]], [[Nifont Dolgopolov]], [[Ivan Grigorjeviĉ Ŝĉeglovitov]], [[Moisej Urickij]], [[Lev Kamenev]] == Geografio == [[Tjumeno]], [[Siberio]], [[Irbito]], [[Tobolsko]], [[Niĵnevartovsko]], [[Surguto]], [[Neftejugansko]], [[Megiono]], [[Omsko]], [[Turo (rivero, Siberio)]], [[Tjumena provinco]], [[Okcidenta Siberio]], [[Svislando]], [[Romio]], [[Meksiko]], [[Eŭropo]], [[Irako]], [[Sudameriko]], [[Centra Ameriko]], [[Hispanio]], [[Ĉinio]], [[Sovetunio]], [[Pakistano]], [[Afganio]], [[Ukrainio]], [[Eŭrazio]], [[Pollando]], [[Irano]], [[Proksima Oriento]], [[Japanio]], [[Fora Oriento]], [[Centra Azio]], [[Azio]], [[Turkio]], [[Kartvelio]], [[Armenio]], [[Eŭropa Unio]], [[Uzbekio]], [[Azerbajĝano]], [[Palestino]], [[Sud-Koreio]], [[Nord-Koreio]], [[Koreio]], [[Singapuro]], [[Tajvano]], [[Orienta Azio]], [[Italio]], [[Brita imperio]], [[Belorusio]], [[Hinda oceano]], [[Kazaĥio]], [[Kaspia maro]], [[Korea milito]], [[Anglio]], [[Okcidenta Eŭropo]], [[Centra Eŭropo]], [[Orienta Eŭropo]], [[Subevoluintaj landoj]], [[Suda Usono]], [[Norda Usono]], [[Nederlando]], [[Asirio]], [[Alpoj]], [[Skota Altlando]], [[Krimeo]], [[Argentino]], [[Kaŭkazio]], [[Ĉeĉenio]], [[Vajmara respubliko]], [[Nazia Germanio]], [[Ameriko]], [[Okcidenta Germanio]], [[Masaĉuseco]], [[Jalutorovsko]], [[Germana Demokratia Respubliko]], [[Laoso]], [[Sankta Romia imperio]], [[Sud-Vjetnamio]], [[Nord-Vjetnamio]], [[Ĉeĥoslovakio]], [[Aŭstrio-Hungario]], [[Atlantiko]], [[Manika markolo]], [[Prusio]], [[Balkanio]], [[Hindoĉinio]], [[Sud-Orienta Azio]], [[Nord-Orienta Azio]], [[Dardaneloj]], [[Alzaco-Loreno]], [[Saĥaleno]], [[Kurilaj insuloj]], [[Bosnio kaj Hercegovino]], [[Rejna provinco]], [[Sankt-Peterburgo]], [[Supra Silezio]], [[Pola koridoro]], [[Germana Federacio]], [[Orienta Rumelio]], [[Sueza kanalo]], [[Manĉurio]], [[Rumanio]], [[Jugoslavio]], [[Vaŝingtono]], [[Okcidenta Usono]], [[Nord-Okcidenta Usono]], [[Malajzio]], [[Okcidenta Berlino]], [[Pacifiko]], [[Vjetnamio]], [[Kamboĝo]], [[Germana Regno]], [[Silicia Valo]], [[Wall Street]], [[Estonio]], [[Bosnio]], [[Kosovo]], [[Granda Albanio]], [[Somalio]], [[Persa golfo]], [[Sauda Arabio]], [[Niĝerio]], [[Indonezio]], [[Aŭstralio]], [[Francio]], [[Nord-Makedonio]], [[Latinameriko]], [[Respubliko Serba Krajna]], [[Subsahara Afriko]], [[Nord-Afriko]], [[Tajlando]], [[Haitio]], [[Libano]], [[Sirio]], [[Egiptio]], [[Sektoro Gazao]], [[Filipinoj]], [[Havajo]], [[Panama kanalo]], [[Pola Popola Respubliko]], [[Tomsko]], [[Jenisejo]], [[Krasnojarsko]], [[Kazano]], [[Velikij Novgorod]], [[Petrozavodsko]], [[Novgoroda gubernio]], [[Kieva Regno]], [[Konstantinopolo]], [[Nadimo]], [[Kurgano (urbo)]], [[Baltio]], [[Buĥaro]], [[Jekaterinburgo]], [[Tobolska gubernio]], [[Tugulimo]], [[Uspenka (Tjumena distrikto)]], [[Bogandinskoje]], [[Kijovo]], [[Jalutorovska distrikto (1782-1923)]], [[Juĵno-Pletnjovo]], [[Kurska gubernio]], [[Iŝima distrikto (1782-1923)]], [[Tobolo]], [[Iŝimo (rivero)]], [[Provinco de Siberiaj Kirgizoj]], [[Kujbiŝev]], [[Baraba stepo]], [[Jeniseja gubernio]], [[Bogotolo]], [[Aĉinsko]], [[Bajkalo]], [[Usolje-Sibirskoje]], [[Valdajo]], [[Kievo]], [[Odeso]], [[Zlatousto]], [[Ĉelabinsko]], [[Kurgana distrikto (1782-1923)]] == Periodoj == * [[Jarcento]], [[6-a jarcento]], [[16-a jarcento]], [[17-a jarcento]], [[18-a jarcento]], [[19-a jarcento]], [[20-a jarcento]], [[21-a jarcento]] * [[1880-aj jaroj]], [[1890-aj jaroj]] * [[1910-aj jaroj]], [[1920-aj jaroj]], [[1930-aj jaroj]], [[1950-aj jaroj]], [[1960-aj jaroj]], [[1970-aj jaroj]], [[1980-aj jaroj]], [[1990-aj jaroj]] * [[Regado de Nikolao la 2-a (Rusio)]] == Ekstera politiko == * [[Internaciaj rilatoj]], [[Ekstera politiko]], [[Internacia politiko]], [[Geopolitiko]] * [[Rilatoj de Ĉinio kaj Usono]], [[Rilatoj de Rusio kaj NATO]], [[Rilatoj de Germanio kaj Rusio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Rusio]], [[Rilatoj de Rusio kaj Usono]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Sovetunio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Japanio]], [[Rilatoj de Japanio kaj Usono]], [[Rilatoj de Eŭropa Unio kaj Usono]], [[Rilatoj de Irano kaj Usono]], [[Rilatoj de Barato kaj Ĉinio]], [[Rilatoj de Barato kaj Pakistano]], [[Rilatoj de Barato kaj Usono]], [[Rilatoj de Japanio kaj Usono]], [[Rilatoj de Japanio kaj kaj Koreio]], [[Rilatoj de Sovetunio kaj Usono]], [[Rilatoj de Azio kaj Usono]], [[Rilatoj de Rusio kaj Ukrainio]], [[Rilatoj de Ĉinio kaj Nord-Koreio]], [[Rilatoj de Pakistano kaj Usono]], [[Rilatoj de Israelo kaj Usono]], [[Rilatoj de Irano kaj Israelo]], [[Rilatoj de Ukrainio kaj NATO]], [[Rilatoj de Sirio kaj Usono]], [[Rilatoj de Eŭropo kaj Rusio]], [[Rilatoj de Britio kaj Usono]], [[Rilatoj de Irako kaj Usono]], [[Rilatoj de Pollando kaj Rusio]] * [[Ekstera politiko de Usono]], [[Ekstera politiko de Ĉinio]], [[Ekstera politiko de Rusio]], [[Ekstera politiko de Barato]], [[Ekstera politiko de Japanio]], [[Ekstera politiko de Germanio]] * [[McMahon-linio]], [[Interkonsentoj de Oslo]], [[Truman-doktrino]], [[Konsilio pri Sekureco de Unuiĝintaj Nacioj]], [[Kapto de usonaj ostaĝoj en Irano]], [[Pactraktatoj de Camp David]], [[Vastigo de NATO]], [[Konsilio pri Nacia Sekureco de Usono]], [[Orienta Bloko]], [[Grupo de la Ok]], [[Membriĝo de Ukrainio en Eŭropa Unio]], [[Pintokunveno en Malto]], [[Triflanka Komisiono]], [[Realismo (internaciaj rilatoj)]], [[Politiko de malstreĉigo]], [[Paca kunekzistado]], [[Intertraktoj pri limigo de strategiaj armiloj]], [[Grupo de la Sep]], [[Varsovia pakto]], [[Carter-doktrino]], [[Realpolitiko]], [[Kolektiva sekureco]], [[Unuigo de Germanio]], [[Unuiĝintaj Nacioj]], [[Povekvilibro]], [[Memdeterminado]], [[Viena kongreso]], [[Jalta konferenco]], [[Potsdama konferenco]], [[Doktrino de Monroe]], [[Izolismo]], [[Ekspansiismo]], [[Evidenta destino]], [[Kuba misila krizo]], [[NATO]], [[Versajla traktato]], == Ekonomio == [[Financo]], [[Okcidentsiberia naftogasa komplekso]], [[Fervojo]], [[Internacia Mona Fonduso]], [[Monda Banko]], [[Financa krizo de 2008]], [[Ekonomio]], [[Infrastrukturo]], [[Produktado]], [[Superbazaro]], [[Aĉetcentro]], [[Transporto]], [[Usona dolaro]], [[Eŭro]], [[Inflacio]], [[Valuto]], [[Industrio]], [[Baza enspezo]], [[Merkato]], [[Ekonomiaj sankcioj]], [[Akcia kompanio]], [[Planita ekonomio]], [[Ekonomio de Japanio]], [[Ekonomio de Usono]], [[Merkata ekonomio]], [[Turismo]], [[Reklamo]], [[Granda Depresio]], [[Varomarko]], [[Produktadrimedoj]], [[Produktiveco]], [[Rento]], [[Aĉetado]], [[Ekfirmao]], [[Nordamerika Liberkomerca Interkonsento]], [[Buŝehra atomstacio]], [[Ekonomio de Ĉinio]], [[Ekonomio de Rusio]], [[Financa krizo en Rusio (1998)]], [[Ŝtata kapitalismo]], [[Privata posedo]], [[Politika ekonomiko]], [[Produktivaj fortoj]], [[AvtoVAZ]], [[Fabriko]], [[Salproduktado]], [[Familio Kolmakov (negocistoj)]] == Milito == [[Nuklea milito]], [[Hispana Enlanda milito]], [[Golfa milito]], [[Afgana milito (1979-1989)]], [[Milito en Afganio (2001-2021)]], [[Dua mondmilito]], [[Malvarma milito]], [[Milito kontraŭ terorismo]], [[Unua mondmilito]], [[Totala milito]], [[Napoleonaj militoj]], [[Usona Enlanda milito]], [[Vjetnama milito]], [[Franca-Prusa milito]], [[Donbasa milito]], [[Milito de Jom Kippur]], [[Rusa-japana milito]], [[Dua itala-etiopa milito]], [[Krimea milito]], [[Rusa-turka milito (1877-1878)]], [[Tria mondmilito]], [[Kosova milito]], [[Tridekjara milito]], [[Bosnia milito]], [[Bombado de Jugoslavio fare de NATO]], [[Kroata milito]], [[Invado de Irako al Kuvajto]], [[Libana milito de 1982]], [[Libana enlanda milito]], [[Irana-iraka milito]], [[Barata-pakistana milito de 1965]], [[Invado al Ĉeĥoslovakio (1968)]], [[Unua milito en Ĉeĉenio]], [[Sestaga milito]], [[Kamboĝa-Vjetnama milito]], [[Ogadena milito]], [[Bombado de Irako en 1998]], [[Tet-ofensivo]], [[Liberiga Armeo de Kosovo]], [[Militarismo]], [[Naziaj koncentrejoj]], [[Invado de Rusio en Ukrainion (2022)]], [[Mongola invado al Rusio]], [[Patriota Milito de 1812]], [[Januara ribelo]], [[Armitaj Fortoj de Rusio]], [[Milito de la Sesa Koalicio]], [[Venkotago]], [[Dua milito en Ĉeĉenio]], [[Militsetlejoj]], [[Rekrutigo]], [[Ulano]], [[Batalo de Borodino]], [[Oficiro]], [[Volontula Armeo]], [[Evakuado de Odeso (1920)]], [[Evakuado de Krimeo]], [[Rusia Enlanda milito]], [[Rusia Imperiestra Armeo]], [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo]], [[Granda Retreto (Rusio)]], [[Brusilov-ofensivo]], [[Batalo de Galicio]], [[Ĉeĥa Taĉmento]], [[Tranĉea milito]], [[Manovra milito]], [[Tutrusia Zemstva Unio]] == Nukleaj armiloj == [[Nuklea armilo]], [[Atombombo]], [[Amasdetrua armilo]], [[Nuklea milito]], [[Nuklearmila konkuro]], [[Nuklea programo de Nord-Koreio]], [[Nuklea programo de Pakistano]], [[Nuklea programo de Barato]], [[Nuklea testo]], [[Nuklea programo de Sud-Afriko]], [[Nuklea programo de Irano]], [[Usona kontraŭmisila defendo en Centra kaj Orienta Eŭropo]], [[Programo de Nunn — Lugar]], [[Nuklea programo de Israelo]], [[Traktato kontraŭ pliigo de atomarmiloj]], [[Nuklea armilaro de Usono]] == Etnoj kaj nacioj == [[Ĥoĥol]], [[Judoj]], [[Hispanoj]], [[Rusoj]], [[Italoj]], [[Japanoj]], [[Araboj]], [[Armenoj]], [[Grekoj]], [[Azeroj]], [[Ĝermanoj]], [[Germanoj]], [[Slavoj]], [[Puebloj]], [[Albanoj]], [[Sudetaj germanoj]], [[Araba mondo]], [[Francoj]], [[Nederlandanoj]], [[Angloj]], [[Svisoj]], [[Arandoj]], [[Indianoj]], [[Ĉinoj]], [[Transmaraj ĉinoj]], [[Usonaj judoj]], [[Usonaj poloj]], [[Tataroj]], [[Marioj]], [[Udmurtoj]], [[Ĉuvaŝoj]], [[Komioj]], [[Rusiaj germanoj]], [[Latvoj]], [[Estonoj]], [[Baltaj germanoj]], [[Kaŭkaziaj germanoj]], [[Judoj en Uralo]], [[Siberianoj]], [[Mordvoj]], [[Ukrainoj en Siberio]], [[Judoj en Siberio]], [[Siberiaj tataroj]], [[Burjatoj]], [[Kontraŭjudaj pogromoj en la Rusia imperio]], [[Judoj en Rusio]] == Psikologio == [[Neŭrozo]], [[Psikologio]], [[Psikopatologio]], [[Nekonscio]], [[Arketipo]], [[Psiko]], [[Komplekso (psikologio)]], [[Trikstero]], [[Neŭrastenio]], [[Psikoterapio]], [[Ekstravertiteco — introvertiteco]], [[Histerio]], [[Komforto]], [[Anksio]], [[Memkonscio]], [[Fatala virino]], [[Narcisismo]], [[Individuismo]], [[Nostalgio]], [[Ekstazo]], [[Fetiĉismo]], [[Paranojo]], [[Skizofrenio]], [[Malkontento]], [[Entuziasmo]], [[Sinofero]], [[Melankolio]], [[Indiferenteco]], [[Psikanalizo]], [[Ekzaltiĝo]], [[Fremdiĝo]], [[Konformismo]], [[Mensa sano]], [[Eŭforio]], [[Masoĥismo]], [[Sadismo]], [[Piromanio]], [[Psikiatria hospitalo]], [[Nekonformismo]], [[Obsedo]], [[Halucino]], [[Paralizo]], [[Megalomanio]], [[Apatio]], [[Psikiatrio]], [[Ŝoko]], [[Virineco]], [[Vireco]], [[Paniko]], [[Kolektivismo]], [[Elreviĝo]], [[Kulposento]], [[Dresado]], [[Simulado]], [[Estimo]] (90%), [[Nobleco]], [[Fascino]], [[Malrespekto]], [[Malamikeco]], [[Obstino]], [[Plezuro]] (90%), [[Agreso]], [[Dominado]], [[Rolo]], [[Subkonscio]], [[Personeco]], [[Indigno]], [[Logoterapio]], [[Identigo (psikologio)]], [[Mortoinstinkto]], [[Anusa karaktero]], [[Seksa ekscitiĝo]], [[Puremo]], [[Supermio]], [[Sonĝointerpretado]], [[Infana psikologio]], [[Emocia kontaĝo]], [[Frua infanaĝo]], [[Repuŝado (psikologio)]], [[Afekcio]], [[Rezistado (psikologio)]], [[Cenzuro (psikanalizo)]], [[Traŭmato (psikologio)]], [[Seksa bremsado]], [[Religia ekscitiĝo]], [[Sekslogo]], [[Depresio]], [[Anksia neŭrozo]], [[Neŭrozo de senlaborulo]], [[Obseda-kompulsia malsano]], [[Kastrotimo]] == Filozofio == [[Simbolo]], [[Realo]], [[Mito]], [[Idealismo]], [[Sentimentaleco]], [[Maljusteco]], [[Senso]], [[Teozofio]], [[Spiritismo]], [[Signifo]], [[Utopio]] (99%), [[Racio]] (99%), [[Raciismo]], [[Simulakro]], [[Ekzistado]], [[Destino]], [[Relativismo]], [[Empiriismo]], [[Pozitivismo]], [[Skeptikismo]], [[Vivosenco]], [[Eroto (filozofio)]], [[Majstro Eckhart]], [[Okcidentemo]] == Religio == [[Kristnasko]], [[Maria (patrino de Jesuo)]], [[Iziso]], [[Islama fundamentismo]], [[Islama mondo]], [[Islamismo]], [[Ikono]], [[Ortodoksismo]], [[Ikonoklasmo]], [[Ŝijaismo]], [[Eliro (historia evento)]], [[Katolika Eklezio]], [[Prapeko]], [[Malnova Testamento]], [[Pilgrimado]], [[Lasta Juĝo]], [[Ĝihado]], [[Nekredanto]], [[Reformacio]], [[Protestantismo]], [[Ĉasado de sorĉistinoj]], [[Eva]], [[Komunio]], [[Postmorto]], [[Transa mondo]], [[Horoskopo]], [[Fundamentismo]], [[Senmorteco]], [[Monaĥejo]], [[Ordeno (religio)]], [[Mesiismo]], [[Mesio]], [[Idolismo]], [[Idolo]], [[Promesita Lando]], [[Aŝuro]], [[Ĉiela Regno]], [[Resurekto]], [[Resurekto de Jesuo]], [[Rito]], [[Propeka kapro]], [[Herezo]], [[Magio]], [[Totemo]], [[Kontraŭreformacio]], [[Ŝamano]], [[Konfuceismo]], [[Monoteismo]], [[Dio Patro]], [[Inkvizicio]], [[Islama renaskiĝo]], [[Islama Frataro]], [[Krucifikso]], [[Religia maltoleremo]], [[Cirkumcido]], [[Totemismo]], [[Levido]], [[Javeo]], [[Heksateŭko]], [[Interligo (Biblio)]], [[Evangelio]], [[Alaho]], [[Sankteco]], [[Politeismo]], [[Atono]], [[Reenkarniĝo]], [[Senpeka koncipo de Jesuo]], [[Asketismo]], [[Rusa Ortodoksa Eklezio]], [[Katedralo de Kristo Savinto]], [[Luteranismo en Rusio]], [[Kieva-Peĉjora monaĥejo]] == Libroj == [[La granda ŝaktabulo]], [[La elekto: tutmonda dominado aŭ tutmonda gvidado]], [[Strategia vizio: Usono kaj la krizo de tutmonda potenco]], [[Ĉu Usono bezonas eksteran politikon?: Al diplomatio de la 21-a jarcento]], [[La ribelo de la amasoj]], [[Unuetaĝa Usono]], [[Kontraŭstaro inter Civilizacioj]], [[Usono kaj la mondo: Konversacioj pri la estonteco de la ekstera politiko de Usono]], [[Zbig: La strategio kaj politiko de Zbigniew Brzeziński]], [[Konfeso pri difinita temo]], [[Provincano]], [[Rusio kaj la mondo. Nova epoko. 12 jaroj, kiuj povos ŝanĝi ĉion]], [[Amasa psikologio de faŝismo]], [[La doktoro kaj la animo]], [[Sonĝointerpretado (Freud)]], [[Estonteco de unu iluzio]], [[Malkontenteco pri la kulturo]], [[La homo Moseo kaj la monoteisma religio]], [[Kial milito?]], [[Makbeto]], [[La anatomio de homa detruemo]], [[Fuĝo for de libereco]], [[La socio de konsumado]], [[Simulakroj kaj simulaĵoj]], [[En la ombro de la silentema plejmulto]], [[La travidebleco de malbono]], [[La Golfa milito ne okazis]], [[La agonio de povo]], [[La fatalaj strategioj]], [[La sistemo de aĵoj]], [[Kontribuo al kritiko de la politika ekonomiko de signo]], [[La jaro de revado danĝera]], [[La plago de fantazioj]], [[Ekonomiaj kaj filozofiaj manuskriptoj je 1844]], [[Kontribuo al kritiko de politika ekonomiko]], [[Kritiko de la Hegela Jurfilozofio]], [[La Kapitalo]], [[Artikoloj de Aleksander Herzen]], [[Lekcioj kaj paroladoj de Erich Fromm]], [[Koncepto de la homo ĉe Karolo Markso]], [[El Siberio]], [[Leteroj de Anton Ĉeĥov]], [[Kaŝĉej-ĉeno]], [[Pri evoluo de la revoluciaj ideoj en Rusio]], [[Pensoj pri la Februara revolucio]], [[Lando de ekzilo: de Osa ĝis Irkutsko]], [[Oktobra manifesto]], [[Punlaboro kaj vagabondoj de Siberio]], [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 1–2)]], [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 3–4)]], [[Pravda (rusa gazeto)]] == Kulturo == [[Holivudo]], [[Filmo]], [[Renesanco]], [[Kino]], [[Televido]], [[Radio]], [[Bildliteraturo]], [[Klaŭno]], [[Akrobato]], [[Striptizo]], [[Kubismo]], [[Amaskomunikilo]], [[Propagando]], [[Pentrado]], [[Ludo]], [[Ĵazo]], [[Humpty Dumpty]], [[Disneyland]], [[Modo]], [[Ceremonio]], [[Estetiko]], [[Superrealismo]], [[Poparto]], [[Centro Georges Pompidou]], [[Kiĉo]], [[Dadaismo]], [[Maskerado]], [[Papiruso]], [[Alfabeto]], [[Litero]], [[Skulptaĵo]], [[Dirigento]], [[Televidserio]], [[Orkestro]], [[Ĥoro]], [[Multkulturismo]], [[Universalismo]], [[Ĉina civilizacio]], [[Kultura imperiismo]], [[Dramo]], [[Rusa literaturo]], [[Jarmilo de Rusio]], [[Forkapto de la fianĉino]], [[Rusa kuirarto]], [[Rusa popola kanto]] == Revolucioj == [[Kontraŭrevolucio]], [[Oktobra revolucio]], [[Franca revolucio de 1789]], [[Rusia revolucio de 1905]], [[Hungara revolucio de 1956]], [[Seksa revolucio]], [[Usona revolucio]], [[Irana revolucio]], [[Franca revolucio de 1848]], [[Decembristoj en Jalutorovsko]], [[Decembristoj en Tobolsko]], [[Februara revolucio]], [[Abdiko de Nikolao la 2-a]], [[Abdiko de Miĥail Aleksandroviĉ]], [[Petrograda Soveto]], [[Aresto de la Romanov-familio en Carskoje Selo]] == Lingvoj == [[Araba lingvo]], [[Ĉina lingvo]], [[Plurlingveco]], [[Sakraĵo]], [[Siberia parolmaniero]], [[Lingvolernado]], [[Suda dialektaro de la rusa lingvo]] == Araba-israela konflikto == [[Araba-israela konflikto]], [[Organizaĵo por Liberigo de Palestino]], [[Intifado]], [[Hamaso]], [[Fataho]], [[Sueza krizo]], [[Interkonsentoj de Oslo]], [[Madrida konferenco (1991)]], [[Sestaga milito]], [[Milito de Jom Kippur]] == Temoj == [[Ekologio]], [[Nuklea akcidento de Ĉernobilo]], [[Komunista Partio de Sovetunio]], [[Nafto]], [[Geologio]], [[Burokratio]], [[Vodko]], [[Fotografio]], [[Oriento]], [[Okcidenta civilizo]], [[Problemo]], [[Plenkreskulo]], [[Pedagogio]], [[Katastrofo]], [[Epidemio]], [[Bolŝevismo]], [[Junulino]], [[Prahistorio]], [[Poeto]], [[Kolektivo]], [[Alkoholismo]], [[Sinmortigo]], [[Ora epoko]], [[Aristokratio]], [[Plebo]], [[Absolutismo]], [[Urboŝtato]], [[Arkeologio]], [[Tekniko]], [[Burĝo]], [[Demagogio]], [[Liberalismo]], [[Marksismo]], [[Politika dekstro]], [[Politika maldekstro]], [[Publika opinio]], [[Intelektulo]], [[Aŭto]], [[Informo]], [[Tutmondiĝo]], [[Diskriminacio]], [[Teroro]], [[Atencoj de la 11-a de septembro 2001]], [[Disfalo de Sovetunio]], [[Konsumismo]], [[Talibano]], [[Socia malegaleco]], [[Amasa kulturo]], [[Kontraŭusonismo]], [[Al-Kaido]], [[Studento]], [[Usona Kongreso]], [[Haveno]], [[Elito]], [[Traktato]], [[Valso]], [[Elektro]], [[Komunikado]] (99%), [[Skribo]] (99%), [[Parolo]] (99%), [[Telefono]] (99%), [[Aviado]], [[Telegrafo]], [[Presado]], [[Novaĵo]], [[Specialisto]], [[Tuŝo]], [[Mesaĝo]], [[Letero]], [[Nudeco]], [[Tribo]], [[Aŭtomatigo]], [[Feŭdismo]], [[Eldonado]], [[Vidado]] (99%), [[Aŭdo]] (99%), [[Stomatologio]], [[Nerva sistemo]], [[Amuzo]], [[Vojo]], [[Poŝto]], [[Redaktoro]], [[Tajpilo]], [[Sekretario]], [[Korpo]], [[Nomado]], [[Slumo]], [[Sago]], [[Kamparo]], [[Narciso]], [[Mezepoko]], [[Migrado]], [[Maŝino]], [[Centralizismo]], [[Biciklo]], [[Fusilo]], [[Perspektivo]], [[Bordelo]], [[Vokvirino]], [[Raso]], [[Invento]], [[Ideologio]], [[Mongolaj invadoj kaj konkeroj]], [[Slavofilismo]], [[Ostaĝo]], [[Subjekto]], [[Teritorio]], [[Evento]], [[Pornografio]], [[Manipulado de la amasoj]], [[Sekseco]], [[Atenco]], [[Vetludo]], [[Nuklea centralo]], [[Majo de 1968 (Francio)]], [[Klonado]], [[Implozio]], [[Ofero]] (90%), [[Socia sekso]] (90%), [[Konsumado]], [[Handikapo]], [[Respondeco]] (90%), [[Ĉantaĝo]], [[Snobo]], [[Orgio]], [[Aĵo]], [[Masko]], [[Naziismo]], [[Doktrino]] (90%), [[Radikalismo]], [[Kariero]], [[Ribelo]] (90%), [[Elmigrado]], [[Cionismo]], [[Totalismo]], [[Reformo]], [[Reakcio (politiko)]], [[Ŝovinismo]], [[Geto]], [[Koloniismo]], [[Ŝtatoficisto]], [[Konkurenco]], [[Linĉado]], [[Superecismo]], [[Ekzilo]], [[Impotenteco]], [[Soldato]] (90%), [[Uniformo]], [[Stalinismo]], [[Tajpinga ribelo]], [[Misiismo]], [[Modernigo]], [[Malnova reĝimo]], [[Klerismo]], [[Organizaĵo]], [[Ĥaoso]], [[Eksterlandano]], [[Grego]], [[Detruado]], [[Distanco]], [[Fajro]] (90%), [[Arbaro]] (90%), [[Maro]] (90%), [[Ŝtonumado]], [[Kondamno]], [[Bruligado sur ŝtiparo]], [[Postvivado]], [[Predo]], [[Fuĝo]], [[Incendio]], [[Danĝero]], [[Minaco]], [[Ekzekuto]], [[Ekzekutisto]], [[Genuado]], [[Ŝipestro]], [[Digo]], [[Venĝo]], [[Murdo]], [[Ekskremento]], [[Mortinto]] (90%), [[Malrapideco]], [[Kaŭrado]], [[Sidado]], [[Starado]], [[Kuŝado]], [[Piramido]], [[Insekto]], [[Aresto]], [[Faŭko]], [[Malpermeso]] (90%), [[Triumfo]], [[Procesio]], [[Kreskado]], [[Ĥako]], [[Areno]], [[Montogrimpado]], [[Matadoro]], [[Fingro]] (90%), [[Lanco]], [[Metalo]], [[Slogano]], [[Oratoro]], [[Rajdado]], [[Deputito]], [[Voĉdono]], [[Jura imuneco]], [[Piedsigno]], [[Atako]] (90%), [[Bebo]], [[Entombigo]], [[Klano]], [[Sekalo]], [[Batalkampo]], [[Batalo]] (90%), [[Krio]] (90%), [[Posteulo]], [[Praulo]], [[Tombejo]], [[Kortego]], [[Pridemandado]], [[Demando]], [[Ponardo]], [[Parlamento]], [[Kasto]], [[Socia klaso]], [[Konspiro]], [[Bacilo]], [[Mikrobo]], [[Spermo]], [[Limo]] (90%), [[Ekbruligo]], [[Manifestacio]], [[Striko]], [[Formikejo]], [[Krucumado]], [[Terapio]], [[Paŝtisto]], [[Konskripcio]], [[Seĝo]], [[Indiĝeno]], [[Fortikaĵo]], [[Trupo]], [[Gardisto]], [[Ujo]], [[Argilo]], [[Sceptro]], [[Heroo]], [[Unueca Rusio]], [[Koloraj revolucioj]], [[Geja Fiero]], [[Cenzuro]], [[Rusofobio]], [[Islama Ŝtato]], [[Volontulo]], [[Bonfarado]], [[Enmigrado]], [[Rifuĝinto]], [[Kultura asimilado]], [[Jabloko]], [[Homofobio]], [[Monumento]], [[Pussy Riot]], [[Identeco]], [[Incesto]], [[Universala voĉdonrajto]], [[Roboto]], [[Erotiko]], [[Konversacio]], [[Kreado]], [[Patriarkeco]], [[Matriarkeco]], [[Meza klaso]], [[Interŝanĝo]], [[Laceco]], [[Aŭtoritatismo]], [[Judo-kristana paradigmo]], [[Administranto]], [[Floro]] (pli ol 50%), [[Prestiĝo]], [[Nuntempa arto]], [[Administrado]], [[Realismo]], [[Manifesto de la Komunista Partio]], [[Malkonfido]], [[Kontraŭfaŝismo]], [[Monopolo]] (90%), [[Socia adaptiĝo]], [[Stimulo]], [[Senhelpeco]], [[Luteranismo]], [[Munkena interkonsento]], [[Energio]], [[Moderna epoko]], [[Malcentralizado]], [[Feliĉa fino]], [[Mickey Mouse]], [[Pejzaĝo]], [[Anuso]], [[Demenco]], [[Malliberigo]], [[Kanibalo]], [[Senkulpeco]], [[Fumado]], [[Lojaleco]], [[Dreyfus-skandalo]], [[Droga dependeco]], [[Damaĝo]], [[Ligo de Nacioj]], [[Ligo de Arabaj Ŝtatoj]], [[Berlina muro]], [[Nacia intereso]], [[Gerilo]], [[Intertraktoj]], [[Pakto Ribbentrop-Molotov]], [[Intermilita periodo]], [[Traktato de Rapallo (1922)]], [[Traktatoj de Lokarno]], [[Aŭgusta puĉo]], [[Imperiestro]], [[Disigo de povoj]], [[Berlina krizo (1961)]], [[Sankta Alianco]], [[Mein Kampf]], [[Anschluss]], [[Wilsonismo]], [[Sociala asekuro]], [[Habsburgoj]], [[Mobilizado]], [[Perestrojko]], [[Glasnost]], [[Partnereco por paco]], [[Radio Libera Eŭropo/Radio Libero]], [[Titoismo]], [[Germana naciismo]], [[Dispartigoj de Pollando-Litovio]], [[Reparacio]], [[Antikominterna pakto]], [[Unua maroka krizo]], [[Triopa Entento]], [[Neŭtraleco]], [[Superpotenco]], [[Mararmeo]], [[Maginot-linio]], [[Fekundindico]], [[Traktato de Brest-Litovsk]], [[Publikaj rilatoj]], [[Pariza paca konferenco]], [[Okupado de baltaj landoj]], [[Strategio]], [[Araba naciismo]], [[Domino-teorio]], [[Eŭropa koncerto]], [[Orienta Demando]], [[Curzon-linio]], [[Spionservo]], [[Iredentismo]], [[Taktiko]], [[Novkonservativismo]], [[Konfrontiĝo]], [[Jingoismo]], [[Konservisma Partio (Britio)]], [[Whigs]], [[Malarmado]], [[Kontraŭkomunismo]], [[Alianco]], [[Prezidanto de Usono]], [[Berlina kongreso]], [[Poliomjelito]], [[Amendo de Jackson–Vanik]], [[Lobiado]], [[Monda registaro]], [[Politiko de detenado]], [[Misilo]], [[Usona Departemento de Ŝtato]], [[Hallstein-doktrino]], [[Pakto Briand-Kellogg]], [[Tutgermanismo]], [[Germanigo]], [[Sinplenumanta profetaĵo]], [[Vestfalia paco]], [[Suvereneco]], [[Interna politiko]], [[Reciproke garantiita neniigo]], [[Strategia Defenda Iniciato]], [[Interkonsento de Rambouillet]], [[Reunuiĝo de Koreio]], [[Kanajla ŝtato]], [[Kontraŭmisila defendo]], [[Rasapartigo]], [[Kompromiso]], [[Jackson-demokratio]], [[Protestoj sur placo Tian An Men]], [[Oligarĥio]], [[Malalta klaso]], [[Internacia juro]], [[Etna purigado]], [[Okcidentigo]], [[Nacia ŝtato]], [[Liberala demokratio]], [[Indiĝenigo]], [[Genocido]], [[Postkoloniismo]], [[Kontraŭokcidentismo]], [[Ksenofobio]], [[Demografio]], [[Dinastio Qing]], [[Hizbulaho]], [[Industriigo]], [[CIA]], [[Islama terorismo]], [[Virinaj rajtoj]], [[Solidareco (Pollando)]], [[Armitaj Fortoj de Usono]], [[Disfalo de Jugoslavio]], [[Usona malliberejo en Guantanamo]], [[Pensofabriko]], [[Universitato Harvard]], [[Sovetologio]], [[Rusa naciismo]], [[Annus mirabilis]], [[Nacisocialisma Germana Laborista Partio]], [[Flago de Nazia Germanio]], [[Seksorganoj]], [[Fekaĵo]], [[Menstruo]], [[Flarsenso]], [[Dupiedismo]], [[Senhejma infano]], [[Interrompita koito]], [[Trajno]], [[Nokta enurezo]], [[Ekzogamio]], [[Kastro]], [[Eta burĝo]], [[Agrikulturisto]], [[Socialdemokratio]], [[Scienca rasismo]], [[Antikva Grekio]], [[Hetajro]], [[Moralismo]], [[Svastiko]], [[Staĥanov-movado]], [[Milito kontraŭ narkotikaĵoj]], [[Transloĝiĝo al Siberio]], [[Vagabondo]], [[Ekzilo al Siberio]], [[Poloj en Rusio]], [[Siberia landvojo]], [[Tajgo]], [[Veturigisto]], [[Punlaboro en Siberio]], [[Kontraŭalkohola kampanjo en Sovetunio]], [[Domo de Ipatjev]], [[Politburoo de la Centra Komitato de la Komunista Partio de Sovetunio]], [[Aparatulo]], [[Supera Soveto de Sovetunio]], [[Plurpartiismo]], [[Onidiro]], [[Kazana Universitato]], [[Akuzo]], [[Rusia nobelaro]], [[Filistreco]], [[Rusa kampara komunumo]], [[Falanstero]], [[Nuligo de servutismo en Rusio]], [[Caro]], [[Romanovoj]], [[Registaro de Rusio]], [[Historio de Rusio]], [[Filozofo]], [[Reprezenta demokratio]], [[Prezidenta oficperiodo de Boris Jelcin]], [[Ŝtata Dumao]], [[Kotono]], [[Teo en Rusio]], [[Transportado de malliberuloj en la Rusia imperio]], [[Vaporŝipo]], [[Homa stampado]], [[Kurgano]], [[Omska fortikaĵo]], [[Pelmenoj]], [[Pramo]], [[Fuĝoj de malliberuloj el Siberio]], [[Drinkejo]], [[Gazetarlibereco]], [[Servutismo en Rusio]], [[Framasonoj en Rusio]], [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)]], [[Rusa intelektularo]], [[Pediko]], [[Tifo]], [[Gvatado]] kefy2lib5io0isllj0ws67wqy34tswh 0 3088 53908 50900 2026-10-30T13:43:24Z RG72 415 /* Aliaj aŭtoroj */ 53908 wikitext text/x-wiki {{Aŭtoro | nomo = Lenin | dosiero = | vikipedio = Lenin | komunejo = Владимир Ильич Ленин | komunejokat = Vladimir Lenin | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[w:Lenin|Lenin]]''', naskita '''Vladimir Iljiĉ ULJANOV''', ruse Владимир Ильич Ульянов, (naskiĝis la 22-an de aprilo, 1870, mortis la 21-an de januaro, 1924) estis rusa revoluciisto, ŝtata aganto kaj politika pensulo. Lia patrino estis edzino de instruisto, kiu fariĝis lernejestro. == Citaĵoj == {{Citaĵo |teksto = La forigo de l’ŝtatregado estas la celo, kiun ĉiuj socialistoj, Marks unuavice, alcelis... |verko = el [[[Vortoj de Kamarado E. Lanti]], p.&nbsp;114] |origina teksto = }} {{Citaĵo|teksto=Kiam vi [[Laboro|laboras]], ne hontu diri al la homoj, kiuj helpas al vi, ke ili [[Malhelpo|malhelpas]].|aŭtoro=Lenin<ref>laŭ cito en Aforismoj greneroj de saĝeco de Eduard V. Tvarozek</ref>|verko=|origina teksto=}} {{Citaĵo|teksto = [[Paco|Pacismo]], la predikado de paco abstrakte, estas unu el la rimedoj por [[Trompo|trompi]] la [[Laboristo|laboristan]] klason. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = '''Ne povas esti reala kaj efika "[[libereco]]" en socio bazita sur la [[potenco]] de [[mono]], en socio en kiu la amasoj da laboristoj vivas en [[malriĉeco]] kaj la manpleno da [[riĉulo]]j vivas kiel [[parazito]]j.''' |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Sen revolucia [[teorio]] ne povas esti revolucia [[movado]]. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Ni devas "iri inter ĉiuj klasoj de homoj" kiel teoriuloj, kiel propagandistoj, kiel agitantoj kaj kiel organizantoj. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = La homa [[racio]] malkovris multajn mirindajn aferojn en la [[naturo]] kaj malkovros ankoraŭ pli kaj tiel pliigos sian [[potenco]]n super la naturo. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Internacia [[unueco]] de la [[laboristo]]j pli gravas ol la nacia. |aŭtoro = |verko = Letero al Inessa Armand (20 novembro 1916) |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Ni ne atingos [[socialismo]]n sen [[lukto]]. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Ĉiaspecaj [[krizo]]j - ekonomiaj krizoj pli ofte, sed ne nur ĉi tiuj - siavice tre konsiderinde pliigas la tendencon al koncentriĝo [de kapitalo] kaj [[monopolo]]. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = [[Monopolo]], post kiam ĝi formiĝas kaj regas milojn da milionoj, neeviteble penetras en ĉiun sferon de la publika vivo, sendepende de la formo de [[registaro]] kaj ĉiuj aliaj "[[detalo]]j".|aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Dum la [[ŝtato]] ekzistas, ne povas esti [[libereco]]. Kiam estos libereco, ne estos ŝtato. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Libereco en [[Kapitalismo|kapitalisma]] socio ĉiam restas preskaŭ same kiel en la antikvaj grekaj respublikoj: libereco por la [[Sklaveco|sklavposedantoj]]. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = La [[danĝero]] estas granda. La [[malamiko]] estas multe pli forta ol ni [[Ekonomio|ekonomie]], same kiel hieraŭ ĝi estis [[Armeo|armee]] multe pli forta ol ni. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Kiam ni venkos mondskale, mi pensas ke ni uzos [[oro]]n por konstrui publikajn necesejojn en la [[strato]]j de iuj el la plej grandaj urboj de la mondo. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = [[Stalin]] estas tro malĝentila kaj ĉi tiu difekto, kvankam sufiĉe tolerebla inter ni kaj traktado inter ni [[komunisto]]j, fariĝas netolerebla ĉe ĝenerala sekretario. Tial mi sugestas ke la [[kamarado]]j pensu pri maniero forigi Stalin de tiu posteno kaj nomumi alian homon anstataŭ li... |aŭtoro = |verko = Letero al la Kongreso (4 januaro 1923) |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Oni ne povas vivi en [[socio]] kaj esti libera de socio. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = [[Diskriminacio]] inter [[civitano]]j pro ties religiaj konvinkoj estas tute netolerebla. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = [[Honto]]n al [[Usono]] pro la malfacila situacio de la [[nigrulo]]j! |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = [[Historio]] moviĝas zigzage kaj laŭ rondiraj [[vojo]]j. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Neniu [[revolucio]] valoras ion ajn, krom se ĝi povas [[Defendo|defendi]] sin. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = [[Komunismo]] ne povas esti trudita [[Perforto|perforte]]. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Honto pro malbenita carismo, kiu torturis kaj persekutis la [[judo]]jn. Honto al tiuj, kiuj instigas [[malamo]]n al la judoj, kiuj instigas malamon al aliaj [[nacio]]j. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Ĉie en la [[mondo]], kie ajn estas [[kapitalisto]]j, gazetara [[libereco]] signifas liberecon aĉeti [[gazeto]]jn, aĉeti [[verkisto]]jn, subaĉeti, aĉeti kaj falsi "publikan [[opinio]]n" por la avantaĝo de la [[burĝaro]]. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Misatribuitaj komenco}} == Misatribuitaj == {{Citaĵo|teksto = [[Faŝismo]] estas kaduka [[kapitalismo]]. * Laŭ barrypopik.com estas neniu pruvo ke Lenin iam diris ĉi tion. Ĝi pli probable devenas de libro de Rajani Palme Dutt ''Fascism and Social Revolution: A Study of the Economics and Politics of the Last Stages of Capitalism in Decay'' (1935). |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Ni [[Pendigito|pendigos]] la kapitalistojn per la [[ŝnuro]], kiun ili vendas al ni. * Ofte atribuita al Lenin aŭ Stalin, malpli ofte al Marx. La frazo devenas el onidiro ke Lenin diris tion al unu el siaj proksimaj kunlaborantoj Grigori Zinoviev, post kunveno de la [[Politburoo de la Centra Komitato de la Komunista Partio de Sovetunio|Politburoo]] en la fruaj 1920-aj jaroj, sed ekzistas neniuj pruvoj ke li iam diris tion. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Praktiko estas la kriterio de [[vero]]. * [[Mao Zedong]], Pri Praktiko (1937) |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Viro kun [[pafilo]] povas regi 100 sen unu [pafilo]. * Ne trovebla en la Kolektitaj Verkoj de Lenin. Komencis ekaperi en la interreto meze de la 1990-aj jaroj. |aŭtoro = |verko = |origina teksto =}} {{Misatribuitaj fino}} == Pri la aŭtoro == {{Citaĵo |teksto = [pri Lenin] Malbone mi rilatas al li. Tre malbone. Kiel oni povas rilate al la [[homo]], kiu en tioma kvanto mortigis vian [[popolo]]n? La [[caro]] kaj lia ĉirkaŭantaro respondecas pri la [[revolucio]], sed tio kion poste faris la [[bolŝevistoj]], estis eĉ pli malbone ol la carismo. |aŭtoro = [[Aleksej Navalnij]] |verko = [Intervjuo ĉe Sobesednik.ru la 29-an de oktobro 2018]<ref>[https://web.archive.org/web/20200909085957/https://sobesednik.ru/politika/20181029-aleksej-navalnyj-pochemu-ya-zhivoj-nu-kto-to-dolzhen-zhe-byt-zhiv Intervjuo ĉe Sobesednik.ru la 29-an de oktobro 2018]</ref> |origina teksto = Плохо я к нему отношусь. Очень плохо. Как можно относиться к человеку, который в таком количестве морил твой народ? Царь и его окружение несут ответственность за революцию, но то, что потом сделали большевики, вышло еще хуже царизма. }} {{Citaĵo |teksto = Eĉ la bolŝevismo, kies [[radikalismo]] estis ekstrema, balzamis Leninon kaj el [[Karolo Markso]] faris la Savinton. La [[idealo]] de [[individuo]] estas la neelradikigebla bezono de la homa [[animo]], kiu protektas ĝin kun [[fanatikeco]] kies grandeco kreskas kun ĝia malgracio. |aŭtoro = [[Carl Gustav Jung]] |verko = Evoluo de la individuo |origina teksto = }} {{Citaĵo|teksto = Lenin kaj [[Trockij]] estis la homoj de la horo kaj sub sia sentima, nekoruptebla kaj senkompromisa gvidado, la rusa [[proletaro]] tenis la fortikaĵon kontraŭ la kombinitaj [[atako]]j de ĉiuj regantaj klasaj potencoj de la tero. Ĝi estas grandioza [[spektaklo]]. Ĝi vekas la [[sango]]n kaj varmigas la [[koro]]n de ĉiu revoluciulo kaj ĝi altiras la [[admiro]]n de la tuta mondo. |aŭtoro = Eugene V. Debs (1918) |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Nur [[socialismo]] savos la [[homaro]]n. Lenin estis nediskutebla [[gvidanto]] de la [[proletaro]], politika gvidanto, [[Esploro|esploristo]], [[sciencisto]], fondinto, kiu grave kontribuis al la socialisma konstruado. |aŭtoro = [[Miguel Diaz-Canel]]|verko = [https://twitter.com/DiazCanelB/status/1252970037721300993 Tweet] (22-an de aprilo 2020) |origina teksto =Only socialism will save humanity. Lenin was an undisputed leader of the proletariat, political leader, researcher, scientist, founder, who made important contributions to the socialist construction. }} {{Citaĵo|teksto = Mi [[Honoro|honoras]] Lenin kiel homo, kiu tute [[Ofero|oferis]] sin kaj dediĉis sian tutan [[energio]]n al realigo de socia [[justeco]]. Mi ne konsideras liajn metodojn praktikaj, sed unu afero certas: viroj de lia tipo estas la gardantoj kaj restarigantoj de la [[homaro]]. |aŭtoro = [[Albert Einstein]] |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Lenin, la plej granda agulo en nia [[jarcento]] kaj samtempe la plej sindonema. |aŭtoro = [[Romain Rolland]] |verko = |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = Tra la monda [[historio]] aperis miloj da [[gvidanto]]j kaj erudiciuloj, kiuj parolis elokventajn [[vorto]]jn, sed ĉi tiuj restis nur vortoj. Vi, Lenin, estis [[escepto]]. Vi ne nur parolis kaj instruis nin, sed tradukis viajn vortojn en faroj. Vi kreis novan [[lando]]n. Vi montris al ni la vojon de komuna [[lukto]].... Vi, bonega homo, vi vivos en la [[memoro]]j de la subpremataj popoloj tra la jarcentoj. |aŭtoro = [[Sun Jatsen]] en respondo al la morto de Lenin de 1924|verko = |origina teksto =}} === Fidel Castro === {{Citaĵo|teksto = [[Karl Marx|Marx]] kaj Lenin reprezentas ĝuste la du homajn [[personeco]]jn, kiuj markos la paŝon inter antaŭhistorio kaj [[historio]] de la [[homaro]]. |aŭtoro = [[Fidel Castro]] |verko = [http://www.cuba.cu/gobierno/discursos/1970/esp/f220470e.html Parolado (22 aprilo 1970)] |origina teksto =}} {{Citaĵo|teksto = La figuro de Lenin estas giganto en la [[historio]] kaj liaj lumaj [[ideo]]j reprezentas la komunan [[Heredo|heredaĵo]]n de revoluciaj batalantoj en ĉiu angulo de la [[Tero]]. |aŭtoro = [[Fidel Castro]] |verko = [http://www.cuba.cu/gobierno/discursos/1972/esp/f221272e.html Parolado (22 decembro 1972)] |origina teksto =}} === Erich Fromm === {{Citaĵo |teksto = Decida momento en la vidpunktoj de Lenin estis lia mal[[kredo]] je spontaneaj [[ago]]j de [[laboristo]]j kaj [[kamparano]]j, kaj ne kredis li je ili ĉar li ne kredis je la [[homo]]. |aŭtoro = [[Erich Fromm]] |verko = La sana socio [1955] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [[Kredo]] je la [[homaro]] sen kredo je la [[homo]] estas malsincera aŭ se sincera, do ĝi kondukas al la samaj rezultoj, kiujn ni vidas en tragika [[historio]] de [[inkvizicio]], [[Robespierre]]-[[teroro]] kaj Lenin-[[diktaturo]]. |aŭtoro = [[Erich Fromm]] |verko = La sana socio [1955] |origina teksto = }} === Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov === {{Citaĵo |teksto = Ĉiuj alvenantaj elmigrintoj estis oble pli radikalaj ol ni rilate la eksteran politikon kaj lukton por la [[paco]]. [...] Lenin ne estis escepto: li cetere ne asimiliĝis inter la rusiaj bolŝevistoj, sed asimilis ilin — en sia nova koncepto, rompinta rilatojn al marksismo. Sed en la sfero de milita, ekstera politiko, Lenin multon lernis sur la rusa grundo kaj bonege adaptiĝis en siaj aliroj al la soldato. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Все прибывавшие эмигранты были гораздо радикальнее нас по части внешней политики и борьбы за мир. [...] Ленин не явился исключением: он, правда, не ассимилировался с российскими большевиками, а ассимилировал их с собою — в своей общей новой, порвавшей с марксизмом концепции. Но в сфере военной, внешней политики Ленин многому научился на русской почве и отлично приспособился в своих подходах к солдату<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri alvoko de la [[Petrograda Soveto]] "Al la popoloj de la mondo"] Ne malpli grandan signifon la manifesto devus havi ankaŭ por [[Eŭropo]]. La afero konsistis certe ne je alvokoj mem. Lenin post sia alveno, malestime traktante tiun ĉi manifeston, ĝuste diris ke "al la revolucioj oni ne alvokas, la revoluciojn oni ne sugestas: la revolucioj maturiĝas, kreskas". Lenin rezonadis tiom bone, tiom "marksisme" ĝis la oktobro mem, post kio li komencis en ĉiusemajnaj alvokoj "voki" helpon de Eŭropo kaj "sugesti" kiel ĝi faru socialisman revolucion... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Не меньшее значение манифест должен был иметь и для Европы. Дело было, конечно, не в призывах как таковых. Ленин по приезде своем, пренебрежительно отзываясь об этом манифесте, правильно говорил, что «к революциям не призывают, революций не советуют: революции зреют, вырастают». Ленин рассуждал так хорошо, так «по‑марксистски» до самого октября, после чего стал в еженедельных воззваниях «призывать» на помощь Европу и «советовать» ей произвести социалистическую революцию…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 274.</ref>. }} === Aliaj aŭtoroj === {{Citaĵo |teksto = […] min ŝokis zorgiteco pri Lenino. Mi ne diras ke li estis neinteresa homo. Sed konstante referenci al li, ne nur serĉante laŭleĝecon, sed ankaŭ kiel al politika orientilo, estas absurde. Vi mem faras vin kaptitoj de [[pasinteco]]. Ne eblas uzi Leninon kiel fundamenton por grandskalaj [[reformo]]j. Vi devos trovi instituciojn, kiuj funkcios kaj ĉesi pensi pri tio, ĉu Lenino aprobus ilin aŭ ne. |aŭtoro= [[Zbigniew Brzeziński]] |verko= dum renkontiĝo kun sovetia estraro en Moskvo [aŭtuno 1989]<ref>Citita laŭ: [[Marin Strmecki]]. Atestinto de “Granda fiasko” en Moskvo en 1989 // [[Zbig: La strategio kaj politiko de Zbigniew Brzeziński]] [2013].</ref> |origina teksto = }} {{Referencoj}} == Eksteraj ligiloj == * [https://www.marxists.org/archive/lenin/index.htm Lenin ĉe marxists.org] * [https://www.youtube.com/watch?v=-l53FPENoAU Parolado de Lenin (video) - kun subtekstoj] {{Socia kaj politika filozofio}} {{havenda artikolo}} {{DEFAŬLTORDIGO:Lenin}} [[Kategorio:Aŭtoroj laŭ nomoj]] [[Kategorio:Rusiaj politikistoj]] [[Kategorio:Komunistoj]] [[Kategorio:Verkistoj]] [[Kategorio:Ateistoj]] [[Kategorio:Kontraŭimperiistoj]] [[Kategorio:Rusoj]] [[Kategorio:Advokatoj]] [[Kategorio:Filozofoj]] [[Kategorio:Revoluciuloj]] [[Kategorio:Oratoroj]] [[Kategorio:Ekonomikistoj]] [[Kategorio:Ĵurnalistoj]] [[Kategorio:Nefikciaj aŭtoroj]] [[Kategorio:Sovetianoj]] dk14wxa0p7m38mldgl7vkojo9u55s2q 0 3904 53907 53030 2026-10-30T13:40:42Z RG72 415 /* Aliaj aŭtoroj */ 53907 wikitext text/x-wiki {{Aŭtoro | dosiero = | vikipedio = Josif Stalin | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[w:Josif Stalin|Josif STALIN]]''' denaske '''Josif Visarionoviĉ ĜUGAŜVILI''' (ruse: Иосиф Виссарионович Джугашвили), estis soveta politikisto kaj partia gvidanto. == Citaĵoj == {{citaĵo|teksto=Ni, komunistoj, estas la homoj de aparta speco.|verko=Parolo en la 2-a Tutsovetia kongreso de sovetoj. La 26-an de januaro 1924|originala teksto=Мы, коммунисты, — люди особого склада.}} {{citaĵo|teksto=Malforta ĉenero en la ĉeno de imperialismo.|verko=''Pri fundamentoj de leninismo''. 1924|originala teksto=Слабое звено цепи империализма.}} {{citaĵo|teksto=Standardisto de la paco.|verko=''Al internacia cirkonstancaro''. septembro 1924|originala teksto=Знаменосец мира.}} {{citaĵo|teksto=Strio de agnoskoj de Sovetunio.|verko=''La politika raporto de la Centra Komitato al la 14-a kongreso de RKP(b). La 18-an de decembro 1925''.|originala teksto=Полоса признаний Советского Союза.}} {{citaĵo|teksto=Lukto de la du sistemoj — la socialisma kaj kapitalisma.|verko=''La politika raporto de la Centra Komitato al la 14-a kongreso de RKP(b). La 18-an de decembro 1925''.|originala teksto=Борьба двух систем — социалистической и капиталистической.}} {{citaĵo|teksto=Oni ne konstruas socialismon en blankaj gantoj.|verko=''La politika raporto de la Centra Komitato al la 14-a kongreso de RKP(b). La 18-an de decembro 1925''.|originala teksto=Социализм не строят в белых перчатках.}} {{citaĵo|teksto=Senarmiĝi antaŭ la partio.|verko=''La informa raporto al la 15-a kongreso de RKP(b). La 3-an de decembro 1927''.|originala teksto=Разоружиться перед партией.}} {{citaĵo|teksto=La partio starigas lozungon pri kritiko kaj sinkritiko.|verko=''Pri laboroj de la aprila kuniĝinta plenkunsido de la Centra Komitato kaj la Centra Kontrola Komitato. La 13-an de aprilo 1928''.|originala teksto=Партия провозглашает лозунг критики и самокритики.}} {{citaĵo|teksto=Malekzistas en la mondo tiaj fortikaĵoj, kiujn ne povus sturmokupi bolŝevikoj.|verko=''Pri laboroj de la aprila kuniĝinta plenkunsido de la Centra Komitato kaj la Centra Kontrola Komitato. La 13-an de aprilo 1928''.|originala teksto=Нет в мире таких крепостей, которых не могли бы взять (...) большевики.}} {{citaĵo|teksto=Pliakriĝo de la klasa lukto laŭ la antaŭeniĝo al socialismo.|verko=''Pri industriigo kaj pana problemo (la parolo en la plenkunsido de la Centra Komitato de la Tutrusia Komunista Partio, la 9-an de julio 1928)''.|originala teksto=Обострение классовой борьбы по мере продвижения к социализму.}} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Dua mondmilito]]] En tiu [[milito]] ne estas kiel en la antaŭa, do kiu okupas [[teritorio]]n, tiu trudas tie kien venas lia [[armeo]], sian [[Socio|socian]] sistemon. Alie ne povas esti. |aŭtoro= [[Stalin]] |verko= al [[Milovan Ĝilas]] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = La tiel nomata eŭropa [[povekvilibro]] ĝis nun funkciis kontraŭ ne nur [[Germanio]], sed ankaŭ kontraŭ [[Sovetunio]]. Do Sovetunio aplikos ĉiujn rimedojn por preventi restarigon de la antaŭa povekvilibro en [[Eŭropo]].</br>''Komento de [[Henry Kissinger]]: En [[Diplomatio|diplomatia]] lingvaĵo esprimo “ĉiuj rimedoj” kutime inkluzivas [[minaco]]n de [[milito]].'' |aŭtoro= [[Stalin]] |verko= al [[Stafford Cripps]] [Julio 1940] |origina teksto = }} == Pri li == === Erich Fromm === {{Citaĵo |teksto = [pri [[naziismo]], [[faŝismo]] kaj [[stalinismo]]] Novaj sistemoj estis konstruitaj sur la plej granda [[mensogo]]. Tio rilatas same al iliaj programoj kaj al iliaj gvidantoj. En siaj programoj ili [[Promeso|promesis]] konstrui ion similan al [[socialismo]], tamen tio, kion ili efektive faris estis neado de ĉio, kio estis komprenata sub tiu ĉi nocio en la socialisma [[tradicio]]. [[Mussolini]], timema fanfarono, iĝis [[simbolo]] de vireco kaj [[kuraĝo]]. [[Hitlero]], maniulo-detruanto, estis glorata kiel konstruanto de la nova [[Germanio]]. Stalin, malvarmsanga kaj ambicia intriganto, estis bildigata kiel amanta patro de sia [[popolo]]. |aŭtoro = [[Erich Fromm]] |verko = La sana socio [1955] |origina teksto = }} === Eric Hoffer === {{Citaĵo |teksto = Stalin mem estis kombinaĵo de [[fanatikulo]] kaj la “[[homo]] de la ago” kun dominado de la trajtoj de fanatikulo. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = En la [[okulo]]j de la [[homo]] [[Kredo|kredanta]], homoj ekster la “sankta afero” ne havas firman [[karaktero]]n kaj pro tio povas esti facila [[predo]] de la kredantoj. Aliflanke, la kredantoj de ĉiuj tipoj, kvankam morte [[Malamo|malamas]] unu la alian kaj pretas alkroĉiĝi je la gorĝo unu al alia, agnoskas [[forto]]n unu de alia kaj sentas reciprokan sinceran [[estimo]]n. [[Hitlero]] konsideris la [[bolŝevisto]]jn egalaj al si kaj ordinis la eksajn [[komunisto]]jn tuj anigi al la [[Naziismo|nazia]] [[partio]]. Stalin siavice konsideris la naziojn kaj [[japanoj]]n la solaj estiminduloj. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} === Aleksej Navalnij === {{Citaĵo |teksto = [[Hitlero]] kaj Stalin estas la du ĉefaj ekzekutistoj de la [[Rusoj|rusa]] popolo. Stalin ekzekutis, malsatmortigis kaj turmentis siajn sampatrujanojn, persone por mi ĉi tie ĉio estas klare. Tamen mi kontraŭas ke tio estu "eterna" afero kaj mi ne vidas iun ajn sencon en tuta tiu "malstalinigado" ktp. Mi ne komprenas, kion tio signifas forme de la ŝtata [[politiko]]. Se vi deziras "malstalinigadon" — donu al via infano-lernejano legi "[[La Arkipelago Gulago]]", se li pigras legi "La Arkipelago", do legu artikolon "Stalin-reprezalioj" en [[Vikipedio]], tie ĉio estas mallonge, koncize, objektive kaj kun referencoj. Necesas memstare respondi al defioj de la tempo, ne vivi per senfinaj politikaj aludoj. "Stalin-afero" estas la afero de la [[Historio|historia]] [[scienco]], ne de la kuranta politiko. |aŭtoro = [[Aleksej Navalnij]] |verko = [Intervjuo al Boris Akunin, la 3-an de januaro 2012]<ref>[https://web.archive.org/web/20200909012135/https://borisakunin.livejournal.com/49763.html Intervjuo al Boris Akunin, la 3-an de januaro 2012]</ref> |origina teksto = Гитлер и Сталин — два главных палача русского народа. Сталин казнил, морил голодом и мучил моих соотечественников, лично для меня здесь всё ясно. Однако я против того, чтобы это было «вечным» вопросом и не вижу никакого смысла во всей этой «десталинизации» и т.д. Не понимаю, что это означает в формате государственной политики. Хочешь «десталинизации» — дай почитать своему ребёнку-школьнику «Архипелаг ГУЛАГ», если ему лень читать «Архипелаг», то пусть почитает статью «сталинские репрессии» в Википедии, там всё коротко, понятно, объективно и со ссылками. Нужно самостоятельно отвечать на вызовы времени, а не жить бесконечными политическими аллюзиями. «Вопрос Сталина» — это вопрос исторической науки, а не текущей политики. }} {{Citaĵo |teksto = [[Mito]] pri Stalin estas mito pri la fera [[ordo]], kreita per la fera mano. Por ĝia malmuntado iu alia devas fari la ordon sen ajna fera mano, do simple laŭleĝe. |aŭtoro = [[Aleksej Navalnij]] |verko = [Intervjuo al [[Boris Akunin]], la 3-an de januaro 2012]<ref>[https://web.archive.org/web/20200909012135/https://borisakunin.livejournal.com/49763.html Intervjuo al Boris Akunin, la 3-an de januaro 2012]</ref> |origina teksto = Миф о Сталине — это миф о железном порядке, наведенном железной рукой. Для его развенчания кто-то другой должен навести порядок безо всякой железной руки, то есть просто по закону. }} === José Ortega y Gasset === {{Citaĵo |teksto = […] [[marksismo]] de Stalin… fortas per tio, kio en ĝi haveblas la [[Rusoj|rusa]] kaj tute ne per tio, kion ĝi enhavas de [[komunismo]]. |aŭtoro = [[José Ortega y Gasset]] |verko = La ribelo de la amasoj (1930) |origina teksto = }} === Henry Kissinger === {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Versajla traktato]]] Al [[Hitlero]] kaj Stalin, kiuj ne havis ŝarĝon de [[pasinteco]] kaj estis instigataj de strebo al la [[potenco]], restis nenio krom forblovi tiun ludkartan dometon, kreitan de plenaj je bonaj intencoj, [[Paco|pacemaj]] kaj fakte [[Timo|timemaj]] ŝtataj agantoj de la [[intermilita periodo]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Nome pro sia konvinkiteco je tio ke lia [[ideologio]] enkorpigas [[Historio|historian]] [[vero]]n, Stalin kun tuta senkompato [[Defendo|defendis]] la [[Sovetunio|sovetian]] [[Nacia intereso|nacian intereson]], estante libera de tio, kion li konsideris [[Hipokriteco|hipokrita]] [[moralo]] aŭ personaj ligitecoj. Stalin estis vera [[monstro]]; sed en la aferoj de [[ekstera politiko]] li estis en pleja grado realisto – [[Pacienco|pacienca]], [[Sagaco|sagaca]] kaj nefleksigebla kiel [[Armand Jean du Plessis de Richelieu]] de sia [[tempo]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Kaj tamen malflekseco de Stalin koncernis nur [[Komunismo|komunisman]] [[ideologio]]n. Lia komunista konvinkiteco donis al li eblecon esti ekstreme fleksa je [[taktiko]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Stalin, granda [[ideologo]], efektive ne metis sian ideologion je la servo al [[reala politiko]]. [[Armand Jean du Plessis de Richelieu]] aŭ [[Otto von Bismarck|Bismarck]] havus neniujn [[problemo]]jn pri kompreno de lia [[strategio]]. Ideologie okulŝirmitaj estis ĝuste ŝtataj agantoj de la [[Demokratio|demokratiaj]] landoj; rifuzinte povan [[politiko]]n, ili opiniis ke premiso de bonaj rilatoj inter la landoj estas komuna [[kredo]] je principoj de [[kolektiva sekureco]] kaj ke ideologia [[malamikeco]] ekskludas ĉian ajn praktikan eblecon de [[kunlaboro]] inter [[faŝistoj]] kaj [[komunistoj]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Ĉar Stalin ne deziris kontraŭstari la [[Germanio|germanan]] [[armeo]]n je la tiama [[Sovetunio|sovetia]] limo, nek ekbatali kontraŭ [[Hitlero]], la kvara dispartigo de [[Pollando]] prezentiĝis sola alternativo (fakte ĝuste sama [[logiko]] kondukis [[Katerina la Granda|Ekaterinon la Grandan]] al neceso kune kun [[Prusio]] kaj [[Aŭstrio]] fari la unuan [[Dispartigoj de Pollando|dispartigon de Pollando]] en 1772). La fakto ke Stalin atendis la tutan jaron antaŭ ol [[Hitlero]] faros la unuan paŝon, atestas liajn ŝtalajn nervojn kun kiuj li efektivigis sian [[Ekstera politiko|eksteran politikon]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Efektive britaj garantioj al [[Pollando]] kaj [[Rumanio]] senigis [[Sovetunio]]n je lasta havebla stimulo por komenci seriozajn intertraktojn pri unio kun la [[Okcidento|okcidentaj]] [[demokratio]]j… unuflankaj britaj garantioj iĝis [[donaco]] por Stalin, ĉar ili provizis lin per maksimumo de tio, kio necesis por iuj ajn intertraktoj, komenciĝantaj ekde nulo. Se [[Hitlero]] direktiĝus [[Oriento|orienten]], Stalin povus kalkuli pri enmiksiĝo de [[Britio]] en la [[milito]] eĉ antaŭ ol li venos al la sovetia limo. Stalin tiel ĝuis [[frukto]]jn de la unio de facto kun Britio, sen doni iujn ajn reciprokajn sindevigojn. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Stalin, kiu sentis ke [[milito]] estas neevitebla, [[Espero|esperis]] [[Profito|profiti]] ĝin sen partopreni. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Stalin bonorde turniĝis inter du flankoj. Sed fine mankis iu ajn [[konkurenco]]. Nur unusola [[Hitlero]] povus reale proponi al Stalin [[Teritorio|teritoriajn]] akirojn en [[Orienta Eŭropo]], kiuj interesis lin. Kaj tion li sufiĉe pretus pagi per [[Eŭropo|eŭropa]] [[milito]], kiu ne koncernus [[Sovetunio]]n. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Stalin ne hastis, malsame ol [[Hitlero]], antaŭ li ne staris iu fina dato kaj li havis fortikajn [[nervo]]jn. Do Stalin atendis, maltrankviligante Hitleron. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri prioritatoj de [[Hitlero]]] …de [[Britio]] li deziris neenmiksiĝon je la aferoj en la kontinento kaj de [[Sovetunio]] li deziris akiri Lebensraum aŭ “vivospacon”. Nur danke al siaj atingoj Stalin sukcesis ŝanĝi prioritatojn de Hitlero, eĉ se provizore. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[pakto Ribbentrop-Molotov]]] Stalin gajnis marĉandon danke al tio, ke li konservis [[Sovetunio|sovetian]] ludmonon ĝis la lasta momento. Kialo konsistis en tio ke [[Hitlero]] tute evidente estis preta proponi al li senpage tion, kio en iu ajn unio kun [[Britio]] aŭ [[Francio]] li povus ricevi nur post sangoverŝa [[milito]] kontraŭ [[Germanio]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [[Realo|Reala]] [[problemo]] konsistis en tio, ke [[Britio]] ne povis akcepti kondiĉojn de Stalin sen damaĝi siajn principojn, kiujn ĝi [[Defendo|defendis]] ekde la [[tempo]] de la fino de la [[Unua mondmilito]]. Ne havis sencon starigi [[malpermeso]]n pri malaperigado de etaj landoj fare de [[Germanio]], se tio supozis donon de la sama rajto al [[Sovetunio]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Stalin havis [[strategio]]n, sed ne principojn dum la [[Demokratio|demokratiaj]] landoj [[Defendo|defendis]] principojn sen krei iun ajn strategion. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Ĝis 1941 [[Hitlero]] kaj Stalin strebis al netradiciaj [[celo]]j per [[Tradicio|tradiciaj]] rimedoj. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[okupado de baltaj landoj]] en 1939] [[Celo]] de Stalin certe estis krei plian bufrozonon por [[Leningrado]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Stalin reagis preskaŭ ĉiam [[Stereotipo|stereotipe]]. En neniu momento de sia kariero li elmontris [[timo]]n, eĉ kiam li ne povus ne senti ĝin. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri Stalin] Ekstreme preciza kiel kalkulilo, li malsukcesis tamen ĝuste konsideri [[Neŭrozo|neŭrozan]] [[karaktero]]n de la [[personeco]] de [[Hitlero]] kaj pro tio li malsukcesis [[Prognozo|prognozi]] eblecon de [[respondo]] de Hitlero al alfrontita de li [[defio]] forme de [[milito]] ĉe du [[fronto]]j, kiom ajn senracia estus tia kurso. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri okupado de [[Okcidento|okcidentaj]] [[teritorio]]j en 1939-1941] Kiam tiu procezo finiĝis, Stalin revenigis la tutan teritorion, kiun [[Rusio]] perdis fine de la [[Unua mondmilito]]; per tio la aliancanoj pagis la lastan kontribuon kiel [[puno]]n pro ekskludo de [[Germanio]] kaj [[Sovetunio]] el partopreno en la [[Paco|paca]] konferenco en 1919. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Por Stalin tamen la plej terura tago iĝis la 27-a de septembro 1940, kiam [[Germanio]], [[Italio]] kaj [[Japanio]] subskribis la [[Antikominterna pakto|Triflankan pakton]], devigantan ĉiun el tiuj ĉi landoj ekmiliti kontraŭ iu ajn alia lando, kiu subtenus [[Britio]]n. Se esti preciza, la pakto speciale ekskludis rilatojn de ĉiu el la subskribintaj ĝin landoj kun [[Sovetunio]]… Kaj kvankam la Triflanka pakto estis tute evidente direktita kontraŭ [[Vaŝingtono]], Stalin ne havis kialojn senti sin trankviligita. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Neniu sekvis el provoj aranĝi personan renkontiĝon de [[Hitlero]] kaj Stalin post la subskribo de la [[Antikominterna pakto|Triflanka pakto]]. Ĉiu el la [[gvidanto]]j faris ĉion eblan por eviti ĝin, deklarante ke li ne povas forlasi sian landon kaj ŝajne [[Logiko|logika]] loko de renkontiĝo kiel [[Brest-Litovsko]] ĉe la limo portis en si tro multe da pezaj [[Historio|historiaj]] [[rememoro]]j. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [[Hitlero]] kredis je tio, ke forto de la [[volo]] povas superi ĉiujn obstaklojn. Lia tipa reago al [[rezistado]] estis transigo de ĝi je la formo de persona kontraŭstaro. Hitlero neniam lasis bonajn kondiĉojn komplete maturiĝi jam pro tio, ke la prozeco de atendado mem signifus ke obstakloj povus superi lian volon. Stalin estis ne nur pli [[Pacienco|pacienca]], sed ankaŭ kiel [[komunisto]] pli [[Estimo|estimis]] [[Historio|historiajn]] fortojn. Dum preskaŭ 30 jaroj de sia [[regado]] li neniam metis je unu [[vetludo]] ĉiujn ludmarkojn kaj erare opiniis ke ankaŭ Hitlero neniam faros tion. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Ŝajnas ke Stalin estis certa ke la sekvonta jaro 1942 estos la jaro decidonta la [[demando]]n pri la [[milito]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri Stalin] [[Pakto Ribbentrop-Molotov|Pakto Hitlero-Stalin]] donis al li dujaran paŭzon kaj traktato pri neagreso kun [[Japanio]] ebligis post duonjaro transloki armeajn trupojn de [[Rusia Fora Oriento|Fora Oriento]] por partopreni la [[Batalo de Moskvo|batalon ĉe Moskvo]], kiu decidis la rezulton de la [[milito]] favore al li. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = La ĉefa malforteco de Stalin kiel ŝtata aganto estis ke li tendencis aljŭgi al siaj [[malamiko]]j la saman kapablon je malvarma kalkulado kiun posedis li mem kaj pri kiu li multe [[Fiero|fieris]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Tio ke Stalin estis preta al grandaj [[cedo]]j videblis el reago de [[Molotov]], kiam la 22-an de junio [[Friedrich-Werner Graf von der Schulenburg]] alportis al li [[Germanio|germanan]] militdeklaron. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Sendube Stalin estis tiom grave [[Ŝoko|ŝokita]] de tio, ke [[Germanio]] deklaris kontraŭ li [[milito]]n, ke lin trafis io simila al [[depresio]], kio daŭris ĉirkaŭ dek tagojn. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Stalin [[Espero|esperis]] pri [[racio]] de [[Hitlero]] kaj malgajnis; Hitlero esperis ke Stalin rapide [[Malvenko|malvenkos]] kaj ankaŭ malgajnis. Sed se [[eraro]] de Stalin estis korektebla, do eraro de Hitlero ne. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Kiam iu [[Usono|usona]] [[generalo]] dum la [[Potsdama konferenco]], dezirante [[Flato|flati]] al Stalin, rimarkigis kiom [[Ĝojo|ĝoje]] evidente estas vidi la [[Rusio|rusajn]] trupojn en [[Berlino]], tiu sarkasme respondis: “Caro [[Aleksandro la 1-a (Rusio)|Aleksandro la 1-a]] marŝis ĝis [[Parizo]]”. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Kiel [[komunisto]] Stalin rifuzis vidi diferencon inter la [[Demokratio|demokratiaj]] kaj [[Faŝismo|faŝistaj]] landoj, kvankam li sendube konsideris la demokratiojn malpli [[Senkompato|senkompataj]] kaj eble malpli [[Danĝero|danĝeraj]] por li. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri Stalin] Kunlaboro kun [[Hitlero]] ne [[Simpatio|simpatiigis]] lin al [[naziismo]], same kiel sekvinta alianco kun la [[Demokratio|demokratiaj]] landoj ne igis lin taksi avantaĝojn de institucioj de la [[Libereco|libera]] [[mondo]]. Li prenis de ĉiu provizora partnero ĉion eblan per [[diplomatio]] kaj okupis per forto ĉion kion oni ne donis al li propravole – ĝis tio minacis [[risko]]n de [[milito]]. Lia gvida [[stelo]] restis la sovetia [[nacia intereso]], refraktata je prismo de [[Komunismo|komunisma]] [[ideologio]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Ĉar [[Franklin D. Roosevelt]] ne [[Deziro|deziris]] priparoli [[celo]]jn de la [[milito]] antaŭ la [[Stalingrada batalo|Stalingrado]] kaj ĉar Stalin opiniis ke frontolinioj difinis [[Politiko|politikan]] rezulton fine de la [[milito]], plejparto de la [[ideo]]j de la milita [[tempo]] rilate la postmilitan agordon de la komuna komunumo devenis de [[Winston Churchill]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri rilato de [[Franklin D. Roosevelt]] al [[Winston Churchill]]] Li konsideris Churchill kamarado de la milita periodo; Stalinon li konsideris partnero pri konservado de la postmilita [[paco]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri la germana atako en 1941] Komence de la [[milito]] Stalin evudente estis preta akcepti solvon surbaze de limoj de 1941; kaj li estis tro [[Ciniko|cinika]] por ne atendi proponon de iu quid pro quo. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Neniu [[Konscio|konsciis]] pli bone ol Stalin [[senco]]n de malnova diro: [[regado]] je naŭ dekonoj difinas rajton de [[posedado]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = En 1941 la ĉefa zorgo de Stalin estis limoj; en 1945 tio estis jam [[Politiko|politika]] kontrolo super [[teritorio]]j, situantaj ekster tiuj ĉi limoj. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Pretendoj de Stalin pri la suda parto de [[Saĥaleno]] kaj la [[Kurilaj insuloj]] efektive havis, kvankam iom nebulan, rilaton al la [[Sovetunio|sovetia]] [[sekureco]] kaj la [[Rusio|rusa]] historio. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [[Problemo]], alfrontita de Stalin en liaj rilatoj kun la [[Usono|usona]] estraro, konsistis je tio ke li kun granda malfacilo estis komprenanta kiom gravan [[rolo]]n por ili ludis [[moralo]] kaj laŭĝeleco en iliaj vidpunktoj pri [[ekstera politiko]]. Stalin efektive ne estis komprenanta kial la usona estraro faras tian bruon rilate internan aranĝon de [[Orienta Eŭropo|orienteŭropaj ŝtatoj]], pri kiuj ĝi havas neniun rimarkindan [[Strategio|strategian]] intereson. [[Fideleco]] de usonanoj al principo ne ligita al konkreta intereso kiu estus tute klara, igis Stalin serĉi kaŝitajn motivojn. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Potsdama konferenco]]] En tiu momento [[Harry S. Truman]] forkondukis Stalinon flanken kaj informis lin pri [[ekzistado]] de [[atombombo]] en [[Usono]]. Stalin certe jam sciis pri tio de siaj [[Sovetunio|sovetiaj]] [[spiono]]j; fakte li eksciis pri ĝi delonge antaŭ ol Truman mem. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Veraj [[fanatikulo]]j de tiu ĉi afero sidis en [[Pekino]] kaj [[Pjongjango]]; la [[Korea milito]] tute ne estis [[Moskva Kremlo|Kremla]] [[komploto]] aranĝita por engaĝi [[Usono]]n je [[Azio]] por poste havi eblecon ataki [[Eŭropo]]n… Efektive [[helpo]] de Stalin al [[Ĉinio]] estis sufiĉe [[Avareco|avara]], li postulis pagi ĝin per kontanta [[mono]], kio kreis bazon por la ĉino-[[Sovetunio|sovetia]] [[kverelo]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Korea milito]]] Stalin ne serĉis pretekston por komenci la totalan [[milito]]n; li plej forte strebis eviti ĝin. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = En singarda kaj suspektema [[naturo]] de Stalin estis nenio de senracia [[aventuristo]]; li ĉiam preferis agi kaŝe kaj ĉirkaŭvoje ol iniciati veran [[konfrontiĝo]]n kaj li montris specialan [[singardemo]]n por ne riski militan konfrontiĝon kontraŭ [[Usono]] – kaj ne senbaze. Pro misproporcio rilate [[Nuklea armilo|nukleajn]] eblecojn de la flankoj, ĝuste [[Sovetunio]] perdus ĉion en la totala milito. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [[Usono|Usonaj]] [[gvidanto]]j vidis en la [[Korea milito]] [[Sovetunio|sovetian]] [[strategio]]n de allogado de [[Usono]] je [[konflikto]]j de la fora [[Azio]] por faciligo de sovetia [[atako]] kontraŭ pozicioj de la aliancanoj en [[Eŭropo]], kio estis plej granda trotakso de sovetia povo kaj [[metodo]]j de Stalin. En neniu el la etapoj de sia [[kariero]] tiu ĉi skrupula kaj ruza analizisto estis ĵetanta sur [[pesilo]]n ĉion samtempe. Samtempe Stalin traktis kreskigon de la povo fare de la Okcidento ne kiel [[Defendo|defendan]] entreprenon, kia ĝi efektive estis, sed kiel pretekston por [[Milito|milita]] [[konfrontiĝo]], kiun li ĉiam [[Timo|timis]] kaj kiun li sinsekve penis eviti. Ambaŭ flankoj fakte estis sin preparantaj al la evento, kiu spegulis [[intenco]]jn de neniu el ili – al la rekta grandskala [[defio]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[GDR]]] Stalin neniam agnoskis tiun reĝimon kiel plenrajtan [[Suvereneco|suverenan]] [[ŝtato]]n kaj donis al ĝi statuson diferencan de ĉiuj aliaj [[Orienta Eŭropo|orienteŭropaj]] satelitoj ĝuste por konservi Orientan Germanion kiel atuton, kiam [[unuiĝo de Germanio]] estos priparolata serioze. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [pri propono de Stalin en 1952 [[unuiĝo de Germanio |unuigi Germanion]] kiel [[Neŭtraleco|neŭtralan]] ŝtaton] Dum la usonaj trupoj devintus reveni al [[Usono]], la [[Sovetunio|sovetiaj]] armitaj fortoj devintus nur retreti al la [[Pollando|pola]] limo, do 160 km orienten. Koncize dirite, laŭvorta plenumo de la propono de Stalin antaŭvidis malfondon de [[NATO]], ĵus aperinta kiel organizaĵo, interŝanĝe de foriro de la sovetiaj trupoj je distanco je nuraj 160 km. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [[Posteulo]]j de Stalin eĉ pli ol ilia eksa estro bezonis ripozpaŭzon en la streĉiteco kun la [[Okcidento]]. Ili tamen ne posedis lian [[aŭtoritato]]n, lian akran percepton, lian [[sagaco]]n kaj kio plej gravas, al ili mankis [[Politiko|politika]] unueco, necesa por sekvi tiom komplikan kurson. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = La ŝtatestra renkontiĝo en [[Ĝenevo]] en 1955 iĝis deirpunkto de ĉiuj ĉi [[aventuro]]j. Laŭvoje el Ĝenevo hejmen, [[Nikita Ĥruŝĉov]] haltis en [[Berlino|Orienta Berlino]], kie li agnoskis [[suvereneco]]n de la [[GDR|orientgermana]] [[Komunismo|komunista]] reĝimo. Tio estis la paŝo, kiun evitis Stalin. Por la resta periodo de la [[Malvarma milito]] afero de [[unuiĝo de Germanio]] malaperis el internacia agendo, ĉar [[Moskvo]] transigis ĝin al kompetenco de [[intertrakto]]j inter la du germanaj ŝtatoj. Kaj ĉar [[Politiko|politika]] [[pezo]] de tiuj ĉi ŝtatoj estis nekomparebla kaj neniu el ili planis fari [[suicido]]n, la unuiĝo povis okazi nur kadre de politika kolapso de unu el ili. Do la [[Berlina krizo (1961)|Berlina krizo]] en 1958-1962 estis naskita de Ĝenevo. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Stalin neniam [[Risko|riskis]] sovetian [[aŭtoritato]]n en la “[[tria mondo]]”. Li opiniis ke tiuj [[teritorio]]j troviĝas for de lia lando kaj estas tro malstabilaj, [[gvidanto]]j de tiuj landoj estas malfacile kontroleblaj kaj [[Sovetunio]] estis ankoraŭ ne sufiĉe forta por engaĝiĝi je [[aventuro]]j en malproksimaj distancoj – kvankam eble kun tempopaso kresko de sovetia [[Milito|milita]] povo povus ŝanĝi lian aliron. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = [[Posteulo]]j de Stalin tamen ne havis lian nehaltigeblan alcelecon. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Stalin eble havis nebulan [[imago]]n pri la vera [[povekvilibro]] kaj pro tio reagis al la [[Usono|usona]] kreskado de la [[Milito|milita]] potencialo dum la periodo de la [[Korea milito]] per “[[Paco|paca]] [[Diplomatio|diplomatia]] noto” de 1952. En la terura transira periodo post la [[morto]] de Stalin liaj [[posteulo]]j malĝuste traktis propran kapablon al postvivado sen ekstera [[defio]] kiel pruvon de malforteco de la [[Okcidento]]. Kaj ili trompis sin konsiderante gravaj iujn [[Sovetunio|sovetiajn]] atingojn en la [[evoluonta mondo]]. [[Nikita Ĥruŝĉov]] kaj liaj posteuloj konkludis ke ili [[sukceso]]s superi la [[tirano]]n. Anstataŭ ol kvereligi la [[Kapitalismo|kapitalistan]] [[mondo]]n, kio estis la ĉefa [[strategio]] de Stalin, ili preferis [[Venko|venki]] ĝin per [[Berlina krizo (1961)|ultimatoj pri Berlino]], lokado de [[Karibia krizo|misiloj en Kubo]] kaj [[aventurismo]] en la tuta evoluonta mondo. Tiu ĉi peno tamen tiomgrade superis la sovetiajn eblecojn ke transformis la [[stagnado]]n je la disfalon. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} === Franklin D. Roosevelt === {{Citaĵo |teksto = Parolante per simpla lingvaĵo, mi “bonege akordiĝis” kun marŝalo Stalin. Tiu [[homo]] kombinas grandegan, neflekseblan [[volo]]n kaj sanan [[humursento]]n; mi pensas ke [[animo]] kaj koro de [[Rusio]] havas je li sian veran reprezentanton. Mi kredas ke ni ankaŭ [[Estonteco|estonte]] bone akordiĝos kaj kun li kaj kun la tuta [[Rusoj|rusa]] [[popolo]] – vere bonege. |aŭtoro= [[Franklin D. Roosevelt]] |verko= post la [[Jalta konferenco]] [1945] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Mi opinias ke en li videblas trajtoj de vere [[Kristanismo|kristana]] [[ĝentlemano]]. |aŭtoro= [[Franklin D. Roosevelt]] |verko= |origina teksto = }} === Aleksandr Solĵenicin === {{Citaĵo |teksto = Kaj jen plia paralelo: dum ambaŭ militoj ni materie dependis de okcidentaj aliancanoj. Sed pro tio la cara registaro kaj poste tiu [[Provizora Registaro de Rusio|provizora]] kaĵolis antaŭ la aliancanoj dum Stalin en la sama situacio diktis al ili kondiĉojn. |aŭtoro = [[Aleksandr Solĵenicin]] |verko = [[Pensoj pri la Februara revolucio]] [1983] |origina teksto = И ещё одна частная параллель: в обе войны мы были материально зависимы от западных союзников. Но от этого царское правительство и затем временное заискивали перед союзниками, а Сталин при этом же — диктовал им условия сам<ref>Солженицын А. И. Размышления над Февральской революцией. М., 2007. С. 85.</ref>. }} === Aliaj aŭtoroj === {{Citaĵo |teksto = Tiu ĉi aganto estis inter la plej centraj figuroj de la bolŝevista partio, do unu el kelkaj personoj, tenintaj (kaj tenantaj ĝis nun) en siaj manoj la sorton de la [[revolucio]] kaj la [[ŝtato]]. Kial tio okazas, mi ne povas diri: influoj en la altaj, malproksimaj de la [[popolo]], fremdaj je malfermiteco, senrespondecaj sferoj estas tiom kapricaj! Sed iel aŭ tiel rilate la rolon de Stalin oni povas nur miri. La bolŝevista partio ĉe malalta nivelo de sia "oficiraro", en amaso de malkleruloj kaj hazarduloj, havas vicon da grandegaj figuroj kaj dignaj gvidantoj en la "generalaro". Stalin ja dum la tuta periodo de sia modesta agado en la Ekzekutiva Komitato impresis — ne nur min — kiel griza makulo, foje videbla malklare kaj senspure. Mankas io plia por diri pri li. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Этот деятель — одна из центральнейших фигур большевистской партии и, стало быть, одна из нескольких единиц, державших (держащих до сей минуты) в своих руках судьбы революции и государства. Почему это так, сказать не берусь: влияния среди высоких, далеких от народа, чуждых гласности, безответственных сфер так прихотливы! Но во всяком случае, по поводу роли Сталина приходится недоумевать. Большевистская партия при низком уровне ее «офицерского корпуса», в массе невежественного и случайного, обладает целым рядом крупнейших фигур и достойных вождей среди «генералитета». Сталин же за время своей скромной деятельности в Исполнительном Комитете производил — не на одного меня — впечатление серого пятна, иногда маячившего тускло и бесследно. Больше о нем, собственно, нечего сказать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 280.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Winston Churchill]] ĉiam parolas kaj Stalin simple gruntas, sed almenaŭ oni scias kion li [[Deziro|deziras]] diri. |aŭtoro= [[Harry S. Truman]] |verko= al sia patrino post la [[Potsdama konferenco]] [1945] |origina teksto = }} {{citaĵo|Tiaj nemerititaj kaj teruraj bategoj igis la knabon tiel sensentema kiel estis lia patro.|Amiko de Stalin}} {{Citaĵo |teksto = Post la [[morto]] de Stalin reprezalioj fakte finiĝis, la reĝimo iĝis preskaŭ vegetara. Tiu fakto malebligas al ni nutri [[iluzio]]jn: Stalin (kvankam ne li sola) estis persone kulpa pri tio, kio okazis en la lando. |aŭtoro = [[Andrej Movĉan]] |verko = Komentoj pri Stalin [la 22-a de junio 2015] |origina teksto = После смерти Сталина репрессии фактически закончились, режим стал почти травоядным. Этот факт не позволит нам питать иллюзий: Сталин (хотя и не он один) был лично виновен в том, что происходило в стране. }} == Vidu ankaŭ == * [[Lenin]] {{Referencoj}} {{Havenda artikolo}} {{DEFAŬLTORDIGO:Stalin, Josif}} [[Kategorio:Aŭtoroj laŭ nomoj]] [[Kategorio:Rusiaj politikistoj]] [[Kategorio:Komunistoj]] [[Kategorio:Kartvelio]] [[Kategorio:Sovetianoj]] 2c6lvlc5phle1zwkyhzgbbxafw4nttn 0 6310 53900 53062 2026-10-30T12:17:15Z RG72 415 /* José Ortega y Gasset */ 53900 wikitext text/x-wiki {{Temo | nomo = Bolŝevismo | koloro = | dosiero = Kustodiev_The_Bolshevik.jpg | vikipedio = Bolŝevismo | komunejo = | komunejokat = Bolsheviks | vikivortaro = bolŝevismo | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Bolŝevismo|Bolŝevismo]]''' estas politika tendenco, naskiĝinta en la rusia socialdemokrata partio sub la influo de [[Lenino]] kaj konkerinta la ŝtatan potencon en [[Rusio]] dum la jaro 1917. == Citaĵoj == === Eric Hoffer === {{Citaĵo |teksto = [[Petro la Granda]] ne cedis al plejparto de la plej sukcesaj [[Revolucio|revoluciaj]] kaj naciaj gvidantoj je celkonscio, je potenco kaj senkompato. Sed en sia ĉefa celo — transformi [[Rusio]]n je la [[Okcidento|okcidenta]] ŝtato — li [[Fiasko|fiaskis]]. Kaŭzo de lia fiasko estis en tio, ke li ne fajrigis [[animo]]jn de la [[Rusoj|rusaj]] [[amasoj]] per aktiva [[entuziasmo]]. Li ne konsideris tion necesa aŭ ne sciis, kiel fari sian celon la “sankta afero”. Ne mirindas ke la revoluciuloj-bolŝevistoj, likvidinte la lastan [[caro]]n [[Romanovoj|Romanovon]], tuj eksentis iun parencecon al Petro, kvankam li estis la caro. Lia celo iĝis ilia celo, kaj ili esperas sukcesi tie, kie li fiaskis. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Por ĵeti sin komplete en entreprenon, ligitan al grandaj [[ŝanĝo]]j, [[homo]]j devas esti ekstreme [[Malkontento|malkontentaj]], ne tre [[Malriĉeco|malriĉaj]] kaj havi tian [[sento]]n, ke, posedante [[Povo|povegan]] [[doktrino]]n, [[Peko|senpekan]] [[gvidanto]]n aŭ novajn metodojn, ili ricevas aliron al la fonto de la ĉiovenka [[forto]]. Samtempe ili devas havi troigitan [[imago]]n pri eblecoj kaj perspektivoj de [[estonteco]]. Kaj fine ili devas esti tute [[Scio|nesciaj]] pri malfacilaĵoj, ligitaj al ilia entrepreno. [[Sperto]] tiukaze estas obstaklo. Homoj, komenciĝintaj la [[Franca revolucio|Francan revolucion]], havis nenian [[Politiko|politikan]] sperton. Same kiel la bolŝevistoj, kaj la [[nazioj]], kaj la [[revoluciulo]]j de [[Azio]]. Sperta homo aperas poste, li aniĝas al la [[movado]] kiam ĝi jam moviĝas. [[Anglio|Angla]] politika sperto verŝajne gardas la [[Angloj|anglon]] de la [[Amaso|amasaj]] movadoj. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = La [[revolucio]]j de la bolŝevistoj kaj de la [[nazioj]] estas ankaŭ la sufiĉe maturaj [[Nacio|naciaj]] [[movado]]j; cetere la nazia [[revolucio]] estis tia movado ekde komenco, kaj la [[naciismo]] de la bolŝevistoj montriĝis ne tuj. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = La bolŝevisma [[movado]] avancis ĉiujn aliajn [[Marksismo|marksismajn]] movadojn en konkuro al la [[potenco]] danke al sia unuiĝinta unueca [[organizo]]. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Tuj post la “homo de la vorto” ricevis [[agnosko]]n flanke de la [[potenculo]]j, li kutime trovas bombastajn [[argumento]]jn por stariĝi ĉe la flanko de la fortuloj kontraŭ la malfortuloj. [[Lutero]], unue defiinta la regantan [[eklezio]]n kaj kunsente parolinta pri la “[[Malriĉeco|malriĉa]], sentitola popolo”, poste, kiam li unuiĝis kun [[Germanio|germanaj]] princetoj, deklaris: “[[Dio]] preferus ekzistadon de la [[registaro]], eĉ de la plej aĉa, ol permesi al la [[amaso]] diboĉi, kiel ajn ĝi estu prava pri tio”. [[Richard Bourke|Bourke]], kiun aŭspiciis [[lordo]]j kaj [[aristokrato]]j, parolis pri la “porka [[plebaro]]” kaj rekomendis al la malriĉuloj “[[pacienco]]n, [[laboro]]n, [[ŝparemo]]n kaj [[religio]]n”. La dorlotitaj per [[gloro]] kaj [[flato]] “homoj de la vorto” en la bolŝevisma [[Rusio]], kiel antaŭe en la [[Nazia Germanio]], ne sentas bezonon stariĝi ĉe la flanko de la persekutatoj kaj teroratoj kontraŭ senkompataj [[gvidanto]]j kaj ilia sekreta [[polico]]. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Kaj ĉe la bolŝevisma, kaj ĉe la [[Naziismo|nazia]] reĝimoj haveblas fajna [[kompreno]] de graveco de la rilatoj inter la “homoj de la vorto” kaj la [[ŝtato]]. En la bolŝevisma [[Rusio]] [[verkisto]]j, [[pentristo]]j, [[sciencisto]]j ĝuas [[privilegio]]jn de la reganta tavolo. Ili ĉiuj estas superaj [[ŝtatoficisto]]j. Cetere ili devas sekvi la [[Partio|partian]] linion, sed tio estas nura [[disciplino]], al kiu subiĝas la tuta [[elito]]. Kio koncernas [[Hitlero]]n, do li havis diable realisman planon: ĉiujn sferojn de la [[scio]] fari [[monopolo]] de la elito, kiuj devos regi lian mondan [[imperio]]n; la restajn sennomajn [[amaso]]jn Hitlero planis teni duonedukitaj. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = En la [[okulo]]j de la [[homo]] [[Kredo|kredanta]], homoj ekster la “sankta afero” ne havas firman [[karaktero]]n kaj pro tio povas esti facila [[predo]] de la kredantoj. Aliflanke, la kredantoj de ĉiuj tipoj, kvankam morte [[Malamo|malamas]] unu la alian kaj pretas alkroĉiĝi je la gorĝo unu al alia, agnoskas forton unu de alia kaj sentas reciprokan sinceran [[estimo]]n. [[Hitlero]] konsideris la bolŝevistojn egalaj al si kaj ordinis la eksajn [[komunisto]]jn tuj anigi al la [[Naziismo|nazia]] [[partio]]. [[Stalin]] siavice konsideris la naziojn kaj [[japanoj]]n la solaj estiminduloj. Eĉ la [[Religio|religiaj]] [[fanatikulo]]j kaj la batalemaj [[ateisto]]j traktas unu la alian kun estimo. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} === Henry Kissinger === {{Citaĵo |teksto = Ekde la [[tempo]] de la [[Franca revolucio]] sur horizonto de la [[Eŭropo|eŭropa]] [[diplomatio]] aperis nenio eĉ proksimume simila al [[Sovetunio]]. Unuafoje dum pli ol 100 jaroj unu el landoj oficiale dediĉis sin al faligo de la ekzistanta [[ordo]]. Francaj [[revoluciulo]]j strebis ŝanĝi [[karaktero]]n de la [[Ŝtato|ŝtata]] sistemo; bolŝevistoj, farinte plian paŝon, proponis neniigi la ŝtaton mem. Tuj post kiam la ŝtato malaperos, laŭ vortoj de [[Lenin]], ne plu necesos diplomatio, nek [[ekstera politiko]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = En 1937, unu jaron post remilitiĝo de la [[Rejna regiono]], lordo [[Edward Frederick Lindley Wood]], estante tiutempe lordo-prezidanto de la Privata Konsilio, iĝis [[simbolo]] de [[Moralo|morala]] retreto de la [[demokratio]]j, vizitinte [[domo]]n de [[Hitlero]] sur [[monto]] en [[Berchtesgaden]], li laŭdis la [[Nazia Germanio|nazian Germanion]] kiel “fundamenton de [[Eŭropo]] kontraŭ bolŝevismo” kaj listigis aferojn rilate kiujn “eventualaj ŝanĝoj povus okazi kun tempopaso”. Konkrete estis menciitaj [[Danzig]], [[Aŭstrio]] kaj [[Ĉeĥoslovakio]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} === José Ortega y Gasset === {{Citaĵo |teksto = […] kaj bolŝevismo kaj [[faŝismo]], du [[Politiko|politikaj]] “novaĵoj”, aperintaj en [[Eŭropo]] kaj najbare al ĝi, klare prezentas moviĝon en rea direkto. |aŭtoro = [[José Ortega y Gasset]] |verko = La ribelo de la amasoj (1930) |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = […] [[socialismo]] de [[Karl Marx|Markso]] kaj bolŝevismo estas du [[Historio|historiaj]] fenomenoj, kiuj apenaŭ havas komunajn tuŝpunktojn. |aŭtoro = [[José Ortega y Gasset]] |verko = La ribelo de la amasoj (1930) |origina teksto = }} === Diversaj aŭtoroj === {{Citaĵo |teksto = Bolŝevistoj ankaŭ esperas ke ili [[sukceso]]s ekstermi la homan [[agresemo]]n per kontentigo de la materialaj [[bezono]]j kaj starigo de [[egaleco]] inter la membroj de la [[socio]]. Mi konsideras tion [[iluzio]]. Dume ili mem aktive armas sin kaj, kio estas ne malpli grava, ili unuigas siajn subtenantojn per [[malamego]] al la ekstera [[mondo]]. |aŭtoro= [[Sigmund Freud]] |verko= [[Kial milito?]] [septembro 1932] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Eĉ la bolŝevismo, kies [[radikalismo]] estis ekstrema, balzamis [[Lenino]]n kaj el [[Karolo Markso]] faris la Savinton. La [[idealo]] de [[individuo]] estas la neelradikigebla bezono de la homa [[animo]], kiu protektas ĝin kun [[fanatikeco]] kies grandeco kreskas kun ĝia malgracio. |aŭtoro = [[Carl Gustav Jung]] |verko = Evoluo de la individuo |origina teksto = }} == Vidu ankaŭ == * [[Menŝevismo]] * [[Komunismo]] * [[Oktobra revolucio]] [[Kategorio:Historio]] [[Kategorio:Rusio]] [[Kategorio:Sovetunio]] [[Kategorio:Politiko]] [[Kategorio:20-a jarcento]] [[Kategorio:Komunismo]] 4asn1digc2g6b2mq8imjlv2npqf05qw 53902 53900 2026-10-30T13:31:51Z RG72 415 /* Vidu ankaŭ */ 53902 wikitext text/x-wiki {{Temo | nomo = Bolŝevismo | koloro = | dosiero = Kustodiev_The_Bolshevik.jpg | vikipedio = Bolŝevismo | komunejo = | komunejokat = Bolsheviks | vikivortaro = bolŝevismo | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Bolŝevismo|Bolŝevismo]]''' estas politika tendenco, naskiĝinta en la rusia socialdemokrata partio sub la influo de [[Lenino]] kaj konkerinta la ŝtatan potencon en [[Rusio]] dum la jaro 1917. == Citaĵoj == === Eric Hoffer === {{Citaĵo |teksto = [[Petro la Granda]] ne cedis al plejparto de la plej sukcesaj [[Revolucio|revoluciaj]] kaj naciaj gvidantoj je celkonscio, je potenco kaj senkompato. Sed en sia ĉefa celo — transformi [[Rusio]]n je la [[Okcidento|okcidenta]] ŝtato — li [[Fiasko|fiaskis]]. Kaŭzo de lia fiasko estis en tio, ke li ne fajrigis [[animo]]jn de la [[Rusoj|rusaj]] [[amasoj]] per aktiva [[entuziasmo]]. Li ne konsideris tion necesa aŭ ne sciis, kiel fari sian celon la “sankta afero”. Ne mirindas ke la revoluciuloj-bolŝevistoj, likvidinte la lastan [[caro]]n [[Romanovoj|Romanovon]], tuj eksentis iun parencecon al Petro, kvankam li estis la caro. Lia celo iĝis ilia celo, kaj ili esperas sukcesi tie, kie li fiaskis. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Por ĵeti sin komplete en entreprenon, ligitan al grandaj [[ŝanĝo]]j, [[homo]]j devas esti ekstreme [[Malkontento|malkontentaj]], ne tre [[Malriĉeco|malriĉaj]] kaj havi tian [[sento]]n, ke, posedante [[Povo|povegan]] [[doktrino]]n, [[Peko|senpekan]] [[gvidanto]]n aŭ novajn metodojn, ili ricevas aliron al la fonto de la ĉiovenka [[forto]]. Samtempe ili devas havi troigitan [[imago]]n pri eblecoj kaj perspektivoj de [[estonteco]]. Kaj fine ili devas esti tute [[Scio|nesciaj]] pri malfacilaĵoj, ligitaj al ilia entrepreno. [[Sperto]] tiukaze estas obstaklo. Homoj, komenciĝintaj la [[Franca revolucio|Francan revolucion]], havis nenian [[Politiko|politikan]] sperton. Same kiel la bolŝevistoj, kaj la [[nazioj]], kaj la [[revoluciulo]]j de [[Azio]]. Sperta homo aperas poste, li aniĝas al la [[movado]] kiam ĝi jam moviĝas. [[Anglio|Angla]] politika sperto verŝajne gardas la [[Angloj|anglon]] de la [[Amaso|amasaj]] movadoj. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = La [[revolucio]]j de la bolŝevistoj kaj de la [[nazioj]] estas ankaŭ la sufiĉe maturaj [[Nacio|naciaj]] [[movado]]j; cetere la nazia [[revolucio]] estis tia movado ekde komenco, kaj la [[naciismo]] de la bolŝevistoj montriĝis ne tuj. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = La bolŝevisma [[movado]] avancis ĉiujn aliajn [[Marksismo|marksismajn]] movadojn en konkuro al la [[potenco]] danke al sia unuiĝinta unueca [[organizo]]. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Tuj post la “homo de la vorto” ricevis [[agnosko]]n flanke de la [[potenculo]]j, li kutime trovas bombastajn [[argumento]]jn por stariĝi ĉe la flanko de la fortuloj kontraŭ la malfortuloj. [[Lutero]], unue defiinta la regantan [[eklezio]]n kaj kunsente parolinta pri la “[[Malriĉeco|malriĉa]], sentitola popolo”, poste, kiam li unuiĝis kun [[Germanio|germanaj]] princetoj, deklaris: “[[Dio]] preferus ekzistadon de la [[registaro]], eĉ de la plej aĉa, ol permesi al la [[amaso]] diboĉi, kiel ajn ĝi estu prava pri tio”. [[Richard Bourke|Bourke]], kiun aŭspiciis [[lordo]]j kaj [[aristokrato]]j, parolis pri la “porka [[plebaro]]” kaj rekomendis al la malriĉuloj “[[pacienco]]n, [[laboro]]n, [[ŝparemo]]n kaj [[religio]]n”. La dorlotitaj per [[gloro]] kaj [[flato]] “homoj de la vorto” en la bolŝevisma [[Rusio]], kiel antaŭe en la [[Nazia Germanio]], ne sentas bezonon stariĝi ĉe la flanko de la persekutatoj kaj teroratoj kontraŭ senkompataj [[gvidanto]]j kaj ilia sekreta [[polico]]. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Kaj ĉe la bolŝevisma, kaj ĉe la [[Naziismo|nazia]] reĝimoj haveblas fajna [[kompreno]] de graveco de la rilatoj inter la “homoj de la vorto” kaj la [[ŝtato]]. En la bolŝevisma [[Rusio]] [[verkisto]]j, [[pentristo]]j, [[sciencisto]]j ĝuas [[privilegio]]jn de la reganta tavolo. Ili ĉiuj estas superaj [[ŝtatoficisto]]j. Cetere ili devas sekvi la [[Partio|partian]] linion, sed tio estas nura [[disciplino]], al kiu subiĝas la tuta [[elito]]. Kio koncernas [[Hitlero]]n, do li havis diable realisman planon: ĉiujn sferojn de la [[scio]] fari [[monopolo]] de la elito, kiuj devos regi lian mondan [[imperio]]n; la restajn sennomajn [[amaso]]jn Hitlero planis teni duonedukitaj. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = En la [[okulo]]j de la [[homo]] [[Kredo|kredanta]], homoj ekster la “sankta afero” ne havas firman [[karaktero]]n kaj pro tio povas esti facila [[predo]] de la kredantoj. Aliflanke, la kredantoj de ĉiuj tipoj, kvankam morte [[Malamo|malamas]] unu la alian kaj pretas alkroĉiĝi je la gorĝo unu al alia, agnoskas forton unu de alia kaj sentas reciprokan sinceran [[estimo]]n. [[Hitlero]] konsideris la bolŝevistojn egalaj al si kaj ordinis la eksajn [[komunisto]]jn tuj anigi al la [[Naziismo|nazia]] [[partio]]. [[Stalin]] siavice konsideris la naziojn kaj [[japanoj]]n la solaj estiminduloj. Eĉ la [[Religio|religiaj]] [[fanatikulo]]j kaj la batalemaj [[ateisto]]j traktas unu la alian kun estimo. |aŭtoro = [[Eric Hoffer]] |verko = La vera kredanto [1951] |origina teksto = }} === Henry Kissinger === {{Citaĵo |teksto = Ekde la [[tempo]] de la [[Franca revolucio]] sur horizonto de la [[Eŭropo|eŭropa]] [[diplomatio]] aperis nenio eĉ proksimume simila al [[Sovetunio]]. Unuafoje dum pli ol 100 jaroj unu el landoj oficiale dediĉis sin al faligo de la ekzistanta [[ordo]]. Francaj [[revoluciulo]]j strebis ŝanĝi [[karaktero]]n de la [[Ŝtato|ŝtata]] sistemo; bolŝevistoj, farinte plian paŝon, proponis neniigi la ŝtaton mem. Tuj post kiam la ŝtato malaperos, laŭ vortoj de [[Lenin]], ne plu necesos diplomatio, nek [[ekstera politiko]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = En 1937, unu jaron post remilitiĝo de la [[Rejna regiono]], lordo [[Edward Frederick Lindley Wood]], estante tiutempe lordo-prezidanto de la Privata Konsilio, iĝis [[simbolo]] de [[Moralo|morala]] retreto de la [[demokratio]]j, vizitinte [[domo]]n de [[Hitlero]] sur [[monto]] en [[Berchtesgaden]], li laŭdis la [[Nazia Germanio|nazian Germanion]] kiel “fundamenton de [[Eŭropo]] kontraŭ bolŝevismo” kaj listigis aferojn rilate kiujn “eventualaj ŝanĝoj povus okazi kun tempopaso”. Konkrete estis menciitaj [[Danzig]], [[Aŭstrio]] kaj [[Ĉeĥoslovakio]]. |aŭtoro= [[Henry Kissinger]] |verko= [[Diplomatio (libro)|Diplomatio]] [1994] |origina teksto = }} === José Ortega y Gasset === {{Citaĵo |teksto = […] kaj bolŝevismo kaj [[faŝismo]], du [[Politiko|politikaj]] “novaĵoj”, aperintaj en [[Eŭropo]] kaj najbare al ĝi, klare prezentas moviĝon en rea direkto. |aŭtoro = [[José Ortega y Gasset]] |verko = La ribelo de la amasoj (1930) |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = […] [[socialismo]] de [[Karl Marx|Markso]] kaj bolŝevismo estas du [[Historio|historiaj]] fenomenoj, kiuj apenaŭ havas komunajn tuŝpunktojn. |aŭtoro = [[José Ortega y Gasset]] |verko = La ribelo de la amasoj (1930) |origina teksto = }} === Diversaj aŭtoroj === {{Citaĵo |teksto = Bolŝevistoj ankaŭ esperas ke ili [[sukceso]]s ekstermi la homan [[agresemo]]n per kontentigo de la materialaj [[bezono]]j kaj starigo de [[egaleco]] inter la membroj de la [[socio]]. Mi konsideras tion [[iluzio]]. Dume ili mem aktive armas sin kaj, kio estas ne malpli grava, ili unuigas siajn subtenantojn per [[malamego]] al la ekstera [[mondo]]. |aŭtoro= [[Sigmund Freud]] |verko= [[Kial milito?]] [septembro 1932] |origina teksto = }} {{Citaĵo |teksto = Eĉ la bolŝevismo, kies [[radikalismo]] estis ekstrema, balzamis [[Lenino]]n kaj el [[Karolo Markso]] faris la Savinton. La [[idealo]] de [[individuo]] estas la neelradikigebla bezono de la homa [[animo]], kiu protektas ĝin kun [[fanatikeco]] kies grandeco kreskas kun ĝia malgracio. |aŭtoro = [[Carl Gustav Jung]] |verko = Evoluo de la individuo |origina teksto = }} == Vidu ankaŭ == * [[Menŝevismo]] * [[Komunismo]] * [[Oktobra revolucio]] [[Kategorio:Rusia Socialdemokrata Partio| ]] 48xqovkl79ayduj23gs3pdgu14ls7qi 14 7838 53916 35989 2026-10-30T14:30:21Z RG72 415 53916 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:Aŭtoroj laŭ profesioj]] [[Kategorio:Eldonado]] jblv2zohg15qf4w3ylqmoapcskt1ewu 0 13416 53895 52220 2026-10-30T12:01:53Z RG72 415 53895 wikitext text/x-wiki {{Aŭtoro | nomo = Vladimir Nikolajeviĉ Lvov | dosiero = | vikipedio = Vladimir Nikolajeviĉ Lvov | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Vladimir Nikolajeviĉ Lvov|Vladimir Nikolajeviĉ Lvov]]''' (naskiĝis la 2-an de aprilo (15-an de aprilo) 1872 – mortis la 20-an de septembro 1930) estis rusia, sovetia politikisto, membro de la [[Provizora Registaro de Rusio]] en 1917. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> == Pri la aŭtoro == === Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov === {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] [...] mi klare rememoras ridindan, longan, kalvan, lipharan figuron de la estonta prokuroro Lvov, laŭte, longe kaj naive parolinta el sia profunda seĝo. Tiu ĉi aganto, reprezentanto de la [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|dumaa]] dekstro kaj terure stranga persono, apartenis al la Dumao de iu dekstra partio — naciistoj aŭ [[Zemstvo|zemstvuloj]]-[[Unio de la 17-a de Oktobro|oktobristoj]]. Sed je la unuaj vortoj de sia parolo li proklamis sin respublikano kaj parolis pri teruro de eventuala reveno de la carismo, kompare al kio la [[morto]] estas preferinda. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] ясно вспоминаю смешную, длинную, лысую, усатую фигуру будущего прокурора Львова, громко, длинно и наивно говорящего речь из своего глубокого кресла. Этот деятель, представитель думской правой и ужасно странный тип, принадлежал в Думе к какой‑то правой партии — националистов или земцев‑октябристов. Но в первых словах своей речи он объявил себя республиканцем и говорил об ужасе возможного возврата царизма, лучше которого смерть<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 151.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ne restis sen laboro ankaŭ la plej sankta prokuroro V. N. Lvov, ĉar la pastraro reviviĝis, rapide "orientiĝis" kaj ekdeziris serioze iĝi la [[ŝtato]] ene de la ŝtato, speciale en [[Moskvo]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Не без дела был и святейший прокурор В. Н. Львов, ибо духовенство встряхнулось, быстро «самоопределялось» и задумало не на шутку стать государством в государстве, особенно в Москве<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 244.</ref>. }} === Aliaj aŭtoroj === {{Citaĵo |teksto = Vladimir Lvov — frenezulo kaj [[Epilepsio|epilepsiulo]] (tra la Sinodo — al la Unio de Batalantaj Sendiuloj). |aŭtoro = [[Aleksandr Solĵenicin]] |verko = [[Pensoj pri la Februara revolucio]] [1983] |origina teksto = Владимир Львов — безумец и эпилептик (через Синод — к Союзу воинствующих безбожников)<ref>Солженицын А. И. Размышления над Февральской революцией. М., 2007. С. 72–73.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Februara revolucio]] * [[Provizora Registaro de Rusio]] == Referencoj == {{DEFAŬLTORDIGO:Lvov, Vladimir Nikolajeviĉ}} [[Kategorio:Rusiaj politikistoj]] [[Kategorio:Ministroj]] [[Kategorio:Februara revolucio]] [[Kategorio:Rusoj]] [[Kategorio:Ruslingvaj aŭtoroj]] [[Kategorio:Rusa Ortodoksa Eklezio]] [[Kategorio:Naskiĝintoj en 1872]] [[Kategorio:Mortintoj en 1930]] [[Kategorio:Naskiĝintoj la 15-an de aprilo]] [[Kategorio:Mortintoj la 20-an de septembro]] ldxoy0tzbktrj37jshas8sq10lucrve 0 13549 53926 52821 2026-10-30T23:59:44Z Filozofo 2689 Lingva alĝustigo 53926 wikitext text/x-wiki '''Redaktata''[[Uzanto:RG72|RG72]] ([[Uzanto-Diskuto:RG72|diskuto]]) 09:02, 25 mar. 2026 (UTC) {{Aŭtoro | nomo = Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov | dosiero = | vikipedio = Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov|Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]]''' (naskonomo ''Gimmer''; naskiĝis la 27-an de novembro (9-an de decembro) 1882 – mortis la 29-an de julio 1940) estis rusia revoluciulo, ekonomikisto, publicisto, memoraĵisto. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> === Noticoj pri la revolucio === {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я был выслан из Петербурга еще 10 мая 1914 года. [...] Будучи выслан, я все же большую часть времени до самой революции жил в столице нелегально — то по чужому паспорту, то бегая по ночевкам, то шмыгая тенью мимо швейцара и дворника, — в качестве частого посетителя сообственной квартиры, где жила моя семья. [...] мое нелегальное положение не препятствовало мне работать в качества экономиста, под своим именем, в одном казенном учреждении, в министерстве земледелия, — в одной из организаций по орошению Туркестана<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 48.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 21-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В этот период агонии царизма внимание российской, по крайней мере, петербургской общественности и столичных политических групп вращалось больше всего вокруг Государственной думы, созванной 14 февраля<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 48.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ни одна ''партия не готовилась к великому перевороту''. Все мечтали, раздумывали, предчувствовали, "ощущали"...<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 49.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 22-an kaj 23-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = По размерам своим такие беспорядки происходили перед глазами современников уже многие десятки раз. И если что было характерно, то это именно нерешительность власти, которая явно запускала движение Но были ''беспорядки'' — революции еще не было<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 49.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Власть, идущая на смену царизма, должна быть только ''буржуазной''. Трепова и Распутина должны и могут сменить только заправилы думского "Прогрессивного блока". На такое решение необходимо держать курс. Иначе переворот не удастся, и революция погибнет<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 50.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Уличное движение масс в февральские дни не обнаруживало никакой планомерности. Никакого правильного руководства им констатировать было нельзя. Вообще народным движением, как это бывает всегда, организованные социалистические центры не руководили и политически не вели его к какой-либо определенной цели. Конечно, традиционный, можно сказать, наш старый национальный лозунг "Долой самодержавие!" был на устах ввсех многочисленных уличных ораторов из социалистических партий. [...] Проблема же власти совершенно не ставилась перед массами. И, в частности, ллозунг "Учредительного собрания", будучи не очередной проблемой дня, а лишь общим программным положением всех социалистических партий, оставался совершенно в тени в эти дни. Но зато во всю ширь развертывался перед массами в уличной агитации другой лозунг, включивший в себя крайне существенное и ответственное содержание. Это был лозунг "Долой войну!", под которым проходили все митинги февральских дней<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 53.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Российский социализм и российский сознательный пролетариат, не в пример социализму западно-европейскому воюющих стран (за исключением Италии), в своем большинстве занимал решительную позицию против гражданского мира и против поддержки империалистической войны<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 53.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Было à priori ясно, что если рассчитывать на буржуазную власть и присоединить буржуазию к революции, то надо временно ''снять с очереди лозунги против войны'' [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 54.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = ''Политическим лозунгом буржуазии, к которому пристала и вся радикальная интеллигенция, было в эти дни "ответственное перед Думой министерство"''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 54.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Между тем движение все разрасталось. Бессилие полицейского аппарата становилось с каждым часом все очевиднее. Митинги происходили уже почти легально, причем воинские части, в лице своих командирово, не решались ни на какие активные позиции против возраставших и заполнявших главные улицы толп. Особенную лояльность неожиданно проявили казацкие части, которые в некоторых местах в прямых разговорах подчеркивали свой нейтралитет, а иногда обнаруживали прямую склонность к братанию<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 56.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Почти у подъезда "Летописи", у ворот соседнего завода, я натолкнулся на небольшую группу штатских, с виду рабочих.</br>— Они чего хочут, — говорил один с мрачным видом. — Они хочут, чтобы дать хлеба, с немцем замириться и равноправия жидам...</br>"Не в бровь, а прямо в глаз", — подумал я, восхищенный этой блестящей формулировкой программы великой революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 58.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Рассказ Керенского, как всегда возбужденный, несколько патетический и несколько театральный, говорил главным образом о панике и растерянности буржуазно-депутатской массы. [...] Закружившись в вихре событий, находясь в горниле политиканства, он явно не охватывал и не оценивал основных пружин и характерных штрихов возникающей революционной ситуации<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 58.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Основным лозунгом было по-прежнему "Долой войну!", которая наряду с самодержавием толковалась как источник всех бедствий, и, в частности, продовольственной разрухи<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 59.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Надо упомянуть здесь, что начиная с 1906—1907 годов я не был связан формально ни с одной из партий и организаций. Мое положение "дикого", конечно, исключало возможность непосредственной, а тем более какой-либо руководящей работы в практическом социализме. Я был литератором по преимуществу. Но моя литературная деятельность была все же тесно связана с движением [...] я сохранял довольно тесные связи со всеми социалистическими партийными кругами. Центры довольно хорошо знали меня и нередко использовали по различным делам. И, в частности, уже в качестве редактора "Летописи" я сохранял самые интенсивные сношения с литературно-социалистической ''эмиграцией'' разных направлений. Во время войны меня постоянно привлекали в различные нелегальные литературные предприятия интернационалистского оттенка. А кроме того, вероятно, ни одна попытка межпартийных блоков, оъединений, коалиций в последние годы не обходилась без моего участия. В таком положении я находился и ко времени революции. [...] Но это положение лишало меня и выгод партийного человека и руководителя, ибо я все же оставался для всех "диким" и чужим<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 60.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] авторитетнейших руководителей, партийных лидеров ''не было налицо'' ни в одной из партий, почти без исключения. Они были в ссылке, в тюрьмах или в эмиграции. На постах ответственных руководителей великого движения в ответственнейшие его моменты стояли люди совершенно второстепенные, может быть, искусные организаторы, но во всяком случае рутинеры обычной партийной работы эпохи самодержавия. Надлежащих ''политических'' горизонтов в новой обстановке, действительного политического руководства событиями, словом, действительной высоты положения от них в огромном большинстве случаев было ожидать нельзя. В ряду таких руководителей движения я чувствовал себя полноправным и небесполезным<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 60.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Народ ''не тяготел к Государственной думе'', не интересовался ею и не думал ни политически, ни технически делать ее центром движения<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Власти ''должны'' были, не медля ни часа, найти и пустить в дело надлежащую военную или полицейскую часть. Колебания и промедления были явно и буквально подобны смерти. Момент был, решающий судьбу векового царизма… Какая именно часть расстреливала на Невском манифестацию вечером 25 февраля, я не знаю до сих пор. Но так или иначе властям удалось перейти в наступление. Это был поворотный пункт событий, вступивших в новую фазу<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горький, естественно, имел связи со всем Петербургом сверху донизу<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 62.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Между тем приходили довольно ответственные руководители большевиков. И их прямолинейность, а вернее, их неспособность вдуматься в политическую проблему и поставить ее производили на нас угнетающее впечатление<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 62.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Отличие от прежних «беспорядков» заключалось в состоянии и во всем внешнем облике «подавляющих» движение армейских, казачьих и даже полицейских частей. Кого‑то из них, быть может юнкеров, заставили стрелять, и этим терроризировали безоружную распыленную толпу. Другие послушно стояли густыми цепями вокруг некоторых пунктов. Третьи, также послушные приказу, группами ходили по городу в качестве патрулей. Но все это носило какой‑то случайный, несерьезный, ненастоящий характер. И цепи, и патрули имели такой вид, что они жаждут организованного насилия над собой, высматривают и ищут повода для сдачи<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 63—64.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Чтобы этот отряд взял ружья на прицел и открыл пальбу по своим собеседникам, было немыслимо, и никто из толпы не верил в такую возможность ни на минуту. Напротив, солдаты явно не имели ничего против того, чтоб их фронт был прорван, и, вероятно, многие поделились бы своим оружием с толпой. Но в толпе не было ни таких намерений, ни таких сил…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 64.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Павловскому полку, во всяком случае, принадлежит честь первого в революции выступления армии против вооруженных сил царизма. Никаких сомнений ведь ни для кого быть не могло; ни о какой конечной победе революции не могло быть речи без победы над армией, без перехода армии — активно или пассивно, но непременно в большей своей части — на сторону революционного народа. И Павловский полк положил этому начало вечером 26 февраля<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 66.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенского я знаю уже довольно давно, со времени моего возвращения из архангельской ссылки, после которой я переселился из Москвы в Петербург, в самом начале 1913 года. [...] Во время моего нелегального положения я много‑много раз ночевал у него на Загородном проспекте, 23, и нередко после того, как он устраивал для меня постель в своем кабинете, начинались длиннейшие, истинно русские разговоры один на один, до глубокой ночи. Не раз он являлся ко мне в «Современник», по обыкновению как буря врывался в переднюю, оставив неотлучную пару своих «шпиков» караулить у подъезда редакции и заставляя меня потом удваивать меры предосторожности<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 66—67.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Да, тяжелое бремя история возложила на слабые плечи!.. У Керенского были, как говаривал я, золотые руки, разумея под этим его сверхъестественную энергию, изумительную работоспособность, неистощимый темперамент. Но у Керенского не было ни надлежащей государственной ''головы'', ни настоящей политической ''школы'' [...] Но он был действительно незаменим и монополен<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 67.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Как известно, Керенский фигурировал в охранке под кличкой «Скорый». Действительно, он стремглав бегал по улицам, прыгая в трамвай и выпрыгивая на ходу обратно. Филеры не поспевали за ним пешком, и, кроме двух пеших, при Керенском стоял еще извозчик<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 67.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский был искренний демократ, борец за торжество революции — как он понимал ее. Ему было, заведомо для меня, не под силу осуществить его добрые намерения. Но на нет и суда нет. Это касается его недостаточных объективных ресурсов как ''деятеля'', а не его субъективных свойств как ''личности''. Я утверждаю: Керенский действительно был убежден, что он социалист и демократ<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 68.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский не только никогда не был способен на самозаклание, но был положительно честолюбив всегда, а в революции его основательное честолюбие уже перешло в такое же властолюбие. [...] Он, Керенский, настолько верил в свои силы, в свое провиденциальное назначение, что не отделял собственной деятельности, собственных успехов, собственной карьеры от судеб современного демократического движения в России. Отсюда произошло то, что Керенский не только воображал себя социалистом, но и вообразил себя немножко Бонапартом<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 68—69.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Его бурный, туркестанский темперамент способствовал уже прямо тому, что в революции его голова не замедлила просто закружиться от грандиозных событий и его места среди них. А его несомненная врожденная склонность к торжественности, декоративности, театральности довершила дело к эпохе его президентства в революционном правительстве. И если припомнить, что в результате своей сверхчеловеческой, самой нервотрепательной работы он был уже истрепан ко времени революции, то будет ясно: революционный министр Керенский не мог не превратиться в самого безудержного, заносчивого, запальчивого и раздраженного, склонного к самодурству, не способного воздержаться от самых рискованных авантюр крикуна с замашками самодержца без власти, с приемами оракула без знания и понимания<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 69.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский принимал самое непосредственное участие в партийных эсеровских делах [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 69.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я утверждаю, что у Керенского и ''не было'' никакого строго выработанного ''направления'', никакой сколько‑нибудь законченной системы воззрений. У этого бурно‑пламенного импрессиониста, лидера одной, открытой, партии (трудовиков) и деятельного члена другой, подпольной (эсеров) вместо политической системы было лишь умонастроение, колеблемое в значительных пределах политическим ветром и притягательно‑отталкивающими силами других общественных групп. В конце концов он был равнодушен и к своему «трудовизму», и к своему «эсерству»; и он не особенно заботился о том, чтобы заострить, рафинировать свои взгляды в ту или в другую сторону, оставаясь только левым радикальным интеллигентом, легко совмещая подполье с широкой открытой ареной…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 70.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Он был по природе агитатором, лидером оппозиции, народным трибуном. Но он не был по природе государственным человеком<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 71.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский принадлежал к числу социалистов народнического толка. На языке марксистского социализма это означает, что Керенский был мелкобуржуазным демократом<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 71.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = К низам, к массам и их движению Керенского привязывала теоретическая идея, «сознание долга». Он считал необходимым ''от них «исходить»'' в своей общественной работе. Но он рвался от них в иные сферы, к иным приемам работы, где он чувствовал себя как дома<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 72.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 27-a de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Решающий час, о котором мечтали, для которого работали поколения, явно наступил<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 73.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ибо вооруженные, голодные, бесприютные, терроризированные и несознательные солдатские массы представляли сейчас для дела революции не меньшую опасность, чем организованные силы царизма. В существовании последних к тому же могли быть сомнения. Первые же были налицо<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 76.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Томление духа от жалкого положения зрителя великих событий достигло крайних пределов. Делать что угодно, но активно, в качестве какого угодно «винтика» событий…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 78.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Нам встречались автомобили, легковые и грузовики, в которых сидели и стояли солдаты, рабочие, студенты, барышни с санитарными повязками и без них. Бог весть откуда взялось все это, куда мчались и с какими целями! Но все пассажиры этих автомобилей были возбуждены до крайности, кричали, размахивали руками и едва ли отдавали себе отчет в том, что они делают. Винтовки были наперевес, и паническая пальба, конечно, открылась бы при первом малейшем поводе<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 80.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [apud la Tavrida palaco] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ближе к входу во дворец стоял ряд автомобилей разных типов. В них усаживались вооруженные люди, грузились какие‑то припасы. На иных было по пулемету. Обращало на себя внимание присутствие чуть не в каждом из них женщин, которые в таком количестве казались излишними. Очевидно, кем‑то, куда‑то снаряжались экспедиции. Был крик и беспорядок. Охотников приказывать было явно слишком много, и был явный недостаток в охотниках повиноваться<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 80.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] П. Н. Милюков, центральная фигура буржуазной России, лидер единственного в данный момент официального органа власти в Петербурге, фактически глава первого революционного правительства<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 83.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Щегловитов был арестован на своей квартире каким‑то студентом, пригласившим с собой для этой цели встреченную на улице группу вооруженных солдат. Под их конвоем Щегловитов был доставлен в Государственную думу около трех часов дня. Его ввели в Екатерининскую залу, куда инициативный студент просил выйти Керенского. Вокруг невиданного зрелища собралась толпа любопытных. Царский сановник стоял, низко опустив голову, когда подошедший Керенский декламировал фразу, повторенную им в эти дни не один раз.</br>— Гражданин Щегловитов, — сказал он, — от имени народа объявляю вас арестованным<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 85.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = ''Милюков'' был тогда центральной фигурой, душой и мозгом всех буржуазных политических кругов. Он определял политику всего «Прогрессивного блока», где официально он стоял на левом фланге. ''Без него'' все буржуазные и думские круги в тот момент представляли бы собой распыленную массу, и без него не было бы никакой буржуазной политики в первый период революции [...] этого рокового человека я всегда считал стоящим головой выше своих сотоварищей по «Прогрессивному блоку», то есть головой выше всех столпов, всего цвета, сливок, красы и гордости нашей буржуазии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 86.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Пока царизм окончательно не пал, надо держаться за него, надо ''держать'' его, надо ''на его базисе'' строить всю внутреннюю и внешнюю программу национал‑либерализма, — это понимал всякий сколько‑нибудь искушенный элемент буржуазии. Этот путь есть абсолютное благо и, во всяком случае, самоочевидное наименьшее зло<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 87.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 27-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В эту минуту из кабинета Родзянки в комнату вошел Милюков. Увидев нашу группу, он прямо направился к нашему столу. У него был торжественный вид и сдерживаемая улыбка на губах.</br> — Состоялось решение, — сказал он, — мы берем власть…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 97.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я встал и увидел: два солдата, подцепив штыками холст репинского портрета Николая II, мерно и дружно дергали его с двух сторон. Над председательским местом думского Белого зала через минуту осталась пустая рама, которая продолжала зиять в этом зале революции еще много месяцев… Странно! Мне совершенно не пришло в голову озаботиться судьбой этого портрета. И до сих пор я не знаю его судьбы<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 104.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = К тому же не надо забывать, что тогдашнее офицерство столицы далеко не было старым гвардейским кадровым офицерством: оно было переполнено прапорщиками, то есть всякого рода третьим элементом, готовым примкнуть к революции не за страх, а за совесть в случае физической безопасности и при возможности так или иначе наладить отношения с недоверчивой солдатской массой… В результате всего этого руководители демократии, и в частности Исполнительный Комитет, всеми силами стремились к тому, чтобы офицерство вернулось к своим частям и к своим обязанностям, а солдаты вновь признали бы офицерство<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 105.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Во дворец уже вливались густые ряды штатской публики и перемешивались с солдатами. Залы уже начинали принимать вчерашний вид Приходившие из города рассказывали, что столица еще далека от порядка и успокоения. В разных концах разгромили магазины, склады, квартиры и еще громят то‑то и там‑то Уголовные, освобожденные вчера из тюрем, вместе с политическими, перемешавшись с черной сотней, стоят во главе громил, грабят, поджигают. На улицах небезопасно: с чердаков стреляют охранники, полицейские, жандармы, дворники. Они провоцируют свалку и анархию. В ответ им толпы рабочих и солдат не оставляют камня на камне от полицейских учреждений, ловят и избивают «фараонов» нещадно. Всех подозрительных по службе старому режиму хватают, и под арестом в различных местах сидят тысячи правых и виноватых. Вереницы таких арестантов по‑прежнему проводили через вестибюль под озлобленные крики солдат и рабочих<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 108—109.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] огромная часть всякого люда нацепила на себя красные бантики «на всякий случай», а дворники уже явно с перепугу сбились с ног, отыскивая, что бы такое красное под видом флага вывесить на воротах…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 109.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Партийные клички и литературные псевдонимы при царском режиме вызывались очевидной необходимостью. После революции они в первое время были в ходу по той простой причине, что их так или иначе ''знали'' в более или менее широких кругах, а официальных имен из паспортов часто решительно никто не знал<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 111.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я лично принял в этот день длинный ряд такого рода делегаций и, не имея для руководства никакой конституции, не имел ни сил, ни оснований отказать в допущении в Совет всякого рода делегатам, горевшим первым революционным жаром. Другие члены Исполнительного Комитета и сама наша мандатная комиссия поступали так же. И в результате через несколько дней число членов Совета достигло гомерической и абсурдной цифры, чуть ли не 2000 человек<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 116.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] мне, члену Исполнительного Комитета, до сих пор совершенно неизвестно, чем занимался ''Совет'' в течение этого дня. И неизвестно потому, что я не интересовался этим ни в те часы, ни после. Не интересовался же я потому, что было очевидно: вся практическая центральная работа легла на плечи Исполнительного Комитета. Совет же в этот момент в данной обстановке, при данном его количественном и качественном составе был явно неработоспособен, даже как парламент, и выполнял лишь ''моральные функции''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 116.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Министров же одного за другим (также, пожалуй, в интересах их безопасности) стали свозить в Таврический дворец<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 117.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Никаких сомнений не могло быть: если бы то были действительно казаки или какая‑либо нападавшая организованная часть, хотя бы численно до смешного ничтожная, то никакого спасения ниоткуда ждать было нельзя и революцию взяли бы голыми руками<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 120.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горький продолжал быть не в духе. Его впечатления за день не улучшили, а усугубили его мрачное настроение. В течение битого часа он фыркал и ворчал на хаос, беспорядок, на эксцессы, на проявления несознательности, на барышень, разъезжавших по городу неизвестно куда, на неизвестно чьих моторах, и предсказывал верный провал движения, достойный нашей азиатской дикости. Два‑три человека из присутствовавших добавляли иллюстраций к той же теме и поддакивали Горькому… [...] Для меня было, напротив, очевидно, что дела обстоят блестяще, что революция развивается как нельзя лучше, что победу теперь можно считать обеспеченной и что эксцессы, обывательская глупость, подлость и трусость, неразбериха, автомобили, барышни — это лишь то, без чего революция ''никаким способом обойтись не могла'', без чего все происходящее ''теоретически немыслимо'', без чего ничто подобное ''никогда и нигде не бывало''. Все это было для меня совершенно очевидным<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 122.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Впоследствии Исполнительный Комитет постановил арестовать лишь Николая II, когда были получены сведения, что он бежит в Англию. Это единственный известный мне случай в этот период революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 124.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Николай еще гулял на свободе и назывался царем. Но где был царизм? Его не было. Он развалился одним духом. Строился три века и сгинул в три дня<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 126.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я даже немного опасался, как бы вопрос о ''династии'' не вытеснил в порядке дня проблему ''власти'', разрешавшуюся совершенно независимо от судьбы Романовых. В этом последнем ни у кого не было сомнений. Романовых можно было ''восстановить'' как династию или ''использовать'' как монархический принцип, но их никак нельзя было уже принять за ''фактор'' создания новых политических отношений в стране<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 127.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Все говорили о царе, спрашивали, что решено с ним сделать, говорили, что ''нужно'' сделать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 128.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Что касается цензовой России, империалистской буржуазии, ''принимавшей'' власть, то ее позиция и ее планы не могли возбуждать сомнений. Цели и стремления Гучковых, Рябушинских, Милюковых сводились к тому, чтобы ликвидировать распутинский произвол при помощи народного движения (а гораздо лучше — без его помощи), ''закрепить диктатуру капитала и ренты'' на основе полусвободного, «либерального» политического режима «с расширением политических и гражданских прав населения» и с созданием полновластного парламента, обеспеченного буржуазно‑цензовым большинством. На ''этом'' цензовая Россия должна была стремиться остановить революцию, превратив государство в орудие своего классового господства, а страну в олигархию капиталистов, подобно Англии и Франции, которые именуются «великими демократиями Запада». Движение, идущее ''дальше'' диктатуры капитала, цензовая Россия, принимавшая власть, должна была стремиться ''подавить'' всеми имеющимися налицо средствами<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 130.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Сообщили, что во дворец только что пришел «конвой его величества» выразить покорность и предложить службу революции. Ясно, вся армия отряхнула от ног своих прах царизма, и сейчас для переворота не страшно ни кадровое, кастовое реакционное офицерство, ни черносотенный генералитет. Всем приходилось прикинуться «преданными революции». Во главе конвоя явился какой‑то великий князь — Кирилл Владимирович, тоже оказавшийся исконным революционером<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 139.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Милюков отстаивал монархию и династию Романовых, с царем Алексеем и регентом Михаилом. [...] Он делал нам «либеральные авансы», указывая, что Романовы теперь уже не могут быть опасны, а Николай и для него неприемлем и должен быть устранен. Он был наивен, когда убеждал нас в приемлемости для демократии его комбинации, говоря про своих кандидатов: «Один больной ребенок, а другой совсем глупый человек»…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 150.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] ясно вспоминаю смешную, длинную, лысую, усатую фигуру будущего прокурора Львова, громко, длинно и наивно говорящего речь из своего глубокого кресла. Этот деятель, представитель думской правой и ужасно странный тип, принадлежал в Думе к какой‑то правой партии — националистов или земцев‑октябристов. Но в первых словах своей речи он объявил себя республиканцем и говорил об ужасе возможного возврата царизма, лучше которого смерть<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 151.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Милюков отлично ориентировался в положении дел. Он понимал, что без соглашения с Советом рабочих депутатов никакое правительство не может ни возникнуть, ни существовать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 151.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский, который сообщил нам, что ему предлагают портфель министра юстиции. Не только предлагают, но убеждают и просят принять. В искренности убеждающих и просящих не могло быть сомнений: заложник в лице Керенского был им весьма желателен в данной совокупности обстоятельств. Керенский снова спрашивал, как ему поступить. Но было ясно, как он поступит. [...] Он хотел быть и советским человеком, и министром, но… больше министром<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 154.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Еще звонок: — Говорят с Царскосельского вокзала, комиссар Исполнительного Комитета по поручению железнодорожников. Великий князь Михаил Александрович из Гатчины просит дать ему поезд, чтобы приехать в Петербург.</br>Отвечаю уже без всяких совещаний:</br>— Пусть ему передадут, что Исполнительный Комитет поезда дать не разрешает по случаю дороговизны угля, но гражданин Романов может прийти на вокзал, взять билет и ехать в общем поезде<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 162.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] было очевидно, что не там, не в общих собраниях, делается политика, и все эти «пленумы» решительно не имеют практического значения<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 164.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Появился в Петербурге некий «черный автомобиль», мчавшийся, как говорили, из конца в конец столицы и стрелявший в прохожих чуть ли не из пулемета. Его ловили, но не могли поймать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 178.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Армия так же мгновенно признала новый строй. Царские генералы, видя безнадежность борьбы, стали поспешно принимать защитную окраску и делать вид, что они переродились. Черная сотня сгинула в подполье. Высшее чиновничество также распылилось в мгновение ока. У царского режима еще до формальной ликвидации Романовых не осталось ровно никакой опоры и никаких надежд. Контрреволюция существовала, но она была в скрытом виде, подобно революции до революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 180.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Конечно, последний манифест Николая не произвел в Исполнительном Комитете никакого впечатления. Посмеялись кем‑то переданному сообщению, что Николай перед отречением «назначил» Г. Е. Львова премьер‑министром. Ужасно предусмотрительно со стороны мудрого и попечительного монарха! Ужасно тонко со стороны инспирировавших его дипломатов буржуазии!.. Мы посмеялись над наивным анахронизмом в тексте последнего манифеста, но не уделили ни малейшего внимания самому факту отречения. Для всех нас было очевидно: этот факт ныне, 3 марта, не вносит решительно ничего нового в общую конъюнктуру. Революция идет своим ходом, и новая комбинация сил складывается вне всякой зависимости от воли и образа действий каких‑либо Романовых. [...] Низложение Николая само собой разумелось до такой степени, что в эти дни никто из нас не заботился о практическом и формальном осуществлении этого акта<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 190—191.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Акт об отречении, полученный в Исполнительном Комитете, не стал ни предметом серьезного внимания, ни тем более предметом официального обсуждения. Это был никчемный клочок бумаги, имевший для нас разве беллетристический, но никак не политический интерес. Другое дело — в кулуарах и всех прочих помещениях Таврического дворца, по‑прежнему переполненных разношерстной толпою. Там яростно бросались на этот клок бумаги и вырывали его друг у друга. То же, говорят, происходило и в городе. Обывательская масса видела в этом документе важное событие даже на фоне всего происшедшего в эти дни. В нем видели существенный этап, быть может, перелом в развитии революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 191.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Против Алексея была вся страна и вся левая до Керенского и, пожалуй, до Некрасова. А против Михаила оказались те же плюс еще далеко вправо до… самого Родзянки<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 192.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Во главе антимонархистов шел, конечно, Керенский, действуя и пафосом, и угрозами, играя на своем особом положении «полномочного представителя демократии» в министерстве, подчеркивая особый вес своих мнений. К Керенскому склонялись премьер Львов и большинство вчерашних монархистов с Родзянкой во главе. Все они настаивали на отказе от престола Михаила Романова. В меньшинстве оказалось только двое — Милюков и Гучков, предлагавшие утвердить царем Михаила и бить ему челом на этот счет…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 193.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Посовещавшись секретно с Родзянкой и Львовым, Михаил Романов объявил, что он отказывается от предприятия, которое было бы, по существу, бесплодной и скандальной авантюрой. Все присутствующие, кроме Гучкова и Милюкова, испытали от этого большое удовольствие, но промолчали о нем. Керенский же в неудержимом порыве не преминул вскочить на подмостки и продекламировал так:</br>— Ваше Высочество, вы благородный человек, и я всегда отныне буду заявлять это. Ваш поступок оценит история, он высокопатриотичен и обнаруживает вашу любовь к родине…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 194.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский был искренний, хороший человек. Он самоотверженно и деятельно любил и родину, и революцию, и социализм, и демократию<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 194.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Совет безмерно увеличивал толкотню, суету, беспорядок и неразбериху во дворце революции. Это сделалось наконец невыносимо для членов Исполнительного Комитета, совершенно истрепанных и без того. Работа в условиях, когда переход из комнаты в другую требовал невероятных усилий и времени, стала нестерпимой. Надо было хоть денек «отдохнуть от Совета» и тысячных толп, привлекавшихся им во дворец. Это стало чувствоваться всеми, и многие выражали таковые неприличные чувства, недвусмысленно посылая к черту этот перманентный митинг среди рабочих апартаментов Исполнительного Комитета<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 195.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Чхеидзе не был годен в пролетарские и партийные вожди, и он никого никогда и никуда не вел: для этого у него не было ни малейших данных. Напротив, у него были все данные, чтобы вечно ходить на поводу, иногда немного упираясь. И бывали случаи, когда его друзья заводили его в такие дебри политиканства, где ему было совсем не по себе, и в такие авантюры, которым он не только не сочувствовал, но против которых решительно протестовал, хотя и… не публично. [...] Но, превратив его в икону, его водили, ибо основательно упираться он не имел силы. А зайдя куда не следует, он бесплодно протестовал, ибо этот «околопартийный человек», по выражению Ленина, был безупречно честным солдатом революции, душой и телом преданный демократии и рабочему движению<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 196.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Огромное количество приводили охранников, в частности филеров. Никто не поверил бы, что их такая масса была в столице. Кто‑то в градоначальстве их допрашивал, как‑то сортировал и что‑то с ними делал… Жалкие и грязные существа держались как им подобало. Униженно просили милости, ссылаясь на подневольную работу из‑за куска хлеба, обещая клятвенно вперед, изменив царю и присяге, быть до гроба верными народу и революции… «Сознательный» гражданин среди огромной почтенной корпорации нашелся только один. Но все же один «идейный» филер нашелся. На вопрос об отношении к революции он, извиняясь и смущаясь, ответил:</br>— Не сочувствую… Служил верой и правдой. Очень предан был и любил государя императора. Изменить присяге не согласен…</br>Не знаю. что сделали с этим зловредным человеком, единственным из всех, который заслуживал доверия<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 203.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ладыжников развернул предательский список. Это была толстая тетрадь, быть может, не одна, с сотнями имен… Неописуемое омерзение и стыд! Вереницы адвокатов, врачей, чиновников, муниципалов, курсисток, всевозможных студентов, литераторов, рабочих всех племен и состояний. Абсолютно преобладали «представители духовной культуры». Соотношение же между числом провокаторов и «освещаемой» ими сферой было прямо убийственно для нашей прославленной интеллигенции! [...] За что продавались доблестные деятели? Продавались за гроши: редко кто получал свыше ста рублей в месяц<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 225.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Петербург — город до крайности централизованный. Народное движение там искони тяготеет к Невскому, туда летит душа города во всех особых случаях, и только там надо наблюдать ее<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 225.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Бывший царь разъезжал по России, куда ему заблагорассудится: из Пскова после отречения поехал в Ставку, в Могилев, затем собрался в Киев, к матери, потом, как говорили, в Крым… Большого значения этому не придавали, но некоторые «неудобства» от этого все же проистечь могли. Об этом стали поговаривать. Но вот 6‑го числа были получены сведения, что Николай Романов с семьей уезжает в Англию. Генерал Алексеев заявил от его имени Временному правительству о желании царской семьи эмигрировать за границу. Правительство на это согласилось и уже начало но этому поводу переговоры с британским правительством…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но вот Керенский в Москве, правда с некоторым опозданием, 7 марта, но при бурных восторгах обывательской толпы, так говорил об этом деле как о деле решенном:</br>— Сейчас Николай II в моих руках — руках генерал‑прокурора. И я скажу вам, товарищи: русская революция прошла бескровно, и я не хочу, не позволю омрачить ее. Маратом русской революции я никогда не буду… Но в самом непродолжительном времени Николай II под моим личным наблюдением будет отвезен в гавань и оттуда на пароходе отправится в Англию…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Было очевидно: пускать Романовых за границу искать счастья по свету, ждать погоды за морем нельзя. И об этом, насколько помню, не спорили в Исполнительном Комитете. [...] Суждение шло в иной плоскости. Полученное известие гласило, что Николай с семьей уже бежит за границу. Комиссар Исполнительного Комитета по железнодорожным делам донес, что два литерных поезда с семьей Романовых уже направляются к границе будто бы с ведома и разрешения Временного правительства. Куда именно направляются поезда, в заседании точно не было установлено. Из одних источников сообщали, что Романовы едут через Торнео, из других — через Архангельск. Надо было немедленно снестись с правительством и предложить ему задержать Николая. Ввиду позиции, занятой Мариинским дворцом, было признано очень быстро и единодушно, что дело Романовых Совет должен взять в свои руки и во всяком случае категорически потребовать, чтобы никакие меры ни к каким Романовым не применялись без предварительного соглашения с Исполнительным Комитетом…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 229.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но что же сделать с Романовыми? Об этом некоторое время спорили, и, судя по тому, что в конце концов остановились на временной мере, истина рождалась здесь довольно туго… Как будто кто‑то слева требовал непременно Петропавловки для всей семьи, ссылаясь на пример собственных министров Николая и на прочих слуг его. Но не помню, чтобы стоило большого труда смягчить решение Исполнительного Комитета. Была решена временная изоляция самого бывшего царя, его жены и детей в Царскосельском дворце. Больше разговоров возникло по поводу того, что делать с прочими Романовыми — кандидатами и некандидатами. Кажется, было решено за границу не пускать никого и всех по возможности прикрепить к каким‑нибудь своим усадьбам. Все это должно было быть продиктовано Временному правительству на предмет соответствующих распоряжений…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 229.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Исполнительный Комитет без долгих разговоров, без всяких вопросов о своих функциях и правах постановил дать приказ по всем железным дорогам — задержать Романовых с их поездом, где бы они ни оказались, и сейчас же дать знать об этом Исполнительному Комитету. А затем один из членов Исполнительного Комитета с подобающей свитой был отряжен для ареста Николая в том месте, где будет остановлен его поезд, и для водворения всей царской семьи в Царском Селе… Предназначенный для этой цели член Исполнительного Комитета был Кузьма Гвоздев. [...] Выполнить свою миссию Гвоздеву не пришлось. Временное правительство быстро и послушно взялось выполнить требования Исполнительного Комитета. Еще раньше, чем на другой день Керенский в Москве успел «под личным наблюдением» проводить Николая в Англию, правительство постановило «лишить его свободы», изолировать в его старой резиденции, о чем и опубликовать во всеобщее сведение. Вопреки слухам, царь находился в Ставке, в Могилеве, куда приехала его мать. Специально командированные за ним комиссары Временного правительства из левых думских партий выехали в Могилев в тот же день и благополучно доставили бывшего самодержца в Царскосельский дворец…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 229—230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Гвоздев же потом, через несколько месяцев (а казалось, лет) революции, в часы досуга, в часы сладких воспоминаний о далеких прошлых битвах, говорил мне:</br> — А помните, как мне писали мандат арестовать Николая II?..</br>— Помню… Ну и что?</br>— Ничего… Я этот мандат берегу. Так, на память…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] солдатчина есть величайшая помеха, есть крайне вредный и весьма реакционный элемент нашей революции, хотя именно участие армии и обеспечило ее первоначальный успех… [...] Непосредственное участие в революции армии было не что иное, как форма вмешательства крестьянства, форма его проникновения в недра революционного процесса. С моей точки зрения марксиста и интернационалиста, это было совершенно неуместное вмешательство, глубоко вредное проникновение и притом же вовсе не обязательное вообще, а обязанное лишь особому стечению обстоятельств<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Жадное до одной земли, направив все свои государственные мысли к укреплению собственного корыта, а все свои гражданские чувства — к избавлению от земского и урядника, крестьянство, будучи большинством населения, имело, вообще говоря, все шансы «пройти стороной», соблюсти нейтралитет, никому не помешать в главной драме, на основном фронте революции. Пошумевши где‑то в глубине, подпаливши немного усадеб, поразгромив немного добра, крестьянство получило бы свои клоки земли и утихомирилось в своем «идиотизме сельской жизни». Гегемония пролетариата в революции не встречала бы конкуренции. И единственный революционный и социалистический по природе класс довел бы революцию до желанных пределов<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Сейчас крестьянство было одето в серые шинели, во‑первых, и чувствовало себя главным героем революции, во‑вторых. Не в стороне, не в глубине, не в Учредительном собрании, не в органической эпохе, а тут, над самой колыбелью, у самого кормила революции неотступно, всей тяжкой массой стояло крестьянство, да еще с винтовкой в руках. Оно заявляло: я хозяин не только страны, не только российского государства, не только ближайшего периода российской истории, я хозяин революции, которая не могла быть совершена без меня… Это было совершенно неуместно и крайне вредно<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = У революции были задачи [...] Главная из таких задач была ликвидация войны. [...] В первые недели, и именно в описываемые дни, в Исполнительном Комитете все еще не могли найти надлежащей формы, надлежащей почвы, на которую можно и должно было поставить насущнейшую проблему ликвидации войны… Было от чего возненавидеть эту солдатчину и негодовать на ее неуместное вмешательство. Было от чего с грустью смотреть, как в Совете, в недрах революции, пролетариат все больше и больше тонет среди этих непроглядных мужиков в их серых шинелях<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В первые педели солдатская масса Петербурга не только не слушала, но не позволяла говорить о мире, готовая поднять на штыки каждого неосторожного «изменника» и «открывателя фронта врагу». Впоследствии же, когда после месяцев революции старые жупелы потеряли силу, а в окопах стало нестерпимо, те же массы, та же темная стихия бросилась сломя голову за тем, кто позволял в любой момент бросить окопы и звал домой «грабить награбленное»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 232.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Было от чего возненавидеть эту солдатчину и негодовать на ее неуместное вмешательство. Было от чего с грустью смотреть, как в Совете, в недрах революции, пролетариат все больше и больше тонет среди этих непроглядных мужиков в их серых шинелях<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 232.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Iraklij Cereteli]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Настоящего лидера мужицко‑солдатской массы еще налицо тогда не было; [...] Настоящий лидер мужицко‑мещанско‑солдатских масс тогда еще только собирался выезжать в столицу из Иркутска…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 232.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский не так давно перенес тяжелую болезнь, в результате которой он лишился одной почки. Финны во время этой болезни, протекавшей в Гельсингфорсе, носили лидера российской левой на руках, а Горький и Манухин сокрушались: зачем Керенский лишился почки, когда Манухин брался отстоять ее.<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 234.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 7-an de marto] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Утром 7‑го петербуржцев радовал долгожданный трамвай… Вагоны вышли разукрашенные флагами, всякими эмблемами и просто красной материей. Прохожие останавливались и любовались<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 235.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Основное и необходимое условие, выдвигаемое петербургским пролетариатом, был восьмичасовой рабочий день<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 239.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [sepulto sur la [[Marsa kampo (Sankt-Peterburgo)]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горький поднял вопрос о похоронах жертв революции на Дворцовой площади, представив соображения художников и изложив их собственные проекты насчет Марсова поля… Припоминаю, что художников было несколько групп и было несколько «течений» по данному вопросу. Ко мне обращалось два‑три человека, защищая кроме Марсова поля еще Таврический сад и, кажется, еще какое‑то место для похорон. Излагали свои планы и как будто показывали чертежи. Вообще среди художественного мира было движение. Говорили о наступившем золотом веке для искусства, о министерстве по делам искусств и т. д. Со всеми проектами похорон я направлял к Горькому<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 240.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [sepulto sur la [[Marsa kampo (Sankt-Peterburgo)]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горькому как следует похлопали, но на вопрос, желает ли Совет пересмотреть свое решение о месте похорон, голосование ответило отрицательно!.. Горькому никто не возражал. Не пожелали, и все тут. Неисповедимы пути народных движений, народных собраний, народных мгновенных импульсов… [...] Горький же с тех пор в Совете не появлялся [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 240.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = У самой буржуазии кадеты поглотили всех прочих. Более правые казались уже не по сезону и исчезли как дым<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 242.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri gazeto [[Izvestija]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Боже мой, что это был за беспорядочный, невыдержанный, расхлябанный, неумелый орган! Без всякой руководящей линии, с возмутительным подбором и расположением материала, с заголовками, ни на йоту не соответствующими тому, что находится под ними, с самыми удивительными сообщениями; это была не газета, а какой‑то калейдоскоп механически втиснутых в полосы отрывков<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 243.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Пожертвования вообще не могли обеспечить советский бюджет. Но сейчас они поступали в огромном количестве от всевозможных организаций и частных лиц всякого звания, не исключая буржуазии. Таков был энтузиазм и таков был ореол Совета в те идиллические времена… Еще более широкой рекой текли пожертвования на нужды амнистированных товарищей — ссыльных, каторжан, эмигрантов. Здесь, в сфере благотворительности, именно буржуазия сочла тактичным тряхнуть мошной<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 243.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 9-an de marto] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский провел декрет об отмене смертной казни. Это также было встречено всеобщим энтузиазмом. Но… не была ли судьба этой меры самым из всех горьким издевательством над великой революцией! Мы встретимся со смертной казнью, с борьбой за нее и против нее через немного месяцев. Мы увидим, как «во имя революции» смертную казнь отстаивал тот, кто отменил ее, а боролись с ним те, кто «во имя революции» применяли потом массовые казни без суда<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 244.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Не без дела был и святейший прокурор В. Н. Львов, ибо духовенство встряхнулось, быстро «самоопределялось» и задумало не на шутку стать государством в государстве, особенно в Москве<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 244.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Против сепаратных захватов помещений и предприятий я боролся, насколько мог. Но успеха имел немного. Во‑первых, принцип спотыкался о вопиющую нужду вновь возникших организаций, имевших законное право на жизнь. Во‑вторых, принцип был неубедителен не только для левых, но и для многих центровиков, и сепаратно‑самочинные действия «по праву революции» практиковались в самых широких размерах<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 246.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] никакого наступления со стороны немцев предпринято не было до самого июньского наступления с нашей стороны. За исключением частичной, случайной операции на Стоходе, германское командование не решилось предпринять никаких экспериментов над русской революцией. Как мы и утверждали, помимо стратегических трудностей, это было не лишено существенного ''политического'' риска. И германский генеральный штаб предпочел обратить свои взоры на запад<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 252.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = <ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 48.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 7 марта правительство объявило о готовности воевать до победы в согласии с союзниками [...] Милюков объявил sans phrases,1 что к числу этих задач относится между прочим «ликвидация Турции»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 253.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мы видели «невинные» лозунги на знаменах: «Готовьте снаряды!», «Рабочие — к станкам!» Это было начало широко раскинувшейся, глубоко пустившей корни, принявшей одно время угрожающие размеры агитации среди солдат против рабочих. Рабочие — лодыри и выдают братьев в окопах, занимаясь шкурными интересами в тылу. Они добыли себе восьмичасовой рабочий день, и все‑таки заводы работают на оборону кое‑как, а солдаты заплатят за это тысячами жизней<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 262.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В Екатерининской зале во время одной из манифестаций какая‑то агитаторша, вероятно большевичка, за выражение «Долой войну!» едва не была всенародно растерзана солдатами. Популярный, опытный, далеко не большевистски настроенный оратор Скобелев уже через несколько дней (равных месяцам) был чуть не поднят на штыки за какое‑то неосторожное слово<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 263.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С Лариным приехал еще один эмигрант — маленький бритый человек, удивительно резко клевавший носом в разные стороны при ходьбе. Это был Урицкий, также будущий именитый деятель большевизма. [...] при личном знакомстве Урицкий не производил впечатления человека, хватающего с неба звезды, и… не располагал к личному знакомству<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 270—271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Все прибывавшие эмигранты были гораздо радикальнее нас по части внешней политики и борьбы за мир<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин не явился исключением: он, правда, не ассимилировался с российскими большевиками, а ассимилировал их с собою — в своей общей новой, порвавшей с марксизмом концепции. Но в сфере военной, внешней политики Ленин многому научился на русской почве и отлично приспособился в своих подходах к солдату<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Правда», выражавшая точку зрения большевиков, была в то время сумбурным органом очень сомнительных политиков и писателей. Ее неистовые статьи, ее игра на разнуздывании инстинктов не имели ни определенных объектов, ни ясных целей. Никакой вообще «линии» не было, а была только погромная форма<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В «Современнике» из‑за границы Каменев не сотрудничал, но писал в «Летопись» из Сибири, из ссылки, откуда он сейчас и приехал. Писания его вообще не отличались ни большой оригинальностью, ни глубоким изучением, ни литературным блеском, но всегда были умны, хорошо выполнены, основаны на хорошей общей подготовке и интересны по существу<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 272.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Как политический деятель Каменев, несомненно, представляет собой незаурядную, хотя и не самостоятельную величину. Не имея никогда ни острых углов, ни ударных пунктов мысли, боевых идей, новых слов, он один не годится в вожди: ему одному вести массы некуда. Оставшись один, он непременно с кем‑нибудь ассимилируется. Его самого всегда необходимо взять на буксир, и если он иногда упрется, то не сильно. Но в качестве элемента руководящей группы Каменев с его политической школой, с его ораторскими данными является весьма выдающимся, а среди большевиков во многих отношениях незаменимым деятелем… С другой стороны, по личному своему характеру Каменев — мягкий и добродушный человек. А из всего этого, вместе взятого, слагается его роль в большевистской партии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 272.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Lev Kamenev]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Он всегда стоял на ее правом, соглашательском, пассивном крыле. И иногда он упирался, отстаивая «эволюционные методы» или умеренный политический курс. Упирался он против Ленина в начале революции, упирался против Октябрьского восстания, упирался против всеобщего разгрома и террора после восстания, упирался по продовольственным делам на втором году большевистской власти. Но всегда сдавал по всем пунктам<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 272.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[[Lev Kamenev]] al [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] en marto 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вы читаете «Правду»? Вы видите — у нее совершенно неприличный тон и вообще какой‑то неподходящий дух. И репутация ее очень нехороша. И в наших рабочих кругах очень недовольны… Я приехал — пришел в отчаяние. Что делать? Я думал даже совсем закрыть эту «Правду», а выпустить новый центральный орган под другим названием. Но это невозможно. В нашей партии слишком много связано с именем «Правды». Название должно остаться… [...] Каменев действительно не закрыл «Правду», но перестроил ее на новый лад. Газета мгновенно стала неузнаваемой<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 273.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri alvoko de la Petrograda Soveto "Al la popoloj de la mondo"] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Не меньшее значение манифест должен был иметь и для Европы. Дело было, конечно, не в призывах как таковых. Ленин по приезде своем, пренебрежительно отзываясь об этом манифесте, правильно говорил, что «к революциям не призывают, революций не советуют: революции зреют, вырастают». Ленин рассуждал так хорошо, так «по‑марксистски» до самого октября, после чего стал в еженедельных воззваниях «призывать» на помощь Европу и «советовать» ей произвести социалистическую революцию…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 274.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Приехавшие эмигранты сообщали, что во всей Европе ныне совершенно нет русских газет. Все, что известно о революции, известно из официальных сообщений… Мартов телеграфно умолял добиться свободы сношений русских социалистов с их заграничными представителями. Совет уже был объявлен возможным очагом заразы, и весь империалистский интернационал поспешил прежде всего учинить заговор молчания<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 276.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Этот деятель — одна из центральнейших фигур большевистской партии и, стало быть, одна из нескольких единиц, державших (держащих до сей минуты) в своих руках судьбы революции и государства. Почему это так, сказать не берусь: влияния среди высоких, далеких от народа, чуждых гласности, безответственных сфер так прихотливы! Но во всяком случае, по поводу роли Сталина приходится недоумевать. Большевистская партия при низком уровне ее «офицерского корпуса», в массе невежественного и случайного, обладает целым рядом крупнейших фигур и достойных вождей среди «генералитета». Сталин же за время своей скромной деятельности в Исполнительном Комитете производил — не на одного меня — впечатление серого пятна, иногда маячившего тускло и бесследно. Больше о нем, собственно, нечего сказать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 280.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri Miĥail Terŝĉenko]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Министр финансов был очень оживлен и очарователен… Вообще это был очень бойкий, словоохотливый молодой человек, на мой взгляд, с незаурядными способностями и отлично развитым классовым самосознанием. Первые сообщения о приглашении этого господина в первый революционный кабинет вызвали, конечно, всеобщее удивление. Даже репортеры долго не могли ничего сообщить о нем, кроме того, что его состояние равно примерно 80 миллионам и что он не только любитель, но и знаток театра. Было для всех очевидно, что это не более как parvenu и продукт закулисных комбинаций, быть может, внутренних трений среди десятка‑другого наших крупнейших синдикатчиков<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 284.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но оказалось, что Терещенко способен вполне оправдать себя и как индивидуальность, как ловкий, достаточно образованный и «деловой» администратор, политик, дипломат. Терещенко — дельный министр, говаривал долгое время Церетели, пока не разочаровался и не стал открыто отмахиваться от своего бывшего приятеля. Но отмахиваться от него пришлось отнюдь не потому, что Терещенко оказался не дельным и не ловким. Наоборот, именно потому, что он был очень дельным и очень ловким и вкупе с пославшими его смастерил отличную сеть для прямошагающего Церетели<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 284.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В Исполнительный Комитет начался наплыв просителей. [...] советский аппарат управления стал непроизвольно, автоматически, против воли Совета вытеснять официальную государственную машину, работавшую все более и более холостым ходом<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 285.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Летая из Петербурга в Москву, из Москвы в Финляндию, из Финляндии в Ставку и т. д., вращаясь исключительно в буржуазных сферах и среди своих друзей более чем сомнительного демократизма, Керенский действовал так, как бог ему на душу положит или как его инспирируют окружающие. Он продолжал себя считать товарищем председателя Совета и советским ставленником в министры. [...] Керенский ни о чем не спрашивал Совет, но Совет отвечал за Керенского<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 288.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский ни с того ни с сего заявил публично о необходимости интернационализировать Константинополь. [...] Керенский сказал, подчеркивая «общую решимость продолжать войну до победы»: «Лишь после победы возможно созвать Учредительное собрание…»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 288.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] заслуженный левый большевик Войтинский, также отбывший каторгу и хорошо известный некогда всему передовому рабочему Петербургу. Это был образованный экономист, хороший митинговый оратор, он вскоре стал очень крупной силой революции. Не особенно оригинальный, не завоевавший себе большого авторитета, он был универсальным, вездесущим и всегда действующим работником<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 290.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [parolo de Pavel Milukov] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Он сказал, что Россия должна воевать до раздела Австро‑Венгрии, до ликвидации Европейской Турции, до присоединения Галиции к Украине, до перекройки Балкан, до «отнятия» Армении, до отвоевания проливов и Константинополя и проч. Все это, во‑первых, вам совершенно необходимо, во‑вторых, все это, конечно, верх справедливости, в‑третьих, все это совсем не аннексии, а, в‑четвертых, если кому‑либо угодно назвать это аннексиями, то это ничего не изменит в политике революционного кабинета<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 296.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В 20‑х числах марта отношения между солдатами и рабочими достигли крайнего напряжения… [...] на всех перекрестках, в трамваях, в любом общественном месте можно было видеть рабочих и солдат в последних градусах нервного раздражения, сцепившихся между собою в неистовом словесном бою. Выли и случаи физических свалок. Дело приняло крайне тревожный оборот. Конечно, рабочие обвинялись в предъявлении чрезмерных требований, в полном нежелании работать и в игнорировании интересов фронта. Исходным пунктом агитации был, между прочим, восьмичасовой рабочий день. Ловцы рыбы в мутной воде спекулировали на том, что мужику в серой шинели понять это пролетарское требование совершенно не под силу. Такой нормы работы не существует ни на фронте, ни в деревне. А между тем заводские лодыри, не желая работать больше, покупают себе вольную жизнь ценою жертв в окопах. Солдаты не только требовали обуздания рабочих и контроля на фабриках. Они грозили репрессиями и расправой. [...] по заводам начали ходить вооруженные солдаты, наводить ревизии и чинить насилия. [...] положение было острым в течение 10—15 дней<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 296.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri subedukitaj revoluciaj oratoroj] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Они были несравненно интереснее, когда произносили бурные, патетические гимны революции, не умея рассказать, что значит революция, едва умея выговорить само это слово, но изливая в самозабвенном потоке слов свою душу, казалось, душу ''народа'' и ''его революции''. Говорили не всегда ясно, без всякого стержня, вообще без настоящего содержания. Но все в волнении слушали и все понимали. Все знали, что никакое красноречивое, умно и ловко произнесенное приветствие, никакое самое искреннее выражение солидарности, никакие из глубины сердца идущие, торжественные клятвы верности и борьбы не могут заменить этих не совсем понятных, несвязных речей<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 301.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я помню парня в буром армяке, стриженного в кружок, плечистого, краснолицего, курносого, типичного первобытного пастуха и недурную модель для российского Иванушки‑дурачка. Торопливым говором, тонким голосом, называя нас «братцами» и «дорогими», он произносил или выкрикивал свою стихийную лирическую импровизацию, упирая на какое‑то самодельное, не к месту идущее слово, долженствующее обнажить перед нами все его заветные думы, все его потрясенное нутро… Бог весть какой нестерпимый гнет сняла революция с этого варвара: вырвался ли он из когтей дикого барина‑помещика или свирепого офицера и захлебывается, и упивается, как степной конь, какой‑то новой волей…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 301.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но вот солдат из окопов втащил с собой грязный мешок и положил его перед собой на кафедре. [...]</br>— Вот мы решили принести вам самое дорогое, что было у нас… В этом мешке все наши кровью добытые награды, себе не оставил никто… Здесь Георгиевские кресты и медали. Меня послали отдать их вам, вместе с нашей нерушимой клятвой положить жизнь за добытую свободу и служить революции, подчиняясь беспрекословно всем распоряжениям Совета...</br>Зал застыл во время этих простых слов, и не сразу грянула буря рукоплесканий… Но потом этих мешков с крестами перетаскали немало в Совет<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 301.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Рабочих и солдатских» — это странно и неуклюже звучало еще и в России<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 302.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Nikolaj Vissarionoviĉ Nekrasov]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я знаю, что это был левый министр — не только левый политик в кабинете, но и левый администратор, который вызвал много нареканий за «синдикалистские» приемы управления, «распустившие» железнодорожников. Но я не знаю, был ли это хороший администратор и деловой министр. В качестве же политика он производил серьезное впечатление и обнаруживал свойства если не государственного человека, то государственного дельца . Он отлично схватывал положение, умел пойти ему навстречу, а затем уже обнаруживал и твердость руки. Практическая школа политики и зоркость глаза хорошо сочетались в нем с энергией и деловитостью. Как «государственный делец», Некрасов, несомненно, оставлял за собой две наиболее яркие фигуры первого кабинета — Керенского и Милюкова, из которых первый погибал от своего импрессионизма и «мессианства», а второй — был профессор. Но, с точки зрения буржуазных верхов, Некрасов был молод, неавторитетен, а главное, непомерно лев и не годился в лидеры<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 303—304.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aleksandr Manujlov]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Это был человек невыдающихся способностей, правый кадет, довольно неудачный бывший ректор Московского университета, мало интересный экономист и бесплодный редактор «Русских ведомостей». Его популярность, по‑видимому, в огромной степени основывается на том, что царский жандарм профессор Кассо уволил его из университета, в чем, впрочем, сам Мануйлов был ни сном ни духом не виноват. В качестве министра просвещения этот человек также оказался ниже критики<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 304.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Несомненно, Гучков стоял на крайнем правом фланге кабинета. Потому он раньше всех не в пример кадетам и совершенно добровольно (ведь Милюкова «ушли»!) вышел в отставку<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 304.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Шингарев был превосходным деловым министром — со знанием, с огромной энергией, с твердостью и авторитетом. В качестве же политика этот даровитый человек вполне шел на поводу у Милюкова и его Дарданелл. Шингарев был ''правым'' министром, был яростным врагом советской демократии и говорил с нами, в контактной комиссии, голосом, дрожащим от волнения и негодования. Непонятно, как этот вечный работник на земской, демократической ниве, культурный и честный, мог дойти до такого законченного «мировоззрения» крупного капитала. И непонятно, как этот гуманный человек мог опуститься до резких, кричащих проявлений антинемецкого шовинизма, каких мне пришлось быть свидетелем. Может быть, здесь было не только «мировоззрение», но и непосильный психический шок от войны?..<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 305.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Союзные правительства с соизволения, при одобрении или по просьбе Милюкова по‑прежнему не пускали в Россию эмигрантов «пораженческого» образа мыслей. Мартов и его ближайшие товарищи уже в мае, уже при коалиции, потеряв все надежды выбраться лояльным и естественным путем, принуждены были ехать через Германию в «запломбированном вагоне»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 306.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Солдатская масса еще не справлялась с политическим представительством. Офицеры же из прапорщиков потянулись в «социалисты», и многие кадетские адвокаты и прочие профессии с погонами на плечах сейчас представляли солдатскую массу под видом эсеров или беспартийных. Было много фронтовиков. Энергичные прапорщики старались объединить их, чтобы солидно представить «голос действующей армии», по крайней мере для буржуазной прессы<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 328.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Бабушка» — Брешковская закончила наконец свое триумфальное шествие — по цветам, среди восторженных толп народа — из Сибири в Петербург. С вокзала с почетным конвоем из Керенского, Некрасова, Чхеидзе она проехала в Таврический дворец<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 328.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Дан — это одна из наиболее крупных фигур русской революции. Это один из самых выдающихся деятелей как русского рабочего движения, так и событий 1917 года<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 329.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri milito kaj paco] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] если бы все большевики разделяли взгляды Каменева, по крайней мере в течение первого года революции, то я также был бы большевиком, и притом левым<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 330.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Участие Плеханова в событиях 1917 года ограничилось его писаниями в крошечной, малочитаемой и совершенно невлиятельной газетке «Единство». Его единомышленники составляли небольшую группу, не представленную в Совете именно ввиду ее полной ничтожности…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 335.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri reveno de Lenin al Rusio] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большевики, умея вообще блеснуть организацией, стремясь всегда подчеркнуть внешность, показать товар лицом, пустить пыль в глаза, без лишней скромности, без боязни утрировки, видимо, готовили самый настоящий триумф<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 5.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Каждому понятно, что германские власти, идя в данном случае навстречу интересам русских граждан, преследовали при этом исключительно свои собственные интересы: они, конечно, спекулировали на том, что русские интернационалисты в условиях революции расшатают устои российского империализма, а затем оторвут Россию от грабителей союзников и толкнут ее на сепаратный мир…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 5.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин вообще очень хороший оратор — не оратор законченной, круглой фразы, или яркого образа, или захватывающего пафоса, или острого словца, — но оратор огромного напора, силы, разлагающий тут же, на глазах слушателя, сложные системы на простейшие, общедоступные элементы и долбящий ими, долбящий, долбящий по головам слушателей до бесчувствия, до приведения их к покорности, до взятия в плен<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 11.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Grigorij Zinovjev]] apud Lenin] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Достаточно яркая звезда, он решительно не светился в присутствии ослепительного большевистского солнца<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 11.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Впоследствии, года через полтора, слушая главу правительства, уже приходилось жалеть о бывшем ораторе, «безответственном» агитаторе и демагоге. За это время, превратившее Ленина из демагога и бунтаря в государственного человека, в защитника устоев, в охранителя собственного благоприобретенного хозяйства и казенного достояния, — за это время вынесенной нечеловеческой работы Ленин‑оратор совершенно выветрился, выдохся, вылинял до тривиальности, утратив и силу, и индивидуальность. Его речи стали похожи одна на другую как две капли воды. Они все стали на одну тему с ничтожным разнообразием вариаций. Слушая главу государства, я на вопрос одного репортера о впечатлении как‑то ответил: в арифметике это называется смешанная периодическая дробь — одна фраза новая, три старых, затем опять одна новая и снова три старых и т. д. Много слов, бесконечные повторения, незначительное содержание… Но все это пришло потом, под бременем власти. В те же времена Ленин умел потрясать своим сильным словом, своим ораторским воздействием<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 11.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин определенно и резко отгораживался от Совета и решительно отбрасывал его целиком во враждебный лагерь…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 12.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Почему‑то, насколько помню, Ленин не употреблял термина «Учредительное собрание». Едва ли это была дипломатия. Сейчас Ленин был еще совершенно свеж, абсолютно свободен и чужд всяких дипломатических соображений: он еще чувствовал себя за границей, где не было вокруг никакой реальной сферы политической работы, не было никаких объектов воздействия и было естественно — что на уме, то и на языке<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 13.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Система же Ленина в сфере государственного права была громом среди ясного неба не для одного меня. Ни о чем подобном никто из внимавших учителю в зале Кшесинской доселе и не заикался. И понятно, что всеми слушателями, сколько‑нибудь искушенными в общественной теории, формула Ленина, выпаленная без всяких комментариев, была воспринята как чисто анархистская схема. Ибо, во‑первых, Советы рабочих депутатов [...] доселе не мыслились сами по себе, как государственно‑правовой институт [...] Во‑вторых, между классовыми боевыми органами, рабочими Советами, не существовало ни сколько‑нибудь прочной связи, ни самой примитивной конституции; «правительство Советов» при таких условиях звучало как ''полнота власти на местах, как отсутствие всякого вообще государства, как схема «свободных» (независимых) рабочих общин''… К тому же о крестьянских Советах Ленин ничего не говорил [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 13.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ощущение было такое, будто бы в эту ночь меня колотили по голове цепами. Ясно было только одно: нет, с Лениным мне, дикому, не по дороге…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 15.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] в начале речи Ленин определенно заявил и даже подчеркнул, что он выступает от себя лично, не сговорившись со своей партией. Большевистская секта продолжала пребывать в недоумении и растерянности. [...] Ленина поддержала одна (недавняя меньшевичка) Коллонтай, отвергавшая единение с теми, кто не может и не желает совершать социальную революцию!.. Эта поддержка не вызвала ничего, кроме издевательств, смеха и шума. [...] Ленин не воспользовался заключительным словом докладчика и, кажется, куда‑то исчез. Таково было его обыкновение, для него характерное. Ленин превосходно излагал заранее разработанные темы и хорошо продуманные мысли, но он избегал «рукопашной», он редко отвечал на сделанные в упор возражения и запросы, предоставляя расхлебывать кашу другим…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 17.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri reveno de Lenin al Rusio] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин обстоятельно изложил факты. Когда все средства добиться проезда через союзные страны были исчерпаны, швейцарские социалисты вошли на этот счет в сношения с германскими властями. Все переговоры вел секретарь швейцарской партии Фриц Платтен<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 17.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вместе с тем русские социалисты потребовали, чтобы при проезде им было предоставлено право экстерриториальности, чтобы не было никакого контроля паспортов и багажа, чтобы ни один германский чиновник не имел права входа в вагон; состав же самих пропускаемых через Германию эмигрантов всецело находился на усмотрении самих русских. В числе восьмидесяти человек, приехавших с Лениным, были, действительно, не только большевики, но и представители других партий и течений… Эмигранты имели свою провизию и трое суток не выходили из вагона, следовавшего под контролем трех германских офицеров. Поезд лично сопровождал Платтен — на случай необходимости сношений с внешним миром. Однако германские власти со своей стороны потребовали, чтобы русские во время проезда не вступали ни в какие сношения с какими бы то ни было частными лицами. Своих «друзей» и «агентов» германское правительство опасалось вполне основательно: оно отлично знало, что эти люди ему такие же «друзья», как и русскому империализму, которому их старались «подсунуть» немецкие власти, держа их на почтительном расстоянии от своих собственных верноподданных<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 17—18.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Милюков потом опровергал: никаких препятствий к проезду через Англию не было, заявлял он. Ленин не пожелал, и не позаботился сам, предпочитая проезд через Германию<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 18.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин только тогда стал признавать Совет, когда он стал там полным господином, выкурив оттуда всякую оппозицию<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 18.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мы не допускали, чтобы Ленин остался при своих «абстракциях». Тем более мы не допускали, чтобы этими абстракциями Ленин мог победить не только революцию, не только все ее активные массы, не только весь Совет, но чтобы он мог победить ими даже своих собственных большевиков. Мы жестоко ошиблись…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 19.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Из российских же большевиков, имеющих то или иное свое собственное имя, к Ленину открыто присоединилась одна Коллонтай. Затем через дня два‑три я обнаружил, что на стороне Ленина еще одна большевичка, Инесса Арманд<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 20.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Тезисы были опубликованы от личного имени Ленина: к нему не примкнула ни одна большевистская организация, ни одна группа, ни даже отдельные лица. И редакция «Правды», со своей стороны, сочла необходимым подчеркнуть изолированность Ленина и свою независимость от него<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 20.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин есть явление чрезвычайное. Это человек совершенно особенной духовной силы. По своему калибру — это первоклассная мировая величина. Тип же этого деятеля представляет собой исключительно счастливую комбинацию теоретика движения и народного вождя…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Если бы понадобились еще иные термины и эпитеты, то я не задумался бы назвать Ленина человеком гениальным, памятуя о том, что заключает в себе понятие гения. Гений — это, как известно, «ненормальный» человек, у которого голова «не в порядке». Говоря конкретнее, это сплошь и рядом человек с крайне ограниченной сферой головной работы, в каковой сфере эта работа производится с необычайной силой и продуктивностью. Сплошь и рядом гениальный человек — это человек до крайности узкий, шовинист до мозга костей, не понимающий, не приемлющий, не способный взять в толк самые простые и общедоступные вещи. [...] Таков, несомненно, и Ленин, психике которого недоступны многие элементарные истины — даже в области общественного движения<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин на практике, исторически был монопольным, единым и нераздельным главою партии в течение долгих лет со дня ее возникновения. Большевистская партия — это дело рук Ленина, и притом его одного. Мимо него на ответственных постах проходили десятки и сотни людей, сменялись одно за другим поколения революционеров, а Ленин незыблемо стоял на своем посту, целиком определял физиономию партии и ни с кем не делил власти<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] кроме Ленина, в партии не было никого и ничего. Несколько крупных «генералов» без Ленина — ничто, как несколько необъятных планет без солнца [...] В Первом Интернационале, согласно известному описанию, наверху, в облаках, был Маркс; потом долго, долго не было ничего; затем, также на большой высоте, сидел Энгельс; затем снова долго, долго не было ничего, и наконец, сидел Либкнехт и т. д. В большевистской же партии в облаках сидит громовержец Ленин, а затем… вообще до самой земли нет ничего<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] для большевистской массы непреодолимую притягательную силу имеет всякого рода радикализм и внешняя левизна, а естественной линией работы является демагогия<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Не подлежит никакому сомнению, что ни тогда, ни долгое время после большевистская партийная публика не отдавала себе ни малейшего отчета в том, куда приведет впоследствии вся ленинская схема и к чему она обяжет тех, кто в те времена подписался под ней. В те времена у людей, уже приявших тезисы, все же не было и мыслей ни об экономическом стихийном творчестве снизу, ни о социализме путем грабежа награбленного. Мало того: самый лозунг «Вся власть Советам!» — лозунг, имевший интереснейшую судьбу, — в глазах большевистской массы имел довольно невинный характер и совершенно не имел того смысла, какой в него вкладывал сам Ленин. Прежде всего, этот лозунг самими большевиками принимался за чистую монету и вовсе не служил в их глазах одним прикрытием полицейской диктатуры партийного Центрального Комитета. «Власть Советов» действительно понималась как власть большинства трудящихся, до которой Ленину уже тогда, несомненно, не было никакого дела<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 23.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Утопист и фантазер, витающий в абстракциях, Ленин — отличный реальный политик: первое — в большом, второе — в малом. «Зажечь Европу», открыть «всемирную социалистическую революцию», закрепить знамя социализма в России методами Ленина не удалось и не удастся. Но завоевать собственную партию, отменив всю свою собственную науку, Ленин сумел отлично, пользуясь всеми благоприятными обстоятельствами, призывая на помощь тени Бонапарта и Макиавелли…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 24.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Начиная с эпохи Всероссийского советского совещания, с самых последних чисел марта, начал обозначаться знаменательный перелом в настроении солдатских масс. Он знаменовал собой крах буржуазного наступления на демократию в решающей битве за армию и за реальную силу в государстве. С первых чисел апреля напряженность атмосферы стала уменьшаться и стал обозначаться исход борьбы, благоприятный для демократии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 25.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Начиная с эпохи Всероссийского советского совещания, с самых последних чисел марта, начал обозначаться знаменательный перелом в настроении солдатских масс. Он знаменовал собой крах буржуазного наступления на демократию в решающей битве за армию и за реальную силу в государстве. С первых чисел апреля напряженность атмосферы стала уменьшаться и стал обозначаться исход борьбы, благоприятный для демократии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 25.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = На заводах вместо склоки начались массовые торжественные братанья солдат и рабочих. В знак единения устраивались собрания. Социалистические газеты сначала запестрели резолюциями воинских частей о братской солидарности с рабочими; а затем, к половине апреля, вопрос о "рабочем и солдате" уже совершенно исчез со столбцов газет, знаменуя тем самым полную ликвидацию конфликта<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 27.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Насчет положения российских финансов Терещенко только что сделал самые красноречивые публичные сообщения. Оказывается, наш государственный долг приближается к 40 миллиардам рублей. Оказывается, по окончании войны нам придется платить одних процентов два с половиной миллиарда ежегодно. А ежедневный расход на войну составляет 54 миллиона рублей…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 31.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мы уже знаем, как алкала и жаждала тогда правящая Германия сепаратного мира с Россией<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 41.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] лозунг «Долой Ленина — назад в Германию!» стал достоянием самых широких масс около середины апреля. Он стал крайне популярен среди мещан, делающих «общественное мнение», и не только пошел по казармам, но и по заводам<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 42.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 14—16 апреля, все газеты облетела резолюция искони революционнейших матросов балтийского флотского экипажа, бывших на вокзале в качестве почетного караула: «Узнав что господин Ленин вернулся к нам в Россию, с соизволения его величества императора германского и короля прусского, — писали матросы (sic!), — мы выражаем свое глубокое сожаление по поводу нашего участия в его торжественном въезде в Петербург. Если бы мы знали… какими путями он попал к нам, то вместо восторженных криков "ура" раздались бы наши негодующие возгласы: "Долой, назад в ту страну, через которую ты к нам приехал"…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 43.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = По городу стали ходить толпы каких‑то людей, бурно требовавших ареста Ленина. [...] «Арестовать Ленина», а затем и «Долой большевиков» — слышалось на каждом перекрестке<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 43.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 17 апреля в Петербурге состоялась грандиозная манифестация ''инвалидов'' которая произвела большое впечатление на обывателей… Огромное число раненых из столичных лазаретов — в повязках, безногих, безруких — двигалось по Невскому к Таврическому дворцу. Кто не мог идти, двигались в грузовых автомобилях, в линейках, на извозчиках. На знаменах были подписи: «Война до конца», «Полное уничтожение германского милитаризма», «Наши раны требуют победы»… Лозунги, изъятые из употребления масс, нашли себе пристанище на больничных койках. Искалеченные люди, несчастные жертвы бойни ради наживы капиталистов, по указке тех же капиталистов через силу шли требовать, чтобы для тех же целей еще без конца калечили их сыновей и братьев. Это было действительно страшное зрелище!.. Но главное, что мобилизовало инвалидов, это был тот же Ленин, С надписями и возгласами «Долой Ленина!» и т. п. — они пришли в Таврический дворец требовать ареста и высылки будущего диктатора. И в своих речах, в предъявленных требованиях они занимались главным образом Лениным…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 43—44.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Около того же времени началось движение среди военнопленных, добившихся улучшения своего быта в революционной России. Буржуазные крути по этому поводу широко демонстрировали свое патриотическое возмущение, то есть свой шовинизм и свою мстительность. Известно, как варварски содержались военнопленные в «цивилизованных» странах Запада и в Германии, и в «великих союзных демократиях». По примеру их и революционный министр Гучков издал приказ (11 апреля), в силу которого все лица и учреждения, ведавшие военнопленными, должны были дать отпор «их странным притязаниям, неумеренной требовательности, противоречащей самому понятию состояния плена»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 44.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 5 или 6 числа Исполнительный Комитет постановил праздновать Первое мая по новому стилю, 18 апреля, вместе с пролетариатом Европы<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 45.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В создании эсеровской партии Чернов сыграл совершенно исключительную роль. Чернов был единственным сколько‑нибудь крупным ее теоретиком — и притом универсальным. [...] Без Чернова вообще не было бы эсеровской партии, как без Ленина не было бы большевистской, поскольку вокруг идейной пустоты вообще не может образоваться серьезная политическая организация. Но разница между Черновым и Лениным та, что Ленин не только идеолог, но и политический вождь, Чернов же только литератор. Ленин создал всю партию, а Чернов только некоторые, хотя и безусловно необходимые элементы ее…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 55.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri Nikolaj [[Avksentjev]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Это старый, честный и убежденный деятель эсеровской партии, без сомнения, мнящий себя революционером, социалистом и демократом. Тут никакой хитрости, дипломатии, посторонних мыслей и целей быть не может. Этот симпатичный в обращении человек — можно поручиться — не мог мудрствовать лукаво. По своим убеждениям, направлению, складу — это начитавшийся книг, размагниченный, тяготеющий к «народу», «патриотически» настроенный обыватель. По своим государственным и политическим способностям — это круглый нуль, без сучка и задоринки… Других у эсеров не было. Авксентьев же имел подходящую для «представительства» фигуру и прославленные ораторские таланты: его речи всегда напоминали мне красавиц с обложек и реклам мыла и табака<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 60.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Jurij Steklov]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Огромная ошибка Стеклова состояла только в том, зачем он делал тайну из своих дел о фамилии, зачем он допустил, чтобы товарищи узнали обо всем этом в порядке «разоблачения». Узнай об этом Исполнительный Комитет естественным путем, едва ли кто придал бы этому большее значение, чем придаются вообще людским личным слабостям… Но «сенсационное разоблачение» изменило дело. Разумеется, вся большая пресса подняла вой<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 68.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] началась земельная спекуляция. Кулаки, пользуясь паникой, начали скупать земли в качестве «крестьян». Имения на самых различных (конечно, почти всегда фиктивных) основаниях стали дробиться и доводиться в каждой своей части до предполагаемого пореформенного максимума. Стали заключаться массовые сделки с иностранцами, опять‑таки больше фиктивные. В общем, при таком положении вещей от земельного фонда через несколько месяцев должно было остаться немного<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 77.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Начались гибельные братания. Зарегистрированы случаи прямого неповиновения приказам. Некоторые части не пожелали выступить на передовые позиции для смены товарищей в окопах. Приказы предварительно обсуждаются в армейских организациях и на общих митингах. Об активных операциях в таких‑то частях не пожелали и слушать: говорят, мы будем вести только оборонительную войну и потому наступать не станем<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 83.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Новую жизнь» закрывал демократ Керенский со своим достойным тогдашним наперсником господином Пальчинским — закрывал в то время, когда Троцкий сидел в Петропавловке, а Ленин был в бегах. Потом закрывал Ленин со своим достойным прозелитом Троцким, — когда Пальчинский сидел в Петропавловке, а Керенский был в бегах. Но при всем этом, при всей своей непопулярности «Новая жизнь» была незаменимой трибуной, завидной для каждого журналиста и политика. Ее читали ''все''. Главное же — ее читали рабочие массы<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 91.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Экстренное дело поднял генерал Корнилов, подавший совету министров прошение об отставке. Причиной послужило известное нам заявление Исполнительного Комитета 21 апреля, гласившее: только Исполнительному Комитету принадлежит право распоряжаться солдатами, и каждое распоряжение о выходе воинской части на улицу должно быть отдано на бланке Исполнительного Комитета и т. д… Совершенно бесспорно: для командующего округом создавалось невыносимое положение. Ни один уважающий себя генерал не мог претерпеть его. Но ни у одного генерала вообще не было средств изменить это положение — кроме выхода в отставку.<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 125.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = …Митинги, предварительно оценивающие каждый приказ, случаи прямого неповиновения и отказы выступить на позиции; гибельные братания с неприятелем, который преследует при этом исключительно разведочные цели, пользуясь добродушием и доверчивостью русского человека… Как военные специалисты, они утверждали, что в военном деле имеются непреложные требования, непререкаемые правила, нарушение которых в корне уничтожает армию как боеспособную силу. И они заключали: так продолжаться не должно и не может; это гибель отечества, которую они при таких условиях не могут предотвратить и в которой они больше не в силах участвовать… Факты, сообщенные генералами, были глубоко печальны, а речи их были искренни. [...] они категорически утверждали, что из советских формул о целях войны, о войне без аннексий и контрибуций — проку не будет. ''Солдат не должен думать о целях''. Он должен сражаться и умирать ''независимо'' от цели. Только тогда армия будет крепка и боеспособна. Только тогда можно надеяться отстоять родину от врага. Военные люди не могли, а пожалуй, и не должны были рассуждать иначе<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 130.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Покушение было на Керенского. Но оно было устроено до крайности наивно и не могло иметь никакой связи с деятельностью политической организации…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 135.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Особенно неистовствовал «пионер российского марксизма», бывший социал‑демократ, потом радикал, потом националист, потом не знаю кто, но во всяком случае интереснейший тип и писатель — Петр Струве<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 136.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вопрос о Дарданеллах и Армении, несомненно, разбивал буржуазию на группы с различными взглядами и интересами<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 139.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] известна постоянная тяжба между милитаристским по природе металлургическим капиталом, работающим по преимуществу казенными заказами, и «пацифистским» текстильным капиталом, который питается непосредственным народным потреблением. Правда, ''процесс'' войны питал достаточно все виды капитала. Но в ''результатах'' войны они были заинтересованы не одинаково. И наряду с империалистскими были нейтральные виды капитала и равнодушные группы капиталистов<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 139.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Крестьянством эсеры овладели неоспоримо и почти монопольно с самого начала. Конечно, это были правые эсеры, и овладели они хозяйственным мужиком — в действительности или в потенции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 140.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = На самые первые числа мая был, как известно, назначен в Петербурге крестьянский всероссийский съезд. [...] Ни буржуазные, ни «марксистские» партии почти не прикасались к этим представителям российского чернозема, среди которых была масса народнических интеллигентов, но было немало и деревенских кулаков, лавочников, различных кооператоров. [...] именно здесь собиралась главная сила российской общественности и революции. Именно эта, к сожалению, не переработанная, не «вымытая» капитализмом мелкобуржуазная «середина» была и остается хозяином русской земли и определяет в конечном счете ход событий. И она же служила ныне основным рычагом советской политики. Промежуточные «народнические» партии — энесы, трудовики и эсеры — это уже не буржуазия, а советские партии, это — лагерь не Мариинского, а Таврического дворца<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 140—141.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В Совете же рядом с самой партией эсеров стояли правые меньшевики, составляя с ними прочный и неделимый блок. Группа правых меньшевиков, как известно, княжила и володела эсеровской массой, у которой не было достаточно искусных собственных лидеров<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 141.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Народники» и правые меньшевики составляли прочное и устойчивое большинство Совета и всецело определяли его линию. Это были «ответственные» элементы в Совете, в частности, и в революции вообще<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 141.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большевистской фракцией в Исполнительном Комитете и в Совете руководил умеренный Каменев<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 142.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Всероссийская большевистская конференция Ее резолюции, принятые почти единогласно 140 делегатами, были не чем иным, как знаменитыми тезисами Ленина . Их приняли почти без поправок. То, что Плеханов назвал бредом, то, что для самих старых большевиков месяц назад было дико и смешно, стало ныне официальной платформой партии, не по дням, а по часам овладевающей российским пролетариатом. [...] Я считаю, что это было самой главной и основной победой Ленина, завершенной к первым числам мая<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 141.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] в конце апреля партия большевиков сильно муссировала и проводила на практике один немаловажный тактический лозунг: вооружение рабочих. По инициативе и по указу большевиков на столичных заводах возникали отряды Красной гвардии. [...] Исполнительный Комитет, а за ним и Совет, конечно, высказались против организации на заводах Красной гвардии. Я лично, против обычая, голосовал вместе с большинством. Красная же гвардия, немного пошумев, быстро захирела Большевики, кажется, не были особенно огорчены этим<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 142—143.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] все же армия не разлагалась, была боеспособна и представляла собой достаточную защиту от Вильгельма и Гинденбурга. Этот огромной важности факт необходимо констатировать и запомнить. Но несомненно было и то, что армия в это время ''бродила, кипела и переживала кризис''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 144.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мы знаем, что наибольшее волнение в деревне вызывала опасность утечки, распыления земельного фонда. В лице бесчисленных ходоков, делегаций, телеграмм, резолюций — крестьянство, можно сказать, испускало непрерывные вопли о ''прекращении сделок на землю'' в законодательном порядке. Правительство оставалось глухо и немо<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 145.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Правительство стало все более напоминать пароходный винт, вертящийся в воздухе и не производящий никакой полезной работы. Оно становилось все более не нужным — объективно и в глазах народных масс<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 147.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Сепаратизм стал проявляться не только в бутафорско‑уездной форме, как плод естественного, но сравнительно легко устранимого недоразумения. Начался и достиг угрожающих пределов гораздо более серьезный — ''национальный и областной — сепаратизм''. Все, кому было не лень, стали требовать автономии, а иногда явочным порядком стали проводить ее. Революционную Россию хотели растащить по частям, как будто только царская нагайка и спаивала ее в государственное целое. Не только Финляндия заговорила об отделении, не только заговорили об этом на Кавказе, но и Украина, Крым, Сибирь стали кричать о том же. [...] все это были выдумки досужих интеллигентов, не знающих, что с собой делать на арене новой общественности<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 147.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = ''Временное правительство'' было совершенно бессильно. Оно царствовало, но не ''управляло'' и не могло управлять. Оно, по выражению Гучкова, не обладало «никакими атрибутами, какими вообще свойственно обладать всякой государственной власти»… Реальной силы и власти оно не имело никакой. [...] ''Вся полнота реальной силы и власти находилась в руках Совета''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 147—148.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Советское большинство не хотело власти и боялось ее. Но она была в его руках помимо его воли. И тогда оно принуждено было прилагать все свои силы к тому, чтобы передать правительству, чтобы положить к его ногам полноту своей власти. В этом и состояла «линия Совета»…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 148.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Массы широко развернули требования ''мира, земли и хлеба''. Правительство не могло и не хотело ничего этого дать. И Совет в этом споре, в этой тяжбе, в этой классовой борьбе стал на сторону правительства<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 148.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Массы единодушно продолжали требовать ''устранения Милюкова и Гучкова''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 149.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Гучков действовал с совершенно непонятной и необычной скоропалительностью. Он не дожидался ни ответа Временного правительства на свое заявление, ни назначения нового военного министра, которому он был обязан сдать дела. Он ''сам'' назначил себе преемника по военному и морскому министерству, хотя — насколько известно — его должность не была наследственной, а его ведомство не было удельным княжеством. [...] Через несколько дней (4 мая) в совещании членов Государственной думы Гучков к сказанному письму добавил: "Я ушел от власти потому, что ее просто не было [...] Отставка Гучкова не вызвала больших сожалений. [...] Все хорошо понимали: либо коалиция, либо Гучков. [...] Какие цели преследовал своей отставкой сам Гучков, остается неясным"<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 156—157.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Pavel Milukov]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] этот человек, которого надо было бы назвать кадетским Лениным, если бы он не был профессором [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 165.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Знакомые колючие глаза, знакомые волнистые волосы, но незнакомая бородка… Ба! Это — Троцкий<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 171.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С появлением на свет божий коалиционного правительства события замедлили темп, утратили прежнюю головокружительность<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 174.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С мая по октябрь проходили огромные события, но революция ''не меняла фаз'' и составила единый период. Линия развития событий была в этот период пряма, как стрела. И две попытки переломить ее, свернуть ее в сторону пробили бреши в этой прямой, завязали на ней узлы, но не изменили ее направление: революция немедленно и легко возвращалась в прежнее русло и после ''июльских дней'', и после ''корниловщины''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 174.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Кто видел политику «коалиции», тот видел и успехи Ленина. Ибо это были две стороны единой медали. И в среде подлинных революционеров, в лагере действительных работников пролетарской классовой политики говорили уже с начала мая: «Большевистский крот, ты славно роешь!»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 175.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = И кадеты, стало быть, уже, по существу дела, не могли быть по‑прежнему правительственной партией. Они были оставлены ходом вещей ''позади'' официальной власти. Они стали ''оппозицией'' справа. Они стали официально реакционной, контрреволюционной силой. И дифференциация внутри кадетской партии ныне выражалась извне уже в степени оппозиции ''правительству''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 175.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Кадеты — это была крупная буржуазия с услужающими ей слоями либеральных профессий. Удельный вес этой партии был, конечно, очень велик<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 176.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Самой большой партией, однако, тогда были, как известно, ''эсеры''. Это была мелкобуржуазная демократия — мужик, лавочник, кооператор, разночинец, «третий элемент», огромные массы неимущей интеллигенции, расшевелившихся обывателей, встрепенувшихся межеумков. Интеллигентные эсеровские группы, очень громко кричавшие «земля и воля», опирались в городах на толстый слой землеробов‑солдат и даже рабочих, недостаточно выварившихся в фабричном котле. А в деревне монопольный эсеровский лозунг уже монополизировал все крестьянство… [...] И вот эта самая большая, самая могучая партия революции в лице своего большинства всем своим весом, и на словах, и на деле оказывала новому правительству свое доверие и поддержку…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 176.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вообще в нашей мужицкой стране эта мужицкая партия заняла свое законное место и, казалось, уже заложила основы своего будущего господства. Выросши к началу коалиции подобно огромному снежному кому, она в это время стала последним криком моды и стала далеко переливаться за свои естественные границы, захватывая сферы, совершенно не свойственные ни «социалистам», ни «революционерам». В самую большую партию потянулись и иные темпераментные крупные буржуа, и иные экспансивные либеральные помещики, а за популярнейшим Керенским, новым военным министром, в эсерство стали переходить компактные массы военных людей, кадровых офицеров и… даже генералов. Из сих последних каждый, надо думать, без колебаний собственноручно пристрелил бы или отдал бы палачу любого встречного, в ком он заподозрил бы социалиста‑революционера — два с небольшим месяца тому назад. Но — боже мой! — чего не сделают с человеком «общественное мнение» и бескорыстная преданность долгу!<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 176.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В партии эсеров, самой большой и самой могучей, образовалось тогда два центра — более правый и более левый. Одним был Керенский, другим Чернов. Кроме того, далеко налево, на отлете, был крошечный центрик в лице большевистствующего Камкова<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 177.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Увы! Вожди эсеровских мелкобуржуазных масс оказались верными природе своей партии. Дряблые, политически безличные, застрявшие между могучими жерновами капиталистического общества, они растерялись среди головокружительных событий и не понимали их смысла. [...] Когда массы увидели воочию, что вожди не ведут вперед, что вожди не способны, что вожди изменяют, тогда мелкобуржуазная государственность масс превратилась в мелкобуржуазную стихию. И, сломя голову, те же массы бросились в открытые объятия большевиков<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 177.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Партия эсеров была тогда самой большой и могучей. Но это был колосс с глиняной головой<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 177.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[menŝeviko]]j en 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В организациях уже к началу мая числилось до 45 тысяч членов. Разумеется, при таких условиях меньшевистская партия была тогда огромной силой. Но ее львиная доля была приобретена, конечно, за два с небольшим месяца революции, главным образом за счет наплыва случайного и, во всяком случае, неиспытанного элемента<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 178.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Меньшевистско‑эсеровско‑либеральный блок был окончательно оформлен. Меньшевики, подобно эсерам, окончательно и официально стали правительственной партией…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 179.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri reveno de famaj revoluciuloj el Eŭropo] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вслед за Лениным все они спустя более месяца приехали через Германию в запломбированном вагоне. С начала революции прошло уже больше двух месяцев, но путь в Россию «нежелательным эмигрантам» был все еще закрыт<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 179.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мартов, родоначальник меньшевизма, его несравненный, почти монопольный идеолог, его самый авторитетный и популярный вождь, уже не был ныне лидером своей партии. Мещанские идейки и их выразители увели от Мартова меньшевистскую партию – увели далеко, ни больше ни меньше как в стан классовых врагов, в лагерь буржуазии. С Мартовым осталась лишь небольшая группка. Это была катастрофа. Она не поколебала Мартова. На своей позиции, с небольшой группкой он оставался без старой меньшевистской партии до Октября. С Октября началось обратное завоевание Мартовым меньшевистской партии. Через год после Октября Мартов вернулся в свое обычное состояние и снова стал общепризнанным вождем меньшевизма. По было поздно…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 181.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Подвизавшийся тогда наряду с Мартовым Троцкий, несмотря на всю свою эффектность, не производил и десятой доли того впечатления и казался не более как подголоском. В те же времена Мартов обнаружил и свои ''ораторские'' свойства. Эти свойства Мартова довольно оригинальны. У него нет ни малейших ''внешних'' ораторских данных. Совершенно не импозантная, угловатая, тщедушная фигурка, стоящая по возможности в полоборота к аудитории, с несвободными, однообразными жестами; невнятная дикция, слабый и глуховатый голос, охрипший в семнадцатом году и остающийся таковым доселе; негладкая вообще, отрывающая слова, пересыпанная паузами речь; наконец – абстрактное изложение, утомляющее массовую аудиторию. Таким Мартова слышали и такое сохранили от него впечатление десятки тысяч людей. Но все это совсем не мешает Мартову быть замечательным оратором. Ибо о свойствах человека надлежит судить не по тому, что он обычно делает, а по тому, что он умеет сделать. А Мартов‑оратор, конечно, умеет заставить забыть о всех своих ораторских минусах<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 182.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Наша заграничная, нелегальная, социал‑демократическая пресса, числившаяся «за бортом» русской публицистической литературы, выдвинула целую группу первоклассных писателей – Плеханова, Мартова, Троцкого, пожалуй, Ленина. Все они, конечно, должны стать в первый ряд в истории нашей публицистики. По едва ли не Мартову надо предоставить среди них пальму первенства. Ибо никто, как он, так не ''владеет'' пером в полном смысле этого слова, никто не является таким полным его господином, не распоряжается им так, по своему полнейшему произволу, умея, когда нужно, придать ему и блестящее остроумие Плеханова, и ударную силу Ленина, и изящную законченность Троцкого. Мартов – первоклассный литератор, божьею милостью…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 182.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мне посчастливилось на моем веку встречать немало замечательных современников — представителей науки, искусства, политики с мировыми именами. Но никаких сомнений у меня ни на минуту возникнуть не может: Мартов — самый умный человек, какого я когда‑либо знал<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 183.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но оставались, к несчастью, еще большевики. Это был, впрочем, также, во‑первых, заведомый урод, а во‑вторых, урод, стоящий вне семьи, вне «общества», о котором неприлично и не стоит говорить. Так утешалась в те времена верная коалиции пресса, думая, что она отмахивается от шайки злоумышленников, а не от непреложного хода истории…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 186.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Прежнего делового настроения, прежней интенсивности в работе (не говоря о прежнем пафосе) уже не осталось и следа. Обычно в заседании едва‑едва был налицо самый минимальный кворум. Зазвать, загнать товарищей в заседание стоило огромного и чем дальше, тем большего труда. Гораздо более людно и оживленно было в это время в соседнем буфете, где кормили уже несравненно хуже и только «своих», но где было теперь гораздо больше благообразия… Открытие заседаний запаздывало на два часа и больше. То Чхеидзе сидел одиноко на своем месте, позванивания колокольчиком и грозя, что он вот‑вот откроет заседание: то исчезал президиум, и кучки членов толпились в ожидании, зевая, вяло переговариваясь, уткнувшись в газеты и по временам выражая нетерпение<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 190.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Троцкий уже начал широко митинговать и находился в поисках литературного органа. В Исполнительном Комитете на сером, тоскливом фоне он не вызвал большого к себе интереса и еще меньше сам обнаруживал интереса к центральному советскому учреждению. [...] Про него, не примкнувшего к большевистской партии, уже ходили неопределенные слухи, что будто бы он «хуже Ленина»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 190.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С той поры как над головой Церетели окончательно воссияла благодать Мариинского дворца, он стал, можно сказать, официально тем, чем он и раньше был фактически: он стал ''комиссаром Временного правительства при Исполнительном Комитете''. И вся его деятельность, вся его роль, все его стремления сводились к тому, чтобы превратить Совет с его Исполнительным Комитетом в аппарат поддержки Временного правительства – «до Учредительного собрания»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 191.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = А 14 мая был опубликован «приказ» Керенского по армии — о ''наступлении''. Собственно, это еще не был боевой приказ, а только подготовительная официальная прокламация… «Во имя спасения свободной России, — говорил в ней Керенский, – вы пойдете туда, куда поведут вас вожди и правительство. Стоя на месте, прогнать врага невозможно. Вы понесете на концах штыков ваших мир, правду и справедливость. Вы пойдете вперед стройными рядами, скованные дисциплиной долга и беззаветной любви к революции и родине»… Прокламация написана с подъемом и дышит искренним «героическим» пафосом. Керенский, несомненно, чувствовал себя героем 1793 года. И он, конечно, был на высоте героя Великой французской революции, но – не русской…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 197.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [majo 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский проявлял в то время изумительную деятельность, сверхъестественную энергию, величайший энтузиазм. Он, конечно, сделал все, что было в человеческих силах<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 197.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский, одевший взамен пиджака в бытность министром юстиции темно‑коричневую куртку, теперь сменил ее на светлый элегантный военного типа «френч». Чуть ли не все лето у него болела рука и, в черной повязке, придавала ему вид раненого героя. Что было у него с рукой — не знаю: я уже давно не разговаривал с Керенским. Но именно в таком виде помнят его десятки и сотни тысяч солдат и офицеров, к которым он — от Финляндии до Черного моря — обращался со своими пламенными речами<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 197.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский говорил все о том же и все с тем же огромным подъемом, с неподдельным, искренним пафосом. Он говорил о свободе, о земле, о братстве народов и о близком светлом будущем страны. Он призывал солдат и граждан отстоять, завоевать все это с оружием в руках и оказаться достойными великой революции. И он указывал на самого себя как на залог того, что требуемые жертвы будут не напрасны, что ни одна капля крови свободных русских граждан не прольется ради иных, посторонних целей<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 197.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Агитация Керенского была (почти) сплошным триумфом для него. Всюду его носили на руках, осыпали цветами. Всюду происходили сцены еще невиданного энтузиазма, от описаний которых веяло легендами героических эпох. К ногам Керенского, зовущего на смерть, сыпались Георгиевские кресты; женщины снимали с себя драгоценности и во имя Керенского несли их на алтарь желанной (неизвестно почему) победы…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С.198.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 28 мая, была опубликована пространная декларация американского президента Вильсона за которым, как известно, справедливо упрочилась слава не то что идеалиста, а, можно сказать, человека не от мира сего, можно сказать — всех скорбящих радости. Декларация эта, преисполненная беллетристики, или, попросту, глупой и отвратительной болтовни, не прибавляет к содержательным англо‑французским документам ничего нового<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 201.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Итальянское правительство именно в эти же дни объявило всю Албанию «независимой и находящейся под протекторатом Италии». То есть, выслушав предложение русского революционного правительства о мире без аннексий, оно безотлагательно совершило аннексию и продолжало вести войну. Этого не выдержали даже наши министры‑социалисты. Они были недовольны, решительно недовольны. Что из этого вышло, мы увидим в дальнейшем… Впрочем, и сейчас ясно, что из аннексии вышла аннексия, а из недовольства Церетели и Чернова ничего не вышло<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 201.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Кроме большевиков, все сколько‑нибудь заметные интернационалисты прямо или косвенно обвинялись в услужении немцам или в сношениях с германскими властями<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 202.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [..] ''разгрузка Петербурга''. Именно в это время был поставлен и муссировался на всех перекрестках вопрос об эвакуации из столицы львиной доли всей ее промышленности, а вместе с тем и петербургского пролетариата… Несомненно, план такой разгрузки имел за себя очень многое. Оторванный (на полторы тысячи верст) от сырья и топлива, увеличивший за войну свою индустрию в три раза, поглощавший для ее питания целую треть подвижного состава наших расстроенных железных дорог, Петербург, несомненно, был классическим образцом нерационального, анархо‑капиталистического распределения производительных сил в стране и действительно требовал разгрузки<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 220.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Персонально массы губернаторов были, правда, уволены и заменены — под названием «губернских комиссаров» — местными тузами и воротилами из земцев и городских голов. Но кое‑где губернаторы старого строя еще продолжали «работать» — вместе со старой черносотенной полицией. Вице‑губернаторы же почти все продолжали состоять на службе Ненавистные земские начальники уже при Чернове и Церетели по закону о местном суде от 9 мая ''были лишены судебных функций''. Но они ''существовали'' и в количестве многих тысяч продолжали получать жалованье…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 221.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Что‑то говорили одно время о реформе старого Сената. Но реформа ограничилась тем, что Керенский в бытность свою министром юстиции назначил в Сенат нескольких левых адвокатов. В числе их был, между прочим, Н. Д. Соколов, которому его старый приятель Керенский вместо поста товарища или (в коалиции) министра уготовил эту почетную ссылку. Это было при Милюкове — Гучкове. А при Церетели — Чернове, когда Соколов явился в заседание Сената в черном сюртуке, то «первоприсутствующий» попросил его удалиться, ибо на его рукавах не красовалось старых сенаторских эмблем. Соколов отказался нацепить на себя царские знаки, и на том его сенаторская карьера закончилась<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 222.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С первых же чисел мая начались недоразумения с Финляндией, которая требовала законных прав на «самоопределение». «Речь» и ее подголоски затянули песню на тему о великодержавности России и о неблагодарности Финляндии. Но и Керенский, со своей стороны, также поспешил объявить финнам, что их судьбу может решить только Всероссийское Учредительное собрание. Керенский даже не прибавил — по соглашению с сеймом, — хотя в Учредительном собрании Финляндия, разумеется, не могла быть представлена. Вместе с тем государствоведы разъясняли, что между Россией и Финляндией существовала просто‑напросто личная уния, которая ныне была ликвидирована низложением Николая. А стало быть, независимость Финляндии была не только бесспорным правом, но, можно сказать, совершившимся фактом. Позиция Керенского и всего кабинета была явно реакционной… 14 марта прежние лидеры Совета провозгласили независимость Польши из Таврического дворца; нынешние министры из Мариинского не смогли поддержать достоинство демократии простым согласием даже на независимость Финляндии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 222.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский опубликовал относящийся к этому документ под названием Декларация прав солдата. Правда, со стороны большевиков и этот документ был встречен в штыки Но это была демагогия без разума. На деле Керенский декларировал хартию еще невиданных в истории солдатских вольностей. В ней не было выборности начальства, на что упирали большевики. Но в ней было все от демократизма, что только может выдержать армия как таковая. А по правде сказать, даже не так: в декларации этой было столько идеализма, сколько ''не может вынести'' боевая армия. И большевики это знают лучше всех других. Когда им пришлось строить новую, собственную армию, они были вынуждены выкурить из нее львиную долю добытого при Керенском демократизма…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 222.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Эксцессов на самом деле было много, может быть, стало больше, чем прежде. Суды Линча, разгромы домов и магазинов, насилия и глумления над офицерами, над провинциальными властями, над частными лицами, самоличные аресты, захваты и расправы ежедневно регистрировались десятками и сотнями. В деревне участились поджоги и погромы усадеб. Крестьяне начинали по‑своему «регулировать» землепользование, запрещали порубки лесов, угоняли помещичий скот, брали «под контроль» хлебные запасы и не давали вывозить их к станциям и пристаням. Особенно нашумел в первой половине мая грандиозный разгром имения одного большого барина в Мценском уезде. Немало эксцессов наблюдалось и в рабочей среде — над заводской администрацией, владельцами и мастерами. Даже в самом Петербурге произошел в конце мая скандал на Трубочном заводе и был с восторгом подхвачен уличной печатью. Но больше всего «нарушали порядок и государственную жизнь», конечно, разгулявшиеся солдаты. Среди бездействующих столичных и провинциальных гарнизонов, в атмосфере неслыханной свободы, военная дисциплина, разумеется, пала. [...] Солдаты текли по деревням из тыла и фронта, напоминая великое переселение народов. А в городах они переполняли и разрушали трамваи, бульвары, заполняли все общественные места. Там и сям сообщали о пьянстве, бесчинстве, буйстве<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 224—225.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Обыватель тосковал, собственно, о чувстве ''«законности»'', о добровольном подчинении каким‑то единообразным, общеполезным нормам, вместо которых были налицо самочинство и личный и групповой произвол. ''Такого'' «закона» не было именно потому, что не было ''власти''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 225.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ведь губернские, как и прочие, правительственные комиссары не могли предпринять решительно ничего, кроме апелляции к Советам просьб о «содействии». Все эти комиссары были простой фикцией, простыми марионетками, которым на местах, не в пример центру, Советы далеко не всегда ''передоверили'' власть. В центре власть была политическая, а на местах — только ''административная''. И конечно, она целиком или почти целиком принадлежала тем, у кого была в руках реальная сила, то есть местным Советам рабочих и солдатских депутатов. Без них правительственные комиссары были пустым местом, наличия которого никто не замечал. Весь «порядок», какой бы он ни был в то время, поддерживался властью Советов, расположившихся повсюду в провинции в губернаторских домах<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 226.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Одна известная пароходная фирма в те же недели объявила локаут рабочим и служащим, которые требовали прибавок в общей сумме на 36 тысяч рублей; прибыль же фирмы в том году составила 21/2 миллиона рублей… Без комментариев ясно, как воспринимались рабочими массами крики о «самоограничении» со стороны буржуазных газет и советских лидеров<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] 95 процентов железнодорожных рабочих получали в то время меньше 100 рублей в месяц; это было явно ниже всяких жизненных минимумов<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = А в Совете солдаты по‑прежнему были настроены весьма «патриотически»: они, кстати сказать, более всех других были забронированы от посылки на фронт…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 229.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Расформирования непокорных боевых частей шли и в других местах тысячеверстного фронта. Не желающие идти в наступление открыто объявлялись то там, то сям. Расформирование таких частей сопровождалось иногда крупными недоразумениями. Так, при расформировании «некоторых небоеспособных дивизий» на румынском фронте (донесение генерала Щербачева от 27 мая) пришлось прибегнуть к силе и послать одни части против других. Такого рода беспорядки на фронте, несмотря на общий успех агитации Керенского, делали успех наступления весьма сомнительным. Невыносимая усталость и стихийная тяга домой находили все большую опору в заработавшей солдатской мысли, которая ставила роковые вопросы и требовала оправдания войны<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В конце мая с балкона редакции «Новой жизни», выходившего на Невский, мы однажды наблюдали странную манифестацию. Ее голова и хвост терялись вдали, манифестация растянулась чуть не на версту. В ней шли рядами пожилые люди, одни мужчины в сомнительно‑солдатской форме. Шли они вяло, опустив головы, в необычном глубоком и мрачном молчании. Никаких знамен при них не было, но были убогие значки с надписями: «Деревня без рабочих рук!», «Наша земля не засеяна!», «Мы не можем добыть хлеба для рабочих!», «Наши семьи голодны в деревне!», «Пусть сражаются молодые!»… Это были солдаты старше 40 лет. Они уже давно, но безуспешно требовали демобилизации. И сейчас эта мрачная манифестация, неизвестно кем организованная, говорила о том, что они начинают терять терпение…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] местные Советы в иных местах стали заявлять: за полной бесполезностью и вредностью официальных правительственных комиссаров и прочих агентов мы отныне перестаем с ними считаться и окончательно закрепляем существующее у нас положение вещей, то есть формально берем местную административную власть в свои руки. Это произошло во второй половине мая в разных концах России [...] Это называлось в то время на языке буржуазной прессы — объявлять независимую республику. [...] усилиями Исполнительного Комитета «республики» скоро ликвидировались<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Самым громким делом о независимой республике было ''кронштадтское'' дело… Кронштадт уже давно был бельмом на глазу не только у буржуазии, но и у Исполнительного Комитета. Традиционный очаг революции еще при царе, он ныне считался гнездом большевизма<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Остальных министров я не слышал: я отправился в соседний театр, на концерт из произведений Вагнера. Это было впервые за все годы войны. Отвратительный, бессмысленный шовинизм лишил нас на все это время даров гениального немца. И после такого поста никакие силы меня не могли удержать от этого концерта. Публика чувствовала и держала себя на нем, как на святом празднике…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 234.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [fine de majo 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Ленин держался в те времена совершенно исключительным способом, как никто больше, — держался большим аристократом. Его никто никогда не видел ни в советских заседаниях, ни в кулуарах; он по‑прежнему пребывал где‑то в подземельях, в тесных партийных кругах. А когда являлся в собрания, то требовал слова вне очереди, нарушая порядок дня<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 48.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Троцкий и Луначарский, как известно, не были в то время членами большевистской партии. Но эти первоклассные ораторы уже успели стать популярнейшими агитаторами в течение двух‑трех недель. Успехи их начались, пожалуй, с Кронштадта, где они гастролировали очень часто<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 236.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большевики же, Ленин и Зиновьев, при поддержке рабочих‑ораторов впервые развернули здесь свой лозунг «рабочего контроля». Схема, предлагаемая большевиками, была неясна, неполна, неубедительна, эклектична и противоречила марксизму; большевикам пришлось потом долго изживать принципы этой схемы или, точнее, ее беспринципность. [...] вся схема носит на себе печать мелкобуржуазного анархизма. В ней проектируется, в сущности, не что иное, как захват отдельных предприятий группами занятых в них рабочих (с привлечением «не отошедших от дела» хозяев), то есть намечается создание рабочих коммун, налаживающих между собою обмен и самоснабжение. В этой схеме не было ни грана ни марксизма, ни того, что пришлось проводить самим большевикам в эпоху их относительной государственной зрелости…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 237—238.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский в это время пожинал лавры в Москве. К улицам, по которым он проезжал, сбегались толпы. Его автомобиль забрасывали цветами. Керенский, стоя в нем, раскланивался с «народом». Он был на вершине своей популярности. Он был героем и предметом обожания — для обывателей и межеумков… В это время Ленин твердой стопой проходил ступень за ступенью, все дальше, все выше, закрепляя каждый свой шаг сталью пролетарских рядов, опираясь на единственный незыблемый базис революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 239.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Буржуазия, со своей стороны, действовала дружным единым фронтом: все бывшие октябристы и националисты, все старые бюрократы и черносотенцы внимали призывам ''«Нового времени»'' голосовать ''за кадетов''. [...] И наконец, в самые дни выборов буржуазная пресса завопила: «Голосуйте за кого хотите, но только не за большевиков»…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 239—240.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горький не желал политики, не переносил ее в таких дозах. Он требовал культуры, быта, общих горизонтов, философии, истории… [...] Горьким владели сомнения. И они вытекали неизбежно из той обстановки, которая окружала его. Горький с утра до вечера вращался в кругах буржуазно‑обывательской интеллигенции — ученых, художников, писателей. На Горького, как всегда, набрасывались ''все слои'' общества, борясь за него и желая иметь его своим. По роду же своей деятельности он по преимуществу имел дело именно с этой перепуганной интеллигенцией, которая взялась за него вплотную<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 240—241.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = По части разрушения промышленности рабочими пропагандировал тогда Горького и такой авторитет, как будущий большевик Красин. В следующие годы он явился одним из столпов советской экономической политики; тогда он совершенно попадал в тон Коноваловым, Львовым и буржуазно‑бульварной прессе. Но для Горького он был очень убедителен<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 241.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горького обвиняли во всех личных и общественных грехах. И насчет измены свободной родине, насчет службы немцам говорилось, конечно, безо всякого шифра<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 242.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = На Руси были великие писатели. Не все, но иные из них, подобно Горькому, вплотную занимались журнальными делами. Иные на этом поприще оставили по себе память, недостойную их имен. Но едва ли хоть один из них оставил у своих соратников такую светлую память, как Горький…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 242.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Разумеется, я давно знал его как талантливейшего литератора высокой культуры и разносторонних дарований. К тому же он был коренной и выдающийся большевик, которых в «Современнике» было немного. Конечно, я не только высоко ценил сотрудничество Луначарского, но постоянно и активно искал его, гонялся за ним. [...] Но мы завязали тесные дружественные отношения и на почве чисто личного знакомства. Если нельзя сказать, что в это лето мы проводили вместе много времени, то можно сказать, что почти все время, уделенное тогда приватным делам, отдыху и безделью, я провел с Луначарским. [...] Мы говорили на все темы, и независимо от темы речи, рассказы, реплики Луначарского были интересны, ярки, образны, как сам он был интересен, блестящ, сверкал всеми красками и был притягателен своей культурой и своей природной удивительной талантливостью, пропитывавшей его насквозь, с ног до головы. [...] По блеску же ''дарования'', не говоря уж о культуре, он среди них, среди плеяды большевистских вождей, не имеет себе равных. [...] Луначарский не зиждитель нового потому, что его способности находятся в рассеянном состоянии и его духовная энергия, в силу его натуры, направлена одновременно в разные стороны. Луначарский, несомненно, и хороший политик, и публицист, и владеющий толпою агитатор, и педагог, и теоретик искусства, и поэт, и администратор, и философ, и чуть ли не богослов. И пустяки сказал бы тот, кто стал бы утверждать, что Луначарский в какой‑либо из этих областей неинтересен, что он везде легковесный дилетант, что какая‑либо из сфер его деятельности не заслуживает внимания и не свидетельствует о талантах этого человека… Сила Луначарского значительна. Но ее распыление не дает ему возможности оставить достойный его след в какой‑либо из областей ее применения<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 243.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большие люди революции – и его товарищи, и его противники — не то что иногда, а почти всегда говорят о Луначарском с усмешкой, с иронией, пренебрежительно, несерьезно. В партии большевиков его держат в черном теле и не пускают в политику. Будучи популярнейшей личностью и популярнейшим министром, он отстранен от всякого влияния на ход высокополитических, общегосударственных дел. «Я не влиятелен», — некогда говаривал мне он сам…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 244.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Говорят, став министром, Луначарский быстрее и сильнее других усвоил министерский обиход с его отрицательными чертами. Не знаю. После Октябрьской революции, не в пример тому, как было со многими другими, я совершенно разошелся с Луначарским. За два с половиной года до сей минуты я имел с ним всего несколько мимолетных встреч. И эти встречи были малоприятны. От Луначарского на меня несло действительно министерским духом… Однако я не знаю, насколько виноват во всем этом Луначарский, и хорошо знаю, как много виноват в этом я сам, с моим малоприятным характером<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 244.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Во время съезда состоялись две партийные «Всероссийские конференции»: энесов и трудовиков. Поистине, куда конь с копытом, туда и рак с клешней. Эти никчемные группы бывших радикальных, теперь просто перепуганных интеллигентов все еще играли в партийность. Но они были до такой степени похожи одна на другую и так перепутаны личными отношениями, что, собравшись одновременно на «Всероссийские конференции», они воочию убедились, как нелепо и смешно им делать вид, что они – «две партии». Тогда они взяли и приняли резолюции об объединении<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 249.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большевики, в лице Ленина, отвергая сепаратный мир, шли по этой линии дальше — дальше здравого смысла — и определенно намечали перспективы священной войны до мировой социальной катастрофы, до освобождения Индии, Египта и всех чернокожих<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 267.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В своем докладе Муравьев, между прочим, опроверг не заслуживавшую опровержения убогую либеральную басню о германофильстве царского двора и об его стремлении к сепаратному миру. Ни в каких бумагах не было найдено ни намека на что‑либо подобное к великому огорчению наших убогих сверхпатриотов<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Получившие свободу мелкие российские национальности, существующие и выдуманные, действительно не знали никакого удержу и разрывали на части государственный организм. Я уже упоминал о том, какую скверную игру затеяли на Украине, от нечего делать, иные группы наших южных интеллигентов, у которых знания и понимания было еще меньше, чем совести. Что им удавалось играть на недовольстве народных масс — в этом не было ничего удивительного: гибельная политика коалиции дала себя знать массам на юге так же, как и на севере. И если темным слоям народа указывали выход в отделении от России, то они воспринимали его не менее легко, чем на севере пропаганду Ленина. Но Ленин проповедовал социалистический переворот, а украинские интеллигенты были махровой буржуазией, затеявшей просто дрянную авантюру<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 274.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Наступление 18 июня было не только великим преступлением, оно было великой глупостью<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 304.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = К этому времени Ленин составил свой проект партийной программы большевиков. [...] было уделено самое ничтожное внимание ''экономической'' программе. Ее почти не было. Вместо нее, видимо, просто предполагалось «непосредственное творчество снизу» и «грабеж награбленного». [...] Непонятно! Троцкий, Луначарский, Урицкий, правда, неэкономисты. Но они образованные, передовые в Европе социалисты. Почему же им не ясно, что социализм есть прежде всего ''экономическая'' система и что без строго разработанной программы экономических предприятий ничего не может выйти из диктатуры пролетариата?<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 311.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Совсем неплохо взять всю власть, чтобы взять всю землю. А там мужик и сам отлично станет наводить порядок, прижимать сторонников Вильгельма, сокращать бессмысленные требования рабочих и… бить жидов. Так рассуждали и поговаривали многие из «серой сотни», наводнившей центральные советские органы. ''Вообще говоря'', эти эсеровские мужички составляли надежнейший фундамент «звездной палаты»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 317.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Восстание, конечно, считалось неизбежным, ибо столица кипела, а общее положение было нестерпимо. Большевики готовились к нему — технически и политически. Но видимо, ''на 3 июля они его не назначали''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 320.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Восставшая армия не знала, куда и зачем идти ей? У нее не было ничего, кроме „настроения“. Этого было недостаточно. Руководимые большевиками солдаты, несмотря на полное отсутствие всякого реального сопротивления, показали себя как решительно никуда не годный боевой материал<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 323.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [julio 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Арестовать "правительство" могла любая желающая группа в 10–12 человек. Но этого не было сделано<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 324.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 5-a de julio 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В лавочках и на тротуарах говорят о немецких деньгах, полученных Лениным. Резко выражено озлобление против большевиков. [...] На улицах какие‑то группы начинают ловить большевиков. Говорят, иных избили… [...] Вообще теперь на улицах уже арестовывают всякого, кто замолвит слово в пользу большевиков. Уже нельзя объявить в связи с утренним газетным сообщением, что Ленин — честный человек: ведут в комиссариат<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 343, 346, 347.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В целях реабилитации Ленина была тут же образована еще одна следственная комиссия. Об ее работах я также ничего не знаю. Но помню, что через два дня были разговоры о перевыборах этой комиссии: обнаружилось то «неудобство», что в ее члены первоначально попали одни только ''евреи'', всего пятеро — в том числе Дан, Либер и Гоц. Реабилитация Ленина ''такой'' комиссией могла послужить только источником новой черносотенной кампании против всего Совета, прикрывающего государственную измену…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 345—346.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Гораздо хуже было среди солдат. Эта темная масса, получив оглушительный удар, опрометью бросилась в объятия черной сотни. Здесь агитация реакционеров всех оттенков уже давала пышные, зрелые плоды. Сотни и тысячи вчерашних «большевиков» переметнулись за пределы влияния каких бы то ни было социалистических партий. И даже определенно стало колебаться в глазах гарнизона знамя Совета…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 353.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Слово «большевик» уже стало синонимом всякого негодяя, убийцы, христопродавца, которого каждому необходимо ловить, тащить и бить. И для большей наглядности во мгновенье ока было создано и пущено в ход прелестное выражение: «''идейный'' большевик». Это, стало быть, было такое несчастное существо, которое из порядочного общества, по наивности и неразумию, попало в лапы разбойничьей шайки и заслуживает снисхождения. Но таких было совсем мало<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 353.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Бегство Ленина и Зиновьева, не имея практического смысла, было предосудительно с политической и моральной стороны. И я не удивляюсь, что примеру их — только двоих! — не последовали их собственные товарищи по партии и по июльским дням<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 356.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Как бы то ни было, этот факт исчезновения Ленина я считаю бьющим в самый центр характеристики личности большевистского вождя и будущего правителя России. Так поступить мог только один Ленин на свете. Наполеону — Макиавелли показалось, что для его дела, для дела его партии будет выгоднее, если он убежит от своих обвинителей, не дав им перед лицом всей страны никакого ответа. И он пошел напролом, осуществляя свое намерение, — пошел прямолинейно и цинично…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 356.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я уже цитировал выше мнение самого Керенского о его авантюре 18 июня. Ни у кого из сведущих людей не было сомнений, что наше наступление не только должно быть сорвано и ликвидировано в близком будущем, но может кончиться огромным крахом. Среди советских правых депутатов было много военных людей, которые с самого начала чуяли правду. Но всем им полагалось проявлять один только патриотический восторг, а отнюдь не скепсис. И сейчас весть о поражении поразила, как громом, весь Таврический дворец<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 362.</ref>. }} == Pri la aŭtoro == == Vidu ankaŭ == * [[Februara revolucio]] * [[Provizora Registaro de Rusio]] == Referencoj == {{DEFAŬLTORDIGO:Suĥanov, Nikolaj Nikolajeviĉ}} [[Kategorio:Ruslingvaj aŭtoroj]] [[Kategorio:Revoluciuloj]] [[Kategorio:Rusiaj politikistoj]] [[Kategorio:Ekonomikistoj]] [[Kategorio:Februara revolucio]] [[Kategorio:Oktobra revolucio]] [[Kategorio:Memoraĵistoj]] [[Kategorio:Publicistoj]] [[Kategorio:Naskiĝintoj en 1882]] [[Kategorio:Mortintoj en 1940]] [[Kategorio:Naskiĝintoj la 9-an de decembro]] [[Kategorio:Mortintoj la 29-an de julio]] 6sjqhdcfivzarr9ktry07pdopysttrl 0 13560 53919 52844 2026-10-30T14:36:59Z RG72 415 53919 wikitext text/x-wiki {{Temo | nomo = Gazetarlibereco | koloro = | dosiero = Free speech.jpg | vikipedio = Gazetarlibereco | komunejo = | komunejokat = | vikivortaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Gazetarlibereco|Gazetarlibereco]]''' estas rajto de amaskomunikiloj libere raporti pri io ajn. == Citaĵoj == {{Citaĵo |teksto = Oni printu ĉiuj ĉion ajn laŭplaĉe. Kiu konsideros sin ofendita je eldonaĵoj, tiu procesu formale. Mi ne ŝercas. La [[vorto]]j ne ĉiam estas [[ago]]j, la [[penso]]j ne estas [[krimo]]j. |aŭtoro = [[Aleksandr Radiŝĉev]] |verko = [[Vojaĝo de Peterburgo al Moskvo]] [1790] |origina teksto = Пускай печатают все, кому что на ум ни взойдет. Кто себя в печати найдет обиженным, тому да дастся суд по форме. Я говорю не смехом. Слова не всегда суть деяния, размышления же не преступления<ref>Радищев А. Н. Путешествие из Петербурга в Москву. М., 1973. С. 145–146.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Parollibereco]] {{Referencoj}} [[Kategorio:Amaskomunikiloj]] [[Kategorio:Libereco]] [[Kategorio:Gazetoj|Libereco]] fec7tr4on85iq74lph0303ghiatw49u 0 13626 53906 53130 2026-10-30T13:37:38Z RG72 415 53906 wikitext text/x-wiki {{Aŭtoro | nomo = Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko | dosiero = | vikipedio = Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko|Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko]]''' (naskiĝis la 18-an (30-an) de marto 1886 – mortis la 1-an de aprilo 1956) estis rusia kaj franca entreprenisto, politikisto, membro de la [[Provizora Registaro de Rusio]] en 1917. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> == Pri la aŭtoro == === Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov === {{Citaĵo |teksto = La ministro pri financoj estis vigla kaj ĉarma... Ĝenerale tio estis tre agema, parolema juna persono, laŭ mia opinio, kun neordinaraj kapabloj kaj bonege evoluinta klasa konscio. La unuaj sciigoj pri invito de tiu ĉi sinjoro al la unua revolucia registaro kaŭzis kompreneble ĉies miron. Eĉ raportistoj longan tempon povis sciigi pri li nenion krom ke lia posedo egalas al proksimume 80 milionoj kaj ke li estas ne nur ŝatanato, sed ankaŭ spertulo pri la [[teatro]]. Por ĉiuj estis evidente ke tio estas ne pli ol parvenu kaj produkto de postkulisaj kombinaĵoj, eble de internaj kvereloj inter deko aŭ dudeko da niaj plej grandaj entreprenistoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Министр финансов был очень оживлен и очарователен… Вообще это был очень бойкий, словоохотливый молодой человек, на мой взгляд, с незаурядными способностями и отлично развитым классовым самосознанием. Первые сообщения о приглашении этого господина в первый революционный кабинет вызвали, конечно, всеобщее удивление. Даже репортеры долго не могли ничего сообщить о нем, кроме того, что его состояние равно примерно 80 миллионам и что он не только любитель, но и знаток театра. Было для всех очевидно, что это не более как parvenu и продукт закулисных комбинаций, быть может, внутренних трений среди десятка‑другого наших крупнейших синдикатчиков<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 284.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sed evidentiĝis ke Tereŝĉenko kapablas sufiĉe bone pravigi sin kiel individuo, kiel lerta, sufiĉe edukita kaj "afereca" administranto, politikisto, diplomato. Tereŝĉenko estas efika ministro, estis longan tempon diranta [[Iraklij Cereteli|Cereteli]], ĝis li elreviĝis kaj komencis malkaŝe forpeli sian eks-amikon. Sed forpeli lin oni devis ne pro tio ke Tereŝĉenko evidentiĝis ne efika aŭ ne lerta. Inverse, ĝuste pro tio ke li estis tre efika kaj tre lerta kaj kune kun la sendintaj lin personoj li kreis bonegan reton por la rekte marŝanta Cereteli. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но оказалось, что Терещенко способен вполне оправдать себя и как индивидуальность, как ловкий, достаточно образованный и «деловой» администратор, политик, дипломат. Терещенко — дельный министр, говаривал долгое время Церетели, пока не разочаровался и не стал открыто отмахиваться от своего бывшего приятеля. Но отмахиваться от него пришлось отнюдь не потому, что Терещенко оказался не дельным и не ловким. Наоборот, именно потому, что он был очень дельным и очень ловким и вкупе с пославшими его смастерил отличную сеть для прямошагающего Церетели<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 284.</ref>. }} === Aliaj aŭtoroj === {{Citaĵo |teksto = Tereŝĉenko — histriona societuma flirtulo. |aŭtoro = [[Aleksandr Solĵenicin]] |verko = [[Pensoj pri la Februara revolucio]] [1983] |origina teksto = Терещенко — фиглявистый великосветский ухажор<ref>Солженицын А. И. Размышления над Февральской революцией. М., 2007. С. 72–73.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sed nur ministro pri [[financoj]] estis ne trovebla kvazaŭ kaŝita trezoro... Kaj subite iel en la liston ensaltis Tereŝĉenko. Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko estis tre ĉarma, ricevis eŭropan edukon, bonege "gvidis" la [[aŭto]]n kaj ĝenerale impresis kiel [[dando]] oble pli ol laŭpaperaj aristokratoj. Lastatempe li tre "interesiĝis pri la revolucio", farante ion en la milit-industria komitato. Krome li estis sufiĉe riĉa. |aŭtoro = [[Vasilij Ŝulgin]] |verko = Tagoj |origina teksto = Но вот министр финансов не давался как клад... И вдруг каким-то образом в список вскочил Терещенко. Михаил Иванович Терещенко был очень мил, получил европейское образование, великолепно "лидировал" автомобиль и вообще производил впечатление денди гораздо более, чем присяжные аристократы. Последнее время очень "интересовался революцией", делая что-то в военно-промышленном комитете. Кроме того, был весьма богат<ref>Шульгин В. В. Дни. 1920: Записки. М., 1989. С. 224.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Februara revolucio]] * [[Provizora Registaro de Rusio]] == Referencoj == {{DEFAŬLTORDIGO:Tereŝĉenko, Miĥail Ivanoviĉ}} [[Kategorio:Rusiaj politikistoj]] [[Kategorio:Ministroj]] [[Kategorio:Februara revolucio]] [[Kategorio:Rusoj]] [[Kategorio:Ruslingvaj aŭtoroj]] [[Kategorio:Entreprenistoj]] [[Kategorio:Naskiĝintoj en 1886]] [[Kategorio:Mortintoj en 1956]] [[Kategorio:Naskiĝintoj la 30-an de marto]] [[Kategorio:Mortintoj la 1-an de aprilo]] i72z7qlvxrp0gszb3td1tjlqz5kr9d3 0 13691 53918 53237 2026-10-30T14:34:44Z RG72 415 53918 wikitext text/x-wiki {{Aŭtoro | nomo = Aleksej Nikolajeviĉ Romanov | dosiero = | vikipedio = Aleksej Nikolajeviĉ Romanov | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Aleksej Nikolajeviĉ Romanov|Aleksej Nikolajeviĉ Romanov]]''' (naskiĝis la 30-an de julio (12-an de aŭgusto) 1904 – mortis la 17-an de julio 1918) estis la lasta [[Rusio|rusia]] tronheredanto, filo de imperiestro [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]]. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> == Pri la aŭtoro == === Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov === {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] [[Pavel Miljukov|Miljukov]] estis defendanta monarĥion kaj la [[Romanovoj|Romanov]]-dinastion, kun la caro Aleksej kaj reganto [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail]]. [...] Li faris al ni "liberalajn gestojn", montrinte ke Romanovoj nun ne plu povas esti danĝeraj, dum [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao]] ankaŭ por li estas neakceptebla kaj devas esti forigita. Li estis naiva, kiam li estis konvinkanta nin pri akcepteblo de lia kombinaĵo por [[demokratio]], parolante pri siaj kandidatoj: "Unu estas la malsana infano kaj la dua ege stulta homo"... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Милюков отстаивал монархию и династию Романовых, с царем Алексеем и регентом Михаилом. [...] Он делал нам «либеральные авансы», указывая, что Романовы теперь уже не могут быть опасны, а Николай и для него неприемлем и должен быть устранен. Он был наивен, когда убеждал нас в приемлемости для демократии его комбинации, говоря про своих кандидатов: «Один больной ребенок, а другой совсем глупый человек»…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 150.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kontraŭ Aleksej estis la tuta lando kaj la tuta maldekstro ĝis [[Kerenskij]] kaj verŝajne ĝis [[Nikolaj Vissarionoviĉ Nekrasov|Nekrasov]]. Kaj kontraŭ [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail]] estis ili kaj aldone for dekstren ĝis... [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko|Rodzjanko]] mem. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Против Алексея была вся страна и вся левая до Керенского и, пожалуй, до Некрасова. А против Михаила оказались те же плюс еще далеко вправо до… самого Родзянки<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 192.</ref>. }} === Vasilij Ŝulgin === {{Citaĵo |teksto = [pri [[Grigorij Rasputin]] ] La afero estas ke la tronheredanto estas morte malsana... Eterna [[timo]] devigas la imperiestrinon sin ĵeti al tiu ĉi homo. Ŝi kredas ke la tronheredanto vivas nur danke al li... |aŭtoro = [[Vasilij Ŝulgin]] |verko = Tagoj |origina teksto = Дело в том, что наследник смертельно болен... Вечная боязнь заставляет императрицу бросаться к этому человеку. Она верит, что наследник только им живет...<ref>Шульгин В. В. Дни. 1920: Записки. М., 1989. С. 146.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 2-an de marto 1917] Sed kiu estis komplete certa je si mem kaj je kiu sola estis pli da "majesto" ol en ambaŭ liaj caraj gepatroj, tio estis knabeto — carido. En blanka ĉemizeto, kun blanka kalpako enmane, la [[infano]] estis eksterordinare bela. |aŭtoro = [[Vasilij Ŝulgin]] |verko = Tagoj |origina teksto = Но кто был совершено в себе уверен и в ком одном было больше "величественности", чем в его обоих царственных родителях, — это был маленький мальчик — цесаревич. В белой рубашечке, с белой папахой в руках, ребенок был необычайно красив<ref>Шульгин В. В. Дни. 1920: Записки. М., 1989. С. 240.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [dum [[abdiko de Nikolao la 2-a]] ] Abdiko favore al [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail Aleksandroviĉ]] malkongruas al la leĝo pri tronheredo. Sed ne eblas ne vidi ke tiu ĉi solvo havas ĉe la nunaj cirkonstancoj seriozajn avantaĝojn. Ĉar se surtroniĝos la neplenkreska Aleksej, necesos respondi tre malfacilan demandon: ĉu la gepatroj restos kun li aŭ ili devos disiĝi. Je la unua kazo, do se la gepatroj restos en [[Rusio]], la abdiko estos, je la okuloj de tiuj kiujn ĝi interesas, kvazaŭ fiktiva... Speciale tio koncernas la [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)|imperiestrinon]]... Oni diros, ke ŝi same regas ĉe la filo kiel ĉe la edzo... Konsiderante nunan rilaton al ŝi, — tio kaŭzus la plej neeblajn malfacilaĵojn. Se disigi la neplenkreskan imperiestron kaj la gepatroj, do, sen paroli pri malfacileco de tiu ĉi afero, tio povus tre malbone influi lin. Sur la trono estos kreskanta la junulo, malamanta ĉion ĉirkaŭ si kiel prinozistojn, forprenintajn de li la patron kaj la patrinon... Konsiderante malsanecon de la infano tio senteblos speciale akre... |aŭtoro = [[Vasilij Ŝulgin]] |verko = Tagoj |origina teksto = Отречение в пользу Михаила Александровича не соответствует закону о престолонаследии. Но нельзя не видеть, что этот выход имеет при данных обстоятельствах серьезные удобства. Ибо если на престол взойдет малолетний Алексей, то придется решать очень трудный вопрос: останутся ли родители при нем или им придется разлучиться. В первом случае, т. е. если родители останутся в России, отречение будет в глазах тех, кого оно интересует, как бы фиктивным... В особенности это касается императрицы... Будут говорить, что она так же правит при сыне, как при муже... При том отношении, какое сейчас к ней, — это привело бы к самым невозможным затруднениям. Если же разлучить малолетнего государя с родителями, то, не говоря о трудности этого дела, это может очень вредно отразиться на нем. На троне будет подрастать юноша, ненавидящий все окружающее, как тюремщиков, отнявших у него отца и мать... При болезненности ребенка это будет чувствоваться особенно остро...<ref>Шульгин В. В. Дни. 1920: Записки. М., 1989. С. 255.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Nikolao la 2-a (Rusio)]] * [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)]] == Referencoj == {{DEFAŬLTORDIGO:Romanov, Aleksej Nikolajeviĉ}} [[Kategorio:Nikolao la 2-a (Rusio)| ]] [[Kategorio:Romanovoj]] [[Kategorio:Historio de Rusio]] [[Kategorio:Rusoj]] [[Kategorio:Naskiĝintoj en 1904]] [[Kategorio:Mortintoj en 1918]] [[Kategorio:Naskiĝintoj la 12-an de aŭgusto]] [[Kategorio:Mortintoj la 17-an de julio]] t977duwq3qhrwkeaj33ubn98p6t1axt 0 13726 53924 53632 2026-10-30T23:02:19Z Filozofo 2689 Lingvaj alĝustigoj 53924 wikitext text/x-wiki '''Redaktata!''' [[Uzanto:RG72|RG72]] ([[Uzanto-Diskuto:RG72|diskuto]]) 15:33, 22 apr. 2026 (UTC) {{Aŭtoro | nomo = Aleksej Brusilov | dosiero = | vikipedio = Aleksej Brusilov | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Aleksej Brusilov|Aleksej Brusilov]]''' (naskiĝis la 19-an (31-an) de aŭgusto 1853 – mortis la 17-an de marto 1926) estis rusia, sovetia militisto, generalo. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Rusa-turka milito (1877–1878)]] ] Multe da onidiroj estis pri la milito inter la [[oficiro]]j, kiuj arde sopiris ĝin. Tamen neniu esperis pri baldaŭa efektiviĝo de tiu ĉi [[espero]]. Speciale senpacience impetis al la batalo junaj oficiroj, aŭskultintaj abunde batalrememorojn de siaj pli aĝaj kamaradoj, partoprenintaj en la [[Krimea milito|rusa-turka milito en 1853–1856]] kaj en [[Kaŭkazia milito|Kaŭkaziaj ekspedicioj]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Много было толков о войне среди офицеров, которые ее пламенно желали. Однако никто не надеялся на скорое осуществление этой надежды. В особенности нетерпеливо рвались в бой молодые офицеры, наслушавшиеся вдоволь боевых воспоминаний от своих старших товарищей, участвовавших в турецкой войне 1853—1856 гг. и в кавказских экспедициях <ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 18.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Rusa-turka milito (1877–1878)]] ] Cetere necesas diri la [[vero]]n, ke apenaŭ iu estis speciale entuziasma pri ideo iri kaj batali por liberigo de la [[slavoj]] aŭ de iu ajn alia, ĉar la celo de la plejmulto estis ĝuste la [[milito]] mem, dum kiu la [[vivo]] pasas senzorge, vaste kaj vigle, [[salajro]] kreskas, kaj aldone oni donas premiojn, kio por la plejmulto estis la afero sufiĉe alloga kaj interesa. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Впрочем, нужно правду сказать, что едва ли кто-либо был особенно воодушевлен мыслью идти драться за освобождение славян или кого бы то ни было, так как целью большинства была именно самая война, во время которой жизнь течет беззаботно, широко и живо, денежное содержание увеличивается, а вдобавок дают и награды, что для большинства было делом весьма заманчивым и интересным<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 19.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Rusa-turka milito (1877–1878)]] ] Rilate la malsuperajn rangojn, mi apenaŭ eraros dirinte ke ili plej ĝojis forlasi la tedajn [[kazerno]]jn, kie ĉion necesas fari laŭ [[ordono]]; dum la ekspedicia [[vivo]] ĉiu havas grandan spacon. Neniu demandis sin por kio necesas la [[milito]], por kio ni batalos ktp, opiniante ke la cara afero estas decidi kaj la nia — nur plenumi. Laŭ miaj scioj, tiaj humoro kaj opinioj dominis en ĉiuj regimentoj de la Kaŭkazia Armeo. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Что же касается низших чинов, то, думаю, не ошибусь, если скажу, что более всего радовались они выходу из опостылевших казарм, где все нужно делать по команде; при походной же жизни у каждого большой простор. Никто не задавался вопросом, зачем нужна война, за что будем драться и т. д., считая, что дело царево — решать, а наше — лишь исполнять. Насколько я знаю, такие настроения и мнения господствовали во всех полках Кавказской армии<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 19.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Tradicio de renkonto kaj regalo de alvenanta trupo fare de alia trupo firme enradikiĝis tiam en la Kaŭkaziaj trupoj; tiaj du trupoj nomis unu la alian ''kunaki'', do [[amiko]]j. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Обычай встречи и угощения прибывающей воинской части какой-либо другой частью твердо укрепился тогда в кавказских войсках; такие две части называли себя кунаками, то есть друзьями<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] dum paca tempo de la [[armeo]] necesas postuli nepre kaj sole tion, kion ili bezonas dum la milita tempo. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] в мирное время от войск нужно требовать непременно и исключительно только того, что необходимо им в военное время<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 22.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [en [[Kaŭkazio]] dum la [[Rusa-turka milito (1877–1878)]] ] En apudaj vilaĝoj [[turkoj]] renkontis niajn trupojn morne kaj silente, la [[armenoj]] ja kun jubilo. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = В окрестных селениях турки встречали наши войска угрюмо и молча, армяне же с восторгом<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 24.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [en [[Kaŭkazio]] dum la [[Rusa-turka milito (1877–1878)]] ] Malbone statis la aferoj ankaŭ rilate la nutraĵojn. Tiutempe kampaj kuirejoj ne ekzistis. Kiam la trupoj estis moviĝantaj aŭ sen proviza ariero, ĉiu kuiris por si kion li povis. Tiurilate [[soldato]]j kaj [[oficiro]]j suferis egale. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Плохо было и с пищей. В то время походных кухонь не существовало. Когда войска находились в движении или без обоза, как мы, то продукты раздавались по рукам, и каждый варил себе, что мог. В этом отношении солдаты и офицеры страдали одинаково<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 28.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [en [[Kaŭkazio]] dum la [[Rusa-turka milito (1877–1878)]] ] Evidentiĝis ke nelonge antaŭ nia alveno [[turkoj]] atakis per siaj fortoj nian taĉmenton, forbatis ĝin kaj devigis iom retreti. Tio ĉiujn tre kolerigis kaj ĉiuj serioze ofendiĝis rilate la turkoj, ke "ili kuraĝis ataki nin". Tiom malestime ni traktis tiutempe la turkojn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Оказалось, что накануне нашего прибытия турки атаковали своими главными силами наш отряд, сбили его и заставили несколько отступить. Это всех очень сердило, и все серьезно обижались на врагов, что «те осмелились нас атаковать». В таком презрении мы держали тогда турок<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 29.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [dum sieĝo de [[Karso]] dum la [[Rusa-turka milito (1877–1878)]] ] Tiu ĉi epizodo tamen montris ke la [[turkoj]] ne plu estas fuŝaj [[militisto]]j kiel antaŭe. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Этот эпизод, однако, показал, что турки — уже не те вояки, что прежде<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 30.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [en [[Varsovio]] en 1912] Mi sciis ke nia [[milito]] kontraŭ [[Germanio]] estas proksima kaj trovis formiĝintan en Varsovio situacion minaca, pri kio mi konsideris necese privatletere informi militan ministron [[Vladimir Suĥomlinov|Suĥomlinov]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Я знал, что война наша с Германией — не за горами, и находил создавшуюся в Варшаве обстановку угрожающей, о чем и счел необходимый частным письмом сообщить военному министру Сухомлинову<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 44.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [en [[Varsovio]] en 1912] Mi ne povas ne mencii strangan impreson, kiun kaŭzis al mi la tuta tiama supera administracio en Varsovio. Ĉie la superuloj estis [[germanoj]]. [..] Mi estis nomumita post foriro de [[Fjodor Gerŝelman|Gerŝelman]] kaj estis stranga disonanco: Brusilov. Sed post mi ricevis tiun ĉi postenon barono [[Eugen Alexander Ernst Freiherr Rausch von Traubenberg|Rausch von Traubenberg]]. Emo de [[Georgij Skalon|Skalon]] al la germanoj estis mirinda. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Не могу не отметить странного впечатления, которое производила на меня тогда вся варшавская высшая администрация. Везде стояли во главе немцы. [...] Я был назначен по уходе Гершельмана и был каким-то резким диссонансом: Брусилов. Зато после меня получил это место барон Рауш фон Траубенберг. Любовь Скалона к немецким фамилиям была поразительна<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 44–45.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [en [[Vinico]] en 1913] Mi substrekas — tio ĉi okazis en 1913, sed neniu en tiu regiono eĉ pensis pri ebleco de baldaŭa [[milito]] kaj neniu pensis pri ĝi, krom mi. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Подчеркиваю — это было в 1913 году, но в этом крае никто не помышлял о возможности близкой войны и никто не думал о ней, кроме меня<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 46.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi estis firme konvinkita, ke la mondmilito estas neevitebla, ĉe tio, laŭ miaj kalkuloj, ĝi devus komenciĝi en 1915, pro kio ni decidis ne prokrasti nian kuracvojaĝon kaj ripozon, kaj reveni ĝis manovroj hejmen. Miaj kalkuloj sin bazis sur tio ke kvankam ĉiuj ŝtategoj estis haste armantaj sin, tamen [[Germanio]] devancis ĉiujn kaj devus esti sufiĉe preta ĝis 1915, dum [[Rusio]] iel tiel supozis sin prepari por tiu ĉi granda ekzameno de popola povo ĝis 1917, kaj [[Francio]] ankaŭ tute ne finis ankoraŭ siajn preparojn. Estis klare ke Germanio malebligos al ni evoluigi niajn fortojn ĝis necesa nivelo kaj hastos komenci la militon, kiu, laŭ ĝia opinio, devus daŭri ses ĝis ok monatojn kaj doni al ĝi hegemonion super la tuta [[mondo]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Я был твердо убежден, что всемирная война неизбежна, причем, по моим расчетам, она должна была начаться в 1915 году, поэтому мы и решили не откладывать нашей лечебной поездки и отдыха и вернуться к маневрам домой. Мои расчеты основывались на том, что хотя все великие державы спешно вооружались, но Германия опередила всех и должна была быть вполне готовой к 1915 году, тогда как Россия с грехом пополам предполагала изготовиться к этому великому экзамену народной мощи к 1917 году, да и Франция далеко не завершила еще своей подготовки. Было ясно, что Германия не позволит нам развить свои силы до надлежащего предела и поспешит начать войну, которая, по ее убеждению, должна была продлиться от шести до восьми месяцев и дать ей гегемонию над всем миром<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 48.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [somere 1914 en [[Germanio]] ] Konatoj, kiujn mi adiaŭis, havante jam biletojn enpoŝe, ridis pri mi, asertante ke neniu [[milito]] okazos. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Знакомые, с которыми я прощался, имея уже билеты в кармане, смеялись надо мной, уверяя, что никакой войны не будет<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 51.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [somere 1914] Mi kaj la edzino sukcese atingis [[Berlino]]n. Laŭvoje ne videblis speciala ekscitiĝo. La alian situacion ni trovis en Berlino. Veturante per [[aŭto]] de Anhalter Banhof al la centra stacidomo laŭ cirkla [[fervojo]], ni estis haltigitaj je la strato [[Unter den Linden]] ĉe nia ambasadejo fare de kelkmila amasego da homoj, kiuj kriegis patriotismajn kantojn, insultis [[Rusio]]n kaj postulis [[milito]]n. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Мы с женой благополучно добрались до Берлина. По дороге нигде не было заметно особенного возбуждения. Не то нашли мы в Берлине. Переезжая на автомобиле из Anhalter Banhof к центральному вокзалу по круговой железной дороге, мы были остановлены на улице Unter den Linden у нашего посольства громадным скоплением народа, в несколько тысяч человек, которые ревели патриотические песни, ругали Россию и требовали войны<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 51.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 16-an de julio 1914] En [[Varsovio]], kiun ni estis traveturantaj je la sama tago, ĉio estis trankvila kaj la publiko evidente ne supozis ke ni estas sojle de la [[milito]]. Asistanto de komandestro de la Varsovia Milita Distrikto kavaleria generalo barono [[Eugen Alexander Ernst Freiherr Rausch von Traubenberg|von Traubenberg]], kiun ni renkontis ĉe la stacidomo, transdonis al mi ke nuntempe estas mobilizata nur la Kieva Milita Distrikto, sed ĉiuj estas certaj ke ni evitos la militon. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = В Варшаве, которую мы проезжали в тот же день, все было спокойно, и публика, по-видимому, не подозревала, что мы находимся накануне войны. Помощник командующего войсками Варшавского военного округа генерал от кавалерии барон фон Траубенберг, которого мы встретили на вокзале, мне передал, что пока мобилизуется лишь Киевский военный округ, но все уверены, что мы войны избежим<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 52.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Aleksandro la 3-a (Rusio)|Aleksandro la 3-a]], homo firma kaj rekta, ne havis inklinon al la militaferoj, nek ŝatis [[parado]]jn kaj militajn vantaĵojn, sed li estis komprenanta ke por konservado de [[paco]] speciale necesas esti forta, kaj pro tio li postulis laŭeble plejan fortigon de la milita povo de [[Rusio]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Александр III, человек твердый и прямой, не имел склонности к военному делу, не любил парадов и военной мишуры, но понимал, что для сохранения мира в особенности необходимо быть сильным, и поэтому требовал наивозможно большего усиления военной мощи России<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 52.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Milita ministro [[Pjotr Vannovskij|Vannovskij]] helpe de sia dotita asistanto estro de la Ĉefa Stabo [[Nikolaj Obruĉev|Obruĉev]] dum la dektrijara regado [de [[Aleksandro la 3-a (Rusio)|Aleksandro la 3-a]] ] faris tre multe kaj grave ordigis kaj evoluigis niajn militfortojn, kaj krome turnis precipan atenton al defendokapablo de nia Okcidenta Fronto kontraŭ [[Germanio]] kaj [[Aŭstrio-Hungario]]; tiu ĉi militejo estis fervore preparata de li. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Военный министр Ванновский при помощи даровитого своего помощника начальника Главного штаба Обручева за время этого тринадцатилетнего царствования сделал очень много и значительно упорядочил и развил наши военные силы, а кроме того, главное внимание обратил на обороноспособность нашего Западного фронта против Германии и Австро-Венгрии; этот театр военных действий усердно ими подготовлялся<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 52.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Bedaŭrinde post surtroniĝo de [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] kaj speciale post forigo de [[Pjotr Vannovskij|Vannovskij]] kaj [[Nikolaj Obruĉev|Obruĉev]] la situacio draste ŝanĝiĝis. Aperis propraj al la karaktero de la juna caro ŝanceliĝoj jen al tiu, jen al alia flanko, kaj nova milita ministro [[Aleksej Kuropatkin|Kuropatkin]] ne estis sufiĉe persista je siaj postuloj, nek ricevis sufiĉajn kreditojn kaj klopodis nur komplezi altrangulojn, eĉ se koste de la afero. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = К сожалению, с воцарением Николая II и в особенности с удалением Ванновского и Обручева картина резко переменилась. Явились по свойству характера молодого царя колебания то в ту, то в другую сторону, а новый военный министр Куропаткин не был достаточно настойчив в своих требованиях, не получал достаточных кредитов и старался лишь угодить великим мира сего, хотя бы и в ущерб делу<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 52–53.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Nerealigeblaj kaj nepripensitaj pacemaj tendencoj kondukis al la fatala por ni [[Hagaj Konvencioj de 1899 kaj 1907|Haga Paca Konferenco]], kiu nur ligis niajn manojn kaj bremsis nian militan disvolviiĝon. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Несбыточные и непродуманные миролюбивые тенденции привели к фатальной для нас Гаагской мирной конференции, которая лишь связала наши руки и затормозила наше военное развитие, тогда как Германия продолжала энергично усиливаться. А затем мы затеяли порт-артурскую чепуху, приведшую к печальной памяти — японской войне<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 53.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Rusa-japana milito]] ] La malgajnita de ni milito, finiĝinta per [[Rusia revolucio de 1905|revolucio de 1905—1907]], estis terura por niaj armitaj fortoj je tiu senco, ke ni estis persiste preparantaj nin al la milito je la Okcidenta Fronto kaj samtempe malsingarde ludis kun fajro je [[Fora Oriento]], kies fronto estis tute ne preparita de ni. Nur je la plej lasta momento antaŭ la Japana milito ni haste faris ion iel tiel, kalkulante nur iom timigi [[Japanio]]n, sed certe ne militi kontraŭ ĝi. Kiam sekve de nia mallerta, infaneca politiko kaj ĉe fervora ekscitado fare de imperiestro [[Vilhelmo la 2-a (Germana Regno)|Vilhelmo]] milito kontraŭ Japanio eksplodis, nia milita ministerio sin trovis sen mobiliza plano kaj sen plano de agado je tiu ĉi fronto. Oni povas diri certe ke tiu ĉi milito definitive malordigis ĉiujn niajn militfortojn kaj komplete detruis la tutan laboron de [[Pjotr Vannovskij|Vannovskij]] kaj [[Nikolaj Obruĉev|Obruĉev]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Эта проигранная нами война, закончившаяся революцией 1905—1907 гг., была ужасна для наших вооруженных сил в том отношении, что мы готовились упорно к войне на Западном фронте и в то же время неосторожно играли с огнем на Дальнем Востоке, фронт которого нами совершенно не был подготовлен. Только в самое последнее перед японской войной время мы наспех сделали кое-что «на фуфу», рассчитывая лишь попугать Японию, но отнюдь с нею не воевать. Когда же вследствие нашей неумелой, ребяческой политики и при усердном науськивании императора Вильгельма война с Японией разразилась, наше военное министерство оказалось без плана мобилизации и без плана действий на этом фронте. Можно смело сказать, что эта война расстроила в корне все наши военные силы и разбила вконец всю работу Ванновского и Обручева<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 53.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Se konsideri ĉion ĉi kaj rememori, ke [[Vladimir Suĥomlinov|Suĥomlinov]] iĝis milita ministro nur printempe 1909, [[justeco]] postulas agnoski ke dum kvin jaroj de lia administrado antaŭ la [[milito]] estis farite sufiĉe multe: [[mobilizado]] pasis sukcese kaj sufiĉe rapide, konsiderante nian malbone evoluintan fervojan reton kaj grandegajn distancojn, kaj pri terura ĥaoso, estinta antaŭ lia alveno, restis eĉ ne memoro. Kulpas Suĥomlinov certe pri multaj aferoj, speciale pri tio, ke la afero pri municio estis solvita malkontentige: ĝia manko estis unu el la ĉefaj kaŭzoj de [[Granda Retreto (Rusio)|niaj malsukcesoj en 1915]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Если все это принять во внимание и вспомнить, что Сухомлинов стал военным министром лишь весной 1909 года, справедливость требует признать, что за пять лет его управления до начала войны было сделано довольно много: мобилизация прошла успешно и достаточно быстро, принимая во внимание нашу плохо развитую сеть железных дорог и громадные расстояния, а о безобразном сумбуре, бывшем до него, не было и помину. Виновен Сухомлинов, конечно, во многом, в особенности в том, что вопрос об огнестрельных припасах был решен неудовлетворительно: недостаток их — одна из главных причин наших неудач 1915 года<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 54.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Vladimir Suĥomlinov]] ] Lia ĉefa manko estis ke li estis, kiel oni nomas tion, blufanto kaj sen profundiĝi je la afero kontentiĝis pri supraĵa sukceso de siaj agoj kaj ordonoj. Estinte homo lerta, li, fremda al la kortega medio, estis elturniĝanta por plu teni sian postenon, kaj manovranta por konservi propran bonfarton. Sendube lia situacio estis malfacila ĉe la [[Nikolao la 2-a (Rusio)|imperiestro]] kun ties malforta karaktero, kiun oni influis de diversaj flankoj. Krome li malamikigis kontraŭ si favore al la registara politiko la tutan [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|Ŝtatan Dumaon]]. Kaj tio estis granda eraro, ĉar la Dumao per ĉiuj fortoj klopodis evoluigi la militan povon de Rusio, uzante ĉiujn siajn eblojn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Главный же его недостаток состоял в том, что он был, что называется, очковтиратель и, не углубляясь в дело, довольствовался поверхностным успехом своих действий и распоряжений. Будучи человеком очень ловким, он, чуждый придворной среде, изворачивался, чтобы удержаться, и лавировал для сохранения собственного благополучия. Несомненно, его положение было трудное при слабохарактерном императоре, на которого влияли с разных сторон. Помимо того, он восстановил еще против себя в угоду правительственному течению всю Государственную думу. А это был большой промах, ибо дума всеми силами старалась развить военную мощь России, поскольку это от нее зависело<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 54–55.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Detruado de fortikaĵaj areoj, kiuj kostis tiom da [[mono]], ĉe la okcidenta limo ne estis pripensita kaj forte influis la [[Granda Retreto (Rusio)|malsukcesojn de 1915]]. Kaj tio estis des pli malbone, ke estis ellaborita nova militplano, facile kaj tuj fordonanta al [[malamiko]] nian tutan Okcidentan regionon; efektive ni ne povis forlasi ĝin kaj devis plenumi la planon, tute neantaŭviditan kaj nepreparitan. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Уничтожение крепостных районов, стоивших столько денег, на западной границе не было продумано и так же сильно способствовало неудачам 1915 года. И это — тем более что был разработан новый план войны, с легким сердцем сразу отдававший противнику весь наш Западный край; в действительности же мы его не могли покинуть и должны были выполнить план, совершенно непредвиденный и неподготовлявшийся<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 55.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Infanterio]] estis bone armita je respektiva [[fusilo]], sed [[mitralo]]jn ĝi havis ege malmulte, nur po 8 je [[regimento]], dum minimume necesis havi por ĉiu bataliono ne malpli ol 8 mitralojn, kalkulante po 2 por roto, kaj ankaŭ almenaŭ unu 8-mitralan teamon je dispono de regimentestro. Sume — ne malpli ol 40 mitraloj por 4-bataliona regimento kaj por divizio sekve 160 mitraloj; je divizio ja estis nur 32 mitraloj. Mankis certe bombokanonoj, kaj mangrenadoj, sed atendante [[Manovra milito|kampan militon]] ilin komence de la milito havis neniu [[armeo]], kaj pri ilia manko je tiu periodo la militan ministerion ne eblas kulpigi. Limigita nombro de municio estis terura, la plej granda problemo, kiu min ege zorgigis ekde komence [...]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Пехота была хорошо вооружена соответствующей винтовкой, но пулеметов было у нее чрезмерно мало, всего по 8 на полк, тогда как минимально необходимо было иметь на каждый батальон не менее 8 пулеметов, считая по 2 на роту, и затем хотя бы одну 8-пулеметную команду в распоряжении командира полка. Итого — не менее 40 пулеметов на 4-батальонный полк, а на дивизию, следовательно, 160 пулеметов; в дивизии же было всего 32 пулемета. Не было, конечно, бомбометов, минометов и ручных гранат, но в расчете на полевую войну их в начале войны ни в одной армии не было, и отсутствие их в этот период войны военному министерству в вину ставить нельзя. Ограниченность огнестрельных припасов была ужасающей, крупнейшей бедой, которая меня чрезвычайно озабочивала с самого начала [...]<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 56.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi opiniis kaj opinias nun, ke normale la [[regimento]] devas esti 3-bataliona el 12 rotoj, en la [[divizio]] — 12 [[bataliono]]j, kaj en la korpuso — ne 2, sed 3 divizioj. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Я считал, да и теперь считаю, что нормально полк должен быть 3-батальонный 12-ротного состава, в дивизии — 12 батальонов, а в корпусе — не 2, а 3 дивизии<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 56.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] laŭ tipo de nia artileria armilaro, nia [[artilerio]] estis adaptita, kaj eĉ tio je malalta grado, al la defenda batalo, sed certe ne al la [[ofensivo]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] по роду артиллерийского нашего вооружения наша артиллерия была приспособлена, да и то в слабой степени, к оборонительному бою, но никак не к наступательному<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 57.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Certe neniu tiutempe supozis ke en ĉiuj frontoj plurmilionaj armeoj baldaŭ enfosos sin profunde ja la tero kaj transiros al tiu sistemo de militado, kiu estis tiom mokata dum la [[Rusa-japana milito|Japana kampanjo]] kaj estis speciale akre kritikata de [[germanoj]], kiuj en tiu [[Unua mondmilito|grandega milito]] unuaj transiris al la [[tranĉea milito]]. Sed almenaŭ jam antaŭ la milito estis klare, ke flanko kiu estos pli malforta, estos enfosanta sin je la [[tero]], do sekve flanko kiu faros [[ofensivo]]n devos koncentri grandan nombron de [[artilerio]] de diversaj kalibroj je elektitaj lokoj por dece prepari ofensivon de [[infanterio]]. Ĉio ĉi estis komplete neglektita kaj necesas agnoski, ke plejparto de la superaj artileriaj komandestroj tute ne pro sia kulpo ne sciis regi artileriajn amasojn en la [[batalo]] kaj ne povis profiti ilian utilon, kiun infanterio rajtus atendi. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Конечно, никто в то время не предполагал, что на всех фронтах миллионные армии в скором будущем глубоко закопаются в землю и перейдут к той системе войны, которая столь осмеивалась в японскую кампанию и в особенности жестоко критиковалась немцами, которые в эту великую войну первые перешли к позиционной войне. Но, во всяком случае, и до войны ясно было, что тот из противников, который окажется более слабым, будет зарываться в землю, что, следовательно, наступающий должен будет сосредоточивать крупные соединения артиллерии различных калибров на избранных участках, чтобы подготовлять надлежащим образом наступление пехоты. Все это было совершенно упущено, и нужно признать, что большинство высших артиллерийских начальников совсем не по своей вине не умели управлять артиллерийскими массами в бою и не могли извлекать из них ту пользу, которую пехота имела право ожидать<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 57–58.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Aerarmeo]] komence de la kampanjo en nia [[armeo]] estis ekstreme subnivela. [[Aviadilo]]j malmultis, plejparto da ili estis malfortaj, de arkaika konstrukcio. Interalie ili estis ege necesaj por malproksima kaj proksima skoltadoj, kaj por korektado de artileria pafado, pri kio nek nia [[artilerio]], nek niaj pilotoj havis imagon. Dum paca tempo ni ne prizorgis eblecon produkti aviadilojn hejme, en [[Rusio]], kaj pro tio dum la tuta kampanjo ni ege suferis pro ilia malsufiĉo. La famaj "[[Ilja Muromec (aviadilo)|Ilja Muromec]]", pri kiuj oni tiom esperis, ne pravigis la esperojn. [...] [[Aerŝipo]]jn tiutempe ni havis nur kelkajn, aĉetitajn kontraŭ alta prezo eksterlande. Tio estis arkaikaj, malfortaj aerŝipoj, kiuj ne povis doni kaj nek donis al ni iun ajn utilon. Resume, necesas agnoski ke kompare al niaj [[malamiko]]j ni estis teknike grave postrestintaj kaj certe malsufiĉo de teknikaĵoj povis esti kompensata nur per troa sangoverŝado, kio, kiel videblos poste, havis siajn sufiĉe malbonajn sekvojn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Воздушные силы в начале кампании были в нашей армии поставлены ниже всякой критики. Самолетов было мало, большинство их были довольно слабые, устаревшей конструкции. Между тем они были крайне необходимы как для дальней и ближней разведки, так и для корректирования артиллерийской стрельбы, о чем ни наша артиллерия, ни летчики понятия не имели. В мирное время мы не озаботились возможностью изготовления самолетов дома, у себя в России, и потому в течение всей кампании значительно страдали от недостатка в них. Знаменитые «Ильи Муромцы», на которых возлагалось столько надежд, не оправдали себя. [...] Дирижаблей у нас в то время было всего несколько штук, купленных по дорогой цене за границей. Это были устаревшие, слабые воздушные корабли, которые не могли принести и не принесли нам никакой пользы. В общем, нужно признаться, что по сравнению с нашими врагами мы технически были значительно отсталыми, и, конечно, недостаток технических средств мог восполняться только лишним пролитием крови, что, как будет видно, имело свои весьма дурные последствия<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 58–59.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kiel estas konate, post la [[Rusa-japana milito|Japana kampanjo]], kiu kiel prototipo de la estonteco montris ekzemplon de [[tranĉea milito]], kritiko de ĉiuj militaj aŭtoritatoj rilate tiun ĉi kampanjon atakis ĝian manieron de batalado. Speciale [[germanoj]] ege kontraŭis tion kaj malamikeme mokis nin, dirante ke la tranĉea milito pruvis nian malkapablon militi kaj ke ili sendube tiun ekzemplon ne sekvos. Ili asertis ke sekve de ilia specifa geografia situo ili ne povus permesi al si lukson de longdaŭra milito kaj ke ili bezonas venki siajn [[malamiko]]jn je laŭeble plej mallonga periodo kaj fini la [[milito]]n je ses ĝis ok monatoj, ne pli. Germanoj flatis sin per [[espero]], ke per rapidaj kaj povaj batoj ili komplete disbatos unue unu malamikan fronton, kaj poste, profitante internajn operaciajn liniojn, ili transsendos plejparton de siaj trupoj al la alia, por definitive venki la alian malamikon. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Как известно, после японской кампании, которая, как прообраз будущего, показала пример позиционной войны, критика всех военных авторитетов по поводу этой кампании набросилась на способ ее ведения. В особенности немцы страшно восставали и зло смеялись над нами, говоря, что позиционная война доказала наше неумение воевать и что они, во всяком случае, такому примеру подражать не станут. Они утверждали, что вследствие особенности их географического положения они не могут позволить себе роскоши продолжительной войны и им необходимо разбить своих врагов в возможно более короткое время и закончить войну в шесть — восемь месяцев, не больше. Немцы льстили себя надеждой, что быстрыми и могучими ударами они наголову разобьют сначала один вражеский фронт, а затем, пользуясь внутренними операционными линиями, перекинут большую часть своих войск на другой, чтобы покончить с другим противником<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 59.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Germanoj]] opiniis ke en kampobataloj ili estos tuj disvolvantaj plejparton de siaj trupoj por komence de la [[batalo]] havi eblecon per fortega [[pafado]] subpremi pafadon de la [[malamiko]] kaj ĉirkaŭi unu aŭ ambaŭ ĝiajn alojn depende de cirkonstancoj. Oni kredis ke fronta atako konsiderante povon de moderna pafado ne povas doni bonan sukceson, do sorton de la batalo necesas serĉi ĉe la aloj, kaj je la precipe atakata alo necesas koncentri la trupojn je maksimuma ebla kvanto. Dume ĝenerala rezervo por reago al hazardaĵoj devas esti malgranda. Tiu ĉi teorio, persiste edifata de germanaj militverkistoj, ĝenerale estis akceptita ankaŭ de ni. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Немцы считали, что в полевых сражениях они сразу будут развертывать наибольшую часть своих сил, чтобы в начале боя иметь возможность развитием сильнейшего огня подавить огонь противника с охватом одного или обоих флангов в зависимости от обстановки. Полагалось, что атака фронтальная при силе современного огня хорошего успеха дать не может, а решение участи сражения нужно искать на флангах, и на ударном фланге нужно концентрировать войска в возможно большем количестве. Общий же резерв для парирования случайностей должен быть небольшим. Эта теория, усиленно проповедовавшаяся германскими военными писателями, в общем, была принята и нами<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 60–61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri pluraj militestroj-fuŝuloj] [...] atestado de la [[oficiro]]j estis farata de atestaj komisionoj, sufiĉe senrespondecaj pri siaj atestadoj. Ĉe konata rusa bonanimeco kaj neglektemo ofte okazis ke maltaŭgan kandidaton oni atestis bone, esperante pli rapide seniĝi je li danke al nova, pli alta nomumo, sen malagrablaĵoj kaj plendoj fare de la ofendito. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] аттестации офицеров составлялись аттестационными комиссиями, вполне безответственными за свои аттестации. При известном русском добродушии и халатности зачастую случалось, что недостойного кандидата аттестовали хорошо в надежде поскорей избавиться от него посредством нового, высшего назначения без неприятностей и жалоб со стороны обиженного<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 60.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Aprezante siajn privilegiojn, gvardiaj oficiroj opiniis ke inter ili maltaŭguloj ne povas esti (kio efektive estis malvero), kaj plurfoje okazis ke gvardia estraro lasis danke al siaj malseveraj atestadoj personojn evidente malkapablajn iĝi komandestroj de regimentoj en la [[armeo]], opiniante ke en la elitaj trupoj kiel [[gvardio]] tiuj ĉi homoj ne povas esti komandestroj de apartaj taĉmentoj dum en la armeo tio ne estas problemo, taŭgos iu ajn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Дорожа своими привилегиями, гвардейские офицеры полагали, что между ними неудовлетворительных быть не может (что действительностью не оправдывалось), и не раз случалось, что гвардейское начальство пропускало своими снисходительными аттестациями людей заведомо неспособных командирами полков в армию, считая, что в отборном войске, в гвардии, эти люди командовать отдельными частями не могут, а в армии — не беда, сойдет!<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 60–61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] la [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo|Ĝenerala Stabo]] seniĝis je siaj malkapablaj membroj forsendante ilin komandi regimentojn, brigadojn kaj diviziojn kaj ne plu akceptis ilin reen al sia medio, anstataŭ korekte atesti ilin kiel maltaŭgajn al la servado. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] Генеральный штаб избавлялся от своих неспособных членов тем, что сплавлял их командовать полками, бригадами и дивизиями и уже назад их в свою среду не принимал, вместо того чтобы правдиво аттестовать их непригодными к службе<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Promocio en la [[armeo]] okazis tiel malrapide kaj procento de vakaj postenoj de komandestroj de apartaj trupoj estis tiel malgranda, ke plejparto de la [[oficiro]]j de tiu ĉi kategorio finis sian aĝolimon je la rangoj de kapitano aŭ subkolonelo. Oni povis laŭ fingroj kalkuli feliĉulojn en la armeo, kiuj sukcesis atingi postenon de diviziestro. Nevole armeaj oficiroj apatie rigardis sian sorton kaj malamikeme rilatis al la [[gvardio]] kaj la [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo|Ĝenerala Stabo]], damnante sian sorton. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Движение по службе в самой армии происходило столь медленно и процент вакансий на должности начальников отдельных частей был столь мал, что подавляющее большинство офицеров этой категории выслуживало свой возрастной ценз в чине капитана или подполковника. Можно было по пальцам сосчитать счастливчиков из армии, дослужившихся до должности начальника дивизии. Невольно армейские офицеры апатично смотрели на свою долю и злобно относились к гвардии и Генеральному штабу, кляня свою судьбу<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] kaŭzoj de malamikemo de la [[armeo]] kontraŭ sia [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo|Ĝenerala Stabo]]: por atingi superajn komandestrajn rangojn necesis promociiĝi koste de komandestroj de la trupoj, okupante ne nur stabajn, sed ankaŭ komandestrajn postenojn, do antaŭ la milito plejparto de la diviziestroj kaj korpusestroj devenis de la oficiroj de la Ĝenerala Stabo. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] причины озлобления армии против своего Генерального штаба: для того чтобы дойти до высших степеней командования, нужно быстро выдвигаться вперед в ущерб строевым офицерам, занимая не только штабные, но и командные должности, и до войны большая часть начальников дивизий и корпусных командиров была из офицеров Генерального штаба<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 62.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Iel aŭ tiel, sed mi konsideras mia devo agnoski ke krom kelkaj esceptoj [[oficiro]]j de la [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo|Ĝenerala Stabo]] en tiu ĉi milito laboris bone, lerte kaj skrupule plenumis sian devon. Unu afero estis malbona: krom maloftaj esceptoj, rapida, konstanta translokado de tiuj ĉi oficiroj de unu posteno al alia por pli rapida promociado; ili restis longe en neniu posteno — nek en stabo, nek en trupoj, kaj pro tio al ili estis malfacile serioze profundiĝi je sia [[laboro]] kaj doni utilon, kiun ili povus kaj devus doni. Tia flugado de unu loko al alia ankaŭ kolerigis la armeon, kiu nomis ilin blanka osto dum sin — la nigra. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Как бы то ни было, но я считаю долгом признать, что за некоторыми исключениями офицеры Генерального штаба в эту войну работали хорошо, умело и старательно выполняли свой долг. Одно было неладно: это, за малым исключением, постоянное, быстрое перемещение этих офицеров с одной должности на другую для более быстрого движения вперед; они не задерживались ни на каком месте — ни на штабном, ни на строевом, а потому трудно было им входить основательно в круг своих обязанностей и приносить ту пользу, которую они могли и должны были принести. Такое перелетание с места на место также озлобляло армию, которая называла их белою костью, а себя — черною<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 63.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] multaj, kaj tio estis la plej kapablaj, akademiuloj, bone lerninte la militaferojn, foriris de militservo al postenoj, neniel rilataj al la militarto, kaj klopodis okupi postenojn, pli bone pagatajn. Ni vidis [[oficiro]]jn de la [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo|Ĝenerala Stabo]] je la rolo de ŝtataj kontrolistoj, ministroj pri transporto, internaj aferoj, [[guberniestro]]j ktp. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] многие, притом наиболее способные, академики, изучив исключительно военное дело, уходили с военной службы на должности, ничего общего с военным искусством не имевшие, и старались занимать должности, лучше оплачиваемые. Мы видели офицеров Генерального штаба в роли государственных контролеров, министров путей сообщения, внутренних дел, начальников железных дорог, губернаторов и т. п.<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 63.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kiel la ĉefkomandestro estis nomumita grandprinco [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)|Nikolaj Nikolajeviĉ]]. Laŭ mia [[opinio]], tiutempe pli bonan ĉefkomandestron trovi ne eblis. Tio estis la homo sendube komplete sindona al la militafero, teorie kaj praktike koninta kaj ŝatinta la militan metion. Certe kiel aparteninta al la imperiestra familio, li, laŭ kondiĉoj de sia alta pozicio, ne estis asidua en [[laboro]], speciale junaĝe. Laŭ sia naturo li estis terure arda kaj senpacienca, sed post jaroj li trankviliĝis kaj stabiliĝis. Lia nomumo kiel la ĉefkomandestro elvokis profundan kontenton en la armeo. La trupoj kredis al li kaj timis lin. Ĉiuj sciis ke la faritaj de li ordonoj devas esti plenumitaj, ke ili ne povas esti nuligitaj kaj neniuj ŝanceliĝoj okazos. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Верховным Главнокомандующим был назначен великий князь Николай Николаевич. По моему мнению, в это время лучшего Верховного Главнокомандующего найти было нельзя. Это — человек, несомненно, всецело преданный военному делу и теоретически и практически знавший и любивший военное ремесло. Конечно, как принадлежавший к императорской фамилии, он по условиям своего высокого положения не был усидчив в работе, в особенности в молодости. По натуре своей он был страшно горяч и нетерпелив, но с годами успокоился и уравновесился. Назначение его Верховным Главнокомандующим вызвало глубокое удовлетворение в армии. Войска верили в него и боялись его. Все знали, что отданные им приказания должны быть исполнены, что отмене они не подлежат и никаких колебаний не будет<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 63–64.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ekde komenco de la milito, por savi [[Francio]]n, [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)|Nikolaj Nikolajeviĉ]] tute ĝuste decidis rompi antaŭe ellaboritan militplanon kaj rapide transiri al [[ofensivo]], sen atendi la finon de koncentriĝo kaj disvolviĝo de la [[armeo]]j. Poste oni kulpigis lin pri tio, sed efektive tio estis la sola ĝusta [[decido]]. La [[germanoj]], agante laŭ internaj operaciaj linioj, nature devis klopodi bati la [[malamiko]]jn unu post alia, uzante sian evoluintan fervojan reton. Ni kun la aliancanoj, agante laŭ eksteraj linioj, devis ataki la malamikon samtempe de ĉiuj flankoj por ne doni al la germanoj eblecon ekstermi la malamikojn unu post alia kaj transloki la trupojn laŭplaĉe. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = С начала войны, чтобы спасти Францию, Николай Николаевич совершенно правильно решил нарушить выработанный раньше план войны и быстро перейти в наступление, не ожидая окончания сосредоточения и развертывания армий. Потом это ставилось ему в вину, но в действительности это было единственно верное решение. Немцы, действуя по внутренним операционным линиям, естественно, должны были стараться бить врагов поочередно, пользуясь своей развитой сетью железных дорог. Мы же с союзниками, действуя по внешним линиям, должны были навалиться на врага сразу со всех сторон, чтобы не дать немцам возможности уничтожать противников поочередно и перекидывать свои войска по собственному произволу<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 64.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ŝajne [[racio]] devus sugesti ke la [[germanoj]] fatale nepre devas, pro forto de la cirkonstancoj, unue ataki la [[francoj]]n, unue ĉar la francoj mobiliziĝos pli rapide ol ni kaj pli frue ol ni povos transiri al [[ofensivo]], kaj due ĉar kaze de kompleta sukceso la germanoj povos pli rapide inklinigi al [[paco]] la francojn ol la [[rusoj]]n kun ties grandega spaco en malfronto. Mirinda militplano kun retiriĝo al linio [[Bjalistoko]], [[Bresto]], estis definitive ellaborita, laŭ mia [[memoro]], en sekreta kunsido en [[Moskvo]], ŝajne aŭtune 1912, kaj en la sama tempo ĝi estis aprobita. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Казалось бы, здравый смысл должен был подсказать, что немцы фатально обязаны неизбежно, силою обстановки, атаковать раньше французов, во-первых, потому, что французы скорее нас мобилизуются и раньше нас могут перейти в наступление, а во-вторых, потому, что в случае полной удачи немцы могут быстрее склонить к миру французов, нежели русских с их необъятным пространством в тылу. Удивительный план войны с отводом назад, на линию Белосток, Брест, был окончательно разработан, насколько мне помнится, на секретном совещании в Москве, кажется, осенью 1912 года, и тогда же утвержден<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 18.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Francio]]n necesis savi, ĉar alie ankaŭ ni, post ĝia foriro el la [[batalo]], tuj malgajnus la [[milito]]n. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Францию же необходимо было спасти, иначе и мы с выбытием ее из строя сразу проиграли бы войну<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 65.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)|Nikolaj Nikolajeviĉ]] estis postulanta severan kaj justan [[disciplino]]n en la trupoj, zorgis pri bezonoj de la [[soldato]], forte atentis ke ne okazu dominado de la staboj super la trupaj elementoj, nek avaris premiojn por la trupaj laborantoj, estis avara rilate premiadon de stabaj kaj arieraj agantoj, strikte malpermesante premii ilin per batalaj distingoj. Mi konsideris lin bonega ĉefkomandestro. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Николай Николаевич требовал строгой и справедливой дисциплины в войсках, заботился о нуждах солдата, усиленно следил за тем, чтобы не было засилия штабов над строевым элементом, не жалел наград для строевых работников, был скуп относительно награждений штабных и тыловых деятелей, строго запрещая награждать их боевыми отличиями. Я считал его отличным главнокомандующим<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 65.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Fatale estis ke estro de la stabo de la ĉefkomandestro estis nomumita eksa estro de la Ĉefa Administracio de la [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo|Ĝenerala Stabo]] [[Nikolaj Januŝkeviĉ]], tre ĉarma, sed sufiĉe malserioza kaj malbona stratego. Tiurilate lin devis rekompensi generalo-kantonmentigisto [[Jurij Danilov|Danilov]], la homo mallarĝa kaj obstina. Liaj raportoj sendube grave influis la strategiajn konsiderojn de la ĉefkomandestro kaj ne eblas malagnoski ke ni foje agis iusence senplane kaj riske malkoncentriĝis malkongrue al la fortoj, kiujn ni disponis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Фатально было то, что начальником штаба Верховного Главнокомандующего был назначен бывший начальник Главного управления Генерального штаба Янушкевич, человек очень милый, но довольно легкомысленный и плохой стратег. В этом отношении должен был его дополнять генерал-квартирмейстер Данилов, человек узкий и упрямый. Его доклады, несомненно, влияли в значительной степени на стратегические соображения Верховного Главнокомандующего, и нельзя не признать, что мы иногда действовали в некоторых отношениях наобум и рискованно разбрасывались не в соответствии с теми силами, которыми мы располагали<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 65.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La ĉefkomandestro de la armeoj de la Sudokcidenta Fronto, kiun eniris ankaŭ mia 8-a armeo, estis nomumita komandestro de la trupoj de la Kieva Milita Distrikto generalo-adjutanto [[Nikolaj Iudoviĉ Ivanov|N. I. Ivanov]]. Tio estis homo sufiĉe sindona al sia devo, ŝatinta militaferon, sed ekstreme mallarĝa je siaj pensoj, maldecidema, ekstreme skrupulema kaj ĝenerale stulta, kvankam ege zorgema rilate traktadon de sia persono. Li estis inter partoprenintoj de la malfeliĉa [[Rusa-japana milito|Japana kampanjo]] kaj mi opinias ke konstantaj malsukcesoj de tiu ĉi milito influis lin kaj igis lin senĉese dubi kaj timi vane, tiel ke eĉ en sufiĉe favoraj cirkonstancoj li konstante timis kompletan malvenkon kaj ĉiajn malfeliĉojn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Главнокомандующим армиями Юго-Западного фронта, в состав которого вошла и моя 8-я армия, был назначен командующий войсками Киевского военного округа генерал-адъютант Н. И. Иванов. Это был человек вполне преданный своему долгу, любивший военное дело, но в высшей степени узкий в своих взглядах, нерешительный, крайне мелочный и, в общем, бестолковый, хотя и чрезвычайно самолюбивый. Он был одним из участников несчастной японской кампании, и думаю, что постоянные неудачи этой войны влияли на него и заставляли его непрерывно сомневаться и пугаться зря, так что даже при вполне благоприятной обстановке он постоянно опасался разгрома и всяких несчастий<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 65–66.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev|M. V. Aleksejev]], homo tre inteligenta, rapide komprenanta la cirkonstancojn, bonega stratego. Lia ĉefa manko estis maldecidemo kaj mildeco de la [[karaktero]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] М. В. Алексеев, человек очень умный, быстро схватывающий обстановку, отличный стратег. Его главный недостаток состоял в нерешительности и мягкости характера<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 66.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] generalo [[Nikolaj Vladimiroviĉ Ruzskij|Ruzskij]], homo inteligenta, scioplena, decidema, tre zorgema rilate traktadon de sia persono, lerta kaj klopodinta prezenti siajn agojn laŭeble plej bone, foje koste de siaj najbaroj, profitante iliajn [[sukceso]]jn, kiuj estis malĝuste atribuataj al li. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] генерал Рузский, человек умный, знающий, решительный, очень самолюбивый, ловкий и старавшийся выставлять свои деяния в возможно лучшем свете, иногда в ущерб своим соседям, пользуясь их успехами, которые ему предвзято приписывались<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 67.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Dum jaroj de la [[Rusa-japana milito|Japana milito]] kaj la [[Rusia revolucio de 1905|unua revolucio]], nia registaro klare substrekis kaj montris al la [[popolo]], ke ĝi mem ne scias kion ĝi volas kaj kien ĝi iras. Ni komprenis tiun ĉi [[eraro]]n sufiĉe malfrue, post anekso de [[Bosnio kaj Hercegovino]], sed moralan preparadon de la popolo al la [[Unua mondmilito|neevitebla eŭropa milito]] oni, mi diru eĉ ne preteratentis, pli ĝuste — malebligis. Se en la trupoj komandestro decidus klarigi al siaj subuloj ke nia ĉefa [[malamiko]] estas la [[germanoj]], ke ili planas ataki nin kaj ke ni devas je ĉiuj fortoj prepari nin por rebati tiun [[atako]]n, tiu ĉi sinjoro estus tuj forpelita de militservo, eble eĉ juĝita. Eĉ pli malgrandajn ŝancojn havis lerneja [[instruisto]] edifi al siaj edukatoj amon al la [[slavoj]] kaj malamon al la germanoj. Li estus konsiderita danĝera [[tutslavisto]], arda revoluciulo kaj ekzilita al [[Turuĥanska regiono|Turuĥanska]] aŭ [[Narima regiono]]j. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = В годы японской войны и первой революции наше правительство ясно подчеркнуло и указало народу, что оно само не знает, чего хочет и куда идет. Спохватились мы в своей ошибке довольно поздно, после аннексии Боснии и Герцеговины, но моральную подготовку народа к неизбежной европейской войне не то что упустили, а скорее, не допустили. Если бы в войсках какой-либо начальник вздумал объяснить своим подчиненным, что наш главный враг — немец, что он собирается напасть на нас и что мы должны всеми силами готовиться отразить его, то этот господин был бы немедленно выгнан со службы, если только не предан суду. Еще в меньшей степени мог бы школьный учитель проповедовать своим питомцам любовь к славянам и ненависть к немцам. Он был бы сочтен опасным панславистом, ярым революционером и сослан в Туруханский или Нарымский край<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 69–70.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Evidente [[germano]], ekstera kaj interna, estis ĉe ni ĉiopova, li estis okupanta la plej superajn ŝtatajn postenojn, estis persona gratissima ĉe la kortego. Krome en [[Peterburgo]] ekzistis povega rusa-germana partio, postulinta kontraŭ iu ajn prezo, koste de iuj ajn humiliĝoj, establi fortikan aliancon kun [[Germanio]], kaj ĝi tiutempe estis demonstre malestimanta nin. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Очевидно, немец, внешний и внутренний, был у нас всесилен, он занимал самые высшие государственные посты, был persona gratissima при дворе. Кроме того, в Петербурге была могущественная русско-немецкая партия, требовавшая во что бы то ни стало, ценою каких бы то ни было унижений, крепкого союза с Германией, которая демонстративно в то время плевала на нас<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 70.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Eĉ post deklaro de la [[milito]], alvenintaj de internaj regionoj de [[Rusio]] kompletigaj trupoj estis tute ne komprenantaj kia milito falis sur iliajn [[kapo]]jn — kvazaŭ sen iu ajn kaŭzo. Kiom da fojoj mi estis demandanta en [[tranĉeo]]j pro kio ni militas, kaj ĉiam mi estis neeviteble ricevanta respondon, ke iu erc-herc-perc kun [[edzino]] estis murditaj de iu kaj pro tio la [[aŭstroj]] volis molesti la [[serboj]]n. Sed kio estas la serboj — sciis preskaŭ neniu, kio estas la [[slavoj]] — estis ankaŭ malklare, kaj kial la [[germanoj]] decidis pro [[Serbio]] militi — estis tute nekonate. Okazis do, ke oni estis venigantaj homojn al la [[morto]] nesciate pro kio, do pro cara kaprico. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Даже после объявления войны прибывшие из внутренних областей России пополнения совершенно не понимали, какая это война свалилась им на голову — как будто бы ни с того ни с сего. Сколько раз спрашивал я в окопах, из-за чего мы воюем, и всегда неизбежно получал ответ, что какой-то там эрц-герц-перц с женой были кем-то убиты, а потому австрияки хотели обидеть сербов. Но кто же такие сербы — не знал почти никто, что такое славяне — было также темно, а почему немцы из-за Сербии вздумали воевать — было совершенно неизвестно. Выходило, что людей вели на убой неизвестно из-за чего, то есть по капризу царя<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 70.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Se la caro en decida momento de la vivo de [[Rusio]] kunvenigus ambaŭ leĝodonajn ĉambrojn por decidi la aferon de la [[milito]] kaj deklarus, ke li donacas veran [[konstitucio]]n kun respondeca ministerio kaj alvokas ĉiujn rusajn regatojn, sen distingo de etnoj, sociaj klasoj, [[religio]]j ktp, al komuna [[laboro]] por savo de la patrujo, troviĝanta en [[danĝero]], kaj por liberigo de la [[slavoj]] de la germana jugo, do entuziasmo estus grandega kaj populareco de la caro forte kreskus. Ĉi tie necesus aldoni kaj bone klarigi ke la problemo de [[Serbio]] estas nura preteksto por la milito, ke la tuta afero konsistas je firma deziro de la [[germanoj]] konkeri la tutan mondon. [[Pollando]]n necesis de sur alteco de la trono proklami libera kun promeso aldoni al ĝi [[Poznano]]n kaj Okcidentan [[Galicio]]n post la fino de la venka milito. Sed ne nur tio ĉi ne estis farita, sed eĉ al la alvoko de la [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)|ĉefkomandestro]] al la [[poloj]] la caro, je ilia granda malkompreno kaj bedaŭro, reagis neniel kaj ne konfirmis la promesojn de la grandprinco. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Если бы царь в решительный момент жизни России собрал обе законодательные палаты для решения вопроса о войне и объявил, что дарует настоящую конституцию с ответственным министерством и призывает всех русских подданных, без различия народностей, сословий, религии и т. д., к общей работе для спасения отечества, находящегося в опасности, и для освобождения славян от немецкого ига, то энтузиазм был бы велик и популярность царя сильно возросла бы. Тут же нужно было добавить и отчетливо объяснить, что вопрос о Сербии — только предлог к войне, что все дело в непреклонном желании немцев покорить весь мир. Польшу нужно было с высоты престола объявить свободной с обещанием присоединить к ней Познань и Западную Галицию по окончании победоносной войны. Но это не только не было сделано, но даже на воззвание Верховного Главнокомандующего к полякам царь, к их великому недоумению и огорчению, ничем не отозвался и не подтвердил обещания великого князя<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 71.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ĉu estis kulpo de nia plebano, ke li ne nur aŭdis nenion pri planoj de [[Germanio]], sed eĉ tute ne sciis ke tiu lando ekzistas, sciante nur ke ekzistas la [[germanoj]], kiu [[simio]]n elpensis, kaj ke ofte la guberniestro mem estas el tiuj ĉi inteligentaj kaj ruzaj homoj. [[Soldato]] ne nur ne sciis kio estas Germanio kaj des pli [[Aŭstrio]], sed li eĉ ne havis imagon pri sia panjo [[Rusio]]. Li konis sian distrikton kaj eble la gubernion, sciis ke ekzistas [[Peterburgo]] kaj [[Moskvo]], kaj je tio finiĝis lia konatiĝo kun sia patrujo. De kie povus aperi [[patriotismo]], konscia amo al la granda patrujo?! |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Чем был виноват наш простолюдин, что он не только ничего не слыхал о замыслах Германии, но и совсем не знал, что такая страна существует, зная лишь, что существуют немцы, которые обезьяну выдумали, и что зачастую сам губернатор — из этих умных и хитрых людей. Солдат не только не знал, что такое Германия и тем более Австрия, но он понятия не имел о своей матушке России. Он знал свой уезд и, пожалуй, губернию, знал, что есть Петербург и Москва, и на этом заканчивалось его знакомство со своим отечеством. Откуда же было взяться тут патриотизму, сознательной любви к великой родине?! <ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 71.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Dum tiu ĉi [[Batalo de Galicio|kruela tritaga batalo]] loĝantoj de la urbo [[Lvovo]], speciale [[poloj]] kaj [[judoj]], ege nervoziĝis pro [[penso]] pri kies manojn ili trafos, do ĉu ili restos ĉe ni aŭ denove venos la [[aŭstroj]]. Alvoko de la ĉefkomandestro al la poloj ĉi tie ankoraŭ ne estis konata kaj ili, kaj des pli la judoj, kiuj ĉe ni troviĝis [[Judoj en Rusio|en subpremita pozicio]], dum en [[Aŭstrio]] ĝuis ĉiujn civitanajn rajtojn, senpacience atendis ke oni frakasos nin, des pli ke la aŭstra estraro deklaris al ili, ke post kelkaj tagoj ili nepre revenos. [[Rutenoj]] kompreneble estis ĉe nia flanko, krom partio de la tiel nomataj [[Ukraina naciismo|mazepanoj]], starigintaj kontraŭ nin kelkajn legionojn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Во время этого жестокого трехдневного сражения жители города Львова, в особенности поляки и евреи, чрезвычайно волновались мыслью о том, в чьи руки они попадут, то есть останутся ли у нас или вновь придут австрийцы. Воззвание Верховного Главнокомандующего к полякам тут еще не было известно, и они, а тем более евреи, которые у нас находились в угнетенном положении, а в Австрии пользовались всеми правами граждан, нетерпеливо ждали, что нас разобьют, тем более что австрийское начальство объявило им, что они обязательно на днях вернутся назад. Русины, естественно, были на нашей стороне, кроме партии так называемых мазепинцев, выставивших против нас несколько легионов<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 96.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] dum la tuta [[milito]] eĉ ne unufoje ni ricevis bone trejnitajn kompletigajn trupojn kaj ju pli poste des pli malbone estis tiuj ĉi kompletigaj trupoj instruitaj je sia afero, sed ankaŭ pli malbone preparitaj morale. Same kiel antaŭe neniu povus respondi al miaj demandoj pri la senco de tiu ĉi milito, pro kio ĝi aperis kaj kio estas niaj celoj. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] за всю войну мы ни разу не получали хорошо обученных пополнений, и чем дело шло дальше, тем эти пополнения прибывали не только все хуже и хуже обученными своему делу, но и плохо подготовленными в моральном отношении. По-прежнему никто не мог мне дать ответа при моих опросах, какой смысл этой войны, из-за чего она возникла и каковы наши цели<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 99.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] estante pli malbona kompare al la aŭstra armeo rilate nombron kaj kalibron de la [[kanono]]j, nia [[artilerio]] staris nekompareble pli alte rilate kvaliton de la [[pafado]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] уступая австрийской в количественном отношении и калибром орудий, наша артиллерия качеством стрельбы была неизмеримо выше<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 102.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi [...] opiniis kaj opinias plu, ke la plej bona maniero de [[defendo]] estas kaze de plej eta ebleco transiri al [[ofensivo]], do defendi sin necesas ne pasive, kio neeviteble sekvigas [[malvenko]]n, sed laŭeble plej aktive, forte batante [[malamiko]]n je senteblaj lokoj. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Я [...] считал и считаю, что лучший способ обороны — это при мало-мальской возможности переход в наступление, то есть обороняться надо не пассивно, что неизменно влечет за собой поражение, а возможно более активно, нанося противнику в чувствительных местах сильные удары<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 106.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La [[batalo de Przemyśl]], daŭrinta seninterrompe dum monato, estis la lasta, pri kiu mi povus diri ke ĝin partoprenis regula, instruita [[armeo]], preparita dum paca periodo. Dum tri kaj iom da monatoj ekde komenco de la kampanjo plejparto de profesiaj [[oficiro]]j kaj [[soldato]]j malaperis, kaj restis nur malmultaj kadroj, kiujn necesis haste kompletigi per aĉe instruitaj homoj, venintaj de rezervaj regimentoj kaj batalionoj. La oficiran korpuson oni devis kompletigi per ĵus enrangigitaj suboficiroj, ankaŭ nesufiĉe instruitaj. Ekde tiu tempo regula karaktero de la trupoj estis perdita kaj nia armeo estis ĉiam pli kaj pli simila al malbone instruita milico. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Это сражение под Перемышлем, беспрерывно длившееся в течение месяца, было последнее, о котором я мог сказать, что в нем участвовала регулярная, обученная армия, подготовленная в мирное время. За три с лишком месяца с начала кампании большинство кадровых офицеров и солдат выбыло из строя, и оставались лишь небольшие кадры, которые приходилось спешно пополнять отвратительно обученными людьми, прибывшими из запасных полков и батальонов. Офицерский же состав приходилось пополнять вновь произведенными прапорщиками, тоже недостаточно обученными. С этого времени регулярный характер войск был утрачен и наша армия стала все больше и больше походить на плохо обученное милиционное войско<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 109.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] venintaj kiel kompletigo [[soldato]]j en plej multaj kazoj sciis nur marŝi, sed ankaŭ tion ili faris malbone; plejmultaj el ili eĉ disan vicon ne konis, kaj ofte okazis ke ili eĉ ne sciis ŝarĝi fusilojn, dum pri [[scio]] pafi eĉ ne estis parolinde. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] прибывавшие на пополнение рядовые в большинстве случаев умели только маршировать, да и то неважно; большинство их и рассыпного строя не знали, и зачастую случалось, что даже не умели заряжать винтовки, а об умении стрелять и говорить было нечего<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 110.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi devas diri ke ekde komenco de la [[milito]] mi neniel povis ekkoni planon de la kampanjo. [...] Facile povas esti, ke neniu nova militplano estis kreita kaj oni agis nur per hazardaj taskoj, kiuj estis diktataj de cirkonstancoj. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Должен оговориться, что с начала войны я никак не мог узнать плана кампании. [...] Легко может статься, что и никакого нового плана войны создано не было и действовали лишь случайными задачами, которые определялись обстановкой<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 112.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] [[madjaroj]] (speciale) kun terura obstino estis fervore defendantaj aliron al [[Karpata baseno|Hungara valo]], en kiun ni certe je tiu [[tempo]] ne strebis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] мадьяры (в особенности) со страшным упорством отчаянно защищали доступ к Венгерской равнине, в которую, впрочем, мы в данное время не стремились<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 113.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Stranga estas la afero, generalo [[Lavr Kornilov|Kornilov]] sian divizion neniam kompatis: en ĉiuj [[batalo]]j, kiujn ĝi partoprenis subestre de li, ĝi havis terurajn perdojn, tamen la [[oficiro]]j kaj [[soldato]]j amis lin kaj kredis al li. Cetere li ankaŭ sin ne kompatis, persone estis kuraĝa kaj impetis antaŭen sentime. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Странное дело, генерал Корнилов свою дивизию никогда не жалел: во всех боях, в которых она участвовала под его начальством, она несла ужасающие потери, а между тем офицеры и солдаты его любили и ему верили. Правда, он и себя не жалел, лично был храбр и лез вперед очертя голову<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 114.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] mi devas diri ke ne nur en Orienta [[Galicio]], kie plejparto de loĝantaro estas [[rutenoj]], inklinaj al ni ekde malnova tempo, sed ankaŭ en tiu Okcidenta, kie la tuta loĝantaro estas sole [[poloj]], ne nur kamparanoj, sed ankaŭ katolika pastraro traktis nin bone kaj en multaj kazoj helpis al ni laŭeble. Tion klarigas la fakto, ke pli frue laŭ mia ordono estis vaste diskonigita inter la loĝantaro la konata alvoko de grandprinco [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)|Nikolaj Nikolajeviĉ]] al la poloj. La poloj esperis ke helpe de [[rusoj]] denove resurektos la memstara [[Pollando]], al kiu estos aldonita ankaŭ Okcidenta Galicio. Mi diligente subtenis ilin je tiu [[espero]]. Nervozigis kaj bedaŭrigis la polojn nur tio, ke de la centra registaro de [[Rusio]] venis neniuj konfirmoj de tio, ke la [[promeso]]j de la grandprinco estos plenumitaj; la polojn tre incitis ke la caro eĉ per ne unu [[vorto]] konfirmis la promesojn de la ĉefkomandestro. Ĉe ili formiĝis [[opinio]], ke [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] neniam plenumas siajn promesojn, kaj pro tio multaj el ili, speciale la pastraro, timis ke kiam pasos bezono alvoki ilin al sia flanko, la rusa registaro denove trompos ilin, sen zorgi pri la promesoj de la grandprinco. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] должен сказать, что не только в Восточной Галиции, где большинство населения русины, к нам расположенные с давних пор, но и в Западной, где все население чисто польское, не только крестьяне, но и католическое духовенство относились к нам хорошо и во многих случаях нам помогали всем, чем могли. Это объяснялось тем, что ранее того по моему распоряжению было широко распространено среди населения известное воззвание великого князя Николая Николаевича к полякам. Поляки надеялись, что при помощи русских опять воскреснет самостоятельная Польша, к которой будет присоединена и Западная Галиция. Я старательно поддерживал их в этой надежде. Волновало и досадовало поляков лишь то, что от центрального правительства России не было никаких подтверждений того, что обещания великого князя будут исполнены; поляков очень раздражало, что царь ни одним словом не подтвердил обещаний Верховного Главнокомандующего. У них сложилось мнение, что Николай II никогда своих обещаний не исполняет, а потому многие из них, в особенности духовенство, опасались, что, когда пройдет необходимость привлекать их на свою сторону, русское правительство их надует, нисколько не церемонясь с обещаниями великого князя<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 117–118.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Almenaŭ mi devas diri ke dum mia restado en okcidenta [[Galicio]] por mi estis facile vivi kun la [[poloj]] kaj ili tre diligente, sen rifuzoj, plenumis ĉiujn miajn postulojn. [[Fervojo]]j, telegrafaj kaj telefonaj linioj eĉ ne unufoje estis detruitaj, atakoj eĉ kontraŭ apartaj senarmaj [[soldato]]j niaj neniam okazis. Siavice mi klopodis per ĉiuj fortoj montri al la poloj komplezon kaj mi opinias ke ili estis pli kontentaj pri ni ol pri la [[aŭstroj]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Во всяком случае, должен сказать, что за время моего пребывания в Западной Галиции мне с поляками было легко жить и они очень старательно, без отказов, выполняли все мои требования. Железные дороги, телеграфные и телефонные линии ни разу не разрушались, нападения даже на одиночных безоружных наших солдат ни разу не имели места. В свою очередь я старался всеми силами выказывать полякам любезность и думаю, что они нами были более довольны, чем австрийцами<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 118.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Koncerne la judan loĝantaron, sufiĉe multnombran en ambaŭ duonoj de [[Galicio]], ĝi ĉe la aŭstroj havis tre grandan signifon, estis multe da bienuloj-judoj, kaj la rutena kaj pola loĝantaro malŝatis ilin. Preskaŭ ĉiuj bonhavaj judoj dum [[Batalo de Galicio|nia ofensivo]] fuĝis, kaj restis nur [[malriĉularo]]. Do la [[judoj]] estis pli favoraj al la [[aŭstroj]] pro komprenebla kialo. Sed mi persone nenion malbonan pri ili dum nia restado tie povas diri; ili estis tre servemaj, plenumantaj ĉiujn niajn postulojn kaj kondutis obeeme kaj kviete. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Что касается еврейского населения, весьма многочисленного в обеих половинах Галиции, то оно при австрийцах имело очень большое значение, было много помещиков-евреев, и русинское и польское население относилось к ним неприязненно. Почти все состоятельные евреи во время нашего наступления бежали, и осталась лишь одна беднота. В общем, евреи были больше расположены к австрийцам по весьма понятной причине. Но лично я о них ничего дурного за время нашего там нахождения сказать не могу; они были очень услужливы, выполняли все наши требования и вели себя смирно и тихо<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 118–119.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] mi devas agnoski ke speciale unuan tempon post transiri niajn limojn en Orienta [[Galicio]] kelkaj urboj estis bruligitaj, kaj bienulaj rezidejoj laŭ nia vojo estis plejparte bruligitaj kaj disrabitaj; kulpuloj de tiuj ĉi tumultoj estis precipe nia [[kavalerio]], marŝinta fronte, tre ofte ankaŭ [[kamparanoj]] mem, koleraj kontraŭ la [[bienulo]]j, kaj ofte ankaŭ arieraj provizaj trupoj. Malgraŭ plej severaj agoj, tiuj ĉi provizaj trupoj kiel nebatalaj, forglitis de severa observado kaj faris [[rabado]]jn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] должен признать, что в особенности первое время по переходе через наши границы в Восточной Галиции несколько городов было сожжено, а усадьбы имений, попадавшихся по пути, большей частью были сожжены или разграблены; виновниками этих беспорядков была главным образом наша конница, шедшая впереди, очень часто также сами крестьяне, озлобленные против помещиков, а зачастую и тыловые обозные части. Невзирая на самые строгие меры, эти обозные части, как нестроевые, ускользнули от строгого наблюдения и производили грабежи<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 119.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kaptitaj aŭstraj oficiroj, ridante rakontis en nia skolta sekcio de la stabo, ke la militon en [[Karpatoj]] ili nomas Gummikrieg ("rezina milito"), ĉar ekde komenco de la kampanjo je tiu ĉi alo mi ĉiam devis farante [[ofensivo]]n okcidenten, rebati atakojn de la alo. Efektive ni devis jen profundiĝi je Karpatoj, jen iom retiriĝi, kaj movoj niaj povus esti nomitaj "rezina milito". |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Пленные австрийские офицеры, смеясь, рассказывали в нашем разведывательном отделении штаба, что они войну в Карпатах называют Gummikrieg («резиновая война»), так как с начала кампании на этом фланге мне все время приходилось, наступая на запад, отбиваться с фланга. Действительно, нам приходилось то углубляться в Карпаты, то несколько отходить, и движения наши могли быть названы «резиновой войной»<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 122–123.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri vizito de [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] al la fronto] [...] mi konsideris persone Nikolaon la 2-an homo ekstreme malbonŝanca, kiun persekutis malsukcesoj dum lia tuta regado, sur ion ajn li metu siajn manojn. Mi havis kvazaŭ antaŭsenton, ke tiu ĉi vojaĝo aŭguras al ni pezan katastrofon. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] я считал лично Николая II человеком чрезвычайно незадачливым, которого преследовали неудачи в течение всего его царствования, к чему бы он ни приложил своей руки. У меня было как бы предчувствие, что эта поездка предвещает нам тяжелую катастрофу<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 132.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Necesas diri ke la [[Nikolao la 2-a (Rusio)|caro]] ne sciis trakti la trupojn, interparoli kun ili. Li ankaŭ ĉi tie, same kiel ĉiam, estis iom maldecidema kaj ne trovis [[vorto]]jn, kiuj povus allogi al li [[animo]]jn homajn kaj altigi la spiriton. Li estis indulgema, klopodis plenumi siajn devojn de la supera gvidanto de la [[armeo]], sed mi devas agnoski ke li faris tion malbone, kvankam en tiu [[tempo]] la vorto "caro" havis ankoraŭ magian efikon al la [[soldato]]j. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Нужно сказать, что царь не умел обращаться с войсками, говорить с ними. Он и тут, как всегда, был в некоторой нерешительности и не находил тех слов, которые могли привлечь к нему души человеческие и поднять дух. Он был снисходителен, старался выполнять свои обязанности верховного вождя армии, но должен признать, что это удавалось ему плохо, несмотря на то что в то время слово «царь» имело еще магическое влияние на солдат<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 134.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La [[Rusa-japana milito|Japana kampanjo]] kiel prototipo de armea agado dum [[tranĉea milito]] estis forte kritikata de militaj aŭtoritatoj de ĉiuj ŝtategoj kaj interalie de ni; speciale niaj militaj instruistoj, germanaj militverkistoj, ne trovis sufiĉajn vortojn por moki [[Aleksej Kuropatkin|Kuropatkin]] kaj lian sistemon trafosi la tutan [[Manĉurio]]n, konstante retretante kaj ne uzante ĉe tio plejparton de siaj anticipe fortikigitaj pozicioj. Ili asertis ke la [[germanoj]] en neniu kazo sekvos tian agmanieron, ke [[Germanio]] devos gajni mallongan [[milito]]n, rapide frakasi la [[malamiko]]jn, kaj pro tio ili ne amuziĝos pri la tranĉea milito. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Японская кампания, как прообраз действий войск в позиционной войне, усиленно критиковалась военными авторитетами всех держав и, между прочим, нами; в особенности наши военные учителя, германские военные писатели, не находили достаточно слов, чтобы насмехаться над Куропаткиным и его системой изрыть всю Маньчжурию, постоянно отступая и не используя притом большей части своих заблаговременно укрепленных позиций. Они утверждали, что немцы ни в коем случае подобному образу действий следовать не будут, что Германии необходимо выиграть короткую войну, быстро разгромить противников, и потому забавляться позиционной войной они не станут<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 139.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Necesas agnoski ke la komandestroj, same kiel la trupoj mem malŝategis fortikigi la poziciojn kaj en plej bona kazo limiĝis je etaj [[tranĉeo]]j por pafistoj. [...] Niaj fortikigitaj pozicioj efektive estis nura fosaĵo, eĉ sen komunikaj irejoj al ariero. Kaze de pli forta artileria pafado, speciale pafado de peza [[artilerio]], tiu iel tiel farita fosaĵo rapide pleniĝis je tero, kaj sidintaj en ĝi homoj kaze de uragana pafado estis komplete ekstermataj aŭ kapitulacis por eviti garantiitan morton. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Нужно признать, что ни начальники, ни сами войска терпеть не могли укрепляться и в лучшем случае ограничивались ровиками для стрелков. [...] Наши укрепленные позиции в действительности представляли собой один лишь ров, даже без ходов сообщения в тыл. При усиленном обстреле артиллерийским огнем, в особенности огнем тяжелой артиллерии, этот кое-как сделанный ров быстро заваливался, а сидевшие в нем люди при ураганном огне уничтожались целиком или сдавались в плен во избежание неминуемой смерти<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 140.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Estis plia faktoro, malhelpinta al ni kompletigi la trupojn per venantaj [[soldato]]j: krom tio ke ili estis tre malbone instruitaj, ili venadis nearmitaj, kaj ni por ili tute ne havis [[fusilo]]jn. Dum ni faris [[ofensivo]]n, la tuta armilaro restinta sur batalejoj — la nia kaj la malamika — estis kolektata de specialaj taĉmentoj kaj post riparado iris denove por uzado; nun, dum [[Granda Retreto (Rusio)|nia retreto]], okazis inverse: la tuta armilaro de la mortigitoj kaj vunditoj trafis manojn de [[malamiko]]. Interne de la lando mankis fusiloj. Estis ordonite al la malgrave vunditaj iri al bandaĝejoj nepre kun [[armilo]]j, oni eĉ pagis pro tio premian [[mono]]n, sed tio ĉi donis sufiĉe malgravajn rezultojn. Ĉe ĉiu regimento — ju pli longe des pli abunde — kreskis teamoj de senarmaj soldatoj, kiujn eĉ instrui ne eblis pro tiu ĉi manko. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Было еще одно обстоятельство, мешавшее нам пополнять ряды прибывавшими солдатами: помимо того, что они были очень плохо обучены, они прибывали невооруженными, а у нас для них не было винтовок. Пока мы наступали, все оружие, оставшееся на полях сражения, — наше и неприятельское — собиралось особыми командами и по исправлении шло опять в дело; теперь же, при нашем отходе, получилось обратное: все оружие от убитых и раненых попадало в руки врага. Внутри страны винтовок не было. Приказано было легкораненым идти на перевязочные пункты обязательно с оружием, выдавались за это даже наградные деньги, но эти меры дали весьма незначительные результаты. При каждом полку — чем дальше, тем больше — росли команды безоружных солдат, которых и обучать почти было нечем<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 144–145.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] neniam mi estis komprenanta, kial pro eraroj je [[ordono]]j aŭ pro malsukcesaj agoj suferas ne la komandestro mem, sub kies [[flago]] estis farataj aŭ plenumataj tiuj aŭ aliaj ordonoj, sed respektiva stabestro, kiu laŭleĝe estas nura plenumanto de la ordonoj kaj disponoj de sia principo. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] я никогда не понимал, почему за ошибки в распоряжениях или из-за неудачных действий страдает не сам начальник, под флагом которого отдавались или осуществлялись те или иные приказания, а соответствующий начальник штаба, который по закону лишь исполнитель велений и распоряжений своего принципа<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 147.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aleksej Kaledin]] ] Li estis la homo tre modesta, ekstreme silentema kaj eĉ morna, havis [[karaktero]]n firman kaj iom obstinan, memstaran, sed la intelekton ne vastan, pli ĝuste malvastan, kiel oni diras, li estis iranta en okulŝirmiloj. Militaferon li konis bone kaj amis ĝin. Persone li estis kuraĝa kaj decidema. [...] supra limo por li kaj por utilo de la servo estis posteno de diviziestro; la korpuson bone regi li jam ne povis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Он был человеком очень скромным, чрезвычайно молчаливым и даже угрюмым, характера твердого и несколько упрямого, самостоятельного, но ума не обширного, скорее, узкого, что называется, ходил в шорах. Военное дело знал хорошо и любил его. Лично был он храбр и решителен. [...] пределом для него и для пользы службы была должность начальника дивизии; с корпусом же он уже справиться хорошо не мог<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 152–153.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Dum somera ofensivo en 1915 kontraŭ niaj Nordokcidenta kaj Okcidenta Frontoj niaj armeoj estis [[Granda Retreto (Rusio)|retretantaj]] ege rapide, cedante al la [[malamiko]] grandegan spacon de nia patrujo; kiom mi povas juĝi laŭ atingintaj min tiutempe informoj, en multaj kazoj tio okazis sen sufiĉaj kialoj. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Во время летнего наступления 1915 года на наши Северо-Западный и Западный фронты наши армии отступали чрезвычайно быстро, уступая противнику громадное пространство нашего отечества; насколько я могу судить по доходившим до меня в то время сведениям, во многих случаях это происходило без достаточного основания<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 155.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [post la [[Granda Retreto (Rusio)]] Baldaŭ post tiuj ĉi malĝojaj eventoj estis anoncite ke la ĉefkomandestro grandprinco [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)|Nikolaj Nikolajeviĉ]] estas elpostenigita kaj la postenon de la ĉefkomandestro okupis la imperiestro mem. Impreso en la trupoj pro tiu ĉi anstataŭigo estis la plej peza, oni povas diri — morna. La tuta armeo, same kiel la tuta [[Rusio]], sendube kredis al Nikolaj Nikolajeviĉ. Certe li havis malavantaĝojn, sed ilin grave superis liaj avantaĝoj de militestro. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Вскоре после этих горестных событий было обнародовано, что Верховный Главнокомандующий великий князь Николай Николаевич смещен и назначен кавказским наместником, а должность Верховного Главнокомандующего возложил на себя сам государь. Впечатление в войсках от этой замены было самое тяжелое, можно сказать — удручающее. Вся армия, да и вся Россия, безусловно, верила Николаю Николаевичу. Конечно, у него были недочеты, и значительные даже, но они с лихвой покрывались его достоинствами как полководца<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 155.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Estis konate al ĉiuj ke [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] pri militafero sciis tute nenion kaj ke surprenita de li posteno estos nur nominala, anstataŭ li ĉion devos decidi lia stabestro. [...] Surpreno de la posteno de la ĉefkomandestro estis la lasta bato, kiun faris al si Nikolao la 2-a kaj kiu sekvigis malĝojan finon de lia monarĥio. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Было общеизвестно, что Николай II в военном деле решительно ничего не понимал и что взятое им на себя звание будет только номинальным, за него все должен будет решать его начальник штаба. [...] Принятие на себя должности Верховного Главнокомандующего было последним ударом, который нанес себе Николай II и который повлек за собой печальный конец его монархии<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 156.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri milicaj taĉmentoj] Mi jam havis eblecon diri antaŭe ke tiuj ĉi milicoj prezentis neniun batalforton. Ilia oficira korpuso, krom etaj esceptoj, estis maltaŭga, multaj [[oficiro]]j estis prenitaj el la eksuloj — maljunaj, malsanaj, forgesintaj la servon, kaj eĉ ili tre malmultis. [[Soldato]]j servintaj delonge, firme sciis kaj estis konvinkitaj ke ilia devo estas gardi malfronton kaj servi tie, sed certe ne batali ĉe la fronto kontraŭ [[malamiko]]. Junaj, malspertaj oficiroj kaj preskaŭ neinstruitaj milicanoj neniukaze povus esti konsiderataj dum certa tempo kontentiga batala elemento. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Я уже раньше имел случай сказать, что эти дружины не представляли собой никакой боевой силы. Их корпус офицеров, за малым исключением, никуда не годился, много офицеров было взято из отставки — старые, больные, отставшие от службы, да и их было очень мало. Солдаты старших сроков службы твердо знали и были убеждены, что их обязанность — оберегать тыл и нести там службу, но отнюдь не сражаться на фронте с неприятелем. Молодые, неопытные офицеры и почти совсем необученные ратники ополчения ни в каком случае не могли считаться до поры до времени удовлетворительным боевым элементом<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 157–158.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Anton Denikin]] ] Denikin, kiu ludis tiom grandan rolon poste, estis bona batala generalo, tre mensrapida kaj decidema, sed li ĉiam klopodis laborigi siajn najbarojn por sia profito, por faciligi plenumon de tasko kiun li donis al sia divizio; najbaroj liaj ofte plendis ke li volas aljuĝi iliajn bataldistingojn al si. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Деникин, который играл такую большую роль впоследствии, был хороший боевой генерал, очень сообразительный и решительный, но всегда старался заставить своих соседей порядочно поработать в свою пользу, дабы облегчить данную им для своей дивизии задачу; соседи же его часто жаловались, что он хочет приписывать их боевые отличия себе<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 161.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ni devis konstrui senfinajn fasĉinojn, amason da [[ponto]]j, [[tranĉeo]]jn ne enfosi en la teron, sed konstrui ilin el traboj, kovritaj de ekstere per tero, ĉar profundiĝi en la teron ne eblis pro proksimeco de grundakvoj. Materialo por plenumo de tiuj ĉi laboroj abundis, ĉar la tuta areo estis kovrita je [[arbaro]]j. Evidentiĝis ke kvankam kun grandaj malfacilaĵoj kaj iom alie, sed militi en [[Polezio]] per grandaj amasoj eblas: la 3-a armeo preskaŭ komplete sin trovis en [[marĉo]]j kaj kontraŭ ĝi estis multnombra [[malamiko]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Пришлось устраивать бесконечные гати, массу мостов, окопы же не врывать в землю, а строить их из бревен, прикрытых с наружной стороны землею, так как углубляться в землю было невозможно по причине близости грунтовых вод. Материала для выполнения этих работ было сколько угодно, так как вся местность сплошь покрыта лесами. Выяснилось, что хотя и с большими затруднениями и несколько иным порядком, но воевать в Полесье значительными массами можно: 3-я армия почти вся оказалась в болотах, и против нее был многочисленный противник<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 163.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [ [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] en la Sudokcidenta fronto] Same kiel antaŭe, okultrafa estis malkapablo de la caro interparoli kun la trupoj, li kvazaŭ konfuziĝis kaj ne sciis kion diri, kien iri kaj kion fari, do ne estas mirinde ke la trupoj estis kvazaŭ frostigitaj kaj montris neniujn [[ĝojo]]n kaj spiritleviĝon. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Как и прежде, бросалось в глаза неумение царя говорить с войсками, он как бы конфузился и не знал, что сказать, куда пойти и что делать, поэтому не удивительно, что войска были как бы замороженными и не выказывали никакой радости и подъема духа<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 164.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Ĉeĥa Taĉmento]] ] Tiu ĉi taĉmento havas sian etan [[historio]]n. Ial la ĉefkomandejo ne volis formi ĝin kaj timis [[perfido]]n flanke de la militkaptitaj [[ĉeĥoj]]. Sed mi insistis kaj poste evidentiĝis ke mi estis prava. Ĝi bonege batalis ĉe mia fronto. Dum la tuta [[tempo]] ili kondutis brave. Mi sendis tiun ĉi taĉmenton al la plej danĝeraj kaj malfacilaj lokoj, kaj ili ĉiam brile estis plenumantaj donitajn taskojn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Эта дружина имеет свою маленькую историю. Почему-то Ставка не хотела ее организовать и опасалась измены со стороны пленных чехов. Но я настоял, и впоследствии оказалось, что я был прав. Они великолепно сражались у меня на фронте. Во все время они держали себя молодцами. Я посылал эту дружину в самые опасные и трудные места, и они всегда блестяще выполняли возлагавшиеся на них задачи<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 168.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Nikolaj Iudoviĉ Ivanov]] ] [...] ĉiujn ofensivajn operacojn la ĉefkomandestro plu traktis skeptike kaj pensis plejparte pri kiel ne lasi la [[malamiko]]n pli orienten kaj kiel preventi de la invado [[Kievo]]n. [...] Rilate ne nur [[venko]]n en la milito, sed eĉ haltigon de la malamika [[ofensivo]] — tion ĉi li ne kredis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] ко всяким наступательным операциям главнокомандующий продолжал относиться скептически и думал главным образом лишь о том, чтобы не пустить врага дальше к востоку и предохранить от нашествия Киев. [...] Что же касается не только выигрыша войны, но даже остановки наступления врага — в это он не верил<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 168.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Nikolaj Iudoviĉ Ivanov|Ivanov]] imitante la [[Patriota Milito de 1812|militon de 1812]], ordonis formi en ĉiu kavaleria kaj kozaka divizio de ĉiuj armeoj de la fronto po partizana taĉmento, ĉe tio rektan estradon super ili li lasis por si. [...] Ekde komence aperis en la malfronto grandaj problemoj kun tiuj ĉi [[partizanoj]]. Okazis senfinaj problemoj kun niaj rusaj loĝantoj, ĉe tio, agnoskante sole la ĉefkomandestron, la partizanoj faris amason da diboĉoj, [[rabo]]j kaj havis tre etan emon invadi malamikajn areojn. [...] ja la cirkonstancoj estis tute aliaj, malamika fronto estis seninterrompa kaj agi kontraŭ komunikiloj kiel en 1812 tute ne eblis. Ŝajne ne estis malfacile kompreni ke ĉe la tranĉea milito de milionaj armeoj agi same kiel antaŭ cent jaroj havis neniun sencon. Finfine printempe la partizanoj estis malestablitaj, doninte neniun utilon, dum ili kostis grandegan [[mono]]n, kaj oni devis iujn el ili, laŭ mia memoro, surbaze de juĝejaj verdiktoj mortpafi, aliajn ekzili al [[punlaboro]] pro rabado de civiluloj kaj [[Seksperforto|perfortado de virinoj]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Иванов в подражание войне 1812 года распорядился сформировать от каждой кавалерийской и казачьей дивизии всех армий фронта по партизанскому отряду, причем непосредственное над ними начальство он оставил за собой. [...] С самого начала возникли в тылу фронта крупные недоразумения с этими партизанами. Выходили бесконечные недоразумения с нашими русскими жителями, причем, признавая только лично главнокомандующего, партизаны эти производили массу буйств, грабежей и имели очень малую склонность вторгаться в область неприятельского расположения. [...] ведь обстановка была совершенно другая, неприятельский фронт был сплошной и действовать на сообщения, как в 1812 году, не было никакой возможности. Казалось бы, нетрудно сообразить, что при позиционной войне миллионных армий действовать так, как сто лет назад, не имело никакого смысла. В конце концов весной партизаны были расформированы, не принеся никакой пользы, а стоили они громадных денег, и пришлось некоторых из них, поскольку мне помнится, по суду расстрелять, других сослать в каторжные работы за грабеж мирных жителей и за изнасилование женщин<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 169–171.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Dum la vintro 1915/16, starante la tutan tempon sur la samaj pozicioj, ni ilin poiomete perfektigis kaj ili komencis akiri la formon, kiu ĉe la moderna [[tranĉea milito]] donas grandan rezistemon al la trupoj: ĉiu fortikigita strio havis tri ĝis kvar liniojn de [[tranĉeo]]j je plena homa alteco kaj kaj kun pluraj komunikaj irejoj. Ni estis konstruantaj ankaŭ mitralpafejojn kaj ŝirmejojn, sed ni ne uzis tiucele, kiel [[germanoj]] kaj [[aŭstroj]], [[ferbetono]]n, sed estis konstruantaj ŝirmejojn, sin enfosante profunde en la teron kaj sin kovrante supre per kelkaj vicoj da traboj kun tia kalkulo ke tia plafono povu elteni 6-colan obuson. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = В течение зимы 1915/16 года, стоя все время на одних и тех же позициях, мы их постепенно совершенствовали, и они стали приобретать тот вид, который при современной позиционной войне дает большую устойчивость войскам: каждая укрепленная полоса имела от трех до четырех линий окопов полного профиля и с многочисленными ходами сообщения. Строили также пулеметные гнезда и убежища, но не пользовались для этой цели, как германцы и австрийцы, железобетоном, а строили убежища, зарываясь глубоко в землю и прикрываясь сверху несколькими рядами бревен с расчетом, чтобы такой потолок мог выдержать 6-дюймовый снаряд<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 171.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Necesas agnoski ke la [[aŭstroj]] kaj [[germanoj]] estis fortikigantaj siajn poziciojn pli bone ol ni, pli fundamente, kaj en iliaj tranĉeoj vivi estis oble pli komforte ol en la niaj. Krom sufiĉe vasta apliko de ferbetonaj konstruaĵoj, ĉe ili en multaj lokoj estis konektita [[elektro]], aranĝitaj ĝardenetoj kaj kirasprotektitaj ejoj por [[oficiro]]j kaj [[soldato]]j. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Нужно признать, что австрийцы и немцы укреплялись лучше нас, более основательно, и у них в окопах было гораздо удобнее жить, нежели в наших. Помимо довольно широкого применения железобетонных сооружений у них во многих местах было проведено электричество, устроены садики и блиндированные помещения для офицеров и для солдат<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 171.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Rilate [[banejo]]jn la [[Tutrusia Zemstva Unio]] donis al ni vere nemezureblan helpon. Neniujn taskojn tiu ĉi unio rifuzis kaj ĝiaj agantoj investis sian tutan animon por laŭeble plej rapide kaj serioze plenumi tiun aŭ alian taskon. Ankaŭ la [[Unio de Urboj]] donis grandan utilon, sed almenaŭ ĉe mi en la 8-a armeo la Zemstva Unio estis pli agema, kaj mi konsideras devo de la [[konscienco]] atesti ke danke al ĝia laboro neniam iuj ajn infektaj malsanoj atingis grandan skalon; post apero de [[infekta malsano]] ni rapide subpremis la infekton kaj la trupoj pro malsanoj suferis malmulte, speciale kompare al sanitara stato de la trupoj dum дф antaŭaj militoj. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = В отношении бань Всероссийский земский союз оказал нам прямо-таки неизмеримую пользу. Ни от каких задач союз этот не отказывался, и его деятели вкладывали в полном смысле этого слова душу свою в то, чтобы возможно быстрее и основательнее выполнять то или другое задание. И Союз городов принес большую пользу, но, по крайней мере, у меня в 8-й армии Земский союз был более деятелен, и считаю долгом совести засвидетельствовать, что благодаря его работе никогда никакие инфекционные болезни не принимали обширных размеров; при появлении какой-либо заразной болезни мы быстро справлялись с инфекцией, и войска от болезней страдали мало, в особенности по сравнению с санитарным состоянием войск в прежних войнах<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 171–172.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [printempe 1916] Nur [[aerarmeo]] kompare al tiu malamika estis ekstreme malforta. Dume krom aera skoltado kaj fotado de malamikaj [[fortikaĵo]]j, [[aviadilo]]j havis ankaŭ neanstataŭigenblan signifon ĉe korektado de pafado de peza [[artilerio]]. Multfoje oni promesis altigi nombron de [[aviadilo]]j, sed tio restis nura [[promeso]]. Mankis al ni ankaŭ la [[tanko]]j, do mi ege ekĝojis kiam estis sciigite ke ili estos senditaj de [[Francio]]; sed ankaŭ tiu ĉi promeso ĝis la fino de mia [[laboro]] ĉe la fronto ne estis plenumita. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Лишь воздушный флот по сравнению с неприятельским был чрезмерно слаб. Между тем помимо воздушной разведки и снятия фотографий неприятельских укреплений самолеты имели еще незаменимое значение при корректировании стрельбы тяжелой артиллерии. Много раз обещали увеличить число самолетов, но так это одним обещанием и осталось. Не было у нас также и танков, и поэтому я очень обрадовался, когда было сообщено, что таковые будут присланы из Франции; но и это обещание до конца моей работы на фронте выполнено не было<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 172.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [printempe 1916] Je la frua printempo en ĉiu infanteria divizio estis 18 ĝis 20 mil homoj, sufiĉe instruitaj, kaj 15 ĝis 18 mil [[fusilo]]j tute en ordo kaj kun abunda municio. La eluzitaj kanonoj estis anstataŭigitaj per tiuj novaj, kaj ni povis plendi nur ke peza [[artilerio]] ĉe ni ankoraŭ grave malsufiĉis, kvankam ankaŭ ĝi iom kreskis. Rilate spiritan etoson de la trupoj de mia armeo kaj, kiel mi baldaŭ konvinkiĝis, de la aliaj armeoj de la Sudokcidenta Fronto, ni troviĝis, laŭ mia [[opinio]], en brila stato kaj havis plenan rajton esperi rompi la [[malamiko]]n kaj elpeli ĝin for de niaj limoj. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = К ранней весне в каждой пехотной дивизии было от 18 до 20 тысяч человек, вполне обученных, и от 15 до 18 тысяч винтовок в полном порядке и с изобилием патронов. Износившиеся орудия были заменены новыми, и мы могли жаловаться только на то, что тяжелой артиллерии у нас было еще далеко не достаточно, хотя и ее несколько прибавилось. По состоянию духа войск вверенной мне армии и, как я скоро убедился, других армий Юго-Западного фронта мы находились, по моему убеждению, в блестящем состоянии и имели полное право рассчитывать сломить врага и вышвырнуть его вон из наших пределов<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 172.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = En situacio kiam artileriajn obusojn necesis ŝpari dum aranĝi gravajn skoltajn operacojn ne eblis, ĉar ni estis starantaj laŭ preskaŭ la tuta fronto naz-ĉe-nazo kontraŭ [[malamiko]], estis evidente ke pri fortaj demonstracioj eĉ ne estis parolinde kaj trompi la malamikon estis tute neeble. Ja tio estas aboca vero, ke la demonstracio nur tiam atingas sian celon, se ĝi estas farata decideme kaj la trupoj mem ne scias ke tio estas demonstracio, ne vera [[atako]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = При условии что артиллерийские снаряды следовало беречь, а устраивать разведчикам какие-либо особые поиски было нельзя, так как мы стояли почти по всему фронту с противником нос к носу, очевидно, что о сильных демонстрациях и разговаривать нечего было и надуть противника было совершенно невозможно. Ведь это — азбучная истина, что демонстрация только тогда достигает своей цели, когда она ведется решительно и когда войска сами не знают, что это демонстрация, а не настоящая атака<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 173.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] mi postulis sendi al mi generalon-kantonmentigiston [[Miĥail Diteriĥs|Diteriĥs]], homon tre kapablan kaj perfekte konantan sian aferon. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] я вытребовал к себе генерал-квартирмейстера Дитерихса, человека очень способного и отлично знающего свое дело<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 176.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri vizito de [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] al armeo en 1916] Nek figuro, nek parolmaniero de la caro tuŝis soldatan animon kaj nek faris la impreson, kiu estis necesa por altigi spiriton kaj forte allogi al si la korojn. Li faris kion li povis kaj kulpigi lin en tiu ĉi kazo ne eblas, sed bonajn rezultojn je la senco de inspirado kaŭzi li ne povis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Ни фигурой, ни умением говорить царь не трогал солдатской души и не производил того впечатления, которое необходимо, чтобы поднять дух и сильно привлечь к себе сердца. Он делал что мог, и обвинять его в данном случае никак нельзя, но благих результатов в смысле воодушевления он вызывать не мог<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 179.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ĝenerale, konsiderante proksimecon de malamika fronto al [[Kamenec-Podolskij]], oftajn [[atako]]jn de [[aviadilo]]j de malamiko kontraŭ Kamenec-Podolskij kaj maleblon komplete protekti la caran trajnon kontraŭ ĵetataj de ili [[bombo]]j, mi klopodis admoni la caron redukti sian restadon en Kamenec-Podolskij, je kio min subtenis ankaŭ grafo [[Adolf Andreas Woldemar Freedericksz|Freedericksz]], sed la caro malgraŭ ĉio rifuzis ŝanĝi sian itineron kaj forveturis nur post dutaga restado. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = В общем, имея в виду близость неприятельского фронта от Каменец-Подольска, частые налеты самолетов противника на Каменец-Подольск и невозможность полного обеспечения царского поезда от бросаемых ими бомб, я старался уговорить царя сократить свое пребывание в Каменец-Подольске, в чем меня поддержал и граф Фредерикс, но царь ни за что не соглашался изменить свой маршрут и уехал лишь после двухсуточного пребывания<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 179–180.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [printempe 1916] Al tio milita ministro deklaris kaj kampa generalo-inspektoro aldonis, ke nuntempe malpezajn obusojn ili povas ricevi en grandega kvanto, sed koncerne tiujn pezajn la rusia [[industrio]] ilin doni ankoraŭ ne povas, de eksterlande ricevi ilin por ni ankaŭ estas tre malfacile, kaj difini tempon, kiem pliboniĝos provizado je pezaj obusoj, ili ne povas, sed certe — ne ĉi-somere. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = На это военный министр заявил, а полевой генерал-инспектор добавил, что в данное время легкие снаряды они могут получить в громадном количестве, но что касается тяжелых, то отечественная военная промышленность их пока дать не может, из-за границы получить нам их также очень трудно, и определить время, когда улучшится дело снабжения тяжелыми снарядами, они не могут, во всяком случае — не этим летом<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 180–181.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La prezidinta Supera Ĉefkomandestro diskutojn ne gvidis, tiujn ĉi devojn estis plenumanta [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev|Aleksejev]]. La caro la tutan tempon sidis silente, eldiris neniujn [[opinio]]jn, kaj laŭ propono de Aleksejev per sia aŭtoritato estis aprobanta tion, kio estis decidita per diskutoj de la milita konsilio, kaj konkludojn, kiujn faris Aleksejev. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Председательствующий Верховный Главнокомандующий прениями не руководил, а обязанности эти исполнял Алексеев. Царь же все время сидел молча, не высказывал никаких мнений, а по предложению Алексеева своим авторитетом утверждал то, что решалось прениями военного совета, и выводы, которые делал Алексеев<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 182.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ĝis komenco de tiu ĉi [[milito]] estis konsiderate aksiomo, ke ataki [[malamiko]]n je la fronto (dum [[kampa milito]]) preskaŭ ne eblas pro forteco de la pafado; almenaŭ tiaj fruntobatoj postulis grandajn oferojn kaj devus doni malmultajn rezultojn; solvon de la [[batalo]] necesis serĉi ĉe aloj, kateninte trupojn de la malamiko ĉe la fronto per pafado, la rezervojn ja koncentri je unu aŭ je ambaŭ aloj depende de cirkonstancoj por fari [[atako]]n, kaj kaze de plena [[sukceso]] — por ĉirkaŭigo. Tamen post kiam kampa milito transiris al tiu tranĉea kaj danke al milionaj armeoj transformiĝis je seninterrompa fronto de [[maro]] ĝis maro, la ĵus priskribita agmaniero evidentiĝis neebla. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = До начала этой войны считалось аксиомой, что атаковать противника с фронта (в полевой войне) почти невозможно ввиду силы огня; во всяком случае, такие лобовые удары требовали больших жертв и должны были дать мало результатов; решения боя следовало искать на флангах, сковав войска противника на фронте огнем, резервы же сосредоточивать на одном или на обоим флангах в зависимости от обстановки для производства атаки, а в случае полной удачи — и окружения. Однако, когда полевая война вскоре перешла в позиционную и благодаря миллионным армиям вылилась в сплошной фронт от моря до моря, только что описанный образ действия оказался невозможным<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 183–184.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kaj jen la [[germanoj]] sub la nomo de falango kaj diversaj aliaj nomoj aplikis tian agmanieron, ĉe kiu frunta atako devus havi [[sukceso]]n, ĉar la alojn neniu el la kontraŭuloj havis pro seninterrompa fronto. Amasiĝis grandega artileria grupo el diversaj kalibroj, inkluzive ĝis 12-colajn, kaj fortaj infanteriaj rezervoj, kiuj koncentriĝis je batalejo, elektita por trarompo de la [[malamiko]]. Preparado de tia [[atako]] devus komenciĝi per fortega artileria pafado, kiu devus forbalai dratajn obstaklojn kaj detrui malamikajn [[fortikaĵo]]jn kun ties defendantoj. Kaj poste atako de [[infanterio]], subtenita de artileria pafado, devus neeviteble finiĝi per sukceso, do per trarompo de la fronto kaj posta vastigo de la trarompita fronto. Evidente la malamiko devus foriri de tiuj lokoj, kiuj ne estis atakitaj. Tia agmaniero en 1915 donis kompletan venkon al la aŭstra-germanoj super la rusa armeo, forĵetinte nin malproksimen orienten [...] |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = И вот немцы под названием фаланги и разными другими наименованиями применили такой образ действий, при котором атака в лоб должна была иметь успех, так как флангов ни у одного из противников не было ввиду сплошного фронта. Собиралась огромная артиллерийская группа разных калибров, до 12-дюймовых включительно, и сильные пехотные резервы, которые сосредоточивались на избранном для прорыва противника боевом участке. Подготовка такой атаки должна была начаться сильнейшим артиллерийским огнем, который должен был смести проволочные заграждения и уничтожить неприятельские укрепления с их защитниками. И затем атака пехоты, поддержанная артиллерийским огнем, должна была неизменно увенчаться успехом, то есть прорывом фронта и в дальнейшем расширением прорванного фронта. Очевидно, противник должен был уходить с тех участков, которые не были атакованы. Такой способ действий в 1915 году дал полную победу австро-германцам над русской армией, отбросив нас далеко на восток [...]<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 184.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [preparado de la [[Brusilov-ofensivo]] ] [...] mi ordonis ne en unu, sed en ĉiuj armeoj de mia fronto prepari po unu batoloko, kaj krome en kelkaj korpusoj elekti por ĉiu sian batolokon kaj en ĉiuj ĉi lokoj tuj komenci foslaborojn por proksimiĝo al la [[malamiko]]. Danke al tio en mia fronto la malamiko ekvidos tiajn foslaborojn en 20—30 lokoj, kaj eĉ transkurintaj al ĝi [[soldato]]j povos diri al la malamiko nenion krom ke en tiu ĉi loko estas preparaata atako. Tiel la malamiko estos senigita je ebleco venigi al unu loko ĉiujn siajn fortojn kaj ne povos scii, kie al li estos farita la ĉefa bato. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] я приказал не в одной, а во всех армиях вверенного мне фронта подготовить по одному ударному участку, а кроме того, в некоторых корпусах выбрать каждому свой ударный участок и на всех этих участках немедленно начать земляные работы для сближения с противником. Благодаря этому на вверенном мне фронте противник увидит такие земляные работы в 20—30 местах, и даже перебежчики не будут в состоянии сообщать противнику ничего иного, как то, что на данном участке подготовляется атака. Таким образом, противник лишен возможности стягивать к одному месту все свои силы и не может знать, где будет ему наноситься главный удар<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 185.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ligo de la caro kun la fronto konsistis sole je tio, ke li ĉiutage vespere estis ricevanta raporton pri la okazaĵoj en la fronto. Mi opinias ke tiu ĉi ligo estis tro malgranda [...] Efektive la caro en la ĉefkomandejo enuis. Ĉiutage je la 11-a matene li estis ricevanta raporton de la stabestro kaj generalo-kantonmentigisto pri situacio en la fronto kaj fakte je tio finiĝis lia fikcia estrado de la trupoj. La tutan restan tempon li havis nenion por fari kaj pro tio, ŝajnas al mi, li klopodis ĉiam vojaĝi jen al [[Carskoje Selo]], jen al la fronto, jen al diversaj lokoj de [[Rusio]] sen difinita celo, nur por mortigi [[tempo]]n. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Связь же царя с фронтом состояла лишь в том, что он ежедневно по вечерам получал сводку сведений о происшествиях на фронте. Думаю, что эта связь чересчур малая [...] В действительности царю в Ставке было скучно. Ежедневно в 11 часов утра он принимал доклад начальника штаба и генерал-квартирмейстера о положении на фронте, и, в сущности, на этом заканчивалось его фиктивное управление войсками. Все остальное время дня ему делать было нечего, и поэтому, мне кажется, он старался все время разъезжать то в Царское Село, то на фронт, то в разные места России без какой-либо определенной цели, а лишь бы убить время<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 187–188.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Neniam mi povis kompreni pro kio la [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)|imperiestrino]] tiel forte malŝatis min. Ŝi ja devus vidi kiel senlace mi estis laboranta por utilo de la patrujo, do tiutempe por la [[gloro]] de ŝia edzo kaj ŝia filo. Mi estis tro malproksima de la [[kortego]], do neniun pretekston por persona antipatio mi povus doni. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Никогда не мог я понять, за что императрица меня так сильно не любила. Она ведь должна была видеть, как я неутомимо работал на пользу родины, следовательно, в то время во славу ее мужа и ее сына. Я был слишком далек от двора, так что никакого повода к личной антипатии подать не мог<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 188.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la lasta renkontiĝo kun [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)]] Stranga afero okazis al la eta ikono de [[Nikolao de Mira|Sankta Nikolao]], kiun ŝi donis al mi dum tiu ĉi lasta nia rendevuo. Emajla bildo de la sanktulo tuj forfrotiĝis kaj tiel forte, ke restis nura arĝenta plateto. Superstiĉaj homoj estis mirigitaj, kaj troviĝis ankaŭ tiaj, kiuj suspektis maldeziron de la sanktulo partopreni en tiu ĉi hipokrita beno. Unu aferon mi scias firme, ke la [[malamo]]n de tiu ĉi profunde malfeliĉa, fatala por nia patrujo virino, mi konscie ne meritis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Странная вещь произошла с образком св. Николая, который она мне дала при этом последнем нашем свидании. Эмалевое изображение лика святого немедленно же стерлось, и так основательно, что осталась лишь одна серебряная пластинка. Суеверные люди были поражены, а нашлись и такие, которые заподозрили нежелание святого участвовать в этом лицемерном благословении. Одно твердо знаю, что нелюбовь этой глубоко несчастной, роковой для нашей родины женщины я ничем сознательно не заслужил<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 188.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Inspektado de la trupoj pasis bone, kaj neniuj malagrablaj incidentoj okazis, sed necesas diri la veron, ke laŭ sia naturo la caro estis la [[homo]] pardonema kaj ĉiam klopodis danki. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Смотр войск прошел благополучно, и никаких неприятных инцидентов не было, да нужно правду сказать, что по натуре своей царь был человек снисходительный и всегда старался благодарить<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 189.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Brusilov-ofensivo]] ] Al ĉiu estas klare, ke la [[fortikaĵo]]j mem, iom ajn fortikaj ili estus, sen necesa vivoforto rebati la [[atako]]n ne povas, kaj je malfortigo de malamikaj fortoj ĉe mia fronto konsistis mia [[espero]] pri sukceso. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Всякому понятно, что самые укрепления, как бы они ни были сильны, без надлежащей живой силы отбить атаку не могут, и в ослаблении неприятельских сил на моем фронте главным образом заключалась моя надежда на успех<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 191.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] tio estis sistemo de la ĉefkomandejo subestre de [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev|Aleksejev]] — dek paŝojn antaŭen, kaj poste tuj unu paŝon reen. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] это была система Ставки с Алексеевым во главе — делать шаг вперед, а потом сейчас же шаг назад<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 195.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Brusilov-ofensivo]] ] Mi devas agnoski, ke ĉie nia artileria [[atako]] havis plenan [[sukceso]]n. En plejparto de la kazoj trairejoj estis farita en sufiĉa kvanto kaj bone, kaj la unua fortikigita linio estis kompleta forbalaata kaj kune kun siaj defendantoj trnsformiĝanta je amaso de rompitaĵoj kaj disŝiritaj korpoj. Ĉi tie klare montriĝis reverso de la medalo: multaj ŝirmejoj ne estis detruitaj, sed sidintaj tie trupoj de garnizono devis formeti la [[armilo]]jn kaj kapitulaci, ĉar sufiĉis eĉ unu sola grenadisto kun [[bombo]] enmane ekstari ĉe la enirejo kaj la savo jam ne pl haveblis, ĉar kaze de rifuzo kapitulaci en la ŝirmejon estis metata grenado, kaj sin kaŝintoj neeviteble estis pereantaj sen utilo por la afero; ĝustatempe elrampi el la ŝirmejoj estis ege malfacile kaj diveni la [[tempo]]n ne eblis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Должен признать, что везде наша артиллерийская атака увенчалась полным успехом. В большинстве случаев проходы были сделаны в достаточном количестве и основательно, а первая укрепленная полоса совершенно сметалась и вместе со своими защитниками обращалась в груду обломков и растерзанных тел. Тут ясно обнаружилась обратная сторона медали: многие убежища разрушены не были, но сидевшие там части гарнизона должны были класть оружие и сдаваться в плен, потому что стоило хоть одному гренадеру с бомбой в руках стать у выхода, как спасения уже не было, ибо в случае отказа от сдачи внутрь убежища металась граната, и спрятавшиеся неизбежно погибали без пользы для дела; своевременно же вылезть из убежищ чрезвычайно трудно и угадать время невозможно<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 197–199.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sed strangan [[karaktero]]n havis [[Aleksej Kaledin|Kaledin]]: malgraŭ plena [[sukceso]] de la agoj, li ĉiam estis plendanta ke li troviĝas en kriza situacio kaj atendas ĉiutage pro tute nekonataj kialoj por la armeo kaj por si mem pereon; regado de la trupoj ĉe li estis maldecidema, ŝanceliĝanta. Siavice la trupoj vidis lin malmulte, kaj kiam ili lin vidis, do rimarkis nur la mornan, silenteman generalon, kun ili ne parolintan kaj ilin ne dankintan; oni lin ne amis kaj oni lin ne fidis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Но странный был характер у Каледина: невзирая на полную успешность действий, он все время плакался, что находится в критическом положении и ожидает ежедневно по совершенно неизвестным причинам как армии, так и себе погибели; управление войсками было у него нерешительное, колеблющееся. В свою очередь, войска видели его мало, а когда видели, то замечали лишь угрюмого, молчаливого генерала, с ними не говорившего и их не благодарившего; его не любили и ему не доверяли<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 204.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Brusilov-ofensivo]] ] Rekta sekvo de tiuj ĉi sukcesaj agoj estis foriro de [[Rumanio]] de neŭtrala stato kaj ĝia aliĝo al ni. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Непосредственным результатом этих удачных действий был выход Румынии из нейтрального положения и присоединение ее к нам<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 207.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Brusilov-ofensivo]] ] Tiu ĉi operaco pruvas al ni, ke [[opinio]], ial disvastiĝinta en [[Rusio]], ke kvazaŭ post [[Granda Retreto (Rusio)|malsukcesoj de la jaro 1915]] la rusa armeo jam disfalis estas malĝusta: en 1916 ĝi estis ankoraŭ fortika kaj sendube batalkapabla, ĉar ĝi frakasis oble pli fortan [[malamiko]]n kaj ricevis tiajn sukcesojn, kiujn ĝis tiu [[tempo]] neniu armeo havis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Эта операция доказывает также, что мнение, почему-то распространившееся в России, будто после неудач 1915 года русская армия уже развалилась, — неправильно: в 1916 году она еще была крепка и, безусловно, боеспособна, ибо она разбила значительно сильнейшего врага и одержала такие успехи, которых до этого времени ни одна армия не имела<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 208.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Komandestro de la Speciala Armeo generalo-adjutanto [[Vladimir Miĥajloviĉ Bezobrazov|Bezobrazov]] estis homo honesta, firma, sed havis limigitan [[intelekto]]n kaj estis terure obstina. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Сам командующий Особой армией генерал-адъютант Безобразов был человек честный, твердый, но ума ограниченного и невероятно упрямый<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 209.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Tamen baldaŭ post ekmilitado de la [[rumana armeo]] iĝis sufiĉe evidente ke la rumana supera militestraro havas neniun imagon pri regado de la trupoj en milita tempo, la trupoj estas instruitaj malbone, konas kun paradan flankon de la militafero, pri tranĉea konstruado, tiom grava dum la [[tranĉea milito]], ili ne havas imagon, [[artilerio]] ne scias pafi, peza artilerio preskaŭ tute mankas kaj la obusoj tre malmultas. Ĉe tia situacio ne estas mirinde, ke baldaŭ ili estis frakasitaj kaj la saman sorton spertis [[Andrej Zajonĉkovskij|Zajonĉkovskij]] en [[Dobroĝo]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Однако спустя немного времени после начала военных действий румынской армии вполне выяснилось, что румынское высшее военное начальство никакого понятия об управлении войсками в военное время не имеет, войска обучены плохо, знают лишь парадную сторону военного дела, об окапывании, столь капитально важном в позиционной войне, представления не имеют, артиллерия стрелять не умеет, тяжелой артиллерии почти совсем нет и снарядов у них очень мало. При таком положении не удивительно, что они вскоре были разбиты, и той же участи подвергся и Зайончковский в Добрудже<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 211.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] mi sciis ke de la armeo oni povas postuli ion ajn kaj ke ĝi sian devon plenumos, se ĝi estas bone, laŭe al sezono, vestita kaj sata. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] я же знал, что от армии можно потребовать всего, что угодно, и что она свой долг охотно выполнит, но при условии, что она хорошо, по времени года, одета и сыта<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 212.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Krimuloj estas la homoj, kiuj ne deadmonis plej rezolute, eĉ se necese perforte, la imperiestron [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolaon la 2-an]] surpreni la devojn, kiujn li laŭ siaj scioj, kapabloj, psika tipo kaj malforteco de la [[volo]] neniukaze povus plenumi. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Преступны те люди, которые не отговорили самым решительным образом, хотя бы силой, императора Николая II возложить на себя те обязанности, которые он по своим знаниям, способностям, душевному складу и дряблости воли ни в коем случае нести не мог<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 214.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Nikolaj Iudoviĉ Ivanov|Ivanov]] apartenis al la grupo de militestroj, kiuj subestre de [[Aleksej Kuropatkin|Kuropatkin]] malgajnis la [[Rusa-japana milito|Japanan militon]]. Kaj [[Aleksej Evert|Evert]] estis inter la agantoj de tiu malfeliĉa milito. Mi ĉiam timis la generalojn de la Kuropatkin-skolo kaj opinias, ke se ekde komenco ili sidus sur arieraj postenoj, nia afero multe profitus de tio, kaj ne hazarde la eksa ĉefkomandestro grandprinco [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)|Nikolaj Nikolajeviĉ]] ne ŝatis ilin. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Иванов принадлежал к той плеяде военачальников, которые под руководством Куропаткина проиграли японскую войну. И Эверт был один из деятелей этой злосчастной войны. Я всегда боялся генералов этой куропаткинской школы и думаю, что если бы с самого начала они сидели на тыловых должностях, то от этого наше дело много выиграло бы, и недаром бывший Верховный Главнокомандующий великий князь Николай Николаевич их не жаловал<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 219.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Rapide anstataŭigataj ministroj subestre de siaj ĉefministroj ne havis [[tempo]]n almenaŭ ion fari, ĉar jam ili estis anstataŭataj per tiuj novaj. Plejparto de la ministroj estis nomumataj por administri tiajn ministeriojn, kiujn ili antaŭe tute ne konis, kaj ĉiu el ili devis komenci de konatiĝo kun la funkcioj, kiujn li devis plenumi. Sed fakte ankaŭ por tio ili ne havis tempon, ĉar ili plejparte devis okupiĝi pri lukto kontraŭ la [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|Ŝtata Dumao]] kaj [[publika opinio]] por defendi sian ekziston. Ĉu estas mirinde se ĉe tiaj kondiĉoj regado de la ŝtato estis ĉiam pli kaj pli malbonф, kaj pro tio rekte suferis la [[armeo]]! |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Быстро сменяющиеся министры со своими премьерами во главе не успевали что-либо завести, как уже заменялись новыми. Большинство министров назначалось управлять такими министерствами, которые им раньше были совсем неизвестны, и каждый из них должен был начинать с того, что знакомился с теми функциями, которые ему надо было исполнять. Но, в сущности, и на это у них времени не было, так как они главным образом должны были заниматься борьбой с Государственной думой и общественным мнением, чтобы отстоять свое существование. Что удивительного, если при этих условиях управление государством шло все хуже и хуже, а от этого непосредственно страдала армия!<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 219.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Dum la vintro 1916/17 la trupoj ne povis plendi pri malsufiĉo de varmaj [[vesto]]j, sed la [[boto]]j jam malsufiĉis kaj milita ministro dum militkonsilio en la ĉefkomandejo deklaris al ni, ke [[ledo]] preskaŭ tute mankas, ke ili klopodas alporti la botojn de [[Usono]], sed ĉu ili venos kaj kiam kaj je kioma kvanto, li ne povas diri. Ĉe tio mi aldonu miaflanke, ke manko de la botoj ĝis 1917 estiĝis ne pro tio, ke ili estis tro malmultaj, sed pro malordo en la malfronto: preskaŭ tuta loĝantaro de [[Rusio]] estis marŝanta en soldataj botoj kaj plejparto de venantaj al la fronto homoj estis vendantaj siajn botojn laŭvoje al civiluloj, ofte kontraŭ groŝoj kaj je la fronto ili ricevis la novajn. Tian monoperacion kelkaj lertuloj sukcesis fari po du–tri fojoj. Same okazis al la vestoj, kiuj senĝene estis vendantaj, kaj ofte soldatoj, senditaj de malfronto sufiĉe ekipitaj kaj bonege vestitaj, ŝuitaj, al la fronto venis nudaj. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Во время зимы 1916/17 года войска не могли жаловаться на недостаток теплой одежды, но сапог уже не хватало, и военный министр на военном совете в Ставке нам заявил, что кожи почти нет, что они стараются добыть сапоги из Америки, но, прибудут ли и когда, в каком количестве, он сказать не может. При этом добавлю со своей стороны, что недостаток сапожного товара к 1917 году произошел не оттого, что было его слишком мало, а вследствие непорядков в тылу: чуть ли не все население России ходило в солдатских сапогах, и большая часть прибывавших на фронт людей продавала свои сапоги по дороге обывателям, часто за бесценок, и на фронте получала новые. Такую денежную операцию некоторые искусники умудрялись делать два–три раза. То же самое происходило и с одеждой, которую, не стесняясь, продавали, и зачастую солдаты, отправленные из тыла вполне снаряженными и отлично одетыми, обутыми, на фронт приходили голыми<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 221.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Konstanta anstataŭigado de ministroj, ofte ege stranga elekto de ministroj kaj ĉefministroj, ĥaosa regado de [[Rusio]] kun tiel nomataj senrespondecaj personoj forme de ĉiopovaj konsilantoj, senfinaj rakontoj pri [[Rasputin]], imperiestrino [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)|Aleksandra Fjodorovna]], [[Boris Ŝtjurmer|Ŝtjurmer]] ktp ĉiujn nervozigis, oni povas diri, ke escepte de la soldata amaso, kiu plejparte estis inercia, la oficira korpuso kaj la tuta [[Rusa intelelktularo|intelelktularo]], kiu troviĝis en la armeo, rilatis al la registaro ekstreme malamikece. Ĉie senhezite oni diris ke tempas fini la malordojn, okazantajn en [[Peterburgo]], kaj ke necesas establi respondecan ministerion. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Постоянная смена министров, зачастую чрезвычайно странный выбор самих министров и премьер-министров, хаотическое управление Россией с так называемыми безответственными лицами в виде всесильных советников, бесконечные рассказы о Распутине, императрице Александре Федоровне, Штюрмере и т. п. всех волновали, можно сказать, что за исключением солдатской массы, которая в своем большинстве была инертна, офицерский корпус и вся та интеллигенция, которая находилась в составе армии, были настроены по отношению к правительству в высшей степени враждебно. Везде, не стесняясь, говорили, что пора положить предел безобразиям, творящимся в Петербурге, и что совершенно необходимо установить ответственное министерство<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 222.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi, amanta [[Rusio]]n per ĉiuj fortoj de mia [[animo]], deziris nur unu aferon: doni eblecon fini tiun ĉi militon venke por Rusio, kaj por tio nepre necesis ke la neevitebla [[revolucio]] komenciĝu post la fino de la milito, ĉar samtempe militi kaj revolucii ne eblas. Por mi estis klare, ke se ni komencos la revolucion ne ĝustatempe, la militon ni devos malgajni kaj tio siavice kaŭzos tiajn sekvojn, kiujn tiutempe ne eblis kalkuli, certe facile oni povis supozi ke Rusio disfalos — tion mi konsideris sendube por ni nedizirinda kaj granda plago por la [[popolo]], kiun mi amis kaj amas tutanime. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Мне, любящему Россию всеми силами своей души, хотелось лишь одного: дать возможность закончить эту войну победоносно для России, а для сего было совершенно необходимо, чтобы неизбежная революция началась по окончании войны, ибо одновременно воевать и революционировать невозможно. Для меня было ясно, что если мы начнем революцию не своевременно, то войну должны проиграть, а это, в свою очередь, повлечет за собой такие последствия, которые в то время нельзя было исчислить, конечно, легко можно было предположить, что Россия рассыплется — это я считал, безусловно, для нас нежелательным и великим бедствием для народа, который я любил и люблю всей душой<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 222–223.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri grandprinco [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail Aleksandroviĉ]] ] Mi tre amis lin kiel homon sendube honestan kaj kun pura [[koro]], komplican de neniu flanko al iuj ajn intrigoj kaj strebinta nur vivi kiel honesta homo, sen uzi avantaĝojn de la [[Romanovoj|imperiestra familio]]. Li distanciĝis, kiom li povis, de ĉiuj ajn kvereloj en la familio kaj en la servo; li estis kuraĝa generalo kaj estis modeste, laboreme plenumanta sian [[devo]]n. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Я очень его любил как человека безусловно честного и чистого сердцем, не причастного ни с какой стороны ни к каким интригам и стремившегося лишь к тому, чтобы жить честным человеком, не пользуясь прерогативами императорской фамилии. Он отстранялся, насколько это было ему возможно, от каких бы то ни было дрязг и в семействе и в служебной жизни; он был храбрый генерал и скромно, трудолюбиво выполнял свой долг<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 224.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [komunikado kun soldatoj post la [[Februara revolucio]] ] Pri unu afero mi estis malsukcesa — ricevi promeson fari [[ofensivo]]n kaj ataki malamikajn poziciojn. En tiu kazo sur scenejon venis la vortoj: "sen aneksoj kaj kontribucioj" kaj post la afero ne plu progresis, ĉar tio ĉi fakte estis pretekstoj, bazitaj sur maldeziro daŭrigi la militon. La pozicion de [[bolŝeviko]]j mi estis komprenanta, ĉar ili edifis "for la militon kaj tuj pacon kontraŭ iu ajn prezo", sed mi neniel povis kompreni taktikon de la [[Partio de Socialistoj-Revoluciuloj|socialistoj-revoluciuloj]] kaj [[menŝeviko]]j, kiuj la unuaj komencis detrui la armeon kvazaŭ por eviti [[kontraŭrevolucio]]n, kio montris ilian nescion pri la vera mensostato de la soldata amaso, kaj samtempe ili deziris daŭrigon de la milito ĝis la venka fino. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Одного мне не удавалось — это получить обещание наступать и атаковать вражеские позиции. Тут уже на сцену выступали слова: «без аннексий и контрибуций», и дальше дело никак не шло, ибо это, в сущности, были отговорки, основанные на нежелании продолжать войну. Позицию большевиков я понимал, ибо они проповедовали «долой войну и немедленно мир во что бы то ни стало», но я никак не мог понять тактики эсеров и меньшевиков, которые первыми разваливали армию якобы во избежание контрреволюции, что не рекомендовало их знания состояния умов солдатской массы, и вместе с тем желали продолжения войны до победного конца<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 226–227.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] soldata amaso ne plu agnoskis la [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|Ŝtatan Dumaon]], konsiderante ĝin malamika al si, kaj obeis, eĉ se ne komplete, la [[Petrograda Soveto|Soveton de Laboristaj kaj Soldataj Deputitoj]]. Ĝis majo trupoj de ĉiuj frontoj komplete ĉesis obei, kaj neniujn rimedojn influi ilin eblis entrepreni. Ankaŭ la nomumitajn komisarojn ili obeis nur ĝis tiuj indulgis la [[soldato]]jn, sed se ili kontraŭis ilin, la soldatoj rifuzis plenumi ankaŭ iliajn [[ordono]]jn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] солдатская масса более не признавала Государственной думы, считая ее себе враждебной, и слушалась, и то относительно, Совета рабочих и солдатских депутатов. К маю войска всех фронтов совершенно вышли из повиновения, и никаких мер воздействия предпринимать было невозможно. Да и назначенных комиссаров слушались лишь постольку, поскольку они потворствовали солдатам, а когда они шли им наперекор, солдаты отказывались исполнять и их распоряжения<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 227.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Cetere dum vojaĝado de [[Kerenskij]] tra la Sudokcidenta Fronto oni lin preskaŭ ĉie akceptis varmege kaj multon promesis al li, sed kiam venis la [[tempo]] plenumi, do, unue okupinte tranĉeojn de [[malamiko]], la trupoj poste arbitre sekvan tagon revenis, deklarinte ke ĉar la aneksojn kaj kontribuciojn postuli ne eblas kaj la milito ĝis la venka fino estas malpermesita, do ili revenas al siaj malnovaj pozicioj. Kaj poste, kiam la malamiko transiris al [[ofensivo]], niaj armeoj sen rezisto forlasis siajn poziciojn kaj ekmarŝis malantaŭen. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Правда, при объезде Юго-Западного фронта Керенским его почти везде принимали горячо и многое ему обещали, но когда дошло до дела, то, взяв сначала окопы противника, войска затем самовольно на другой же день вернулись назад, объявив, что так как аннексий и контрибуций требовать нельзя и война до победного конца недопустима, то они и возвращаются на свои старые позиции. А затем, когда противник перешел в наступление, наши армии без сопротивления очистили свои позиции и пошли назад<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 227.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Estas klare ke ankaŭ [[Kerenskij]] kaj la tiama [[Petrograda Soveto|Soveto de Laboristaj kaj Soldataj Deputitoj]] perdis tiutempe sian ĉarmon je la kapoj de la soldata amaso, kaj ni estis rapide proksimiĝantaj al [[anarĥio]], malgraŭ klopodoj de la senpova [[Provizora Rgistaro de Rusio|Provizora Rgistaro]], kiu, se diri la veron, mem ne sciis firme, kion ĝi deziris. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Ясно, что и Керенский и тогдашний Совет рабочих и солдатских депутатов также потеряли к этому времени свое обаяние в умах солдатской массы, и мы быстро приближались к анархии, невзирая на старания немощного Временного правительства, которое, правду сказать, само твердо не знало, чего хотело<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 227.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La sensenca [[Rusa-japana milito|milito kontraŭ Japanio]] kaŭzis [[Rusia revolucio de 1905|revolucion]]. Fari aliancon kun [[Francio]], multajn jarojn sin preparadi por milito je la Okcidenta Fronto kaj subite disbati la frunton en la foroirenta aventuro — ĉio ĉi estis sendube senracia afero. Per tio [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] detruis batalkapablon de la rusa armeo, ŝtatajn [[financo]]jn kaj verŝigis "pro nenio" sensence maron de la rusa [[sango]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Бессмысленная война с Японией вызвала революцию. Заключить союз с Францией, много лет готовиться к войне на Западном фронте и неожиданно разбить себе лоб в дальневосточной авантюре — все это было, несомненно, безрассудно. Этим Николай II расстроил боеспособность русской армии, финансы государства и заставил «за здорово живешь» пролить бессмысленно море русской крови<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 229.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Fakte al tiu ĉi milito, je pli aŭ malpli alta grado, estis preparita neniu, ĉar neniu antaŭvidis skalon kaj iron de la milito. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = В сущности, к этой войне в большей или меньшей степени никто подготовлен не был, ибо никто не предвидел размера и хода войны<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Atingis min informoj, ke estas planata [[palaca ŝtatrenverso]], ke oni planas proklami la tronheredanton [[Aleksej Nikolajeviĉ Romanov|Aleksej Nikolajeviĉ]] imperiestro ĉe regento grandprinco [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail Aleksandroviĉ]], kaj laŭ alia versio —— [[Nikolaj Nikolajeviĉ (1856–1929)|Nikolaj Nikolajeviĉ]]. Sed ĉio ĉi estis malklaraj [[onidiro]]j, havintaj neniujn konfirmojn. Mi ne kredis al tiuj ĉi onidiroj, ĉar la ĉefa rolo estis destinita al [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev|Aleksejev]], kiu kvazaŭ konsentis aresti [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolaon la 2-an]] kaj [[Aleksandra Fjodorovna (Alix de Hesio-Darmstadt)|Aleksandra Fjodorovna]]; konante ecojn de la [[karaktero]] de Aleksejev, mi estis konvinkita ke li tion ne plenumos. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Доходили до меня сведения, что задумывается дворцовый переворот, что предполагают провозгласить наследника Алексея Николаевича императором при регентстве великого князя Михаила Александровича, а по другой версии — Николая Николаевича. Но все это были темные слухи, не имевшие ничего достоверного. Я не верил этим слухам потому, что главная роль была предназначена Алексееву, который якобы согласился арестовать Николая II и Александру Федоровну; зная свойства характера Алексеева, я был убежден, что он это не выполнит<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 232.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri la [[Februara revolucio]] ] Mi estis ricevanta de la ĉefkomandejo telegramojn, informantajn pri la iro de la ribelo, kaj finfine mi estis vokita al la rekta linio fare de [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev|Aleksejev]], kiu informis min, ke la formiĝinta [[Provizora Registaro de Rusio|Provizora Registaro]] al li deklaris ke kaze de rifuzo de [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] abdiki, ĝi minacas ĉesigi alportadon de la nutraĵoj kaj municioj al la armeo (ni dume havis neniujn rezervojn), pro kio Aleksejev petis min kaj ĉiujn ĉefkomandestrojn telegrafi al la caro peton pri la [[Abdiko de Nikolao la 2-a|abdiko]]. Mi al li respondis ke miaflanke mi konsideras tiun ĉi paŝon necesa kaj tuj plenumos. [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko|Rodzjanko]] ankaŭ sendis al mi urĝan telegramon kun la sama enhavo, al kiu mi respondis same jese. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Я получал из Ставки подробные телеграммы, сообщавшие о ходе восстания, и наконец был вызван к прямому проводу Алексеевым, который сообщил мне, что образовавшееся Временное правительство ему объявило, что в случае отказа Николая II отречься от престола оно грозит прервать подвоз продовольствия и боевых припасов в армию (у нас же никаких запасов не было), поэтому Алексеев просил меня и всех главнокомандующих телеграфировать царю просьбу об отречении. Я ему ответил, что со своей стороны считаю эту меру необходимой и немедленно исполню. Родзянко тоже прислал мне срочную телеграмму такого же содержания, на которую я ответил также утвердительно<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 232.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La oficira korpuso, nenion kompreninta je la [[politiko]], la penso pri kiu estis al ĝi plej severe malpermesita, troviĝis en la manoj de la soldata amaso, kaj la [[oficiro]]j havis sur tiun ĉi [[amaso]]n neniun influon; gvidis ĝin diversaj komisaroj kaj agentoj de socialismaj partioj, kiuj estis senditaj de la [[Petrograda Soveto|Soveto de Laboristaj kaj Soldataj Deputitoj]] por propagando de la [[paco]] "sen aneksoj kaj kontribucioj". La [[soldato]] plu batali ne deziris kaj trovis, ke se la paco devas esti farita sen la aneksoj kaj kontribucioj, kaj se estas proklamita principo de la rajto de la popoloj pri memdetermino, do plua sangoverŝado estas sensenca kaj neallasebla. Tio estis, tiel diri, oficiala klarigo; tiu sekreta konsistis je tio, ke venkis la slogano: "For la militon, tuj pacon kontraŭ iu ajn prezo, kaj senprokraste forpreni la teron de la bienulo" — surbaze de tio, ke la bienulo jarcentojn estis akumulanta sian riĉaĵon per kamparana dorso kaj necesas de li forpreni tiun ĉi kontraŭleĝe akiritan posedon. La oficiro tuj iĝis malamiko en la soldataj kapoj, ĉar li estis postulanta daŭrigon de la milito kaj reprezentis en la soldataj okuloj tipon de la bienulo en milita uniformo. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Корпус офицеров, ничего не понимавший в политике, мысль о которой была ему строжайше запрещена, находился в руках солдатской массы, и офицеры не имели на эту массу никакого влияния; возглавляли же ее разные эмиссары и агенты социалистических партий, которые были посланы Советом рабочих и солдатских депутатов для пропаганды мира «без аннексий и контрибуций». Солдат больше сражаться не желал и находил, что раз мир должен быть заключен без аннексий и контрибуций и раз выдвинут принцип права народов на самоопределение, то дальнейшее кровопролитие бессмысленно и недопустимо. Это было, так сказать, официальное объяснение; тайное же состояло в том, что взял верх лозунг: «Долой войну, немедленно мир во что бы то ни стало и немедленно отобрать землю у помещика» — на том основании, что барин столетиями копил себе богатство крестьянским горбом и нужно от него отобрать это незаконно нажитое имущество. Офицер сразу сделался врагом в умах солдатских, ибо он требовал продолжения войны и представлял собой в глазах солдата тип барина в военной форме<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 233.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Unue plejparto de la [[oficiro]]j aliĝis al la partio de [[Konstitucia Demokratia Partio|konstituci-demokratoj]] dum la soldata amaso subite iĝis komplete [[Partio de Socialistoj-Revoluciuloj|socialista-revoluciula]], sed baldaŭ ĝi komprenis ke la socialistoj-revoluciuloj subestre de [[Kerenskij]] edifas [[ofensivo]]n, daŭrigon de la alianco kun [[Triopa Entento|Entento]] kaj prokrastas dividon de la tero ĝis la [[Tutrusia Konstitucifara Asembleo|Konstitucifara Asembleo]], kiu devos decidi pri tiu ĉi afero, kreinte la bazajn leĝojn de la [[ŝtato]]. Tiaj intencoj tute malkongruis al la planoj de la soldata amaso kaj evidente kontraŭis ĝiajn sopirojn. Kaj ĉi tie la bolŝevika edifo trafis la guston kaj imagojn de la soldatoj. Ilin tute ne interesis la Internacio, [[komunismo]] kaj aliaj similaj aferoj, ili nur komprenis sekvajn bazojn de la estonta libera [[vivo]]: tuja [[paco]] kontraŭ iu ajn prezo, forpreno ĉe la tuta posedanta klaso, sendepende de tio al kiu socia klaso ĝi apartenis, de la tuta [[posedo]], malaperigo de la bienulo kaj de la sinjoro ĝenerale. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Сначала большинство офицеров стало примыкать к партии кадетов, а солдатская масса вдруг вся стала эсеровской, но вскоре она разобрала, что эсеры с Керенским во главе проповедуют наступление, продолжение союза с Антантой и откладывают дележ земли до Учредительного собрания, которое должно разрешить этот вопрос, установив основные законы государства. Такие намерения совершенно не входили в расчеты солдатской массы и явно противоречили ее вожделениям. Вот тут-то проповедь большевиков и пришлась по вкусу и понятиям солдатам. Их совершенно не интересовал Интернационал, коммунизм и тому подобные вопросы, они только усвоили себе следующие начала будущей свободной жизни: немедленно мир во что бы то ни стало, отобрание у всего имущественного класса, к какому бы он сословию ни принадлежал, всего имущества, уничтожение помещика и вообще барина<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 233.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La [[oficiro]] tiutempe aspektis sufiĉe mizere, ĉar li en tiu ĉi akvokirlo de diversaj pasioj tre malbone orientiĝis kaj ne povis kompreni kion li faru. Lin dum mitingoj komplete venkis iu ajn [[oratoro]], sciinta babili kaj leginta kelkajn broŝurojn de la socialisma enhavo. Dum paroladoj pri tiuj ĉi temoj la oficiro estis komplete senarma, li nenion estis komprenanta je ili. Pri ajna kontraŭpropagando ne eblis eĉ paroli. Ilin neniu deziris aŭskulti. En kelkaj trupoj oni eĉ forpelis la tutan estraron, elektis por si la sian — novan — kaj deklaris ke ili iras hejmen, ĉar ili ne plu deziras militi. Simple kaj klare. En aliaj trupoj oni arestis la estrojn kaj sendis ilin al [[Petrogrado]], al la [[Petrograda Soveto|Soveto de Laboristaj kaj Soldataj Deputitoj]]; fine, troveblis ankaŭ trupoj, plejparte en la Norda Fronto, kie la estrojn oni murdis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Офицер в это время представлял собой весьма жалкое зрелище, ибо он в этом водовороте всяких страстей очень плохо разбирался и не мог понять, что ему делать. Его на митингах забивал любой оратор, умевший языком болтать и прочитавший несколько брошюр социалистического содержания. При выступлениях на эти темы офицер был совершенно безоружен, ничего в них не понимал. Ни о какой контрпропаганде и речи не могло быть. Их никто и слушать не хотел. В некоторых частях дошли до того, что выгнали все начальство, выбрали себе свое — новое — и объявили, что идут домой, ибо воевать больше не желают. Просто и ясно. В других частях арестовывали начальников и сплавляли в Петроград, в Совет рабочих и солдатских депутатов; наконец, нашлись и такие части, по преимуществу на Северном фронте, где начальников убивали<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 234.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La problemo konsistis ankaŭ je tio, ke la [[menŝeviko]]j kaj [[Partio de Socialistoj-Revoluciuloj|socialistoj-revoluciuloj]], konsiderintaj necesa subteni povon de la armeo kaj ne dezirintaj rompi rilatojn kun la aliancanoj, mem detruis la armeon per eldono de la fama ordono N 1. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Беда была еще в том, что меньшевики и эсеры, считавшие необходимым поддержать мощь армии и не желавшие разрыва с союзниками, сами разрушили армию изданием известного приказа № 1<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 234.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ni petis [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev|Aleksejev]] kune veturi al [[Petrogrado]] por klarigi neceson de decido, do akcepti apartan [[paco]]n aŭ ĉesigi [[propagando]]n de la paco en la trupoj kaj inverse propagandi obeon al la estraro, [[disciplino]]n kaj daŭrigon de la [[milito]]. Alikaze ni decidis peti nian elpostenigon. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Мы просили Алексеева всем вместе ехать в Петроград, чтобы объяснить необходимость какого-либо решения, то есть или заключить сепаратный мир, или прекратить мирную пропаганду в войсках и, напротив, пропагандировать послушание начальству, дисциплину и продолжение войны. В противном случае мы решили просить об увольнении нас с наших постов<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 235.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri vojaĝo de [[Kerenskij]] al armeo] La soldata [[amaso]] estis akceptanta lin jubile, ĝi promesis ĉion ajn, kaj nenie ĝi plenumis sian [[promeso]]n. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Солдатская масса встречала его восторженно, обещала все, что угодно, и нигде не исполнила своего обещания<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 237.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] meze de majo 1917 mi estis nomumita la ĉefkomandestro. Mi estis komprenanta ke fakte la [[milito]] por ni estas finita, ĉar haveblis sendube neniuj rimedoj por devigi la trupojn militi. Tio estis ĥimero, per kiu povus sin luli homoj kiel [[Kerenskij]], Sokolov<ref>Nikolaj Dmitrijeviĉ Sokolov (1870–1928), advokato.</ref> kaj similaj laikoj, sed ne mi. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] в половине мая 1917 года, я был назначен Верховным Главнокомандующим. Я понимал, что, в сущности, война кончена для нас, ибо не было, безусловно, никаких средств заставить войска воевать. Это была химера, которою могли убаюкиваться люди вроде Керенского, Соколова и тому подобные профаны, но не я<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 237.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi tro amas mian [[popolo]]n kaj delonge konas ĉiujn ĝiajn avantaĝojn kaj mankojn. Mi vidis ke neniu partio promesas al la popolo tion, kion promesas la [[bolŝeviko]]j: tujan [[paco]]n kaj tujan dividon de la [[tero]]. Por mi estis evidente ke la tuta soldata [[amaso]] nepre subtenos la bolŝevikojn kaj ĉiu ajn provo de [[diktaturo]] nur faciligos ilian [[venko]]n. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Я слишком люблю свой народ и давно знаю все его достоинства и недостатки. Я видел, что ни одна партия не обещает народу того, что сулят большевики: немедленный мир и немедленно дележ земли. Для меня было очевидно, что вся солдатская масса обязательно станет за большевиков и всякая попытка диктатуры только облегчит их торжество<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 243.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Lavr Kornilov]] ] Tio estis tre kuraĝa homo, decidinta evidente krei por si reputacion dum la [[milito]]. Li ĉiam estis antaŭe kaj per tio allogis la [[koro]]jn de la [[soldato]]j, kiuj lin amis. Ili ne estis komprenantaj liajn agojn, sed ili vidis lin ĉiam sub pafado kaj aprezis lian [[kuraĝo]]n. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Это был очень смелый человек, решивший, очевидно, составить себе имя во время войны. Он всегда был впереди и этим привлекал к себе сердца солдат, которые его любили. Они не отдавали себе отчета в его действиях, но видели его всегда в огне и ценили его храбрость<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 243.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Lavr Kornilov]] ] Mi opinias ke tiu ĉi sendube kuraĝa [[homo]] estas grave kulpa pri senbezone verŝita [[sango]] de [[soldato]]j kaj [[oficiro]]j. Sekve de sia ardo li senutile estis pereiganta soldatojn, kaj proklaminte sin sen iu ajn senco [[diktatoro]], li pereigis per sia misago multe da oficiroj. Sed mi devas diri ke ĉio kion li estis faranta, li faris sen pripensi kaj sen profundiĝi je la senco de la afero. Kaj nun, kiam li delonge pereis, mi nur povas diri: "Pacon al lia cindro", same kiel al ĉiuj similaj al li, ardaj reprezentantoj de nia eksa [[Rusio]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Считаю, что этот безусловно храбрый человек сильно повинен в излишне пролитой крови солдат и офицеров. Вследствие своей горячности он без пользы губил солдат, а провозгласив себя без всякого смысла диктатором, погубил своей выходкой множество офицеров. Но должен сказать, что все, что он делал, он делал, не обдумав и не вникая в глубь вещей. И теперь, когда он давно погиб, я могу только сказать: «Мир праху его», как и всем, подобным ему, пылким представителям нашей бывшей России<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 245.</ref>. }} == Pri la aŭtoro == {{Citaĵo |teksto = Alvoko de Brusilov kaŭzis certan impreson. Ĝi estis verkita je malnova lingvaĵo kaj pro tio influis la nervojn... "Por la Rusa Tero" — tio estis jam tiel multe. |aŭtoro = [[Vasilij Ŝulgin]] |verko = 1920 |origina teksto = Брусиловское воззвание произвело некоторое впечатление. Оно было написано старым языком и в силу этого действовало на нервы... "За Русскую Землю" — это было уже так много<ref>Шульгин В. В. Дни. 1920: Записки. М., 1989. С. 515.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Brusilov-ofensivo]] == Referencoj == {{DEFAŬLTORDIGO:Brusilov, Aleksej}} [[Kategorio:Rusiaj militistoj]] [[Kategorio:Generaloj]] [[Kategorio:Unua mondmilito]] [[Kategorio:Rusia Enlanda milito]] [[Kategorio:Ruslingvaj aŭtoroj]] [[Kategorio:Naskiĝintoj en 1853]] [[Kategorio:Mortintoj en 1926]] [[Kategorio:Naskiĝintoj la 31-an de aŭgusto]] [[Kategorio:Mortintoj la 17-an de marto]] 5g1e7pidx61ca7xqn10315x8ethgmcx 0 13742 53922 53561 2026-10-30T15:00:41Z Filozofo 2689 Lingvaj alĝustigoj 53922 wikitext text/x-wiki {{Temo | nomo = Rusia Imperiestra Armeo | koloro = | dosiero = | vikipedio = Rusia Imperiestra Armeo | komunejo = | komunejokat = | vikivortaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Rusia Imperiestra Armeo|Rusia Imperiestra Armeo]]''' estis la terarmeo de la Rusia imperio. == Citaĵoj == === Aleksej Brusilov === {{Citaĵo |teksto = Tradicio de renkonto kaj regalo de alvenanta trupo fare de alia trupo firme enradikiĝis tiam en la Kaŭkaziaj trupoj; tiaj du trupoj nomis unu la alian ''kunaki'', do [[amiko]]j. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Обычай встречи и угощения прибывающей воинской части какой-либо другой частью твердо укрепился тогда в кавказских войсках; такие две части называли себя кунаками, то есть друзьями<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [en [[Kaŭkazio]] dum la [[Rusa-turka milito (1877–1878)]] ] Malbone statis la aferoj ankaŭ rilate la nutraĵojn. Tiutempe kampaj kuirejoj ne ekzistis. Kiam la trupoj estis moviĝantaj aŭ sen proviza ariero, ĉiu kuiris por si kion li povis. Tiurilate [[soldato]]j kaj [[oficiro]]j suferis egale. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Плохо было и с пищей. В то время походных кухонь не существовало. Когда войска находились в движении или без обоза, как мы, то продукты раздавались по рукам, и каждый варил себе, что мог. В этом отношении солдаты и офицеры страдали одинаково<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 28.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Infanterio]] estis bone armita je respektiva [[fusilo]], sed [[mitralo]]jn ĝi havis ege malmulte, nur po 8 je [[regimento]], dum minimume necesis havi por ĉiu bataliono ne malpli ol 8 mitralojn, kalkulante po 2 por roto, kaj ankaŭ almenaŭ unu 8-mitralan teamon je dispono de regimentestro. Sume — ne malpli ol 40 mitraloj por 4-bataliona regimento kaj por divizio sekve 160 mitraloj; je divizio ja estis nur 32 mitraloj. Mankis certe bombokanonoj, kaj mangrenadoj, sed atendante [[Manovra milito|kampan militon]] ilin komence de la milito havis neniu [[armeo]], kaj pri ilia manko je tiu periodo la militan ministerion ne eblas kulpigi. Limigita nombro de municio estis terura, la plej granda problemo, kiu min ege zorgigis ekde komence [...]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Пехота была хорошо вооружена соответствующей винтовкой, но пулеметов было у нее чрезмерно мало, всего по 8 на полк, тогда как минимально необходимо было иметь на каждый батальон не менее 8 пулеметов, считая по 2 на роту, и затем хотя бы одну 8-пулеметную команду в распоряжении командира полка. Итого — не менее 40 пулеметов на 4-батальонный полк, а на дивизию, следовательно, 160 пулеметов; в дивизии же было всего 32 пулемета. Не было, конечно, бомбометов, минометов и ручных гранат, но в расчете на полевую войну их в начале войны ни в одной армии не было, и отсутствие их в этот период войны военному министерству в вину ставить нельзя. Ограниченность огнестрельных припасов была ужасающей, крупнейшей бедой, которая меня чрезвычайно озабочивала с самого начала [...]<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 56.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi opiniis kaj opinias nun, ke normale la [[regimento]] devas esti 3-bataliona el 12 rotoj, en la [[divizio]] — 12 [[bataliono]]j, kaj en la korpuso — ne 2, sed 3 divizioj. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Я считал, да и теперь считаю, что нормально полк должен быть 3-батальонный 12-ротного состава, в дивизии — 12 батальонов, а в корпусе — не 2, а 3 дивизии<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 56.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] laŭ tipo de nia artileria armilaro, nia [[artilerio]] estis adaptita, kaj eĉ tio je malalta grado, al la defenda batalo, sed certe ne al la [[ofensivo]]. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] по роду артиллерийского нашего вооружения наша артиллерия была приспособлена, да и то в слабой степени, к оборонительному бою, но никак не к наступательному<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 57.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Certe neniu tiutempe supozis ke en ĉiuj frontoj plurmilionaj armeoj baldaŭ enfosos sin profunde ja la tero kaj transiros al tiu sistemo de militado, kiu estis tiom mokata dum la [[Rusa-japana milito|Japana kampanjo]] kaj estis speciale akre kritikata de [[germanoj]], kiuj en tiu [[Unua mondmilito|grandega milito]] unuaj transiris al la [[tranĉea milito]]. Sed almenaŭ jam antaŭ la milito estis klare, ke flanko kiu estos pli malforta, estos enfosanta sin je la [[tero]], do sekve flanko kiu faros [[ofensivo]]n devos koncentri grandan nombron de [[artilerio]] de diversaj kalibroj je elektitaj lokoj por dece prepari ofensivon de [[infanterio]]. Ĉio ĉi estis komplete neglektita kaj necesas agnoski, ke plejparto de la superaj artileriaj komandestroj tute ne pro sia kulpo ne sciis regi artileriajn amasojn en la [[batalo]] kaj ne povis profiti ilian utilon, kiun infanterio rajtus atendi. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Конечно, никто в то время не предполагал, что на всех фронтах миллионные армии в скором будущем глубоко закопаются в землю и перейдут к той системе войны, которая столь осмеивалась в японскую кампанию и в особенности жестоко критиковалась немцами, которые в эту великую войну первые перешли к позиционной войне. Но, во всяком случае, и до войны ясно было, что тот из противников, который окажется более слабым, будет зарываться в землю, что, следовательно, наступающий должен будет сосредоточивать крупные соединения артиллерии различных калибров на избранных участках, чтобы подготовлять надлежащим образом наступление пехоты. Все это было совершенно упущено, и нужно признать, что большинство высших артиллерийских начальников совсем не по своей вине не умели управлять артиллерийскими массами в бою и не могли извлекать из них ту пользу, которую пехота имела право ожидать<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 57–58.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Aerarmeo]] komence de la kampanjo en nia [[armeo]] estis ekstreme subnivela. [[Aviadilo]]j malmultis, plejparto da ili estis malfortaj, de arkaika konstrukcio. Interalie ili estis ege necesaj por malproksima kaj proksima skoltadoj, kaj por korektado de artileria pafado, pri kio nek nia [[artilerio]], nek niaj pilotoj havis imagon. Dum paca tempo ni ne prizorgis eblecon produkti aviadilojn hejme, en [[Rusio]], kaj pro tio dum la tuta kampanjo ni ege suferis pro ilia malsufiĉo. La famaj "[[Ilja Muromec (aviadilo)|Ilja Muromec]]", pri kiuj oni tiom esperis, ne pravigis la esperojn. [...] [[Aerŝipo]]jn tiutempe ni havis nur kelkajn, aĉetitajn kontraŭ alta prezo eksterlande. Tio estis arkaikaj, malfortaj aerŝipoj, kiuj ne povis doni kaj nek donis al ni iun ajn utilon. Resume, necesas agnoski ke kompare al niaj [[malamiko]]j ni estis teknike grave postrestintaj kaj certe malsufiĉo de teknikaĵoj povis esti kompensata nur per troa sangoverŝado, kio, kiel videblos poste, havis siajn sufiĉe malbonajn sekvojn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Воздушные силы в начале кампании были в нашей армии поставлены ниже всякой критики. Самолетов было мало, большинство их были довольно слабые, устаревшей конструкции. Между тем они были крайне необходимы как для дальней и ближней разведки, так и для корректирования артиллерийской стрельбы, о чем ни наша артиллерия, ни летчики понятия не имели. В мирное время мы не озаботились возможностью изготовления самолетов дома, у себя в России, и потому в течение всей кампании значительно страдали от недостатка в них. Знаменитые «Ильи Муромцы», на которых возлагалось столько надежд, не оправдали себя. [...] Дирижаблей у нас в то время было всего несколько штук, купленных по дорогой цене за границей. Это были устаревшие, слабые воздушные корабли, которые не могли принести и не принесли нам никакой пользы. В общем, нужно признаться, что по сравнению с нашими врагами мы технически были значительно отсталыми, и, конечно, недостаток технических средств мог восполняться только лишним пролитием крови, что, как будет видно, имело свои весьма дурные последствия<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 58–59.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri pluraj militestroj-fuŝuloj] [...] atestado de la [[oficiro]]j estis farata de atestaj komisionoj, sufiĉe senrespondecaj pri siaj atestadoj. Ĉe konata rusa bonanimeco kaj neglektemo ofte okazis ke maltaŭgan kandidaton oni atestis bone, esperante pli rapide seniĝi je li danke al nova, pli alta nomumo, sen malagrablaĵoj kaj plendoj fare de la ofendito. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] аттестации офицеров составлялись аттестационными комиссиями, вполне безответственными за свои аттестации. При известном русском добродушии и халатности зачастую случалось, что недостойного кандидата аттестовали хорошо в надежде поскорей избавиться от него посредством нового, высшего назначения без неприятностей и жалоб со стороны обиженного<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 60.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Aprezante siajn privilegiojn, gvardiaj oficiroj opiniis ke inter ili maltaŭguloj ne povas esti (kio efektive estis malvero), kaj plurfoje okazis ke gvardia estraro lasis danke al siaj malseveraj atestadoj personojn evidente malkapablajn iĝi komandestroj de regimentoj en la [[armeo]], opiniante ke en la elitaj trupoj kiel [[gvardio]] tiuj ĉi homoj ne povas esti komandestroj de apartaj taĉmentoj dum en la armeo tio ne estas problemo, taŭgos iu ajn. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Дорожа своими привилегиями, гвардейские офицеры полагали, что между ними неудовлетворительных быть не может (что действительностью не оправдывалось), и не раз случалось, что гвардейское начальство пропускало своими снисходительными аттестациями людей заведомо неспособных командирами полков в армию, считая, что в отборном войске, в гвардии, эти люди командовать отдельными частями не могут, а в армии — не беда, сойдет!<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 60–61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] la [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo|Ĝenerala Stabo]] seniĝis je siaj malkapablaj membroj forsendante ilin komandi regimentojn, brigadojn kaj diviziojn kaj ne plu akceptis ilin reen al sia medio, anstataŭ korekte atesti ilin kiel maltaŭgajn al la servado. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = [...] Генеральный штаб избавлялся от своих неспособных членов тем, что сплавлял их командовать полками, бригадами и дивизиями и уже назад их в свою среду не принимал, вместо того чтобы правдиво аттестовать их непригодными к службе<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Promocio en la [[armeo]] okazis tiel malrapide kaj procento de vakaj postenoj de komandestroj de apartaj trupoj estis tiel malgranda, ke plejparto de la [[oficiro]]j de tiu ĉi kategorio finis sian aĝolimon je la rangoj de kapitano aŭ subkolonelo. Oni povis laŭ fingroj kalkuli feliĉulojn en la armeo, kiuj sukcesis atingi postenon de diviziestro. Nevole armeaj oficiroj apatie rigardis sian sorton kaj malamikeme rilatis al la [[gvardio]] kaj la [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo|Ĝenerala Stabo]], damnante sian sorton. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Движение по службе в самой армии происходило столь медленно и процент вакансий на должности начальников отдельных частей был столь мал, что подавляющее большинство офицеров этой категории выслуживало свой возрастной ценз в чине капитана или подполковника. Можно было по пальцам сосчитать счастливчиков из армии, дослужившихся до должности начальника дивизии. Невольно армейские офицеры апатично смотрели на свою долю и злобно относились к гвардии и Генеральному штабу, кляня свою судьбу<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La oficira korpuso, nenion kompreninta je la [[politiko]], la penso pri kiu estis al ĝi plej severe malpermesita, troviĝis en la manoj de la soldata amaso, kaj la [[oficiro]]j havis sur tiun ĉi [[amaso]]n neniun influon; gvidis ĝin diversaj komisaroj kaj agentoj de socialismaj partioj, kiuj estis senditaj de la [[Petrograda Soveto|Soveto de Laboristaj kaj Soldataj Deputitoj]] por propagando de la [[paco]] "sen aneksoj kaj kontribucioj". La [[soldato]] plu batali ne deziris kaj trovis, ke se la paco devas esti farita sen la aneksoj kaj kontribucioj, kaj se estas proklamita principo de la rajto de la popoloj pri memdetermino, do plua sangoverŝado estas sensenca kaj neallasebla. Tio estis, tiel diri, oficiala klarigo; tiu sekreta konsistis je tio, ke venkis la slogano: "For la militon, tuj pacon kontraŭ iu ajn prezo, kaj senprokraste forpreni la teron de la bienulo" — surbaze de tio, ke la bienulo jarcentojn estis akumulanta sian riĉaĵon per kamparana dorso kaj necesas de li forpreni tiun ĉi kontraŭleĝe akiritan posedon. La oficiro tuj iĝis malamiko en la soldataj kapoj, ĉar li estis postulanta daŭrigon de la milito kaj reprezentis en la soldataj okuloj tipon de la bienulo en milita uniformo. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Корпус офицеров, ничего не понимавший в политике, мысль о которой была ему строжайше запрещена, находился в руках солдатской массы, и офицеры не имели на эту массу никакого влияния; возглавляли же ее разные эмиссары и агенты социалистических партий, которые были посланы Советом рабочих и солдатских депутатов для пропаганды мира «без аннексий и контрибуций». Солдат больше сражаться не желал и находил, что раз мир должен быть заключен без аннексий и контрибуций и раз выдвинут принцип права народов на самоопределение, то дальнейшее кровопролитие бессмысленно и недопустимо. Это было, так сказать, официальное объяснение; тайное же состояло в том, что взял верх лозунг: «Долой войну, немедленно мир во что бы то ни стало и немедленно отобрать землю у помещика» — на том основании, что барин столетиями копил себе богатство крестьянским горбом и нужно от него отобрать это незаконно нажитое имущество. Офицер сразу сделался врагом в умах солдатских, ибо он требовал продолжения войны и представлял собой в глазах солдата тип барина в военной форме<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 233.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Unue plejparto de la [[oficiro]]j aliĝis al la partio de [[Konstitucia Demokratia Partio|konstituci-demokratoj]] dum la soldata amaso subite iĝis komplete [[Partio de Socialistoj-Revoluciuloj|socialista-revoluciula]], sed baldaŭ ĝi komprenis ke la socialistoj-revoluciuloj subestre de [[Kerenskij]] edifas [[ofensivo]]n, daŭrigon de la alianco kun [[Triopa Entento|Entento]] kaj prokrastas dividon de la tero ĝis la [[Tutrusia Konstitucifara Asembleo|Konstitucifara Asembleo]], kiu devos decidi pri tiu ĉi afero, kreinte la bazajn leĝojn de la [[ŝtato]]. Tiaj intencoj tute malkongruis al la planoj de la soldata amaso kaj evidente kontraŭis ĝiajn sopirojn. Kaj ĉi tie la bolŝevika edifo trafis la guston kaj imagojn de la soldatoj. Ilin tute ne interesis la Internacio, [[komunismo]] kaj aliaj similaj aferoj, ili nur komprenis sekvajn bazojn de la estonta libera [[vivo]]: tuja [[paco]] kontraŭ iu ajn prezo, forpreno ĉe la tuta posedanta klaso, sendepende de tio al kiu socia klaso ĝi apartenis, de la tuta [[posedo]], malaperigo de la bienulo kaj de la sinjoro ĝenerale. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Сначала большинство офицеров стало примыкать к партии кадетов, а солдатская масса вдруг вся стала эсеровской, но вскоре она разобрала, что эсеры с Керенским во главе проповедуют наступление, продолжение союза с Антантой и откладывают дележ земли до Учредительного собрания, которое должно разрешить этот вопрос, установив основные законы государства. Такие намерения совершенно не входили в расчеты солдатской массы и явно противоречили ее вожделениям. Вот тут-то проповедь большевиков и пришлась по вкусу и понятиям солдатам. Их совершенно не интересовал Интернационал, коммунизм и тому подобные вопросы, они только усвоили себе следующие начала будущей свободной жизни: немедленно мир во что бы то ни стало, отобрание у всего имущественного класса, к какому бы он сословию ни принадлежал, всего имущества, уничтожение помещика и вообще барина<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 233.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La [[oficiro]] tiutempe aspektis sufiĉe mizere, ĉar li en tiu ĉi akvokirlo de diversaj pasioj tre malbone orientiĝis kaj ne povis kompreni kion li faru. Lin dum mitingoj komplete venkis iu ajn [[oratoro]], sciinta babili kaj leginta kelkajn broŝurojn de la socialisma enhavo. Dum paroladoj pri tiuj ĉi temoj la oficiro estis komplete senarma, li nenion estis komprenanta je ili. Pri ajna kontraŭpropagando ne eblis eĉ paroli. Ilin neniu deziris aŭskulti. En kelkaj trupoj oni eĉ forpelis la tutan estraron, elektis por si la sian — novan — kaj deklaris ke ili iras hejmen, ĉar ili ne plu deziras militi. Simple kaj klare. En aliaj trupoj oni arestis la estrojn kaj sendis ilin al [[Petrogrado]], al la [[Petrograda Soveto|Soveto de Laboristaj kaj Soldataj Deputitoj]]; fine, troveblis ankaŭ trupoj, plejparte en la Norda Fronto, kie la estrojn oni murdis. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Офицер в это время представлял собой весьма жалкое зрелище, ибо он в этом водовороте всяких страстей очень плохо разбирался и не мог понять, что ему делать. Его на митингах забивал любой оратор, умевший языком болтать и прочитавший несколько брошюр социалистического содержания. При выступлениях на эти темы офицер был совершенно безоружен, ничего в них не понимал. Ни о какой контрпропаганде и речи не могло быть. Их никто и слушать не хотел. В некоторых частях дошли до того, что выгнали все начальство, выбрали себе свое — новое — и объявили, что идут домой, ибо воевать больше не желают. Просто и ясно. В других частях арестовывали начальников и сплавляли в Петроград, в Совет рабочих и солдатских депутатов; наконец, нашлись и такие части, по преимуществу на Северном фронте, где начальников убивали<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 234.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La problemo konsistis ankaŭ je tio, ke la [[menŝeviko]]j kaj [[Partio de Socialistoj-Revoluciuloj|socialistoj-revoluciuloj]], konsiderintaj necesa subteni povon de la armeo kaj ne dezirintaj rompi rilatojn kun la aliancanoj, mem detruis la armeon per eldono de la fama ordono N 1. |aŭtoro = [[Aleksej Brusilov]] |verko = Miaj rememoroj |origina teksto = Беда была еще в том, что меньшевики и эсеры, считавшие необходимым поддержать мощь армии и не желавшие разрыва с союзниками, сами разрушили армию изданием известного приказа № 1<ref>Брусилов А. А. Мои воспоминания. М., 1983. С. 234.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Ĝenerala Stabo de la Rusia Imperiestra Armeo]] * [[Armitaj Fortoj de Sovetunio]] * [[Armitaj Fortoj de Rusio]] == Referencoj == [[Kategorio:Rusia Imperiestra Armeo| ]] 6hwbylrr0zdxduxywcvw35uxb9f9gy4 0 13837 53923 53887 2026-10-30T16:19:07Z RG72 415 53923 wikitext text/x-wiki '''Redaktata! [[Uzanto:RG72|RG72]] ([[Uzanto-Diskuto:RG72|diskuto]]) 06:08, 8 okt. 2026 (UTC)''' {{Verko |aŭtoro= [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |nomo= Noticoj pri la revolucio (Volumoj 1–2) |koloro= |dosiero= Суханов Н.Н. Записки о революции. Том 1 (1919).jpg |vikipedio= |komunejo= |komunejokat= |vikivortaro= |vikinovaĵoj= }} '''Noticoj pri la revolucio''' (ruse: Записки о революции) estas verko de sovetia, rusia politikisto, revoluciulo [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]], eldonita en 1922–1923 je 7 volumoj. == Citaĵoj == {{Citaĵo |teksto = Mi estis [[Ekzilo|ekzilita]] de [[Peterburgo]] jam la 10-an de majo 1914. [...] Estinte ekzilita, mi tamen plejparton de la tempo ĝis la revolucio loĝis en la ĉefurbo kontraŭleĝe — jen kun fremda pasporto, jen kurante de unu noktejo al alia, jen kaŝirante preter pordisto kaj stratpurigisto — kiel privata vizitanto de propra apartamento, kie loĝis mia [[familio]]. [...] mia kontraŭleĝa stato ne malhelpis al mi labori kiel ekonomikisto, sub mia nomo, en ŝtata institucio, en la ministerio de [[agrikulturo]], — en unu el organizaĵoj pri irigacio de [[Turkestano]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я был выслан из Петербурга еще 10 мая 1914 года. [...] Будучи выслан, я все же большую часть времени до самой революции жил в столице нелегально — то по чужому паспорту, то бегая по ночевкам, то шмыгая тенью мимо швейцара и дворника, — в качестве частого посетителя сообственной квартиры, где жила моя семья. [...] мое нелегальное положение не препятствовало мне работать в качества экономиста, под своим именем, в одном казенном учреждении, в министерстве земледелия, — в одной из организаций по орошению Туркестана<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 48.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 21-an de februaro] En tiu periodo de agonio de la carismo, atento de la rusia, almenaŭ Peterburga publiko kaj de la ĉefurbaj politikaj grupoj koncentriĝis plejparte je la [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|Ŝtata Dumao]], kunvokita la 14-an de februaro. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В этот период агонии царизма внимание российской, по крайней мере, петербургской общественности и столичных политических групп вращалось больше всего вокруг Государственной думы, созванной 14 февраля<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 48.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Eĉ ne unu ''partio sin preparis por la [[Februara revolucio|granda renverso]]''. Ĉiuj estis revantaj, meditantaj, antaŭsentantaj, "sentis"... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ни одна ''партия не готовилась к великому перевороту''. Все мечтали, раздумывали, предчувствовали, "ощущали"...<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 49.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 22-an kaj 23-an de februaro] Tumultoj de tia skalo okazis antaŭ okuloj de samtempuloj jam plurajn dekojn da fojoj. La sola rimarkinda afero estis maldecidemo de la [[potenco]], kiu evidente stimulis la movadon. Sed tio estis la ''tumultoj'' — la [[revolucio]] ankoraŭ ne okazis. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = По размерам своим такие беспорядки происходили перед глазами современников уже многие десятки раз. И если что было характерно, то это именно нерешительность власти, которая явно запускала движение. Но были ''беспорядки'' — революции еще не было<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 49.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = la [[potenco]] venanta por anstataŭi la carismon devis esti nur ''burĝa''. [[Aleksandr Trepov|Trepov]] kaj [[Rasputin]] devis kaj povis esti anstataŭataj nur je regantoj de la "[[Progresa Bloko]]" de la [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|Dumao]]. Tian solvon necesis celi. Alie la renverso malsukcesos kaj la revolucio pereos. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Власть, идущая на смену царизма, должна быть только ''буржуазной''. Трепова и Распутина должны и могут сменить только заправилы думского "Прогрессивного блока". На такое решение необходимо держать курс. Иначе переворот не удастся, и революция погибнет<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 50.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Strata movado de la amasoj dum februaraj tagoj montris neniun organizadon. Ne eblis konstati iun ajn regulan gvidadon de ili. Ĝenerale la popolan movadon, kiel tio okazas ĉiam, la organizitaj socialistaj centroj ne gvidis kaj nek politike kondukis ĝin al iu difinita celo. Certe la tradicia, oni povas diri nia malnova nacia slogano "Eks la aŭtokration!" estis en paroloj de ĉiuj multnombraj strataj oratoroj el socialismaj partioj. [...] La problemo de la potenco tute ne estis starigata antaŭ la amasoj. Kaj interalie la slogano de la "[[Tutrusia Konstitucifara Asembleo|Konstitucifara Asembleo]]", estinte ne plia aktuala problemo, sed nura komuna programa postulo de ĉiuj socialismaj partioj, en tiuj tagoj restis tute en ombro. Sed anstataŭe vaste disvolviĝis antaŭ la amasoj dum strata agitado alia slogano, inkluzivinta ege gravan kaj respondecan enhavon. Tio estis la slogano "Eks la militon!", sub kiu okazis ĉiuj mitingoj de la februaraj tagoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Уличное движение масс в февральские дни не обнаруживало никакой планомерности. Никакого правильного руководства им констатировать было нельзя. Вообще народным движением, как это бывает всегда, организованные социалистические центры не руководили и политически не вели его к какой-либо определенной цели. Конечно, традиционный, можно сказать, наш старый национальный лозунг "Долой самодержавие!" был на устах всех многочисленных уличных ораторов из социалистических партий. [...] Проблема же власти совершенно не ставилась перед массами. И, в частности, лозунг "Учредительного собрания", будучи не очередной проблемой дня, а лишь общим программным положением всех социалистических партий, оставался совершенно в тени в эти дни. Но зато во всю ширь развертывался перед массами в уличной агитации другой лозунг, включивший в себя крайне существенное и ответственное содержание. Это был лозунг "Долой войну!", под которым проходили все митинги февральских дней<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 53.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Rusia [[socialismo]] kaj rusia konscia [[proletaro]], malsame ol la okcidenteŭropa socialismo de la militantaj landoj (escepte de [[Italio]]) plejparte estis okupanta rezolutan pozicion kontraŭ enlanda paco kaj kontraŭ subteno de de la [[Unua mondmilito|imperiisma milito]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Российский социализм и российский сознательный пролетариат, не в пример социализму западно-европейскому воюющих стран (за исключением Италии), в своем большинстве занимал решительную позицию против гражданского мира и против поддержки империалистической войны<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 53.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Estis à priori klare ke se kalkuli je burĝa potenco kaj aligi la [[burĝaro]]n al la [[revolucio]], do necesas provizore ''forigi la kontraŭmilitajn sloganojn'' [...] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Было à priori ясно, что если рассчитывать на буржуазную власть и присоединить буржуазию к революции, то надо временно ''снять с очереди лозунги против войны'' [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 54.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = ''Politika slogano de la [[burĝaro]], al kiu aliĝis ankaŭ la tuta radikala [[intelektularo]], estis tiutempe "ministerio respondeca al la [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|Dumao]]"''. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = ''Политическим лозунгом буржуазии, к которому пристала и вся радикальная интеллигенция, было в эти дни "ответственное перед Думой министерство"''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 54.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Dume la movado plu kreskis. Senpovo de la polica aparato iĝis ĉiuhore pli evidenta. La mitingoj okazis jam preskaŭ laŭleĝe, ĉe tio milittrupoj forme de siaj komandestroj kuraĝis al neniuj aktivaj pozicioj kontraŭ la kreskantaj kaj plenigantaj la ĉefajn stratojn amasoj. Specialan lojalecon neatendite montris [[Kozakoj|kozakaj]] trupoj, kiuj en kelkaj lokoj dum rektaj interparoloj estis substrekantaj sian neŭtralecon, kaj foje montris rektan inklinon al interfratiĝo. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Между тем движение все разрасталось. Бессилие полицейского аппарата становилось с каждым часом все очевиднее. Митинги происходили уже почти легально, причем воинские части, в лице своих командиров, не решались ни на какие активные позиции против возраставших и заполнявших главные улицы толп. Особенную лояльность неожиданно проявили казацкие части, которые в некоторых местах в прямых разговорах подчеркивали свой нейтралитет, а иногда обнаруживали прямую склонность к братанию<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 56.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Preskaŭ ĉe la enirejo de "Kroniko", ĉe pordego de apuda [[fabriko]], mi alfrontis grupeton da civiluloj, laŭ aspekto [[laboristo]]j.</br>— Ili kion volas, — diris unu kun morna vizaĝo. — Ili volas doni panon, repaciĝi kun [[germanoj]] kaj doni egalecon al la [[Judoj|judaĉoj]]...</br>"Tre trafe!", ekpensis mi, fascinita je tiu brila vortumo de la programo de la [[Februara revolucio|granda revolucio]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Почти у подъезда "Летописи", у ворот соседнего завода, я натолкнулся на небольшую группу штатских, с виду рабочих.</br>— Они чего хочут, — говорил один с мрачным видом. — Они хочут, чтобы дать хлеба, с немцем замириться и равноправия жидам...</br>"Не в бровь, а прямо в глаз", — подумал я, восхищенный этой блестящей формулировкой программы великой революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 58.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Rakonto de [[Kerenskij]], kiel kutime ekscitita, iom patosa kaj iom teatreca, temis ĉefe pri [[paniko]] kaj embarasiteco de la burĝa-deputita amaso. [...] Ekrotaciinte je la kirlo de la eventoj, troviĝante je la centro de la politikaj procezoj, li videble ne vidis komplete kaj nek taksis la ĉefajn mekanismojn kaj karakterajn trajtojn de la estiĝanta revolucia situacio. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Рассказ Керенского, как всегда возбужденный, несколько патетический и несколько театральный, говорил главным образом о панике и растерянности буржуазно-депутатской массы. [...] Закружившись в вихре событий, находясь в горниле политиканства, он явно не охватывал и не оценивал основных пружин и характерных штрихов возникающей революционной ситуации<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 58.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La ĉefa slogano plu estis "Eks la [[Unua mondmilito|militon]]!", kiu same kiel la aŭtokratio estis konsiderata la fonto de ĉiuj problemoj, kaj interalie de nutraĵa ĥaoso. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Основным лозунгом было по-прежнему "Долой войну!", которая наряду с самодержавием толковалась как источник всех бедствий, и, в частности, продовольственной разрухи<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 59.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Menciindas ĉi tie ke ekde 1906—1907 mi ne estis ligita formale al iu ajn partio kaj organizaĵo. Mia pozicio de "sovaĝulo" certe ekskludis eblecon de rekta kaj des pli gvida laboro en praktika [[socialismo]]. Mi estis plejparte literaturisto. Sed mia literatura agado estis tamen proksime ligita al la movado [...] mi konservis sufiĉe proksimajn rilatojn kun ĉiuj socialismaj partiaj rondoj. La centroj sufiĉe bone konis min kaj nemalofte uzis por diversaj aferoj. Kaj interalie jam kiel redaktoro de "Kroniko" mi konservis la plej intensajn rilatojn kun literatura-socialisma ''elmigrado'' de diversaj fakoj. Dum la [[Unua mondmilito|milito]] oni min konstante estis alvokantaj al diversaj kontraŭleĝaj literaturaj entreprenoj de la internaciisma karaktero. Krome verŝajne eĉ ne unu provo de interpartiaj blokoj, unuiĝoj, koalicioj dum lastaj jaroj okazis sen mia partopreno. En tia pozicio mi restis ankaŭ antaŭ la [[revolucio]]. [...] Sed tiu ĉi pozicio senigis min ankaŭ je avantaĝoj de la partiano kaj gvidanto, ĉar mi tamen restis por ĉiuj "sovaĝulo" fremdulo. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Надо упомянуть здесь, что начиная с 1906—1907 годов я не был связан формально ни с одной из партий и организаций. Мое положение "дикого", конечно, исключало возможность непосредственной, а тем более какой-либо руководящей работы в практическом социализме. Я был литератором по преимуществу. Но моя литературная деятельность была все же тесно связана с движением [...] я сохранял довольно тесные связи со всеми социалистическими партийными кругами. Центры довольно хорошо знали меня и нередко использовали по различным делам. И, в частности, уже в качестве редактора "Летописи" я сохранял самые интенсивные сношения с литературно-социалистической ''эмиграцией'' разных направлений. Во время войны меня постоянно привлекали в различные нелегальные литературные предприятия интернационалистского оттенка. А кроме того, вероятно, ни одна попытка межпартийных блоков, объединений, коалиций в последние годы не обходилась без моего участия. В таком положении я находился и ко времени революции. [...] Но это положение лишало меня и выгод партийного человека и руководителя, ибо я все же оставался для всех "диким" и чужим<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 60.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] aŭtoritataj estroj, partiaj gvidantoj ''ĉeestis'' en neniu partio, preskaŭ senescepte. Ili estis en [[ekzilo]], en [[malliberejo]]j aŭ en [[elmigrado]]. Je postenoj de altranguloj de la granda movado dum la plej gravaj ĝiaj momentoj estis homoj tute duagradaj, eble lertaj organizantoj, sed certe rutinuloj de ordinara partia laboro de la aŭtokratia epoko. Necesajn ''politikajn'' horizontojn en novaj cirkonstancoj, efektivan politikan gvidadon de la eventoj, efektivan altecon de la situacio ne eblis atendi de ili en plejparto de la kazoj. En vico de tiaj movadestroj mi sentis min plenrajta kaj nesenutila. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] авторитетнейших руководителей, партийных лидеров ''не было налицо'' ни в одной из партий, почти без исключения. Они были в ссылке, в тюрьмах или в эмиграции. На постах ответственных руководителей великого движения в ответственнейшие его моменты стояли люди совершенно второстепенные, может быть, искусные организаторы, но во всяком случае рутинеры обычной партийной работы эпохи самодержавия. Надлежащих ''политических'' горизонтов в новой обстановке, действительного политического руководства событиями, словом, действительной высоты положения от них в огромном большинстве случаев было ожидать нельзя. В ряду таких руководителей движения я чувствовал себя полноправным и небесполезным<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 60.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La popolo ''ne inklinis al la [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|Ŝtata Dumao]]'', nek interesiĝis pri ĝi kaj nek planis politike, nek teknike fari ĝin centro de la movado. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Народ ''не тяготел к Государственной думе'', не интересовался ею и не думал ни политически, ни технически делать ее центром движения<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La aŭtoritatoj ''devus'' senprokraste trovi kaj ekuzi necesan militan aŭ polican trupon. Ŝanceliĝoj kaj prokrastoj estis evidente kaj laŭvorte mortigaj. La momento estis decidanta la sorton de la jarcenta carismo... Kiu konkrete trupo estis pafanta la manifestacion ĉe la Nevskij [Avenuo] vespere la 25-an de februaro, mi ne scias ĝis nun. Sed iel aŭ tiel la aŭtoritatoj sukcesis transiri al [[ofensivo]]. Tio estis la turnopunkto de la eventoj, transirintaj al nova fazo. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Власти ''должны'' были, не медля ни часа, найти и пустить в дело надлежащую военную или полицейскую часть. Колебания и промедления были явно и буквально подобны смерти. Момент был, решающий судьбу векового царизма… Какая именно часть расстреливала на Невском манифестацию вечером 25 февраля, я не знаю до сих пор. Но так или иначе властям удалось перейти в наступление. Это был поворотный пункт событий, вступивших в новую фазу<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 61.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Gorkij]] certe havis rilatojn kun la tuta [[Peterburgo]], de supre ĝis malsupre. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горький, естественно, имел связи со всем Петербургом сверху донизу<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 62.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Interalie estis venantaj sufiĉe altnivelaj estroj de la [[bolŝevistoj]]. Kaj ilia malfleksemo, pli ĝuste ilia malkapablo profunde pripensi politikan problemon kaj vortumi ĝin, impresis nin deprime. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Между тем приходили довольно ответственные руководители большевиков. И их прямолинейность, а вернее, их неспособность вдуматься в политическую проблему и поставить ее производили на нас угнетающее впечатление<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 62.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Diferenco de la antaŭaj "tumultoj" konsistis je stato kaj je la tuta eksteraĵo de la "subpremantaj" la movadon armeaj, kozakaj kaj eĉ policaj trupoj. Iujn el ili, eble junkrojn, oni devigis pafi kaj per tio oni teroris la senarman disan homamason. Aliaj obeeme staris je densaj vicoj ĉirkaŭ kelkaj lokoj. La triaj, ankaŭ obeemaj al [[ordono]], je grupoj iradis tra la urbo kiel patroloj. Sed ĉio ĉi havis hazardan, malseriozan, malveran karakteron. Kaj la vicoj, kaj la patroloj aspektis tiel kvazaŭ ili sopiras organizitan [[perforto]]n kontrua si, elrigardas kaj serĉas pretekston por kapitulaci. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Отличие от прежних «беспорядков» заключалось в состоянии и во всем внешнем облике «подавляющих» движение армейских, казачьих и даже полицейских частей. Кого‑то из них, быть может юнкеров, заставили стрелять, и этим терроризировали безоружную распыленную толпу. Другие послушно стояли густыми цепями вокруг некоторых пунктов. Третьи, также послушные приказу, группами ходили по городу в качестве патрулей. Но все это носило какой‑то случайный, несерьезный, ненастоящий характер. И цепи, и патрули имели такой вид, что они жаждут организованного насилия над собой, высматривают и ищут повода для сдачи<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 63—64.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Estis neimageble ke tiu ĉi taĉmento ekcelus la fusilojn kaj ekpafus kontraŭ siaj kunparolantoj, kaj neniu en la homamaso kredis tian eblecon eĉ unu minuton. Inverse, la soldatoj videble tute ne kontraŭis se ilia fronto estus trarompita kaj verŝajne multaj kundividus siajn armilojn kun la homamaso. Sed la homamaso ne havis tiajn intencojn, nek tiajn potencojn... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Чтобы этот отряд взял ружья на прицел и открыл пальбу по своим собеседникам, было немыслимо, и никто из толпы не верил в такую возможность ни на минуту. Напротив, солдаты явно не имели ничего против того, чтоб их фронт был прорван, и, вероятно, многие поделились бы своим оружием с толпой. Но в толпе не было ни таких намерений, ни таких сил…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 64.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Pavlovskij Imperiestra Gvardia Regimento|Pavlovskij Regimento]] certe havas honoron de la unua dum la revolucio armea elpaŝo kontraŭ la armitaj fortoj de la carismo. Mankis loko por iuj ajn duboj ĉe iu ajn; ne eblis paroli pri definitiva venko de la revolucio sen venko super la armeo, sen transiro de la armeo — ĉu aktive aŭ pasive, sed nepre je plej granda sia parto — al la flanko de la revolucia popolo. Kaj la Pavlovskij Regimento komencis tion vespere la 26-an de februaro. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Павловскому полку, во всяком случае, принадлежит честь первого в революции выступления армии против вооруженных сил царизма. Никаких сомнений ведь ни для кого быть не могло; ни о какой конечной победе революции не могло быть речи без победы над армией, без перехода армии — активно или пассивно, но непременно в большей своей части — на сторону революционного народа. И Павловский полк положил этому начало вечером 26 февраля<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 66.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi konis [[Kerenskij]] jam sufiĉe longe, ekde mia reveno de la ekzilo al [[Arĥangelsko]], post kiu mi transloĝiĝis de [[Moskvo]] al [[Peterburgo]], komence de 1913. [...] Dum mia kontraŭleĝa vivo, mi multfoje noktis ĉe li en la Zagorodnij Avenuo, 23 kaj nemalofte post kiam li aranĝis por mi liton en sia kabineto, komenciĝis longegaj, vere rusaj konversacioj duope, ĝis malfrua nokto. Plurfoje li venis al mi je "Sovremennik", laŭ sia kutimo kvazaŭ uragano impetis la akceptejon, lasinte nedisigeblan paron de siaj kaŝpolicistoj deĵori ĉe la redakcia ŝtuparejo kaj devigante min poste duobligi sekurecon. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенского я знаю уже довольно давно, со времени моего возвращения из архангельской ссылки, после которой я переселился из Москвы в Петербург, в самом начале 1913 года. [...] Во время моего нелегального положения я много‑много раз ночевал у него на Загородном проспекте, 23, и нередко после того, как он устраивал для меня постель в своем кабинете, начинались длиннейшие, истинно русские разговоры один на один, до глубокой ночи. Не раз он являлся ко мне в «Современник», по обыкновению как буря врывался в переднюю, оставив неотлучную пару своих «шпиков» караулить у подъезда редакции и заставляя меня потом удваивать меры предосторожности<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 66—67.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Jes, pezan ŝarĝon la historio metis sur la malfortajn ŝultrojn!.. [[Kerenskij]] havis, kiel mi diris plurfoje, orajn manojn, celante lian supernaturan [[energio]]n, mirindan laborkapablon, neelĉerpeblan temperamenton. Sed Kerenskij havis nek necesan ŝtatan ''kapon'', nek veran politikan ''lernejon'' [...] Sed li estis efektive neanstataŭigebla kaj monopola. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Да, тяжелое бремя история возложила на слабые плечи!.. У Керенского были, как говаривал я, золотые руки, разумея под этим его сверхъестественную энергию, изумительную работоспособность, неистощимый темперамент. Но у Керенского не было ни надлежащей государственной ''головы'', ни настоящей политической ''школы'' [...] Но он был действительно незаменим и монополен<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 67.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kiel estas konate, [[Kerenskij]] en la politika polico estis registrita sub kromnomo "Rapida". Efektive li estis kuranta laŭ stratoj, saltante je tramon kaj elsaltante reen sen atendi la halton. La kaŝpolicistoj ne povis atingi lin piede, do krom du piedirantoj, ĉe Kerenskij deĵoris ankaŭ veturigisto. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Как известно, Керенский фигурировал в охранке под кличкой «Скорый». Действительно, он стремглав бегал по улицам, прыгая в трамвай и выпрыгивая на ходу обратно. Филеры не поспевали за ним пешком, и, кроме двух пеших, при Керенском стоял еще извозчик<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 67.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Kerenskij]] estis sincera demokrato, luktanto por la venko de la [[revolucio]] — kiel li estis ĝin komprenanta. Li, kiel mi sciis jam tiam, ne kapablis efektivigi siajn bonajn intencojn. Sed ne eblas juĝi neeblon. Tio rilatas liajn malsufiĉajn resursojn de la ''aganto'', ne liajn subjektivajn trajtojn de la ''persono''. Mi asertas: Kerenskij efektive estis konvinkita, ke li estas socialisto kaj demokrato. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский был искренний демократ, борец за торжество революции — как он понимал ее. Ему было, заведомо для меня, не под силу осуществить его добрые намерения. Но на нет и суда нет. Это касается его недостаточных объективных ресурсов как ''деятеля'', а не его субъективных свойств как ''личности''. Я утверждаю: Керенский действительно был убежден, что он социалист и демократ<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 68.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Kerenskij]] ne nur neniam estis kapabla je sinofero, sed li sendube estis ĉiam honorama, kaj dum la revolucio lia sufiĉa granda honoramo jam transiris je la same granda potencamo. [...] Li, Kerenskij, tiom kredis je siaj fortoj, je sia providenca destino, ke li ne estis disiganta propran agadon, proprajn sukcesojn, propran karieron disde la sortoj de la aktuala demokratia movado en [[Rusio]]. Pro tio okazis ke Kerenskij ne nur imagis sin socialisto, sed ankaŭ imagis sin iom [[Bonaparto]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский не только никогда не был способен на самозаклание, но был положительно честолюбив всегда, а в революции его основательное честолюбие уже перешло в такое же властолюбие. [...] Он, Керенский, настолько верил в свои силы, в свое провиденциальное назначение, что не отделял собственной деятельности, собственных успехов, собственной карьеры от судеб современного демократического движения в России. Отсюда произошло то, что Керенский не только воображал себя социалистом, но и вообразил себя немножко Бонапартом<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 68—69.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Kerenskij]] ] Lia arda, [[Turkestano|turkestana]] temperamento kontribuis al tio ke dum la [[revolucio]] li baldaŭ spertis kapturniĝon pro grandegaj eventoj kaj sia loko je ili. Kaj lia sendube denaska inklino al soleneco, dekoracioj, teatreco definitive ŝanĝis lin kiam li iĝis prezidanto de la revolucia registaro. Kaj se rememori ke pro sia superhoma, plej nervoziga laboro li estis grave elĉerpita jam antaŭ la revolucio, iĝos klare: la revolucia ministro Kerenskij ne povus ne transformiĝi je la plej senbrida, orgojla kaj incitema, ema al arbitreco, ne kapabla sin deteni de la plej riskaj aventuroj, kriemulo kun trajtoj de aŭtokrato sen potenco, kun trukoj de [[orakolo]] sen [[scio]] kaj kompreno. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Его бурный, туркестанский темперамент способствовал уже прямо тому, что в революции его голова не замедлила просто закружиться от грандиозных событий и его места среди них. А его несомненная врожденная склонность к торжественности, декоративности, театральности довершила дело к эпохе его президентства в революционном правительстве. И если припомнить, что в результате своей сверхчеловеческой, самой нервотрепательной работы он был уже истрепан ко времени революции, то будет ясно: революционный министр Керенский не мог не превратиться в самого безудержного, заносчивого, запальчивого и раздраженного, склонного к самодурству, не способного воздержаться от самых рискованных авантюр крикуна с замашками самодержца без власти, с приемами оракула без знания и понимания<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 69.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] [[Kerenskij]] partoprenis plej rekte je partiaj aferoj de la [[socialistoj-revoluciuloj]] [...] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский принимал самое непосредственное участие в партийных эсеровских делах [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 69.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi asertas ke [[Kerenskij]] ''ne havis'' iun ajn strikte ellaboritan ''direkton'', iun ajn formitan konceptaron. Tiu ĉi arde flama impresionisto, gvidanto de unu, malkaŝa, partio (laboruloj) kaj aktiva membro de alia, subtera ([[socialistoj-revoluciuloj]]) anstataŭ politika sistemo havis nur mensostaton, grave ŝanceligatan de politika vento kaj de altir-forpuŝaj fortoj de aliaj sociaj grupoj. Fine, li estis egale indiferenta al sia "laboruleco" kaj al sia "socialist-revolucieco"; kaj li ne multe zorgis kiel akrigi, rafini siajn vidpunktojn je tiu aŭ alia direkto, restante nura maldekstra radikala intelektulo, facile kombinante subteron kaj vastan malkaŝan arenon... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я утверждаю, что у Керенского и ''не было'' никакого строго выработанного ''направления'', никакой сколько‑нибудь законченной системы воззрений. У этого бурно‑пламенного импрессиониста, лидера одной, открытой, партии (трудовиков) и деятельного члена другой, подпольной (эсеров) вместо политической системы было лишь умонастроение, колеблемое в значительных пределах политическим ветром и притягательно‑отталкивающими силами других общественных групп. В конце концов он был равнодушен и к своему «трудовизму», и к своему «эсерству»; и он не особенно заботился о том, чтобы заострить, рафинировать свои взгляды в ту или в другую сторону, оставаясь только левым радикальным интеллигентом, легко совмещая подполье с широкой открытой ареной…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 70.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Kerenskij]] ] Li estis laŭ sia naturo agitanto, opoziciestro, popola [[tribunuso]]. Sed li ne estis laŭ naturo ŝtatulo. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Он был по природе агитатором, лидером оппозиции, народным трибуном. Но он не был по природе государственным человеком<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 71.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Kerenskij]] apartenis al la socialistoj de la [[Popola Volo|popolvola]] tipo. En la lingvaĵo de la marksisma [[socialismo]] tio signifas ke Kerenskij estis etburga demokrato. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский принадлежал к числу социалистов народнического толка. На языке марксистского социализма это означает, что Керенский был мелкобуржуазным демократом<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 71.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Al la malsupraj sociaj tavoloj, al la amasoj kaj ilia movado [[Kerenskij]]-n ligis teoria ideo, "devosento". Li konsideris necesa ''havi ilin kiel "deirpunkton"'' en sia socia [[laboro]]. Sed li estis impetanta de ili al aliaj sferoj, al aliaj labormetodoj, kie li sentis sin kvazaŭ hejme. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = К низам, к массам и их движению Керенского привязывала теоретическая идея, «сознание долга». Он считал необходимым ''от них «исходить»'' в своей общественной работе. Но он рвался от них в иные сферы, к иным приемам работы, где он чувствовал себя как дома<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 72.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 27-a de februaro] Decida horo, pri kiu revis, por kiu laboris generacioj, sendube venis. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Решающий час, о котором мечтали, для которого работали поколения, явно наступил<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 73.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ĉar armitaj, malsataj, neprizorgataj, terorataj kaj nekonsciaj soldataj amasoj prezentis nun por la revolucia afero ne malpli grandan danĝeron ol organizitaj fortoj de la carismo. Ekzistado de tiuj lastaj krome estis dubinda. La unuaj haveblis sendube. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ибо вооруженные, голодные, бесприютные, терроризированные и несознательные солдатские массы представляли сейчас для дела революции не меньшую опасность, чем организованные силы царизма. В существовании последних к тому же могли быть сомнения. Первые же были налицо<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 76.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Angoro]] pro mizera pozicio de la spektanto de la grandaj eventoj atingis ekstreman limon. Fari ion ajn, sed aktive, kiel "bolteto" de eventoj... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Томление духа от жалкого положения зрителя великих событий достигло крайних пределов. Делать что угодно, но активно, в качестве какого угодно «винтика» событий…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 78.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Al ni estis renkontiĝantaj aŭtoj, malpezaj kaj kamionoj, en kiuj sidis kaj staris [[soldato]]j, [[laboristo]]j, [[studento]]j, [[fraŭlino]]j kun sanitaraj brakbendoj kaj sen ili. [[Dio]] scias de kie aperis ĉio ĉi, kien ĝi hastis kaj kiucele! Sed ĉiuj pasaĝeroj de tiuj ĉi aŭtoj estis ekscititaj ekstreme, kriis, svingis la manojn kaj apenaŭ estis komprenantaj kion ili faras. [[Fusilo]]j estis klinitaj antaŭen kaj panika pafado certe komenciĝus ĉe iu ajn plej eta preteksto. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Нам встречались автомобили, легковые и грузовики, в которых сидели и стояли солдаты, рабочие, студенты, барышни с санитарными повязками и без них. Бог весть откуда взялось все это, куда мчались и с какими целями! Но все пассажиры этих автомобилей были возбуждены до крайности, кричали, размахивали руками и едва ли отдавали себе отчет в том, что они делают. Винтовки были наперевес, и паническая пальба, конечно, открылась бы при первом малейшем поводе<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 80.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [apud la Tavrida palaco] Apud la palaca enirejo staris vico da aŭtoj de diversaj tipoj. Je ili enaŭtiĝis armitaj homoj, estis enportataj iuj resursoj. Sur iuj staris po mitralo. Rimarkinde estis ke je preskaŭ ĉiu ĉeestis [[virino]]j, kiuj en tioma kvanto ŝajnis troaj. Evidente iu estis organizanta ekspediciojn ien. Estis krioj kaj malordo. Ordemuloj evidente estis tro multnombraj dum videble malsufiĉis obeemuloj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ближе к входу во дворец стоял ряд автомобилей разных типов. В них усаживались вооруженные люди, грузились какие‑то припасы. На иных было по пулемету. Обращало на себя внимание присутствие чуть не в каждом из них женщин, которые в таком количестве казались излишними. Очевидно, кем‑то, куда‑то снаряжались экспедиции. Был крик и беспорядок. Охотников приказывать было явно слишком много, и был явный недостаток в охотниках повиноваться<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 80.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] [[Pavel Miljukov|P. N. Miljukov]], la centra persono de la burĝa [[Rusio]], gvidanto de la sola tiutempe oficiala organo de la potenco en [[Peterburgo]], fakte estro de la unua revolucia registaro. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] П. Н. Милюков, центральная фигура буржуазной России, лидер единственного в данный момент официального органа власти в Петербурге, фактически глава первого революционного правительства<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 83.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Ivan Grigorjeviĉ Ŝĉeglovitov|Ŝĉeglovitov]] estis arestita en sia loĝejo fare de iu studento, invitinta tiucele renkontitan surstrate grupon da armitaj [[soldato]]j. Sub ilia gardo Ŝĉeglovitov estis alportita al la [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|Ŝtata Dumao]] proksimume je la tria horo tage. Oni enkondukis lin je la Halo de Jekaterina, kien la iniciatema studento petis Kerenskij veni. Ĉirkaŭ la neniam vidita spektaĵo amasiĝis scivolemuloj. La cara altrangulo staris, malalte klininte la kapon, kiam la veninta Kerenskij deklamis la frazon, kiun li plurfoje ripetis dum tiuj ĉi tagoj.</br>— Civitano Ŝĉeglovitov, — diris li, — je la nomo de la [[popolo]] mi deklaras vin arestita. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Щегловитов был арестован на своей квартире каким‑то студентом, пригласившим с собой для этой цели встреченную на улице группу вооруженных солдат. Под их конвоем Щегловитов был доставлен в Государственную думу около трех часов дня. Его ввели в Екатерининскую залу, куда инициативный студент просил выйти Керенского. Вокруг невиданного зрелища собралась толпа любопытных. Царский сановник стоял, низко опустив голову, когда подошедший Керенский декламировал фразу, повторенную им в эти дни не один раз.</br>— Гражданин Щегловитов, — сказал он, — от имени народа объявляю вас арестованным<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 85.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = ''[[Pavel Miljukov|Miljukov]]'' estis tiam la centra persono, animo kaj cerbo de ĉiuj burĝaj politikaj rondoj. Li estis difinanta politikon de la tuta [[Progresa Bloko]], kie li oficiale staris je la maldekstra alo. ''Sen li'' ĉiuj burĝaj kaj dumaaj rondoj tiumomente estus disigita amaso, kaj sen li ekzistus neniu burĝa politiko dum la unua periodo de la revolucio [...] tiun ĉi fatalan homon mi ĉiam konsideris unu kapon pli alta ol liaj kamaradoj el la Progresa Bloko, do unu kapon pli alta ol ĉiuj pilieroj, ĉiuj elektituloj, kremo, belaĵoj kaj fieraĵoj de nia [[burĝaro]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = ''Милюков'' был тогда центральной фигурой, душой и мозгом всех буржуазных политических кругов. Он определял политику всего «Прогрессивного блока», где официально он стоял на левом фланге. ''Без него'' все буржуазные и думские круги в тот момент представляли бы собой распыленную массу, и без него не было бы никакой буржуазной политики в первый период революции [...] этого рокового человека я всегда считал стоящим головой выше своих сотоварищей по «Прогрессивному блоку», то есть головой выше всех столпов, всего цвета, сливок, красы и гордости нашей буржуазии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 86.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Antaŭ ol la carismo definitive falis, necesis teniĝi je ĝi, necesas ''teni'' ĝin, necesas ''sur ĝia bazo'' konstrui la tutan internan kaj eksteran programon de la nacional-liberalismo — tion estis komprenanta ĉiu ajn almenaŭ iom sperta burĝa elemento. Tiu ĉi vojo estas absoluta bono kaj almenaŭ ĝi estas evidente la plej eta malbono. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Пока царизм окончательно не пал, надо держаться за него, надо ''держать'' его, надо ''на его базисе'' строить всю внутреннюю и внешнюю программу национал‑либерализма, — это понимал всякий сколько‑нибудь искушенный элемент буржуазии. Этот путь есть абсолютное благо и, во всяком случае, самоочевидное наименьшее зло<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 87.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 27-an de februaro] Je tiu momento el la kabineto de [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko|Rodzjanko]] la ĉambron eniris [[Pavel Miljukov|Miljukov]]. Post vidi nian grupon, li rekte marŝis al nia tablo. Li havis solenan aspekton kaj apenaŭ detenatan rideton sur la lipoj.</br> — Estas farita la decido, — diris li, — ni prenas la potencon... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В эту минуту из кабинета Родзянки в комнату вошел Милюков. Увидев нашу группу, он прямо направился к нашему столу. У него был торжественный вид и сдерживаемая улыбка на губах.</br> — Состоялось решение, — сказал он, — мы берем власть…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 97.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] Mi ekstaris kaj ekvidis: du soldatoj, kroĉinte per bajonetoj portreton de [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] fare de [[Ilja Repin|Repin]], ritme kaj akorde estis tirantaj ĝin de du flankoj. Super loko de prezidanto de la dumaa Blanka Halo post unu minuto restis nura malplena kadro, kiu plu malplenis en tiu ĉi ejo de la revolucio ankoraŭ plurajn monatojn... Strange! Al mi eĉ ne venis je la kapo zorgi pri la sorto de tiu ĉi portreto. Kaj mi ĝis nun ne konas ĝian sorton. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я встал и увидел: два солдата, подцепив штыками холст репинского портрета Николая II, мерно и дружно дергали его с двух сторон. Над председательским местом думского Белого зала через минуту осталась пустая рама, которая продолжала зиять в этом зале революции еще много месяцев… Странно! Мне совершенно не пришло в голову озаботиться судьбой этого портрета. И до сих пор я не знаю его судьбы<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 104.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Krome ne indas forgesi ke tiama [[Oficiro|oficiraro]] de la ĉefurbo tute ne estis la malnova gvardia regula oficiraro: ĝi estis superplena je suboficiroj, do je diversaj triaj elementoj, pretaj aliĝi al la [[revolucio]] tutforte kaze de fizika sekureco kaj ebleco iel aŭ tiel agordi rilatojn kun malkredema soldata amaso... Pro tio ĉi gvidantoj de la [[demokratio]], kaj interalie la Ekzekutiva Komitato, per ĉiuj fortoj klopodis ke la oficiraro revenu al siaj trupoj kaj al siaj devoj, dum la [[soldato]]j denove agnosku la oficiraron. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = К тому же не надо забывать, что тогдашнее офицерство столицы далеко не было старым гвардейским кадровым офицерством: оно было переполнено прапорщиками, то есть всякого рода третьим элементом, готовым примкнуть к революции не за страх, а за совесть в случае физической безопасности и при возможности так или иначе наладить отношения с недоверчивой солдатской массой… В результате всего этого руководители демократии, и в частности Исполнительный Комитет, всеми силами стремились к тому, чтобы офицерство вернулось к своим частям и к своим обязанностям, а солдаты вновь признали бы офицерство<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 105.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro en la Tavrida palaco] La palacon jam estis enfluantaj densaj vicoj de civila publiko kaj intermiksiĝantaj kun [[soldato]]j. La haloj jam komencis reveni al hieraŭa aspekto. Venintoj de la urbo rakontis ke la ĉefurbo ankoraŭ estas for de la ordo kaj kvieto. En diversaj urbopartoj oni estis disrabantaj vendejojn, stokejojn, loĝejojn kaj ankoraŭ oni plu disrabas ie kaj tie. [[Krimulo]]j, liberigitaj hieraŭ el la [[prizono]]j, kune kun politikaj malliberuloj, intermiksiĝinte kun la [[nigra centopo]], gvidas la pogromulojn, rabas kaj bruligas. Surstrate estas malsekure: de subtegmentejoj pafas gardistoj, policistoj, ĝendarmoj, kortistoj. Ili provokas tumultojn kaj [[anarĥio]]n. Responde al ili amasoj da [[laboristo]]j kaj soldatoj komplete detruas policejojn, kaptas kaj batas "policaĉojn" senkompate. Ĉiujn suspektatajn esti servistoj de la malnova reĝimo oni kaptas kaj en diversaj lokoj estas arestitaj miloj da kulpuloj kaj senkulpuloj. Vicoj da tiaj arestitoj plu estas kondukataj tra vestiblo akompane de malicaj krioj de soldatoj kaj laboristoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Во дворец уже вливались густые ряды штатской публики и перемешивались с солдатами. Залы уже начинали принимать вчерашний вид. Приходившие из города рассказывали, что столица еще далека от порядка и успокоения. В разных концах разгромили магазины, склады, квартиры и еще громят то‑то и там‑то. Уголовные, освобожденные вчера из тюрем, вместе с политическими, перемешавшись с черной сотней, стоят во главе громил, грабят, поджигают. На улицах небезопасно: с чердаков стреляют охранники, полицейские, жандармы, дворники. Они провоцируют свалку и анархию. В ответ им толпы рабочих и солдат не оставляют камня на камне от полицейских учреждений, ловят и избивают «фараонов» нещадно. Всех подозрительных по службе старому режиму хватают, и под арестом в различных местах сидят тысячи правых и виноватых. Вереницы таких арестантов по‑прежнему проводили через вестибюль под озлобленные крики солдат и рабочих<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 108—109.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] [...] granda parto de diversspeca publiko alkroĉis sur sin ruĝajn bantojn "por ĉiu ajn kazo", dum la kortistoj certe pro [[timo]] trakuris ĉion serĉante kion ruĝan similan al [[flago]] oni povus pendigi sur pordego... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] огромная часть всякого люда нацепила на себя красные бантики «на всякий случай», а дворники уже явно с перепугу сбились с ног, отыскивая, что бы такое красное под видом флага вывесить на воротах…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 109.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Partiaj kromnomoj kaj literaturaj pseŭdonimoj ĉe la cara reĝimo estis kaŭzitaj de evidenta neceso. Post la [[revolucio]] ili unuan tempon estis uzataj pro tiu simpla kialo ke ilin ien aŭ tiel ''konis'' pli aŭ malpli vastaj rondoj, dum oficialajn nomojn el pasportoj ofte konis tute neniu. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Партийные клички и литературные псевдонимы при царском режиме вызывались очевидной необходимостью. После революции они в первое время были в ходу по той простой причине, что их так или иначе ''знали'' в более или менее широких кругах, а официальных имен из паспортов часто решительно никто не знал<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 111.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi persone akceptis en tiu tago longan vicon da tiaj delegacioj kaj, ĉar mi havis por gvido neniun konstitucion, do mi havis ankaŭ nek fortojn, nek kialojn rifuzi alvenon al la [[Petrograda Soveto|Soveto]] de diversspecaj delegatoj, flamantaj je unua revolucia ardo. Aliaj membroj de la Ekzekutiva Komitato kaj nia mandata komisiono agis same. Sekve de tio post kelkaj tagoj nombro de la membroj de la Soveto atingis homeran kaj absurdan ciferon, preskaŭ 2000 homoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я лично принял в этот день длинный ряд такого рода делегаций и, не имея для руководства никакой конституции, не имел ни сил, ни оснований отказать в допущении в Совет всякого рода делегатам, горевшим первым революционным жаром. Другие члены Исполнительного Комитета и сама наша мандатная комиссия поступали так же. И в результате через несколько дней число членов Совета достигло гомерической и абсурдной цифры, чуть ли не 2000 человек<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 116.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] [...] al mi, membro de la Ekzekutiva Komitato, ĝis nun estas tute nekonate pri kio okupiĝis la ''[[Petrograda Soveto|Soveto]]'' dum tiu ĉi tago. Kaj ne estas konate pro tio ke mi ne interesiĝis pri tio nek tiam, nek poste. Mi ne interesiĝis pro tio ke estis evidente: la tuta praktika centra laboro ekkuŝis sur la ŝultrojn de la Ekzekutiva Komitato. La Soveto en tiu momento je tiamaj cirkonstancoj, ĉe ties nombra kaj kvalita enhavo estis evidente nelaborkapabla eĉ kiel [[parlamento]] kaj plenumis sole ''moralajn funkciojn''. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] мне, члену Исполнительного Комитета, до сих пор совершенно неизвестно, чем занимался ''Совет'' в течение этого дня. И неизвестно потому, что я не интересовался этим ни в те часы, ни после. Не интересовался же я потому, что было очевидно: вся практическая центральная работа легла на плечи Исполнительного Комитета. Совет же в этот момент в данной обстановке, при данном его количественном и качественном составе был явно неработоспособен, даже как парламент, и выполнял лишь ''моральные функции''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 116.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] Ministrojn unu post alia (verŝajne ankaŭ por ilia [[sekureco]]) oni komencis alporti al la Tavrida palaco. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Министров же одного за другим (также, пожалуй, в интересах их безопасности) стали свозить в Таврический дворец<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 117.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] Mankis iuj ajn [[dubo]]j: se tio efektive estus [[kozakoj]] aŭ atakinta organizita trupo, eĉ se nombre ridinde mizera, do oni povus atendi savon de nenie kaj la revolucion oni povus preni per nudaj manoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Никаких сомнений не могло быть: если бы то были действительно казаки или какая‑либо нападавшая организованная часть, хотя бы численно до смешного ничтожная, то никакого спасения ниоткуда ждать было нельзя и революцию взяли бы голыми руками<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 120.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 28-an de februaro] [[Gorkij]] plu havis malbonan humoron. Liaj impresoj dum la tago ne plibonigis, sed eĉ malbonigis lian mornan humoron. Dum la tuta horo li plendis kaj grumblis pri [[ĥaoso]], malordo, ekscesoj, manifestiĝoj de senrespondeco, pri [[fraŭlino]]j, veturantaj tra la urbo nekonate kien, nekonate sur kies [[aŭto]]j, kaj prognozis senduban fiaskon de la movado, dignan je nia azia sovaĝeco. Du-tri homoj el la ĉeestintoj estis aldonantaj ilustraĵojn al la sama temo kaj jesantaj Gorkij... [...] Por mi inverse estis evidente ke la aferoj statas bonege, ke la [[revolucio]] evoluas plej bone, ke la venkon oni povas konsideri garantiita kaj ke la ekscesoj, filistra stulteco, malnobleco kaj malkuraĝo, ĥaoso, aŭtoj, fraŭlinoj — tio estas la aferoj, sen kiuj la revolucio ''neniel povus okazi'', sen kio ĉio okazanta estus ''teorie neimagebla'', sen kio nenio simila ''neniam kaj nenie okazis''. Ĉio ĉi por mi estis tute evidenta. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горький продолжал быть не в духе. Его впечатления за день не улучшили, а усугубили его мрачное настроение. В течение битого часа он фыркал и ворчал на хаос, беспорядок, на эксцессы, на проявления несознательности, на барышень, разъезжавших по городу неизвестно куда, на неизвестно чьих моторах, и предсказывал верный провал движения, достойный нашей азиатской дикости. Два‑три человека из присутствовавших добавляли иллюстраций к той же теме и поддакивали Горькому… [...] Для меня было, напротив, очевидно, что дела обстоят блестяще, что революция развивается как нельзя лучше, что победу теперь можно считать обеспеченной и что эксцессы, обывательская глупость, подлость и трусость, неразбериха, автомобили, барышни — это лишь то, без чего революция ''никаким способом обойтись не могла'', без чего все происходящее ''теоретически немыслимо'', без чего ничто подобное ''никогда и нигде не бывало''. Все это было для меня совершенно очевидным<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 122.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Poste la Ekzekutiva Komitato ordonis aresti nur [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolaon la 2-an]], kiam estis ricevitaj informoj ke li fuĝas al [[Anglio]]. Tio estis la sola konata al mi kazo dum tiu ĉi periodo de la [[revolucio]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Впоследствии Исполнительный Комитет постановил арестовать лишь Николая II, когда были получены сведения, что он бежит в Англию. Это единственный известный мне случай в этот период революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 124.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao]] ankoraŭ ĝuis [[libero]]n kaj nomis sin caro. Sed kie estis la carismo? Ĝi estis for. Ĝi disfalis je unu momento. Ĝi estis konstruata dum jarcentoj kaj malaperis dum tri tagoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Николай еще гулял на свободе и назывался царем. Но где был царизм? Его не было. Он развалился одним духом. Строился три века и сгинул в три дня<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 126.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi eĉ iom timis ke la demando pri la ''dinastio'' ne forpremu en la tagordo la problemon de la ''[[potenco]]'', solviĝantan tute sendepende de la sorto de la [[Romanovoj]]. Pri tiu lasta mi havis eĉ ne etajn dubojn. Romanovojn oni povus ''restarigi'' kiel la dinastion aŭ ''uzi'' kiel monarĥian principon, sed ilin jam neniel eblis trakti kiel ''faktoron'' de kreado de novaj politikaj rilatoj en la lando. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я даже немного опасался, как бы вопрос о ''династии'' не вытеснил в порядке дня проблему ''власти'', разрешавшуюся совершенно независимо от судьбы Романовых. В этом последнем ни у кого не было сомнений. Романовых можно было ''восстановить'' как династию или ''использовать'' как монархический принцип, но их никак нельзя было уже принять за ''фактор'' создания новых политических отношений в стране<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 127.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] Ĉiuj estis parolantaj pri la caro, demandantaj kion oni decidis fari kun li, kion ''necesas'' fari. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Все говорили о царе, спрашивали, что решено с ним сделать, говорили, что ''нужно'' сделать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 128.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Rilate la cenzan [[Rusio]]n, imperiisman [[burĝaro]]n, kiu estis ''akceptanta'' la potencon, ĝia pozicio kaj ĝiaj planoj ne povus kaŭzi dubojn. Celoj kaj streboj de [[Aleksandr Guĉkov|Guĉkov]]-oj, [[Familio Rjabuŝinskij|Rjabuŝinskij]]-oj, [[Pavel Miljukov|Miljukov]]-oj estis limigitaj je la ideo likvidi [[Rasputin]]-arbitraĵojn helpe de popola movado (kaj prefere — sen ĝia helpo), ''fiksi [[diktaturo]]n de [[kapitalo]] kaj [[rento]]'' surbaze de duonlibera, "liberala" politika reĝimo "kun ampleksigo de politikaj kaj civilaj rajtoj de la loĝantaro" kaj kun kreo de plenrajta [[parlamento]], garantiita de burĝa-cenza plimulto. Je ''tio'' la cenza Rusio devus klopodi haltigi la [[revolucio]]n, transforminte la ŝtaton je ilo de sia klasa dominado, kaj la landon je [[oligarĥio]] de kapitalistoj simila al [[Anglio]] kaj [[Francio]], kiuj nomiĝas "grandaj [[demokratio]]j de la [[Okcidento]]". La movadon, irantan ''pli'' ol diktaturo de la kapitalo, la cenza Rusio, kiu estis akceptanta la potencon, devus klopodi ''subpremi'' per ĉiuj haveblaj rimedoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Что касается цензовой России, империалистской буржуазии, ''принимавшей'' власть, то ее позиция и ее планы не могли возбуждать сомнений. Цели и стремления Гучковых, Рябушинских, Милюковых сводились к тому, чтобы ликвидировать распутинский произвол при помощи народного движения (а гораздо лучше — без его помощи), ''закрепить диктатуру капитала и ренты'' на основе полусвободного, «либерального» политического режима «с расширением политических и гражданских прав населения» и с созданием полновластного парламента, обеспеченного буржуазно‑цензовым большинством. На ''этом'' цензовая Россия должна была стремиться остановить революцию, превратив государство в орудие своего классового господства, а страну в олигархию капиталистов, подобно Англии и Франции, которые именуются «великими демократиями Запада». Движение, идущее ''дальше'' диктатуры капитала, цензовая Россия, принимавшая власть, должна была стремиться ''подавить'' всеми имеющимися налицо средствами<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 130.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] Oni sciigis ke al la [Tavrida] palaco ĵus venis "gardistaro de lia moŝto" por esprimi obeemon kaj proponi servon al la [[revolucio]]. Estas klare, la tuta [[armeo]] forskuis de sur siaj piedoj polvon de la carismo, kaj nun la ŝtatrenverson minacas nek regula, nek kasta reakcia oficiraro, nek [[Nigra Centopo|nigracentopa]] generalaro. Ĉiuj estis devigitaj ŝajnigi "fidelulojn de la [[revolucio]]". Estre de la gardistaro venis iu grandprinco — [[Kirill Vladimiroviĉ (Grandduko de Rusio)|Kirill Vladimiroviĉ]], kiu ankaŭ evidentiĝis ĝisosta revoluciulo. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Сообщили, что во дворец только что пришел «конвой его величества» выразить покорность и предложить службу революции. Ясно, вся армия отряхнула от ног своих прах царизма, и сейчас для переворота не страшно ни кадровое, кастовое реакционное офицерство, ни черносотенный генералитет. Всем приходилось прикинуться «преданными революции». Во главе конвоя явился какой‑то великий князь — Кирилл Владимирович, тоже оказавшийся исконным революционером<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 139.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] [[Pavel Miljukov|Miljukov]] estis defendanta monarĥion kaj la [[Romanovoj|Romanov]]-dinastion, kun la caro [[Aleksej Nikolajeviĉ Romanov|Aleksej]] kaj reganto [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail]]. [...] Li faris al ni "liberalajn gestojn", montrinte ke Romanovoj nun ne plu povas esti danĝeraj, dum [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao]] ankaŭ por li estas neakceptebla kaj devas esti forigita. Li estis naiva, kiam li estis konvinkanta nin pri akcepteblo de lia kombinaĵo por [[demokratio]], parolante pri siaj kandidatoj: "Unu estas la malsana infano kaj la dua ege stulta homo"... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Милюков отстаивал монархию и династию Романовых, с царем Алексеем и регентом Михаилом. [...] Он делал нам «либеральные авансы», указывая, что Романовы теперь уже не могут быть опасны, а Николай и для него неприемлем и должен быть устранен. Он был наивен, когда убеждал нас в приемлемости для демократии его комбинации, говоря про своих кандидатов: «Один больной ребенок, а другой совсем глупый человек»…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 150.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] [...] mi klare rememoras ridindan, longan, kalvan, lipharan figuron de la estonta prokuroro [[Vladimir Nikolajeviĉ Lvov|Lvov]], laŭte, longe kaj naive parolinta el sia profunda seĝo. Tiu ĉi aganto, reprezentanto de la [[Ŝtata Dumao (Rusia imperio)|dumaa]] dekstro kaj terure stranga persono, apartenis al la Dumao de iu dekstra partio — naciistoj aŭ [[Zemstvo|zemstvuloj]]-[[Unio de la 17-a de Oktobro|oktobristoj]]. Sed je la unuaj vortoj de sia parolo li proklamis sin respublikano kaj parolis pri teruro de eventuala reveno de la carismo, kompare al kio la [[morto]] estas preferinda. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] ясно вспоминаю смешную, длинную, лысую, усатую фигуру будущего прокурора Львова, громко, длинно и наивно говорящего речь из своего глубокого кресла. Этот деятель, представитель думской правой и ужасно странный тип, принадлежал в Думе к какой‑то правой партии — националистов или земцев‑октябристов. Но в первых словах своей речи он объявил себя республиканцем и говорил об ужасе возможного возврата царизма, лучше которого смерть<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 151.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Pavel Miljukov|Miljukov]] perfekte orientiĝis je la situacio. Li estis komprenanta ke sen interkonsento kun la [[Petrograda Soveto|Soveto de Laboristaj Deputitoj]] neniu registaro povus estiĝi, nek ekzisti. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Милюков отлично ориентировался в положении дел. Он понимал, что без соглашения с Советом рабочих депутатов никакое правительство не может ни возникнуть, ни существовать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 151.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] [...] [[Kerenskij]], kiu sciigis al ni ke oni proponas al li postenon de la ministro pri justico. Oni ne nur proponas, sed admonas kaj petas akcepti. Sincereco de la admonantoj kaj petantoj lasis neniujn dubojn: [[ostaĝo]] forme de Kerenskij estis por ili tre dezirinda je la nunaj cirkonstancoj. Kerenskij denove demandis kion li faru. Sed estis klare kion li faros. [...] Li deziris esti samtempe sovetia homo kaj ministro, sed... pli li deziris esti ministro. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский, который сообщил нам, что ему предлагают портфель министра юстиции. Не только предлагают, но убеждают и просят принять. В искренности убеждающих и просящих не могло быть сомнений: заложник в лице Керенского был им весьма желателен в данной совокупности обстоятельств. Керенский снова спрашивал, как ему поступить. Но было ясно, как он поступит. [...] Он хотел быть и советским человеком, и министром, но… больше министром<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 154.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] Plia telefonvoko:</br>— Oni parolas de la stacidomo [[Carskoje Selo]], komisaro de la Ekzekutiva Komitato taskigita de [[fervojisto]]j. Grandprinco [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail Aleksandroviĉ]] de [[Gatĉina]] petas doni al li [[trajno]]n por veturi al [[Peterburgo]].</br>Mi respondas jam sen iuj ajn kunsidoj:</br>— Oni diru al li ke la Ekzekutiva Komitato ne permesas doni la trajnon pro altaj kostoj de [[karbo]], sed la civitano Romanov povas veni al la stacidomo, aĉeti bileton kaj veturi je komuna trajno. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Еще звонок:</br>— Говорят с Царскосельского вокзала, комиссар Исполнительного Комитета по поручению железнодорожников. Великий князь Михаил Александрович из Гатчины просит дать ему поезд, чтобы приехать в Петербург.</br>Отвечаю уже без всяких совещаний:</br>— Пусть ему передадут, что Исполнительный Комитет поезда дать не разрешает по случаю дороговизны угля, но гражданин Романов может прийти на вокзал, взять билет и ехать в общем поезде<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 162.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] estis evidente ke nek tie, nek dum komunaj kunvenoj, estas farata la [[politiko]], kaj ke ĉiuj ĉi "plenkunsidoj" tute ne havas praktikan signifon. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] было очевидно, что не там, не в общих собраниях, делается политика, и все эти «пленумы» решительно не имеют практического значения<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 164.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] Aperis en [[Peterburgo]] iu "nigra [[aŭto]]", impetanta, kiel oni diris, de unu parto de la ĉefurbo al alia kaj pafanta piedirantojn preskaŭ je mitralo. Oni estis kaptantaj ĝin, sed kapti malsukcesis. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Появился в Петербурге некий «черный автомобиль», мчавшийся, как говорили, из конца в конец столицы и стрелявший в прохожих чуть ли не из пулемета. Его ловили, но не могли поймать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 178.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La [[armeo]] same rapide agnoskis novan ŝtatordon. Caraj [[generalo]]j, vidante senesperon de lukto, komencis haste preni kaŝkolorojn kaj ŝajnigi ke ili renaskiĝis. [[Nigra Centopo]] malaperis subtere. Supera ŝtatoficistaro ankaŭ disiĝis je unu palpebrumo. La cara reĝimo jam antaŭ la formala likvido de [[Romanovoj]] havis neniun apogon kaj neniujn [[espero]]jn. [[Kontraŭrevolucio]] ekzistis, sed ĝi estis kaŝita simile al la [[revolucio]] antaŭ la revolucio. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Армия так же мгновенно признала новый строй. Царские генералы, видя безнадежность борьбы, стали поспешно принимать защитную окраску и делать вид, что они переродились. Черная сотня сгинула в подполье. Высшее чиновничество также распылилось в мгновение ока. У царского режима еще до формальной ликвидации Романовых не осталось ровно никакой опоры и никаких надежд. Контрреволюция существовала, но она была в скрытом виде, подобно революции до революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 180.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Certe la lasta [[Abdiko de Nikolao la 2-a|manifesto de Nikolao]] kaŭzis en la Ekzekutiva Komitato nenian impreson. Oni iom ridis pri transdonita fare de iu sciigo ke [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao]] antaŭ la abdiko "nomumis" [[Georgij Lvov|G. Je. Lvov]] la ĉefministro. Ege prudente flanke de la saĝa kaj zorgema monarĥo! Ege fajne flanke de instigintaj lin diplomatoj de la [[burĝaro]]!.. Ni ridis pri naiva anakronismo en la teksto de la lasta manifesto, sed donis eĉ ne etan atenton al la fakto de la abdiko mem. Por ni ĉiuj estis evidente: tiu ĉi fakto nun, la 3-an de marto, alportas tute nenion novan je ĝenerala situacio. La [[revolucio]] sekvas sian vojon kaj nova kombino de la fortoj formiĝas sen iu ajn rilato al la volo kaj agmaniero de iuj ajn [[Romanovoj]]. [...] Desurtronigo de Nikolao estis memevidenta ĝis tia grado, ke en tiuj ĉi tagoj neniu el ekzorgis pri praktika kaj formala efektivigo de tiu ĉi ago. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Конечно, последний манифест Николая не произвел в Исполнительном Комитете никакого впечатления. Посмеялись кем‑то переданному сообщению, что Николай перед отречением «назначил» Г. Е. Львова премьер‑министром. Ужасно предусмотрительно со стороны мудрого и попечительного монарха! Ужасно тонко со стороны инспирировавших его дипломатов буржуазии!.. Мы посмеялись над наивным анахронизмом в тексте последнего манифеста, но не уделили ни малейшего внимания самому факту отречения. Для всех нас было очевидно: этот факт ныне, 3 марта, не вносит решительно ничего нового в общую конъюнктуру. Революция идет своим ходом, и новая комбинация сил складывается вне всякой зависимости от воли и образа действий каких‑либо Романовых. [...] Низложение Николая само собой разумелось до такой степени, что в эти дни никто из нас не заботился о практическом и формальном осуществлении этого акта<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 190—191.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Akto pri la [[Abdiko de Nikolao la 2-a|abdiko]], ricevita de la Ekzekutiva Komitato, ne iĝis objekto de serioza atento, nek des pli objekto de oficiala pridiskutado. Tio estis sensenca paperpeco, havinta por ni eble nur beletran, sed certe ne politikan intereson. Alia afero okazis en nepublikaj ejoj de la Tavrida palaco, plu superplenaj je diversspeca homamaso. Tie oni feroce atakis tiun ĉi paperpecon kaj penis forŝiri ĝin el la manoj unu de la alia. Same laŭdire okazis en la urbo. Filistra amaso traktis tiun ĉi dokumenton kiel gravan eventon eĉ fone de ĉio okazinta en tiuj ĉi tagoj. Oni traktis ĝin kiel gravan etapon, eble mejloŝtonon je evoluo de la [[revolucio]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Акт об отречении, полученный в Исполнительном Комитете, не стал ни предметом серьезного внимания, ни тем более предметом официального обсуждения. Это был никчемный клочок бумаги, имевший для нас разве беллетристический, но никак не политический интерес. Другое дело — в кулуарах и всех прочих помещениях Таврического дворца, по‑прежнему переполненных разношерстной толпою. Там яростно бросались на этот клок бумаги и вырывали его друг у друга. То же, говорят, происходило и в городе. Обывательская масса видела в этом документе важное событие даже на фоне всего происшедшего в эти дни. В нем видели существенный этап, быть может, перелом в развитии революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 191.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kontraŭ [[Aleksej Nikolajeviĉ Romanov|Aleksej]] estis la tuta lando kaj la tuta maldekstro ĝis [[Kerenskij]] kaj verŝajne ĝis [[Nikolaj Vissarionoviĉ Nekrasov|Nekrasov]]. Kaj kontraŭ [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail]] estis ili kaj aldone for dekstren ĝis... [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko|Rodzjanko]] mem. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Против Алексея была вся страна и вся левая до Керенского и, пожалуй, до Некрасова. А против Михаила оказались те же плюс еще далеко вправо до… самого Родзянки<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 192.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Estro de la kontraŭmonarĥiistoj estis certe [[Kerenskij]], agante per patoso kaj minacoj, manipulante per sia speciala pozicio de "plenrajta reprezentanto de [[demokratio]]" en la ministerio, substrekante specialan pezon de siaj [[opinio]]j. Al Kerenskij inklinis la ĉefministro [[Georgij Lvov|Lvov]] kaj plejparto de la hieraŭaj monarĥiistoj subestre de [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko|Rodzjanko]]. Ili ĉiuj insistis pri rezigno de [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail Romanov]] de la trono. Malplimulton konsistigis nur du — [[Pavel Miljukov|Miljukov]] kaj [[Aleksandr Guĉkov|Guĉkov]], proponintaj aprobi kiel caron Miĥailon kaj peti lin tiucele... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Во главе антимонархистов шел, конечно, Керенский, действуя и пафосом, и угрозами, играя на своем особом положении «полномочного представителя демократии» в министерстве, подчеркивая особый вес своих мнений. К Керенскому склонялись премьер Львов и большинство вчерашних монархистов с Родзянкой во главе. Все они настаивали на отказе от престола Михаила Романова. В меньшинстве оказалось только двое — Милюков и Гучков, предлагавшие утвердить царем Михаила и бить ему челом на этот счет…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 193.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Post kunsidi sekrete kun [[Miĥail Vladimiroviĉ Rodzjanko|Rodzjanko]] kaj [[Georgij Lvov|Lvov]], [[Miĥail Aleksandroviĉ (filo de Aleksandro la 3-a)|Miĥail Romanov]] deklaris ke li rezignas je la entrepreno, kiu estus fakte senfrukta kaj skandala aventuro. Ĉiuj ĉeestintoj, krom [[Aleksandr Guĉkov|Guĉkov]] kaj [[Pavel Miljukov|Miljukov]], spertis pro tio grandan plezuron, sed silentis pri tio. [[Kerenskij]] dume je nebridebla impeto saltis sur scenejon kaj deklamis jenon:</br>— Via Moŝto, vi estas nobla persono kaj mi ĉiam estos deklaranta tion. Vian agon taksos la historio, ĝi estas alte patriotisma kaj montras vian amon al la patrujo... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Посовещавшись секретно с Родзянкой и Львовым, Михаил Романов объявил, что он отказывается от предприятия, которое было бы, по существу, бесплодной и скандальной авантюрой. Все присутствующие, кроме Гучкова и Милюкова, испытали от этого большое удовольствие, но промолчали о нем. Керенский же в неудержимом порыве не преминул вскочить на подмостки и продекламировал так:</br>— Ваше Высочество, вы благородный человек, и я всегда отныне буду заявлять это. Ваш поступок оценит история, он высокопатриотичен и обнаруживает вашу любовь к родине…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 194.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Kerenskij]] estis sincera, bona homo. Li sinforgese kaj ageme amis la [[patrujo]]n, kaj la [[revolucio]]n, kaj [[socialismo]]n, kaj [[demokratio]]n. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский был искренний, хороший человек. Он самоотверженно и деятельно любил и родину, и революцию, и социализм, и демократию<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 194.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] [[Petrograda Soveto|Soveto]] ege kreskigis tumultadon, umadon, malordon kaj ĥaoson en la palaco de la revolucio. Tio iĝis finfine neeltenebla por la membroj de la Ekzekutiva Komitato, komplete elĉerpitaj eĉ sen tio. Laboro en kondiĉoj, kiam transiro de unu ĉambro al alia postulis neimageblajn klopodojn kaj tempon, iĝis netolerebla. Necesis almenaŭ unu tagon "ripozi for de la Soveto" kaj plurmilaj homamasoj, altirataj de ĝi al la palaco. Tion eksentis ĉiuj, kaj multaj esprimis tiajn maldecajn sentojn, rekte sendante al diablo tiun ĉi senĉesan mitingon en la laborejoj de la Ekzekutiva Komitato. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Совет безмерно увеличивал толкотню, суету, беспорядок и неразбериху во дворце революции. Это сделалось наконец невыносимо для членов Исполнительного Комитета, совершенно истрепанных и без того. Работа в условиях, когда переход из комнаты в другую требовал невероятных усилий и времени, стала нестерпимой. Надо было хоть денек «отдохнуть от Совета» и тысячных толп, привлекавшихся им во дворец. Это стало чувствоваться всеми, и многие выражали таковые неприличные чувства, недвусмысленно посылая к черту этот перманентный митинг среди рабочих апартаментов Исполнительного Комитета<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 195.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Nikolaj Ĉĥeidze|Ĉĥeidze]] ne taŭgis kiel proleta kaj partia gvidanto, kaj li neniam kaj nenien kondukis: por tio li havis eĉ ne plej etajn kapablojn. Inverse, li havis ĉiujn kapablojn por eterne esti kondukata de iu, foje iom rezistante. Kaj okazis fojfoje, kiam liaj [[amiko]]j kondukis lin je tiaj profundejoj de politikaj intrigoj, kie li mem fartis malbone, kaj je tiajn aventurojn kiujn li ne nur ne ŝatis, sed kontraŭ kiuj li rezolute protestis, kvankam... ne publike. [...] Sed, transforminte lin je [[ikono]]n, oni lin kondukis, ĉar rezisti forte li ne kapablis. Kaj post veni kien ne decis, li vane protestis, ĉar tiu ĉi "apudpartia homo", laŭ esprimo de [[Lenin]], estis senriproĉe honesta soldato de la [[revolucio]], anime kaj korpe fidela al la [[demokratio]] kaj laborista movado. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Чхеидзе не был годен в пролетарские и партийные вожди, и он никого никогда и никуда не вел: для этого у него не было ни малейших данных. Напротив, у него были все данные, чтобы вечно ходить на поводу, иногда немного упираясь. И бывали случаи, когда его друзья заводили его в такие дебри политиканства, где ему было совсем не по себе, и в такие авантюры, которым он не только не сочувствовал, но против которых решительно протестовал, хотя и… не публично. [...] Но, превратив его в икону, его водили, ибо основательно упираться он не имел силы. А зайдя куда не следует, он бесплодно протестовал, ибо этот «околопартийный человек», по выражению Ленина, был безупречно честным солдатом революции, душой и телом преданный демократии и рабочему движению<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 196.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Grandnombre oni estis venigantaj [[policano]]jn, interalie kaŝpolicistojn. Neniu kredus ke ili tiom abundis en la ĉefurbo. Iu en la urba aministracio estis ilin pridemandanta, iel klasifikanta kaj ion al ili faranta... Mizeraj kaj malpuraj estaĵoj sin tenis kiel decis al ili. Ili humile petis kompaton, referencante al kontraŭvola laboro kontraŭ peco de [[pano]], promesante ĵure estonte, perfidinte la caron kaj la ĵuron, esti ĝismorte fidelaj al la popolo kaj la [[revolucio]]... "Konscia" civitano en tiu ĉi grandega respektinda korporacio estis trovita nur unu. Tamen unu idea kaŝpolicisto estis trovita. Al la demando pri rilato al la revolucio li, petante pardonon kaj sinĝene, respondis:</br>— Mi ne subtenas... Mi servis honeste kaj fidele. Mi estis tre fidela kaj amis la imperiestron. Mi ne konsentas perfidi la ĵuron...</br>Mi ne scias kion oni faris al tiu ĉi maliculo, la sola el ĉiuj kiu meritis la fidon. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Огромное количество приводили охранников, в частности филеров. Никто не поверил бы, что их такая масса была в столице. Кто‑то в градоначальстве их допрашивал, как‑то сортировал и что‑то с ними делал… Жалкие и грязные существа держались как им подобало. Униженно просили милости, ссылаясь на подневольную работу из‑за куска хлеба, обещая клятвенно вперед, изменив царю и присяге, быть до гроба верными народу и революции… «Сознательный» гражданин среди огромной почтенной корпорации нашелся только один. Но все же один «идейный» филер нашелся. На вопрос об отношении к революции он, извиняясь и смущаясь, ответил:</br>— Не сочувствую… Служил верой и правдой. Очень предан был и любил государя императора. Изменить присяге не согласен…</br>Не знаю, что сделали с этим зловредным человеком, единственным из всех, который заслуживал доверия<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 203.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ladiĵnikov malvolvis perfidulan liston. Tio estis dika kajero, eble pli ol unu, kun centoj da nomoj... Nepriskribebla abomeno kaj honto! Vicoj da advokatoj, kuracistoj, ŝtatoficistoj, municipuloj, kursistinoj, ĉiaspecaj studentoj, literaturistoj, laboristoj de ĉiuj gentoj kaj sociaj tavoloj. Absolute dominis "reprezentantoj de spirita [[kulturo]]". Rilatumo inter nombro de provokantoj kaj "prilumata" de ili sfero estis mortiga por nia glorita [[intelektularo]]! [...] Kontraŭ kio sin vendis dignaj agantoj? Oni sin vendis kontraŭ groŝoj: malmultaj estis ricevantaj pli ol cent rublojn monate. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ладыжников развернул предательский список. Это была толстая тетрадь, быть может, не одна, с сотнями имен… Неописуемое омерзение и стыд! Вереницы адвокатов, врачей, чиновников, муниципалов, курсисток, всевозможных студентов, литераторов, рабочих всех племен и состояний. Абсолютно преобладали «представители духовной культуры». Соотношение же между числом провокаторов и «освещаемой» ими сферой было прямо убийственно для нашей прославленной интеллигенции! [...] За что продавались доблестные деятели? Продавались за гроши: редко кто получал свыше ста рублей в месяц<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 225.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] [[Peterburgo]] estas la urbo ekstreme centralizita. Popola movado tie tradicie altiriĝas al Nevskij [Avenuo], tien flugas [[animo]] de la urbo en ĉiuj specialaj kazoj, kaj nur tie oni povas observi ĝin. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Петербург — город до крайности централизованный. Народное движение там искони тяготеет к Невскому, туда летит душа города во всех особых случаях, и только там надо наблюдать ее<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 225.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La [[Nikolao la 2-a (Rusio)|eksa caro]] estis vojaĝanta tra [[Rusio]] kien ajn li deziras: de [[Pskovo]] post la [[Abdiko de Nikolao la 2-a|abdiko]] li ekveturis al la ĉefkomandejo, al [[Mohilovo]], poste li planis veturi al [[Kievo]], al la patrino, poste, kiel oni diris, al [[Krimeo]]... Oni ne konsideris tion tre grava, sed certaj "malkomfortaĵoj" pro tio tamen povus aperi. Pri tio oni komencis paroli. Sed jen la 6-an estis ricevitaj informoj ke Nikolaj Romanov kun la familio estas forveturanta al [[Anglio]]. Generalo [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev|Aleksejev]] deklaris je lia nomo al la [[Provizora Registaro de Rusio|Provizora Registaro]] pri deziro de la cara familio elmigri eksterlanden. La registaro akceptis tion kaj eĉ komencis tiurilate intertraktojn kun la brita registaro... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Бывший царь разъезжал по России, куда ему заблагорассудится: из Пскова после отречения поехал в Ставку, в Могилев, затем собрался в Киев, к матери, потом, как говорили, в Крым… Большого значения этому не придавали, но некоторые «неудобства» от этого все же проистечь могли. Об этом стали поговаривать. Но вот 6‑го числа были получены сведения, что Николай Романов с семьей уезжает в Англию. Генерал Алексеев заявил от его имени Временному правительству о желании царской семьи эмигрировать за границу. Правительство на это согласилось и уже начало но этому поводу переговоры с британским правительством…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sed jen [[Kerenskij]] en [[Moskvo]], cetere kun ioma malfruiĝo, la 7-an de marto, sed ĉe furioza jubilo de filistra homamaso, parolis pri tiu afero kvazaŭ pri jam solvidta:</br>— Nun [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] estas en miaj manoj — la manoj de ĝenerala prokuroro. Kaj mi diros al vi, kamaradoj: la rusa revolucio okazis sensange kaj mi ne deziras, mi ne permesos makuli ĝin. [[Jean-Paul Marat|Marat]] de la rusa revolucio mi neniam estos... Sed post tre mallonga tempo Nikolao la 2-a sub mia persona observado estos transportita al haveno kaj de tie en vaporŝipo li veturos al [[Anglio]]... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но вот Керенский в Москве, правда с некоторым опозданием, 7 марта, но при бурных восторгах обывательской толпы, так говорил об этом деле как о деле решенном:</br>— Сейчас Николай II в моих руках — руках генерал‑прокурора. И я скажу вам, товарищи: русская революция прошла бескровно, и я не хочу, не позволю омрачить ее. Маратом русской революции я никогда не буду… Но в самом непродолжительном времени Николай II под моим личным наблюдением будет отвезен в гавань и оттуда на пароходе отправится в Англию…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Estis evidente: oni ne povas lasi [[Romanovoj]]n eksterlanden serĉi feliĉon tra la mondo, atendi bonŝancon transmare. Kaj pri tio, laŭ mia memoro, oni ne disputis en la Ekzekutiva Komitato. [...] La priparolado okazis je alia direkto. Ricevita sciigo diris ke [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao]] kun la [[familio]] jam kuras eksterlanden. Komisaro de la Ekzekutiva Komitato pri fervojaj aferoj raportis ke du literaj trajnoj<ref>Litera trajno estas trajno destinita por transportado de altranguloj kaj markita per litero anstataŭ numero.</ref> kun la Romanov-familio jam veturas al la landlimo kvazaŭ pro tio ke la [[Provizora Registaro de Rusio|Provizora Registaro]] sciis kaj permesis tion. Kien konkrete veturas la trajnoj dum la kunsido ne estis trovite. Iuj fontoj diris ke Romanovoj veturas tra [[Tornio]], aliaj ke tra [[Arĥangelsko]]. Necesis tuj kontakti la registaron kaj proponi al ĝi haltigi Nikolaon. Pro pozicio, kiun okupis la Mariinskij palaco, estis agnoskite tre rapide kaj unuvoĉe ke la aferon de Romanovoj la [[Petrograda Soveto|Soveto]] devas transpreni je siaj manoj kaj almenaŭ kategorie postuli, ke neniuj rimedoj al Romanovoj estu aplikataj sen anticipa interkonsento kun la Ekzekutiva Komitato. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Было очевидно: пускать Романовых за границу искать счастья по свету, ждать погоды за морем нельзя. И об этом, насколько помню, не спорили в Исполнительном Комитете. [...] Суждение шло в иной плоскости. Полученное известие гласило, что Николай с семьей уже бежит за границу. Комиссар Исполнительного Комитета по железнодорожным делам донес, что два литерных поезда с семьей Романовых уже направляются к границе будто бы с ведома и разрешения Временного правительства. Куда именно направляются поезда, в заседании точно не было установлено. Из одних источников сообщали, что Романовы едут через Торнео, из других — через Архангельск. Надо было немедленно снестись с правительством и предложить ему задержать Николая. Ввиду позиции, занятой Мариинским дворцом, было признано очень быстро и единодушно, что дело Романовых Совет должен взять в свои руки и во всяком случае категорически потребовать, чтобы никакие меры ни к каким Романовым не применялись без предварительного соглашения с Исполнительным Комитетом…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 229.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sed kion oni faru pri [[Romanovoj]]? Pri tio oni iun tempon diskutis kaj, konsiderante ke fine oni haltis ĉe provizora solvo, la [[vero]] estis naskiĝanta tiukaze sufiĉe malfacile... Ŝajnas ke iu de maldekstro postulis nepre [[Petropaŭla fortikaĵo|Petropaŭlan fortikaĵon]] por la tuta familio, referencante al ekzemplo de la ministroj de [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao]] kaj aliaj liaj servantoj. Sed mi ne memoras ke estus malfacile mildigi la decidon de la Ekzekutiva Komitato. Estis decidite pri provizora izolado de la eksa caro mem, lia edzino kaj la infanoj en la palaco en [[Carskoje Selo]]. Pli da interparoloj estiĝis rilate kion fari pri la aliaj Romanovoj — kandidatoj kaj nekandidatoj. Ŝajnas ke estis decidite eksterlanden lasi neniun kaj laŭeble fiksi ilin al iuj iliaj bienoj. Ĉio ĉi devis esti diktita al la [[Provizora Registaro de Rusio|Provizora Registaro]] por estontaj ordonoj... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но что же сделать с Романовыми? Об этом некоторое время спорили, и, судя по тому, что в конце концов остановились на временной мере, истина рождалась здесь довольно туго… Как будто кто‑то слева требовал непременно Петропавловки для всей семьи, ссылаясь на пример собственных министров Николая и на прочих слуг его. Но не помню, чтобы стоило большого труда смягчить решение Исполнительного Комитета. Была решена временная изоляция самого бывшего царя, его жены и детей в Царскосельском дворце. Больше разговоров возникло по поводу того, что делать с прочими Романовыми — кандидатами и некандидатами. Кажется, было решено за границу не пускать никого и всех по возможности прикрепить к каким‑нибудь своим усадьбам. Все это должно было быть продиктовано Временному правительству на предмет соответствующих распоряжений…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 229.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La Ekzekutiva Komitato sen longa babilado, sen iuj ajn demandoj pri siaj funkcioj kaj rajtoj decidis sendi ordonon tra ĉiuj [[fervojo]]j — deteni [[Romanovoj]]n kun ilia [[trajno]] kie ajn ili estus, kaj tuj raporti tion al la Ekzekutiva Komitato. Kaj poste unu el membroj de la Ekzekutiva Komitato kun deca akompanantaro estis taskigita aresti [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolaon]] en la loko kie estos haltigita lia trajno, kaj por enloĝigo de la tuta cara familio je [[Carskoje Selo]]... Taskigita pri tio membro de la Ekzekutiva Komitato estis [[Kuzma Gvozdev]]. [...] Gvozdev ne bezonis plenumi sian mision. La [[Provizora Registaro de Rusio|Provizora Registaro]] rapide kaj obeeme komencis plenumi la postulojn de la Ekzekutiva Komitato. Eĉ pli frue ol sekvan tagon [[Kerenskij]] en [[Moskvo]] sukcesis "sub persona observado" akompani Nikolaon al [[Anglio]], la registaro decidis "senigi lin je [[libereco]]", izoli en lia malnova rezidejo, pri kio publikigi por ĉies scio. Malgraŭ [[onidiro]]j la caro restis en la ĉefkomandejo, en [[Mohilovo]], kien venis lia patrino. Speciale senditaj por preni lin komisaroj de la Provizora Registaro el maldekstraj dumaaj partioj ekveturis al Mohilovo la saman tagon kaj sukcese alportis la eksan aŭtokraton je la palaco en Carskoje Selo... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Исполнительный Комитет без долгих разговоров, без всяких вопросов о своих функциях и правах постановил дать приказ по всем железным дорогам — задержать Романовых с их поездом, где бы они ни оказались, и сейчас же дать знать об этом Исполнительному Комитету. А затем один из членов Исполнительного Комитета с подобающей свитой был отряжен для ареста Николая в том месте, где будет остановлен его поезд, и для водворения всей царской семьи в Царском Селе… Предназначенный для этой цели член Исполнительного Комитета был Кузьма Гвоздев. [...] Выполнить свою миссию Гвоздеву не пришлось. Временное правительство быстро и послушно взялось выполнить требования Исполнительного Комитета. Еще раньше, чем на другой день Керенский в Москве успел «под личным наблюдением» проводить Николая в Англию, правительство постановило «лишить его свободы», изолировать в его старой резиденции, о чем и опубликовать во всеобщее сведение. Вопреки слухам, царь находился в Ставке, в Могилеве, куда приехала его мать. Специально командированные за ним комиссары Временного правительства из левых думских партий выехали в Могилев в тот же день и благополучно доставили бывшего самодержца в Царскосельский дворец…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 229—230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Kuzma Gvozdev|Gvozdev]] poste, post kelkaj monatoj (kaj ŝajnis ke jaroj) de la [[revolucio]], dum ripozpaŭzoj, dum tempo de dolĉaj rememoroj pri delonge pasintaj bataloj, estis diranta al mi:</br>— Ĉu vi memoras kiel oni donis al mi mandaton por aresti [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolaon la 2-an]]?..</br>— Mi memoras... Kaj do?</br>— Nenio... Mi tiun mandaton gardas. Simple por [[memoro]]... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Гвоздев же потом, через несколько месяцев (а казалось, лет) революции, в часы досуга, в часы сладких воспоминаний о далеких прошлых битвах, говорил мне:</br> ''— А помните, как мне писали мандат арестовать Николая II?..''</br>''— Помню… Ну и что?''</br>''— Ничего… Я этот мандат берегу. Так, на память…''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] [[soldataro]] estas grandega obstaklo, ĝi estas ege damaĝa kaj sufiĉe reakcia elemento de nia [[revolucio]], kvankam ĝuste partopreno de la [[armeo]] garantiis ĝian komencan [[sukceso]]n... [...] Rekta partopreno de la armeo en la revolucio estis formo de enmiksiĝo de kamparanaro, formo de ĝia penetro je profundejoj de la revolucia procezo. De mia vidpunkto de marksisto kaj internaciisto, tio estis tute malkonvena enmiksiĝo, tre damaĝa enmiksiĝo kaj aldone tute ne necesa kaj okazinta nur pro kombino de cirkonstancoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] солдатчина есть величайшая помеха, есть крайне вредный и весьма реакционный элемент нашей революции, хотя именно участие армии и обеспечило ее первоначальный успех… [...] Непосредственное участие в революции армии было не что иное, как форма вмешательства крестьянства, форма его проникновения в недра революционного процесса. С моей точки зрения марксиста и интернационалиста, это было совершенно неуместное вмешательство, глубоко вредное проникновение и притом же вовсе не обязательное вообще, а обязанное лишь особому стечению обстоятельств<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Avida je la [[tero]], direktinte ĉiujn siajn ŝtatajn [[penso]]jn al fortigo de propra trogo kaj ĉiujn siajn civitanajn sentojn — al seniĝo je [[Zemstvo|zemstva]] oficisto kaj policisto, kamparanaro, estante plejmulto de la loĝantaro, havis ĉiujn ŝancojn "iri flanke", gardi neŭtralecon, neniun malhelpi je la ĉefa [[dramo]], je la ĉefa fronto de la [[revolucio]]. Bruinte ie for, bruliginte iom da bienoj, disrabinte iom da havaĵoj, la kamparanaro ricevus siajn terpecojn kaj trankviliĝus je sia "idiotismo de kamparana vivo". Hegemonio de la [[proletaro]] en la revolucio ne alfrontus [[konkurenco]]n. Kaj la sola revolucia kaj socialisma laŭ sia naturo klaso gvidus la revolucion ĝis dezirataj limoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Жадное до одной земли, направив все свои государственные мысли к укреплению собственного корыта, а все свои гражданские чувства — к избавлению от земского и урядника, крестьянство, будучи большинством населения, имело, вообще говоря, все шансы «пройти стороной», соблюсти нейтралитет, никому не помешать в главной драме, на основном фронте революции. Пошумевши где‑то в глубине, подпаливши немного усадеб, поразгромив немного добра, крестьянство получило бы свои клоки земли и утихомирилось в своем «идиотизме сельской жизни». Гегемония пролетариата в революции не встречала бы конкуренции. И единственный революционный и социалистический по природе класс довел бы революцию до желанных пределов<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Nun la [[kamparanaro]] estis vestita je grizaj soldatmanteloj unue, kaj sentis sin la ĉefa heroo de la [[revolucio]] due. Ne flanke, nek ie for, nek en la [[Rusia Konstitucia Asembleo|Konstitucia Asembleo]], nek en organika epoko, sed ĉi tie, super lulilo, ĉe la stirilo de la revolucio senhalte, kun sia tuta peza maso staris la kamparanaro, kaj aldone kun [[fusilo]] enmane. Ĝi estis deklaranta: mi estas la mastro ne nur de la lando, sed nur de la rusia ŝtato, ne nur de plej proksima periodo de la rusia historio, mi estas la mastro de la revolucio, kiu ne povus esti farita sen mi... Tio estis tute malkonvene kaj ege damaĝe. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Сейчас крестьянство было одето в серые шинели, во‑первых, и чувствовало себя главным героем революции, во‑вторых. Не в стороне, не в глубине, не в Учредительном собрании, не в органической эпохе, а тут, над самой колыбелью, у самого кормила революции неотступно, всей тяжкой массой стояло крестьянство, да еще с винтовкой в руках. Оно заявляло: я хозяин не только страны, не только российского государства, не только ближайшего периода российской истории, я хозяин революции, которая не могла быть совершена без меня… Это было совершенно неуместно и крайне вредно<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La [[revolucio]] havis siajn taskojn [...] La ĉefa tasko estis likvidi la [[Unua mondmilito|militon]]. [...] Dum la unuaj semajnoj kaj ĝuste en priskribataj tagoj, en la Ekzekutiva Komitato oni ankoraŭ ne povis trovi konvenan formon, necesan grundon, sur kiu oni povus kaj devus starigi la plej aktualan problemon de la likvido de la milito... Haveblis kialo ekmalami la [[soldataro]]n kaj ekkoleri pro ties malkonvena enmiksiĝo. Haveblis pro kio kun malĝojo rigardi kiel en la [[Petrograda Soveto|Soveto]], je profundejoj de la revolucio, la proletaro ĉiam pli kaj pli dronas inter tiuj tute malkleraj kamparanoj je iliaj grizaj soldatmanteloj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = У революции были задачи [...] Главная из таких задач была ликвидация войны. [...] В первые недели, и именно в описываемые дни, в Исполнительном Комитете все еще не могли найти надлежащей формы, надлежащей почвы, на которую можно и должно было поставить насущнейшую проблему ликвидации войны… Было от чего возненавидеть эту солдатчину и негодовать на ее неуместное вмешательство. Было от чего с грустью смотреть, как в Совете, в недрах революции, пролетариат все больше и больше тонет среди этих непроглядных мужиков в их серых шинелях<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Dum la unuaj semajnoj la soladata amaso de [[Peterburgo]] ne nur ne aŭskutis, sed malebligis paroli pri [[paco]], preta levi sur [[bajoneto]]j ĉiun nesingardan "perfidulon" kaj "malfermanton de fronto al la [[malamiko]]". Poste, kiam post monatoj de la [[revolucio]] malnovaj birdotimigiloj perdis la forton, kaj en la tranĉeoj iĝis neelteneble, la samaj amasoj, la sama malklera forto sin ĵetis senkape sekvante tiun, kiu permesis je iu ajn momento lasi la tranĉeojn kaj vokis hejmen "rabi la rabitaĵojn". |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В первые недели солдатская масса Петербурга не только не слушала, но не позволяла говорить о мире, готовая поднять на штыки каждого неосторожного «изменника» и «открывателя фронта врагу». Впоследствии же, когда после месяцев революции старые жупелы потеряли силу, а в окопах стало нестерпимо, те же массы, та же темная стихия бросилась сломя голову за тем, кто позволял в любой момент бросить окопы и звал домой «грабить награбленное»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 232.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Estis kialoj por malami tiun ĉi [[soldataro]]n kaj indigni pro ties malkonvena enmiksiĝo. Estis pro kio malĝoje rigardi kiel en la [[Petrograda Soveto|Soveto]], en la profundejo de la [[revolucio]], la [[proletaro]] ĉiam pli kaj pli dronas meze de tiuj ĉi tute malkleraj [[kamparano]]j en ties grizaj uniformoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Было от чего возненавидеть эту солдатчину и негодовать на ее неуместное вмешательство. Было от чего с грустью смотреть, как в Совете, в недрах революции, пролетариат все больше и больше тонет среди этих непроглядных мужиков в их серых шинелях<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 232.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Iraklij Cereteli]]] La vera gvidanto de la kamparana-soldata amaso tiutempe mankis; [...] La vera gvidanto de la kamparana-filistra-soldataj amasoj tiutempe ankoraŭ nur planis ekveturi al la ĉefurbo de [[Irkutsko]]... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Настоящего лидера мужицко‑солдатской массы еще налицо тогда не было; [...] Настоящий лидер мужицко‑мещанско‑солдатских масс тогда еще только собирался выезжать в столицу из Иркутска…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 232.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] [[Kerenskij]] antaŭnelonge spertis gravan malsanon, sekve de kiu li seniĝis je unu reno. [[Finnoj]] dum tiu ĉi malsano, okazinta en [[Helsingfors]], estis portantaj la gvidanton de la rusia maldekstro surmane, dum [[Maksim Gorkij|Gorkij]] kaj Manuĥin<ref>Kuracisto Ivan Ivanoviĉ Manuĥin.</ref> bedaŭris: por kio Kerenskij seniĝis je la reno dum Manuĥin estis preta batali por lasi ĝin. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский не так давно перенес тяжелую болезнь, в результате которой он лишился одной почки. Финны во время этой болезни, протекавшей в Гельсингфорсе, носили лидера российской левой на руках, а Горький и Манухин сокрушались: зачем Керенский лишился почки, когда Манухин брался отстоять ее.<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 234.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 7-an de marto] Matene la 7-an la [[Sankt-Peterburgo|peterburganojn]] ĝojigis longe atendita [[tramo]]... La vagonoj ekveturis ornamitaj je flagoj, diversaj emblemoj kaj simple ruĝaj ŝtofoj. Preterirantoj estis haltantaj kaj admirantaj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Утром 7‑го петербуржцев радовал долгожданный трамвай… Вагоны вышли разукрашенные флагами, всякими эмблемами и просто красной материей. Прохожие останавливались и любовались<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 235.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La ĉefa kaj nepra kondiĉo, starigita de la [[Sankt-Peterburgo|peterburga]] [[proletaro]], estis [[okhora labortago]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Основное и необходимое условие, выдвигаемое петербургским пролетариатом, был восьмичасовой рабочий день<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 239.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [sepulto sur la [[Marsa kampo (Sankt-Peterburgo)]] ] [[Maksim Gorkij|Gorkij]] levis la demandon pri sepulto de viktimoj de la [[revolucio]] sur la Palaca placo, prezentinte opiniojn de artistoj kaj iliajn proprajn projektojn rilate la Marsan kampon. Mi rememoras ke estis kelkaj grupoj da artistoj kaj kelkaj "skoloj" rilate tiun ĉi demandon. Al mi sin turnis du-tri homoj, plendante krom la Marsa kampo ankaŭ pri la Tavrida ĝardeno kaj ŝajnas ke pri iu plia loko por la sepulto. Oni prezentadis siajn planojn kaj ŝajnas ke montris desegnaĵojn. Ĝenerale en la arta mondo okazis movado. Oni parolis pri la komenciĝinta ora epoko de la [[arto]], pri ministerio de arto ktp. Kun ĉiuj projektoj de la sepulto mi sendis onin al Gorkij. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горький поднял вопрос о похоронах жертв революции на Дворцовой площади, представив соображения художников и изложив их собственные проекты насчет Марсова поля… Припоминаю, что художников было несколько групп и было несколько «течений» по данному вопросу. Ко мне обращалось два‑три человека, защищая кроме Марсова поля еще Таврический сад и, кажется, еще какое‑то место для похорон. Излагали свои планы и как будто показывали чертежи. Вообще среди художественного мира было движение. Говорили о наступившем золотом веке для искусства, о министерстве по делам искусств и т. д. Со всеми проектами похорон я направлял к Горькому<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 240.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [sepulto sur la [[Marsa kampo (Sankt-Peterburgo)]] ] Oni dece aplaŭdis al [[Maksim Gorkij|Gorkij]], sed al la demando ĉu la [[Petrograda Soveto|Soveto]] deziras ŝanĝi sian opinion pri la loko de la sepulto, la voĉdono respondis nee!.. Al Gorkij kontraŭparolis neniu. Oni ne deziris kaj jen ĉio. Neprognozeblaj estas la vojoj de la popolaj [[movado]]j, popolaj kunvenoj, popolaj momentaj impulsoj... [...] Gorkij ekde tiam ne aperis en la Soveto [...] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горькому как следует похлопали, но на вопрос, желает ли Совет пересмотреть свое решение о месте похорон, голосование ответило отрицательно!.. Горькому никто не возражал. Не пожелали, и все тут. Неисповедимы пути народных движений, народных собраний, народных мгновенных импульсов… [...] Горький же с тех пор в Совете не появлялся [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 240.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ĉe la [[burĝaro]] mem [[Konstitucia Demokratia Partio|konstituci-demokratoj]] englutis ĉiujn aliajn. Pli dekstraj ŝajnis jam eks-sezonaj kaj malaperis kvazaŭ [[fumo]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = У самой буржуазии кадеты поглотили всех прочих. Более правые казались уже не по сезону и исчезли как дым<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 242.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri gazeto [[Izvestija]]] Dio mia, kiom senorda, malbone kontrolanta sin, loza, mallerta estis tiu ĉi organo! Sen ajna gvida linio, kun indigniga kompilado kaj prezentado de materialoj, kun titoloj eĉ ne iom konvenaj al la enhavo sub ili, kun plej mirindaj sciigoj; tio estis ne la gazeto, sed kalejdoskopo de fragmentoj, mekanike enpremitaj je paĝoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Боже мой, что это был за беспорядочный, невыдержанный, расхлябанный, неумелый орган! Без всякой руководящей линии, с возмутительным подбором и расположением материала, с заголовками, ни на йоту не соответствующими тому, что находится под ними, с самыми удивительными сообщениями; это была не газета, а какой‑то калейдоскоп механически втиснутых в полосы отрывков<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 243.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Oferoj tute ne povis garantii la [[Petrograda Soveto|sovetian]] buĝeton. Sed nun ili estis venantaj je grandega kvanto de ĉiaspecaj organizaĵoj kaj privatuloj de ĉiu ajn klaso, sen ekskludi la [[burĝaro]]n. Tioma estis entuziasmo kaj tioma estis aŭrealo de la Soveto en tiu idilia tempo... Eĉ pli abunde fluegis la oferoj por bezonoj de la amnestiitaj kamaradoj — [[Ekzilo al Siberio|ekzilitoj]], [[Punlaboro en Siberio|punlaboruloj]], elmigrintoj. Ĉi tie, en la [[bonfarado]], ĝuste la burĝaro konsideris konvena malfermi la monujojn. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Пожертвования вообще не могли обеспечить советский бюджет. Но сейчас они поступали в огромном количестве от всевозможных организаций и частных лиц всякого звания, не исключая буржуазии. Таков был энтузиазм и таков был ореол Совета в те идиллические времена… Еще более широкой рекой текли пожертвования на нужды амнистированных товарищей — ссыльных, каторжан, эмигрантов. Здесь, в сфере благотворительности, именно буржуазия сочла тактичным тряхнуть мошной<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 243.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 9-an de marto] [...] [[Kerenskij]] aprobigis la dekreton pri nuligo de la [[mortopuno]]. Ankaŭ tio estis akceptita kun ĉies entuziasmo. Sed... ĉu ne estis la sorto de tiu ĉi punrimedo la plej amara moko rilate la grandan [[revolucio]]n! Ni renkontiĝos kun la mortopuno, kun lukto por ĝi kaj kontraŭ ĝi post kelkaj monatoj. Ni vidos kie "je la nomo de la revolucio" la mortopunon defendis tiu, kiu nuligis ĝin, kaj luktis kontraŭ li tiuj, kiuj "je la nomo de la revolucio" estis aplikantaj poste amasajn senjuĝajn ekzekutojn. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский провел декрет об отмене смертной казни. Это также было встречено всеобщим энтузиазмом. Но… не была ли судьба этой меры самым из всех горьким издевательством над великой революцией! Мы встретимся со смертной казнью, с борьбой за нее и против нее через немного месяцев. Мы увидим, как «во имя революции» смертную казнь отстаивал тот, кто отменил ее, а боролись с ним те, кто «во имя революции» применяли потом массовые казни без суда<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 244.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ne restis sen laboro ankaŭ la plej sankta prokuroro [[Vladimir Nikolajeviĉ Lvov|V. N. Lvov]], ĉar la pastraro reviviĝis, rapide "orientiĝis" kaj ekdeziris serioze iĝi la [[ŝtato]] ene de la ŝtato, speciale en [[Moskvo]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Не без дела был и святейший прокурор В. Н. Львов, ибо духовенство встряхнулось, быстро «самоопределялось» и задумало не на шутку стать государством в государстве, особенно в Москве<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 244.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kontraŭ apartaj okupoj de la ejoj kaj entreprenoj mi luktis kiom mi povis. Sed mi malmulte sukcesis. Unue, la principo alfrontis grandegan bezonon de novestablitaj organizaĵoj, kiuj deziris kaj rajtis vivi. Due, la principo estis malmulte konvinka ne nur por la maldekstruloj, sed ankaŭ por multaj centruloj, do la aparta-arbitraj agoj "surbaze de revolucia rajto" estis praktikataj grandskale. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Против сепаратных захватов помещений и предприятий я боролся, насколько мог. Но успеха имел немного. Во‑первых, принцип спотыкался о вопиющую нужду вновь возникших организаций, имевших законное право на жизнь. Во‑вторых, принцип был неубедителен не только для левых, но и для многих центровиков, и сепаратно‑самочинные действия «по праву революции» практиковались в самых широких размерах<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 246.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] neniu [[ofensivo]] flanke de la [[germanoj]] okazis ĝis la [[Kerenskij-ofensivo|junia ofensivo]] niaflanke. Krom parta, hazarda operaco ĉe Stohod, la germana komandestraro entreprenis neniujn eksperimentojn rilate la rusan revolucion. Ĉar kiel ni diris antaŭe, krom strategiaj kialoj, tio havis ankaŭ grandan ''politikan'' riskon. Do la germana ĝenerala stabo preferis sin turni okcidenten. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] никакого наступления со стороны немцев предпринято не было до самого июньского наступления с нашей стороны. За исключением частичной, случайной операции на Стоходе, германское командование не решилось предпринять никаких экспериментов над русской революцией. Как мы и утверждали, помимо стратегических трудностей, это было не лишено существенного ''политического'' риска. И германский генеральный штаб предпочел обратить свои взоры на запад<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 252.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La 7-an de marto la registaro deklaris pretecon militi ĝis la venko akorde kun la aliancanoj [...] [[Pavel Miljukov|Miljukov]] deklaris sans phrases, ke al tiuj ĉi taskoj interalie apartenas "likvido" de [[Turkio]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 7 марта правительство объявило о готовности воевать до победы в согласии с союзниками [...] Милюков объявил sans phrases, что к числу этих задач относится между прочим «ликвидация Турции»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 253.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ni vidis "inocentajn" sloganojn sur standardoj: "Preparu obusojn!", "Laboristoj — al laboriloj!" Tio estis komenco de la vasta, profunde enradikiĝinta, iun tempon atinginta minacan skalon agitado inter la [[soldato]]j kontraŭ la [[laboristo]]j. La laboristoj estas pigruloj kaj perfidas la fratojn en tranĉeoj, okupiĝante pri persona profito en ariergadro. Ili akiris por si [[Okhora labortago|okhoran labortagon]] kaj tamen la fabrikoj laboras por la [[defendo]] malbone, kaj la soldatoj pagas tion per miloj da vivoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мы видели «невинные» лозунги на знаменах: «Готовьте снаряды!», «Рабочие — к станкам!» Это было начало широко раскинувшейся, глубоко пустившей корни, принявшей одно время угрожающие размеры агитации среди солдат против рабочих. Рабочие — лодыри и выдают братьев в окопах, занимаясь шкурными интересами в тылу. Они добыли себе восьмичасовой рабочий день, и все‑таки заводы работают на оборону кое‑как, а солдаты заплатят за это тысячами жизней<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 262.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = En la Jekaterina halo dum unu el manifestacioj iu agitantino, verŝajne [[Bolŝevistoj|bolŝevistino]], pro la vortoj "For la [[milito]]n!" antaŭ ĉies okuloj estis preskaŭ disŝirita de [[soldato]]j. Populara, sperta, tute ne bolŝevista oratoro Skobelev jam post kelkaj tagoj (egalaj al monatoj) estis preskaŭ levita sur [[bajoneto]]j pro iu nesingarda [[vorto]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В Екатерининской зале во время одной из манифестаций какая‑то агитаторша, вероятно большевичка, за выражение «Долой войну!» едва не была всенародно растерзана солдатами. Популярный, опытный, далеко не большевистски настроенный оратор Скобелев уже через несколько дней (равных месяцам) был чуть не поднят на штыки за какое‑то неосторожное слово<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 263.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kun [[Jurij Miĥajloviĉ Larin|Larin]] venis plia elmigrinto — eta razita homo, fojfoje mirinde akre mallevanta la nazon diversflanken dum marŝado. Tio estis [[Moisej Urickij|Urickij]], ankaŭ estonta eminenta bolŝevista aganto. [...] ĉe persona konatiĝo Urickij ne impresis kiel homo talenta kaj... li ne elvokis deziron konatiĝi kun li persone. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С Лариным приехал еще один эмигрант — маленький бритый человек, удивительно резко клевавший носом в разные стороны при ходьбе. Это был Урицкий, также будущий именитый деятель большевизма. [...] при личном знакомстве Урицкий не производил впечатления человека, хватающего с неба звезды, и… не располагал к личному знакомству<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 270—271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Ĉiuj alvenantaj elmigrintoj estis oble pli radikalaj ol ni rilate la eksteran politikon kaj lukton por la [[paco]]. [...] Lenin ne estis escepto: li cetere ne asimiliĝis inter la rusiaj bolŝevistoj, sed asimilis ilin — en sia nova koncepto, rompinta rilatojn al marksismo. Sed en la sfero de milita, ekstera politiko, Lenin multon lernis sur la rusa grundo kaj bonege adaptiĝis en siaj aliroj al la soldato. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Все прибывавшие эмигранты были гораздо радикальнее нас по части внешней политики и борьбы за мир. [...] Ленин не явился исключением: он, правда, не ассимилировался с российскими большевиками, а ассимилировал их с собою — в своей общей новой, порвавшей с марксизмом концепции. Но в сфере военной, внешней политики Ленин многому научился на русской почве и отлично приспособился в своих подходах к солдату<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = "[[Pravda (rusa gazeto)|Pravda]]", espriminta vidpunkton de la [[bolŝevistoj]], estis tiutempe ĥaosa organo de tre dubindaj [[politikisto]]j kaj [[verkisto]]j. Ĝiaj furiozaj artikoloj, ĝia manipulado je malbridado de instinktoj, havis nek difinitajn objektojn, nek klarajn celojn. Mankis iu ajn "linio", estis nura pogroma formo. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Правда», выражавшая точку зрения большевиков, была в то время сумбурным органом очень сомнительных политиков и писателей. Ее неистовые статьи, ее игра на разнуздывании инстинктов не имели ни определенных объектов, ни ясных целей. Никакой вообще «линии» не было, а была только погромная форма<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kun "Sovremennik" de eksterlande [[Lev Kamenev|Kamenev]] ne kunlaboris, sed li skribis foje por "Letopis" el [[Siberio]], de kie li nun venis. Verkoj liaj distingiĝis nek per originaleco, nek per profundeco de esploroj, nek per literatura brilo, sed ili ĉiam estis inteligentaj, bone faritaj, bazitaj sur ĝenerala bona instruiteco kaj interesaj laŭ sia enhavo. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В «Современнике» из‑за границы Каменев не сотрудничал, но писал в «Летопись» из Сибири, из ссылки, откуда он сейчас и приехал. Писания его вообще не отличались ни большой оригинальностью, ни глубоким изучением, ни литературным блеском, но всегда были умны, хорошо выполнены, основаны на хорошей общей подготовке и интересны по существу<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 272.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kiel politika aganto [[Lev Kamenev|Kamenev]] sendube estas neordinara, kvankam ne memstara persono. Havante neniam akrajn angulojn, nek fortajn pensopunktojn, batalajn ideojn, novajn [[vort]]ojn, li sola ne taŭgas esti [[gvidanto]]: li sola ne havas kien konduki [[amaso]]jn. Restinte sola, li nepre al iu asimiliĝas. Lin mem ĉiam necesas treni kaj se foje li rezistas, do ne forte. Sed kiel elemento de gvidanta grupo Kamenev kun sia politika instruiteco, kun siaj oratoraj talentoj, estas la persono sufiĉe elstara kaj inter la [[bolŝevistoj]] grandparte neanstataŭigebla aganto... Aliflanke, pro sia persona karaktero Kamenev estas milda kaj bonkora homo. Kaj el ĉio ĉi formiĝas lia rolo en la bolŝevista partio. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Как политический деятель Каменев, несомненно, представляет собой незаурядную, хотя и не самостоятельную величину. Не имея никогда ни острых углов, ни ударных пунктов мысли, боевых идей, новых слов, он один не годится в вожди: ему одному вести массы некуда. Оставшись один, он непременно с кем‑нибудь ассимилируется. Его самого всегда необходимо взять на буксир, и если он иногда упрется, то не сильно. Но в качестве элемента руководящей группы Каменев с его политической школой, с его ораторскими данными является весьма выдающимся, а среди большевиков во многих отношениях незаменимым деятелем… С другой стороны, по личному своему характеру Каменев — мягкий и добродушный человек. А из всего этого, вместе взятого, слагается его роль в большевистской партии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 272.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Lev Kamenev]] ] Li ĉiam staris sur ĝia dekstra, kompromisa, pasiva alo. Kaj foje li estis rezistanta, pledante por "evoluaj metodoj" aŭ modera politika kurso. Li rezistis kontraŭ [[Lenin]] komence de la revolucio, li rezistis kontraŭ la [[Oktobra revolucio|Oktobra ribelo]], li rezistis kontraŭ la tota ruinigo kaj teroro post la ribelo, li rezistis pri la nutraĵaj aferoj dum la dua jaro de la bolŝevista potenco. Sed li ĉiam cedis pri ĉiuj punktoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Он всегда стоял на ее правом, соглашательском, пассивном крыле. И иногда он упирался, отстаивая «эволюционные методы» или умеренный политический курс. Упирался он против Ленина в начале революции, упирался против Октябрьского восстания, упирался против всеобщего разгрома и террора после восстания, упирался по продовольственным делам на втором году большевистской власти. Но всегда сдавал по всем пунктам<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 272.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [ [[Lev Kamenev]] al [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] en marto 1917] Ĉu vi legas "[[Pravda (rusa gazeto)|Pravda]]"? Vi vidas — ĝi havas tute maldecan humoron kaj ĝenerale malkonvenan etoson. Kaj ĝia reputacio estas tre malbona. Kaj en niaj laboristaj rondoj oni estas tre malkontentaj pri ĝi... Mi venis kaj malesperiĝis. Kion fari? Mi eĉ planis tute fermi tiun ĉi "Pravda" kaj eldoni iun centran organon kun alia titolo. Sed tio ne eblas. En nia partio tro multe estas ligita al la nomo de "Pravda". La nomo devas resti. [...] Kamenev efektive ne fermis "Pravda", sed li rekonstruis ĝin alimaniere. La gazeto tuj iĝis nerekonebla. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вы читаете «Правду»? Вы видите — у нее совершенно неприличный тон и вообще какой‑то неподходящий дух. И репутация ее очень нехороша. И в наших рабочих кругах очень недовольны… Я приехал — пришел в отчаяние. Что делать? Я думал даже совсем закрыть эту «Правду», а выпустить новый центральный орган под другим названием. Но это невозможно. В нашей партии слишком много связано с именем «Правды». Название должно остаться… [...] Каменев действительно не закрыл «Правду», но перестроил ее на новый лад. Газета мгновенно стала неузнаваемой<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 273.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri alvoko de la [[Petrograda Soveto]] "Al la popoloj de la mondo"] Ne malpli grandan signifon la manifesto devus havi ankaŭ por [[Eŭropo]]. La afero konsistis certe ne je alvokoj mem. [[Lenin]] post sia alveno, malestime traktante tiun ĉi manifeston, ĝuste diris ke "al la revolucioj oni ne alvokas, la revoluciojn oni ne sugestas: la revolucioj maturiĝas, kreskas". Lenin rezonadis tiom bone, tiom "marksisme" ĝis la oktobro mem, post kio li komencis en ĉiusemajnaj alvokoj "voki" helpon de Eŭropo kaj "sugesti" kiel ĝi faru socialisman revolucion... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Не меньшее значение манифест должен был иметь и для Европы. Дело было, конечно, не в призывах как таковых. Ленин по приезде своем, пренебрежительно отзываясь об этом манифесте, правильно говорил, что «к революциям не призывают, революций не советуют: революции зреют, вырастают». Ленин рассуждал так хорошо, так «по‑марксистски» до самого октября, после чего стал в еженедельных воззваниях «призывать» на помощь Европу и «советовать» ей произвести социалистическую революцию…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 274.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Alveturintaj elmigrintoj sciigis ke en la tuta [[Eŭropo]] tute mankas rusaj gazetoj. Ĉio, kio estis konate pri la [[revolucio]], estis konate de la oficialaj sciigoj... [[Julius Martov|Martov]] telegrafe petegis permesi liberajn kontaktojn de la rusaj socialistoj kun iliaj eksterlandaj reprezentantoj. La [[Petrograda Soveto|Soveto]] jam estis deklarita eventuala kontaĝejo kaj la tuta imperiisma internacio hastis krei komploton de [[silento]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Приехавшие эмигранты сообщали, что во всей Европе ныне совершенно нет русских газет. Все, что известно о революции, известно из официальных сообщений… Мартов телеграфно умолял добиться свободы сношений русских социалистов с их заграничными представителями. Совет уже был объявлен возможным очагом заразы, и весь империалистский интернационал поспешил прежде всего учинить заговор молчания<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 276.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Tiu ĉi aganto estis inter la plej centraj figuroj de la bolŝevista partio, do unu el kelkaj personoj, tenintaj (kaj tenantaj ĝis nun) en siaj manoj la sorton de la [[revolucio]] kaj la [[ŝtato]]. Kial tio okazas, mi ne povas diri: influoj en la altaj, malproksimaj de la [[popolo]], fremdaj je malfermiteco, senrespondecaj sferoj estas tiom kapricaj! Sed iel aŭ tiel rilate la rolon de [[Stalin]] oni povas nur miri. La bolŝevista partio ĉe malalta nivelo de sia "oficiraro", en amaso de malkleruloj kaj hazarduloj, havas vicon da grandegaj figuroj kaj dignaj gvidantoj en la "generalaro". Stalin ja dum la tuta periodo de sia modesta agado en la Ekzekutiva Komitato impresis — ne nur min — kiel griza makulo, foje videbla malklare kaj senspure. Mankas io plia por diri pri li. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Этот деятель — одна из центральнейших фигур большевистской партии и, стало быть, одна из нескольких единиц, державших (держащих до сей минуты) в своих руках судьбы революции и государства. Почему это так, сказать не берусь: влияния среди высоких, далеких от народа, чуждых гласности, безответственных сфер так прихотливы! Но во всяком случае, по поводу роли Сталина приходится недоумевать. Большевистская партия при низком уровне ее «офицерского корпуса», в массе невежественного и случайного, обладает целым рядом крупнейших фигур и достойных вождей среди «генералитета». Сталин же за время своей скромной деятельности в Исполнительном Комитете производил — не на одного меня — впечатление серого пятна, иногда маячившего тускло и бесследно. Больше о нем, собственно, нечего сказать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 280.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko]] ] La ministro pri financoj estis vigla kaj ĉarma... Ĝenerale tio estis tre agema, parolema juna persono, laŭ mia opinio, kun neordinaraj kapabloj kaj bonege evoluinta klasa konscio. La unuaj sciigoj pri invito de tiu ĉi sinjoro al la unua revolucia registaro kaŭzis kompreneble ĉies miron. Eĉ raportistoj longan tempon povis sciigi pri li nenion krom ke lia posedo egalas al proksimume 80 milionoj kaj ke li estas ne nur ŝatanato, sed ankaŭ spertulo pri la [[teatro]]. Por ĉiuj estis evidente ke tio estas ne pli ol parvenu kaj produkto de postkulisaj kombinaĵoj, eble de internaj kvereloj inter deko aŭ dudeko da niaj plej grandaj entreprenistoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Министр финансов был очень оживлен и очарователен… Вообще это был очень бойкий, словоохотливый молодой человек, на мой взгляд, с незаурядными способностями и отлично развитым классовым самосознанием. Первые сообщения о приглашении этого господина в первый революционный кабинет вызвали, конечно, всеобщее удивление. Даже репортеры долго не могли ничего сообщить о нем, кроме того, что его состояние равно примерно 80 миллионам и что он не только любитель, но и знаток театра. Было для всех очевидно, что это не более как parvenu и продукт закулисных комбинаций, быть может, внутренних трений среди десятка‑другого наших крупнейших синдикатчиков<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 284.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sed evidentiĝis ke [[Miĥail Ivanoviĉ Tereŝĉenko|Tereŝĉenko]] kapablas sufiĉe bone pravigi sin kiel individuo, kiel lerta, sufiĉe edukita kaj "afereca" administranto, politikisto, diplomato. Tereŝĉenko estas efika ministro, estis longan tempon diranta [[Iraklij Cereteli|Cereteli]], ĝis li elreviĝis kaj komencis malkaŝe forpeli sian eks-amikon. Sed forpeli lin oni devis ne pro tio ke Tereŝĉenko evidentiĝis ne efika aŭ ne lerta. Inverse, ĝuste pro tio ke li estis tre efika kaj tre lerta kaj kune kun la sendintaj lin personoj li kreis bonegan reton por la rekte marŝanta Cereteli. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но оказалось, что Терещенко способен вполне оправдать себя и как индивидуальность, как ловкий, достаточно образованный и «деловой» администратор, политик, дипломат. Терещенко — дельный министр, говаривал долгое время Церетели, пока не разочаровался и не стал открыто отмахиваться от своего бывшего приятеля. Но отмахиваться от него пришлось отнюдь не потому, что Терещенко оказался не дельным и не ловким. Наоборот, именно потому, что он был очень дельным и очень ловким и вкупе с пославшими его смастерил отличную сеть для прямошагающего Церетели<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 284.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La Ekzekutivan Komitaton inundis vizitantoj. [...] la sovetia administra aparato komencis neintence, aŭtomate, kontraŭ volo de la [[Petrograda Soveto|Soveto]] elpremi la oficialan ŝtatan maŝinon, funkciintan ĉiam pli kaj pli malefike. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В Исполнительный Комитет начался наплыв просителей. [...] советский аппарат управления стал непроизвольно, автоматически, против воли Совета вытеснять официальную государственную машину, работавшую все более и более холостым ходом<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 285.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Flugante de [[Peterburgo]] al [[Moskvo]], de Moskvo al [[Finnlando]], de Finnlando al la ĉefkomandejo, turniĝante sole je la burĝaj medioj kaj inter siaj geamikoj kies demokratieco estis ege dubinda, [[Kerenskij]] agis kiel sugestis al li aktuala humoro aŭ kiel lin inspiris ĉirkaŭuloj. Li plu konsideris sin vic-prezidanto de la [[Petrograda Soveto|Soveto]] kaj sovetia nomumito je ministro. [...] Kerenskij pri nenio demandis la Soveton, sed la Soveto respondecis pri Kerenskij. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Летая из Петербурга в Москву, из Москвы в Финляндию, из Финляндии в Ставку и т. д., вращаясь исключительно в буржуазных сферах и среди своих друзей более чем сомнительного демократизма, Керенский действовал так, как бог ему на душу положит или как его инспирируют окружающие. Он продолжал себя считать товарищем председателя Совета и советским ставленником в министры. [...] Керенский ни о чем не спрашивал Совет, но Совет отвечал за Керенского<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 288.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Kerenskij]] subite deklaris publike pri neceso internaciigi [[Konstantinopolo]]n. [...] Kerenskij diris, substrekabte "komunan decidemon daŭrigi la [[milito]]n ĝis la [[venko]]": "Nur post la venko eblos kunvenigi la [[Tutrusia Konstitucifara Asembleo|Konstitucifaran Asembleon]]...". |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский ни с того ни с сего заявил публично о необходимости интернационализировать Константинополь. [...] Керенский сказал, подчеркивая «общую решимость продолжать войну до победы»: «Лишь после победы возможно созвать Учредительное собрание…»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 288.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [...] la eminenta maldekstra bolŝevisto [[Vladimir Saveljeviĉ Vojtinskij|Vojtinskij]], ankaŭ spertinta [[Punlaboro en Siberio|punlaboron]] kaj bone konata iam al la tuta progresema laborista [[Peterburgo]]. Tio estis edukita ekonomikisto, bona mitinga oratoro, li baldaŭ iĝis tre granda forto de la [[revolucio]]. Ne tre originala, ne akirinta grandan aŭtoritaton, li estis universala, ĉie ĉeestanta kaj ĉiam aganta laboranto. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] заслуженный левый большевик Войтинский, также отбывший каторгу и хорошо известный некогда всему передовому рабочему Петербургу. Это был образованный экономист, хороший митинговый оратор, он вскоре стал очень крупной силой революции. Не особенно оригинальный, не завоевавший себе большого авторитета, он был универсальным, вездесущим и всегда действующим работником<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 290.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [parolo de [[Pavel Miljukov]] ] Li diris ke [[Rusio]] devas militi ĝis divido de [[Aŭstrio-Hungario]], ĝis likvido de la eŭropa [[Turkio]], ĝis aligo de [[Galicio]] al [[Ukrainio]], ĝis ŝanĝo de landlimoj en [[Balkanio]], ĝis "forpreno" de [[Armenio]], ĝis forkapto de la [[Dardaneloj|markoloj]] kaj [[Konstantinopolo]] ktp. Ĉio ĉi unue estas al ni ege necese, due ĉio ĉi certe estas la pleja justeco, trie ĉio ĉi tute ne estas [[anekso]], kvare se iu dezirus nomi tion anekso, tio ŝanĝos nenion je la [[politiko]] de la revolucia registaro. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Он сказал, что Россия должна воевать до раздела Австро‑Венгрии, до ликвидации Европейской Турции, до присоединения Галиции к Украине, до перекройки Балкан, до «отнятия» Армении, до отвоевания проливов и Константинополя и проч. Все это, во‑первых, вам совершенно необходимо, во‑вторых, все это, конечно, верх справедливости, в‑третьих, все это совсем не аннексии, а, в‑четвертых, если кому‑либо угодно назвать это аннексиями, то это ничего не изменит в политике революционного кабинета<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 296.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = En la 20-aj tagoj de la marto rilatoj inter la [[soldato]]j kaj [[laboristo]]j atingis ekstreman streĉiĝon... [...] en ĉiuj stratkruciĝoj, en [[tramo]]j, en ĉiu ajn publika loko oni povis vidi laboristojn kaj soldatojn je la lasta nivelo de nerva ekscitiĝo, kroĉiĝintaj unu al alia en furioza vorta batalo. Okazis ankaŭ fizikaj bataloj. La afero iĝis tre zorgiga. Certe la laboristoj estis akuzataj pri troaj postuloj, pri kompleta maldeziro labori kaj pri ignorado de la interesoj de la fronto. Deirpunkto de la agitado estis interalie la [[okhora labortago]]. Manipulantoj spekulaciis je tio ke [[kamparano]] en griza uniformo estis malkapabla kompreni tiun ĉi proletan postulon. Tia normo ne ekzistas en la fronto, nek en la kamparo. Dume la fabrikaj pigruloj, ne dezirante labori pli, aĉetas por si zenzorgan [[vivo]]n koste de vivoj en tranĉeoj. La soldatoj ne nur postulis bridi la laboristojn kaj kontroli la fabrikojn. Ili minacis reprezaliojn kaj senjuĝajn ekzekutojn. [...] laŭ fabrikoj komencis marŝi armitaj soldatoj, fari reviziojn kaj perfortojn. [...] la situacio estis akra dum 10—15 tagoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В 20‑х числах марта отношения между солдатами и рабочими достигли крайнего напряжения… [...] на всех перекрестках, в трамваях, в любом общественном месте можно было видеть рабочих и солдат в последних градусах нервного раздражения, сцепившихся между собою в неистовом словесном бою. Были и случаи физических свалок. Дело приняло крайне тревожный оборот. Конечно, рабочие обвинялись в предъявлении чрезмерных требований, в полном нежелании работать и в игнорировании интересов фронта. Исходным пунктом агитации был, между прочим, восьмичасовой рабочий день. Ловцы рыбы в мутной воде спекулировали на том, что мужику в серой шинели понять это пролетарское требование совершенно не под силу. Такой нормы работы не существует ни на фронте, ни в деревне. А между тем заводские лодыри, не желая работать больше, покупают себе вольную жизнь ценою жертв в окопах. Солдаты не только требовали обуздания рабочих и контроля на фабриках. Они грозили репрессиями и расправой. [...] по заводам начали ходить вооруженные солдаты, наводить ревизии и чинить насилия. [...] положение было острым в течение 10—15 дней<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 296.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri subedukitaj revoluciaj oratoroj] Ili estis oble pli interesaj, kiam ili estis dirantaj furiozajn, patosajn himnojn de la [[revolucio]], ne sciante rakonti kion signifas la revolucio, apenaŭ kapablaj elparoli tiun ĉi vorton mem, sed elverŝante en la sinforgesa fluo sian [[animo]]n, ŝajne animon de la ''[[popolo]]'' kaj de ''ĝia revolucio''. Ili parolis ne ĉiam klare, sen ajna akso, ĝenerale sen vera enhavo. Sed ĉiuj estis emocie aŭskultantaj kaj ĉion komprenantaj. Ĉiuj sciis ke neniu elokventa, saĝe kaj lerte dirita saluto, neniu plej sincera esprimo de [[solidareco]], neniu el profundejoj de la [[koro]] irantaj solenaj ĵuroj de [[fideleco]] kaj lukto povus anstataŭigi tiujn ĉi ne tute klarajn, nekoherajn parolojn. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Они были несравненно интереснее, когда произносили бурные, патетические гимны революции, не умея рассказать, что значит революция, едва умея выговорить само это слово, но изливая в самозабвенном потоке слов свою душу, казалось, душу ''народа'' и ''его революции''. Говорили не всегда ясно, без всякого стержня, вообще без настоящего содержания. Но все в волнении слушали и все понимали. Все знали, что никакое красноречивое, умно и ловко произнесенное приветствие, никакое самое искреннее выражение солидарности, никакие из глубины сердца идущие, торжественные клятвы верности и борьбы не могут заменить этих не совсем понятных, несвязных речей<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 301.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Mi memoras bubon en bruna armjak [longa mantelo], kun la [[kapo]] cirkle frizita, larĝaŝultran, kuspnazan, tipan prahistorian [[paŝtisto]]n kaj nemalbonan modelon por la rusia Ivanĉjo la Stultulĉjo. Haste parolante, per maldika [[voĉo]], nomante nin "fraĉjoj" kaj "karuloj", li estis elbuŝiganta aŭ elkrianta sian naturan lirikan improvizon, akcentante iun memfaritan, malkonvenan [[vorto]]n, kiu devis nudigi antaŭ ni ĉiujn liajn kaŝitajn [[penso]]jn, tutan lian ŝokitan internon... [[Dio]] scias kiun neelteneman subpremon forigis la [[revolucio]] de sur tiu ĉi [[barbaro]]: ĉu li liberiĝis el ungegoj de sovaĝa bienulo aŭ malica [[oficiro]] kaj li ekscitiĝas, kaj ĝuegas kvazaŭ stepa [[ĉevalo]] iun novan [[libereco]]n... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я помню парня в буром армяке, стриженного в кружок, плечистого, краснолицего, курносого, типичного первобытного пастуха и недурную модель для российского Иванушки‑дурачка. Торопливым говором, тонким голосом, называя нас «братцами» и «дорогими», он произносил или выкрикивал свою стихийную лирическую импровизацию, упирая на какое‑то самодельное, не к месту идущее слово, долженствующее обнажить перед нами все его заветные думы, все его потрясенное нутро… Бог весть какой нестерпимый гнет сняла революция с этого варвара: вырвался ли он из когтей дикого барина‑помещика или свирепого офицера и захлебывается, и упивается, как степной конь, какой‑то новой волей…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 301.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sed jen [[soldato]] veninta el tranĉeoj alportis kun si malpuran sakon kaj metis ĝin antaŭ si sur katedron. [...]</br>— Jen ni decidis alporti al vi la plej karan, kion ni havis... En tiu ĉi sako estas ĉiuj niaj per [[sango]] akiritaj premioj, neniu lasis ilin por si... Ĉi tie estas Krucoj de Sankta Georgo kaj medaloj. Oni sendis min por fordoni ilin al vi kune kun nia nerompebla ĵuro oferi niajn vivojn por la akirita [[libereco]] kaj servi al la [[revolucio]], obeante senkondiĉe ĉiujn ordonojn de la [[Petrograda Soveto|Soveto]]...</br>La halo frostiĝis dum tiuj ĉi simplaj vortoj kaj ne tuj ektondris ŝtormo de aplaŭdoj... Sed poste tiajn sakojn kun la krucoj oni abunde alportadis al la Soveto. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но вот солдат из окопов втащил с собой грязный мешок и положил его перед собой на кафедре. [...]</br>— Вот мы решили принести вам самое дорогое, что было у нас… В этом мешке все наши кровью добытые награды, себе не оставил никто… Здесь Георгиевские кресты и медали. Меня послали отдать их вам, вместе с нашей нерушимой клятвой положить жизнь за добытую свободу и служить революции, подчиняясь беспрекословно всем распоряжениям Совета...</br>Зал застыл во время этих простых слов, и не сразу грянула буря рукоплесканий… Но потом этих мешков с крестами перетаскали немало в Совет<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 301.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = "[[Soveto|Laboristaj kaj soldataj]]" — kiom strange kaj mallerte tio ankoraŭ sonis en [[Rusio]]. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Рабочих и солдатских» — это странно и неуклюже звучало еще и в России<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 302.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Nikolaj Vissarionoviĉ Nekrasov]] ] Mi scias ke tio estis maldekstra ministro — ne nur maldekstra politikisto en la registaro, sed ankaŭ maldekstra administranto, kaŭzinta plurajn riproĉojn pri "sindikataj" manieroj de administrado, "sendisciplinigintaj" la [[fervojisto]]jn. Sed mi ne scias, ĉu tio estis bona administranto kaj efika ministro. Kiel politikisto, li kaŭzis seriozan impreson kaj montris trajtojn de se ne ŝtata persono, do almenaŭ ŝtata ''administranto''. Li rapide orientiĝis en la situacio, sciis alfronti ĝin kaj jam poste montris ankaŭ firman manon. Praktika lernejo de la [[politiko]] kaj atentaj okuloj bone kombiniĝis ĉe li kun energio kaj afereco. Kiel "ŝtata administranto" Nekrasov sendube staris pli alte ol la du plej brilaj figuroj de la unua registaro — [[Kerenskij]] kaj [[Pavel Miljukov|Miljukov]], el kiuj la unuaj estis pereanta pro sia impresionismo kaj "mesiismo", dum la dua estis profesoro. Sed de la vidpunkto de burĝaj elitoj Nekrasov estis juna, ne aŭtoritata kaj plej grave ke li estis tro maldekstra kaj ne taŭgis por esti gvidanto. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я знаю, что это был левый министр — не только левый политик в кабинете, но и левый администратор, который вызвал много нареканий за «синдикалистские» приемы управления, «распустившие» железнодорожников. Но я не знаю, был ли это хороший администратор и деловой министр. В качестве же политика он производил серьезное впечатление и обнаруживал свойства если не государственного человека, то государственного ''дельца''. Он отлично схватывал положение, умел пойти ему навстречу, а затем уже обнаруживал и твердость руки. Практическая школа политики и зоркость глаза хорошо сочетались в нем с энергией и деловитостью. Как «государственный делец», Некрасов, несомненно, оставлял за собой две наиболее яркие фигуры первого кабинета — Керенского и Милюкова, из которых первый погибал от своего импрессионизма и «мессианства», а второй — был профессор. Но, с точки зрения буржуазных верхов, Некрасов был молод, неавторитетен, а главное, непомерно лев и не годился в лидеры<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 303—304.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aleksandr Manujlov]] ] Tio estis [[homo]] de neordinaraj kapabloj, dekstra [[konstituci-demokrato]], sufiĉe malsukcesa eks-rektoro de la [[Moskva Ŝtata Universitato|Moskva Universitato]], malmulte interesa ekonomikisto kaj senfrukta redaktoro de "Russkije Vedomosti" [Rusaj Sciigoj]. Lia populareco evidente grandparte sin bazas sur tio ke la cara ĝendarmo profesoro Kasso eksigis lin de la universitato, pri kio certe Manjulov mem tute ne estis kulpa. Kiel ministro de klerigado tiu ĉi homo ankaŭ estis subnivela. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Это был человек невыдающихся способностей, правый кадет, довольно неудачный бывший ректор Московского университета, мало интересный экономист и бесплодный редактор «Русских ведомостей». Его популярность, по‑видимому, в огромной степени основывается на том, что царский жандарм профессор Кассо уволил его из университета, в чем, впрочем, сам Мануйлов был ни сном ни духом не виноват. В качестве министра просвещения этот человек также оказался ниже критики<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 304.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sendube [[Aleksandr Guĉkov|Guĉkov]] staris sur la plej dekstra alo de la registaro. Pro tio li pli frue ol la aliaj, malsame ol la [[konstituci-demokratoj]] kaj tute volonte (ja "[[Pavel Miljukov|Miljukov]]" estis eksigita kontraŭ sia volo!) eksiĝis. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Несомненно, Гучков стоял на крайнем правом фланге кабинета. Потому он раньше всех не в пример кадетам и совершенно добровольно (ведь Милюкова «ушли»!) вышел в отставку<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 304.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Andrej Ivanoviĉ Ŝingarjov|Ŝingarjov]] Ŝingarjov estis bonega afereca ministro — kun [[scio]]j, kun enorma energio, kun firmeco kaj aŭtoritato. Kiel politikisto tiu ĉi talenta homo grandparte estis manipulata de [[Pavel Miljukov|Miljukov]] kaj ties [[Dardaneloj]]. Ŝingarjov estis ''dekstra'' ministro, li estis furioza [[malamiko]] de la sovetia [[demokratio]] kaj interparolis kun ni, en kontakta komisiono, per la voĉo tremanta pro ekscito kaj indigno. Ne eblas kompreni kiel tiu ĉi eterna laboranto sur la [[Zemstvo|zemstva]], demokratia kampo, kultura kaj honesta, povis evolui ĝis tiom kompleta "mondrigardo" de la granda [[kapitalo]]. Kaj ne eblas kompreni kiel tiu ĉi humana homo povus fali ĝis abruptaj, ekstremaj manifestiĝoj de [[Kontraŭgermanismo|kontraŭgermana]] [[ŝovinismo]] kiujn mi vidis. Eble tio estis ne nura "mondrigardo", sed ankaŭ neeltenebla psika ŝoko pro la [[milito]]?.. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Шингарев был превосходным деловым министром — со знанием, с огромной энергией, с твердостью и авторитетом. В качестве же политика этот даровитый человек вполне шел на поводу у Милюкова и его Дарданелл. Шингарев был ''правым'' министром, был яростным врагом советской демократии и говорил с нами, в контактной комиссии, голосом, дрожащим от волнения и негодования. Непонятно, как этот вечный работник на земской, демократической ниве, культурный и честный, мог дойти до такого законченного «мировоззрения» крупного капитала. И непонятно, как этот гуманный человек мог опуститься до резких, кричащих проявлений антинемецкого шовинизма, каких мне пришлось быть свидетелем. Может быть, здесь было не только «мировоззрение», но и непосильный психический шок от войны?..<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 305.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Registaroj de aliancanoj je permeso, aprobo aŭ laŭ peto de [[Pavel Miljukov|Miljukov]] plu ne enlasis al [[Rusio]] la elmigrintojn de la "malvenka" pensomaniero. [[Julius Martov|Martov]] kaj liaj proksimaj kamaradoj jam en majo, jam ĉe la koalicio, perdinte ĉiujn [[espero]]jn veni per lojala kaj natura vojo, estis devigitaj veturi tra [[Germanio]] en "sigelita vagono". |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Союзные правительства с соизволения, при одобрении или по просьбе Милюкова по‑прежнему не пускали в Россию эмигрантов «пораженческого» образа мыслей. Мартов и его ближайшие товарищи уже в мае, уже при коалиции, потеряв все надежды выбраться лояльным и естественным путем, принуждены были ехать через Германию в «запломбированном вагоне»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 306.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Soldata amaso ankoraŭ ne sukcesis aranĝi politikan reprezentadon. [[Oficiro]]j el la nombro de suboficiroj komencis iĝi "socialistoj" kaj multaj [[konstituci-demokratoj|konstituci-demokrataj]] [[advokato]]j kaj aliaj profesioj kun epoletoj sur ŝultroj nun estis prezentantaj soldatan amason, kiel [[socialistoj-revoluciuloj]] aŭ senpartiuloj. Energiaj suboficiroj klopodis unuigi ilin por solide prezenti "voĉon de la aganta [[armeo]]", almenaŭ por burĝa gazetaro. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Солдатская масса еще не справлялась с политическим представительством. Офицеры же из прапорщиков потянулись в «социалисты», и многие кадетские адвокаты и прочие профессии с погонами на плечах сейчас представляли солдатскую массу под видом эсеров или беспартийных. Было много фронтовиков. Энергичные прапорщики старались объединить их, чтобы солидно представить «голос действующей армии», по крайней мере для буржуазной прессы<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 328.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = "Avino" — [[Jekaterina Breŝko-Breŝkovskaja|Breŝkovskaja]] finis finfine sian triumfan marŝon — laŭ floroj, inter jubilantaj popolaj amasoj — de [[Siberio]] al [[Peterburgo]]. De stacidomo kun honora gardistaro forme de [[Kerenskij]], [[Nikolaj Vissarionoviĉ Nekrasov|Nekrasov]], [[Nikolaj Ĉĥeidze|Ĉĥeidze]] ŝi veturis al la Tavrida palaco. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Бабушка» — Брешковская закончила наконец свое триумфальное шествие — по цветам, среди восторженных толп народа — из Сибири в Петербург. С вокзала с почетным конвоем из Керенского, Некрасова, Чхеидзе она проехала в Таврический дворец<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 328.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Fjodor Dan|Dan]] estis inter la plej grandaj figuroj de la rusa revolucio. Tio estas unu el la plej elstaraj agantoj de la rusa laborista movado kaj de la eventoj de 1917. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Дан — это одна из наиболее крупных фигур русской революции. Это один из самых выдающихся деятелей как русского рабочего движения, так и событий 1917 года<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 329.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri milito kaj paco] [...] se ĉiuj [[bolŝevisto]]j estus kundividantaj vidpunktojn de [[Lev Kamenev|Kamenev]], almenaŭ dum la unua jaro de la [[revolucio]], do ankaŭ mi estus bolŝevisto, kaj ĉe tio maldekstra. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] если бы все большевики разделяли взгляды Каменева, по крайней мере в течение первого года революции, то я также был бы большевиком, и притом левым<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 330.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Partopreno de [[Georgij Pleĥanov|Pleĥanov]] en la eventoj de 1917 limiĝis je liaj kontribuoj al la eta, malmulte legata kaj tute neinflua gazeteto "Unueco". Liaj samopiniuloj konsistigis malgrandan grupon, ne reprezentitan en la [[Petrograda Soveto|Soveto]] ĝuste pro ĝia kompleta mizero... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Участие Плеханова в событиях 1917 года ограничилось его писаниями в крошечной, малочитаемой и совершенно невлиятельной газетке «Единство». Его единомышленники составляли небольшую группу, не представленную в Совете именно ввиду ее полной ничтожности…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 335.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 3–4)]] * [[Noticoj pri la revolucio (Volumoj 5–7)]] == Referencoj == [[Kategorio:Noticoj pri la revolucio|1]] 0zhtr3wweqxgej8cwqs1shnhsptnmyh 0 13841 53925 53841 2026-10-30T23:14:22Z Filozofo 2689 Lingva alĝustigo 53925 wikitext text/x-wiki '''Redaktata! [[Uzanto:RG72|RG72]] ([[Uzanto-Diskuto:RG72|diskuto]]) 06:08, 8 okt. 2026 (UTC)''' {{Verko |aŭtoro= [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |nomo= Noticoj pri la revolucio (Volumoj 3–4) |koloro= |dosiero= Суханов Н.Н. Записки о революции. Том 3.jpg |vikipedio= |komunejo= |komunejokat= |vikivortaro= |vikinovaĵoj= }} '''Noticoj pri la revolucio''' (ruse: Записки о революции) estas verko de sovetia, rusia politikisto, revoluciulo [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]], eldonita en 1922–1923 je 7 volumoj. == Citaĵoj == {{Citaĵo |teksto = [pri reveno de Lenin al Rusio] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большевики, умея вообще блеснуть организацией, стремясь всегда подчеркнуть внешность, показать товар лицом, пустить пыль в глаза, без лишней скромности, без боязни утрировки, видимо, готовили самый настоящий триумф<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 5.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Каждому понятно, что германские власти, идя в данном случае навстречу интересам русских граждан, преследовали при этом исключительно свои собственные интересы: они, конечно, спекулировали на том, что русские интернационалисты в условиях революции расшатают устои российского империализма, а затем оторвут Россию от грабителей союзников и толкнут ее на сепаратный мир…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 5.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин вообще очень хороший оратор — не оратор законченной, круглой фразы, или яркого образа, или захватывающего пафоса, или острого словца, — но оратор огромного напора, силы, разлагающий тут же, на глазах слушателя, сложные системы на простейшие, общедоступные элементы и долбящий ими, долбящий, долбящий по головам слушателей до бесчувствия, до приведения их к покорности, до взятия в плен<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 11.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Grigorij Zinovjev]] apud Lenin] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Достаточно яркая звезда, он решительно не светился в присутствии ослепительного большевистского солнца<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 11.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Впоследствии, года через полтора, слушая главу правительства, уже приходилось жалеть о бывшем ораторе, «безответственном» агитаторе и демагоге. За это время, превратившее Ленина из демагога и бунтаря в государственного человека, в защитника устоев, в охранителя собственного благоприобретенного хозяйства и казенного достояния, — за это время вынесенной нечеловеческой работы Ленин‑оратор совершенно выветрился, выдохся, вылинял до тривиальности, утратив и силу, и индивидуальность. Его речи стали похожи одна на другую как две капли воды. Они все стали на одну тему с ничтожным разнообразием вариаций. Слушая главу государства, я на вопрос одного репортера о впечатлении как‑то ответил: в арифметике это называется смешанная периодическая дробь — одна фраза новая, три старых, затем опять одна новая и снова три старых и т. д. Много слов, бесконечные повторения, незначительное содержание… Но все это пришло потом, под бременем власти. В те же времена Ленин умел потрясать своим сильным словом, своим ораторским воздействием<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 11.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин определенно и резко отгораживался от Совета и решительно отбрасывал его целиком во враждебный лагерь…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 12.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Почему‑то, насколько помню, Ленин не употреблял термина «Учредительное собрание». Едва ли это была дипломатия. Сейчас Ленин был еще совершенно свеж, абсолютно свободен и чужд всяких дипломатических соображений: он еще чувствовал себя за границей, где не было вокруг никакой реальной сферы политической работы, не было никаких объектов воздействия и было естественно — что на уме, то и на языке<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 13.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Система же Ленина в сфере государственного права была громом среди ясного неба не для одного меня. Ни о чем подобном никто из внимавших учителю в зале Кшесинской доселе и не заикался. И понятно, что всеми слушателями, сколько‑нибудь искушенными в общественной теории, формула Ленина, выпаленная без всяких комментариев, была воспринята как чисто анархистская схема. Ибо, во‑первых, Советы рабочих депутатов [...] доселе не мыслились сами по себе, как государственно‑правовой институт [...] Во‑вторых, между классовыми боевыми органами, рабочими Советами, не существовало ни сколько‑нибудь прочной связи, ни самой примитивной конституции; «правительство Советов» при таких условиях звучало как ''полнота власти на местах, как отсутствие всякого вообще государства, как схема «свободных» (независимых) рабочих общин''… К тому же о крестьянских Советах Ленин ничего не говорил [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 13.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ощущение было такое, будто бы в эту ночь меня колотили по голове цепами. Ясно было только одно: нет, с Лениным мне, дикому, не по дороге…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 15.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] в начале речи Ленин определенно заявил и даже подчеркнул, что он выступает от себя лично, не сговорившись со своей партией. Большевистская секта продолжала пребывать в недоумении и растерянности. [...] Ленина поддержала одна (недавняя меньшевичка) Коллонтай, отвергавшая единение с теми, кто не может и не желает совершать социальную революцию!.. Эта поддержка не вызвала ничего, кроме издевательств, смеха и шума. [...] Ленин не воспользовался заключительным словом докладчика и, кажется, куда‑то исчез. Таково было его обыкновение, для него характерное. Ленин превосходно излагал заранее разработанные темы и хорошо продуманные мысли, но он избегал «рукопашной», он редко отвечал на сделанные в упор возражения и запросы, предоставляя расхлебывать кашу другим…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 17.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri reveno de Lenin al Rusio] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин обстоятельно изложил факты. Когда все средства добиться проезда через союзные страны были исчерпаны, швейцарские социалисты вошли на этот счет в сношения с германскими властями. Все переговоры вел секретарь швейцарской партии Фриц Платтен<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 17.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вместе с тем русские социалисты потребовали, чтобы при проезде им было предоставлено право экстерриториальности, чтобы не было никакого контроля паспортов и багажа, чтобы ни один германский чиновник не имел права входа в вагон; состав же самих пропускаемых через Германию эмигрантов всецело находился на усмотрении самих русских. В числе восьмидесяти человек, приехавших с Лениным, были, действительно, не только большевики, но и представители других партий и течений… Эмигранты имели свою провизию и трое суток не выходили из вагона, следовавшего под контролем трех германских офицеров. Поезд лично сопровождал Платтен — на случай необходимости сношений с внешним миром. Однако германские власти со своей стороны потребовали, чтобы русские во время проезда не вступали ни в какие сношения с какими бы то ни было частными лицами. Своих «друзей» и «агентов» германское правительство опасалось вполне основательно: оно отлично знало, что эти люди ему такие же «друзья», как и русскому империализму, которому их старались «подсунуть» немецкие власти, держа их на почтительном расстоянии от своих собственных верноподданных<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 17—18.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Милюков потом опровергал: никаких препятствий к проезду через Англию не было, заявлял он. Ленин не пожелал, и не позаботился сам, предпочитая проезд через Германию<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 18.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин только тогда стал признавать Совет, когда он стал там полным господином, выкурив оттуда всякую оппозицию<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 18.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мы не допускали, чтобы Ленин остался при своих «абстракциях». Тем более мы не допускали, чтобы этими абстракциями Ленин мог победить не только революцию, не только все ее активные массы, не только весь Совет, но чтобы он мог победить ими даже своих собственных большевиков. Мы жестоко ошиблись…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 19.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Из российских же большевиков, имеющих то или иное свое собственное имя, к Ленину открыто присоединилась одна Коллонтай. Затем через дня два‑три я обнаружил, что на стороне Ленина еще одна большевичка, Инесса Арманд<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 20.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Aprilaj tezoj]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Тезисы были опубликованы от личного имени Ленина: к нему не примкнула ни одна большевистская организация, ни одна группа, ни даже отдельные лица. И редакция «Правды», со своей стороны, сочла необходимым подчеркнуть изолированность Ленина и свою независимость от него<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 20.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин есть явление чрезвычайное. Это человек совершенно особенной духовной силы. По своему калибру — это первоклассная мировая величина. Тип же этого деятеля представляет собой исключительно счастливую комбинацию теоретика движения и народного вождя…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Если бы понадобились еще иные термины и эпитеты, то я не задумался бы назвать Ленина человеком гениальным, памятуя о том, что заключает в себе понятие гения. Гений — это, как известно, «ненормальный» человек, у которого голова «не в порядке». Говоря конкретнее, это сплошь и рядом человек с крайне ограниченной сферой головной работы, в каковой сфере эта работа производится с необычайной силой и продуктивностью. Сплошь и рядом гениальный человек — это человек до крайности узкий, шовинист до мозга костей, не понимающий, не приемлющий, не способный взять в толк самые простые и общедоступные вещи. [...] Таков, несомненно, и Ленин, психике которого недоступны многие элементарные истины — даже в области общественного движения<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ленин на практике, исторически был монопольным, единым и нераздельным главою партии в течение долгих лет со дня ее возникновения. Большевистская партия — это дело рук Ленина, и притом его одного. Мимо него на ответственных постах проходили десятки и сотни людей, сменялись одно за другим поколения революционеров, а Ленин незыблемо стоял на своем посту, целиком определял физиономию партии и ни с кем не делил власти<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] кроме Ленина, в партии не было никого и ничего. Несколько крупных «генералов» без Ленина — ничто, как несколько необъятных планет без солнца [...] В Первом Интернационале, согласно известному описанию, наверху, в облаках, был Маркс; потом долго, долго не было ничего; затем, также на большой высоте, сидел Энгельс; затем снова долго, долго не было ничего, и наконец, сидел Либкнехт и т. д. В большевистской же партии в облаках сидит громовержец Ленин, а затем… вообще до самой земли нет ничего<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] для большевистской массы непреодолимую притягательную силу имеет всякого рода радикализм и внешняя левизна, а естественной линией работы является демагогия<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 21.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Не подлежит никакому сомнению, что ни тогда, ни долгое время после большевистская партийная публика не отдавала себе ни малейшего отчета в том, куда приведет впоследствии вся ленинская схема и к чему она обяжет тех, кто в те времена подписался под ней. В те времена у людей, уже приявших тезисы, все же не было и мыслей ни об экономическом стихийном творчестве снизу, ни о социализме путем грабежа награбленного. Мало того: самый лозунг «Вся власть Советам!» — лозунг, имевший интереснейшую судьбу, — в глазах большевистской массы имел довольно невинный характер и совершенно не имел того смысла, какой в него вкладывал сам Ленин. Прежде всего, этот лозунг самими большевиками принимался за чистую монету и вовсе не служил в их глазах одним прикрытием полицейской диктатуры партийного Центрального Комитета. «Власть Советов» действительно понималась как власть большинства трудящихся, до которой Ленину уже тогда, несомненно, не было никакого дела<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 23.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Утопист и фантазер, витающий в абстракциях, Ленин — отличный реальный политик: первое — в большом, второе — в малом. «Зажечь Европу», открыть «всемирную социалистическую революцию», закрепить знамя социализма в России методами Ленина не удалось и не удастся. Но завоевать собственную партию, отменив всю свою собственную науку, Ленин сумел отлично, пользуясь всеми благоприятными обстоятельствами, призывая на помощь тени Бонапарта и Макиавелли…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 24.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Начиная с эпохи Всероссийского советского совещания, с самых последних чисел марта, начал обозначаться знаменательный перелом в настроении солдатских масс. Он знаменовал собой крах буржуазного наступления на демократию в решающей битве за армию и за реальную силу в государстве. С первых чисел апреля напряженность атмосферы стала уменьшаться и стал обозначаться исход борьбы, благоприятный для демократии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 25.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Начиная с эпохи Всероссийского советского совещания, с самых последних чисел марта, начал обозначаться знаменательный перелом в настроении солдатских масс. Он знаменовал собой крах буржуазного наступления на демократию в решающей битве за армию и за реальную силу в государстве. С первых чисел апреля напряженность атмосферы стала уменьшаться и стал обозначаться исход борьбы, благоприятный для демократии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 25.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = На заводах вместо склоки начались массовые торжественные братанья солдат и рабочих. В знак единения устраивались собрания. Социалистические газеты сначала запестрели резолюциями воинских частей о братской солидарности с рабочими; а затем, к половине апреля, вопрос о "рабочем и солдате" уже совершенно исчез со столбцов газет, знаменуя тем самым полную ликвидацию конфликта<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 27.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Насчет положения российских финансов Терещенко только что сделал самые красноречивые публичные сообщения. Оказывается, наш государственный долг приближается к 40 миллиардам рублей. Оказывается, по окончании войны нам придется платить одних процентов два с половиной миллиарда ежегодно. А ежедневный расход на войну составляет 54 миллиона рублей…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 31.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мы уже знаем, как алкала и жаждала тогда правящая Германия сепаратного мира с Россией<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 41.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] лозунг «Долой Ленина — назад в Германию!» стал достоянием самых широких масс около середины апреля. Он стал крайне популярен среди мещан, делающих «общественное мнение», и не только пошел по казармам, но и по заводам<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 42.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 14—16 апреля, все газеты облетела резолюция искони революционнейших матросов балтийского флотского экипажа, бывших на вокзале в качестве почетного караула: «Узнав что господин Ленин вернулся к нам в Россию, с соизволения его величества императора германского и короля прусского, — писали матросы (sic!), — мы выражаем свое глубокое сожаление по поводу нашего участия в его торжественном въезде в Петербург. Если бы мы знали… какими путями он попал к нам, то вместо восторженных криков "ура" раздались бы наши негодующие возгласы: "Долой, назад в ту страну, через которую ты к нам приехал"…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 43.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = По городу стали ходить толпы каких‑то людей, бурно требовавших ареста Ленина. [...] «Арестовать Ленина», а затем и «Долой большевиков» — слышалось на каждом перекрестке<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 43.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 17 апреля в Петербурге состоялась грандиозная манифестация ''инвалидов'' которая произвела большое впечатление на обывателей… Огромное число раненых из столичных лазаретов — в повязках, безногих, безруких — двигалось по Невскому к Таврическому дворцу. Кто не мог идти, двигались в грузовых автомобилях, в линейках, на извозчиках. На знаменах были подписи: «Война до конца», «Полное уничтожение германского милитаризма», «Наши раны требуют победы»… Лозунги, изъятые из употребления масс, нашли себе пристанище на больничных койках. Искалеченные люди, несчастные жертвы бойни ради наживы капиталистов, по указке тех же капиталистов через силу шли требовать, чтобы для тех же целей еще без конца калечили их сыновей и братьев. Это было действительно страшное зрелище!.. Но главное, что мобилизовало инвалидов, это был тот же Ленин, С надписями и возгласами «Долой Ленина!» и т. п. — они пришли в Таврический дворец требовать ареста и высылки будущего диктатора. И в своих речах, в предъявленных требованиях они занимались главным образом Лениным…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 43—44.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Около того же времени началось движение среди военнопленных, добившихся улучшения своего быта в революционной России. Буржуазные крути по этому поводу широко демонстрировали свое патриотическое возмущение, то есть свой шовинизм и свою мстительность. Известно, как варварски содержались военнопленные в «цивилизованных» странах Запада и в Германии, и в «великих союзных демократиях». По примеру их и революционный министр Гучков издал приказ (11 апреля), в силу которого все лица и учреждения, ведавшие военнопленными, должны были дать отпор «их странным притязаниям, неумеренной требовательности, противоречащей самому понятию состояния плена»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 44.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 5 или 6 числа Исполнительный Комитет постановил праздновать Первое мая по новому стилю, 18 апреля, вместе с пролетариатом Европы<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 45.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В создании эсеровской партии Чернов сыграл совершенно исключительную роль. Чернов был единственным сколько‑нибудь крупным ее теоретиком — и притом универсальным. [...] Без Чернова вообще не было бы эсеровской партии, как без Ленина не было бы большевистской, поскольку вокруг идейной пустоты вообще не может образоваться серьезная политическая организация. Но разница между Черновым и Лениным та, что Ленин не только идеолог, но и политический вождь, Чернов же только литератор. Ленин создал всю партию, а Чернов только некоторые, хотя и безусловно необходимые элементы ее…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 55.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri Nikolaj [[Avksentjev]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Это старый, честный и убежденный деятель эсеровской партии, без сомнения, мнящий себя революционером, социалистом и демократом. Тут никакой хитрости, дипломатии, посторонних мыслей и целей быть не может. Этот симпатичный в обращении человек — можно поручиться — не мог мудрствовать лукаво. По своим убеждениям, направлению, складу — это начитавшийся книг, размагниченный, тяготеющий к «народу», «патриотически» настроенный обыватель. По своим государственным и политическим способностям — это круглый нуль, без сучка и задоринки… Других у эсеров не было. Авксентьев же имел подходящую для «представительства» фигуру и прославленные ораторские таланты: его речи всегда напоминали мне красавиц с обложек и реклам мыла и табака<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 60.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Jurij Steklov]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Огромная ошибка Стеклова состояла только в том, зачем он делал тайну из своих дел о фамилии, зачем он допустил, чтобы товарищи узнали обо всем этом в порядке «разоблачения». Узнай об этом Исполнительный Комитет естественным путем, едва ли кто придал бы этому большее значение, чем придаются вообще людским личным слабостям… Но «сенсационное разоблачение» изменило дело. Разумеется, вся большая пресса подняла вой<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 68.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] началась земельная спекуляция. Кулаки, пользуясь паникой, начали скупать земли в качестве «крестьян». Имения на самых различных (конечно, почти всегда фиктивных) основаниях стали дробиться и доводиться в каждой своей части до предполагаемого пореформенного максимума. Стали заключаться массовые сделки с иностранцами, опять‑таки больше фиктивные. В общем, при таком положении вещей от земельного фонда через несколько месяцев должно было остаться немного<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 77.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Начались гибельные братания. Зарегистрированы случаи прямого неповиновения приказам. Некоторые части не пожелали выступить на передовые позиции для смены товарищей в окопах. Приказы предварительно обсуждаются в армейских организациях и на общих митингах. Об активных операциях в таких‑то частях не пожелали и слушать: говорят, мы будем вести только оборонительную войну и потому наступать не станем<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 83.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Новую жизнь» закрывал демократ Керенский со своим достойным тогдашним наперсником господином Пальчинским — закрывал в то время, когда Троцкий сидел в Петропавловке, а Ленин был в бегах. Потом закрывал Ленин со своим достойным прозелитом Троцким, — когда Пальчинский сидел в Петропавловке, а Керенский был в бегах. Но при всем этом, при всей своей непопулярности «Новая жизнь» была незаменимой трибуной, завидной для каждого журналиста и политика. Ее читали ''все''. Главное же — ее читали рабочие массы<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 91.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Экстренное дело поднял генерал Корнилов, подавший совету министров прошение об отставке. Причиной послужило известное нам заявление Исполнительного Комитета 21 апреля, гласившее: только Исполнительному Комитету принадлежит право распоряжаться солдатами, и каждое распоряжение о выходе воинской части на улицу должно быть отдано на бланке Исполнительного Комитета и т. д… Совершенно бесспорно: для командующего округом создавалось невыносимое положение. Ни один уважающий себя генерал не мог претерпеть его. Но ни у одного генерала вообще не было средств изменить это положение — кроме выхода в отставку.<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 125.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = …Митинги, предварительно оценивающие каждый приказ, случаи прямого неповиновения и отказы выступить на позиции; гибельные братания с неприятелем, который преследует при этом исключительно разведочные цели, пользуясь добродушием и доверчивостью русского человека… Как военные специалисты, они утверждали, что в военном деле имеются непреложные требования, непререкаемые правила, нарушение которых в корне уничтожает армию как боеспособную силу. И они заключали: так продолжаться не должно и не может; это гибель отечества, которую они при таких условиях не могут предотвратить и в которой они больше не в силах участвовать… Факты, сообщенные генералами, были глубоко печальны, а речи их были искренни. [...] они категорически утверждали, что из советских формул о целях войны, о войне без аннексий и контрибуций — проку не будет. ''Солдат не должен думать о целях''. Он должен сражаться и умирать ''независимо'' от цели. Только тогда армия будет крепка и боеспособна. Только тогда можно надеяться отстоять родину от врага. Военные люди не могли, а пожалуй, и не должны были рассуждать иначе<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 130.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Покушение было на Керенского. Но оно было устроено до крайности наивно и не могло иметь никакой связи с деятельностью политической организации…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 135.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Особенно неистовствовал «пионер российского марксизма», бывший социал‑демократ, потом радикал, потом националист, потом не знаю кто, но во всяком случае интереснейший тип и писатель — Петр Струве<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 136.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вопрос о Дарданеллах и Армении, несомненно, разбивал буржуазию на группы с различными взглядами и интересами<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 139.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] известна постоянная тяжба между милитаристским по природе металлургическим капиталом, работающим по преимуществу казенными заказами, и «пацифистским» текстильным капиталом, который питается непосредственным народным потреблением. Правда, ''процесс'' войны питал достаточно все виды капитала. Но в ''результатах'' войны они были заинтересованы не одинаково. И наряду с империалистскими были нейтральные виды капитала и равнодушные группы капиталистов<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 139.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Крестьянством эсеры овладели неоспоримо и почти монопольно с самого начала. Конечно, это были правые эсеры, и овладели они хозяйственным мужиком — в действительности или в потенции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 140.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = На самые первые числа мая был, как известно, назначен в Петербурге крестьянский всероссийский съезд. [...] Ни буржуазные, ни «марксистские» партии почти не прикасались к этим представителям российского чернозема, среди которых была масса народнических интеллигентов, но было немало и деревенских кулаков, лавочников, различных кооператоров. [...] именно здесь собиралась главная сила российской общественности и революции. Именно эта, к сожалению, не переработанная, не «вымытая» капитализмом мелкобуржуазная «середина» была и остается хозяином русской земли и определяет в конечном счете ход событий. И она же служила ныне основным рычагом советской политики. Промежуточные «народнические» партии — энесы, трудовики и эсеры — это уже не буржуазия, а советские партии, это — лагерь не Мариинского, а Таврического дворца<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 140—141.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В Совете же рядом с самой партией эсеров стояли правые меньшевики, составляя с ними прочный и неделимый блок. Группа правых меньшевиков, как известно, княжила и володела эсеровской массой, у которой не было достаточно искусных собственных лидеров<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 141.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Народники» и правые меньшевики составляли прочное и устойчивое большинство Совета и всецело определяли его линию. Это были «ответственные» элементы в Совете, в частности, и в революции вообще<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 141.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большевистской фракцией в Исполнительном Комитете и в Совете руководил умеренный Каменев<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 142.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Всероссийская большевистская конференция Ее резолюции, принятые почти единогласно 140 делегатами, были не чем иным, как знаменитыми тезисами Ленина . Их приняли почти без поправок. То, что Плеханов назвал бредом, то, что для самих старых большевиков месяц назад было дико и смешно, стало ныне официальной платформой партии, не по дням, а по часам овладевающей российским пролетариатом. [...] Я считаю, что это было самой главной и основной победой Ленина, завершенной к первым числам мая<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 141.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] в конце апреля партия большевиков сильно муссировала и проводила на практике один немаловажный тактический лозунг: вооружение рабочих. По инициативе и по указу большевиков на столичных заводах возникали отряды Красной гвардии. [...] Исполнительный Комитет, а за ним и Совет, конечно, высказались против организации на заводах Красной гвардии. Я лично, против обычая, голосовал вместе с большинством. Красная же гвардия, немного пошумев, быстро захирела Большевики, кажется, не были особенно огорчены этим<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 142—143.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] все же армия не разлагалась, была боеспособна и представляла собой достаточную защиту от Вильгельма и Гинденбурга. Этот огромной важности факт необходимо констатировать и запомнить. Но несомненно было и то, что армия в это время ''бродила, кипела и переживала кризис''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 144.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мы знаем, что наибольшее волнение в деревне вызывала опасность утечки, распыления земельного фонда. В лице бесчисленных ходоков, делегаций, телеграмм, резолюций — крестьянство, можно сказать, испускало непрерывные вопли о ''прекращении сделок на землю'' в законодательном порядке. Правительство оставалось глухо и немо<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 145.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Правительство стало все более напоминать пароходный винт, вертящийся в воздухе и не производящий никакой полезной работы. Оно становилось все более не нужным — объективно и в глазах народных масс<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 147.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Сепаратизм стал проявляться не только в бутафорско‑уездной форме, как плод естественного, но сравнительно легко устранимого недоразумения. Начался и достиг угрожающих пределов гораздо более серьезный — ''национальный и областной — сепаратизм''. Все, кому было не лень, стали требовать автономии, а иногда явочным порядком стали проводить ее. Революционную Россию хотели растащить по частям, как будто только царская нагайка и спаивала ее в государственное целое. Не только Финляндия заговорила об отделении, не только заговорили об этом на Кавказе, но и Украина, Крым, Сибирь стали кричать о том же. [...] все это были выдумки досужих интеллигентов, не знающих, что с собой делать на арене новой общественности<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 147.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = ''Временное правительство'' было совершенно бессильно. Оно царствовало, но не ''управляло'' и не могло управлять. Оно, по выражению Гучкова, не обладало «никакими атрибутами, какими вообще свойственно обладать всякой государственной власти»… Реальной силы и власти оно не имело никакой. [...] ''Вся полнота реальной силы и власти находилась в руках Совета''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 147—148.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Советское большинство не хотело власти и боялось ее. Но она была в его руках помимо его воли. И тогда оно принуждено было прилагать все свои силы к тому, чтобы передать правительству, чтобы положить к его ногам полноту своей власти. В этом и состояла «линия Совета»…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 148.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Массы широко развернули требования ''мира, земли и хлеба''. Правительство не могло и не хотело ничего этого дать. И Совет в этом споре, в этой тяжбе, в этой классовой борьбе стал на сторону правительства<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 148.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Массы единодушно продолжали требовать ''устранения Милюкова и Гучкова''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 149.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Гучков действовал с совершенно непонятной и необычной скоропалительностью. Он не дожидался ни ответа Временного правительства на свое заявление, ни назначения нового военного министра, которому он был обязан сдать дела. Он ''сам'' назначил себе преемника по военному и морскому министерству, хотя — насколько известно — его должность не была наследственной, а его ведомство не было удельным княжеством. [...] Через несколько дней (4 мая) в совещании членов Государственной думы Гучков к сказанному письму добавил: "Я ушел от власти потому, что ее просто не было [...] Отставка Гучкова не вызвала больших сожалений. [...] Все хорошо понимали: либо коалиция, либо Гучков. [...] Какие цели преследовал своей отставкой сам Гучков, остается неясным"<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 156—157.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Pavel Milukov]]] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] этот человек, которого надо было бы назвать кадетским Лениным, если бы он не был профессором [...]<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 165.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Знакомые колючие глаза, знакомые волнистые волосы, но незнакомая бородка… Ба! Это — Троцкий<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3—4. М., 1991. С. 171.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С появлением на свет божий коалиционного правительства события замедлили темп, утратили прежнюю головокружительность<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 174.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С мая по октябрь проходили огромные события, но революция ''не меняла фаз'' и составила единый период. Линия развития событий была в этот период пряма, как стрела. И две попытки переломить ее, свернуть ее в сторону пробили бреши в этой прямой, завязали на ней узлы, но не изменили ее направление: революция немедленно и легко возвращалась в прежнее русло и после ''июльских дней'', и после ''корниловщины''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 174.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Кто видел политику «коалиции», тот видел и успехи Ленина. Ибо это были две стороны единой медали. И в среде подлинных революционеров, в лагере действительных работников пролетарской классовой политики говорили уже с начала мая: «Большевистский крот, ты славно роешь!»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 175.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = И кадеты, стало быть, уже, по существу дела, не могли быть по‑прежнему правительственной партией. Они были оставлены ходом вещей ''позади'' официальной власти. Они стали ''оппозицией'' справа. Они стали официально реакционной, контрреволюционной силой. И дифференциация внутри кадетской партии ныне выражалась извне уже в степени оппозиции ''правительству''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 175.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Кадеты — это была крупная буржуазия с услужающими ей слоями либеральных профессий. Удельный вес этой партии был, конечно, очень велик<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 176.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Самой большой партией, однако, тогда были, как известно, ''эсеры''. Это была мелкобуржуазная демократия — мужик, лавочник, кооператор, разночинец, «третий элемент», огромные массы неимущей интеллигенции, расшевелившихся обывателей, встрепенувшихся межеумков. Интеллигентные эсеровские группы, очень громко кричавшие «земля и воля», опирались в городах на толстый слой землеробов‑солдат и даже рабочих, недостаточно выварившихся в фабричном котле. А в деревне монопольный эсеровский лозунг уже монополизировал все крестьянство… [...] И вот эта самая большая, самая могучая партия революции в лице своего большинства всем своим весом, и на словах, и на деле оказывала новому правительству свое доверие и поддержку…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 176.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вообще в нашей мужицкой стране эта мужицкая партия заняла свое законное место и, казалось, уже заложила основы своего будущего господства. Выросши к началу коалиции подобно огромному снежному кому, она в это время стала последним криком моды и стала далеко переливаться за свои естественные границы, захватывая сферы, совершенно не свойственные ни «социалистам», ни «революционерам». В самую большую партию потянулись и иные темпераментные крупные буржуа, и иные экспансивные либеральные помещики, а за популярнейшим Керенским, новым военным министром, в эсерство стали переходить компактные массы военных людей, кадровых офицеров и… даже генералов. Из сих последних каждый, надо думать, без колебаний собственноручно пристрелил бы или отдал бы палачу любого встречного, в ком он заподозрил бы социалиста‑революционера — два с небольшим месяца тому назад. Но — боже мой! — чего не сделают с человеком «общественное мнение» и бескорыстная преданность долгу!<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 176.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В партии эсеров, самой большой и самой могучей, образовалось тогда два центра — более правый и более левый. Одним был Керенский, другим Чернов. Кроме того, далеко налево, на отлете, был крошечный центрик в лице большевистствующего Камкова<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 177.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Увы! Вожди эсеровских мелкобуржуазных масс оказались верными природе своей партии. Дряблые, политически безличные, застрявшие между могучими жерновами капиталистического общества, они растерялись среди головокружительных событий и не понимали их смысла. [...] Когда массы увидели воочию, что вожди не ведут вперед, что вожди не способны, что вожди изменяют, тогда мелкобуржуазная государственность масс превратилась в мелкобуржуазную стихию. И, сломя голову, те же массы бросились в открытые объятия большевиков<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 177.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Партия эсеров была тогда самой большой и могучей. Но это был колосс с глиняной головой<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 177.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[menŝeviko]]j en 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В организациях уже к началу мая числилось до 45 тысяч членов. Разумеется, при таких условиях меньшевистская партия была тогда огромной силой. Но ее львиная доля была приобретена, конечно, за два с небольшим месяца революции, главным образом за счет наплыва случайного и, во всяком случае, неиспытанного элемента<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 178.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Меньшевистско‑эсеровско‑либеральный блок был окончательно оформлен. Меньшевики, подобно эсерам, окончательно и официально стали правительственной партией…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 179.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri reveno de famaj revoluciuloj el Eŭropo] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вслед за Лениным все они спустя более месяца приехали через Германию в запломбированном вагоне. С начала революции прошло уже больше двух месяцев, но путь в Россию «нежелательным эмигрантам» был все еще закрыт<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 179.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мартов, родоначальник меньшевизма, его несравненный, почти монопольный идеолог, его самый авторитетный и популярный вождь, уже не был ныне лидером своей партии. Мещанские идейки и их выразители увели от Мартова меньшевистскую партию – увели далеко, ни больше ни меньше как в стан классовых врагов, в лагерь буржуазии. С Мартовым осталась лишь небольшая группка. Это была катастрофа. Она не поколебала Мартова. На своей позиции, с небольшой группкой он оставался без старой меньшевистской партии до Октября. С Октября началось обратное завоевание Мартовым меньшевистской партии. Через год после Октября Мартов вернулся в свое обычное состояние и снова стал общепризнанным вождем меньшевизма. По было поздно…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 181.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Подвизавшийся тогда наряду с Мартовым Троцкий, несмотря на всю свою эффектность, не производил и десятой доли того впечатления и казался не более как подголоском. В те же времена Мартов обнаружил и свои ''ораторские'' свойства. Эти свойства Мартова довольно оригинальны. У него нет ни малейших ''внешних'' ораторских данных. Совершенно не импозантная, угловатая, тщедушная фигурка, стоящая по возможности в полоборота к аудитории, с несвободными, однообразными жестами; невнятная дикция, слабый и глуховатый голос, охрипший в семнадцатом году и остающийся таковым доселе; негладкая вообще, отрывающая слова, пересыпанная паузами речь; наконец – абстрактное изложение, утомляющее массовую аудиторию. Таким Мартова слышали и такое сохранили от него впечатление десятки тысяч людей. Но все это совсем не мешает Мартову быть замечательным оратором. Ибо о свойствах человека надлежит судить не по тому, что он обычно делает, а по тому, что он умеет сделать. А Мартов‑оратор, конечно, умеет заставить забыть о всех своих ораторских минусах<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 182.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Наша заграничная, нелегальная, социал‑демократическая пресса, числившаяся «за бортом» русской публицистической литературы, выдвинула целую группу первоклассных писателей – Плеханова, Мартова, Троцкого, пожалуй, Ленина. Все они, конечно, должны стать в первый ряд в истории нашей публицистики. По едва ли не Мартову надо предоставить среди них пальму первенства. Ибо никто, как он, так не ''владеет'' пером в полном смысле этого слова, никто не является таким полным его господином, не распоряжается им так, по своему полнейшему произволу, умея, когда нужно, придать ему и блестящее остроумие Плеханова, и ударную силу Ленина, и изящную законченность Троцкого. Мартов – первоклассный литератор, божьею милостью…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 182.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Мне посчастливилось на моем веку встречать немало замечательных современников — представителей науки, искусства, политики с мировыми именами. Но никаких сомнений у меня ни на минуту возникнуть не может: Мартов — самый умный человек, какого я когда‑либо знал<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 183.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но оставались, к несчастью, еще большевики. Это был, впрочем, также, во‑первых, заведомый урод, а во‑вторых, урод, стоящий вне семьи, вне «общества», о котором неприлично и не стоит говорить. Так утешалась в те времена верная коалиции пресса, думая, что она отмахивается от шайки злоумышленников, а не от непреложного хода истории…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 186.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Прежнего делового настроения, прежней интенсивности в работе (не говоря о прежнем пафосе) уже не осталось и следа. Обычно в заседании едва‑едва был налицо самый минимальный кворум. Зазвать, загнать товарищей в заседание стоило огромного и чем дальше, тем большего труда. Гораздо более людно и оживленно было в это время в соседнем буфете, где кормили уже несравненно хуже и только «своих», но где было теперь гораздо больше благообразия… Открытие заседаний запаздывало на два часа и больше. То Чхеидзе сидел одиноко на своем месте, позванивания колокольчиком и грозя, что он вот‑вот откроет заседание: то исчезал президиум, и кучки членов толпились в ожидании, зевая, вяло переговариваясь, уткнувшись в газеты и по временам выражая нетерпение<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 190.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Троцкий уже начал широко митинговать и находился в поисках литературного органа. В Исполнительном Комитете на сером, тоскливом фоне он не вызвал большого к себе интереса и еще меньше сам обнаруживал интереса к центральному советскому учреждению. [...] Про него, не примкнувшего к большевистской партии, уже ходили неопределенные слухи, что будто бы он «хуже Ленина»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 190.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С той поры как над головой Церетели окончательно воссияла благодать Мариинского дворца, он стал, можно сказать, официально тем, чем он и раньше был фактически: он стал ''комиссаром Временного правительства при Исполнительном Комитете''. И вся его деятельность, вся его роль, все его стремления сводились к тому, чтобы превратить Совет с его Исполнительным Комитетом в аппарат поддержки Временного правительства – «до Учредительного собрания»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 191.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = А 14 мая был опубликован «приказ» Керенского по армии — о ''наступлении''. Собственно, это еще не был боевой приказ, а только подготовительная официальная прокламация… «Во имя спасения свободной России, — говорил в ней Керенский, – вы пойдете туда, куда поведут вас вожди и правительство. Стоя на месте, прогнать врага невозможно. Вы понесете на концах штыков ваших мир, правду и справедливость. Вы пойдете вперед стройными рядами, скованные дисциплиной долга и беззаветной любви к революции и родине»… Прокламация написана с подъемом и дышит искренним «героическим» пафосом. Керенский, несомненно, чувствовал себя героем 1793 года. И он, конечно, был на высоте героя Великой французской революции, но – не русской…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 197.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [majo 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский проявлял в то время изумительную деятельность, сверхъестественную энергию, величайший энтузиазм. Он, конечно, сделал все, что было в человеческих силах<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 197.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский, одевший взамен пиджака в бытность министром юстиции темно‑коричневую куртку, теперь сменил ее на светлый элегантный военного типа «френч». Чуть ли не все лето у него болела рука и, в черной повязке, придавала ему вид раненого героя. Что было у него с рукой — не знаю: я уже давно не разговаривал с Керенским. Но именно в таком виде помнят его десятки и сотни тысяч солдат и офицеров, к которым он — от Финляндии до Черного моря — обращался со своими пламенными речами<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 197.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Керенский говорил все о том же и все с тем же огромным подъемом, с неподдельным, искренним пафосом. Он говорил о свободе, о земле, о братстве народов и о близком светлом будущем страны. Он призывал солдат и граждан отстоять, завоевать все это с оружием в руках и оказаться достойными великой революции. И он указывал на самого себя как на залог того, что требуемые жертвы будут не напрасны, что ни одна капля крови свободных русских граждан не прольется ради иных, посторонних целей<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 197.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Агитация Керенского была (почти) сплошным триумфом для него. Всюду его носили на руках, осыпали цветами. Всюду происходили сцены еще невиданного энтузиазма, от описаний которых веяло легендами героических эпох. К ногам Керенского, зовущего на смерть, сыпались Георгиевские кресты; женщины снимали с себя драгоценности и во имя Керенского несли их на алтарь желанной (неизвестно почему) победы…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С.198.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = 28 мая, была опубликована пространная декларация американского президента Вильсона за которым, как известно, справедливо упрочилась слава не то что идеалиста, а, можно сказать, человека не от мира сего, можно сказать — всех скорбящих радости. Декларация эта, преисполненная беллетристики, или, попросту, глупой и отвратительной болтовни, не прибавляет к содержательным англо‑французским документам ничего нового<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 201.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Итальянское правительство именно в эти же дни объявило всю Албанию «независимой и находящейся под протекторатом Италии». То есть, выслушав предложение русского революционного правительства о мире без аннексий, оно безотлагательно совершило аннексию и продолжало вести войну. Этого не выдержали даже наши министры‑социалисты. Они были недовольны, решительно недовольны. Что из этого вышло, мы увидим в дальнейшем… Впрочем, и сейчас ясно, что из аннексии вышла аннексия, а из недовольства Церетели и Чернова ничего не вышло<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 201.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Кроме большевиков, все сколько‑нибудь заметные интернационалисты прямо или косвенно обвинялись в услужении немцам или в сношениях с германскими властями<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 202.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [..] ''разгрузка Петербурга''. Именно в это время был поставлен и муссировался на всех перекрестках вопрос об эвакуации из столицы львиной доли всей ее промышленности, а вместе с тем и петербургского пролетариата… Несомненно, план такой разгрузки имел за себя очень многое. Оторванный (на полторы тысячи верст) от сырья и топлива, увеличивший за войну свою индустрию в три раза, поглощавший для ее питания целую треть подвижного состава наших расстроенных железных дорог, Петербург, несомненно, был классическим образцом нерационального, анархо‑капиталистического распределения производительных сил в стране и действительно требовал разгрузки<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 220.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Персонально массы губернаторов были, правда, уволены и заменены — под названием «губернских комиссаров» — местными тузами и воротилами из земцев и городских голов. Но кое‑где губернаторы старого строя еще продолжали «работать» — вместе со старой черносотенной полицией. Вице‑губернаторы же почти все продолжали состоять на службе Ненавистные земские начальники уже при Чернове и Церетели по закону о местном суде от 9 мая ''были лишены судебных функций''. Но они ''существовали'' и в количестве многих тысяч продолжали получать жалованье…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 221.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Что‑то говорили одно время о реформе старого Сената. Но реформа ограничилась тем, что Керенский в бытность свою министром юстиции назначил в Сенат нескольких левых адвокатов. В числе их был, между прочим, Н. Д. Соколов, которому его старый приятель Керенский вместо поста товарища или (в коалиции) министра уготовил эту почетную ссылку. Это было при Милюкове — Гучкове. А при Церетели — Чернове, когда Соколов явился в заседание Сената в черном сюртуке, то «первоприсутствующий» попросил его удалиться, ибо на его рукавах не красовалось старых сенаторских эмблем. Соколов отказался нацепить на себя царские знаки, и на том его сенаторская карьера закончилась<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 222.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С первых же чисел мая начались недоразумения с Финляндией, которая требовала законных прав на «самоопределение». «Речь» и ее подголоски затянули песню на тему о великодержавности России и о неблагодарности Финляндии. Но и Керенский, со своей стороны, также поспешил объявить финнам, что их судьбу может решить только Всероссийское Учредительное собрание. Керенский даже не прибавил — по соглашению с сеймом, — хотя в Учредительном собрании Финляндия, разумеется, не могла быть представлена. Вместе с тем государствоведы разъясняли, что между Россией и Финляндией существовала просто‑напросто личная уния, которая ныне была ликвидирована низложением Николая. А стало быть, независимость Финляндии была не только бесспорным правом, но, можно сказать, совершившимся фактом. Позиция Керенского и всего кабинета была явно реакционной… 14 марта прежние лидеры Совета провозгласили независимость Польши из Таврического дворца; нынешние министры из Мариинского не смогли поддержать достоинство демократии простым согласием даже на независимость Финляндии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 222.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский опубликовал относящийся к этому документ под названием Декларация прав солдата. Правда, со стороны большевиков и этот документ был встречен в штыки Но это была демагогия без разума. На деле Керенский декларировал хартию еще невиданных в истории солдатских вольностей. В ней не было выборности начальства, на что упирали большевики. Но в ней было все от демократизма, что только может выдержать армия как таковая. А по правде сказать, даже не так: в декларации этой было столько идеализма, сколько ''не может вынести'' боевая армия. И большевики это знают лучше всех других. Когда им пришлось строить новую, собственную армию, они были вынуждены выкурить из нее львиную долю добытого при Керенском демократизма…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 222.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Эксцессов на самом деле было много, может быть, стало больше, чем прежде. Суды Линча, разгромы домов и магазинов, насилия и глумления над офицерами, над провинциальными властями, над частными лицами, самоличные аресты, захваты и расправы ежедневно регистрировались десятками и сотнями. В деревне участились поджоги и погромы усадеб. Крестьяне начинали по‑своему «регулировать» землепользование, запрещали порубки лесов, угоняли помещичий скот, брали «под контроль» хлебные запасы и не давали вывозить их к станциям и пристаням. Особенно нашумел в первой половине мая грандиозный разгром имения одного большого барина в Мценском уезде. Немало эксцессов наблюдалось и в рабочей среде — над заводской администрацией, владельцами и мастерами. Даже в самом Петербурге произошел в конце мая скандал на Трубочном заводе и был с восторгом подхвачен уличной печатью. Но больше всего «нарушали порядок и государственную жизнь», конечно, разгулявшиеся солдаты. Среди бездействующих столичных и провинциальных гарнизонов, в атмосфере неслыханной свободы, военная дисциплина, разумеется, пала. [...] Солдаты текли по деревням из тыла и фронта, напоминая великое переселение народов. А в городах они переполняли и разрушали трамваи, бульвары, заполняли все общественные места. Там и сям сообщали о пьянстве, бесчинстве, буйстве<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 224—225.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Обыватель тосковал, собственно, о чувстве ''«законности»'', о добровольном подчинении каким‑то единообразным, общеполезным нормам, вместо которых были налицо самочинство и личный и групповой произвол. ''Такого'' «закона» не было именно потому, что не было ''власти''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 225.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Ведь губернские, как и прочие, правительственные комиссары не могли предпринять решительно ничего, кроме апелляции к Советам просьб о «содействии». Все эти комиссары были простой фикцией, простыми марионетками, которым на местах, не в пример центру, Советы далеко не всегда ''передоверили'' власть. В центре власть была политическая, а на местах — только ''административная''. И конечно, она целиком или почти целиком принадлежала тем, у кого была в руках реальная сила, то есть местным Советам рабочих и солдатских депутатов. Без них правительственные комиссары были пустым местом, наличия которого никто не замечал. Весь «порядок», какой бы он ни был в то время, поддерживался властью Советов, расположившихся повсюду в провинции в губернаторских домах<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 226.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Одна известная пароходная фирма в те же недели объявила локаут рабочим и служащим, которые требовали прибавок в общей сумме на 36 тысяч рублей; прибыль же фирмы в том году составила 21/2 миллиона рублей… Без комментариев ясно, как воспринимались рабочими массами крики о «самоограничении» со стороны буржуазных газет и советских лидеров<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] 95 процентов железнодорожных рабочих получали в то время меньше 100 рублей в месяц; это было явно ниже всяких жизненных минимумов<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = А в Совете солдаты по‑прежнему были настроены весьма «патриотически»: они, кстати сказать, более всех других были забронированы от посылки на фронт…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 229.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Расформирования непокорных боевых частей шли и в других местах тысячеверстного фронта. Не желающие идти в наступление открыто объявлялись то там, то сям. Расформирование таких частей сопровождалось иногда крупными недоразумениями. Так, при расформировании «некоторых небоеспособных дивизий» на румынском фронте (донесение генерала Щербачева от 27 мая) пришлось прибегнуть к силе и послать одни части против других. Такого рода беспорядки на фронте, несмотря на общий успех агитации Керенского, делали успех наступления весьма сомнительным. Невыносимая усталость и стихийная тяга домой находили все большую опору в заработавшей солдатской мысли, которая ставила роковые вопросы и требовала оправдания войны<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В конце мая с балкона редакции «Новой жизни», выходившего на Невский, мы однажды наблюдали странную манифестацию. Ее голова и хвост терялись вдали, манифестация растянулась чуть не на версту. В ней шли рядами пожилые люди, одни мужчины в сомнительно‑солдатской форме. Шли они вяло, опустив головы, в необычном глубоком и мрачном молчании. Никаких знамен при них не было, но были убогие значки с надписями: «Деревня без рабочих рук!», «Наша земля не засеяна!», «Мы не можем добыть хлеба для рабочих!», «Наши семьи голодны в деревне!», «Пусть сражаются молодые!»… Это были солдаты старше 40 лет. Они уже давно, но безуспешно требовали демобилизации. И сейчас эта мрачная манифестация, неизвестно кем организованная, говорила о том, что они начинают терять терпение…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] местные Советы в иных местах стали заявлять: за полной бесполезностью и вредностью официальных правительственных комиссаров и прочих агентов мы отныне перестаем с ними считаться и окончательно закрепляем существующее у нас положение вещей, то есть формально берем местную административную власть в свои руки. Это произошло во второй половине мая в разных концах России [...] Это называлось в то время на языке буржуазной прессы — объявлять независимую республику. [...] усилиями Исполнительного Комитета «республики» скоро ликвидировались<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Самым громким делом о независимой республике было ''кронштадтское'' дело… Кронштадт уже давно был бельмом на глазу не только у буржуазии, но и у Исполнительного Комитета. Традиционный очаг революции еще при царе, он ныне считался гнездом большевизма<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 231.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Остальных министров я не слышал: я отправился в соседний театр, на концерт из произведений Вагнера. Это было впервые за все годы войны. Отвратительный, бессмысленный шовинизм лишил нас на все это время даров гениального немца. И после такого поста никакие силы меня не могли удержать от этого концерта. Публика чувствовала и держала себя на нем, как на святом празднике…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 234.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [fine de majo 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] Ленин держался в те времена совершенно исключительным способом, как никто больше, — держался большим аристократом. Его никто никогда не видел ни в советских заседаниях, ни в кулуарах; он по‑прежнему пребывал где‑то в подземельях, в тесных партийных кругах. А когда являлся в собрания, то требовал слова вне очереди, нарушая порядок дня<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 48.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Троцкий и Луначарский, как известно, не были в то время членами большевистской партии. Но эти первоклассные ораторы уже успели стать популярнейшими агитаторами в течение двух‑трех недель. Успехи их начались, пожалуй, с Кронштадта, где они гастролировали очень часто<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 236.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большевики же, Ленин и Зиновьев, при поддержке рабочих‑ораторов впервые развернули здесь свой лозунг «рабочего контроля». Схема, предлагаемая большевиками, была неясна, неполна, неубедительна, эклектична и противоречила марксизму; большевикам пришлось потом долго изживать принципы этой схемы или, точнее, ее беспринципность. [...] вся схема носит на себе печать мелкобуржуазного анархизма. В ней проектируется, в сущности, не что иное, как захват отдельных предприятий группами занятых в них рабочих (с привлечением «не отошедших от дела» хозяев), то есть намечается создание рабочих коммун, налаживающих между собою обмен и самоснабжение. В этой схеме не было ни грана ни марксизма, ни того, что пришлось проводить самим большевикам в эпоху их относительной государственной зрелости…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 237—238.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Керенский в это время пожинал лавры в Москве. К улицам, по которым он проезжал, сбегались толпы. Его автомобиль забрасывали цветами. Керенский, стоя в нем, раскланивался с «народом». Он был на вершине своей популярности. Он был героем и предметом обожания — для обывателей и межеумков… В это время Ленин твердой стопой проходил ступень за ступенью, все дальше, все выше, закрепляя каждый свой шаг сталью пролетарских рядов, опираясь на единственный незыблемый базис революции<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 239.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Буржуазия, со своей стороны, действовала дружным единым фронтом: все бывшие октябристы и националисты, все старые бюрократы и черносотенцы внимали призывам ''«Нового времени»'' голосовать ''за кадетов''. [...] И наконец, в самые дни выборов буржуазная пресса завопила: «Голосуйте за кого хотите, но только не за большевиков»…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 239—240.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горький не желал политики, не переносил ее в таких дозах. Он требовал культуры, быта, общих горизонтов, философии, истории… [...] Горьким владели сомнения. И они вытекали неизбежно из той обстановки, которая окружала его. Горький с утра до вечера вращался в кругах буржуазно‑обывательской интеллигенции — ученых, художников, писателей. На Горького, как всегда, набрасывались ''все слои'' общества, борясь за него и желая иметь его своим. По роду же своей деятельности он по преимуществу имел дело именно с этой перепуганной интеллигенцией, которая взялась за него вплотную<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 240—241.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = По части разрушения промышленности рабочими пропагандировал тогда Горького и такой авторитет, как будущий большевик Красин. В следующие годы он явился одним из столпов советской экономической политики; тогда он совершенно попадал в тон Коноваловым, Львовым и буржуазно‑бульварной прессе. Но для Горького он был очень убедителен<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 241.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Горького обвиняли во всех личных и общественных грехах. И насчет измены свободной родине, насчет службы немцам говорилось, конечно, безо всякого шифра<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 242.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = На Руси были великие писатели. Не все, но иные из них, подобно Горькому, вплотную занимались журнальными делами. Иные на этом поприще оставили по себе память, недостойную их имен. Но едва ли хоть один из них оставил у своих соратников такую светлую память, как Горький…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 242.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Разумеется, я давно знал его как талантливейшего литератора высокой культуры и разносторонних дарований. К тому же он был коренной и выдающийся большевик, которых в «Современнике» было немного. Конечно, я не только высоко ценил сотрудничество Луначарского, но постоянно и активно искал его, гонялся за ним. [...] Но мы завязали тесные дружественные отношения и на почве чисто личного знакомства. Если нельзя сказать, что в это лето мы проводили вместе много времени, то можно сказать, что почти все время, уделенное тогда приватным делам, отдыху и безделью, я провел с Луначарским. [...] Мы говорили на все темы, и независимо от темы речи, рассказы, реплики Луначарского были интересны, ярки, образны, как сам он был интересен, блестящ, сверкал всеми красками и был притягателен своей культурой и своей природной удивительной талантливостью, пропитывавшей его насквозь, с ног до головы. [...] По блеску же ''дарования'', не говоря уж о культуре, он среди них, среди плеяды большевистских вождей, не имеет себе равных. [...] Луначарский не зиждитель нового потому, что его способности находятся в рассеянном состоянии и его духовная энергия, в силу его натуры, направлена одновременно в разные стороны. Луначарский, несомненно, и хороший политик, и публицист, и владеющий толпою агитатор, и педагог, и теоретик искусства, и поэт, и администратор, и философ, и чуть ли не богослов. И пустяки сказал бы тот, кто стал бы утверждать, что Луначарский в какой‑либо из этих областей неинтересен, что он везде легковесный дилетант, что какая‑либо из сфер его деятельности не заслуживает внимания и не свидетельствует о талантах этого человека… Сила Луначарского значительна. Но ее распыление не дает ему возможности оставить достойный его след в какой‑либо из областей ее применения<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 243.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большие люди революции – и его товарищи, и его противники — не то что иногда, а почти всегда говорят о Луначарском с усмешкой, с иронией, пренебрежительно, несерьезно. В партии большевиков его держат в черном теле и не пускают в политику. Будучи популярнейшей личностью и популярнейшим министром, он отстранен от всякого влияния на ход высокополитических, общегосударственных дел. «Я не влиятелен», — некогда говаривал мне он сам…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 244.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Говорят, став министром, Луначарский быстрее и сильнее других усвоил министерский обиход с его отрицательными чертами. Не знаю. После Октябрьской революции, не в пример тому, как было со многими другими, я совершенно разошелся с Луначарским. За два с половиной года до сей минуты я имел с ним всего несколько мимолетных встреч. И эти встречи были малоприятны. От Луначарского на меня несло действительно министерским духом… Однако я не знаю, насколько виноват во всем этом Луначарский, и хорошо знаю, как много виноват в этом я сам, с моим малоприятным характером<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 244.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Во время съезда состоялись две партийные «Всероссийские конференции»: энесов и трудовиков. Поистине, куда конь с копытом, туда и рак с клешней. Эти никчемные группы бывших радикальных, теперь просто перепуганных интеллигентов все еще играли в партийность. Но они были до такой степени похожи одна на другую и так перепутаны личными отношениями, что, собравшись одновременно на «Всероссийские конференции», они воочию убедились, как нелепо и смешно им делать вид, что они – «две партии». Тогда они взяли и приняли резолюции об объединении<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 249.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Большевики, в лице Ленина, отвергая сепаратный мир, шли по этой линии дальше — дальше здравого смысла — и определенно намечали перспективы священной войны до мировой социальной катастрофы, до освобождения Индии, Египта и всех чернокожих<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 267.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В своем докладе Муравьев, между прочим, опроверг не заслуживавшую опровержения убогую либеральную басню о германофильстве царского двора и об его стремлении к сепаратному миру. Ни в каких бумагах не было найдено ни намека на что‑либо подобное к великому огорчению наших убогих сверхпатриотов<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Получившие свободу мелкие российские национальности, существующие и выдуманные, действительно не знали никакого удержу и разрывали на части государственный организм. Я уже упоминал о том, какую скверную игру затеяли на Украине, от нечего делать, иные группы наших южных интеллигентов, у которых знания и понимания было еще меньше, чем совести. Что им удавалось играть на недовольстве народных масс — в этом не было ничего удивительного: гибельная политика коалиции дала себя знать массам на юге так же, как и на севере. И если темным слоям народа указывали выход в отделении от России, то они воспринимали его не менее легко, чем на севере пропаганду Ленина. Но Ленин проповедовал социалистический переворот, а украинские интеллигенты были махровой буржуазией, затеявшей просто дрянную авантюру<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 274.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Наступление 18 июня было не только великим преступлением, оно было великой глупостью<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 304.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = К этому времени Ленин составил свой проект партийной программы большевиков. [...] было уделено самое ничтожное внимание ''экономической'' программе. Ее почти не было. Вместо нее, видимо, просто предполагалось «непосредственное творчество снизу» и «грабеж награбленного». [...] Непонятно! Троцкий, Луначарский, Урицкий, правда, неэкономисты. Но они образованные, передовые в Европе социалисты. Почему же им не ясно, что социализм есть прежде всего ''экономическая'' система и что без строго разработанной программы экономических предприятий ничего не может выйти из диктатуры пролетариата?<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 311.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Совсем неплохо взять всю власть, чтобы взять всю землю. А там мужик и сам отлично станет наводить порядок, прижимать сторонников Вильгельма, сокращать бессмысленные требования рабочих и… бить жидов. Так рассуждали и поговаривали многие из «серой сотни», наводнившей центральные советские органы. ''Вообще говоря'', эти эсеровские мужички составляли надежнейший фундамент «звездной палаты»<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 317.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Восстание, конечно, считалось неизбежным, ибо столица кипела, а общее положение было нестерпимо. Большевики готовились к нему — технически и политически. Но видимо, ''на 3 июля они его не назначали''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 320.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Восставшая армия не знала, куда и зачем идти ей? У нее не было ничего, кроме „настроения“. Этого было недостаточно. Руководимые большевиками солдаты, несмотря на полное отсутствие всякого реального сопротивления, показали себя как решительно никуда не годный боевой материал<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 323.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [julio 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Арестовать "правительство" могла любая желающая группа в 10–12 человек. Но этого не было сделано<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 324.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [la 5-a de julio 1917] |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В лавочках и на тротуарах говорят о немецких деньгах, полученных Лениным. Резко выражено озлобление против большевиков. [...] На улицах какие‑то группы начинают ловить большевиков. Говорят, иных избили… [...] Вообще теперь на улицах уже арестовывают всякого, кто замолвит слово в пользу большевиков. Уже нельзя объявить в связи с утренним газетным сообщением, что Ленин — честный человек: ведут в комиссариат<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 343, 346, 347.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В целях реабилитации Ленина была тут же образована еще одна следственная комиссия. Об ее работах я также ничего не знаю. Но помню, что через два дня были разговоры о перевыборах этой комиссии: обнаружилось то «неудобство», что в ее члены первоначально попали одни только ''евреи'', всего пятеро — в том числе Дан, Либер и Гоц. Реабилитация Ленина ''такой'' комиссией могла послужить только источником новой черносотенной кампании против всего Совета, прикрывающего государственную измену…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 345—346.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Гораздо хуже было среди солдат. Эта темная масса, получив оглушительный удар, опрометью бросилась в объятия черной сотни. Здесь агитация реакционеров всех оттенков уже давала пышные, зрелые плоды. Сотни и тысячи вчерашних «большевиков» переметнулись за пределы влияния каких бы то ни было социалистических партий. И даже определенно стало колебаться в глазах гарнизона знамя Совета…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 353.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Слово «большевик» уже стало синонимом всякого негодяя, убийцы, христопродавца, которого каждому необходимо ловить, тащить и бить. И для большей наглядности во мгновенье ока было создано и пущено в ход прелестное выражение: «''идейный'' большевик». Это, стало быть, было такое несчастное существо, которое из порядочного общества, по наивности и неразумию, попало в лапы разбойничьей шайки и заслуживает снисхождения. Но таких было совсем мало<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 353.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Бегство Ленина и Зиновьева, не имея практического смысла, было предосудительно с политической и моральной стороны. И я не удивляюсь, что примеру их — только двоих! — не последовали их собственные товарищи по партии и по июльским дням<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 356.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Как бы то ни было, этот факт исчезновения Ленина я считаю бьющим в самый центр характеристики личности большевистского вождя и будущего правителя России. Так поступить мог только один Ленин на свете. Наполеону — Макиавелли показалось, что для его дела, для дела его партии будет выгоднее, если он убежит от своих обвинителей, не дав им перед лицом всей страны никакого ответа. И он пошел напролом, осуществляя свое намерение, — пошел прямолинейно и цинично…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 356.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Я уже цитировал выше мнение самого Керенского о его авантюре 18 июня. Ни у кого из сведущих людей не было сомнений, что наше наступление не только должно быть сорвано и ликвидировано в близком будущем, но может кончиться огромным крахом. Среди советских правых депутатов было много военных людей, которые с самого начала чуяли правду. Но всем им полагалось проявлять один только патриотический восторг, а отнюдь не скепсис. И сейчас весть о поражении поразила, как громом, весь Таврический дворец<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 2. Кн. 3–4. М., 1991. С. 362.</ref>. == Vidu ankaŭ == * [[Noticoj pri la revolucio (Volumo 1–2)]] * [[Noticoj pri la revolucio (Volumo 5–7)]] == Referencoj == [[Kategorio:Noticoj pri la revolucio|3]] qaod6efw5qzv4q04nypd1tl9pqifqtn 0 13847 53896 2026-10-30T12:07:34Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "{{Aŭtoro | nomo = Moisej Urickij | dosiero = | vikipedio = Moisej Urickij | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Moisej Urickij|Moisej Urickij]]''' (naskiĝis la 2-an (14-an) de januaro 1873 — mortis la 30-an de aŭgusto 1918) estis [[Rusio|rusia]] revoluciulo, politkisto, estro de la Petrograda [[ĈK]]. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> == Pri la aŭtoro == {{Citaĵo |teksto =..." 53896 wikitext text/x-wiki {{Aŭtoro | nomo = Moisej Urickij | dosiero = | vikipedio = Moisej Urickij | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Moisej Urickij|Moisej Urickij]]''' (naskiĝis la 2-an (14-an) de januaro 1873 — mortis la 30-an de aŭgusto 1918) estis [[Rusio|rusia]] revoluciulo, politkisto, estro de la Petrograda [[ĈK]]. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> == Pri la aŭtoro == {{Citaĵo |teksto = Kun [[Jurij Miĥajloviĉ Larin|Larin]] venis plia elmigrinto — eta razita homo, fojfoje mirinde akre mallevanta la nazon diversflanken dum marŝado. Tio estis Urickij, ankaŭ estonta eminenta bolŝevista aganto. [...] ĉe persona konatiĝo Urickij ne impresis kiel homo talenta kaj... li ne elvokis deziron konatiĝi kun li persone. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С Лариным приехал еще один эмигрант — маленький бритый человек, удивительно резко клевавший носом в разные стороны при ходьбе. Это был Урицкий, также будущий именитый деятель большевизма. [...] при личном знакомстве Урицкий не производил впечатления человека, хватающего с неба звезды, и… не располагал к личному знакомству<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 270—271.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Nikolaj Obruĉev]] == Referencoj == {{DEFAŬLTORDIGO:Urickij, Moisej}} [[Kategorio:Bolŝevistoj]] [[Kategorio:Revoluciuloj]] [[Kategorio:Murditoj]] [[Kategorio:Judoj]] [[Kategorio:Ruslingvaj aŭtoroj]] [[Kategorio:Naskiĝintoj la 14-an de januaro]] [[Kategorio:Mortintoj la 30-an de aŭgusto]] [[Kategorio:Naskiĝintoj en 1873]] [[Kategorio:Mortintoj en 1918]] 0rfcpj2q99nmf0pnv6ivq4pn6hi507o 53909 53896 2026-10-30T13:44:45Z RG72 415 /* Vidu ankaŭ */ 53909 wikitext text/x-wiki {{Aŭtoro | nomo = Moisej Urickij | dosiero = | vikipedio = Moisej Urickij | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Moisej Urickij|Moisej Urickij]]''' (naskiĝis la 2-an (14-an) de januaro 1873 — mortis la 30-an de aŭgusto 1918) estis [[Rusio|rusia]] revoluciulo, politkisto, estro de la Petrograda [[ĈK]]. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> == Pri la aŭtoro == {{Citaĵo |teksto = Kun [[Jurij Miĥajloviĉ Larin|Larin]] venis plia elmigrinto — eta razita homo, fojfoje mirinde akre mallevanta la nazon diversflanken dum marŝado. Tio estis Urickij, ankaŭ estonta eminenta bolŝevista aganto. [...] ĉe persona konatiĝo Urickij ne impresis kiel homo talenta kaj... li ne elvokis deziron konatiĝi kun li persone. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = С Лариным приехал еще один эмигрант — маленький бритый человек, удивительно резко клевавший носом в разные стороны при ходьбе. Это был Урицкий, также будущий именитый деятель большевизма. [...] при личном знакомстве Урицкий не производил впечатления человека, хватающего с неба звезды, и… не располагал к личному знакомству<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 270—271.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[ĈK]] == Referencoj == {{DEFAŬLTORDIGO:Urickij, Moisej}} [[Kategorio:Bolŝevistoj]] [[Kategorio:Revoluciuloj]] [[Kategorio:Murditoj]] [[Kategorio:Judoj]] [[Kategorio:Ruslingvaj aŭtoroj]] [[Kategorio:Naskiĝintoj la 14-an de januaro]] [[Kategorio:Mortintoj la 30-an de aŭgusto]] [[Kategorio:Naskiĝintoj en 1873]] [[Kategorio:Mortintoj en 1918]] 66ifwka5tftj7ko93dk030mjyvk7vnk 14 13848 53898 2026-10-30T12:09:16Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "[[Kategorio:Naskiĝintoj en la 19-a jarcento|73]] [[Kategorio:1873]]" 53898 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:Naskiĝintoj en la 19-a jarcento|73]] [[Kategorio:1873]] tkb0o7x3c0gf4t5ntg97wq8y3helqrf 14 13849 53899 2026-10-30T12:10:19Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "[[Kategorio:19-a jarcento|73]] [[Kategorio:Jaroj]]" 53899 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:19-a jarcento|73]] [[Kategorio:Jaroj]] 220ybhlwwxjww8sn0gozhkjeuzh3rfs 14 13850 53901 2026-10-30T12:19:34Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "[[Kategorio:Rusia Socialdemokrata Partio]] [[Kategorio:Rusiaj politikistoj]] [[Kategorio:Komunistoj]]" 53901 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:Rusia Socialdemokrata Partio]] [[Kategorio:Rusiaj politikistoj]] [[Kategorio:Komunistoj]] okb5yc86kc61jowtauv7va4ra6jstdh 14 13851 53903 2026-10-30T13:32:26Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "[[Kategorio:Historio de Rusio]] [[Kategorio:Politiko de Rusio]] [[Kategorio:Sovetunio]] [[Kategorio:20-a jarcento]] [[Kategorio:Komunismo]]" 53903 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:Historio de Rusio]] [[Kategorio:Politiko de Rusio]] [[Kategorio:Sovetunio]] [[Kategorio:20-a jarcento]] [[Kategorio:Komunismo]] 0zeuyg5cacj9ay26ptsffndneuzwm4s 53904 53903 2026-10-30T13:33:40Z RG72 415 53904 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:Historio de Rusio]] [[Kategorio:Politiko de Rusio]] [[Kategorio:Historio de Sovetunio]] [[Kategorio:Politiko de Sovetunio]] [[Kategorio:20-a jarcento]] [[Kategorio:Komunismo]] czk0qxyu52dh9t8uuj6377x0jf9w5hp 53905 53904 2026-10-30T13:34:57Z RG72 415 53905 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:Historio de Rusio]] [[Kategorio:Politiko de Rusio]] [[Kategorio:Historio de Sovetunio]] [[Kategorio:Politiko de Sovetunio]] [[Kategorio:19-a jarcento]] [[Kategorio:20-a jarcento]] [[Kategorio:Komunismo]] [[Kategorio:Socialismo]] [[Kategorio:Politikaj partioj]] [[Kategorio:Komunista Partio de Sovetunio]] cubhzrnyn8ett6dgpdory1vmsnmy9rt 0 13852 53910 2026-10-30T14:09:55Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "{{Aŭtoro | nomo = Moisej Urickij | dosiero = | vikipedio = Moisej Urickij | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Lev Kamenev|Lev Kamenev]]''' (naskiĝis la 6-an (18-an) de julio 188 — mortis la 25-an de aŭgusto 1936) estis [[Rusio|rusia]] revoluciulo, politkisto. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> == Pri la aŭtoro == === Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov === {{Citaĵo |teksto = Ku..." 53910 wikitext text/x-wiki {{Aŭtoro | nomo = Moisej Urickij | dosiero = | vikipedio = Moisej Urickij | komunejo = | komunejokat = | vikifontaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Lev Kamenev|Lev Kamenev]]''' (naskiĝis la 6-an (18-an) de julio 188 — mortis la 25-an de aŭgusto 1936) estis [[Rusio|rusia]] revoluciulo, politkisto. == Citaĵoj == <!-- Bv listigi la citaĵojn alfabete --> == Pri la aŭtoro == === Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov === {{Citaĵo |teksto = Kun "Sovremennik" de eksterlande Kamenev ne kunlaboris, sed li skribis foje por "Letopis" el [[Siberio]], de kie li nun venis. Verkoj liaj distingiĝis nek per originaleco, nek per profundeco de esploroj, nek per literatura brilo, sed ili ĉiam estis inteligentaj, bone faritaj, bazitaj sur ĝenerala bona instruiteco kaj interesaj laŭ sia enhavo. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = В «Современнике» из‑за границы Каменев не сотрудничал, но писал в «Летопись» из Сибири, из ссылки, откуда он сейчас и приехал. Писания его вообще не отличались ни большой оригинальностью, ни глубоким изучением, ни литературным блеском, но всегда были умны, хорошо выполнены, основаны на хорошей общей подготовке и интересны по существу<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 272.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Kiel politika aganto Kamenev sendube estas neordinara, kvankam ne memstara persono. Havante neniam akrajn angulojn, nek fortajn pensopunktojn, batalajn ideojn, novajn [[vort]]ojn, li sola ne taŭgas esti [[gvidanto]]: li sola ne havas kien konduki [[amaso]]jn. Restinte sola, li nepre al iu asimiliĝas. Lin mem ĉiam necesas treni kaj se foje li rezistas, do ne forte. Sed kiel elemento de gvidanta grupo Kamenev kun sia politika instruiteco, kun siaj oratoraj talentoj, estas la persono sufiĉe elstara kaj inter la [[bolŝevistoj]] grandparte neanstataŭigebla aganto... Aliflanke, pro sia persona karaktero Kamenev estas milda kaj bonkora homo. Kaj el ĉio ĉi formiĝas lia rolo en la bolŝevista partio. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Как политический деятель Каменев, несомненно, представляет собой незаурядную, хотя и не самостоятельную величину. Не имея никогда ни острых углов, ни ударных пунктов мысли, боевых идей, новых слов, он один не годится в вожди: ему одному вести массы некуда. Оставшись один, он непременно с кем‑нибудь ассимилируется. Его самого всегда необходимо взять на буксир, и если он иногда упрется, то не сильно. Но в качестве элемента руководящей группы Каменев с его политической школой, с его ораторскими данными является весьма выдающимся, а среди большевиков во многих отношениях незаменимым деятелем… С другой стороны, по личному своему характеру Каменев — мягкий и добродушный человек. А из всего этого, вместе взятого, слагается его роль в большевистской партии<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 272.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri [[Lev Kamenev]] ] Li ĉiam staris sur ĝia dekstra, kompromisa, pasiva alo. Kaj foje li estis rezistanta, pledante por "evoluaj metodoj" aŭ modera politika kurso. Li rezistis kontraŭ [[Lenin]] komence de la revolucio, li rezistis kontraŭ la [[Oktobra revolucio|Oktobra ribelo]], li rezistis kontraŭ la tota ruinigo kaj teroro post la ribelo, li rezistis pri la nutraĵaj aferoj dum la dua jaro de la bolŝevista potenco. Sed li ĉiam cedis pri ĉiuj punktoj. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Он всегда стоял на ее правом, соглашательском, пассивном крыле. И иногда он упирался, отстаивая «эволюционные методы» или умеренный политический курс. Упирался он против Ленина в начале революции, упирался против Октябрьского восстания, упирался против всеобщего разгрома и террора после восстания, упирался по продовольственным делам на втором году большевистской власти. Но всегда сдавал по всем пунктам<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 272.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [pri milito kaj paco] [...] se ĉiuj [[bolŝevisto]]j estus kundividantaj vidpunktojn de Kamenev, almenaŭ dum la unua jaro de la [[revolucio]], do ankaŭ mi estus bolŝevisto, kaj ĉe tio maldekstra. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = [...] если бы все большевики разделяли взгляды Каменева, по крайней мере в течение первого года революции, то я также был бы большевиком, и притом левым<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 330.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Grigorij Zinovjev]] == Referencoj == {{DEFAŬLTORDIGO:Kamenev, Lev}} [[Kategorio:Bolŝevistoj]] [[Kategorio:Revoluciuloj]] [[Kategorio:Murditoj]] [[Kategorio:Judoj]] [[Kategorio:Ruslingvaj aŭtoroj]] [[Kategorio:Naskiĝintoj la 14-an de januaro]] [[Kategorio:Mortintoj la 30-an de aŭgusto]] [[Kategorio:Naskiĝintoj en 1873]] [[Kategorio:Mortintoj en 1918]] hwc3c0rmqwhq8kzavopbtpsukuelem4 0 13853 53912 2026-10-30T14:26:25Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "{{Verko |nomo= Pravda (rusa gazeto) |aŭtoro= |koloro= |dosiero= |vikipedio= |komunejo=|komunejokat=|vikifontaro=|vikinovaĵoj= }} '''Pravda''' (ruse: Правда, do ''Vero'') estis rusia rusia, sovetia ĉiutaga ĵurnalo, eldonita de 1912 ĝis 1996. Inter 1918 kaj 1991 ĝi estis la oficiala gazeto de la Komunista Partio de Sovetunio. == Citaĵoj == == Pri la gazeto == {{Citaĵo |teksto = "Pravda", espriminta vidpunkton de la [[bolŝevistoj]], estis tiutempe..." 53912 wikitext text/x-wiki {{Verko |nomo= Pravda (rusa gazeto) |aŭtoro= |koloro= |dosiero= |vikipedio= |komunejo=|komunejokat=|vikifontaro=|vikinovaĵoj= }} '''Pravda''' (ruse: Правда, do ''Vero'') estis rusia rusia, sovetia ĉiutaga ĵurnalo, eldonita de 1912 ĝis 1996. Inter 1918 kaj 1991 ĝi estis la oficiala gazeto de la Komunista Partio de Sovetunio. == Citaĵoj == == Pri la gazeto == {{Citaĵo |teksto = "Pravda", espriminta vidpunkton de la [[bolŝevistoj]], estis tiutempe ĥaosa organo de tre dubindaj [[politikisto]]j kaj [[verkisto]]j. Ĝiaj furiozaj artikoloj, ĝia manipulado je malbridado de instinktoj, havis nek difinitajn objektojn, nek klarajn celojn. Mankis iu ajn "linio", estis nura pogroma formo. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = «Правда», выражавшая точку зрения большевиков, была в то время сумбурным органом очень сомнительных политиков и писателей. Ее неистовые статьи, ее игра на разнуздывании инстинктов не имели ни определенных объектов, ни ясных целей. Никакой вообще «линии» не было, а была только погромная форма<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 271.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [ [[Lev Kamenev]] al [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] en marto 1917] Ĉu vi legas "Pravda"? Vi vidas — ĝi havas tute maldecan humoron kaj ĝenerale malkonvenan etoson. Kaj ĝia reputacio estas tre malbona. Kaj en niaj laboristaj rondoj oni estas tre malkontentaj pri ĝi... Mi venis kaj malesperiĝis. Kion fari? Mi eĉ planis tute fermi tiun ĉi "Pravda" kaj eldoni iun centran organon kun alia titolo. Sed tio ne eblas. En nia partio tro multe estas ligita al la nomo de "Pravda". La nomo devas resti. [...] Kamenev efektive ne fermis "Pravda", sed li rekonstruis ĝin alimaniere. La gazeto tuj iĝis nerekonebla. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Вы читаете «Правду»? Вы видите — у нее совершенно неприличный тон и вообще какой‑то неподходящий дух. И репутация ее очень нехороша. И в наших рабочих кругах очень недовольны… Я приехал — пришел в отчаяние. Что делать? Я думал даже совсем закрыть эту «Правду», а выпустить новый центральный орган под другим названием. Но это невозможно. В нашей партии слишком много связано с именем «Правды». Название должно остаться… [...] Каменев действительно не закрыл «Правду», но перестроил ее на новый лад. Газета мгновенно стала неузнаваемой<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 273.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Rusia Socialdemokrata Partio]] == Referencoj == [[Kategorio:Rusia Socialdemokrata Partio]] [[Kategorio:Komunista Partio de Sovetunio]] [[Kategorio:Gazetoj]] [[Kategorio:Politiko de Rusio]] [[Kategorio:Politiko de Sovetunio]] [[Kategorio:Kulturo de Rusio]] [[Kategorio:Kulturo de Sovetunio]] [[Kategorio:20-a jarcento]] ia9eygg31g62h5tigtauo2ngk88939d 14 13854 53914 2026-10-30T14:28:00Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "[[Kategorio:Kulturo laŭ landoj|Sovetunio]] [[Kategorio:Kulturo de Eŭropo| Sovetunio]] [[Kategorio:Kulturo de Azio| Sovetunio]] [[Kategorio:Sovetunio]]" 53914 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:Kulturo laŭ landoj|Sovetunio]] [[Kategorio:Kulturo de Eŭropo| Sovetunio]] [[Kategorio:Kulturo de Azio| Sovetunio]] [[Kategorio:Sovetunio]] ngdbye9vv3qasfodxgjnsrymiqjvffj 14 13855 53915 2026-10-30T14:29:15Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "[[Kategorio:Amaskomunikiloj]] [[Kategorio:Eldonado]]" 53915 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:Amaskomunikiloj]] [[Kategorio:Eldonado]] 73fx7e3x74wlv1x5w4s88yuzbawvclv 14 13856 53917 2026-10-30T14:31:36Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "[[Kategorio:Amaskomunikiloj]] [[Kategorio:Industrio]]" 53917 wikitext text/x-wiki [[Kategorio:Amaskomunikiloj]] [[Kategorio:Industrio]] 5dptluinrutkz3hd218cybcs6w6u1wj 0 13857 53920 2026-10-30T14:42:31Z RG72 415 Kreis novan paĝon kun "{{Temo | nomo = Aresto de la Romanov-familio en Carskoje Selo | koloro = | dosiero = | vikipedio = Aresto de la Romanov-familio en Carskoje Selo | komunejo = | komunejokat = | vikivortaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Aresto de la Romanov-familio en Carskoje Selo|Aresto de la Romanov-familio en Carskoje Selo]]''' okazis post la [[Abdiko de Nikolao la 2-a]] kaj daŭris de marto ĝis aŭgusto 1917, post kiam ili estis Ekzilo de la R..." 53920 wikitext text/x-wiki {{Temo | nomo = Aresto de la Romanov-familio en Carskoje Selo | koloro = | dosiero = | vikipedio = Aresto de la Romanov-familio en Carskoje Selo | komunejo = | komunejokat = | vikivortaro = | vikinovaĵoj = }} '''[[:w:Aresto de la Romanov-familio en Carskoje Selo|Aresto de la Romanov-familio en Carskoje Selo]]''' okazis post la [[Abdiko de Nikolao la 2-a]] kaj daŭris de marto ĝis aŭgusto 1917, post kiam ili estis [[Ekzilo de la Romanov-familio en Tobolsko|ekzilitaj al Tobolsko]] kaj fine [[Mortpafo de la Romanov-familio|mortpafitaj en Jekaterinburgo]]. En tiu periodo ili troviĝis en la Aleksandra palaco en [[Carskoje Selo]]. == Citaĵoj == === Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov === {{Citaĵo |teksto = [la 1-an de marto] Ĉiuj estis parolantaj pri la caro, demandantaj kion oni decidis fari kun li, kion ''necesas'' fari. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Все говорили о царе, спрашивали, что решено с ним сделать, говорили, что ''нужно'' сделать<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 128.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La [[Nikolao la 2-a (Rusio)|eksa caro]] estis vojaĝanta tra [[Rusio]] kien ajn li deziras: de [[Pskovo]] post la [[Abdiko de Nikolao la 2-a|abdiko]] li ekveturis al la ĉefkomandejo, al [[Mohilovo]], poste li planis veturi al [[Kievo]], al la patrino, poste, kiel oni diris, al [[Krimeo]]... Oni ne konsideris tion tre grava, sed certaj "malkomfortaĵoj" pro tio tamen povus aperi. Pri tio oni komencis paroli. Sed jen la 6-an estis ricevitaj informoj ke Nikolaj Romanov kun la familio estas forveturanta al [[Anglio]]. Generalo [[Miĥail Vasiljeviĉ Aleksejev|Aleksejev]] deklaris je lia nomo al la [[Provizora Registaro de Rusio|Provizora Registaro]] pri deziro de la cara familio elmigri eksterlanden. La registaro akceptis tion kaj eĉ komencis tiurilate intertraktojn kun la brita registaro... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Бывший царь разъезжал по России, куда ему заблагорассудится: из Пскова после отречения поехал в Ставку, в Могилев, затем собрался в Киев, к матери, потом, как говорили, в Крым… Большого значения этому не придавали, но некоторые «неудобства» от этого все же проистечь могли. Об этом стали поговаривать. Но вот 6‑го числа были получены сведения, что Николай Романов с семьей уезжает в Англию. Генерал Алексеев заявил от его имени Временному правительству о желании царской семьи эмигрировать за границу. Правительство на это согласилось и уже начало но этому поводу переговоры с британским правительством…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sed jen [[Kerenskij]] en [[Moskvo]], cetere kun ioma malfruiĝo, la 7-an de marto, sed ĉe furioza jubilo de filistra homamaso, parolis pri tiu afero kvazaŭ pri jam solvidta:</br>— Nun [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao la 2-a]] estas en miaj manoj — la manoj de ĝenerala prokuroro. Kaj mi diros al vi, kamaradoj: la rusa revolucio okazis sensange kaj mi ne deziras, mi ne permesos makuli ĝin. [[Jean-Paul Marat|Marat]] de la rusa revolucio mi neniam estos... Sed post tre mallonga tempo Nikolao la 2-a sub mia persona observado estos transportita al haveno kaj de tie en vaporŝipo li veturos al [[Anglio]]... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но вот Керенский в Москве, правда с некоторым опозданием, 7 марта, но при бурных восторгах обывательской толпы, так говорил об этом деле как о деле решенном:</br>— Сейчас Николай II в моих руках — руках генерал‑прокурора. И я скажу вам, товарищи: русская революция прошла бескровно, и я не хочу, не позволю омрачить ее. Маратом русской революции я никогда не буду… Но в самом непродолжительном времени Николай II под моим личным наблюдением будет отвезен в гавань и оттуда на пароходе отправится в Англию…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 228.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Estis evidente: oni ne povas lasi [[Romanovoj]]n eksterlanden serĉi feliĉon tra la mondo, atendi bonŝancon transmare. Kaj pri tio, laŭ mia memoro, oni ne disputis en la Ekzekutiva Komitato. [...] La priparolado okazis je alia direkto. Ricevita sciigo diris ke [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao]] kun la [[familio]] jam kuras eksterlanden. Komisaro de la Ekzekutiva Komitato pri fervojaj aferoj raportis ke du literaj trajnoj<ref>Litera trajno estas trajno destinita por transportado de altranguloj kaj markita per litero anstataŭ numero.</ref> kun la Romanov-familio jam veturas al la landlimo kvazaŭ pro tio ke la [[Provizora Registaro de Rusio|Provizora Registaro]] sciis kaj permesis tion. Kien konkrete veturas la trajnoj dum la kunsido ne estis trovite. Iuj fontoj diris ke Romanovoj veturas tra [[Tornio]], aliaj ke tra [[Arĥangelsko]]. Necesis tuj kontakti la registaron kaj proponi al ĝi haltigi Nikolaon. Pro pozicio, kiun okupis la Mariinskij palaco, estis agnoskite tre rapide kaj unuvoĉe ke la aferon de Romanovoj la [[Petrograda Soveto|Soveto]] devas transpreni je siaj manoj kaj almenaŭ kategorie postuli, ke neniuj rimedoj al Romanovoj estu aplikataj sen anticipa interkonsento kun la Ekzekutiva Komitato. |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Было очевидно: пускать Романовых за границу искать счастья по свету, ждать погоды за морем нельзя. И об этом, насколько помню, не спорили в Исполнительном Комитете. [...] Суждение шло в иной плоскости. Полученное известие гласило, что Николай с семьей уже бежит за границу. Комиссар Исполнительного Комитета по железнодорожным делам донес, что два литерных поезда с семьей Романовых уже направляются к границе будто бы с ведома и разрешения Временного правительства. Куда именно направляются поезда, в заседании точно не было установлено. Из одних источников сообщали, что Романовы едут через Торнео, из других — через Архангельск. Надо было немедленно снестись с правительством и предложить ему задержать Николая. Ввиду позиции, занятой Мариинским дворцом, было признано очень быстро и единодушно, что дело Романовых Совет должен взять в свои руки и во всяком случае категорически потребовать, чтобы никакие меры ни к каким Романовым не применялись без предварительного соглашения с Исполнительным Комитетом…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 229.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = Sed kion oni faru pri [[Romanovoj]]? Pri tio oni iun tempon diskutis kaj, konsiderante ke fine oni haltis ĉe provizora solvo, la [[vero]] estis naskiĝanta tiukaze sufiĉe malfacile... Ŝajnas ke iu de maldekstro postulis nepre [[Petropaŭla fortikaĵo|Petropaŭlan fortikaĵon]] por la tuta familio, referencante al ekzemplo de la ministroj de [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolao]] kaj aliaj liaj servantoj. Sed mi ne memoras ke estus malfacile mildigi la decidon de la Ekzekutiva Komitato. Estis decidite pri provizora izolado de la eksa caro mem, lia edzino kaj la infanoj en la palaco en [[Carskoje Selo]]. Pli da interparoloj estiĝis rilate kion fari pri la aliaj Romanovoj — kandidatoj kaj nekandidatoj. Ŝajnas ke estis decidite eksterlanden lasi neniun kaj laŭeble fiksi ilin al iuj iliaj bienoj. Ĉio ĉi devis esti diktita al la [[Provizora Registaro de Rusio|Provizora Registaro]] por estontaj ordonoj... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Но что же сделать с Романовыми? Об этом некоторое время спорили, и, судя по тому, что в конце концов остановились на временной мере, истина рождалась здесь довольно туго… Как будто кто‑то слева требовал непременно Петропавловки для всей семьи, ссылаясь на пример собственных министров Николая и на прочих слуг его. Но не помню, чтобы стоило большого труда смягчить решение Исполнительного Комитета. Была решена временная изоляция самого бывшего царя, его жены и детей в Царскосельском дворце. Больше разговоров возникло по поводу того, что делать с прочими Романовыми — кандидатами и некандидатами. Кажется, было решено за границу не пускать никого и всех по возможности прикрепить к каким‑нибудь своим усадьбам. Все это должно было быть продиктовано Временному правительству на предмет соответствующих распоряжений…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 229.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = La Ekzekutiva Komitato sen longa babilado, sen iuj ajn demandoj pri siaj funkcioj kaj rajtoj decidis sendi ordonon tra ĉiuj [[fervojo]]j — deteni [[Romanovoj]]n kun ilia [[trajno]] kie ajn ili estus, kaj tuj raporti tion al la Ekzekutiva Komitato. Kaj poste unu el membroj de la Ekzekutiva Komitato kun deca akompanantaro estis taskigita aresti [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolaon]] en la loko kie estos haltigita lia trajno, kaj por enloĝigo de la tuta cara familio je [[Carskoje Selo]]... Taskigita pri tio membro de la Ekzekutiva Komitato estis [[Kuzma Gvozdev]]. [...] Gvozdev ne bezonis plenumi sian mision. La [[Provizora Registaro de Rusio|Provizora Registaro]] rapide kaj obeeme komencis plenumi la postulojn de la Ekzekutiva Komitato. Eĉ pli frue ol sekvan tagon [[Kerenskij]] en [[Moskvo]] sukcesis "sub persona observado" akompani Nikolaon al [[Anglio]], la registaro decidis "senigi lin je [[libereco]]", izoli en lia malnova rezidejo, pri kio publikigi por ĉies scio. Malgraŭ [[onidiro]]j la caro restis en la ĉefkomandejo, en [[Mohilovo]], kien venis lia patrino. Speciale senditaj por preni lin komisaroj de la Provizora Registaro el maldekstraj dumaaj partioj ekveturis al Mohilovo la saman tagon kaj sukcese alportis la eksan aŭtokraton je la palaco en Carskoje Selo... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Исполнительный Комитет без долгих разговоров, без всяких вопросов о своих функциях и правах постановил дать приказ по всем железным дорогам — задержать Романовых с их поездом, где бы они ни оказались, и сейчас же дать знать об этом Исполнительному Комитету. А затем один из членов Исполнительного Комитета с подобающей свитой был отряжен для ареста Николая в том месте, где будет остановлен его поезд, и для водворения всей царской семьи в Царском Селе… Предназначенный для этой цели член Исполнительного Комитета был Кузьма Гвоздев. [...] Выполнить свою миссию Гвоздеву не пришлось. Временное правительство быстро и послушно взялось выполнить требования Исполнительного Комитета. Еще раньше, чем на другой день Керенский в Москве успел «под личным наблюдением» проводить Николая в Англию, правительство постановило «лишить его свободы», изолировать в его старой резиденции, о чем и опубликовать во всеобщее сведение. Вопреки слухам, царь находился в Ставке, в Могилеве, куда приехала его мать. Специально командированные за ним комиссары Временного правительства из левых думских партий выехали в Могилев в тот же день и благополучно доставили бывшего самодержца в Царскосельский дворец…<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 229—230.</ref>. }} {{Citaĵo |teksto = [[Kuzma Gvozdev|Gvozdev]] poste, post kelkaj monatoj (kaj ŝajnis ke jaroj) de la [[revolucio]], dum ripozpaŭzoj, dum tempo de dolĉaj rememoroj pri delonge pasintaj bataloj, estis diranta al mi:</br>— Ĉu vi memoras kiel oni donis al mi mandaton por aresti [[Nikolao la 2-a (Rusio)|Nikolaon la 2-an]]?..</br>— Mi memoras... Kaj do?</br>— Nenio... Mi tiun mandaton gardas. Simple por [[memoro]]... |aŭtoro = [[Nikolaj Nikolajeviĉ Suĥanov]] |verko = [[Noticoj pri la revolucio]] [1983] |origina teksto = Гвоздев же потом, через несколько месяцев (а казалось, лет) революции, в часы досуга, в часы сладких воспоминаний о далеких прошлых битвах, говорил мне:</br> ''— А помните, как мне писали мандат арестовать Николая II?..''</br>''— Помню… Ну и что?''</br>''— Ничего… Я этот мандат берегу. Так, на память…''<ref>Суханов Н. Н. Записки о революции: В 3 т. Т. 1. Кн. 1—2. М., 1991. С. 230.</ref>. }} == Vidu ankaŭ == * [[Abdiko de Nikolao la 2-a]] * [[Ekzilo de la Romanov-familio en Tobolsko]] {{Referencoj}} [[Kategorio:Februara revolucio]] [[Kategorio:Nikolao la 2-a (Rusio)]] [[Kategorio:Carskoje Selo]] [[Kategorio:Arestoj|Romanov-familio en Carskoje Selo]] [[Kategorio:1917]] 3d3fhz50cdbpiyct61bx4wrv22xgpbq