Викитека ruwikisource https://ru.wikisource.org/wiki/%D0%97%D0%B0%D0%B3%D0%BB%D0%B0%D0%B2%D0%BD%D0%B0%D1%8F_%D1%81%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%86%D0%B0 MediaWiki 1.47.0-wmf.10 first-letter Медиа Служебная Обсуждение Участник Обсуждение участника Викитека Обсуждение Викитеки Файл Обсуждение файла MediaWiki Обсуждение MediaWiki Шаблон Обсуждение шаблона Справка Обсуждение справки Категория Обсуждение категории Автор Обсуждение автора Страница Обсуждение страницы Индекс Обсуждение индекса TimedText TimedText talk Модуль Обсуждение модуля Event Event talk 14 7588 5729168 4614347 2026-07-12T11:11:49Z Butko 139 added [[Category:Японский язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729168 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|Японский язык]] [[Категория:Японская литература]] [[Категория:Японский язык]] qjkiiipoq2hpml6yx0y31v1v59k7eyg 14 11871 5729184 4614385 2026-07-12T11:39:03Z Butko 139 added [[Category:Греческий язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729184 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|Греческий язык]] [[Категория:Греческая литература]] [[Категория:Греческий язык]] nh3foipmg9x1c0focduvrigrfiv52tr 4 23755 5729044 5728910 2026-07-11T15:26:35Z Vladis13 49438 /* Шаблон rbrace */ ответ участнику Egor 5729044 wikitext text/x-wiki {{Форум/Шапка|Ф}}__TOC__ == Шаблон [[Шаблон:rbrace|rbrace]] == Полезный шаблон для больших скобок, но только на 9 строк. В пьесах Н. А. Некрасова есть объединение стихотворных реплик значительно больше, три четверостишия и имена персонажей, 14—15 строк. Есть возможность добавить в шаблон число строк? --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 15:05, 9 июля 2026 (UTC) * Приведите ссылку где возникает проблема. Шаблон эзотерический, сложен для абстрактной примерки. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 13:07, 10 июля 2026 (UTC) :* [[Кольцо_маркизы,_или_ночь_в_хлопотах_(Некрасов)]], конец явления 15, реплики Маркиза, Руже и Мариетты должны быть объединены (три четверостишия), за скобкой общая надпись «Вместе». Таких мест несколько, я пробовал через math, но возникает проблема шрифта. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 19:50, 10 июля 2026 (UTC) :** {{done}}. [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=Кольцо_маркизы,_или_ночь_в_хлопотах_(Некрасов)&diff=prev&oldid=5729042] Отступ авторов реплик (<code><nowiki>{{indent|-7}}{{реплика|Альфред}}</nowiki></code>) там не нужен, см. в скане у других подобных блоков, напр. на с. 376. Не нужен и <code><nowiki>class="wikitable"</nowiki></code>, он устанавливает только рамки и фон, которые вы отключаете. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:26, 11 июля 2026 (UTC) == Нумерация страниц == Здравствуйте! Скажите, существует ли принятая практика, что делать с оригинальной нумерацией страниц в текстах? [[Запечатленный_труд._Том_2_(Фигнер)|Вот тут например]] номера страниц указаны в фигурных скобках. Их удаляют? Оставляют? А если оставляют, то как оформляют? Я делала [[Нигилистка (Ковалевская)|по-простому]], но может быть надо иначе? [[Участник:Baraban-uragan|Baraban-uragan]] ([[Обсуждение участника:Baraban-uragan|обсуждение]]) 11:19, 4 июля 2026 (UTC) * По обоим ссылкам — импорт с lib.ru, там много мусора. В таком виде нумерация портит текст, разрывает абзацы. Если это не документальный/научный текст она не нужна. (Такие, по возможности, можно в ПИ Страница перенести, откуда нумерация подставиться.) Удалите. Или замените на унифицированный, не разрывающий абзацы, шаблон {{t|p}}; это может потребовать использования регэкспа в опции «Поиск и замена», чтобы заменить по тексту одной операцией, а не возиться с каждым номером вручную. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 06:02, 5 июля 2026 (UTC) *:спасибо! [[Участник:Baraban-uragan|Baraban-uragan]] ([[Обсуждение участника:Baraban-uragan|обсуждение]]) 16:34, 5 июля 2026 (UTC) == Шаблон <nowiki>{{ё}}</nowiki> в шаблоне <nowiki>{{перенос}}</nowiki> == Шаблон {{ш|ё}} (и, вероятно, его родня) в шаблоне {{ш|перенос}} не работает; навернно, из-за того, что там получается span в span’е, и у внутреннего span’а угловые скобки заменяются на html-код <code><nowiki>&amp;lt;</nowiki></code> и <code><nowiki>&amp;gt;</nowiki></code>. Что можно сделать, чтобы он работал? Или есть ещё какие-нибудь альтернативы для ёфикации версий? Пример есть на первой версии [[Страница:Новиков-Прибой А. С., Т. 3, 1963.pdf/95|вот этой]] и следующей страницы (с шаблоном {{ш|перенос2}}). Пока что придётся деёфицировать, хоть и жаль… --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 23:17, 26 июня 2026 (UTC) * Причина проблемы: В шаблоне «перенос» переносимое слово вставляется в html-атрибут, который принимает только текст (plain-text). Но шаблон «ё» на выходе создаёт тег span, что и ломает шаблон.<br> Тут не нужен «перенос», это современная орфография, без шаблона ВАР. Просто так: [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=Страница:Новиков-Прибой_А._С.,_Т._3,_1963.pdf/95&diff=prev&oldid=5725844] [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=Страница:Новиков-Прибой_А._С.,_Т._3,_1963.pdf/96&diff=prev&oldid=5725843]. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 00:05, 27 июня 2026 (UTC) *:То есть при трансклюзии обыкновенный дефис сам удаляется? Или это какой-нибудь особый дефис, вроде <code><nowiki>&amp;shy;</nowiki></code>? И хочется сразу спросить, как в таком случае поступать, если дефис должен оставаться, как в «что-то» (правда, я не могу сейчас придумать дефисное сочетание с «ё», а без него и {{ш|перенос}} корректно работает). [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 09:55, 27 июня 2026 (UTC) *:* [[Справка:Вычитка/Соединение страниц#Переносы слов на следующую страницу и дефисы]]. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 21:09, 27 июня 2026 (UTC) *:*:Спасибо! [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 21:15, 27 июня 2026 (UTC) == Тексты с орфографией 1918—1956 == Сейчас в Викитеке принято варианты текстов в названиях условно обозначать '''ДО''' (дореформенная орфография), '''СО''' (современная орфография) и '''ВТ-Ё''' (для ёфицированных ВТ-редакторами). А как же быть с текстами из источников промежуточного периода с 1918/1919 до 1956 года, когда печатные издания выходили, руководствуясь ныне устаревшими правилами орфографии? Как их-то обозначать? Меня лично не интересует очередной вариант Александра Пушкина или Льва Толстого — со словом "чорт" без твёрдого знака — но в случае с советскими произведениями, впервые опубликованными в указанный период, это очень даже важно. Особенно в случае с неоднократно переиздававшимися после реформы 1956 года, в том числе с позднейшими редакторскими правками, к которым сами авторы зачастую уже отношения не имели. Допустим, сюда из az-lib импортировали роман «[[Победители недр (Адамов)|Победители недр]]» Г. Адамова (1986-1945). Мало того, что он сейчас лежит скопом, без разбития на главы, так компания Мошкова ещё и источником 1989 года воспользовалась, откуда убрали концовку, где герои встречаются с любимым вождём)) В ближайшее время я планирую выложить разбитый по главам текст оригинального издания 1937 года и как его прикажете обозвать?) Легчайший путь - переименовать [[Победители недр (Адамов)]] в [[Победители недр (Адамов)/ВТ-Ё]], а первоначальное название забрать себе) Но это полумера, не отменяющая проблемы ВТ-вариантов. Того же Александра Беляева я опять же в первую очередь предпочёл бы здесь видеть не в вариантах книг 1960-2020-х гг. изданий, а в довоенных, прижизненных. И как их отделять? [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 17:29, 24 июня 2026 (UTC) : {{перенесено на|#Разделение текстов на веб-страницы по главам и экспорт в файл}} :Вы путаете старый и новый механизм редакций. Старый поддерживал только два (орфографических) варианта: пореформенный (никак не обозначаемый) и дореформенный (с суффиксом /ДО). Новый поддерживает неограниченное число редакций, в том числе в одной и той же орфографии. В этом механизме для идентификации конкретной редакции используется не только маркер орфографии (ДО, СО, ВТ, ВТ:Ё), но и любые необходимые дополнительные данные. В приведенном примере редакции могут называться, скажем, [[Победители недр (Адамов)/1937 (СО)]] и [[Победители недр (Адамов)/1989 (СО)]] — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 22:49, 24 июня 2026 (UTC) ::А без СО можно, коль уж ДО (в значении "с ерами в конце слова") в случае с советскими произведениями после 1918 года нет в принципе: [[Победители недр (Адамов)/1937]] и [[Победители недр (Адамов)/1989]] ? [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:15, 25 июня 2026 (UTC) ::: В [[ВТ:Версии текстов]] так и написано: ''Некоторые тексты публикуются в Викитеке в нескольких версиях по различным изданиям. [...] В таких случаях, после названия текста через дробную черту указывается год издания'' --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 09:59, 25 июня 2026 (UTC) :::: Правда там дальше ''И в конце названия указывается пометка об орфографии текста''. Может внести изменения в руководство, что пометка об орфографии текста ставится только если есть варианты в разных орфографиях? --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 10:05, 25 июня 2026 (UTC) :::::Поддерживаю! Вероятно это руководство создавалось в те времена, когда многие советские авторы, умершие без участия НКВД в 1930-1940-е, еще не были в public domain и основной упор был на дореволюционные произведения, тогда как в ближайшие годы для размещения в Викитеке будет уже доступно и большинство реабилитированных во второй половине 1950-х. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 14:38, 25 июня 2026 (UTC) ::::* Вопрос ранее [[Викитека:Форум/Архив/2020#О расширении (СО) в названиях|поднимался]]. Надо бы указать это в Справке. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:16, 25 июня 2026 (UTC) :::::Это не произвольное требование, маркер орфографии необходим для того, чтобы [[Модуль:Отексте]] корректно идентифицировал редакции и создавал список перекрестных ссылок для меню «Другие редакции». Без этого функция работать не будет. Если отказываться от такого способа определения редакций, нужно разработать какой-то другой. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 17:48, 25 июня 2026 (UTC) :::::* Насколько помню, проблема в том, что не работает автомат.определение наличия редакций, которое срабатывает при наличии метки орф. в названии. Чтобы подстраницы, вроде главы «Название (Автор)/Правда» не путались с редакциями, вроде метки издания «Название (Автор)/Правда».<br> Возможные решения: 1) Добавлять какие-то метки в названия страниц для отметки редакций, но уже есть метка «СО»… 2) Не использовать автомат.определение редакций, а пользоваться параметром [[Шаблон:Отексте#РЕДАКЦИИ]]. Но параметр РЕДАКЦИИ как раз и пытается автоматически по метке на странице списка редакций отделить редакции от других ссылок. 3) Можно попробовать поиграть с параметром [[Шаблон:Отексте#ДРУГИЕВЕРСИИ]] и соотв. шаблоном, в котором строго указываются страницы редакций. Но тогда не будет создана страница редакций, которая позволяет описать произведение, что необходимо в случаях надобности описания нюансов нескольких редакций. (Хотя сложные нюансы редакций редки, обычно описывать нечего, есть просто две орфографии.) К тому же, это все довольно усложняет оформление, — все эти параметры и нюансы оформления страниц редакций. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:16, 25 июня 2026 (UTC) :::::*:Основной недостаток вариантов 2 и 3 — необходимость создавать отдельный список редакций для каждого вообще случая (и вручную обновлять эти списки в дальнейшем при каждом изменении состава редакций, что еще более проблемно). Вариант 1 я бы рассмотрел более обстоятельно: что, если, не отказываясь от идеи маркировки редакций, изменить сами маркеры? Например, завести некий универсальный маркер, не привязанный к орфографической норме, просто для указания, что это не обычная подстраница, а именно редакция? Скажем, «Название (Автор)/$Правда», или «Название (Автор)/*Правда», или «Название (Автор)/(Правда)», или «Название (Автор)/Редакция: Правда», или «Название (Автор)/Ред.:Правда», или как-нибудь еще. Тогда можно было бы отказаться от использования суффиксов (ДО) и (СО) (и уж подавно не вводить никакое УО), а оставить только суффиксы, обозначающие модифицированные версии (ВТ и ВТ:Ё). — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 13:06, 26 июня 2026 (UTC) :::::*::Если в названиях по принципу [[Победители недр (Адамов)/1937]] (или даже лучше ''/p1937'', чтобы не путать с годовыми "подшивками" периодики) не надо будет добавлять СО, смысла настаивать на УО конечно нет) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 14:19, 26 июня 2026 (UTC) :::::*:* То есть, будет сразу два маркера в названиях? Не вызовет ли это непрекращающееся удивление участников и читателей [https://vk.com/video-32738251_456239682 vk] [https://www.youtube.com/watch?v=GMyVwOg3IdY yt]? :::::::: {| class="wikitable" ! Есть две редакции !! Будет |- | «Название (Автор)/ВЕ 1812 (ДО)», «Название (Автор)/ВЕ 1812 (СО)» || «Название (Автор)/$ВЕ 1812 (ДО)», «Название (Автор)/$ВЕ 1812 (СО)» |- | «Название (Автор)/1937 (СО)», «Название (Автор)/1960 (СО)» || «Название (Автор)/$1937», «Название (Автор)/$1960» |- | — || — |- | «Название (Автор)/ВЕ 1812 (ДО)», «Название (Автор)/ВЕ 1812 (СО)» || «Название (Автор)/Ред.: ВЕ 1812 (ДО)», «Название (Автор)/Ред.: ВЕ 1812 (СО)» |- | «Название (Автор)/1937 (СО)», «Название (Автор)/1960 (СО)» || «Название (Автор)/Ред.: 1937», «Название (Автор)/Ред.: 1960» |} :::::::: Выгода очень сомнительна. Вместо сокращения — привычный «СО» дополняется ещё одним сложновводимым маркером или заменяется на непонятный, с поломкой скриптов и шаблонов. Лишние символы для редакторов, непонятки у читателей. Короткий маркер («$», «*», англ. или рус. «р») непонятен и кринж, для личных черновиков; "Редакция: " — длинный. «Ред.:» — допустим, но вводить сложно… и название выглядит перегружено, хотя и понятней, как мне кажется…{{pb}}Маркер ДО полезен, убирать неконструктивно. По нему тексты попадают в [[:Категория:Дореформенная орфография]].<br> В области неоднозначностей находятся страницы без маркеров, которые могут быть: СО (по совет. изд.), ВТ (деятифицированные ДО; осоврем. послереформенные, вроде замены «'» на «ъ»; ёфицированные без маркера), копипаста с сайтов аналогичные ВТ, текст или страницы редакций ([[Ангел (Афанасьев)]], [[Ангел (Лермонтов)]])… Если ликвидировать маркер ДО, то и страницы из этого пространства добавятся к неоднозначностям. Без маркеров СО и ДО тексты не отличить от ВТ, придётся специально открывать и изучать страницы, напр.: [[Известная г-жа Радклиф.../ВЕ 1806 (ВТ)]], и др. в [[:К:Тексты редакций]].<br> Страницы будут загадками, не узнаешь, что увидишь при открытии; названия станиц Викитеки — это символьный идентификатор о контенте. Есть много текстов в ДО, например, [https://ru.wikisource.org/w/index.php?search=incategory:Критика+incategory:%22Дореформенная+орфография%22&title=Служебная:Поиск&profile=advanced&fulltext=1&ns0=1 в категории Критика], большинство которых никто не будет деятифицировать, маркер для них важен.<br> Маркеры орфографий вводились именно для разведения неоднозначностей в редакциях, как мини-пространства имён: [[Викитека:Форум/Архив/2014#Предложение по редакциям]], [[Викитека:Форум/Архив/2014#Новые редакции]]. Текущая схема понятная, простая и работает. Причин для удаления ДО и СО я не наблюдаю, может я не вижу, развернёте подробней? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:42, 26 июня 2026 (UTC) :::::::::В /р1937 ничего кринжового - кратко и без нагромождений, к тому же отсылает к [[W:Символ защиты авторских прав на фонограмму|символу ℗]]. Кстати, а возможно ли технически использовать последний для ВТ-названий (/℗1937) - уже как переосмысленный символ редакции-варианта? К примеру, [[Победители недр (Адамов)/℗1989]]? [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:52, 27 июня 2026 (UTC) :::::::::* «(Адамов)/p1937» выглядит как «р. 1937» с опечаткой/сокращением. Это год рождения Адамова или номер страницы «p. 1937» (от европейского ''[[w:en:Template:Cite book#csdoc page|page]]'')? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:46, 27 июня 2026 (UTC) :::::::::* ℗ — символ защиты авторских прав на фонограмму. Так и будет восприниматься людьми, видящими Викитеку из поисковика, как ссылки на адвокатский сайт или, мягко говоря, странный сайт с хернёй в заголовках. +Его без спец. знаний о вводе юникода не ввести, это добавление проблем участникам. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:05, 27 июня 2026 (UTC) :::::::::*:'''р''' без точки и слитно с годом совершенно не воспринимается как год рождения; да и на самом деле всё это дело привычки - всего за год все старые и новые пользователи Викитеки привыкли бы, как до этого к сокращениям ДО и СО (у кого-то ведь и СО может быть ассоциируется в первую очередь с "угарным газом" или "следственным отделом")) Про все эти сокращения названий периодики типа ВЕ, ОЗ, ЛГ и не говорю - их точно большинству не запомнить. А как раз к отдельному смыслу ℗ вполне быстро можно привыкнуть - с фонограммами и правами на них русская Викитека ни коим боком не соприкасается. И для облегчения ввода этого символа достаточно добавить его к стилевым обозначениям ВТ или может быть ввести автозамену к (p). Зато никаких нагромождений вроде ''ВЕ 1806 (ВТ)''. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:54, 28 июня 2026 (UTC) :::::::::Ответвление: глянул [[Известная г-жа Радклиф.../ВЕ 1806 (ВТ)|Известную г-жу Радклиф]]. Нашёл [https://rusneb.ru/catalog/000199_000009_013507374 источник в НЭБ]. В №15 (это страницы 162—243 файла) этого текста не нашёл. По стилю похоже на вырванный абзац из большего текста. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 10:40, 27 июня 2026 (UTC) ::::::::::Исправил. Это № 14, оказывается. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 11:15, 27 июня 2026 (UTC) ::::::::::*@[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]], как я уже как-то писал, недолюбливаю ВТ-индексацию, особенно когда она тупо и не по смыслу членит тексты. Вот и здесь очевидно нужна единая статья со всеми текстами из рубрики "[https://viewer.rusneb.ru/ru/000199_000009_013507374?page=116 Смесь]" в одном определённом номере "Вестника Европы", где "г-жа Радклиф..." всего лишь одна из главочек из множества ей подобных. Возможно индексацию стоит использовать лишь как нечто предварительное в процессе вычитки, а потом уже на её основе создавать полноценные ВТ-статьи, где есть ссылки на содержание соответствующих журнальных номеров. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 09:58, 28 июня 2026 (UTC) ::::::::::*:Это вопрос желания и интереса. На эту статейку я вышел случайно и не стал вычитывать остальное. Были бы интересующиеся оцифровкой (индексацией) имеющихся журналов — после создания страниц индекса вопрос, куда и в каком объёме включать, стал бы второстепенным (возможно, кроме страниц отдельных произведений создавались бы ещё и страницы целых номеров, например). ::::::::::*:Я лично, видя среднее качество материалов в журналах, не хочу ими заниматься систематически. Но иногда мне интересно бывает, например, распознать и вычитать первую публикацию какого-нибудь произведения, обычно небольшого и относительно известного. ::::::::::*:А собственно индексы я люблю за возможность сверить текст со сканом, то есть текст получается задокументированным. А то замечу опечатку в каком-нибудь тексте с lib.ru и не знаю, можно ли её исправить. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 13:40, 28 июня 2026 (UTC) ::::::::::*::Понимаю) Основная проблема Викитеки - это как раз невозможность систематического подхода: все участники, включая меня грешного, занимаются ей наскоком и только тем, что лично им интересно. А довести ВТ до ума в одиночку не хватит и десятка жизней) Даже, что касается викифицированных оглавлений периодики. Может ИИ поспособствует при серьёзном подходе, но это не моя тема. Продолжим по-маленьку ad libitum как есть) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 14:40, 28 июня 2026 (UTC) ::::::::::** > ''здесь очевидно нужна единая статья со всеми текстами из рубрики «Смесь»''<br> Не. Рубрика на одной странице не выкладывается. Эти заметки — отдельные произведения. Также как могут быть на одной полосе или в одной рубрике разные газетные заметки с отдельными заголовками или без оных. Или в одной рубрике могут публиковаться части отдельных больших художественных произведений. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:40, 29 июня 2026 (UTC) ::::::::::**:Опять же налицо разный подход к пополнению контента. Большинство участников, похоже, не заморачивается и при обращении к периодике (в качестве ВТ-источника) готово добавлять первые встречные, зачастую в 2-3 предложения длиной; или безымянные заметки из целого ряда аналогичных, при этом для ВТ-названия используя первые несколько слов из текста (однако, что давно принято в поэзии без заголовков, вряд ли применимо к заметкам в периодике). Я же сторонник более системного подхода: мелкие заметки, как новостные, так и развлекательного (та же "Смесь", "Всячина" или даже "Пестрый мир" в "Вокруг света" и БИНТИ в "Науке и жизни", а тем более общеполезного (полезные советы, рецепты и пр.) толка, а тем более безымянные, целесообразнее размещать вместе, строго по порядку и под одной рубрикой, как это и было предусмотрено редактором в конкретном номере журнала или газеты. Это поможет сохранить общий контекст или даже перекличку смыслов. Во избежание случайностного подхода, призываю больше уделять внимание статьям о содержаниях журналов и газет, доступных в сети. Это обеспечит системной работой поколения будущих ВТ-редакторов))) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 09:10, 30 июня 2026 (UTC) ::::::::* Нейросетки рекомендуют «ред. » — с маленькой буквы: «Название (Автор)/ред. ВЕ 1812 (СО)». Так не будет сложностей с необходимостью зажимать shift несколько раз при вводе «Ред.: ». [https://chat.deepseek.com/share/7t5yi5c84a8mzi8z4n Deepseek], [https://chat.qwen.ai/s/t_ac4a64e8-4434-4f56-9978-e8fad4450eef?fev=0.2.67 Qwen].<br> Ещё предложили варианты с квадр. скобками («Название (Автор)/[ред] ВЕ 1812 (ДО)»), и одиночными символами («Название (Автор)/-ВЕ 1812 (СО)», «Название (Автор)/@ВЕ 1812 (СО)»), но они сомнительны, кмк. Одиночные символы могут нести чуждый контекст: $ — деньги, * — списки/сноски, ` — код, @ — ссылка на человека, и т. д.). [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:58, 27 июня 2026 (UTC) ::::::::*:Если сообществу так важна поддержка [[:Категория:Дореформенная орфография]] (никогда не понимал зачем, но пусть), то можно было бы отказаться хотя бы от маркера (СО), как орфографии по умолчанию. Т.е. обозначаться будет «/ред. 1812 (ДО)», «/ред. 1812 (ВТ)», но «/ред. 1937». Кстати, [[:Категория:Современная орфография]] также отсутствует. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 11:54, 28 июня 2026 (UTC) ::::::::::: {| class="wikitable" ! Есть !! Будет |- | [[Название (Автор)/ВЕ 1812 (ДО)]] <br>[[Название (Автор)/ВЕ 1812 (ВТ)]] <br>[[Название (Автор)/1937 (СО)]] <br>[[Название (Автор)/1960 (СО)]] <br>[[Название (Автор)/1960 (ВТ)]] | [[Название (Автор)/ред. ВЕ 1812 (ДО)]] <br>[[Название (Автор)/ред. ВЕ 1812 (ВТ)]] <br>[[Название (Автор)/ред. 1937]] <br>[[Название (Автор)/ред. 1960]] <br>[[Название (Автор)/ред. 1960 (ВТ)]] |} ::::::::::: Ну возможно… если сообщество поддержит. Вместо сокращения — удлинение. Единственно плюс, кмк: маркер редакций чуть более понятен (аналог англ. «ed.» ← edition). [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:26, 29 июня 2026 (UTC) ::::::::::::Меня в целом устраивает. Вот только надо ли теперь прописывать ещё и аббревиатуру журнала, если указываемый год и так ясно сигнализирует о времени выхода использованного источника? А я бы ВЕ и пр. оставил для других целей: для редакционных статей, в первую очередь. И опять же для "Смесей" и пр. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 21:53, 29 июня 2026 (UTC) :::::::::::::Аббревиатуры журналов порой смотрятся своеобразно. В частности, у «Живописного обозрения» — ЖО. Извините за некоторый офф-топик. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 22:37, 29 июня 2026 (UTC) ::::::::::::* Необходимая техн. метка на 2-м уровне заголовка — это маркер орфографии и, в этом предложении, «ред.».<br> Остальное — опознавательная метка, которая может быть любой, обычно там издание, изд-во и/или год. Её часто сокращают, вроде «ВЕ». [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:09, 29 июня 2026 (UTC) ::::::::::::Предлагаю рассмотреть ещё один вариант метки ('''ред.''' все-таки длинновата, тем более с пробелом, да к тому же применяется при авторских редакциях книг - 2-я ред., 3-я ред. доп. и т. п.) - а что, если использовать латинскую букву '''v.''' (от version): v.1937, v.1989? Она в основном для версий программного продукта сейчас используется (v.2, v.3 ...), а мы для своих целей будем) И иностранцам, думаю, понятно будет [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:38, 30 июня 2026 (UTC) :::::::::::::Для '''v.''' придётся в латинскую раскладку переключаться. Неудобно это. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 13:58, 30 июня 2026 (UTC) ::::::::::::* Не, у нас тексты для русскоязычных. Англ. будет плохо смотреться посреди рус., помним что народ смотрит из Google и Яндекс. Для старшего поколения, которое заинтересуется литературой эпох что у нас, англ. сокращения не понятны. +Мозг считает что раз англ. буква, значит и другое рядом англ. в: "/v. BE 1896”.<br> Иностранцев у нас нет. Пусть сами сначала посреди своих англ., фр., нем., польск. библиограф. описаний и названий страниц рус. сокращения вставят. Предложите им. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:54, 30 июня 2026 (UTC) ::::::::::* Без маркера ДО не развести названия [[Название (Автор)/ДО]] и [[Название (Автор)]]. Придётся полностью отказаться от схемы «/ДО», которая простая и удобная для простых случаев. При этом поломаются скрипты определения редакций: выпадающее меню редакций в {{t|отексте}}, шаблоны {{t|2О}}, {{t|ЕДО}} и шаблоны на нём: {{t|Е}}, {{t|Ъ}} и др. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:28, 29 июня 2026 (UTC) ::::::::::*:Странное утверждение. Указанная схема «/ДО» в ВТ существует испокон веков, от нее планировали отказаться в связи с введением новой схемы надцать лет назад, но это так и не произошло — и почему должно произойти теперь, когда предлагается даже не новая схема, а только модификация предыдущей? Но вы правы в одном: любая попытка ввести новую схему именования редакций приведет не к упрощению механизма редакций, а только к дальнейшему умножению сущностей и нарастанию энтропии, чего следует всячески избегать. Поэтому, при всем моем отрицательном отношении к существующим схемам, я отзываю свою поддержку любых предложений по ее изменению — если только не будет предложена '''единая '''простая универсальная схема '''взамен '''всех существующих (что представляется нереальным ввиду господствующих настроений в сообществе). Оставить все как есть. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 21:49, 30 июня 2026 (UTC) ::::::::::*:* Ну вы писали предложения об отказе от ДО…{{pb}}С маркерами ничего не сделать. Названия страниц — это их уникальные словесные идентификаторы для [[w:URL|URL]]. Уникальность названия требует при конфликте идентичных названий у редакций разводить это добавлением каких-то символов. Это и делают наши унифицированные маркеры. Без них никак, это '''необходимо'''. Вряд ли к техн.ограничению применимы слова «''господствующие настроения в сообществе''».{{pb}}На других сайтах, например http://az.lib.ru/k/kuzmin_m_a/text_0340oldorfo.shtml (кстати тоже указывают oldorfo = ДО), https://flibusta.is/b/876520 - идентификатор не отображается как заголовок вверху страниц, может быть любым набором символов. Нет ограничения по уникальности названия, поэтому нет конфликта идентичных названий у редакций.{{pb}}Только наш сайт и az.lib.ru выкладывает вычитанные тексты в ДО, не могу вспомнить других, встречалась парочка, но с минимумом текстов.<br> На az.lib.ru есть маркеры орфографии у текстов в виде значка «ѣ», [http://az.lib.ru/e/engelxgardt_anna_nikolaewna/ например], там другие движки сайтов, флаг орфографии хранится в базе данных, в ссылке его держать не нужно, в отличие от здешнего вики-движка. Такой же значок есть у нас, [[Буря (Шекспир)|например]], работает он по маркеру в названии, иначе никак.<br> Если убрать маркер ДО поломается этот и другие функционалы по редакциями, возникнет семантическая путаница о том какой текст по ссылке (сейчас без маркеров: тексты ВТ, СО, страницы редакций). Если ещё убрать и СО, будет совсем непонятно ([[#c-Vladis13-20260626234200-Lozman-20260626130600|см. выше]]).{{pb}}Маркер СО используется только при наличии других редакций. Поэтому нет проблемы с его избыточностью (при этом гораздо больше маркеров ДО и ВТ, но на них никто не жаловался).<br> Делать варианты ВТ и СО из-за единичных слов «итти» или апострофов вместо «ъ» мне кажется гораздо более излишним, чем делать деятифицированные тексты, о ненужности которых вы где-то писали, если не ошибаюсь. На сторонних сайтах эти апострофы повсеместно, и вроде у нас (мало у каких текстов есть сканы, — с оригиналами не сверить), просто молча заменяют на «ъ», без добавления маркеров и комментариев, не встречал ни одной жалобы об этом. Если какие-то издательства решит использовать тексты от нас с апострофами и «итти», то заменят их на совр.буквы за пару минут операций «Поиск и замена», не проблема. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:02, 1 июля 2026 (UTC) ::::::::::*:* Альтернатива маркеру ДО, но тоже не вариант: Определять орф. текстов по каждой ссылке, ища его в [[:Категория:Дореформенная орфография]] или в Викиданных. Это слишком ресурсозатратно. Никто их в те категории и Викиданные не будет добавлять и удалять, учитывая лишний ручной труд, хаос и энтропию. К тому же, в Викиданных это потребует создавать элемент для каждого текста, причем для каждой редакции. В ДО имеется десятки тысяч страниц; причем будут проблемы со ссылками на подстраницы, которые тоже в ДО, но элемента Викиданных и категории скорее всего не будет. Это и разведение хаоса в Викитеке, ввиду оставления маркеров СО и ВТ в названиях. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:10, 1 июля 2026 (UTC) ::::::::::*:*:Для определения орфографии текста лучше всего завести специальный параметр в шаблон {{tl|отексте}} (там этих параметров уже миллион, одним больше, одним меньше). К тому же, такой способ позволит указывать любое число вариантов, насколько хватит фантазии. А в названиях редакций использовать единый универсальный маркер. При этом даже от /ДО можно будет запросто отказаться, если это '''единственная '''редакция. Если страницы используют {{tl|ВАР}}, {{tl|ЕДО}} и прочие шаблоны, завязанные на эту схему именования, им нужен маркер ВТ, который останется (а вместо ДО будет отсутствие маркера). Поэтому я и не вижу необходимости в маркерах орфографии. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 00:28, 5 июля 2026 (UTC) ::::::* {{outdent|7}} Основная масса текстов — в совр.орфографии, ВТ или СО там — неизвестно и узнать невозможно, поскольку тексты добавляются со сторонних сайтов, и невозможно сверить по сканами. Если считать тексты без маркеров — ДО, а всем остальным поставить маркер ВТ — то маркеров будет больше, чем сейчас, что сводит к абсурду смысл этой темы по уменьшения числа страниц с маркерами. (И с чего бы ставить им маркер ВТ — редакции Викитеки, если они внесены со стороннего сайта, без редактирования участниками. Значит не ВТ, но и не СО, поскольку не сверить со сканами.)<br> Парсить текст страниц для параметра шаблонов «отексте» сложно и ресурсозатратно.<br> По моему мнению, лучше оставить явный маркер в названии — это очевидно и элементарно обрабатывать. Число текстов ДО невелико и ограничено по эпохе. Тогда как в современной — потенциально неограничено увеличивается.{{pb}}Про ресурсозатратность:<br> Запрос текста каждой страницы из списков — редакции, переводы, страницы автора и др., — это запросы мегабайтов данных, нагрузка на CPU серверов при парсинге, + при запросе данных каждой страницы грузятся метаданные из разных таблиц базы данных. Методы запроса данных о страницах помечены красным как ресурсозатратные в документациях. Поскольку, ежесекундно по сайту лазают посетители и боты, запросы идут постоянно, — ресурсозатратность раздела руВикитеки многократно увеличится. <br> (Подобное можно увидеть, если в вики-поисковике использовать поиск по вики-коду с регэкспами. Поиск просто прерывается ограниченной выдачей, из-за лимита на ресурсозатратность, [https://ru.wikisource.org/w/index.php?search=insource:/\{\{%5BОо%5D+%3Fтексте.%2B%3F|ПАРАМЕТР+*%3D+*А\s%5B|}%5D/&title=Служебная:Поиск&profile=advanced&fulltext=1&ns0=1 пример]. Но при обсуждаемом функционале такой лимит локально не ограничить, — Викитека будет отваливаться у части пользователей.<br> <small>Кстати, парсить регэкспами шаблоны бесполезное дело, - невозможно найти конец шаблона по символам "}}", поскольку в нем могут быть вложенные шаблоны с этими символами. Можно не привязываться к шаблону «отексте», не парсить, а искать только строго определенное название параметра, но это тоже ресурсозатратно</small>.)<br> Это может вызвать техн. ограничения и поломку функционала админами Викимедиа. Мне приходилось переписываться с админом по претензии к ресурсозатратности одного моего бота при его отладке. Хотелось бы избежать этого, поскольку переезд на такой функционал потребует отказа от текущего, а «фарш невозможно провернуть назад». [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 06:27, 5 июля 2026 (UTC) ::::::*:> ''Парсить текст страниц для параметра шаблонов «отексте» сложно и ресурсозатратно.''<br>А я разве предлагаю это делать? Суть моего предложения именно в том, чтобы отказаться от парсинга вообще, а маркер, который сейчас добывается парсингом названия страницы, передавать явным образом в шаблон Отексте (например, через параметр ОРФОГРАФИЯ = ДО). Для работы шаблонов ВАР и ЕДО маркеры ВТ и ВТ:Ё можно оставить. ::::::*:> ''Если считать тексты без маркеров — ДО, а всем остальным поставить маркер ВТ''<br>Нет. Маркер ВТ используется только если у нас есть текст ДО, из которого этот текст преобразован. Если такого текста-источника нет, преобразованный текст условно причисляется к СО и маркера не имеет. Если же источник будет найден — переименовывается в ВТ — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 19:44, 6 июля 2026 (UTC) ::::::*:* > ''Суть … отказаться от парсинга вообще, а маркер, который сейчас добывается парсингом названия страницы, передавать явным образом в шаблон Отексте''<br> Шаблон ВАР и ЕДО вызываются с этой же страницы, им можно передавать значения нового параметра.{{pb}}Но, выпадающее меню редакций в {{t|отексте}}, шаблоны {{t|2О}}, маркер орфографии у текстов в виде значка «ѣ» ([[Буря (Шекспир)|пример]]) работают по спискам страниц. Для них понадобится в код на Lua и JavaScript добавить запрос текста + метаданных страницы ([[mw:Extension:Scribunto/Lua reference manual/ru#Объекты Title|метод Lua]], [https://ru.wikisource.org/w/api.php?action=parse&format=json&page=Запечатленный%20труд.%20Том%201%20(Фигнер)&redirects=1&prop=wikitext&formatversion=2 запрос к API]), для каждой страницы в списке. Т. е.: меню редакций на странице будет получать параметр шаблона орфографии (распарсеный движком), анализировать pagename и делать запросы методом title.exists (относится к затратным), загружать контент страницы редакций, парсить в нём названия страниц, затем делать n запросов по числу страниц, для каждой запуская title.isRedirect (относится к затратным) в цикле, на случай что перенаправлений несколько, затем получать текст страницы, затем парсить его на наличие текстового параметра (тексты бывают мегабайтные, можно ограничить зону поиска началом страницы).<br> Шаблоны {{t|2О}} (понадобится переписать его на Lua) в списках будут делать запросы только для указанной в шаблоне страницы, но их может быть на странице много.<br> Маркировка орфографии значком «ѣ» будет делать тоже, на JavaScript. Списки бывают большими: [[Автор:Константин Дмитриевич Бальмонт|тык]], [[Автор:Николай Александрович Ивлеев|тык]], [[Постановления Правительства РФ|тык]]. Это видится наиболее ресурсозатратным скриптом.{{pb}}По юзабилити и концепту это увеличение садо-мазо для участников. — Мне как проверяющему будет крайне не удобно, проверять каждую страницу (и 100500 подстраниц, вроде [[Анна Каренина (Толстой)/Часть III/Глава XIII/ДО]]) — включили ли там на каждой параметр ОРФОГРАФИЯ = ДО. А потом исправлять ошибки, мне это не нужно, а поскольку других проверяющих де-факто нет, то… да прибудет с вами хаос. Как думаю не понравится и участникам, которые и так вводят слишком много. И постоянно забывают что-нибудь, вроде лицензию поставить, указать ссылку на страницу (на странице автора, на странице переводчика, на странице списка переводов и/или редакций, в Википедии, в Викиданных), продублировать год трижды (в ДАТАПУБЛИКАЦИИ, ИСТОЧНИК, категории, + в Викиданных, в ссылках на страницу на нескольких страницах), название (в названии, шапке, вверху страницы, +в Викиданных, в ссылках на страницу на нескольких страницах), ФИО автора (в названии, шапке, категории, подписи в тексте, +в Викиданных)… причём делая каждое действие в разных форматах… и для каждой подстраницы… 😤 [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 01:14, 7 июля 2026 (UTC) ::::::*:* > ''Маркер ВТ используется только если у нас есть текст ДО, из которого этот текст преобразован. Если такого текста-источника нет, преобразованный текст условно причисляется к СО и маркера не имеет. Если же источник будет найден — переименовывается в ВТ''<br> Слишком сложные ребусы… Если нет маркера — то это или ДО или не ДО. Основными страницами будут версии ДО без маркеров, а все остальные ВТ/СО — с маркерами? Т. е., версия ДО без маркеров «Название (Автор)» и «Название (автор)/совет. переиздание (СО)»?.. Вроде тема по вопросу отказа от маркера СО, а оно вона как…<br> И читателей оттолкнёт. ДО читают чуть больше чем никто, по нужде. Основной страницей должна быть СО/ВТ, по моему мнению. Если при клике по ссылке без маркера автор будет получать ДО, он просто уйдёт, а не будет выискивать в интерфейсе есть ли тут СО.<br> Кстати, все статьи энциклопедий подключены к Викиданным не в оригинальных ДО-редакциях, а в СО: [[d:Q24326914|ЭСБЕ]], [[d:Q25368872|ВЭ]], [[d:Q25866720|РБС]], [[d:Q87019231|ЭСГ]], [[d:Q43371706|ПБЭ]], кроме энциклопедий без ДО-версий. Аналогично ссылки из Википедии на статьи и произведения. При возможном переименовании страниц, с подменой их на редакции ДО, будет очень много недовольных с [[w:Когнитивный диссонанс|когнитивным диссонансом]]…<br> Помните случаи, когда один из главных админов Википедии на то время [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=Послание_к_М._Н._Лонгинову_о_дарвинисме_(А._К._Толстой)&diff=next&oldid=3846489 утверждал] что ДО — это церк.-славянский язык и в нём не было «ё»; а ещё один [[Викитека:К удалению/Архив/2016#c-Hrum-Hrum-2016-08-01T19:19:00.000Z-Schekinov Alexey Victorovich-2016-08-01T14:28:00.000Z|заявлял]], что это «старорусский ъ-язык». 🤭 А это, наверно 10 % зашедших из Википедии, где участники с интеллектом выше среднего… [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 01:14, 7 июля 2026 (UTC) ::::::Значит надо - хотя понимаю, что это лишний гемор для программеров ВТ - ввести третий маркер: '''УО''' (''устаревшая орфография'') именно для текстов из источников 1918-1956 гг. Весьма вероятно, что большинство текстов из того же Мошкова, ставших огромной базой для СО (особенно что касается классики, как дореволюционной, так и 1920-30 гг.) в качестве источников использовали более доступные переиздания 1956+, поэтому их это не коснётся. Что касается текстов, подпадающих под '''УО''', их пока сравнительно немного: материалы из газет-журналов 1918-1956 вкупе с книжным антиквариатом тех лет занимают в ВТ очень малый процент. Поборники же ёфикации всегда смогут воспользоваться имеющимися наработками за тот период. К примеру, я постепенно выкладываю творчество [[Лебедев-Кумач|Лебедева-Кумача]] (ум. 1949 году), черпая из прижизненных источников. Библиотека Мошкова почему-то не сочла нужным выложить хотя бы одно из его стихотворений и поэтому варианты 1956+ кому-то придётся искать самому) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 19:34, 25 июня 2026 (UTC) ::::::* Маркер «УО (''устаревшая орфография'') … из источников 1918—1956 гг.» — это оценочное суждение. Во-первых, у текстов тех лет орфография идентична современной (некоторые издания [[w:Реформа русской орфографии 1918 года#Практическая реализация|после реформы]] использовали «'» вместо «ъ», но это недолго и несущественно). Во-вторых, Викитека — библиотека, а не место судить какое произведение хуже или лучше. ([[Викитека:Форум/Архив/2020#О страницах редакций и связности]]) ''«Например, историков учат работать только с исходным текстом, а не с отредактированным, компилированным, пересказанным и так далее.»'' (c) уч. VadimVMog. По [[Викитека:Форум/Архив/2020#c-Lozman-2020-08-09T14:57:00.000Z-VadimVMog-2020-08-08T09:12:00.000Z|мнению]] уч. Lozman, у аутентичных текстов в ДО приоритета возможно больше чем у СО. В тоже время, схема именования с суффиксом «/ДО» даёт приоритет современной орфографии, показывая её без суффиксов, а шаблон {{t|2О}} для неё делает ссылку на ДО вторичной.<br> Кроме оценочного суждения этот суффикс ничем не лучше имеющегося «СО». [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 21:46, 25 июня 2026 (UTC) ::::::*:Во-первых, апостроф вместо твердого знака употреблялся практически 20 лет и был отменён лишь к 1938 году. Во-вторых, орфография не была идентична - в тот период существовало немало атавизмов правописания, отказ от которых шёл постепенно, в несколько этапов. Самые известные - это "итти" вместо "идти" и "чорт" вместо "чёрт", просуществовавшие вплоть до 1956 года. Рекомендую почитать [[w:Орфография русского языка до 1956 года|вики-статью]] на данную тему. В-третьих, маркер '''УО''' даст знать, что читатель столкнётся с непривычной орфографией и уже дело заинтересованных ВТ-редакторов, при отсутствии СО-вариантов, создавать те дополнительно. В-четвертых, "историкам" как раз в случае с УО предоставляется исходный текст, а не переделанный с точки зрения редакторов переизданий 1960-80-х. К слову, я не раз сталкивался, когда авторский смысл произведений XIX века, непереиздававшихся первые 40-50 лет лет после Октябрьской революции, после переработки оригинального текста советскими редакторами заметно искажался. И последнее. Какое отношение "про судить какое произведение хуже или лучше" имеет ко мне - не пойму. Я как раз за то, чтобы разместить в ВТ всё изданное за последние 400-500 лет с оговорками лишь на законодательство об авторских правах) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 23:05, 25 июня 2026 (UTC) ::::::*:* Я редко встречал «итти» и «чорт» в СО. Как я выше писал, у текстов тех лет орфография идентична современной, за редким исключением с единичными словами. Абсурдно помечать всю основную массу с современной орфографией как «устаревшая орфография».<br> Современные издания — тоже «устаревшая орфография». Например, [[Удольфские тайны (Радклиф; Гей)/Том 2|тут]] в издании 1993 года есть слово «кофем» («кофе» несклоняется). Что-то пишут о проекте поправок в правописание: [https://school-bit.ru/novosti/tpost/eo7tpp9eb1-reforma-russkogo-yazika-poslednie-novost] [https://gramota.ru/journal/novosti-i-sobytiya/akademos-zafiksiroval-novye-normy-napisaniya-populyarnykh-slov]. Примут ещё что-то через год, пяток лет, язык сущность постоянно меняющаяся… соответственно, будем все страницы переименовывать в «УО», ага… [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 04:15, 26 июня 2026 (UTC) ::::::*:*:Судя по всему, вы мало сталкивались с изданиями до 1956 года - если и читали созданное тогда, то сугубо в позднейших переизданиях, после 1960-го года. Что и немудрено: сканы периодики тех лет сравнительно недавно стали выкладывать массово, а непереиздававшаяся после советская литература 1920-1940 не так много кого интересует) я же её коллекционировать начал ещё в конце 1980-х, когда наша областная библиотека вдруг вздумала массово избавляться от книг означенного периода. Тогда же увлёкся литературой "культа личности", вручную выписывая стихотворения из газет) Что касается "кофем", так это наверняка всего лишь передача просторечной речи в диалоге) И как раз за последние 70 лет ничего в орфографии не поменялось - только в орфоэпии и в словоупотреблении (уходили устаревшие слова, появлялись новые). [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:35, 26 июня 2026 (UTC) ::::::*:*::См. выше мое предложение о возможном отказе от маркировки орфографий в названиях редакций. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 13:08, 26 июня 2026 (UTC) :::::::я бы настойчиво рекомендовал пересмотреть выбранный маркер, так как УО - устоявшееся сокращение для умственной отсталости. ПО (пореформенная орфография) - тоже не праздник, так как загораживается программным обеспечением, но всё же чуть благозвучней.<br>что же касаемо вопроса "а стоит ли вообще?" - однозначно стоит. адок орфографии до [[:w:Орфография русского языка до 1956 года|1956 года]] совсем не ограничивается чортом и апострофами вместо твёрдых знаков, - разнобой творится даже в двух изданиях одного и того же года и издательства, как видно на примере двенадцати стульев, и оставлять такие тексты без дополнительных разъяснений о том, что до 1956 и после 1956 - это две совершенно разные песни, приходилось с нелёгким чувством.<br>NB: и если дело всё-таки дойдёт до закапывания в код, было бы крайне желательно, чтоб адреса вида /ВТ начали бы автоподтягиваться в "другие версии" без лишних скобочек и мусора перед "ВТ", - так же, как сейчас подтягиваются /ДО.--[[Участник:TheyStoleMyNick|TheyStoleMyNick]] ([[Обсуждение участника:TheyStoleMyNick|обсуждение]]) 13:14, 1 июля 2026 (UTC) ::::::::То, что вы называете «мусором», как раз и есть обозначения редакций. А для меня мусор — это именно орфографические маркеры (ДО/СО/УО/ВТ/ВТ:Ё, когда-то предлагался еще и ВТ:У — с ударениями). Так что «мы разные». Я считаю уже существующий зверинец орфографических вариантов переизбыточным и категорически против его дальнейшего расширения. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 14:19, 1 июля 2026 (UTC) :::::::::{{gap}}я не считаю, что адрес страницы - именно то место, которое стоит загружать информацией о версиях текста свыше минимума, необходимого для различения имеющихся версий, - для детализации есть шаблон {{tl|отексте}}. поэтому обозначение редакции и является для меня "мусорным" в случаях, когда у нас есть пара ДО/ВТ и никаких других изданий на горизонте не предвидится.<br>{{gap}}конкретно ВТ же для меня это даже не орфографическая метка, а скорее caveat emptor - предупреждение, что текст бесплатно переводился в современную орфографию некоторым васей с невнятной квалификацией, и относиться к таким переложениям, включая и выполненные мною, стоит с осторожностью. (ВТ:Ё - вообще воплощение человеческой самонадеянности).<br>{{gap}}СО (хотя и абсолютно избыточный маркер) показывает, что источник - печатное издание, а значит васе за это уже платили деньги, а следовательно есть надежда и на какую-никакую подготовку, на корректуру, а чего доброго и на научную редактуру, в общем лучиков надежды в этом случае на порядок больше.<br>{{gap}}по большому счёту введение нового маркера в адрес и не нужно, достаточно новой переменной в {{tl|отексте}}, активирующей шаблон со ссылкой на вики и предупреждением о том, что трюки выполнены профессионалами и повторять эти апострофы на экзамене по русскому не стоит. --[[Участник:TheyStoleMyNick|TheyStoleMyNick]] ([[Обсуждение участника:TheyStoleMyNick|обсуждение]]) 15:24, 1 июля 2026 (UTC) ::::::::::Возвращаясь к нашим баранам, как бы Вы тогда разделили издания 1937 и 1989 года? Я уже согласен на /ред.1937 и /ред.1989 (то есть без пробела), коль уж никто не хочет предложенные мной /УО, /р1937, /℗1937. Как я понял, лично вас не надо убеждать, что издания 1918-1956 это большой и разнообразный пласт, игнорировать который нельзя. И не только из-за орфографических особенностей. Как видно на примере с "Победителями недр", в переизданиях 1960+ (которые служат главным источником для СО-редакций) массово удаляли свидетельства "культа личности", равно как на протяжении 60 лет в СССР избавлялись от любых упоминаний о Троцком в положительном ключе. Так, например, из книги очерков «[[Фронт (Рейснер)|Фронт]]» Ларисы Рейснер (1924) в позднейших изданиях удалили целую [[Фронт (Рейснер)/Свияжск|главу/часть]] и много чего ещё по мелочи. И теперь эти лакуны кочуют из одного современного издания в другое, потому что те почему-то перепечатывают цензурированные версии 1960+. И если кому-то вздумается разместить здесь СО-версию, она опять же будет сильно отличаться от оригинала 1924 года и не только орфографией. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:29, 2 июля 2026 (UTC) :::::::::::{{indent|2}}для меня в этом вопросе высший приоритет - автосоздание исчерпывающего меню "других версий" просто по факту существования страницы, без какой-либо ручной работы. к хорошему слишком быстро и надёжно привыкаешь. но само существование маркера (СО) в ситуации, когда любой текст без орфографического тэга и так по умолчанию СО (оставляем сейчас в стороне момент с до/после 1956), - это очевидный костыль, неизящный кодинг, и по-хорошему эта тавтология должна быть исправлена.<br>{{indent|2}}поэтому мой идеальный вариант это адреса ../1937, ../1989, или ../ПСС 1989 (для различения изданий одного года), которые машина бы подтягивала в "другие версии" просто по признаку четырёх цифр подряд. (это возможно, конечно, только в ситуации, когда есть механизм запрета на создание меню других версий, который ботом можно было бы раскидать по страницам периодики). если это по каким-либо причинам не реализуемо, я согласен на скобочки: ../(1989) - этот вариант идеален уже чуть менее, но всё ещё. (квадратные скобки выглядели бы солидней, но потомки не скажут спасибо за принуждение к переключению раскладки). (СО) же после этого тихонечко без штурмовщины выводится из обихода. на ДО всё-таки слишком много держится, чтоб заменять его датой издания, а о предостерегающей функции ВТ я писал выше.<br>{{indent|2}}насчёт "орфография тех лет идентична современной" я в корне не согласен. то, что масштаб и количество изменений меркнут на фоне реформы 1918, не значит, что ими можно пренебречь. какой-нибудь внезапный никкель или галлерея будут попадаться регулярно и систематически, и для человека с неустоявшимся орфографическим понятием читать это всё равно что попить из свинцового водопровода. да, этих различий недостаточно для введения нового тэга или нагромождения версий ВТ, но предупреждающий шаблон должен быть на каждой такой странице просто из соображений человеколюбия.--[[Участник:TheyStoleMyNick|TheyStoleMyNick]] ([[Обсуждение участника:TheyStoleMyNick|обсуждение]]) 16:41, 2 июля 2026 (UTC) ::::::::::::Просто '''/год''' - тоже хорошо!) Сейчас такая формулировка используется для годовых "подшивок" периодики и ничто не мешает использовать её также и для авторских произведений: ''Название (Автор)/Год источника''. Да, бывали совпадения, когда в один год выходили и журнальное, и первое книжное издание (например, в случае с романом Александра Грина "Золотая цепь", который в 1925 году был опубликован в №№8-11 "Нового мира" и параллельно выпущен издательством "Пролетарий"). Может для таких случаев не мудрить с бесчисленными сокращениями типа ВЕ, ВС, РВ и пр., а предусмотреть единые маркеры: 1925Ж (журнальный) и 1925К (книжный)? А слитно ли, через дефис, большой или маленькой буквой - это уже мелочи. К тому же шансов, что кто-то раздобудет для размещения в ВТ оба варианта одного года не так уж много)) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 19:59, 2 июля 2026 (UTC) :::::::::::::Этот способ имеет ограниченную пригодность т.к. 1) возможны две и более публикации за один год; 2) возможны публикации с неизвестным годом; 3) название подстраницы из 4 цифр — не обязательно год (а если год, не обязательно публикации). Следует избегать решений, которые сами создают проблему. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 23:54, 4 июля 2026 (UTC) ::::::::::::::@[[Участник:Lozman|Lozman]], теоретически всё возможно, но с разной вероятностью. Когда возникнет та или иная проблема, тогда и нужно будет выдумывать способы решения в применении к заголовкам ВТ-статей. Конкретней надо быть. В настоящее время мне нужно позарез разделить версии 1937 и 1989, и целесообразней, считаю, будет сделать '''/1937''' и '''/1989'''. Поломки никакой не будет. На очереди статья [[Лев Давидович Троцкий (Луначарский)]]: сейчас она импортирована из az.lib, где даже не указан источник да и год публикации дан неправильно. К счастью, без особых проблем статья нашлась в сборнике 1991 года, доступном в [https://viewer.rusneb.ru/ru/000200_000018_rc_118128?page=346 НЭБ], благодаря которому и первоисточник - авторская книга 1919 года - нашёлся (тоже есть в [https://viewer.rusneb.ru/ru/000200_000018_RU_NLR_A1SV_80407?page=1 НЭБ]), где к тому же ряд других аналогичных работ Луначарского плюс его же предисловие. И всё это под общим заголовком «[[Великий переворот (Луначарский)]]». Кому надо пусть берёт СО-тексты из издания 1991 года, а я предпочту работать с оригиналами. «[[Великий переворот (Луначарский)]]» использовать для оглавления с ссылками на обе версии: [[Лев Давидович Троцкий (Луначарский)/1919]] и [[Лев Давидович Троцкий (Луначарский)/1991]], и т.д. Путаницы быть не должно. Что касается неизвестного года издания, всегда есть ориентировочный, который в библиографиях указывается в квадратных скобках. В нашем случае неясную цифру можно заменить X-ом. Если объявятся одинаковые произведения, допустим, выпущенные в один год разными книжными изданиями, всегда можно рассмотреть варианты их названий на форуме. Хотя вероятность этого не высока да и отличий между ними будут слишком микроскопическими, чтобы возникла хоть какая-то нужда размещать оба варианта одного года. Преимущество - самому первому. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 09:33, 6 июля 2026 (UTC) :::::::::::::::Я в технических вопросах не очень разбираюсь, но по этому обсуждению мне кажется, что проще будет вручную заполнять в соответствующих текстах, как бы они ни назывались/отличались, поле ДРУГИЕРЕДАКЦИИ, нет? Если версий больше двух — создавать страницу версий. Да, это бывает муторно, по себе знаю. Конечно, хотелось бы, чтобы другие редакции подтягивались автоматически при условии правильного именования, как в случае ''Название (Автор)'' и ''Название (Автор)/ДО'' или же ''Корневая/ДО/Подстраница'' и ''Корневая/ВТ:Ё/Подстраница'' (как я понимаю, второй вариант считается предпочтительным). :::::::::::::::А можно ли предусмотреть такой компромиссный вариант: уже есть дискриминатор ДО, когда первоисточник в дореформенной орфографии, ВТ и ВТ:Ё на подстранице первого уровня (сразу под корневой) для переведённых в СО участниками; причём я не уверен, используется ли дискриминатор СО в названиях страниц. Так вот: для текстов в послереформенной орфографии, вычитанных по сканам, можно ввести свой дискриминатор, говорящий, что они вычитаны по источнику (например, ИСТ, ИСХ, ПИ, т.е. «по источнику» и тому подобное); и добавить функционал, что после этого дискриминатора и после ДО или ВТ через двоеточие без пробела можно добавлять произвольную строку ограниченой длины (можно и нулевой — для совместимости с существующими правилами), к примеру, /ДО:1789/ или /ДО:1811/; или даже какой-нибудь ''/ДО:ВЕ1811/'' или ''/ДО:1861а/'', ''/ДО:1861б/'' и проч. на случай разных изданий в том же году (так же для спорной орфографии — ''Лев Давидович Троцкий (Луначарский)/ПИ:1919'' и ''Лев Давидович Троцкий (Луначарский)/ПИ:1919а'', ''Лев Давидович Троцкий (Луначарский)/ВТ:Ё:1919'', если кому-нибудь захочется так сделать). Так хотя бы версии в страницах основного пространства будут проставляться «сами собой». Правда, шаблон {{ш|ВАР}} не поддерживает таких разновидностей послереформенной орфографии, но те, кто умеет, могут разработать шаблон и для этой цели, если сочтут нужным. :::::::::::::::Или я чего-то упускаю? И повторю, не представляю, насколько это трудозатратно и «серверозатратно». [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 15:30, 6 июля 2026 (UTC) ::::::::::* {{outdent|4}} В чём преимущества перед существующей схемой? Чем «/ДО:ВЕ1811/», «/ДО:1861а/», «Лев Давидович Троцкий (Луначарский)/ПИ:1919а» лучше чем «/Вестник Европы 1811 (ДО)/», «/Другое издание 1861 (ДО)/», «Лев Давидович Троцкий (Луначарский)/Пометка об издании 1919 (СО)»?<br> Вообще, я не очень понял предложение, что говорить о других участниках, у которых и существующая простейшая схема вызывает вопросы. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 16:49, 6 июля 2026 (UTC) ::::::::::*:Моё предложение может иметь смысл только в том случае, если шаблон {{ш|отексте}} при такой схеме (или при любой другой) будет сам подтягивать разные редакции и составлять их список, как это уже реализовано с ''Название'' и ''Название/ДО'' или с ''Корневая/ДО/Подстраница'' и ''Коренвая/ВТ:Ё/Подстраница''. То есть, если усложнение схемы именования облегчает что-то другое (автоматически формируемые взаимные ссылки на версии/редакции). Я не пробовал пока создавать страницы по схеме «/ДО:ВЕ1811/», «/ВТ:ВЕ1811/», потому не знаю, появятся ли на них «самостоятельно» ссылки друг на друга и на другие редакции, поименованные по этой схеме. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 18:11, 6 июля 2026 (UTC) ::::::::::*::> ''«/ДО:ВЕ1811/», «/ВТ:ВЕ1811/»''<br>В текущей реализации это выглядит как «/ВЕ1811 (ДО)/», «/ВЕ1811 (ВТ)/» и работает именно так, как вы описываете. Вы предлагаете еще усложнить схему, добавив в нее еще больше маркеров; я считаю, что и существующих маркеров слишком много и достаточно одного универсального; @[[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] и @[[Участник:TheyStoleMyNick|TheyStoleMyNick]] уверены, что можно обходиться вообще без маркеров, и оно как-то так будет работать (я не знаю как); а @[[Участник:Vladis13|Vladis13]] категорически за сохранение статус-кво. В общем, классическая [[Лебедь, Щука и Рак (Крылов)|басня Крылова]], и выхлоп будет скорее всего такой же. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 20:02, 6 июля 2026 (UTC) ::::::::::*:::@[[Участник:Lozman|Lozman]], совсем против маркеров я не возражаю: '''ДО''' нужен, хотя бы, чтоб не ломать связанные с ним шаблоны, а все эти ультрамодифицицированные ВТ-Ё и пр. пусть идут своим чередом. Проблема только в СО, который создавался практически без учёта особенностей орфографии 1918-1956гг., просто потому, что львиная доля текстов из az-lib взята из источников 1960+. Хорошо бы автоматически распределять орфографию лишь исходя из года издания (до 1918 - значит ДО) но увы, есть же в природе ещё и эмигрантские, и церковные источники, которые пользовались ятями еще несколько десятилетий после 1917 года. Год издания нужен и для разных ДО-версий - служа дополнительным маркером одного из печатных источников XVIII-нач.XX вв., которые тоже могут отличаться и орфографически, и текстуально, и даже пунктуацией. В начале и середине XIX века даже прямую речь обозначали по-разному! Да, я не горю желанием наблюдать здесь 100500 орфоверсий каждого произведения А. С. Пушкина и прочих представителей золотого фонда русской литературы, которых и так на протяжении 200 лет издают тоннами каждый год, но и запретить, понятно, их выкладывать здесь не могу)) Мне интереснее делиться творчеством менее хрестоматийных авторов или которых на протяжении советского времени не издавали или вспомнили уже к 1980-м годам. Как [[Автор:Владимир Григорьевич Бенедиктов|Владимир Бенедиктов]], например. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 22:51, 6 июля 2026 (UTC) ::::::::::*::::Единственный орфографический водораздел, который было признано целесообразным соблюдать в Викитеке — реформа 1918 года (ДО и не-ДО, для которой был выбран маркер СО, может, и не совсем удачный). В основном это делается для возможности создания модифицированных ДО-редакций (ВТ), приведенных к соответствию с нынешними орфографическими нормами. Другие изменения орфографии, имевшие место как до, так и после 1918 года, никак не учитываются при именовании редакций, чтобы не умножать сущности. Орфография 1956 года отличается от орфографии 1918, но концептуально они — варианты одной и той же «пореформенной» орфографии. Разделение их на две нормы предполагает возможность преобразований «УО»→ВТ, по аналогии с ДО→ВТ. Это представляется абсолютно ненужным усложнением и без того уже изрядно монструозной системы. А если вам претит применение термина «современная орфография» к норме до 1956 года, предлагаю расшифровывать СО как «советская орфография» (они обе советские). — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 12:35, 8 июля 2026 (UTC) ::::::::::*::* «Категорически» не то слово. Маркер ДО полезен, очевиден, прост и понятен, просто обрабатывается скриптами и ботами.<br> Маркеры СО/ВТ не красивы, я согласен, но без них не работает меню редакций. Альтернатива есть: [[Шаблон:Отексте#ДРУГИЕВЕРСИИ]], как я упоминал в самом начале.<br> Лично я предпочитал и предпочитаю маркер «/ДО», хоть он и указан в справке как «устаревший». Поскольку делает основной страницу СО/ВТ, при этом работают все скрипты и шаблоны для редакций. Единственно, не работает если у текста несколько редакций. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 01:40, 7 июля 2026 (UTC) ::::::::::Полностью согласен с тем, что все маркировки орфографии следует держать внутри шаблона {{tl|отексте}}, а не выносить их в названия страниц. Но для этого нужен универсальный маркер редакций, о котором мы так и не смогли договориться. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 23:57, 4 июля 2026 (UTC) ::::* > ''Может внести изменения в руководство, что пометка об орфографии текста ставится только если есть варианты в разных орфографиях?''<br> Давайте внесём это дополнение. Раз уж отказаться от пометок нельзя по технической причине (необходимость разведения конфликта одинаковых названий у разных редакций). [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:09, 2 июля 2026 (UTC) ::::*:Как предлагается это делать? В текущей реализации пометки орфографии — единственный способ указания на то, что мы имеем дело с редакцией, а не произвольной подстраницей. Чтобы отказаться от маркеров орфографии, нужно ввести какие-то другие маркеры (чтобы продать что-нибудь ненужное, нужно сперва купить что-нибудь ненужное, а у нас денег нет). Итого, пока не принято решение об альтернативных маркерах, ничего никуда внести не получится. — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 23:38, 4 июля 2026 (UTC) == Разделение текстов на веб-страницы по главам и экспорт в файл == {{перенесено с|#Тексты с орфографией 1918—1956}} Не понимаю, кто вообще читает большие повести/романы разбитые на страницы по главам. Их неудобно экспортировать в файл, сама функция багованная… Если ещё и заглавия глав/частей из текста удалены, при экспорте всё склеивается в одну кашу без разделения на главы… Вообще как читать большие произведения с настольного ПК, а не с электронной читалки или хотя бы со смартфона/планшета… тоже мне не понятно. Проще на другом сайте книгу целиком в файле скачать, или аудиокнигу… [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 18:47, 24 июня 2026 (UTC) :Кому вообще нужны отдельные ВТ-статьи по каждому стихотворению и рассказику плюс отдельно варианты орфографии, когда можно всё собрание сочинений условного Толстого выложить одним файлом, объединив все 90 томов вместе! Очень удобно))) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 07:59, 25 июня 2026 (UTC) :* Речь об отдельных произведениях. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:02, 25 июня 2026 (UTC) : Механизмы включения позволяют собирать одну страницу из нескольких. Если формализовать такой способ через правила, то можно делать как страницы с отдельными главами, так и страницы целиком, кому как удобнее читать --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 09:55, 25 июня 2026 (UTC) :* [[ВТ:КУ#Губернатор (Андреев)/Весь текст]] - теме более 3 лет. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:07, 25 июня 2026 (UTC) ::Большие произведения могут не отображаться целиком, если они превышают какой-то предел, поэтому не только ПСС Толстого не получится сделать, но, возможно, не всегда отобразится даже один том целиком. И предел этот ограничивается ещё бошьше количеством включённых шаблонов в тексте; а их порой бывает немало. ::В принципе, есть ещё возможность создать компиляцию из нужных страниц перед экспортом. Но в экспортированной версии будет много лишнего: те же шапки, кажется. Я давно не проверял. ::В целом я считаю, что полные версии произведений или сборников (и даже номеров журналов!) можно делать, если они не превышают предела по размерам страницы. Конечно, при условии, что текст не дублируется, а включается из глав, например, а если есть индекс, то ещё проще. Это чтобы замеченные опечатки исправлять за один раз в одном месте, а не отлавливать во всех местах. Кажется, публикация полных текстов в дополнение к частям практикуется во фразцузской Викитеке, но в английской, вроде, запрещается. Наличие произведения, разделённого на главы, тоже удобно: большие произведения читаются не в один присест, и найти место, где остановился, на бесконечной странице может быть непросто. То же относится к отдельным стихотворениям или рассказам. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 23:05, 25 июня 2026 (UTC) ::* Шапки исключаются из экспорта.<br> > ''найти место, где остановился, на бесконечной странице может быть непросто.''<br> Запоминание позиции в файле книги есть во всех эл. читалках, читалках-приложениях для гаджетов, и на ПК в приложениях для epub, fb2, pdf. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 04:26, 26 июня 2026 (UTC) ::*:Одностраничные тексты удобнее в читалках, многостраничные — в браузере. Эта музыка будет вечной © )) — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 12:38, 26 июня 2026 (UTC) ::*:* Наоборот.) Зачем городить в читалку одну страницу, которую можно прочесть с браузера. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:44, 26 июня 2026 (UTC) ::*:*:Если эта страница — целый роман или, условно говоря, лонгрид, то читалка запомнит, где остановился, а браузер — нет. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 09:47, 27 июня 2026 (UTC) ::*:*:* Под одностраничными я имею ввиду те, что занимают одну страницу окна браузера. Многостраничные для браузера читалка разбивает на страницы по размерам своего окна; к примеру, в среднем, однофайловые романы, которые я читаю. на эл.читалке делятся в среднем на ~600 страниц. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:37, 27 июня 2026 (UTC) ::*:*:*:А, ну мы в разных значениях используем эти слова. Я имею в виду под одностраничными произведения любого размера (но в частности, большого), размещённые в Викитеке на одной веб-странице, а под многостраничными — большие произведения, размещённые на нескольких страницах, обычно на подстраницах, по главам или частям. В первом случае, помнится, при экспорте в читалку текст в ней не разбивается на главы (не формируется внутреннее оглавление). По крайней мере, раньше было так. Во втором — не всегда корректно составляется экспортный файл. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 21:12, 27 июня 2026 (UTC) ::*:*:*:* Оглавление вроде и не должно экспортироваться. Его генерируют читалки по html-тегам h в удобном для читателя формате. Это ещё одна беда экспорта, которая возникает из-за удаления заголовков (т. е. html-тегов h) при разнесении глав произведения на отдельные веб-страницы. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 22:41, 27 июня 2026 (UTC) ::*:*:*:*:Я помню, что наоборот. В читалке в книгах должно быть внутреннее оглавление, которые вызывается нажатием на соответствующую кнопку интерфейса читалки. При экспорте целого большого текста оглавление в читалке не формируется: весь текст остаётся под единственным пунктом оглавления (хотя в большом тексте есть правильно отформатированные заголовки разных уровней). А при экспорте текста, разбитого на главы по подстраницам, оглавление формировалось корректно, то есть навигация по главам возможна через оглавление читалки (а не посредством ссылок на отдельной странице книги). [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 09:35, 28 июня 2026 (UTC) ::*:*:*:*:* Вы правы.<br> Оказывается, оглавление создаётся вики-расширением экспорта и размещается внутри экспортированного файла ''epub'', в файлах ''nav.xhtml'' и ''toc.ncx''. Видимо, читалки отображают его, без самостоятельной генерации.<br> Я проверил на читалках: на ПК в FBReader, на Android в Librera, на эл.читалке OnyxBoox со старым Android 4 в OReader (мод. Alreader под эл.читалку).<br> Результат:<br> а) Текст с главами (теги h) на одной веб-странице ([[Удольфские тайны (Радклиф; Гей)/Том 2]]). → В читалках, в оглавлениях ссылка только на «Удольфские тайны». Это тоже странно, поскольку на данный момент на веб-странице нет такого названия, есть только название страницы со скобками и слэшем, и в тексте есть тег h2: <code><nowiki>== Удольфские тайны <br>Том 2 ==</nowiki></code>. Не верится, что в вики-движке учитывают наше правило названий страниц и фильтруют всё после скобок, или всё после <code><nowiki><br></nowiki></code> в тегах h2…<br> б) Главы на подстраницах ([[Древняя высшая магия. Теория и практические формулы (Пиобб; Антошевский)]]). → В epub создалось оглавление. Похоже при экспорте оглавление создаётся из ссылок с текстом на подстраницы с базовой страницы. Поскольку в оглавлении оказалось «Глава III. Ангелы, гении, ду́хи, демоны» как на базовой странице, с «Глава III.» и ударением, чего нет на подстраницах. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:07, 29 июня 2026 (UTC) * Кстати, обнаружилась серьёзная проблема экспорта в файл epub: на читалках не работают таблицы. Поэтому поломаны таблицы и шаблоны их основе: оглавления с {{t|Dotted TOC}}, фигурные скобки {{t|lbrace}}/{{t|rbrace}} и др. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:10, 29 июня 2026 (UTC) == Ёфикация мягкая == Знаю, что если исходный текст (в источнике) не ёфицирован, то от себя проставлять буквы «ё» не полагается, но что в принципе ёфикация может быть проведена, для чего есть добавка <code>(ВТ:Ё)</code> к названиям страниц. Мне нравятся ёфицированные тексты, и сейчас я работаю с индексом [[Цусима (Новиков-Прибой)|Цусимы]], где пользуюсь шаблоном {{ш|ё}}, благодаря чему текст получается, как в книге. А как лучше оформить ещё и ёфицированный вариант, чтобы его было хорошо видно? Создать для него параллельные страницы оглавлений с подстраницами частей? А будут ли «ё» отображаться на подстраницах с названиями «<code>название (ВТ:Ё)/книга/часть</code>» или надо, чтобы названия были по схеме «<code>название/книга/часть (ВТ:Ё)</code>»? Про <code>/ДО</code> и <code>/ВТ</code> в Справке упомянуто, а про <code>(ВТ:Ё)</code> — нет. Или это будет так сложно, что не стоит возиться с ёфикацией? --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 21:27, 22 июня 2026 (UTC) * Стоит ли… я бы не стал — вычитывается СО 1963 года по скану, большое произведение, много возни, время можно потратить с большей пользой.<br> Схема `название (ВТ:Ё)` не используется. Метка орфографии ставится после слэша, на 2-м уровне, или в самом конце. Лучше будет по схеме: `название/ВТ:Ё/часть`, кмк. Шаблон основан на {{t|ЕЁ}}, который поддерживает 3 схемы. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 22:04, 22 июня 2026 (UTC) :* Спасибо. Проверил схему на [[Цусима (Новиков-Прибой)/ВТ:Ё/Вместо предисловия|готовой странице]] — работает. Как использовать {{ш|ЕЁ}}, не понял: там очень краткое описание, как будто для самого автора шаблона, без примеров. По ходу ещё решу, как дальше действовать с ёфикацией: продолжать или бросать. --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 22:40, 22 июня 2026 (UTC) == Сообщения, заявления и новости ТАСС == Пока что ВТ-статей, подпадающих под такие определения, не очень большое количество, поэтому хотелось бы договориться о критериях и общих требованиях. Притом, что понадобятся переименования. Начну с того, что сообщения ТАСС в целом печатались слово в слово во всех центральных (а через день-два и в региональных) газетах, поэтому указывать в качестве источника в ВТ-заголовке следует не газеты, а непосредственно ТАСС; а так как возможны «тёзки» — с прибавлением даты без слов, для краткости ([[Бал-маскарад молодежи в Большом Кремлевском дворце/Правда 1954 №2]] → [[Бал-маскарад молодежи в Большом Кремлевском дворце (ТАСС 02.01.1954)]]. За дату, если в сообщении она специально не указана, принимать дату публикации в центральных газетах («Правда», «Известия», «Комсомольская правда», «Красная звезда» и т. д.). И последнее, но не менее важное: нужно разграничить непосредственно "'''Сообщения ТАСС'''" и, условно говоря, "Новости ТАСС". Первые, нерегулярные, зачастую в печати под названием «[[Сообщение ТАСС от 2 сентября 1937 года|Сообщение ТАСС]]» так и фигурировали, либо имели аналогичный подзаголовок («[[Освобождение китайских граждан (Сообщение ТАСС от 2 января 1930 года)|Освобождение китайских граждан: Сообщение ТАСС]]»). Как правило, они были направлены «на весь мир», имели особо строгую, официозную интонацию (но иногда и с толикой агитпроп-эмоций, как в «[[Сообщение ТАСС от 2 сентября 1937 года]]»), а также нередко носили форму декларации или резолюции: именно там появился оборот "'''ТАСС уполномочен заявить'''" («[[Сообщение ТАСС от 3 марта 1930 года]]»), который с 1941 года перекочевал в [[Заявление ТАСС от 16 марта 1976 года|Заявления ТАСС]], что делает по сути те и другие синонимами, без необходимости разделения в категориях. Что касается ВТ-заголовков, в «Сообщениях ТАСС» — как это уже показано выше — лучше ставить полную дату с месяцем в виде слова. А вот что необходимо отделить по смыслу, так это сугубо '''новостные сообщения ТАСС''', которые печатались постоянно (в некоторых номерах газет их могло быть и с десяток и более) и всегда имели индивидуальные заголовки. В них, как правило, уже в самом начале указывались место сообщения, его дата и следом в скобках — (ТАСС): например, «[[Дело о взрыве на Рутченковском руднике]]» и «[[За новые успехи в мирном строительстве]]». Предлагаю для удобства им подобные выделить [[:Категория:Новости ТАСС]] (в качестве подкатегории к [[:Категория:Сообщения ТАСС]], объединяющей первую группу). Спорные и промежуточные варианты можно обсудить тут. Как например, вчера переименованную «[[Арест группы врачей-вредителей (Хроника ТАСС)]]». [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:46, 16 июня 2026 (UTC) * См. правило [[ВТ:НС]]. Издание и дата указывается не в скобках, а после слэша; дата в коротком формате, а не прописью. Указывается издание, а не «ТАСС», «сообщение ТАСС». Кстати, не имена собственные пишутся в скобках с маленькой буквы: [[Арест группы врачей-вредителей (Хроника ТАСС)]].<br> Текст в изданиях может различаться, быть сокр. или дополненным.<br> Название указывается как в издании. При омонимах или без заголовка, как в стихотворениях, страница называется самостоятельно, кратко по смыслу текста.<br> Ниже есть обсуждение об изменении правила по именованию новостных сообщений. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 09:27, 16 июня 2026 (UTC) *:Я специально изучил вопрос о соообщениях ТАСС и ряд выводов как раз и сподвиг меня на эти предложения. Сообщения ТАСС именно что слово в слово перепечатывались в разных газетах и на это у меня набралось предостаточно примеров; исключения да, возможны, но они скорее из области эксцессов исполнителя) Указывать газету (ту же "Правду") в качестве источника в ВТ-заголовке в данном случае нецелесообразно, так как в дальнейшем при размещении контента другой центральной газеты за это же число сообщения ТАСС будут дублироваться. И слэш, служащий для указание раздела в тексте и другой служебной информации, тут не работает. Это не собственный материал газет и их корреспондентов, а нечто спущенное сверху, как какой-нибудь закон или манифест. Именно то, что эти сообщения перепечатывались везде, делает ТАСС (а также его предшественников и правопреемников) по сути коллективным ВТ-автором, которого в виде исключения нужно указывать в скобках в случае имеющегося заголовка. В то же время непосредственно Сообщения и Заявления ТАСС — когда нет заголовка — надо размещать как '''Названия указов, законов''' и прочий официоз (в форме [[Сообщение ТАСС от 3 марта 1930 года]], ну или 03.03.1930, что для меня непринципиально), которые также перепечатывались практически во всех центральных и "областных" газетах без изменений. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 10:15, 16 июня 2026 (UTC) *:* > ''Сообщения ТАСС именно что слово в слово перепечатывались в разных газетах''<br> Навскидку, в приведённых вами примерах как минимум есть яркое оформление: [[Дело о взрыве на Рутченковском руднике]], [[Сообщение ТАСС от 3 марта 1930 года]]. В других изданиях было также?<br> Где можно посмотреть эталонные сообщения ТАСС, которые как вы говорите, «перепечатывались слово в слово»?<br> > ''слэш, служащий для указание раздела в тексте и другой служебной информации, тут не работает.''<br> Слэш служит для указания издания, [[ВТ:Версии текстов]]. Это обусловлено сложностью программирования модуля редакций, визуальной понятностью для участников, и читателей в интернет, где длина заголовков страниц ограничена 40 символами. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 12:27, 16 июня 2026 (UTC) *:*:Сообщение ТАСС "Дело о взрыве" нашел также в "Известиях" от 28 июня 1928 года ([https://ibb.co/Fb6X1pSz ссылка]), притом более полное, чем в "Труде" - что вполне можно об'яснить "недисциплинированностью" 1920-х)) в 1930-е всё стало гораздо унифицированней. Вот три варианта публикации [[Сообщение ТАСС от 3 марта 1930 года|Сообщения ТАСС от 3 марта 1930 года]]: "[https://yandex.ru/archive/catalog/d722350c-7bab-45f9-8a7b-36ecc9bf1eed/2?center=3260+3171 Правда]", "[https://yandex.ru/archive/catalog/5d11efcf-2d0d-4b9a-b0fa-5fc82ca13f3e/2?center=735+1229]" и "[https://yandex.ru/archive/catalog/63ba787e-e6d3-4b39-9dd5-942c2a0b85dd/1?center=1675+914 Вечерняя Москва]". Максимум отсебятины тут - выделить что-что жирным шрифтом или добавить собственный заголовок. Сами тексты идентичны. А дальше будет ещё строже)) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 16:10, 16 июня 2026 (UTC) *:*:* Хорошие примеры. Видно что даже в этих 2 сообщениях навскидку редакции в разных изданиях могут отличаться. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:48, 16 июня 2026 (UTC) *:*:Слэш тогда можно использовать для ВТ-заголовков вроде [[Дело о взрыве на Рутченковском руднике (ТАСС)/28.06.1928]] (?) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 16:29, 16 июня 2026 (UTC) *:*:* По ссылке видно, что редакция в другом издании отличается. Тогда издание надо бы указать: [[Дело о взрыве на Рутченковском руднике (ТАСС)/Труд 28.06.1928]], возможно. Или без указания «ТАСС», поскольку это источник заметки, нужен ли он? Например, [https://yandex.ru/archive/catalog/5d11efcf-2d0d-4b9a-b0fa-5fc82ca13f3e/2?center=1786+453 тут] источником указан корреспондент, [https://yandex.ru/archive/catalog/5d11efcf-2d0d-4b9a-b0fa-5fc82ca13f3e/2?center=2484+2305 тут] корр. и телеграф, [https://yandex.ru/archive/catalog/5d11efcf-2d0d-4b9a-b0fa-5fc82ca13f3e/2?center=3904+5029 ниже] — корр. и ссылка на «бакинская газета сообщает», чем не «ТАСС сообщает»… [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:02, 16 июня 2026 (UTC) *:*:*:Это не просто источник, а фактически коллективный автор, повторюсь) У ТАСС не было собственных медийных платформ для публикаций сообщений (в отличие от собкоров газет и поэтому аналогия с "бакинским корреспондентом" ложна). Зато к его услугам были в обязательном порядке все советские СМИ (не считая районных, детских и ведомственных), включая радио и ТВ. Я ещё застал, как в программе "Время" в 80-е годы сообщения ТАСС зачитывались дикторами с каменными лицами)) Что касается телеграфа, в названии ТАСС - это скорее бренд, ведь сообщения могли впоследствии передавать не только по телеграфу. Ключевые слова в этой аббревиатуре - Советский Союз!) То есть не что-то местное, локальное, а всесоюзный, государственный уровень. Элита, голос власти)) Было еще АПН, но то работало главным образом на зарубежье, а советских читателей собкоры данного агентства в США и пр. стращали ужасами загнивающего капитализма) Но до тех статей, увы, срок авторских прав истечёт ой как не скоро!) И возвращаясь к началу вашего комментария, заголовок [[Дело о взрыве на Рутченковском руднике (ТАСС)/Труд 28.06.1928]] меня устраивает — для случаев разночтения, коль уж разницу типа выделения жирным шрифтои и т.п. кто-то считает сверхважным)) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 22:08, 16 июня 2026 (UTC) *:*:*:* Переименования: [[Освобождение китайских граждан/Сообщение ТАСС/02.01.1930]], [[О первом в мире полете человека в космическое пространство/Сообщение ТАСС/12.04.1961]] — это какая-то ересь. Если укажите ТАСС в скобках, как говорили выше, думаю никто возражать не будет, но не так. Переименовываю по правилу. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 21:03, 17 июня 2026 (UTC) *:*:*:*:Только название с газетой через слэш подразумевает редакционную статью или корреспонденцию анонимного собкора оказываемой газеты. "Сообщение ТАСС" является хотя бы составной частью названия, его подзаголовком. Но если двоеточия в ВТ-заголовках запрещены (через которые можно было бы дать подзаголовок "Сообщение ТАСС")), тогда указываем ТАСС в скобках в обязательном порядке (статьи переименовал). От обычных новостных сообщений ТАСС тогда их отделяем путём категоризации: [[:Категория:Сообщения и заявления ТАСС]] и [[:Категория:Новости ТАСС]] (и скорее всего с дополнительным подразделением по годам). [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 09:50, 18 июня 2026 (UTC) *:В качестве доказательства, на любой из уже размещенных в ВТ любого рода сообщений ТАСС, обычно здесь позаимствованных из "Правды", могу продемонстрировать еще как минимум 2-3 публикации из других газет, как-то "Вечерняя Москва" или "Известия". Для сравнения на предмет полного совпадения. Особенно, что касается 1930-50-х гг. - легче с прямыми ссылками. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 11:16, 16 июня 2026 (UTC) *:* Да, сложные предложения надо обосновывать ссылками. Есть ли там сканы чтобы сравнить? Нет ли значимой разницы в оформлении? А то некоторые участники принципиальны… Ввиду чего есть суффикс «(ВТ-Ё)», для тех кто создаёт отдельные страницы с буквой «ё»… Большое число страниц БСЭ1 вычитано в двух редакция с указанием разницы в одно слово или цифру…<br> Такие страницы можно назвать универсальным названием, в скобках вместо автора указав «(ТАСС)» без всяких «Сообщение ТАСС». А в шапке указать издания где публиковалось, с номерами/страницами. Дублирующиеся страницы удалить, можно оставить перенаправления, если на страницы были ссылки из оглавлений выпусков газеты и т. п. ...В общем, рядовая ситуация, без надобности вводить какие-то правила. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 12:34, 16 июня 2026 (UTC) *:*:"Сообщение ТАСС", "Заявление ТАСС" - это не чья-то выдумка, а официальные названия из первоисточников, поэтому надо их так и называть в соответствующих ВТ-заголовках. Разве что с датами уточнить: допустим, через слэш, если это так уж принципиально. Ё в газетах и тогда использовалось редко плюс твердый знак постоянно заменялся на апостроф - может кому-то захочется озадачиться ещё и Ъ-версиями?)) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 17:19, 16 июня 2026 (UTC) *:*:* Что если издание не ежедневное, или позднее напечатали, а страница названа с фиксированной датой: «Сообщение ТАСС от 3 марта 1930 года»?<br> По ссылкам выше, в [[Сообщение ТАСС от 3 марта 1930 года]] в «Правда» и в «Известия» заголовок: «Сообщение ТАСС». А в «Вечерняя Москва» заголовок «О концессии „Лена Гопьдфильдс“», в тексте указано «заявление ТАСС» без всяких «сообщений ТАСС». Как предлагаете назвать страницу? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:51, 16 июня 2026 (UTC) *:*:*:Единственной ежедневной большую часть советского времени (с 1948 года абсолютно: 365/366 номеров в год; до этого 350-360) была газета "Правда". На неё главный и вполне доступный ныне ориентир. Остальные центральные газеты, а также региональные вроде "Вечерней Москвы", не выходили по понедельникам. Но в тот день наверняка с "Сообщениями ТАСС" могли и повременить)) Но если дата особо указана, её безусловно и нужно брать за основу. Хотя мне пока такие не попадались - только в новостных сообщениях. Что касается того, какое из сообщений про "Гольдфильдс" выбрать? Конечно "Правды" или "Известий" - так как "Вечёрка" является региональной. Но в шапке можно и нужно дать дополнительную информацию) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 20:43, 16 июня 2026 (UTC) *:*:*:* В день может быть 100500 «сообщений ТАСС», как я понял, по примеру навскидку тройки газет выше. Поэтому необходимы иные названия вместо подобного: [[Сообщение ТАСС/02.09.1937]].{{pb}}> ''Что касается того, какое из сообщений про «Гольдфильдс» выбрать? Конечно «Правды» или «Известий» — так как «Вечёрка» является региональной.''<br> Для неспециалиста это абсолютно непонятно и неочевидно. Региональные, центральные, периодичность выпусков… особенность "Правды"... Участники вычитывают что им нравится, не смотря на другие издания, и не зная и игнорируя какие-то умные списки.{{pb}}Ниже есть сложное обсуждение правила для названий газетных страниц. Хорошо бы объединить с вашим виденьем и подвести итог. Пока есть действующее правило и разногласия. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 21:19, 17 июня 2026 (UTC) *:*:*:*:"Сообщений и заявлений ТАСС" не было "100500 в день" - они даже не каждую неделю появлялись: нужно всё-таки отличать их от Новостей ТАСС, о чём я уже писал в самом начале темы. Что касается большей описательности ВТ-заголовков при отсутствии их в статье-источнике, к общему знаменателю привести всё это невозможно - поэтому лучше давать расшифровки на отдельной странице с перечнем, как я уже предлагал. Есть единичный пример, как статья [[Сообщение ТАСС о государственном флаге России]], но там за её источник взят какой-то ненадежный сайт, а в сканах газет за тот самый период, включая всего за год до того появившуюся "Российскую газету", я пока ничего похожего не нашел. Но это был уже период после ГКЧП, начался распад СССР и ТАСС авторитет свой совершенно утратило. К тому же ТАСС с 1988 года выпускало собственный еженедельник "Эхо планеты", смотреть надо бы там, но сканов в наличии нет. *:*:*:*:Пока что темой советских газет интересуюсь только я да коллега Butko, поэтому о критериях договориться сравнительно легче. Моей целью было избежать дублирования ВТ-текстов, но, как я уже понял, нынешняя политика Викитеки не возбраняет даже минимальных отличий при создании отдельных статей для вариантов - в том числе в форматировании текстов (как то курсив, разбивка, капс и пр.) - поэтому настаивать на своём видении смысла не вижу. Будем считать, что договорились про ТАСС в скобках, а безымянные "Сообщения-Заявления ТАСС" оставляем как было, правда, опять же с возможностью допвариантов из разных газет (первоначальный "безгазетный" можно и переименовать потом, если кому-то сильно приспичит выложить "близнеца" из другого источника). [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 07:23, 18 июня 2026 (UTC) *:*:*:В перспективе неплохо бы сделать отдельную страницу для хронологического перечня Сообщений и Заявлений ТАСС с краткой расшифровкой содержания, где это не следует прямо из заголовков. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 22:21, 16 июня 2026 (UTC) == Как быть с современными графоманами? == Правила ВТ дозволяют публиковаться современным авторам по лицензии Creative Commons, если их произведения ранее выходили в книжном виде. Но как быть с явными графоманами, которым денег с пенсии не жалко, лишь бы издаться за свой счет тиражом в 10 экземпляров, хоть в шарашкиной конторе, благо, при нынешних технологиях это давно не проблема. Яркий пример — некто [[Автор:Николай Александрович Ивлеев|Николай Ивлеев]], член "Межгалактического союза писателей", лауреат самопальных премий, возомнивший себя единственным последователем Пушкина и т.п. и т.д. Он уже и в викицитатнике себя [https://ru.wikiquote.org/wiki/%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B9_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87_%D0%98%D0%B2%D0%BB%D0%B5%D0%B5%D0%B2 процитировал], а недавно решил облагодетельствовать своим "творчеством" и Викитеку. Вроде бы клинический случай, а ничего поделать нельзя. Или можно? [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 19:11, 9 июня 2026 (UTC) :На мой взгляд, он пишет не хуже многих «официально признанных» поэтов. — [[Участник:Monedula|Monedula]] ([[Обсуждение участника:Monedula|обсуждение]]) 19:44, 9 июня 2026 (UTC) ::@[[Участник:Monedula|Monedula]], если я правильно понимаю, вопрос в первую очередь не про качество, а про критерии годности текстов для размещения в Викитеке. У меня готового ответа нет. По моим представлениям, чтобы считался изданным, текст должен ловиться в каталогах библиотек, раз уж Викитека является библиотекой. ::Потому что просто напечататься действительно легко; вероятно, ISBN получить тоже не большая пробема, не знаю. По указанному в Викицитатнике ISBN ни findbook.ru, ни Яндекс ничего не нашли. Дальше искать не буду. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 20:39, 9 июня 2026 (UTC) :::@[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]], получить книжный номер сейчас всего лишь вопрос денег. Так издательство Российского союза писателей, выпускающее в том числе авторов stihi.ru (мне на сайте предложили сделать книжку "Избранное" тиражом в 100 экземпляров за 10 тысяч р.), за ISBN требует отдельно 3500р. Поэтому надо решать: по большому счёту, я бы ныне живущих в авторы ВТ даже с Creative Commons не пущал - пусть хотя бы лет 10 отлежатся после смерти, а там видно будет, нужно ли их творчество кому-то кроме их самих) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 22:26, 9 июня 2026 (UTC) ::::''я бы ныне живущих в авторы ВТ даже с Creative Commons не пущал - пусть хотя бы лет 10 отлежатся после смерти'' - такой подход, на мой взгляд, будет обеднять Викитеку. И так ограничений в 70 лет по авторским правам хватает. --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 13:55, 10 июня 2026 (UTC) :* Согласен. Я поэзией не интересуюсь, но пара о женщинах очень зашли. Смысл, слог, современно. Другие темы… дело вкуса.<br> «Межгалактический союз» — худож. название, вроде Зелёной лампы Пушкина, Золотого глобуса или псевдонимов. Не имеет значения, это не научный АИ для Википедии.<br> Формальные критерии соблюдены. Есть бумажное издание с редактурой, + ISBN, который есть не у каждой книги более крупных издательств. Кстати, множество антикварных книг печатались в типографиях без редакции, [[Дуэль Шереметева с Завадовским (Шубинский)|навскидку]].<br> Участник добросовестный, но не знаком с правилами проектов. Если нарушает в Викицитатнике — удалите/исправьте. Я тут несколько десятков страниц удалил/переименовал, пока он с основами разобрался. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 03:17, 10 июня 2026 (UTC) :*:Я в поэзии как раз разбираюсь, но речь тут не о качестве ея у сабжа) очевидно, что для размещения в ВТ художественная ценность произведения не является необходимым критерием: главнейшая задача проекта в моём понимании - перенести сюда в текстовом режиме содержимое печатных изданий давнего прошлого (многие и многие из которых больше не переиздавались ни разу). Что касается авторов XXI века, к их услугам и так есть общедоступные онлайн-платформы вроде stihi.ru (где уже почти миллион пиитов накопилось) - делись своим творчеством не хочу) Если ж кому-то этого маловато и хочется подарить собственную книжку родственникам и друзьям, тому достаточно обратиться в онлайн-издательство и там за N-ую сумму, напечатают почти что угодно, хоть в мягкой, хоть в твёрдой обложке, и ISBN в придачу прилепят (за отдельную плату). Правда, тот почему-то не будет находиться в поисковиках, но кого это волнует - видимость с формальностью соблюдены) Однако есть небольшая - пока что - когорта авторов, которым и этого мало. Будучи в весьма почтенном возрасте, Н. Ивлеев и иже с ним не надеются, что их творчество будет кормить потомков хотя бы лет 70 - им главное очередной раз успеть потешить собственное самолюбие. И тут подвернулась Викитека с её сонмом разновеликих авторов прошлого... [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 07:57, 10 июня 2026 (UTC) :*:* > ''Что касается авторов XXI века, к их услугам и так есть общедоступные онлайн-платформы вроде stihi.ru''<br> Есть ли у текстов другие варианты публикаций для Викитеки не важно. Здесь есть множество текстов которых нет больше нигде, они отсканированы и вычитаны не библиотеками. Какие-то сайты могут удалять тексты, или сами быть удалены; в этом и польза Викитеки как высоконадежного репозитория текстов. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 06:18, 11 июня 2026 (UTC) :*:@[[Участник:Vladis13|Vladis13]]: 『''Формальные критерии соблюдены. Есть бумажное издание с редактурой, + ISBN''』 :*:В том-то и дело, что ISBN в поиске не ловится, то есть его как бы и нет! :*:Я постараюсь отрешиться от личных предпочтений. Конечно, можно принять критерии вроде ''минимум десять лет после смерти'' или ещё что-нибудь. Но, скажем, есть такой ныне живущий писатель-фантаст [[w:Доктороу, Кори|Кори Доктороу]], который достаточно известен и публикуется под Creative Commons. Такой критерий его отсёк бы (незаслуженно, на мой взгляд); хотя он пишет по-английски и оформить переводы его произведений участником Викитеки проблемы не представит, но я говорю в принципе: если был бы известный русскоязычный писатель, решивший публиковаться под совместимой с Викитекой лицензией. :*:Можно также принять критерий про ISBN, поставив условием, чтобы он был живым, то есть ловился в поисковиках; но я не удивлюсь, если окажется, что те же издательства, которые предлагают фиктивный ISBN за 3500 рублей, предложат «живой» ISBN, к примеру, за 8500, и что делать тогда? Не знаю, насколько может быть полезным критерий наличия книги в каталогах библиотек (каких именно? Областных как минимум?). Может, платная услуга добавления туда тоже существует? Если да, то окажется, что мы просто вводим имущественный ценз. :*:Ну, а субъективно, конечно, хочется, чтобы был заслон перед потенциальным засильем современных авторов. Хотя, если взять авторов XIX и начала XX века, размещаемых здесь под PD-RusEmpire, то по качеству среди их произведений попадаются очень слабые... И с какой стати дискриминировать ныне живущих? [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 13:05, 10 июня 2026 (UTC) :*::Современные авторы сами могут о себе позаботиться, в отличие от давно умерших — как ставших классиками, так и канувших в Лету, включая бездарей и графоманов. Кстати, в отношении рифмоплётного "шлака" прошлых веков есть хотя бы чисто исторический интерес)) Но общее его число в тысячи раз меньше, чем сейчас — просто физически: потому что желающих что-либо сочинять и печататься было несопоставимо меньшее число) Поэтому к чему допускать в Викитеку нынешних поэтов-прозаиков — не пойму! Сейчас ведь полно других онлайн-площадок, чтобы заявить о себе и предложить свои произведения! Как совершенно бесплатно (для читателя), так и с потенциальной возможностью подзаработать на творчестве. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 13:42, 10 июня 2026 (UTC) :*::* Не, в Викитеке нет цензуры для авторов по возрасту, нации и прочему. Есть сортировка (по языкам) и фильтровка неформата: нарушение закона (АП, ФСЭМ), сырые тексты, мусор и дикость (не публиковавшиеся в печати или оф.госсайтах). Причем сырость допустима для непубликовавшихся переводов, сделанных участниками.<br> Вкус участников — их личное дело. Не нравится Библия, Гомер, Пушкин, Ленин, Путин, Трамп… поскольку им было «главное очередной раз успеть потешить собственное самолюбие»… ну ок. Но личные вкусы не могут быть критерием для удаления.{{pb}}> ''Кстати, в отношении рифмоплётного «шлака» прошлых веков есть хотя бы чисто исторический интерес)) Но общее его число в тысячи раз меньше, чем сейчас''<br> Наоборот. Викитеке забита никому не интересными старыми текстами, а современных авторов единицы. Вот даже тут, прикиньте сколько минут интереса у вас вызвали старые тексты, а сколько Ивлеев.😉 [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 05:12, 11 июня 2026 (UTC) :*::*:Наоборот) Взять stihi.ru, так там только число авторов всех мастей и степени дарования в полтора раза больше, чем общее количество выложенных текстов в ВТ (и сколько из них необработанных - индексов и импорта из lib.ru - большой вопрос). Ивлеев начал размещать свое творчество как раз на stihi.ru, потом уже приспичило издаться за свой счёт книжками и т п. и т. д., ну да бог с ним) Старыми текстами вообще мало кто интересуется (и что касается меня, то я им посвящаю далеко не минуты, а бывает, что и дни напролёт, когда роюсь в сканах периодики и книг) - это чисто дело энтузиастов и Викитека предназначена в первейшую голову для "стародела" и для тех, кто им интересуется в принципе (или по роду профессиональной деятельности), и жаждет выкладывать его в широкий доступ, ничего не требуя взамен. Для тех же, кому важен и интересен лишь он любимый, полно других ресурсов, не менее надежных и устойчивых, чем ВТ. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 07:49, 11 июня 2026 (UTC) :*:* > ''В том-то и дело, что ISBN в поиске не ловится, то есть его как бы и нет!''<br> Есть: [https://www.google.com/search?q=ISBN+978-5-00143-257-9+-wikisource+-vk.com], [https://www.google.com/search?q=ISBN+978-5-6046915-0-2+-wikisource+-vk.com], и соответствуют книгам. Тогда как почти у всех книг с ISBN, которые я видел тут и в Википедии, они поддельные, по ним не только сама книга не находится, но по одному номеру находится россыпь посторонних книг разных издательств. ''«ISBN — уникальный номер книжного издания, который работает как паспорт для отдельной книги или формата издания»'', — увы, это кабинетное творчество, за подделками никто не следит. Поэтому я их давно не использую и не указываю. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 04:14, 11 июня 2026 (UTC) :*:* > ''Ну, а субъективно, конечно, хочется, чтобы был заслон перед потенциальным засильем современных авторов.''<br> Зачем заслон? Обороняться не от кого, 1-2 автора <s>в год</s> за 6 лет. Раньше викитекари даже рассылали письма авторам, упрашивая публиковаться тут. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 06:37, 11 июня 2026 (UTC) :*:*:Напрашивается аналогия с фильмом "Гараж", где по первости с записью в гаражный кооператив тоже шло туго и потому принимали людей "с улицы"))) Но в ВТ для первоначальной массы и без того навалом текстов, импортированных из lib.ru, причём за 20 лет доведено до ума лишь полпроцента с натяжкой. А оттого, что сейчас Викитека пополняется не так чтобы активно, её ж не закроют?)) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 10:18, 11 июня 2026 (UTC) :*:*:* Не совсем так… Хронология такова, что с расходом того поколения участников, с конца 2010-х годов приглашений никто не шлёт, авторы приходят только сами. До 2022 года тексты импортировали вручную, поэтому они проверялись тщательней, но не везде, есть много импортированной вручную копипасты с утерей оформления. В 2022 я сделал импорт с az.lib.ru, да, вряд ли там и 0.5 % текстов проверено за эти 4 года. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 07:50, 12 июня 2026 (UTC) :*:*:* '''Поправка''': Взглянул на авторов в [[:К:Произведения, передача которых в Викитеку подтверждена]]. За последние 6 лет пришло около 2 авторов, считая Ивлеева. 😥 За 5 лет — только Ивлеев. К чему тогда эти гонения? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 07:50, 12 июня 2026 (UTC) :*:*:*:Слишком уж очевидный графоман да еще и с ЧСВ. И ладно бы десятком произведений для знакомства ограничился, так он их сюда уже несколько сотен накидать успел. И конца и краю не видно. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 12:37, 12 июня 2026 (UTC) :*:*:*::Мне в Викитеке попадаются всякие стихи, преимущественно опубликованные до 1917 года. По сравнению с некоторыми из них стихи обсуждаемого автора (на мой взгляд) не всегда проигрывают. Что же касается ЧСВ, то и оно [[Досуги и Пух и перья. Предисловие (Прутков)|не так редко встречается]]: «Я поэт, поэт даровитый! Я в этом убедился; убедился, читая других: если они поэты, так и я тож!..» И если мне лично произведения Пруткова нравятся больше, это тут не имеет значения. Раз произведения соответствуют правилам Викитеки, и автор готов их опубликовать под совместимой лицензией — пусть будут. Участник не нарушает правил и течения работы и постепенно осваивает технику и правила работы в Викитеке; что ещё надо? [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 22:21, 12 июня 2026 (UTC) :*:*:*:::Если Ивлеев тоже является коллективным псевдонимом и пародией на графомана, тогда ладно))) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 07:13, 13 июня 2026 (UTC) :*:*:*::::Мне кажется, что наоборот: он скорее ''объект'' пародии Пруткова. Вероятно, в Викитеке уже есть произведения других объектов этой пародии из XIX века, просто я их не знаю поимённо. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 09:22, 13 июня 2026 (UTC) :*:*:*::::* Мне не понятен введённый ТС и подхваченный участниками ярлык «посредственный графоман купивший ISBN» в отношении автора. Похоже на конкурентный чёрный пиар, учитывая слова ТС, что он тоже автор. Вкусы у всех разные, [[w:ВП:НЕТРИБУНА]]. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 10:35, 13 июня 2026 (UTC) :*:*:*::::*:Никакой конкуренции) Делить нам с Ивлеевым нечего и хотя у у меня тоже хватает печатных публикаций, в том числе в региональных литературно-художественных альманахах (за участие в которых не платил ни копейки), но пиарить себя тут не собираюсь в принципе. Мне важнее мнение о творчестве в узком экспертном кругу, чем тиражирование себя любимого везде и повсюду) Если политика ВТ последнее дозволяет, будем считать тему закрытой. Спасибо всем за внимание! @[[Участник:Vladis13|Vladis13]], просьба высказаться в крайнем посте по авторскому праву. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 13:42, 13 июня 2026 (UTC) :@[[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]]: ''возомнивший себя единственным последователем Пушкина'' — Нет, Пушкина он превзошёл длиной предложений. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 20:26, 9 июня 2026 (UTC) ::Скорее уж последователь графа Хвостова (и не единственный, увы). — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 23:34, 9 июня 2026 (UTC) * Это всего лишь стихи, художественное произведение. Даже если членство в Союзе писателей куплено, как и куплен ISBN, то автор, при его желании, беспрепятственно может размещать свои сочинения в ВТ. На мой взгляд ограничения не нужны для подобных случаев, так как правила ВТ соблюдены. ВТ всего лишь библиотека, пусть читатели сами оценивают как содержание, так и художественную ценность того или иного произведения. Что касается купли-продажи, так сейчас продается буквально всё, вопрос лишь цены. Например, кандидатские и докторские продаются. Последнее приводит к тому, что в ВП, отдельные статьи пишутся на основании антинаучной дичи, взятой от кандидатов и докторов. [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 12:52, 11 июня 2026 (UTC) :Думал я думал... и пришел к выводу, что не стоит затевать войну на пустом месте. Достаточно создать категории вроде ''Писатели, чьи книги вышли тиражом менее...'' и там цифры от 101 до 1001 (5001?). Цену таким изданиям знаем и мы и читатель, где-то это даже интересно. А далее можно уже ''Писатели, чьи книги вышли тиражом более...'' и даже по произведениям ''Книги вышедшие тиражом более...'' - тоже критерий. я бы познакомился, как минимум с категорией: ''Книги вышедшие тиражом более 1 миллиарда экземпляров''. Сплошная польза, вместо траты ресурсов на войну. [[У:Schekinov Alexey Victorovich|''<span style="text-shadow:red 0.2em 0.2em 0.4em"> SAV </span>'']] 10:35, 10 июля 2026 (UTC) == НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ == Экспериментирую в своих шаблонах-шапках с параметром НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ: добавляю ему по умолчанию значение параметра НАЗВАНИЕ, а по умолчанию срабатывает только при условии, что страница с таким названием существует. Пока, вроде, работает нормально — выявляет потенциальные страницы неоднозначностей, которые иногда являются перенаправлениями, что как бы приглашает их оформить как страницы неоднозначностей (или добавить к странице неоднозначностей ссылку на новый текст), и это, на мой взгляд, полезно. Может, стоит это добавить напрямую в шаблон {{ш|Отексте}}? Это не должно бы сильно «утяжелить» шаблон. Код в одном из шаблонов-шапок такой: <code><nowiki>{{{НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ|{{{4|{{#ifexist: {{{1}}} |{{{1}}} }} }}} }}}</nowiki></code> <code><nowiki>{{{1}}}</nowiki></code> в данном случае первый неименованный параметр на месте НАЗВАНИЕ, а <code><nowiki>{{{4}}}</nowiki></code> в данном шаблоне неименованный параметр — необязательная альтернатива параметру НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ. --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 19:21, 6 июня 2026 (UTC) * В параметре указываются существующие страницы неоднозначностей. Неправильно делать так, что массово создадутся бесконтрольные ссылки на перенаправления на посторонние омонимы, или красные ссылки на несуществующие страницы. Лучше сделать категоризацию, добавляя в категорию текущую страницу. В категории сделать пояснение что это и что с этим делать. Назвать [[:К:Страницы, имеющие названия-омонимы, для которых можно сделать страницы неоднозначностей]]? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:24, 6 июня 2026 (UTC) *:Красные ссылки на несуществующие страницы предложенный код не создаёт: он проверяет, есть ли страница с таким названием. Если есть — получается значение параметра НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ по умолчанию (синяя ссылка). Если нет — значение параметра остаётся пустым. *:Вариант с категорией тоже приемлемый, потому что предназначен для более-менее активных участников, которые представляют, как это сделать. Правда, назвать категорию надо бы покороче; и как она сможет понять, является ли страница-омоним перенаправлением, произведением с неправильным названием (такое тоже случается — название без автора в скобках) или уже существующей страницей неоднозначностей? [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 21:16, 6 июня 2026 (UTC) *:* Шаблон «отексте» под капотом имеет скрипт на языке Lua, там возможности шире, а предложенный синтаксис для шаблонов неприменим.<br> Если добавлять функционал в «отексте», то лучше с определением несуществующих страниц.<br> Можно, при наличии страницы, предположительно, неоднозначностей, проверять есть ли в её викикоде [[:Категория:Многозначные термины]], если есть — это дизамбиг (страница неоднозначностей). Ещё надо обязательно проверять наличие обратной ссылки с дизамбига, иначе категоризовать незачем. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:41, 6 июня 2026 (UTC) *:*:Что ж, пусть будет так, раз lua позволяет проверить все эти вещи. Но в «своих» шаблонах-шапках я всё-таки оставлю этот функционал: кажется, там он не вредит, а мне кажется удобным. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 14:12, 7 июня 2026 (UTC) *:*:* Хм, каждая из 3 функций относится к ресурсоёмким — проверка существования страницы, проверка обратных ссылок, проверка на isRedirect. Последние два можно заменить парсингом текста целевой страницы. Игнорируя то, что обратная ссылка может быть редиректом (перенаправлением), но это даст много ошибок, вероятно. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 18:25, 7 июня 2026 (UTC) *:* Много биограф. текстов (критика, некрологи, мемуарные очерки) имеют названием имя персоны, с которого есть перенаправление на страницу автора этой персоны, например: [[В. В. Пупкин (Пупкин-младший)]] → перенаправление [[В. В. Пупкин]] → [[Автор:В. В. Пупкин]]. Создавать дизамбиг смысла нет, других текстов-омонимов очевидно не предвидится ввиду малоизвестности автора… перенаправление удалять тоже смысла нет, поэтому страница останется в категории… → Массой такого неубираемого будет забита категория, что отобьёт всякое желание кому-то ей заниматься. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 18:25, 7 июня 2026 (UTC) *:*:Ну, тогда отбой. Опять-таки, со «своими» шапками я надеюсь справиться сам, там относительно немного. И авторы более-менее известные. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 19:58, 7 июня 2026 (UTC) == Обновление деятификатора == Обновил гаджет, теперь работает при вкл. кнопке «Синтаксис» в панели редактирования. Вроде глюков не наблюдаю, но если будет пишите. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 00:58, 5 июня 2026 (UTC) == От Чехова до наших дней (Чуковский) == По сборнику есть несколько вопросов: # Добавил сегодня ещё одну статью из сборника [[От Чехова до наших дней (Чуковский)|От Чехова до наших дней]] — {{2О|Б. Зайцев (Чуковский)|«Б. Зайцев»}}. А у нас уже [[Борис Зайцев (Чуковский)|была версия в СО]], из современного издания, но изданная по тексту того же третьего дореволюционного издания 1908 года, с которым я работаю. Отличается она наличием сноски, что Антон Крайний — псевдоним Зинаиды Гиппиус (интересно, это можно считать простым информационным материалом или тоже защищено АП?). Как правильнее поступить в этом случае — сделать перенаправление с [[Борис Зайцев (Чуковский)]] на [[Б. Зайцев (Чуковский)]]? #Вообще, в [[Страница:От Чехова до наших дней (Чуковский, 1908).pdf/286|оглавлении сборника]] названия статей даются с инициалами, а в самом сборнике в начале каждой статьи — обычно с полным именем (без отчества). Конечно, в поле НАЗВАНИЕ лучше бы писать не как в оглавлении ({{ы|Б. Зайцев}}), а как в тексте книги (Борис Зайцев), и лучше бы так и называть страницы, но я это не сразу осознал, а теперь возни станет много с переименованиями. #В оглавлении авторы идут по отдельности; тем не менее, статья про Скитальца включена в статью о Горьком, причём без подзаголовка даже; а статьи про Чулкова, Ардова, Рославлева и так далее в оглавлении идут отдельными строчками со страницами, а на деле все разбираются в статье «Третий сорт» (с подзаголовком с фамилиями авторов), а заголовка «Третий сорт» в оглавлении вообще нет! В статье про Горького я поставил якорь на Скитальца, но это нарушает автоматическое заполнение полей ПРЕДЫДУЩИЙ и СЛЕДУЮЩИЙ, причём они по-разному отображаются в ДО и СО; и даже если заполнять их вручную, то какое значение у них должно быть? Может, просто изменить оглавление — добавить «Третий сорт» со ссылкой и удалить ссылки упомянутых авторов? Тем более, что они там идут не совсем линейно. --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 20:00, 4 июня 2026 (UTC) * 1. [[Справка:Удаление страниц#Критерии быстрого удаления|Критерии быстрого удаления]] — дубликат. Оставьте один вариант. Лучше по скану, кмк, — будет аутентично, вложена работа в вычитку и без вопросов по АП.<br> 2. Лучше назвать как указано в заголовке текста. Оглавления и содержания — отдельная сущность, бывает там названия отличаются, например, из-за ограничения по длине.<br> 3. На [[М. Горький (Чуковский)]] используется шаблон-обёртка шаблона {{t|отексте}}, тогда как на [[М. Горький (Чуковский)/ДО]] — <code><nowiki><pages header=4001</nowiki></code>. Где-то ранее обсуждалось, что у «pages header=» есть глючные нюансы. Есть сочинения «Третий сорт» и «Горький», их на отдельные страницы; тогда как «Скиталец», «Чулков» и др. — это внутритекстовые ссылки (индекс). [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:52, 4 июня 2026 (UTC) *:По первым двум пунктам понятно, спасибо. По третьему: в английской Викитеке попадался мне шаблон в индексах и в основном пространстве в таком духе: «Оглавление (нет в книге)», то есть добавлено вычитывающим. Кажется, видел такое же про номера страниц (как в «[[Книга сказок (Сологуб)|Книге сказок]]», в которой мы решили не добавлять их), где добавлены номера страниц, но в этом я не уверен, точно не помню. У нас такие шаблоны мне не встречались. *:Значит, добавить в оглавление индекса и сборника «Третий сорт», а как пометить, что этого нет в оригинальном оглавлении? Или не помечать? И поставить после в скобках имена разбираемых авторов (вне ссылки и без ссылок, наверно)? А в тексте статьи в шаблоне лучше вынести их в подзаголовок, вероятно. Но в «Третьем сорте» это будет смотреться органично, а как оформить статью с Горьким/Скитальцем? [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 18:10, 5 июня 2026 (UTC) *:* Оформляйте как в источнике. Страница Горький; из содержания ссылка на абзац в котором поставить {{t|якорь}}. Также одна страница Третий сорт, ссылки из содержания и изпод заголовка на разделы. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:08, 5 июня 2026 (UTC) *:* Там содержание дублируется несколько раз. Оно [[Страница:От Чехова до наших дней (Чуковский, 1908).pdf/286|есть в издании]], можно его трансклюзировать на страницу индекса и на базовую страницу основного ПИ. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:11, 5 июня 2026 (UTC) *:*:Хорошо, так и попробую. Там, правда, будет сначала много возни с переименованием. А оглавление из индекса на базовую страницу трансклюзировать не стоит, кажется: из него потом не ловится ПРЕДЫДУЩИЙ и СЛЕДУЮЩИЙ при помощи ИЗСБОРНИКА. Что-то такое мне вспоминается из прошлого опыта. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 19:40, 5 июня 2026 (UTC) *:*:* В ОГЛАВЛЕНИЕ надо указать [[Страница:От Чехова до наших дней (Чуковский, 1908).pdf/286|страницу]] со списком ссылок в ПИ Страница. Должно работать… [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:03, 5 июня 2026 (UTC) *:*:*:Да, оглавление в индексе умещается на одной странице. Но оно в ДО. А если добавить СО, будут глюки в основном пространстве. Собственно, поэтому, чтобы не усложнять для себя, я делаю или так, как в этом случае — шаблон-шапка плюс страница сборника для СО и «голый» header для ДО — или отдельные страницы сборников для ДО и СО (в этом случае у меня ''иногда'' получается уговорить шаблон-шапку вести себя в обеих орфографиях, как надо). [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 20:35, 5 июня 2026 (UTC) == Странное поведение шаблона {{tlp|right}} == Почему-то в пространстве «Страница» шаблон {{tlp|right}} не работает, то есть не выравнивает по правому краю, в основном же пространстве всё работает нормально. Ср., например: пометка «СТРАН.» выравнивается по правому краю в [[Умершие неестественной смертью и русалки (Зеленин)|основном пространстве]], но не выравнивается в пространстве [[Страница:Зеленин Д.К. Очерки русской мифологии. В.1. Умершие неестественной смертью и русалки.pdf/4|«Страница»]]. — [[Участник:KleverI|<font face="Verdana">'''K'''lever'''I'''</font>]] 08:10, 4 июня 2026 (UTC) * По ходу, подключаемые CSS (как шаблонов, так и индексов) вообще перестали работать в пространстве «Страница». — [[Участник:KleverI|<font face="Verdana">'''K'''lever'''I'''</font>]] 16:43, 4 июня 2026 (UTC) :Шаблон {{ш|bc}}, похоже, тоже не работает в ПИ Страница:. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 19:29, 4 июня 2026 (UTC) * [[phab:T428215]] [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 22:45, 4 июня 2026 (UTC) :* {{ping|Vladis13}}, дополните, пожалуйста, свою заявку на Фабрикаторе, что проблема касается не только CSS шаблонов, но и CSS индексов. Например, очень заметно это здесь: в [[Русская поваренная книга (Макарова)/Отдел I#14|основном пространстве]] у таблицы, оформленной с помощью классов подключаемого индексного CSS, нет границы, а в '''предпросмотре''' [[Страница:Макарова А. Русская поваренная книга.pdf/15|страницы]] она есть. Да, за ночь что-то произошло и теперь форматирование подключаемыми CSS не применяется '''только в предпросмотре''' страницы, вчера же оно не применялось и после сохранения страницы. — [[Участник:KleverI|<font face="Verdana">'''K'''lever'''I'''</font>]] 06:25, 5 июня 2026 (UTC) :** Дополнил. После сохранения по-прежнему не работает, ломается при сбросе кэша. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 07:13, 5 июня 2026 (UTC) * Починили. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:22, 9 июня 2026 (UTC) *: Да, я тоже заметил. — [[Участник:KleverI|<font face="Verdana">'''K'''lever'''I'''</font>]] 17:47, 9 июня 2026 (UTC) == Не работает предпросмотр в инструменте создания pagelist == А у меня одного не отображаются страницы в инструменты для создания pagelist? Вместо выбранной страницы показывается белый прямоугольник, а вместо миниатюры - черный прямоугольник. Создавал следующий [[Индекс:Зеленин Д.К. Очерки русской мифологии. В.1. Умершие неестественной смертью и русалки.pdf|индекс]] для pdf файла. — [[Участник:KleverI|<font face="Verdana">'''K'''lever'''I'''</font>]] 06:35, 4 июня 2026 (UTC) * [[phab:T424437]], Похоже на прошлый [[Викитека:Администрирование/Архив-3#Глюк с отображением скана?|баг отображения скана]]; если кликнуть или колёсиком мыши по прямоугольнику, то скан появляется. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 07:06, 4 июня 2026 (UTC) == Новый автор == Я создал нового автора [[Автор:Дмитрий Константинович Зеленин]], но почему то в его карточку не подцепляются викиданные, которые видны в [[w:Зеленин, Дмитрий Константинович|Википедии]]. Делал очистку (purge), но ничего не произошло. Что я делаю не так? — [[Участник:KleverI|<font face="Verdana">'''K'''lever'''I'''</font>]] 14:38, 3 июня 2026 (UTC) :Надо добавить ссылку на его страницу здесь в элемент Викиданных в раздел Wikisource. Вставить там язык ru и значение «Автор:Дмитрий Константинович Зеленин». Всё должно будет проявиться (почти) сразу. Просто сейчас никто ещё не сообщил Викиданным, что здесь появилась его страница. :Я нарочно не сделал это сам, чтобы сделали вы, и ваши руки запомнили. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 15:28, 3 июня 2026 (UTC) :* А разве это не модуль «Обавторе» делал? Просто не помню, чтобы вносил какие-либо изменения в Викиданные. — [[Участник:KleverI|<font face="Verdana">'''K'''lever'''I'''</font>]] 16:46, 3 июня 2026 (UTC) :** [https://www.wikidata.org/w/index.php?title=Q982835&diff=prev&oldid=2501555073]. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 21:23, 3 июня 2026 (UTC) == Шаблон {{ш|источник}} == Можно ли в шаблон добавить переменную, отключающую иконку? Это может быть полезным при использовании шаблона в текстах, где иконка, на мой взгляд, лишняя (как [[Миф_(Зайцев)#Комментарии|здесь]], например). --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 23:04, 2 июня 2026 (UTC) * Мне кажется, это лишнее. Иконка отмечает внешнюю ссылку, странно при нажатии будет оказаться на стороннем сайте. На этой странице комментарий был не на месте, я перенёс в шапку. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 00:51, 3 июня 2026 (UTC) *:Я как-то не воспринимаю Викисклад как сторонний сайт; к тому же, если есть индекс, то нажавший останется в Викитеке. Как компромисс, можно эту переменную ограничить теми случаями, когда есть индекс, а если его ещё нет, то иконка не исчезает. *:И ещё хотел по этому же шаблону предложить сократить текст по умолчанию до «Скан на Викискладе»: слова «размещённый на» лишние. Мы же не пишем «Индекс, ''созданный'' в Викитеке». [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 15:40, 3 июня 2026 (UTC) *:* +За сокращение текста. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 16:18, 3 июня 2026 (UTC) == [[Модуль:Отексте]] == На [[Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ/2019|странице]] красная ошибка Lua. [[Участник:Ratte|Ratte]] ([[Обсуждение участника:Ratte|обсуждение]]) 22:04, 30 мая 2026 (UTC) :Если удалить <code><nowiki>ОГЛАВЛЕНИЕ=1</nowiki></code> или хотя бы значение 1 из параметра, ошибка пропадает. Возможно, потому, что это означает «оглавление на странице автора (параметр АВТОР)», а в шаблоне стоит <code><nowiki>НЕТ_АВТОРА</nowiki></code>? [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 23:28, 30 мая 2026 (UTC) :* Да, там должно быть «ОГЛАВЛЕНИЕ=5», см. [[Шаблон:Отексте#Навигационные параметры]]. Там ещё одновременно заданы ОГЛАВЛЕНИЕ и ПРЕДЫДУЩИЙ/СЛЕДУЮЩИЙ, они конфликтуют. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 00:11, 31 мая 2026 (UTC) == «Цусима» (Новиков-Прибой): об авторских правах == Из «[[Цусима (Новиков-Прибой)|Цусимы]]» в Викитеке есть только предисловие к Книге первой. Источником указано собрание сочинений в пяти томах. Тома [https://imwerden.de/publ-12204 третий] и [https://imwerden.de/publ-12205 четвёртый], в которых опубликовано это произведение, лежат на imwerden. В третьем томе есть примечания редактора ({{ы|В. Красильников}}) на девять страниц, остальной текст авторский. Указаны фамилии художников: иллюстрации (в третьем томе не заметил, а в четвёртом есть схемы и карты в приложениях и комментариях автора; не знаю, авторские или как раз {{ы|И. Ушакова}} — если это [[w:Ушаков, Игорь Леонидович|Игорь Леонидович]], то он умер в 1989-м) и оформления книги ({{ы|Р. Алеев}}). Оформление обложки простое: тиснёные волны и подпись (автограф) Новикова-Прибоя, не знаю, превосходит ли это порог оригинальности. Вопрос же такой: можно ли, исходя из имеющихся данных, эти два тома законно загрузить на Викисклад, удалив из третьего тома девять страниц с примечаниями Красильникова так, что останется только текст Новикова-Прибоя? В четвёртом томе 1963 года фамилия Красильникова обведена чёрной рамочкой, и его текста там нет. --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 14:43, 30 мая 2026 (UTC) Просмотрел внимательнее третий том. Иллюстрации там есть, они идут парами, и в нумерацию страниц не включены. Пар этих три или четыре; если и их удалить, станет ли книга свободной? И насколько удаление отдельных страниц допустимо? Достаточно ли будет это упомянуть где-нибудь в описании файла? --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 14:57, 30 мая 2026 (UTC) В четвёртом томе четыре пары иллюстраций. --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 15:04, 30 мая 2026 (UTC) * Автор — работник ВОВ, роман издан в 1932-35, на Викисклад загружать можно будет через 3-5 года. Если только локально в Викитеку.<br> На Викискладе удаляют файлы за наличие страниц с несвободными материалами, например [[ВТ:КУ#Категория:Библиотекарь (журнал)]]. Да, надо вырезать несвободные страницы и фрагменты страниц. По мелким нюансам смотрите сами, под личную ответственность. Удалисты при желании могут докопаться до чего угодно. При том что мегатонны материалов там лежат с подложными лицензиями и неизвестно каким содержимым. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:10, 30 мая 2026 (UTC) *:Почитал на Викискладе про копирайт. Если правильно понимаю, получается, что произведения автора перешли в ОД в РФ, поэтому их можно загрузить сюда в Викитеку локально. *:А в США ещё не перешли из-за обратного действия URAA, поэтому для Викисклада они не годятся. *:Хорошо, возможно, как-нибудь подготовлю их для загрузки. Но если их и сюда загружать нежелательно (это я не совсем понял: Библиотекаря ведь не загрузили?), то не буду. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 18:23, 30 мая 2026 (UTC) *:* У «Библиотекаря» не известно откуда взять удалённые pdf для перезагрузки. А загрузивший участник не отвечает. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:46, 30 мая 2026 (UTC) *:** Если нужен удалённый файл «Библиотекаря», то его можно взять [https://disk.yandex.ru/i/rkrR-MWTuTx5cw здесь] или [https://archive.org/details/1923-no-1_202606 здесь] --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 10:06, 1 июня 2026 (UTC) Очистил файлы от несвободных материалов, загрузил сюда, в Викитеку ([[:Файл:Цусима, кн. 1 (Новиков-Прибой, 1963).pdf|кн. 1]]; [[:Файл:Цусима, кн. 2 (Новиков-Прибой, 1963).pdf|кн. 2]]). Назвал по произведению, а не по томам собрания сочинений. Если это неправильно, переименуйте, пожалуйста, до того, как появятся индексы. --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 17:29, 13 июня 2026 (UTC) * Всё же переименовал по томам: [[:Файл:Новиков-Прибой А. С., Т. 3, 1963.pdf|3]], [[:Файл:Новиков-Прибой А. С., Т. 4, 1963.pdf|4]]. Очевиднее, не будет путаницы если кто-то будет загружать другие тома. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 18:47, 13 июня 2026 (UTC) *:Спасибо! [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 03:14, 14 июня 2026 (UTC) == Ухудшилось качество скана в пространстве Страница == Резко ухудшилось качества скана, который подтягивается в пространство Страница из pdf с Викисклада. Текст буквально размывается. [https://cloud.mail.ru/public/RnGv/fo8NuDqqa Пример]: слева [[Страница:Исаченко. Гражданский процесс. Т. II (1910).pdf/29|пространство Страница]] в ВТ, справа [[:File:Исаченко. Гражданский процесс. Т. II (1910).pdf|этот же pdf]] в commons. В результате я не могу производить вычитку, т.к. ничего не разглядеть. Кто-нибудь в курсе, что происходит? Если это не будет исправлено, на вычитке очень многих сканов из РГБ (они все примерно такого же толка) придется поставить крест, т.к. не все умеют их чистить/обрабатывать перед загрузкой на commons. PS. Ранее уже было что-то похожее, но до такого нечитабельного звиздеца не доходило: [[Викитека:Администрирование/Архив-2#Ухудшение качества скана в пространстве «Страница»]]. [[Участник:Ratte|Ratte]] ([[Обсуждение участника:Ratte|обсуждение]]) 13:00, 30 мая 2026 (UTC) * Ваш запрос [[phab:T224355]] на фабрикаторе до сих пор открыт, как и связанные запросы (вроде [[phab:T256848]] и др.), лучше написать туда.<br> Уточню, у вас сравнение миниатюр с исходным pdf на сервере. У миниатюр в веб-интерфейсе Викисклада такое же размытое качество: в разрешении [https://commons.wikimedia.org/w/index.php?title=File:Исаченко._Гражданский_процесс._Т._II_(1910).pdf&page=29 по умолчанию] 439×600 и в макс. доступном [https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/f/f4/Исаченко._Гражданский_процесс._Т._II_(1910).pdf/page29-500px-Исаченко._Гражданский_процесс._Т._II_(1910).pdf.jpg 672×918]. Это разрешение указано там разрешением исходного файла. Хорошо бы узнать разрешение в файле другим приложением.<br> Кстати, в ссылках на страницы по разрешениям, вроде последней, в имени файла указано «page29-500px-». Может в этом проблема, оригинал ужимается до 500px с потерей чёткости, а потом растягивается до 672×918? Или, если я правильно понял [[phab:T224355#6960976|реплику]] на фабрикаторе, у них путаница пикселей с ppi; не 500px, а ужатые 150dpi? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 16:44, 30 мая 2026 (UTC) :* Ну я, конечно, туда написал. Но тот факт, что на таске семь лет висит статус «Open, Needs Triage», наводит на мысли, что тамошним деятелям похрен и что вернуться к вычитке сканов я теперь не смогу. Хороший был проект. Помянем. [[Участник:Ratte|Ratte]] ([[Обсуждение участника:Ratte|обсуждение]]) 17:49, 30 мая 2026 (UTC) :** Ну чё делать... 🤷🏻‍♂️ Остаётся вычитывать по сканам, как вычитывается многое, у чего сканы на том же РГБ. Открывать файл/сайт с источником во втором окне сбоку, или в Chrome есть режим в 2 вкладки в одном окне. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:39, 30 мая 2026 (UTC) :**:Можно открыть файл на Складе в соседней вкладке на нужной странице в нужном увеличении и посматривать туда и обратно при помощи Ctrl+Tab. Или загрузить PDF к себе на комп, открыть его и переключаться при помощи Alt+Tab туда и обратно. Я обычно так и делаю, потому что в пространстве Страница мне мелковато в любом случае. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 21:38, 30 мая 2026 (UTC) == Переводы не с языка оригинала == Вот перевод отрывка [[Трудолюбивая пчела/1759/09/VII. О войне из Свифта|из «Сказки о бочке»]] Свифта, сделанный с немецкого перевода. Язык оригинала, по идее, английский; но, наверно, надо бы, чтобы в шабоне {{ш|Отексте}} как-то штатно отображалось, что перевод сделан не с английского, а с немецкого. Такие случаи мне попадались и раньше, примеров сейчас не помню, но они не исключительно редки. Как это можно оформить? --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 15:37, 25 мая 2026 (UTC) * В параметре ЯЗЫКОРИГИНАЛА корректней указать «de». В ДРУГОЕ отметить, что перевод с немецкого с англ. оригинала. Автором можно указать немецкого переводчика, например, см. [[Стрекоза и Муравей (Крылов)]]. Запутанней ситуация с рус. переводами [[Красная Шапочка (сказка)]].<br> Переводы — это производные произведения, они могут сильно отличаться от оригинала, например быть в стихах вместо оригинальной прозы. А перевод такого перевода быть далёк от оригинала, зачем его указывать. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 16:07, 25 мая 2026 (UTC) *:По сказкам и басням Эзопа/Лафонтена согласен; здесь же, по-моему, ситуация отличается: переводчики старались (я надеюсь) по возможности точно передать текст. Поэтому в данном случае логичнее сделать, условно говоря, наоборот: оставлю язык оригинала английский (и автором Свифта), а в «ДРУГОЕ» напишу примечание, что перевод сделан не напрямую. Тем более, что переводчик на немецкий не указан, и в этом случае «автор неизвестен» выглядело бы странно. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 16:30, 25 мая 2026 (UTC) == Смесь кириллицы и латинницы в словах == На днях заметил [[Special:Contribs/Футболло|нового участника]], который создал себе страницу <code>common.js</code> и сделал несколько полезных правок, заменив в русских словах латинские буквы на кириллические. Заинтересовался, посмотрел, что за скрипты, поставил их себе. Один из них ([[w:Участник:DonRumata/Gadget-keybLayout.js]]) подсвечивает зелёненьким русские слова с включением латинницы (и наоборот — слова латинницей с включением букв из кириллицы: см. [[special:diff/5713187|тут]], например). Второй скрипт ([[w:Участник:Футболло/Cyrlator.js]]) добавляет кнопку {{ы|<code>Lat→Кир</code>}} над полем редактирования, которая должна бы самостоятельно заменять смесь, но я не понял, как она работает, и работает ли вообще. У меня при нажатии на неё ничего не происходило, и я строчку со ссылкой на этот скрипт у себя потом удалил. Предлагаю привинтить первый скрипт в Викитеку — он мне показался весьма полезным: открываешь страницу — и видишь зелёное пятнышко; идёшь и исправляешь. Наверно, лучше не включать его по умолчанию, потому что обычным читателям (не участникам) он вряд ли нужен. Мне трудно разобраться в коде, чтобы понять, что именно он подсвечивает, но в частности, надо бы проверить, замечает ли он, когда вместо заглавной фиты (Ѳ) вставляется заглавная же греческая тэта (Θ), и если нет, то добавить. Хоть это и не латинница, но для ДО актуально. --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 14:02, 23 мая 2026 (UTC) :Хозяину первого скрипта написал, посмотрим, что из этого выдет) [[Участник:S.Marchenko|S.Marchenko]] ([[Обсуждение участника:S.Marchenko|обсуждение]]) 15:44, 23 мая 2026 (UTC) :Я сам пользуюсь этим скриптом в Викисловаре. Активировать его можно на своём [[Special:MyPage/common.js|common.js]]): :<syntaxhighlight lang="js" inline>mw.loader.load( '//ru.wikipedia.org/w/index.php?title=user:DonRumata/Gadget-keybLayout.js&action=raw&ctype=text/javascript' );</syntaxhighlight> <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 09:57, 26 мая 2026 (UTC) :Скрипт только подсвечивает смесь [[w:Кириллица в Юникоде|кириллицы в юникоде]] и латиницы в одном слове. Заглавная (Ѳ): U+0472 входит в этот диапазон. <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 10:06, 26 мая 2026 (UTC) * {{done}}. Добавил в настройки: [[Служебная:Настройки#mw-prefsection-gadgets-gadget-section-interface]]. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 12:36, 26 мая 2026 (UTC) *:Спасибо! Кстати, а как можно выставить на удаление собственную [[Участник:Lanhiaze/common.js|common.js]], если она больше не нужна? Шаблоны в ней не работают. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 13:22, 26 мая 2026 (UTC) *:* Удалил. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 13:59, 26 мая 2026 (UTC) *:Добавил поддержку смеси греческих букв с кириллицей и греческих с латинскими. <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 17:38, 26 мая 2026 (UTC) *::Спасибо вам! [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 17:42, 26 мая 2026 (UTC) :Пока я проверял работу скрипта, обнаружил, что часто на страницах с дореформенной орфографией требуется замена латинской i на букву кириллицы даже в вычитанных страницах, и особенно часто внутри шаблона {{шаблон|перенос}}. Возможно лучше сделать скрипт, который помогает редакторам искать и заменять схожие в написании буквы разных алфавитов в поле редактирования. Нужно только набрать статистику какие ещё ошибки OCR часто встречаются. <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 14:04, 28 мая 2026 (UTC) :* Подобный скрипт точно бы не помешал, а то А (рус.) и A (лат.) не отличаются, а потом, например, поиск не срабатывает как надо. — [[Участник:KleverI|<font face="Verdana">'''K'''lever'''I'''</font>]] 14:08, 28 мая 2026 (UTC) ::А нельзя вашему скрипту велеть работать и в поле редактирования? ::В принципе, можно рекомендовать редакторам всегда использовать предпросмотр, но это не всегда удобно: в частности, после предпросмотра не работает ёфикатор, а его запускать лучше на уже вычищенном от латинницы тексте. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 14:15, 28 мая 2026 (UTC) :::Во-первых, подсвечивать текст в редакторе можно только с включенным режимом подсветки синтаксиса, а там все непросто. Во-вторых, в режиме редактирования внутри вики-разметки есть шаблоны, а искать, скорее всего, нужно и в параметрах этих шаблонов. Я думаю лучше сделать меню, как в поиске и замене, с кнопками "искать следующее" и "заменить на кириллицу" или "заменить на латиницу". Т.к. часто в одном слове непонятно какой алфавит доминирующий. Я сейчас просто считаю основным алфавитом тот, букв которого больше в слове. Но это не всегда так. Бывает, что в русском слове из четырёх букв две неверно распознаны. Например "сiяя". <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 14:47, 28 мая 2026 (UTC) ::::Да, возможность замены вещь удобная, особенно для больших текстов, где труднее найти место, в котором замечена смесь букв. Было бы здорово, если это будет осуществлено! [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 21:11, 28 мая 2026 (UTC) :::::Пока я добавил подсветку в редактор. Нужно только включить кнопку <span style="color: var(--color-progressive,#36c);">[[Файл:Codemirror 6 icon.svg]] Синтаксис.</span> В редакторе обсуждений подсветка синтаксиса включена всегда, поэтому тут она тоже работает. <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 13:09, 29 мая 2026 (UTC) {{ping|DonRumata}} Я включил Ваш скрипт и нашёл глюк с его работой: [[Четыре статьи из Зендавесты (Коссович)/Предисловие/ДО|здесь]], на [[Четыре статьи из Зендавесты (Коссович)/Предисловие/ДО#VII|странице VII]], пропадает часть французского текста (см. [[Страница:Коссович К. Четыре статьи из Зендавесты (1861).pdf/12|оригинал]]). Дальше текст пропал на странице [[Четыре статьи из Зендавесты (Коссович)/Предисловие/ДО#X|странице X]] перед сноской. — [[Участник:KleverI|<font face="Verdana">'''K'''lever'''I'''</font>]] 14:38, 27 мая 2026 (UTC) :{{done|Исправил}}. <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 19:44, 27 мая 2026 (UTC) @[[У:DonRumata|DonRumata]] Похоже, что ошибка с ударениями: [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%86%D0%B0:L._N._Tolstoy._All_in_90_volumes._Volume_10.pdf/68&curid=774790&diff=5715155&oldid=3694288], [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%86%D0%B0:L._N._Tolstoy._All_in_90_volumes._Volume_10.pdf/67&curid=774789&diff=5715154&oldid=3694287], [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%86%D0%B0:L._N._Tolstoy._All_in_90_volumes._Volume_10.pdf/66&curid=774788&diff=5715153&oldid=4035243], [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=%D0%A1%D1%82%D1%80%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%86%D0%B0:L._N._Tolstoy._All_in_90_volumes._Volume_10.pdf/64&curid=774786&diff=5715152&oldid=3694284]. Ударениё и грависов есть несколько кодов: [[Шаблон:Акут]]. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 18:28, 29 мая 2026 (UTC) * Хотя да, в тексте — [https://symbl.cc/ru/00F2/ лат. o с грависом]. Тогда в правках надо вернуть акут. Код смотрел так: F12 → консоль → <code><nowiki>Array.from("Чтò").map(char => char.codePointAt(0));</nowiki></code>. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 18:42, 29 мая 2026 (UTC) *:Ну вообще-то, в русском языке не принято ставить ударение в словах с единственной гласной в корне. И в оригинале я вижу акут, а не гравис. Я конечно, не знаю принятые тут правила, возможно нужно ставить шаблон {{шаблон|опечатка}}. <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 18:56, 29 мая 2026 (UTC) *:* Ударение в «что» часто применялось в старых текстах, включая это академ. издание 1928—1958 годов. [https://rus.stackexchange.com/questions/468028/Увидел-в-тексте-слово-что-с-отмеченным-ударением-зачем-это-было-нужно По теме], [https://orthographia.ru/orfografia.php?sid=62 Лопатин § 116 прим. 2]. В Викитеке [https://ru.wikisource.org/w/index.php?search=что+insource:/что(\{\{%5BАа%5Dкут\}\}|\{\{%5BГг%5Dравис\}\}|\%26\%23x0300|\%26\%23x0301|́|̀)/&title=Служебная:Поиск&profile=advanced&fulltext=1&ns0=1&ns104=1 ~10 тысяч страниц] с правильным ударным «что». Сейчас ботом заменяю «чтò» с латиницей. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:20, 29 мая 2026 (UTC) *:*:[[wikt:век живи — век учись|Век живи — век учись]]. Спасибо за науку. <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 19:49, 29 мая 2026 (UTC) == ДРУГИЕВЕРСИИ == В шаблоне {{tl|МЭСБЕ}} параметр ДРУГИЕВЕРСИИ работает как-то неправильно (см. [[МЭСБЕ/Борн (трубадур)]]). Хотелось бы, чтобы было аналогично {{tl|ЭСБЕ}} — то есть чтобы получалась ссылка на соответствующую статью МЭСБЕ, а не ссылка на «Другие переводы». — [[Участник:Monedula|Monedula]] ([[Обсуждение участника:Monedula|обсуждение]]) 15:17, 12 мая 2026 (UTC) * Этот параметр не применяется для статей энциклопедий. Для ссылки на др. статью используется параметр МЭСБЕ (или префикс другой энциклопедии), который бот затем переносит в Викиданные. [[d:Q4510#P1343]]. <br> [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=МЭСБЕ/Борн_(трубадур)&diff=prev&oldid=5711255 Заменил] на параметр, сейчас с ним не отображается, надо проверить код скрипта. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:30, 12 мая 2026 (UTC) ** Вроде исправил. Надо будет заменить некорректное использование параметра ДРУГИЕВЕРСИИ. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:08, 18 мая 2026 (UTC) == Форматирование стихов == В [[Может в зеркале вод отражаться луна (Мур; Вронченко)/СЦ 1829 (ВТ)|этом стихотворении]], включённом из индекса, почему-то строфы с разных страниц получились с разным отступом. В других случаях у меня как-то получалось оформление многостраничных стихотворений с помощью {{ш|bc/s}} и {{ш|bc/e}} с разрешением или запрещением их включения при помощи <code><nowiki>noinclude</nowiki></code> или вынесением их в колонтитулы (последнее действовало не всегда), и мне показалось было, что я разобрался, а сейчас опять не получается. В чём ошибка? --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 13:22, 11 мая 2026 (UTC) * Кажется, проблема в связке стиля "v" и шаблона "right", который использует блочный тег div. Попробуйте заменить шаблон на {{t|right-span}}. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 16:27, 11 мая 2026 (UTC) *:Не совсем так. Проблема — в самом стиле v, который выравнивает вложенные блоки по центру. Он идеально подходит для одностраничных включений, но если включаемых блоков больше одного, у них окажется разный отступ слева из-за разной длины строк в них. Для таких случаев желательно использовать стили f* (фиксированный отступ слева; * — величина отступа в rem, может быть от 4 до 18, подбирается методом проб; в данном случае подошло f10). — [[Участник:Lozman|Lozman]] ([[Обсуждение участника:Lozman|talk]]) 17:05, 11 мая 2026 (UTC) *::В ДО поменял стиль на text, выровнялось; но почему-то, хоть оформление одинаковое, осталась дополнительная пустая строка между страницами. Сейчас попробую удалить в пространстве Страница: [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 17:18, 11 мая 2026 (UTC) *::...Приостанавливаю эксперименты: заметил, что вы пробуете оформить. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 17:22, 11 мая 2026 (UTC) *::Фиксированным отступом стараюсь не пользоваться, потому что он по-разному будет выглядеть на разных экранах. Я видел оформление стихов двоеточиями в начале строки между тегами <code>&lt;poem></code>. Это, мне кажется, не совсем правильно. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 17:25, 11 мая 2026 (UTC) *::* Как вариант, ещё можно попробовать вставить шаблон {{t|right}} внутрь тега poem. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:37, 11 мая 2026 (UTC) *::* Сейчас работает со стилем ''text'' и выглядит хорошо. Центровка выполняется шаблонами {{t|bc/s}}/{{t|bc/e}}, поэтому стили v/f излишни. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 18:00, 11 мая 2026 (UTC) *:Спасибо! Попробовал {{t|right-span}}, и на упомянутой странице всё выровнялось (не сразу, а после нулевой правки в основном пространстве); а на [[Может в зеркале вод отражаться луна (Мур; Вронченко)/СЦ 1829 (ДО)|странице в ДО]] почему-то нет. Очистка кэша (многократная, и отредактированной страницы, и текста в основном пространстве) не помогает. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 17:14, 11 мая 2026 (UTC) * Там ещё была проблема со строкой разделения куплетов. Пустые строки появляются так: двойные переводы строк преобразуются в абзац, одиночные — сливаются. Важный нюанс: если на отдельной строке стоит неотображаемый тег или шаблон, то он не отобразится, но перевод строк в конце строки добавиться к соседнему переводу строк→ получится 2 перевода = абзац.<br> <syntaxhighlight lang="mediawiki"> Хоть в развалины сердце разбито в груди. {{nop}} </poem>}} <noinclude>{{bc/e}}</noinclude> <section end="Irish2"/> </syntaxhighlight>Все эти теги и шаблоны не отобразятся, но эти несколько переводов строк добавятся.<br> Куплеты в стихотворениях разделяются пустой строкой внутри тега ''poem''. Тут просто надо было вставить пустую строку после последнего куплета на странице, а лишние переводы строк после неотображаемых тегов и «nop» убрать. Шаблон {{t|nop}} используется только в начале страницы, внутри ''poem'' не используется. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:58, 11 мая 2026 (UTC) Всем спасибо, мне кажется, теперь я понял, как надо делать. --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 22:02, 11 мая 2026 (UTC) == Не каталог авторов == Попалась мне категория [[:Категория:Авторы, срок исключительных прав на произведения которых истекает позднее чем через 50 лет|Авторы, срок исключительных прав на произведения которых истекает позднее чем через 50 лет]] и, соответственно, категории с меньшими сроками. В упомянутой категории есть Маркес, который ничего не мог публиковать ни в Российской империи до революции (его ещё на свете не было), ни где-либо ещё до 1931 года (чтобы быть в ОД в США, если правильно помню год; ему тогда было три годика). И у меня вопрос: что же в таком случае считается «[[ВТ:Не каталог авторов|ближайшим будущим]]», хотя бы приблизительно? Если есть Маркес (ум. в 2014), почему нет, к примеру, Борхеса (ум. в 1986)? Или Агнии Барто (ум. в 1981)? Или Дмитрия Пригова (ум. в 2007)? И не следует ли в таком случае регулярно чистить категории, не относящиеся к «ближайшему будущему», от авторов, которые не подпадают под два исключения (авторы ранних советских энциклопедий и переводчики)? Или для этого кто-то должен выставлять страницы авторов по одной к (быстрому) удалению? Спрашиваю потому, что, если бы не правило, я мог бы создавать страницы некоторых авторов «на будущее», но не хочется создавать страницы, которые будут под угрозой удаления. --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 14:40, 28 апреля 2026 (UTC) * Категория была создана для отслеживания кандидатов на удаление. Маркес не проходит по [[ВТ:Не каталог авторов]], видимо стоит удалить. Ближайшим будущим для перехода в ОД мне представляются ближайшие несколько лет, максимум может лет 10. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:03, 28 апреля 2026 (UTC) *:А остальных? И которые через сорок, тридцать лет? *:На Маркеса просто взгляд упал, потому что я знаю его, а внимательно подряд категорию не смотрел. Знакомых удалять жаль, конечно (ещё там из тех, кого я узнаю, как минимум, Ирина Токмакова, Фазиль Искандер)... Разве что у Ельцина там есть тексты в ОД с той поры, когда он был президентом. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 16:04, 28 апреля 2026 (UTC) *:* И остальных, надо смотреть каждого. Обычно в Википедии есть более полная библиография. Так что удаление страницы того же Маркеса будет только на пользу — в Википедии не будет висеть в карточке обманка, будто бы в Викитеке есть чего тексты, что подрывает отношение к Викитеке. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 16:17, 28 апреля 2026 (UTC) *:*:Тогда я начну по мере сил помечать страницы авторов в этой категории. Думаю, даже переводчики в ней заслуживают удаления, на них я буду указывать в шаблоне. Всё-таки полвека — огромный срок. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 21:12, 28 апреля 2026 (UTC) * Тоже хотелось бы уточнить консенсус по границам «ближайшего будущего», желательно с включением в [[ВТ:ЧСВ]]. Иногда хочется создать страницу автора, но неопределённость останавливает, а если чётко прописать, например, 10-летний срок, будет проще, по-моему --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 08:24, 29 апреля 2026 (UTC) ** Коллега [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]], вы пишите: „Думаю, даже переводчики в ней заслуживают удаления, на них я буду указывать в шаблоне“. В ВТ есть правила или договоренности, страницы каких авторов можно создавать и оставлять. Разве нужно жить, игнорируя правила сообщества? Вы начали расставлять шаблон кбу на страницах переводчиков и авторов БСЭ. В настоящее время это деструктивная деятельность, поскольку люди должны терять время и силы на удаление подобных шаблонов. --[[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 11:54, 29 апреля 2026 (UTC) **:Что касается переводчиков — извините, мой просчёт безусловно. Я понял это уже потом, когда не было возможности исправить сразу. А что до авторов БСЭ, то, как мне казалось, я на каждой странице смотрел, что «энциклопедические статьи не найдены», и шаблон вешал только в этом случае. Потом проверю отмены своих правок, чтобы увидеть, где я упустил авторов БСЭ. И в дальнейшем постараюсь быть ещё внимательнее. Ещё раз прошу прощения. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 17:20, 29 апреля 2026 (UTC) **:Да, теперь вижу: нужно ещё обращать внимание на категории, потому что из тела статьи может не быть очевидно, что это автор БСЭ. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 17:27, 29 апреля 2026 (UTC) **:* https://ru.wikisource.org/w/index.php?search=incategory:%22Авторы,+срок+исключительных+прав+на+произведения+которых+истекает+позднее+чем+через+50+лет%22+-insource:/Авторы+(перв|втор)ого+изд.%2B%3F+БСЭ|Переводчики/&title=Служебная:Поиск&profile=advanced&fulltext=1&ns102=1 - такой фильтр поможет. Сначала смотрим содержимое категории +50 лет (цифру менять для категорий +20-50 лет), затем убираем из неё автора БСЭ и переводчиков. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 18:19, 29 апреля 2026 (UTC) **:** Такое удобнее через PetScan делать. Вот этот же запрос: https://petscan.wmcloud.org/?psid=46883195 --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 04:25, 3 мая 2026 (UTC) ** Мне совершенно непонятен запрет на [[Викитека:Не каталог авторов|ВТ:Не каталог авторов]]. Зачем он вообще нужен? Это, на мой взгляд, неправильно: в ВП можно выложить библиографию автора, а в ВТ нельзя не только выложить библиографию автора, если его книги не ОД, но даже создать его страницу! Викитека это же библиотека! Почему она должна быть хуже чем сайты РГБ или РНБ? — Викитека должна быть лучше чем сайты библиотек и по количеству авторов должна быть лучше чем ВП! Так как не для каждого автора вообще можно создать страницу в ВП. Это издевательство: для спортсменов есть место в проекте, а для людей интеллектуального труда, написавших книги нет места в проекте в ближайшие годы. Не понимаю кому вообще помешают страницы авторов в ВТ, если их книги не в ОД? — Для таких страниц можно, например, в начале, вверху страницы размещать шаблон: произведения данного автора пока в соответствии с законодательством нельзя добавить в ВТ. и таким образом решить задачу. [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 18:26, 29 апреля 2026 (UTC) **:Я, с одной стороны, могу понять желание собрать в Викитеке библиографии авторов, даже если сейчас невозможно разместить их полные тексты. С другой стороны, в библиотеках есть каталоги, но они, насколько я понимаю, содержат карточки книг, в действительности имеющиеся в данной библиотеке, а не всего, что она хотела бы иметь. И ссылка на страницу автора в Викитеке из других проектов (Википедии в первую очередь) действительно вводит в заблуждение, как если бы я нашёл в каталоге физической библиотеки карточку интересующей меня книги, заполнил бы на неё требование, а мне бы ответили, что у них её нет и не будет в ближайшие полвека, приходите после 1 января 2079 года. Каталог и библиография разные вещи. **:Кроме того, если бы этого правила не было, я опасаюсь, что стало бы возможным невозбранно создавать страницы авторов, книг которых нет и не было в настоящих библиотеках: самиздат, к примеру, точнее, бумажные книги, изданные за счёт автора, которые никто не знает, и в библиотеках их нет. Но это уже немного другое правило было бы. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 20:17, 30 апреля 2026 (UTC) **:* Было предложение, которое на мой взгляд наиболее приемлемо: разрешить создавать страницы авторов книг, напечатанных в официальных издательствах СССР. В Советском Союзе за свой счет авторы не издавали книги. Относительно ссылки ВП на ВТ, которая сейчас есть далеко не в каждой карточке автора «Произведения в Викитеке», то её можно легко заменить на «Страница автора в Викитеке» или на «Библиография и произведения в Викитеке». Но данный вопрос пусть решают википедисты; людей же, пополняющих ВТ, этот вопрос никак не должен волновать. ВТ и ВП связаны через ВД, но проекты разные. На самой странице ВП указано: В других проектах (Викисклад, Викитека, Элемент Викиданных). [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 23:29, 30 апреля 2026 (UTC) **:*:Это ограничение (авторы СССР) выглядит реалистичным, но всё-таки — библиотека и библиография вещи разные. Даже если изменить формулировку в плашках Википедии на нейтральную, вроде ''Страница автора в Викитеке'', я в библиотеке по любой такой ссылке ожидал бы найти произведения этого автора, а не только их перечисление. **:*:Теоретически в Викитеке каталог русскоязычных авторов/произведений мог бы стать не хуже (или лучше), чем в РГБ (к примеру), но разница в том, что в каталоге РГБ, если я найду автора и произведение, там будет указан адрес, где ''у них'' можно прочитать бумажную книгу, если её нет в оцифрованном виде — потому ли, что она ещё не в ОД, или же просто не успели оцифровать. В Викитеке такой услуги быть не может: здесь — и в нашем книгохранилище на Викискладе — только произведения под свободными лицензиями. **:*:Наверно, всё-таки именно для библиографий больше подходит Википедия. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 20:37, 1 мая 2026 (UTC) **:*:* Увы, Википедия для библиографии на подходит для большого числа авторов. Для создания страницы в ВП нужна энциклопедическая значимость, в противном случае страницу удалят. Получается: большое число авторов, книги которых напечатаны в официальных изданиях (а не в самиздате), являются изгоями в проекте в ближайшие десятилетия. {{pb}}Если целью проекта является собирание и распространение научных энциклопедических знаний, включая сведения об авторах и их библиографиях, то, в ВТ необходимо внести вышеизложенные изменения. {{pb}}Что касается ''ожидания увидеть произведения автора'', то это к сожалению пока неосуществимое желание (и не только ваше), ввиду нехорошего законодательства об АП (с которым приходится считаться). В ВТ достаточно много страниц людей (переводчиков, авторов энциклопедий), произведения которых нет в открытом доступе, так как они в не ОД. Но данный факт никому не доставил никаких неприятностей. [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 06:20, 2 мая 2026 (UTC) **:*:** Я против. [[ВТ:ЧТВ]]: «Викитека — проект, имеющий целью создание постоянно пополняемой библиотеки свободно распространяемых текстов». Создание бесконечных списков несвободных текстов противоречит цели проекта. Об этом указано в [[ВТ:Не каталог авторов]].<br> Более того, это вредит проекту, вынуждая патрулирующих и администраторов тратить время на проверки того, что невозможно проверить в принципе. — В одной только России сейчас около 140 млн. человек, сколько в других временных срезах, сколько, например, в Молдове, Грузии, Дагестане… не известно + выдуманные авторы. Если каждый будет библиографию писать, с выдуманными произведениями выдуманных изданий. Спасает только что Викитека проект малоизвестный — иначе все миллионы библиографий с fantlab, литрес, author.today оказались бы тут и регулярно пополнялись ботами и рекламщиками ради накрутки в поисковиках, с полным хаосом и игнорированием викификации. Рекламную библиографию не отличить от [[ВТ:НЕРЕКЛАМА]].<br> Кроме того, в Википедии будет висеть в карточке обманка, будто бы в Викитеке есть тексты автора, что подрывает отношение к Викитеке.<br> Для библиографий есть другие сайты со специализированными движками.<br> Да и авторам это не нужно. Видите ли вы тут советских авторов, кто хотел бы тут публиковать свою библиографию при этом не передавая тексты в ОД. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 13:54, 2 мая 2026 (UTC) **:*:**: [[ВТ:Не каталог авторов]] на английской странице ВТ я данного запрета не нашел. Кто и когда добавил данный запрет в русскую ВТ не подскажите? 140 миллионов? — И все, включая не умеющих писать и читать и не пользующихся интернетом, начнут немедленно создавать страницы в ВТ выдуманных авторов, вы в это действительно верите? fantlab, литрес, author.today, если я правильно понимаю, то люди, работающие на данных сайтах, сидят на зарплате, и их ботам и рекламщикам что заняться больше нечем как продвигать сайт ВТ? И главное для чего, чтобы их сайты в итоге прикрыли? Вы опять пишите про ВП, карточка обманка, которая будет висеть в ВП, может подорвать авторитет только ВП, но никак не ВТ. Есть ли авторитет у ВП и можно ли его подорвать? :-) В итоге: страницы советских авторов с библиографиями никак не нарушают правила ВТ. Более того, для пополнения текстов ВТ необходимо упорядочивание авторов и их произведений. Страницы авторов в ВТ как раз помогут это сделать.--[[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 12:21, 3 мая 2026 (UTC) **:*:**:* Тут не нужно верить, достаточно вспомнить, как каждый день надо было только тем и заниматься что банить вандалов и спамеров. Как для того чтобы проверить ими написанное надо было выбрасывать по несколько часов личного времени. В интервиках это тоже неписанное правило: если нет загруженного текста упоминание просто удаляют. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 13:51, 3 мая 2026 (UTC) **:*:**:** Неписанное правило это не правило. А что касается вандалов и спамеров, то конечно большое спасибо, админам ВТ, за их работу. Только ведь вот какая штука: наличие вандалов и спамеров никак не связано с выше предложенным; вандалы и спамеры были есть и будут... [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 18:39, 3 мая 2026 (UTC) **:** Мне нравится предложение разрешить создавать страницы авторов книг, напечатанных в официальных издательствах СССР, только, наверное, по языку ограничить нужно --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 08:01, 2 мая 2026 (UTC) **:**:Ну, тогда надо бы обсудить и страницы авторов «Тамиздата»: в нём тоже был, мне кажется, приемлемый издательский отсев авторов, не хуже, чем в СССР, и это тоже русская литература... **:**:«По языку» само собой разумеется: если произведения не на русском, то для создания страницы автора в русской Викитеке должны существовать опубликованные переводы на русский. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 10:31, 2 мая 2026 (UTC) **:*** Что такое «официальные издательства СССР», огласите весь список, пожалуйста.<br> Что если автор со скрипом опубликовал заметку в каком-нибудь журнале «Юность», а все остальное в Самиздате, и его тексты будут доступны только в 2130 году? Зачем его библиография здесь? Почему админы должны тратить время на викификацию и проверку таких страниц? Согласуется ли это с целью проекта в первом абзаце [[ВТ:ЧТВ]]? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 14:10, 2 мая 2026 (UTC) **:**** Списка готового у меня нет. Что такое «официальные издательства СССР»? — Ответ на этот вопрос дать несложно, он базируется на следующих составляющих: официальная регистрация издательства, госплан, госбюджет, госфинансирование. В журналах или в газетах в СССР печатали не всех подряд. Если есть АИ, в которых указаны год рождения и смерти автора и убедительно доказано, что автор являлся писателем или журналистом, и автором данного сочинения в издании, то кому его страница помешает в ВТ? [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 11:52, 3 мая 2026 (UTC) **:***** Если не сложно, приведите список, для каждого года СССР и всех городов всех республик. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 13:37, 3 мая 2026 (UTC) **:****** Для начала: [[w:Список издательств СССР по кодам|Список издательств СССР по кодам]], здесь же в источниках можно посмотреть литературу по теме; если есть желание и время, то можно копать глубже и глубже. Отличить гос. издательство СССР от самиздата так же легко, как отличить белый гриб от красного мухомора. --[[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 18:50, 3 мая 2026 (UTC) **:******* Это список издательств, которым в 1970х был выдан код. Не представляю, как надо натянуть сову на глобус, в попытке связать это с вопросами выше... [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 21:34, 3 мая 2026 (UTC) **:******** Если вы не принимаете предложение по авторам СССР, возможно ли сделать тоже самое по хотя бы по авторам издательств, которым в 1970х был выдан код? [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 15:34, 6 мая 2026 (UTC) * Можно ещё кроме Категорий смотреть в разделе «Инструменты» (он находится слева в колонке на экране), в подразделе: «Ссылки сюда». Например, в статье [[Автор:Николай Алексеевич Добротин]] найдем следующие ссылки: :* БСЭ1/Комптона эффект (← ссылки | править) :* Викитека:Проект:БСЭ1/Словник/33 (← ссылки | править) :* Викитека:Проект:БСЭ1/Словник/48 (← ссылки | править) :* Викитека:Проект:БСЭ1/Словник/47 (← ссылки | править) :* Файл:Николай Алексеевич Добротин.jpg (← ссылки | править) :* Страница:БСЭ-1 Том 33. Классы - Конкуренция (1938)-2.pdf/167 (← ссылки | править) : {{pb}}Перейдя по ним, а затем включив поиск для каждой странице по слову «Добротин», обнаружим, что данному автору принадлежат следующие статьи в первом издании БСЭ: БСЭ1/Комптона эффект, БСЭ1/Радиоактивность, БСЭ1/Протон.{{pb}}Рад, что вы поняли свою неправоту, успехов вам в работе в ВТ. [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 17:59, 29 апреля 2026 (UTC) == Request for comment (global AI policy) == <bdi lang="en" dir="ltr" class="mw-content-ltr"> Apologies for writing in English. {{int:Please-translate}} A [[:m:Requests for comment/Artificial intelligence policy|request for comment]] is currently being held to decide on a global AI policy. {{int:Feedback-thanks-title}} [[Участник:MediaWiki message delivery|MediaWiki message delivery]] ([[Обсуждение участника:MediaWiki message delivery|обсуждение]]) 00:58, 26 апреля 2026 (UTC) </bdi> <!-- Сообщение отправил Участник:Codename Noreste@metawiki, используя список на странице https://meta.wikimedia.org/w/index.php?title=Distribution_list/Global_message_delivery&oldid=30424282 --> == Викификатор == Заметил, что Викификатор в пространстве имён Страница убирает шаблоны. Например, {{tl|h2}} и {{tl|right}}. Раньше такого не было --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 13:25, 23 апреля 2026 (UTC) * Не наблюдаю. Приведите ссылку, на какой странице? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 16:38, 23 апреля 2026 (UTC) ::Сейчас тоже не воспроизводится, но я на другом компьютере с другой операционной системой. Завтра попробую повторить в тех же условиях --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 20:51, 23 апреля 2026 (UTC) :: Получилось воспроизвести, причём дело не в шаблонах, а и с обычным текстом идёт откат в предыдущее состояние. Проблема возникает как на несуществующих страницах, так и при добавлении текста на существующие. --[[Участник:Butko|Butko]] ([[Обсуждение участника:Butko|обсуждение]]) 10:09, 25 апреля 2026 (UTC) [[Файл:Викификатор возвращает текст к предыдущему состоянию.webm|600px|мини|центр]] ::* Проблема при вкл. кнопке «Синтаксис» возникает. Там полностью поменяли метод хранения вводимого в редакторе текста. Надо будет изучать документации и корректировать гаджет. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 10:35, 25 апреля 2026 (UTC) * Вроде поправил [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=MediaWiki:Gadget-wikificator.js&diff=prev&oldid=5715134]. --[[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:19, 29 мая 2026 (UTC) ** Может мне кажется, но вроде была подсветка синтаксиса в ПИ Страница, включаемая в [[Служебная:Настройки#mw-htmlform-gadget-section-editing|настройках]] гаджетом [[mw:User:Remember the dot/Syntax highlighter|User:Remember the dot/Syntax highlighter]]. Не могу проверить как было. Если была, то у меня после этого перестала работать там. То изменение (+выкл. подсветка «Синтаксис» CodeMirror) и этот гаджет никак не пересекаются. Странно, тот гаджет и не должен был работать в ПИ Страница, поскольку [https://www.mediawiki.org/wiki/User:Remember_the_dot/Syntax_highlighter.js#L-693 требует условия] <code><nowiki>mw.config.get("wgPageContentModel") == "wikitext"</nowiki></code>, тогда как в ПИ Страница эта переменная == "proofread-page"... --[[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:48, 29 мая 2026 (UTC) == Клавиатурные сокращения == В обычном окне редактирования сокращения для полужирного <code>Ctrl+B</code> и курсива <code>Ctrl+I</code> работают только когда клавиатура английская, а в режиме «Быстрый ответ» в обсуждениях — при любой раскладке. Можно ли сделать, чтобы эти сокращения работали при любой раскладке и в обычном окне редактирования? Или можно, но слишком сложно? --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 19:04, 22 апреля 2026 (UTC) * Не уверен, мне кажется это зашито в вики-движок. Текущие клавиши: [[w:en:Table of keyboard shortcuts#Text formatting|Table of keyboard shortcuts#Text formatting]]. Расширения для браузера https://chromewebstore.google.com/search/Keyboard%20Shortcuts?hl=ru тут не помогут, — в них для одной функции одна комбинация, а вы хотите на одну функцию − две. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:06, 22 апреля 2026 (UTC) *:Немного жаль, но ладно... [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 20:24, 22 апреля 2026 (UTC) *: А кнопка викификатора имеет сокращение <code>Ctrl+Alt+W</code>, но срабатывает и с другими раскладками… --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 15:43, 25 мая 2026 (UTC) *:* Возможно причина, что эти клавиши настроены в гаджете [[MediaWiki:Gadget-wikificator.js#L-5]], а Ctrl+B - в викидвижке. Отдельные реализации функционала клавиш в коде. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:58, 25 мая 2026 (UTC) *:*:В обработчик в строке 507 нужно добавить <syntaxhighlight lang="js" inline> e.preventDefault();</syntaxhighlight> <span class="clickable-image">[[Участник:DonRumata|<span style='color:black;font-family:"Palatino Linotype"; border-bottom: 1px dotted;'>''Don&nbsp;Rumata''</span>]]</span> 22:22, 8 июня 2026 (UTC) *:*:* Добавил. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 07:36, 9 июня 2026 (UTC) == Объединение новостных текстов из периодики == Предлагаю безавторские новостные сообщения ТАСС и пр. (а также объявления о концертах и пр.) объединять в общие "номерные" статьи уже со своей внутренней структурой через == == и === ===, что в первую очередь позволит решить проблему слишком длинных названий, а кроме того подызбавит викитеку от, на мой взгляд, ненужной массы микростатей на 1-2 абзаца, где порой название немногим короче самого текста. Пока что таких "изгазетных" статей небольшое число, но в перспективе, учитывая бездонное число уже доступных сканов периодики... страшно подумать, что будет)) А так, микростатья [[Прием К. Е. Ворошиловым Чрезвычайного и Полномочного Посла Бирманского Союза в СССР г-на Монг Она (Правда, 31.12.1955)]] перебазируется к своим соседям по времени выхода сюда: допустим, [[Новостные сообщения/Правда/1955/декабрь/31 №365]], где будет одной из глав с внутренней ссылкой через решётку: [[../31 №365#Прием К. Е. Ворошиловым Чрезвычайного и Полномочного Посла Бирманского Союза в СССР г-на Монг Она]]. А там хоть постранично, хоть в алфавитном порядке.<br> То же самое относится к распространённой в журналах XIX века рубрике "Смесь". [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]].([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 09:56, 6 января 2026 (UTC) * Что относительно больших по размеру заметок и анонсов? Если да, какой критерий по размеру? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:40, 6 января 2026 (UTC) * > ''допустим, [[Новостные сообщения/Правда/1955/декабрь/31 №365]]''<br>Мне кажется, для таких страниц лучше подходит схема названия с изданием вначале: [[Правда/1955/№365 (31 декабря)/Анонимные заметки]]. Оглядка на поисковики не требуется, поскольку в этом варианте поиск заметки будет исключительно по контенту страницы, а не ее названию. Предлагается поместить анонимные заметки разных жанров, поэтому это не «новостные сообщения». Или использовать «сообщения», если это слово может обобщить жанры заметка и анонс, вроде по п. 6.4 [[Гражданский кодекс РФ/Глава 70#Статья 1259. Объекты авторских прав|ст. 1259 ГК РФ]] это так.<br>Схему с месяцем после номера, вроде «Правда/1955/№ 365 (31 декабря)», [[Викитека:Форум/Архив/2025#Предложение по именованию выпусков периодики и статей|предлагал к обсуждению]] [[У:Lozman|Lozman]], не знаю лучше ли. Если выпусков газеты за месяц масса возможно месяц должен быть в пути названия, как в вашем примере. С другой стороны такой вариант естественный, не вызывает недоумения что за цифра после слеш перед номером. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:58, 6 января 2026 (UTC) *:"что за цифра" - это дело привычки) если в руководстве прописать, вопрос сам по себе вскоре отпадёт) Но это только при помесячном разделении — не вижу тут другого варианта. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:51, 7 января 2026 (UTC) *:* Понятно должно быть и читателям и редакторам новым в данной теме, всем. Руководства читатели не читают. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 22:24, 7 января 2026 (UTC) *:*:Вообще-то меня уже устраивает и структура ''год/номер (день месяц)'', то есть без выделения месяца для газет - ведь это всего лишь названия ВТ-страниц, которые уже будут прикрепляться ссылками к перечням соответствующих номеров на погодовых страницах периодического издания. Тогда не придётся перемудрять с категориями: достаточно распределить подкатегории по примерному принципу: ''К:Правда (газета)'' >> ''К: Газета «Правда» по годам'' >> ''Публикации в газете «Правда» (1954)''. Где уже и для авторских статей место найдётся, и для анонимных, у которых надо будет ввести соответствующие подкатегории по жанрам (если моё предложение по ним будет принято): ''К: Спортивные новости в газете «Правда» (1954)''. В этом, кстати, ещё одна веская причина ставить заголовки безавторских статей или жанры "новостных" статей перед названием издания: в алфавитных списках категорий тогда будет удобоваримое распределение, а не один бесконечный список из статей на букву П: ''Правда/1918/№1 (3 января)/Берегись!/ДО'', ''Правда/1955/№ (дата)/Спортивные новости'' (и т.п.) [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 07:55, 8 января 2026 (UTC) * При таком варианте он должен быть зафиксирован в руководстве. Поскольку заголовки страницы легко переименовать (викифицировать), текст перенести. Но это сломает ссылки на внешних сайтах, с Википедии, если таковые будут на исторические новостные события, даже если в заголовке изменён лишь один символ. При переименовании страницы остаются перенаправления, а тут их не будет. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 21:14, 6 января 2026 (UTC) :* С одной стороны, это должно больше беспокоить редактора конкретной вики-страницы (в моём случае, когда я ссылался на некоторые ресурсы, а они потом либо исчезали, либо совершенно меняли структуру без возможности найти прежний текст, оставалось лишь разводить руками; а в ВТ поиск работает вполне), а с другой, пока новостных ВТ-страниц из периодики ещё сравнительно немного, надо, значит, ускорить вопрос с "мануалом". :* "Анонимные заметки" я бы всё-таки разделял: на новостные (они сообщают о прошедшем событии, постфактум, без какой-либо аналитики и более-менее сухо, если не считать идеологических оборотов и дифирамбов), рекламные анонсы и редакционные статьи (включая передовицы) с аналитикой и реакцией на события. Ещё можно выделить рецензии. Новостные заметки (и рекламные анонсы) короткие (или сравнительно короткие) в принципе - это к тому, каков критерий по объёму. В отличие от редакционных репортажей (от анонимного собственного корреспондента) с места событий. Кстати, новостные сообщения тоже можно разделить: на общественно-политико-экономические (новости, как таковые) ± официальная информация ("от ЦК КПСС и СМ СССР", награждения и т.п.); новости спорта; новости культуры; некрологи (?). Хотя это всё можно оформить и в виде разделов внутри статьи, но зато сократит потенциально излишний объём. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:42, 7 января 2026 (UTC) :** Предлагаете называть подстраницы не одним термином «анонимные сообщения» (или «… заметки»), а по разному в зависимости от жанра? Предлагаете список допустимых названий? Или на выбор участников? Предоставлять полный выбор участникам очень бы не хотелось. Бывают «вундеркинды»… Недавно с одним участником был спор, в результате которого он ушел из проекта. Он настаивал и массово категоризовывал художественные рассказы, сказки, анонсы, короткие новостные заметки и биографические очерки — в аналитический жанр «статьи»; утверждая, что в периодике публикуются только статьи и ничего иного. Я приводил ему много ссылок на материалы о классификации жанров журналистов и литературоведов, это полностью игнорировалось. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 22:34, 7 января 2026 (UTC) :**:Я чуть выше изложил своё мнение уже с точки зрения категоризации газетных статей. "Анонимные сообщения" помимо того, что звучит слишком обще, а статьи вероятно будут громоздкими, список статей в соответствующих категориях завалится сотнями мало о чём говорящих читателю названий (теперь уже на букву А). И да, желательно разработать список допустимых названий. К примеру: :**:* Официальные сообщения (от органов власти, дипломатия и т.п.) :**:* Указы (награждения, назначения...) :**:* Военные сводки (во время войн. А по поводу сводок «От Советского информбюро» во время ВОВ надо что-то придумать общее, так как они действительно без изменений перепечатывались по всем советским газетам). :**:* Новости экономики :**:* Зарубежные новости :**:* Новости культуры :**:* Новости науки :**:* Новости спорта :**:* Объявления и анонсы :**:* Некрологи (в случае кратких сообщений) ::::Постоянные рубрики ("Смесь", "Их нравы", "Вокруг света" и т.п.) лучше оставлять под своими заголовками, которые у каждого издания могли быть свои (как "Пёстрый мир" в журнале "Вокруг света" или "БИНТИ" в "Наука и жизнь"). Что касается передовиц (их ставили на первой странице в самом начале и в советской печати они носили в основном агитационный характер), они, как правило, объёмные, поэтому их размещать следует отдельными ВТ-статьями с собственным заголовком + категория "Передовицы". Редакционные статьи (с комментариями, анализом, реакцией по поводу чего-либо - как уже пресловутая "Берегитесь!") также остаются самостоятельными. Некрологи с биографическими данными и перечнем заслуг - отдельными статьями. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 08:49, 8 января 2026 (UTC) :::::{{перенесено на|#Категоризация некрологов}} * Полагаю, здесь могут быть совсем иные решения. В СССР было множество как общесоюзных, так и региональных/районных/городских и т.п. изданий. Множество публиковало одни и те же тексты, особенно исходящие из ТАСС, АПН и других агентств, часто с редакторскими правками. Здесь же репертуарные расписания, официальные публикации, прогнозы погоды и много чего ещё. В таких случаях логично указывать источник информации, а не издание. И делать одну страницу для таких перепечаток с указанием источников в оглавлении страницы и размещением вариантов (если есть) тут же. Редактору ВТ легче найти место для указания нового источника уже имеющегося в ВТ текста, чем пользователю искать по полнотекстовому поисковику что-либо в блоках разнородной информации. И ещё нужно аккуратней отнестись к иерархии подстраниц, не размножая пустые сущности. Подстраницы годов периодики выглядят совершенно излишними, достаточным была бы структура "Издание"/выпуск+дата (параметр редакции). Этого достаточно для размещения всех выпусков и всех оглавлений каждого выпуска. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 11:54, 7 января 2026 (UTC) *:Практика подразделения периодических изданий по годам здесь существует уже давно - например, страница [[Вестник Европы/1815]] создана в 2015 году и отлично гуглится, что позволяет найти содержание журнала за любой нужный год (хотя бы по имеющейся ссылке на скан). И помесячное разделение (для газет) - всего лишь следующий этап. Конечно при наличии ВТ-редакторов, желающих вплотную заниматься оглавлениями (дело это, считаю, не менее нужное и благородное, чем выкладывать сами тексты). Когда статей с оглавлениями кот наплакал, сойдет и структура ''Издание/выпуск+дата'', но надо смотреть на перспективу. Повторение же новостных текстов из разных газет не считаю большой проблемой, при том факте, что в ВТ не возбраняется и даже поощряется выкладывать разные варианты и редакции авторских произведений (пусть в них заинтересованы сугубо специалисты-филологи, ради предмета своего исследования и без того способные горы свернуть). А посмотреть ВТ-статью с готовым набором ретро-новостей за конкретный день может быть интересно и любому дилетанту, что вдруг заинтересовался определённым периодом или фактом истории. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 14:51, 7 января 2026 (UTC) ** > ''Подстраницы годов периодики выглядят совершенно излишними, достаточным была бы структура «Издание»/выпуск+дата (параметр редакции).''<br>Нумерация выпусков периодики считается от начала года. Кроме этого есть «валовая нумерация» со дня основания издания, не зависящая от года, указывается в скобках после основного номера. См. п. 6.1.5 [https://normativ.kontur.ru/document?moduleId=9&documentId=7224 ГОСТ 7.4-95], [https://www.libex.ru/qna/tech/mag/ формат описания номеров]. В старых изданиях, не имевших ГОСТ, могла быть была иная нумерация. Например, в [[Вестник Европы/1815]] валовая нумерация по «частям», в других изданиях могла называться «тома» или иначе, в которых — выпуски с нумерацией от начала года.<br>Тоже [https://blog.rarenewspapers.com/numbering-an-issuehow-was-it-done в англ. периодике], где годы с основания издания называются «volume», и отмечается, что номерация по томам (volume) могла сбрасываться издателем, могло быть например два тома № 1. Поэтому включение года имеет смысл. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 22:08, 7 января 2026 (UTC) :::* Вестник Европы как раз имеет неглубокое вполне логичное дробление ссылок. Целый год (6 частей и 24 выпуска) формально сведены в один выпуск. Ни части, ни отдельные выпуски не имеют подстраниц, все оглавления растянуты на длинную страницу. Объём оглавлений в выпусках не слишком большой, навигация делается оглавлением страницы. Со страницы издания ссылки сразу на разделы по году. Ссылки на тексты по обычной схеме именования, с учётом вариантов и неоднозначностей. Это издание уже практически использует предложенную схему. Детали можно обсудить при обсуждении формулировки правил-рекомендаций. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 10:13, 8 января 2026 (UTC) :::*:>>''Объём оглавлений в выпусках не слишком большой'' :::*:Это пока они не выложены целиком (например, см. скан [https://viewer.rusneb.ru/ru/000199_000009_013507593?page=319&rotate=0&theme=white части LXXIX] в НЭБ), но как только кто-нибудь озаботится "огласить весь список", мало не покажется)) Поэтому оглавления журналов естественно составлять не на все 20-30-100 лет издания, а только на весь год (но во всех подробностях и внешними ссылками (на НЭБ и пр.) в надежде, что когда-нибудь все тексты оттуда будут распознаны и выложены в ВТ). Тогда сразу б было видно, допустим, где были напечатаны продолжения многочастных публикаций и где их сканы искать, а в описании издания можно будет указать определённого редактора, отвечавшего за издание в тот или иной период. Аналогично и по газетам - распределим их номера по годам, но уже без общего оглавления за весь период (иначе придётся вернуться к "помесячному" принципу). ВТ-страница, посвящённая конкретному номеру (и с ним в названии), может быть либо в форме оглавления с ссылками и без, либо в виде текста с внутренним оглавлением (для малообъёмных номеров из раннего периода истории российских газет - как [[Санкт-Петербургские ведомости]] в 1720—1730-е годы, например). И самое главное: распределение по годам удобно для хронологической категоризации, чтобы избежать в перспективе многотысячной свалки в категории ''"Публикации в журнале «Вестник Европы»'' и т.п. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 13:33, 8 января 2026 (UTC) ::* Я не вижу принципиальных возражений, а предложенная система именования страниц резко снижает длину наименования. На странице издания размещается сетка по годам и номерам выпусков, даже столетняя история ежедневных выпусков вполне уместится на одну страницу, на ней же удобно пояснять изменения периодичности, перерывов выпусков и пр. Навигация по оглавлению или шаблону в шапке. Ссылка на выпуск ведёт на подстраницу "издание/выпуск", на нём располагается оглавление выпуска. В оглавлении выпуска ссылки на созданные страницы с текстами. Именование текстовых страниц - исходя из минимизации. Неподписанные и не имеющие неоднозначностей - по наименованию в выпуске. Имеющие указание источника - "наименование (источник)". Подписанные - "наименование (автор)". При появлении одноименных текстов - переименование с уточнениями, а страница без уточнения становится дизамбигом, так не теряются совсем прямые ссылки на тексты. При появлении одноименных текстов без подписей или с указанием источника - источник дописывается в статью, можно с якорем, ссылка на статью будет из разных изданий и выпусков (их может быть много с одним текстом). --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 09:57, 8 января 2026 (UTC) ::** Я потерял мысль в этой ветке, и затрудняюсь не то что возразить, а прокомментировать. Имеет ли это отношение к названию темы? Как я понял вы говорите о страницах с оглавлениями выпусков. Может это перенести в тему ниже? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:58, 8 января 2026 (UTC) ::* И в продолжение: нарисовал [[Участник:Egor/пример оформления издания Правда|сетку газеты Правда]] на 1917 год с разными периодами и номерами. Объём выпусков как раз на приличную страницу. Показанные в [[Правда (газета)]] сканы нужно будет проверять на соответствие оригиналам, но начинать вполне возможно и с имеющимися материалами. Ссылки на сканы и индексы на подстранице выпуска нет проблем, ссылки на отдельные сканы статей тоже, сами страницы выпусков с оглавлениями изначальной идентичности не имеют, это наше поле работы. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 16:45, 8 января 2026 (UTC) ::*:Размещенные вами на [[Правда (газета)]] ссылки на книжные издания годятся для раздела '''Библиография''', но никак не для полноценного раздела за 1917 года, который при полной расшифровке внешней ссылок по номерам место займёт уже немалое, а вся совокупность с 1912 и вплоть до 1991 года просто гигантское. Для чего и предлагается сетками и индексами номеров за каждый год заниматься на соответствующих страницах: Правда/1917; Правда/1918 и т.д., где для наглядности желательно распределить номера по месяцам и после числа номера указывать дату выпуска в скобках, разместив всё это в несколько столбцов. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 07:50, 9 января 2026 (UTC) :::* Видимо, мы говорим о разных вещах. На странице издания предлагается размещать только сетки годов и номеров выпусков, это совсем не гигантский объём. Никаких страниц по годам не нужно, это лишний переход. Навигация по годам легко организовывается табличкой в начале страницы издания. Оглавления выпусков (номеров) предлагается на подстраницах издания, соответствующих одному выпуску, это для большинства изданий достаточно большой список (разбитый по полосам), но тоже не гигантский. Из этого оглавления прямые ссылки на размещённые материалы издания, при этом в названии страницы материала совершенно не имеет смысла указывать какую-либо иерархию подстраниц, поскольку это самостоятельные материалы со своим наименованием. При неоднозначности названия - общий способ идентификации в наименовании страницы (в скобках). Пока же получается лишь искусственное удлинение наименований страниц, смысла в котором я не вижу. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 19:51, 14 января 2026 (UTC) :* Если вы говорите об отмене правила о редакциях с размещением «винегрета» из массы редакций одного текста на одной странице. То я против. Мне кажется, обсуждение этого не относится к данной теме (оффтопик), лучше обсуждать в отдельной теме. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 00:11, 9 января 2026 (UTC) ::* Что касается "винегрета", то вот это реальный винегрет: [[Короткие сообщения ТАСС, 1 января 1954]]. Без какой-либо осмысленной навигации, при этом многие ингредиенты будут и на многих других страницах многих других изданий… --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 11:39, 15 января 2026 (UTC) == Систематизация текстов из периодических изданий == В настоящее время существует двойное размещение статей, часть статей размещается непосредственно на страницы периодического издания [[Известия (газета)]], другие — [[Газета «Известия», 31 декабря 1955]]. Хотелось бы иметь единую систему. [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 12:21, 4 января 2026 (UTC) * Нужно более глубоко разобрать все важные рекомендации: именование страниц статей периодики, единое или логически понятное обобщение выпусков, категоризацию и изданий, и самих статей, пока ощущение разброда довольно сильное. Удивление вызвало построение наименования статьи [[Берегитесь!/Правда 1918 №1 (ДО)]], например, или включение статей периодики в годовые категории (вот где будет свалка...). В указанной странице Известий по дате статьи 1-ой страницы именовались просто по названию, а 4-ой страницы — уже как подстраницы выпуска. Наиболее логичной мне представляется структура Издание/выпуск/наименование статьи (автор, если есть)/признак (ДО,СО,ВТ). Размещение следует этой же логике. На странице издания сетка выпусков, на странице выпуска постраничное содержание по обычной нынче структуре размещения материалов: сверху-вниз и слева-направо. Категоризацию пока не готов более предметно обсуждать, надо разобраться более глубоко. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 16:42, 4 января 2026 (UTC) :* В связи с обсуждением предыдущей темы добавлю пояснение моей логики, логики пользователя. Для статей периодики более общим и связующим звеном иерархии в наименовании служит конкретный выпуск конкретного издания. Для выпусков - страница издания (или промежуточная - год выпуска). Для авторских произведений связующее звено — это наименование и автор, поэтому варианты изданий авторского произведения уходят на подстраницы. Разная логика построения наименований для разных типов произведений с моей точки зрения вполне понятна и оправдана. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 18:41, 4 января 2026 (UTC) * Тогда наверное на странице периодического издания нужно создавать словник по годам, затем для каждого года нужно создавать словник по выпускам, далее для каждого выпуска отдельную страницу с оглавлением статей. [[Участник:Wlbw68|Wlbw68]] ([[Обсуждение участника:Wlbw68|обсуждение]]) 20:06, 4 января 2026 (UTC) :* Всё зависит от издания. Ежедневные газеты 20 века, видимо, потребуют годичной сетки для удобства, триста+ выпусков/номеров с указанием дат дадут излишне большую простыню. Большинство же изданий влезут в одну страницу года+номера. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 09:45, 5 января 2026 (UTC) ::* А что мешает для ежедневных газет годичную сетку разделить на подстраницы с помесячными оглавлениями? 28—31 глав на месяц не такая уж большая "простыня") А возвращаясь к обсуждению систематизации текстов из периодики, на мой взгляд, структура по принципу "Издание/год/месяц/заголовок статьи" засовывает заголовок (как правило, сам по себе длинный) на самое дно, слишком громоздка и неудобна для пользователей. Такая структура названия (но без заголовка статьи) подходит только для вышеупомянутых погодовых или помесячных статей-оглавлений. При этом ссылку на уже существующий ВТ-текст с правдинской статьёй "Берегись!" достаточно будет разместить на подстранице [[Правда/1918/Январь]]. Аналогично со статейками за 1950-е годы. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 07:41, 6 января 2026 (UTC) * На мой взгляд, названия вроде [[Известия (газета)]] должны предназначаться исключительно для информации об издании и годичной сетки, а такие как [[Газета «Известия», 31 декабря 1955]] и вовсе следует переименовывать; начиная с [[Известия/1955]], а далее договариваться: полагаю, для газет лучше делать помесячно, а далее можно и по номерам — [[Известия/1955/декабрь/31]] (и даже [[Известия/1955/декабрь/31 №309]]), где уже и размещать оглавление. Кстати, для изданий-омонимов (как «Литературная газета», например) при подстраничном разделении годов чаще всего нет необходимости уточнять, какое или чьё именно это было издание — 1830-х (Дельвига-Сомова), 1840-х (Краевского-Кони-Полевого) или уже нынешнее, издающееся с 1929 года. Так как года не пересекались, хватит и просто [[Литературная газета/1830/..]] или [[Литературная газета/1929/..]]. Но если встретится случай, когда одноимённые издания выходили параллельно — например, журнал «[[w:Смена (журнал)|Смена]]», ленинградская газета «[[w:Смена (газета)|Смена]]» (а ещё была и смоленская!) — тогда уже надо будет уточнить. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 11:12, 6 января 2026 (UTC) * Предлагаю для препарирования (переименования) страницы с номерами из газеты [[Санкт-Петербургские ведомости]], что я выкладывал год назад. Они удобны тем, что там нет еще авторских и редакционных статей, а одна сплошная сводка новостей с разделением на источники и рубрики). С годами вроде бы решили ([[Санкт-Петербургские ведомости/1728]] и т.д.). Как быть дальше, давайте уже выработаем консенсус. Согласно ему всё и переименую. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 15:25, 7 января 2026 (UTC) == Правило для названий безавторских статей из периодики == Здравствуйте! Предлагаю добавить в [[Справка:Руководство по размещению текстов]] правило, что в названиях редакционных и новостных статей, взятых из периодических изданий, нужно указывать название последних (а также при необходимости год и номер). Например [[Берегитесь!/Правда 1918 №1 (ДО)]]. [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 07:54, 30 декабря 2025 (UTC) : Это правильно. Чтобы уже из названия было более-менее понятно, что это такое. — [[Участник:Monedula|Monedula]] ([[Обсуждение участника:Monedula|обсуждение]]) 08:07, 30 декабря 2025 (UTC) :Мне намного удобнее формат подстраниц, например [[Газета «Известия», 31 декабря 1955/Пребывание в Бухаресте членов делегации КПСС на втором съезде Румынской рабочей партии]]. Ссылки на подстраницы намного проще оформляются ссылками типа <nowiki>[[/Пребывание в Бухаресте членов делегации КПСС на втором съезде Румынской рабочей партии/]]</nowiki>, плюс в статье автоматически появляется обратная ссылка на выпуск газеты. [[Участник:Bolo1910|Bolo1910]] ([[Обсуждение участника:Bolo1910|обсуждение]]) 12:22, 30 декабря 2025 (UTC) :* Ранее [[У:Lozman|Lozman]] [[Викитека:Форум/Архив/2025#Предложение по именованию выпусков периодики и статей|предлагал к обсуждению]] именование страниц для анонимной не-художественной и новостностной периодики, кстати в связи с публикациями участника Bolo1910. К авторским и художественным предложение не применимо и на них действуют текущие правила именования.<br>Некоторые сложности, они есть для каждого из вариантов: а) Поисковики сокращают названия до ~50 символов, Яндекс до ~43. Названия у которых впереди указано издание будут обрезаны до полной потери названия или потери узнавания, [[Викитека:Форум/Архив/2025#c-Vladis13-20250617232600-Vladis13-20250615215900|примеры]]. б) Напомню, что название передаёт суть текста или какую-то его интригу; важно оно, а не издание и датировка. б1) Текущая схема именования страниц ([[ВТ:Версии текстов]]) необходима, поскольку произведение могло публиковаться в разных изданиях, включая периодику. Корнем дерева является название произведения, страница с которым содержит список редакций, ветвями — редакции. б2) Обратное дерево от одного издания невозможно. По сути, в предложении путается дерево редакций и [[w:навигационная цепочка]]. Если у приведенного примера [[Газета «Известия», 31 декабря 1955/Пребывание в Бухаресте членов делегации КПСС на втором съезде Румынской рабочей партии]] обнаружится издание в другой редакции или газете, как вы отразите это в названии? Будете называть в разнобой, переименовывать все? С такой схемой не будет работать механизм ссылок на редакции встроенный в шаблоны. Напомню, что правило должны учитывать и периодику в ДО, а значит запросто могут быть две редакции для одного издания (ДО и ВТ). б) Даты в заголовках указываются в сокращённом формате ДД.ММ.ГГГГ, предлагались варианты вроде «/1893/№ 2/». Дату и месяц прописью там указывать совсем излишне. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:08, 30 декабря 2025 (UTC) :*:Вот новый вариант: [[Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин/Газета «Известия», 31.12.1955|Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин]]. Получилась довольно громоздкая ссылка: <nowiki>[[Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин/Газета «Известия», 31.12.1955|Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин]]</nowiki>. Возможно кто-нибудь знает, как убрать повторение «Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин» из этой ссылки? [[Участник:Bolo1910|Bolo1910]] ([[Обсуждение участника:Bolo1910|обсуждение]]) 16:44, 30 декабря 2025 (UTC) :*:* [[Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин/Известия, 31.12.1955]], [[Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин/Известия 1955 № 309]]? Вариант по пред. обсуждению: [[Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин/Известия/1955/№ 309]]. Часто и обычно периодическое издание в названии сокращают до аббревиатур, вроде [[Любовь Гете и Шарлотты фон-Штейн по этюду Г. Брандеса/ВИЛ 1893 (ДО)]]. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 16:55, 30 декабря 2025 (UTC) :*:*:Наиболее удобен вариант [[Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин (Известия, 31.12.1955)]], который позволяет создавать ссылки типа <nowiki>[[Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин (Известия, 31.12.1955)|]]</nowiki> без необходимости вставлять повторение «Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин», движок сам вставляет это повторение: [[Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин (Известия, 31.12.1955)|Правительственная делегация ГДР возвратилась в Берлин]].<ref>[[w:Википедия:Как править статьи#Ссылки, URL]]</ref> [[Участник:Bolo1910|Bolo1910]] ([[Обсуждение участника:Bolo1910|обсуждение]]) 12:05, 5 января 2026 (UTC) :* > ''в статье автоматически появляется обратная ссылка на выпуск газеты.''<br>Для обратных ссылок существуют параметры ИСТОЧНИК, СОДЕРЖАНИЕ и др. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:11, 30 декабря 2025 (UTC) * Согласен. Для изданий у которых оригинал в совр. орфографии "(СО)" не указывать. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:27, 30 декабря 2025 (UTC) *:Это само собой. И сокращать слишком длинные заголовки: ранее мной переименованный в [[В прочном союзе со всеми странами демократического лагеря/Правда 1954 №2]] можно смело переделать и в [[В прочном союзе со всеми странами.../Правда 1954 №2]], и даже в [[В прочном союзе со всеми.../Правда 1954 №2]] (но не до абсурда). А идея с названием ВТ-статьи, где сначала издание+дата, а потом уже заголовок, мне сразу не понравилась: заголовок всегда первичнее, даже в сокращённом виде. Только надо дополнительно договориться, как быть с двух и более сложными названиями изданий (как [[Санкт-Петербургские ведомости]] или [[Екатеринославские епархиальные ведомости]], например). [[Участник:Albert Magnus|Albert Magnus]] ([[Обсуждение участника:Albert Magnus|обсуждение]]) 17:14, 30 декабря 2025 (UTC) *:* Последнее можно сократить так: «Екатеринослав. ЕВ» или «Екатериносл. епарх. вед.», при использовании «ЕВ» на странице должна быть расшифровка сокращения. «ЕЕВ» может вызвать путаницу (Екатеринославские, Енисейские, Екатеринбургские епархиальные ведомости). Санкт-Петербург традиционно и официально сокращается до СПб. Если название влезает в техн. [[Справка:Руководство по размещению текстов#cite note-4|требование]] можно и не сокращать. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 18:14, 30 декабря 2025 (UTC) * А как ищут поисковики такие страницы? Гугл не показывает статью из Правды ни по названию, ни по подстранице. И почему издание указывается подстраницей, а не в скобках за названием статьи? --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 13:34, 3 января 2026 (UTC) ** Поисковики находят новые страницы по ссылкам. Когда внешних и внутренних ссылок на страницу нет, это критически сказывается на ее индексировании и ранжировании в выдаче поисковика (она там может не выводится, даже если индексирована). Для владельцев сайта есть возможность добавить его в [https://www.google.com/search?q=аддурилка+гугл аддурилки] для ускорения индексации, но мы не владельцы. Категории [https://www.google.com/search?q=site:ru.wikisource.org+Категория:+«Правда» вроде] индексируются, поэтому категоризация по жанру/теме/годам/автору и и т. п. увеличит шансы что читатель найдет страницу. Многих страниц Викитеки нет в поисковиках многие годы. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:12, 3 января 2026 (UTC) ** Чтобы работал механизм определения наличия редакций, например: [[Пятистопные ямбы (Гумилёв)/Аполлон 1913 (ДО)]].<br>Символ слэш «/» в названии (пути к файлу) страницы разделяет сущности на подпространства. — Есть произведение (название документа), есть ветки его редакций и его части. В варианте [[В стране мантильи и кастаньет. Путевые наброски А. Н. Бежецкого Спб., 1884 г (Русская Мысль 1884 № 11)/ДО]] смешивается название и версии (версия не является названием), отсюда будет путаница. Необходимо разделять слэшем, который не мешает, но очень помогает.<br>Название неразрывно связано с фамилией автора (даже если оно не указано для анонимности). Вместе это уникальный идентификатор. Тогда как редакция, год и издания тоже отдельный цельный идентификатор.<br>Кстати, также на Викиданных: есть элемент класса «литературное произведение» (со свойствами «название» и «автор»), и есть отдельные связанные элементы «версия или издание» (с изданием и датировкой). [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 17:22, 3 января 2026 (UTC) ::* Ну давайте разберём ситуацию со статьёй «Берегитесь!». По изложенной логике получается, что могут существовать разные тексты с таким названием, отличающиеся только именем подстраницы. То есть не авторские варианты, а совершенно различные тексты. Логика полностью утрачивается, вместо неоднозначностей (с авторами или источниками анонимных произведений) мы получаем необходимость создания статей-списков. Да и в случае одного автора создание подстраниц вариантов страдает тем же логическим противоречием. В моём конкретном случае это стало пока нерешённой проблемой по поэме Некрасова "Кому на Руси жить хорошо", имеющей несколько различных редакций и ни одной авторской. Куда в общем случае помещать списки вариантов одного произведения (если общая страница занята каким-то вариантом, убирать его в подстраницу? или давать предисловие/комментарий к тексту со ссылками на варианты, как делают редакторы печатных изданий?). Про разные произведения с полностью одинаковым наименованием (как статья Берегитесь!) я уже проблему описал. Общая логика наименований разваливается на глазах. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 07:43, 4 января 2026 (UTC) ::** Не понял проблемы с [[Берегитесь!/Правда 1918 №1 (ДО)]].{{pb}}> ''«Кому на Руси жить хорошо», имеющей несколько различных редакций и ни одной авторской''<br>Вы не дали ссылку. Чтобы не обсуждать сферического коня в вакууме, предполагаю [[Кому на Руси жить хорошо (Некрасов)]]. Но там я вижу только 2 редакции ВТ и ДО. Там беда, поскольку именно что не соблюдалось руководство разведения редакций. Кто-то налепил в ссылку каждой главы оглавления отдельную редакцию. Можно пособолезновать читателям.<br>Там необходимо на [[Кому на Руси жить хорошо (Некрасов)]] сделать список редакций, сделать подстраницы с ними, вроде [[Жизнь и приключения Робинзона Крузе (Дефо; Ланген)]] и далее по руководству. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 08:31, 4 января 2026 (UTC) :::* Попробую ещё раз. Название страницы "Берегитесь!". Различных текстов с таким названием (и в целом иных названий статей) может существовать неограниченное количество. И если оформление вариантов изданий произведения автора подстраницами ещё можно логически понять, они связаны между собой наименованием и автором, то статья "Правды" своим наименованием не связана ни с чем, так что и поисковики её игнорируют. Выше в новой теме форума я изложил логику именования статей периодики, разброс мнений высокий.--[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 17:03, 4 января 2026 (UTC) :::** Я опять не понял. Возможно вы говорите о разных произведениях, с названиями-омонимами, иначе говоря, разных текстах названных одинаково? [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:00, 4 января 2026 (UTC) :::** Поисковики ничего не игнорируют по названиям. Они сравнивают контент. При его дубликации пессимизируют ранжирование в поисковой выдаче. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:14, 4 января 2026 (UTC) :::* Что касается Некрасова, то структура этого произведения не имеет авторского варианта, есть несколько мнений редакторов разных изданий. Для пояснений требуется развёрнутый комментарий, который к текстам непосредственного отношения не имеет, и место его не вполне определяется в рамках Викитеки, как и характер авторства этих мнений редакторов. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 17:08, 4 января 2026 (UTC) :::** Я не вижу по ссылке никаких изданий и мнений редакторов. Там проблема что вообще нет никакого источника и указания об издании. Не понимаю о чём речь. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:25, 4 января 2026 (UTC) :::::* По какой ссылке? То, что сегодня размещено, не имеет ни достоверного источника, ни обоснования размещения именно этого варианта. В 15-томном ПСС 1980-х годов поэме посвящён отдельный том, вариантов и комментариев в нём в 2 раза больше, чем "основного" текста в редакции этого издания. Варианты Чуковского и Сакулина 1920-х, вариант 3-х томного "ПСС" 1967 года, вариант 15-томного ПСС, который был мною принят за основное издание при размещении текстов (работы с вариантами и комментариями вообще не начинались). Мнения исследователей и редакторов о составе и структуре поэмы по-прежнему различны, это одно из самых сложных произведений с точки зрения достоверности и обоснованности размещённых текстов. --[[Участник:Egor|Egor]] ([[Обсуждение участника:Egor|обсуждение]]) 10:15, 5 января 2026 (UTC) :::::** > ''По какой ссылке?''<br>Вы не привели ссылку о чем говорите. Я предположил ссылку и привел ее выше, но там 2 редакции ДО и ВТ, но вы говорите что выложено несколько редакций, значит ссылка не та. Но вы ссылку не опровергли и другой не привели. Теперь спрашиваете какая ссылка. Я вас не понимаю. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 20:28, 6 января 2026 (UTC) == Автозаполнение полей страниц Индекс: == В английском Wikisource при создании нового индекса могут автоматически заполняться многие поля — заглавие, автор (без викиссылки, конечно), год и место издания, издательство... Для этого нужно, чтобы на Викискладе описание файла было оформлено шаблоном <nowiki>{{</nowiki>[[commons:Template:Book|Book]]}} с заполнением соответствующих полей. Сложно ли технически перенести эту возможность в русскую Викитеку? --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 23:07, 3 декабря 2025 (UTC) * Там используется подгрузка из викиданных, как и в "book" викисклада. Функционал такой [[Модуль:Index template|вносился]], [[Модуль:Index data|но]] не был доделан, непомню почему.<br>Он не так удобен как может показаться. Требует указания ID элемента викиданных издания, этот элемент надо создавать вручную и он больше нигде не будет применяться. Обычно проще и быстрее заполнить несколько строк напрямую на странице индекса. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 15:10, 4 декабря 2025 (UTC) *:С файлом заведомо без элемента Викиданных — только что загруженным — в английском проекте все данные считались, как надо. [[commons:File:Первое полное собрание сочинений Д.И. Фон-Визина (1888).pdf|Вот с этим]] файлом. Даже ссылку на страницу автора сразу делает (она у них тоже есть), потому что автор оформлен как Creator:. И что титульный лист на третьей странице файла. Наверно, они что-то подкрутили у себя. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 16:15, 4 декабря 2025 (UTC) *:* В этом примере не используются викиданные, поскольку все данные вы указали в шаблоне, включая 3-ю страницу файла. [[Индекс:File:Первое полное собрание сочинений Д.И. Фон-Визина (1888).pdf|Индекса]] для этого файла сейчас не существует. Поэтому этот пример — не пример. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 19:55, 4 декабря 2025 (UTC) *:*:Об этом я и говорю: если правильно оформить шаблон на Викискладе, то в английском викисорсе заполнятся поля, и нет необходимости оформлять для одного раза запись в Викиданных. Отчасти это я из-за лени: в Викиданных сложно: отличается запись для книги как таковой (произведения) и разных изданий, а объяснения там недостаточно понятные для меня. Нет, если сюда это перенести трудно, то я не настаиваю, конечно. Но мне кажется, что на Викисладе в любом случае желательно бы указывать подробные данные о книгах (и журналах), и я собираюсь и дальше так делать. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 23:16, 4 декабря 2025 (UTC) *:*:* Я вас не понимаю. Этот файл не используется и не может использоваться для индекса в англ. викитеке, поскольку он на рус. языке. И в викитеку технически не могут передаваться данные из шаблона или страницы другого проекта. Приведите ссылку на индекс в англ. викитеке где что-то заполнилось. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 02:24, 5 декабря 2025 (UTC) *:*:*:Возможно, я тоже не понимаю, чего именно вы требуете для эксперимента. Вот [[:File:The household cookery-book (by Urbain Dubois).pdf|файл на английском]], теоретически годный для английской викитеки, без элемента в Викиданных и пока без индекса в англ. Wikisource. Попробуйте там создать на его основе индекс и увидите, как данные о нём заполняются «сами». Как это происходит, я не знаю. [[:en:Index:The household cookery-book (by Urbain Dubois).pdf|Вот ссылка]] — просто <s>добавьте воды</s> пройдите по ней, нажмите там ''Create'' (поля заполнятся; откуда? — Не знаю, но точно не из Викиданных, потому что там нет элемента для этого файла). Проверено, что если на Викискладе описание файла не оформлено шаблоном <nowiki>{{</nowiki>Book}}, то автозаполнения не происходит. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 14:20, 5 декабря 2025 (UTC) *:*:*:* Спасибо за ссылку. Как там вверху написано, для заполнения используется [https://en.wikisource.org/wiki/MediaWiki:Gadget-Fill_Index.js гаджет], включён всем по умолчанию.<br>Он подгружает страницу файла (шаблон на ней) через запрос к web API из JS браузера, обходя так ограничения сайта. Викиданные не использует.<br>Можно попробовать скопировать к нам. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 23:48, 5 декабря 2025 (UTC) *:*:*:*:Да, надо было мне быть внимательнее и читать, что написано в начале страницы индекса! Я не читаю, потому что мне кажется, что я и так знаю, что нужно. *:*:*:*:Если не трудно, скопируйте сюда, пожалуйста. Мне кажется, это удобно. Всё, что может сделать машина (или код), нужно поручать машине, если у неё это получается не хуже, чем у человека. [[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 01:18, 6 декабря 2025 (UTC) == Случайная страница == Нажатие на ссылку «Случайная страница» практически во всех случаях выводит на подстраницы словарей или энциклопедий или же на страницы пространства Страница: потому, вероятно, что они составляют подавляющее большинство страниц Викитеки. Наверно, лучше поставить вместо неё ссылку [[special:RandomRootpage]]: она даёт результаты, которые и ожидает увидеть человек, нажимающий на ссылку «Случайная страница». --[[Участник:Lanhiaze|Lanhiaze]] ([[Обсуждение участника:Lanhiaze|обсуждение]]) 21:11, 28 ноября 2025 (UTC) :на en.wikisource "случайная страница" сейчас вообще разведена на три кнопки: случайный индекс, случайное произведение и случайный автор. и это действительно помогает влиться, - видишь, как примерно должно выглядеть то, что ты делаешь, где какие шаблоны применяются. к тому же так намного проще найти решение какой-то специфической проблемы оформления. [[Участник:TheyStoleMyNick|TheyStoleMyNick]] ([[Обсуждение участника:TheyStoleMyNick|обсуждение]]) 05:09, 29 ноября 2025 (UTC) == кавычки прямой речи в ДО == есть ли где-то проговоренные правила обращения со старым оформлением прямой речи кавычками в начале строки? обозначение таких кавычек как опечаток не выглядит достаточно обоснованным и смотрится как завалы немотивированного красного шрифта: [[Страница:Sovremennik 1836 03.pdf/8|пример 1]], [[Страница:Sovremennik 1836 03.pdf/233|пример2]]. (особенно странным выглядит дублирование таких опечаточных шаблонов в современной орфографии, но это уже другая тема). --[[Участник:TheyStoleMyNick|TheyStoleMyNick]] ([[Обсуждение участника:TheyStoleMyNick|обсуждение]]) 11:22, 23 октября 2025 (UTC) * В версии в совр. орфографии построчные кавычки удаляются, см. [[Справка:Вычитка#Дореформенная орфография]]. В версии ДО открывающие кавычки без закрывающих пишутся их как есть, это не ошибка.<br>Сохранение оформления ДО во 2-м примере сложнее. Там привязка к ширине страницы книги, кавычки в начале строк, это как бы левый плавающий маркер, вроде пометок на полях; при этом есть переносы слов. На веб-странице адаптивная ширина страницы, поэтому кавычки оказываются вставлены внутрь этих слов. Это не опечатка этих слов, они не должны отмечаться как ошибочные. В теории можно сделать кавычки, плавающие относительно ширины, для этого надо создать шаблон [https://chat.deepseek.com/share/d0mm0l27d8hqcvguq5 с css]. (Как это будет работать не проверял, и надо ли создавать шаблон с единичным использованием, для страницы которую никто никогда не будет читать…) Я предлагаю удалить эти кавычки, поскольку они даже в этом издании вставлены наобум — ниже есть другая цитата без кавычек. Удалить, сделав в коде комментарий о кавычках в тегах <code><nowiki><!-- --></nowiki></code>.{{pb}}Кстати, во 2-м примере многостраничная цитата/речь. В версии в совр. орф. возможно заключить все абзацы в тег <code><nowiki><blockquote>текст</blockquote></nowiki></code>. [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=Парии_человечества_(Жаколио;_Киселёв)&oldid=5667051#IV._Семья_у_париев Пример.] Текст получит левый отступ и цветовое выделение, кстати его можно глобально отключить в основном пространстве. [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 00:34, 24 октября 2025 (UTC) *:хорошо, тогда со спокойной душой удаляю все шаблоны опечаток в подобных случаях. сами по себе цитатные кавычки слева вещь не новая, в прозе я просто удалял их без зазрений совести, но тут серьёзно удивил настолько последовательный опечаточный подход к вопросу во всех распознанных номерах современника. что касается шаблона, то иметь такой в арсенале было бы хорошо, - случай это совсем не единичный, - но я просто не верю в возможность его реализации без непредвиденных разрывов строки, сбитых межстрочных промежутков и прочих мелких радостей. --[[Участник:TheyStoleMyNick|TheyStoleMyNick]] ([[Обсуждение участника:TheyStoleMyNick|обсуждение]]) 01:53, 25 октября 2025 (UTC) * Я один раз кавычки вот [[Сокровище христианина, или Краткое изложение главных истин веры и обязанностей христианина (Гагарин)/ДО#12|так]] оформил, а когда там в других местах они встречались я оставлял только в конце и в начале. — [[Участник:Валерий-Val|Валерий-Val]] ([[Обсуждение участника:Валерий-Val|обсуждение]]) 21:06, 24 октября 2025 (UTC) *:ну это всё-таки костыль. нет совпадения с ритмом строки, нет динамического изменения в зависимости от ширины строки, и в оригинале кавычки всё-таки не вынесены за пределы основного текстового пространства --[[Участник:TheyStoleMyNick|TheyStoleMyNick]] ([[Обсуждение участника:TheyStoleMyNick|обсуждение]]) 01:57, 25 октября 2025 (UTC) ** На узком экране (смартфон) кавычки показываются только у нескольких из примерно 20 строк на [[Сокровище христианина, или Краткое изложение главных истин веры и обязанностей христианина (Гагарин)/ДО#12|странице 12]]. Поломан размер кавычек и привязка к строкам, их там 14 штук у первых 5 строк.<br>Еще поломан отступ абзаца и высота строки (не создается тег<code><nowiki><p></nowiki></code>). Хотя [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=Страница:Иван_Сергеевич_Гагарин._Сокровище_христианин_(1855).pdf/24&diff=prev&oldid=5668035 в ПИ Страница] есть {{t|nop}}. Я исправил, [https://ru.wikisource.org/w/index.php?title=Страница:Иван_Сергеевич_Гагарин._Сокровище_христианин_(1855).pdf/24&diff=prev&oldid=5668035 заменив] блочный шаблон «right», разрывающий тег «p», на внутристрочный «right-span». [[Участник:Vladis13|Vladis13]] ([[Обсуждение участника:Vladis13|обсуждение]]) 09:37, 25 октября 2025 (UTC) == RFC about AI-generated content in Wikimedia Commons == <bdi lang="en" dir="ltr">Apologies for writing in English, please help translate this message to your language. You are invited to participate in a [[c:Commons:Requests for comment/Policy update for AI content|request for comment on Wikimedia Commons about a policy update for AI content]]. This may affect files that are uploaded to Wikimedia Commons for use on this project. Thank you. [[m:User:Codename Noreste|Codename Noreste]] ([[m:User talk:Codename Noreste|обсуждение]])</bdi> 17:12, 23 июня 2026 (UTC) <!-- Сообщение отправил Участник:Codename Noreste@metawiki, используя список на странице https://meta.wikimedia.org/w/index.php?title=Distribution_list/Global_message_delivery&oldid=30513860 --> == Размещение ссылок на контакты по вопросам права и безопасности в нижнем колонтитуле вашего вики-проекта == <section begin="Message"/> '''Контакты по вопросам права и безопасности''' Дорогие участники сообщества, Фонд Викимедиа сформировал [[wmf:Special:MyLanguage/Legal:Wikimedia Foundation Legal and Safety Contact Information|единую страницу с контактами по вопросам права и безопасности]] для размещения в нижних колонтитулах ваших проектов соответствующих ссылок на нее, чтобы обеспечить доступ к достоверной юридической информации. Это нормативное требование. Мы уже разместили эти ссылки в английском, немецком, итальянском, испанском и других проектах Википедии, и мы также скоро добавим это и в ваш вики-проект. [[m:Special:MyLanguage/Wikimedia_Foundation_Legal_and_Safety_Contacts_FAQ|Пожалуйста, ознакомьтесь более подробно на странице проекта]] и оставляйте любые комментарии в этой ветке или на [[m:Special:MyLanguage/Talk:Wikimedia Foundation Legal and Safety Contacts FAQ|странице обсуждений]]. <section end="Message"/> -- [[User:Sannita (WMF)|User:Sannita (WMF)]] ([[User talk:Sannita (WMF)|talk]]) 13:31, 25 июня 2026 (UTC) <!-- Сообщение отправил Участник:Sannita (WMF)@metawiki, используя список на странице https://meta.wikimedia.org/w/index.php?title=User:Sannita_(WMF)/Mass_sending_test&oldid=30731267 --> cfbmzbsxva0t5ky6bhiyqfmpoh1oubs 14 31004 5729193 4614382 2026-07-12T11:57:04Z Butko 139 removed [[Category:Дания]]; added [[Category:Датский язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729193 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|Датский язык]] [[Категория:Датский язык]] rct8w7zq4y6owsu802zxp4wtob0yiti 14 52061 5729175 4614426 2026-07-12T11:30:06Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Адыгея]] в [[Category:Адыгейский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729175 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|Адыгейский язык]] [[Категория:Адыгейский язык]] 4grzjxxhcj82od0yms0kkf4gsgssy7b 14 52231 5729181 4614393 2026-07-12T11:37:15Z Butko 139 removed [[Category:Болгария]]; added [[Category:Болгарский язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729181 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|Болгарский язык]] [[Категория:Болгарский язык]] qbu5zdrns6xivtsh03co863ovg1mpnx 14 52609 5729186 4614383 2026-07-12T11:53:33Z Butko 139 added [[Category:Грузинский язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729186 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|Грузинский язык]] [[Категория:Грузинская литература]] [[Категория:Грузинский язык]] at3405uiq5j97hdg24yj74t66z3ewbe 0 67553 5729179 5184606 2026-07-12T11:36:08Z Butko 139 Копирование из [[Category:ЭСБЕ:Языки]] в [[Category:Армянский язык|категорию Армянский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729179 wikitext text/x-wiki {{ЭСБЕ | КАЧЕСТВО = 2 |ВИКИПЕДИЯ= }} '''Армянский язык''' принадлежит к индоевропейской семье языков, как это впервые доказали Петерман и Виндишман. Де-Лагард и Фридрих Мюллер причисляли этот язык к иранским диалектам, но новейшие ученые с Гюбшманом во главе считают его самостоятельным членом индоевропейской семьи и ставят посередине между индоиранскою, или арийскою, и славяно-литовскою, или балтийскою, группой. С последним мнением согласен и Бругман, который в своем сочинении «Grundzüge der Vergleichenden Grammatik der Indogermanischen Sprachen» излагает грамматику армянского языка в особом отделе. В фонетическом отношении А. язык характеризуется большим разнообразием звуков: между согласными замечательно присутствие придыхательных и множество шипящих и свистящих звуков: так, мы находим там кроме звуков: с, з, ш, ж, еще дз, ч, дж, причем эти последние двух родов: зубные и нёбные; кроме того, мы замечаем двойные плавные: два p и два л; из второго л развился в новоармянском яз. придувной звук, обозначаемый греческой буквой γ, звук ф, как и в славянских языках, является только в заимствованных словах. При этом богатстве звуков А. язык мало сохранил древних своих форм, а воспринял много элементов из греческого, сирийского и персидского яз. Древнеармянский яз., подобно древнегреческому, зендскому, санскритскому и др., сохраняется теперь только в памятниках древней литературы и давно уже вышел из употребления в обыденной жизни. Известно, что уже в V ст. существовала разница между разговорным и литературным языком; начиная с этого времени разговорный язык все более и более берет перевес над древним и в свою очередь делается литературным языком. Уже в V ст. видны следы простонародных говоров в литературном яз. армян; после XI в. под влиянием взаимодействий этих двух наречий образовалось что-то среднее, канцелярский яз., на котором в XIV в. была написана хроника Сембата. Такая же смесь классического и простонародного яз. является в надписях, простирающихся с VIII до конца XVIII в. Наречия А. яз. до сих пор весьма мало изучены. Иван Эрзнкаци, ученый грамматик XIV в., к комментариям на грамматику Дионисия Фракийского приводит названия восьми арм. наречий, на которых говорили в различных местах Армении. Теперь все наречия А. яз. можно разделить на две группы: восточную и западную. Первую группу составляют наречия русских и персидских армян, литературный язык которых развился около 1840 г. из наречия астраханских армян, на котором печатаются книги и газеты в Тифлисе, Москве, Петербурге и т. д. Вторую группу составляют наречия турецких, юго-западно-русских, польских и венгерских армян: их литературный язык, или западно-армянский, возник в Царьграде в начале нынешнего столетия. Грамматические труды, посвященные изучению А. яз., можно разделить на три части: к первой принадлежат те, которые дают нам сведения о древнеармянском яз., а между ними первое место занимает грамматика д-ра Арсения Айдынеана, изд. в Вене, 1885 г., обнимающая явления языка золотой эпохи арм. литературы. Обширнее ее является грамматика А. Багратуни (Венеция, 1846, на армянском; 1852 на итальянском яз.), обнимающая формы яз. золотого и серебряного веков арм. литературы. Как руководство может служить Петермана «Brevis linguae armenicae grammatica, litteratura, chrestomatia cum glossario» (2 изд., Берл., 1872). Кроме того, существуют еще грамматики: Мехитара (Венеция, 1770), Аветикеана (Венеция, 1815, на армянском яз.); затем Ейрбида (Пар., 1823, на французском), Шредера (Амстердам, 1711, на латинском), Лауера (Вена, 1869, на немецком яз.). Из новейших исследований надо отметить Гюбшмана, «Armenische Studien» (Лейпциг, 1883), и общий обзор арм. грамматики у Бругмана в его «Grundzüge». О наречиях армянских писали: проф. Патканов, «Исследование о диалектах армянского языка» (СПб., 1869), и Ян Гануш, «О języku ormian polskich» (Краков, 1886); грамматику нового А. языка издал Арсений Айдынеан (Вена, 1865). Из словарей лучше других «Новый словарь арм. языка» (только по-армянски), изданный мехитаристами (в Венеции, 1836—37), Чахчахеана, «Dizionario armeno-italiano» (Венеция, 1837), Аухера и Бедроссиана армянско-английский (Венец., 1875—79), Джамджеана «Италианско-французско-армянско-турецкий» (Вена, 1846) и Эминеана, «Французско-армянско-турецкий» (Вена, 1871). Кроме того, в армянском львовском соборе есть рукопись словаря армянско-латинско-польского, составленного Степаном Рошким (1670—1739). [[Категория:ЭСБЕ:Языки]] [[Категория:Армянский язык]] mno5rl91e6xz5durg61z6jlmnkrhaj9 10 95710 5729033 5090467 2026-07-11T14:40:33Z Vladis13 49438 5729033 wikitext text/x-wiki <includeonly>{{#tag:math|\left. \begin{matrix} \ {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 1 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 2 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 3 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 4 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 5 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 6 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 7 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 8 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 9 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 10 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 11 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 12 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 13 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 14 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 15 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 16 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 17 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 18 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 19 | \\ \ }} {{#ifexpr: {{{1|1}}} > 20 | \\ \ }} \end{matrix} \right\} }}</includeonly><noinclude> {{doc}} [[Категория:Математические шаблоны‎|{{PAGENAME}}]] </noinclude> p5mmppcw5nl6mfhzak54tm885pp2h2r 14 110490 5729176 4614420 2026-07-12T11:34:25Z Butko 139 removed [[Category:Армения]]; added [[Category:Армянский язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729176 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|Армянский язык]] [[Категория:Армянский язык]] fqbprfowaipwmbicfvwsada9fe6v1q5 14 170005 5729180 4614395 2026-07-12T11:36:48Z Butko 139 added [[Category:Белорусский язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729180 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|Белорусский язык]] [[Категория:Белорусская литература]] [[Категория:Белорусский язык]] iymzpytje6v8u4vfm7ih1563zud206e 0 182046 5729190 5471924 2026-07-12T11:55:19Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Языки]] в [[Category:Грузинский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729190 wikitext text/x-wiki {{ЕЭБЕ|КАЧЕСТВО = 2|ВИКИПЕДИЯ= |ПРЕДЫДУЩИЙ=Грузенберг, Семен-Соломон Осипович|СЛЕДУЮЩИЙ=Грузия|СПИСОК=31}} '''Грузинский язык.''' — Вопрос о генетическом родстве Г. Я. с другими, в частности ''семитическими'', языками впервые поставленный Лейбницем в 1695 г. (Leibnitii Opera, 1768, II) до сих пор решается различно: одни ученые (Броссе, Бопп) причисляют его к индоевропейской семье языков; другие, как M. Müller, — к турецко-татарской группе; наконец, третьи выдвигают теорию об изолированном положении Г. Я. (Клапрот, Шлейхер, Фр. Мюллер, Бенфей, Шпигель, Цагарели). В 1880 гг. в связи с изучением неопознанных клинообразных языков интерес к Г. Я. усилился среди широких кругов европейск. ученых, и вопрос о генет. связи Г. Я. вступил в новую фазу; но разрабатываемый в большинстве случаев лицами, черпающими сведения о Г. Я. из третьих рук, не дал положительных результатов. Так, Гоммель считает не только возможным, но и доказанным связь Г. Я. с яз. так наз. второй группы клинообразных надписей, к которой он относит: др.-эламитский, варский, хеттский и басский языки (Hommel, Oesterreichische Monatsschrift für den Orient, 1884, 2 и Grundriss d. Geographic und Gesch. d. alten Orients, 33—75). К лингвистам, считающим возможным решать этот вопрос без основательного знания Г. Я., принадлежат еще: Винклер, Ф. Борк и Глейе. В последнее время высказал свою теорию ак. Н. Я. Марр («Основные таблицы грамм. груз. языка» с предварительным сообщением о родстве Г. с семит, яз., СПб., 1908). Основываясь на истории др. и новогрузинского языка, на сравнит. фонетике грузинск. диалектов и сравнительном изучении соответствия грузинских и семитических звуков, Марр приходит к заключению, высказанному им впервые в 1886 г. в грузинской газ. «Иверии», № 86: Г. Я. является характернейшим представителем особой лингвистической ветви, находящейся в генетическом родстве с семитич. ветвью языков; к ней принадлежат, кроме так наз. иберийской группы, еще мертвые теперь языки, как, напр.: сузский (эламский), ванский, сохранившийся в клинообразных надписях, и доарийский язык Армении, отложившийся в языке, известном под назв. армянского. — Марр приводит следующие основания своей теории: а) ''Фонетика'' Г. Я. родственна с фонетикой семитич. языков: она не только представляет, подобно семитич., сильное развития согласных, но и разделяет с ними богатство и разнообразие гортанных звуков. b) ''Морфология''. В Г. Я. не только 3 основн. падежа, как и в арабском, в наиболее чистом виде сохранившем семит. склонение, но и гласные этих падежей тождественны. Кроме того, склонение Г. Я. разделяет с семитическ. языками также наличие замыкающего согласного звука в падежных окончаниях. В той же роли Г. Я. в качестве пережитка сохранил и другие согласные звуки, именно «н», как в арабском (нунация), «м», как в евр. (мимация). Г. Я. в морфологии не только пользуется префиксальным образованием, но и элементы этого образования в Г. Я. родственны с семитич. эквивалентами; наконец, и в местоименных элементах замечается соответствие, особенно в глаг. формах. — с) ''Корнеслов''. Коренными звуками служат лишь согласные; корни ''трёхбуквенны'' или, что бывает реже, двухбуквенны; из 1.000 отождествленных уже корней Марр приводит для подтверждения различных фонетических переходов на сравнительно грузино-семит. почве свыше 60. Окончательное решение вопроса о генетической связи Г. Я. станет возможно только после окончания и опубликования результатов предпринятого Марром собирания материалов по диалектам и говорам кавказских языков («Протоколы Имп. Академии наук», окт. 1909). — Ср.: Марр, «Основные таблицы»; Джавахов, «Ж. М. нар. просв.», 1908, 8; Hommel, Grundriss: der Geographie u. Gesch d. alten Orients (Handbücher von Ivan Müller, III, 1, 1901); Цагарели, «О грамматическ. литературе груз. языков», 1873. {{ЕЭБЕ/Подпись|И. Б.|4.}} [[Категория:Грузинский язык]] joy0yc9wzkol7in1zil8elaloxgnajg 14 200765 5729167 4614408 2026-07-12T11:10:10Z Butko 139 added [[Category:Русский язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729167 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|Русский язык]] [[Категория:Русская литература]] [[Категория:Русский язык]] [[ca:Categoria:Texts originalment en rus]] [[en:Category:Works originally in Russian]] [[fr:Catégorie:Littérature russe]] [[he:קטגוריה:יצירות שנכתבו ברוסית]] [[ko:분류:러시아어 원작]] [[pl:Kategoria:Teksty oryginalnie w języku rosyjskim]] 912xy3mh30pnklzf8blt3rq2ra2o8cw 0 251150 5729191 5405389 2026-07-12T11:55:36Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Языки]] в [[Category:Болгарский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729191 wikitext text/x-wiki {{МЭСБЕ | СПИСОК = 14 | КАЧЕСТВО = 3 }} '''Болгарский язык,''' принадл. к южно-слав. группе [[../Славянские языки|слав. яз.]], вместе с яз. церк.-слав., [[../Сербский язык|сербск.]] и [[../Словенский язык|словенским.]] С ц.‑сл. его роднят одинаковые явления в области [[../Фонетика|фонетики]]. Промежуточною ступенью между церк.‑сл. и совр. болг. является средне-болгарский яз., известный по [[../Памятники#2|памятникам]] {{nobr|XIV—XV в.}} Характерной чертой ср.‑болг. яз. явл.: мена [[../Юс (буква)|юсов]], смешение [[../Падеж|падежн.]] форм, неразличение твёрдых и мягких [[../Слог#1|слогов]], чередование ѣ и я и юса с ъ и а; последнее явление особенно развилось в ново-болг. яз., где господствует полное смешение ъ и ѫ и ѧ древних. [[../Морфология#2|Морфология]] ново-болг. яз. характеризуется полным расстройством [[../Склонение#3|склонения]] и сохранением одного общего падежа; некотор. формы стар. [[../Спряжение|спряжения]] сохранились. Особое развитие получило употребление постпозитивного [[../Член|члена]] тъ, та, то. В отношении словаря н.‑б. яз. особенно обогащался [[../Турецкий язык и литература|турецкими]] словами. В Б. яз. различают три главн. [[../Наречие#1|нар.]] — восточно-фракийское, родопское и зап.-македонское. В литературе большинство употребляет восточно-фракийское наречие. [[../Правописание|Правописание]] до сих пор страдает неопределённостью. В последнее время Б. яз. особенно обогащается заимствованиями из [[../Русский язык|русского языка]]. Граммат. Б. яз. — см. Г. Флоринский, о [[../Славяноведение|славяноведении]], т. I, 1895. Словарь [[../Дювернуа#3|Дювернуа]]. [[Категория:Болгарский язык]] rtzt4ncwvge5l4raym7dreav1njiyva 0 260580 5729196 5411780 2026-07-12T11:58:04Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Языки]] в [[Category:Датский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729196 wikitext text/x-wiki {{МЭСБЕ | ВИКИПЕДИЯ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = Датская литература | СЛЕДУЮЩИЙ = Датско-германские войны | СПИСОК = 31 | КАЧЕСТВО = 3 | ЭСБЕ = Датский язык и литература }} '''Датский язык,''' вместе с шведским, норвежским и исландским составляет северную отрасль германских языков. Из многих старых наречий сохранились борнгольмское, зееландское и ютландское. Литературный язык ведет начало от эпохи реформации, когда библия была переведена на зееландском наречии, сделавшемся общелитературным языком в Дании и Норвегии. Истинными созидателями Д. литературного языка в XVIII—XIX вв. явились Гольберг, Баггесен, Эвальд и Эленшлегер. Историю Д. языка см. соч. Dahlerup’а (1890, лучшая грамматика Mikkelson’а 1894, на немецком языке Poestion (1898) и Wied (1898), толковый словарь Molbech (1854—59), датско-нем. словари Helts 1895 и Koper 1900. [[Категория:Датский язык]] o60j528liek49gj0602j5i5f1lkl1zo 0 275038 5729166 5423628 2026-07-12T11:08:26Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Языки]] в [[Category:Греческий язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729166 wikitext text/x-wiki {{МЭСБЕ | ВИКИПЕДИЯ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = Новоград-Волынский | СЛЕДУЮЩИЙ = Новогригорьевский уезд | СПИСОК = 59 | КАЧЕСТВО = 3 | ЭСБЕ = }} '''Новогреческий язык и литература,''' Н. язык происходит от так назыв. «общего диалекта», древн. греч. языка, объединившего к концу VI в. до Р. Хр. диалектические различия местных говоров, отличаясь от него произношением, лексическими заимствованиями из романских, славянских и турецкого языков, потерею многих форм склонения и спряжения и свободою синтаксиса. Литературный язык, от которого народная разговорная речь очень далека, искусственно сохраняет особенности древн. яз. Грамматика Psichari (1886—89). См. Корш, «Мысли о происхождении Н. я.» («Лет. ист. фил. общ.» VI). — Н. литература, непосредственно примыкающая к византийской литературе, распадается на народную (клефтические песни и проч.) и искусственную, из поэтов важнейшие: Корнарос (XVI в.; пасторали), Ригас (умер в 1798, певец свободы), Христопулос (анакреонтич. песни), драматурги Зампелиос, Пикколос («Смерть Демосфена»), Ризо-Нерулос («Аспазия»), братья Сутсос, Рангавис, Валаоритес, Роидис (новеллы) Дросилис, Влахос, Кристаллис, Порасхос. По истории литературы Rangabe и Sanders (1884). [[Категория:Греческий язык]] 4gn6x965bp9j8gz2oy26q7c2wwhh8cq 0 282531 5729161 5429878 2026-07-12T11:06:34Z Butko 139 removed [[Category:Языки]]; added [[Category:Словацкий язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729161 wikitext text/x-wiki {{МЭСБЕ | ВИКИПЕДИЯ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = Словацкий | СЛЕДУЮЩИЙ = Словенская литература | СПИСОК = 74 | КАЧЕСТВО = 3 | ЭСБЕ = }} '''Словацкий язык,''' (словенский язык), чешскими славистами считается наречием чешск. яз., удержавшим характер древнейшего периода, в действительности же самостоятельный яз. — Ср. Флоринский, «Лекции по славян. языкознанию» (1897); Micatek, «Карманный рус. словенский словарь» (1892) и «Карм. словенско-рус. словарь». [[Категория:Словацкий язык]] mi3y6so8osqat5f8y54gbvwsiupg3w5 0 384053 5729189 1158987 2026-07-12T11:54:50Z Butko 139 Копирование из [[Category:ЭСБЕ:Языки]] в [[Category:Грузинский язык|категорию Грузинский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729189 wikitext text/x-wiki #перенаправление [[ЭСБЕ/Грузия]] [[Категория:ЭСБЕ:Языки|Грузинский язык]] [[Категория:Грузинский язык|Грузинский язык]] 4luwkdtoinmxgweamk6nqje1uqjxk7i 0 407445 5729022 1293309 2026-07-11T13:54:32Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729022 wikitext text/x-wiki 1{{ВЭ |ВИКИПЕДИЯ= |ВИКИСКЛАД= |ВИКИТЕКА= |ВИКИСЛОВАРЬ= |ВИКИЦИТАТНИК= |ВИКИУЧЕБНИК= |ВИКИНОВОСТИ= |ВИКИДАННЫЕ= |ВИКИВЕРСИТЕТ= |ВИКИГИД= |ВИКИВИДЫ= |БЭАН= |БЭЮ= |ВЭ= |ЕЭБЕ= |МЭСБЕ= |НЭС= |РБС= |ТСД= |ЭСБЕ= |ADB= |Британника= |БСЭ1= |НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ= |КАЧЕСТВО= }} '''«ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКІЙ ВѢСТНИКЪ»,''' органъ Кіевск. отд. Имп. рус. в.-истор. общ-ва, началъ выходить въ маѣ 1909 г. книжками въ 3—5 печ. листовъ, отъ 4 до 6 разъ въ годъ. Въ 1910 г. онъ получилъ субсидію въ 3 т. р., давшую возможность продолжать изданіе. Число подписчиковъ въ 1910 г. 225. Подпис. ц. — 6 р. въ годъ, для членовъ общ-ва — 3 р. Первоначально редактировалъ журналъ г.-м. Ходоровичъ, съ іюля 1911 г. ред-ромъ его состоялъ Н. Ф. Наркевичъ. Журналъ издается по шир. программѣ, охватывающей «воен. исторію въ связи съ областной и всеобщей исторіей», при сотрудничествѣ многихъ кіевскихъ профессоровъ и военныхъ писателей. 25q5397z3he4z61w18fuxrzqyjzu1eb 0 409046 5729039 1286208 2026-07-11T15:09:39Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729039 wikitext text/x-wiki {{ВЭ |ВИКИПЕДИЯ= |ВИКИСКЛАД= |ВИКИТЕКА= |ВИКИСЛОВАРЬ= |ВИКИЦИТАТНИК= |ВИКИУЧЕБНИК= |ВИКИНОВОСТИ= |ВИКИДАННЫЕ= |ВИКИВЕРСИТЕТ= |ВИКИГИД= |ВИКИВИДЫ= |БЭАН= |БЭЮ= |ВЭ= |ЕЭБЕ= |МЭСБЕ= |НЭС= |РБС= |ТСД= |ЭСБЕ= |ADB= |Британника= |БСЭ1= |НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ= |КАЧЕСТВО= }} '''ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЯ ОБЩЕСТВА.''' Несмотря на всю важность образования в ряду воен. учреждений общ-в, посвященных изучению и восстановлению в.-истор. прошлого, вопрос об учреждении В.-ист. общ-в, не только в России, но и на Западе находится еще в зачаточ. состоянии. Только за минувшее столетие известны попытки к созданию таких общ-в в России. Мыслью о сплочении рус. воен. историков в общ-во, как известно, задавались: в 1-ой половине XIX ст. кн. Н. С. Голицын (автор общей и рус. воен. истории), в 80-х годах — изв. исследователи воен. старины генералы: Н. Ф. Дубровин, Д. Ф. Масловский и Н. К. Шильдер. Но первый решит. шаг в этом направлении б. сделан в 1907 г. ген. А. З. Мышлаевским, к-рый в мрт. этого года, при участии неб. кружка лиц, выработал и разослал всем изв. своими трудами представителям воен. и общ. истории приглашение составит В.-ист. общ-во. На этот призыв откликнулось свыше 100 ч., и 27 авг. того же года последовало Выс. утверждение устава Русского В.-ист. общ-ва. На докладе об открытии 29 снт. его действий Государь Император соизволил начертать: «Глубоко сочувствуя целям общества, Я охотно принимаю на Себя звание почетного его Председателя и жалую ему наименование Императорского». В наст. вр. в составе общ-ва насчитывается уже свыше 2.500 чл. В своей деят-сти общ-во преследует цели: объединение лиц, непосред-но работающих в области рус. воен. истории или содействующих расширению в.-истор. знаний; содействие к упорядочению архивн. дела; содействие к сохранению, восстановлению и сооружению воен. памятников; содействие к производству в.-археол. раскопок и поездок на поля сражений; устройство справоч. бюро, музеев воен. старины, библиотек и др., связанных с задачами воен. истории, учреждений; содействие историкам в их работах и, наконец, издание в.-истор. трудов. Общ-во уже успело децентрализовать свою деят-сть, образовав местные отделы в Москве, Киеве, Варшаве, Одессе, Гельсингфорсе, Казани и Орле; такие же отделы формируются: в Тамбове, Вильне, Иркутске, Новочеркасске, Тифлисе и Хабаровске. Общ-вом и его отделами издаются: «Труды Имп. рус. В.-ист. общ-ва» (выпущено 4 тома) и «Труды отделов». Из последних изданы уже: Моск. отделом — «Росписной список г. Москвы 1746 г.» и Варшавским — «Сборник документов о Цесаревиче Константине Павловиче». Кроме того, общ-вом издан ряд популяр. брошюр для войск и народа, посвященных: Полтавской победе, освобождению крестьян в 1861 г. и Прутск. походу. Кроме период. органа совета общ-ва — «Журнала Имп. рус. В.-ист. общ-ва» — издается Киевским Отделом журнала «В.-Ист. Вестник». При общ-ве же, в виду широк. участия его в орг-ции юбилея Отеч. войны, состоит образованный Моск. отделом «Кружок ревнителей памяти войны 1812 г.». Председателем общ-ва состоит с самого его возникновения ген. от кав. Д. А. Скалон. — За гр-цею, кроме в.-истор. отделений при ген. штабах (в Германии, Франции и Италии) и в.-истор. архива в Вене, спец-но в.-истор. общ-в существует только два: общ-ва «La sabretache» в Париже и «Gesellschaft für historiche Waffenkunde» в Берлине, имеющие свои печат. органы. Образованное в Стокгольме швед. общ-во «Karolinska Foerbundet» наряду с в.-истор. задачами преследует и другие в.-науч. цели. [[Категория:ВЭ:Организации]] mzkmv5tyd5u7tyzvau6i6caq0698tn9 0 409047 5729065 4596828 2026-07-11T18:05:22Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 качество текста 5729065 wikitext text/x-wiki {{ВЭ |КАЧЕСТВО=4 }} '''ВОЕННО-КОНСКАЯ ПЕРЕПИСЬ.''' См. '''[[../Военные повинности|Военные повинности]].''' [[Категория:ВЭ:Перенаправления]] 8adz8utdkuy3suibn3evkmji4jr4agw 0 409048 5729066 4596829 2026-07-11T18:06:30Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729066 wikitext text/x-wiki {{ВЭ |КАЧЕСТВО=4 }} '''ВОЕННО-КОНСКАЯ ПОВИННОСТЬ.''' См. '''[[../Военные повинности|Военные повинности]].''' [[Категория:ВЭ:Перенаправления]] 17a17dduep93atwyomw1xqnpik6fi6n 0 409049 5729067 4596830 2026-07-11T18:11:38Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729067 wikitext text/x-wiki {{ВЭ |КАЧЕСТВО=4 }} '''ВОЕННО-МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ.''' См. '''[[../Императорская военно-медицинская академия|Императорская военно-медицинская академия]].''' [[Категория:ВЭ:Перенаправления]] 63mfsq5n00nxmz76w8dtj4pr21tx3xk 0 409050 5729081 1286213 2026-07-11T18:34:10Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729081 wikitext text/x-wiki {{ВЭ |ВИКИПЕДИЯ= |ВИКИСКЛАД= |ВИКИТЕКА= |ВИКИСЛОВАРЬ= |ВИКИЦИТАТНИК= |ВИКИУЧЕБНИК= |ВИКИНОВОСТИ= |ВИКИДАННЫЕ= |ВИКИВЕРСИТЕТ= |ВИКИГИД= |ВИКИВИДЫ= |БЭАН= |БЭЮ= |ВЭ= |ЕЭБЕ= |МЭСБЕ= |НЭС= |РБС= |ТСД= |ЭСБЕ= |ADB= |Британника= |БСЭ1= |НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ= |КАЧЕСТВО=2 }} '''ВОЕННО-МЕДИЦИНСКИЯ ДОЛЖНОСТИ,''' положены по штатам нек-рых частей войск, учреждений и заведений и замещаются врачами, ветеринарами, фармацевтами и клас. фельдшерами. В.-мед. должн. разделяются на неск. разрядов, соответственно коим определяются содержание и нек-рые служеб. права, а также и пенсия из госуд. казн-ва — по расписанию № 5, 17 апр. 1859 г. Расписанием окладов содержания В.-мед. должностей (пр. по в. в. 1902 г. № 133) все В.-мед. должн., замещаемые врачами, кроме нек-рых немногих, положенных по штат. центр. учр-ний, разделены на VII разр., а пр. по в. в. 1904 г. № 575 то же сделано для врачеб. должностей, учреждаемых только с объявлением мобилизации. К 1-му разр. отнесены в.-санит. исп-ры, ко 2-му — пом-ки окр. исп-ров, корп. врачи, гл. хирурги армий и т. п., к 3-му — гл. врачи воен. госпиталей IIi и IV кл. и пол. сводн. госп-лей равной численности мест и т. п., к 4-му — дивиз. врачи, гл. врачи госп-лей I и II кл. и старш. врачи равных им по численности местн. лазаретов, а также гл. врачи пол. сводн. госп-лей и т. д., к 5-му — старш. врачи местн. лаз-тов от 100 до 200 мест, гл. врачи пол. подвиж. и запас. госп-лей и т. п., к 6-му — должн. старш. полков. врачей и равных им, а к 7-му — должн. младш. врачей. После выхода пр. по в. в. 1909 г. № 1 содержание воен. врачей не исчерпывается указан. расписанием, т. к. в него входит еще установленное этим последним приказом прибав. жалование, приноровленное также к разрядам. В общем врачи 7-го разряда получают 1.080 р. в течение первых 4 лет службы, 1.200 р. с 5-го г., 1.560 р. — с 9-го; врачи 6-го разр. получают 2.220 р., 5-го разр. — 2.400 р., 4-го разр. — 2.700 р., 3-го разр. — 2.800 р., 2-го разр. — 3.400 р., 1-го разр. — 4.500 р. Сверх того, врачи получают еще деньги на наем прислуги: 7-го разр. — 120 р., от 6-го до 2-го разр. — 240 р., 1-го разр. — 360 р. и деньги на наем квартир и конюшен, а также на отопление и освещение по чинам и разрядам местностей в тех же размерах, как то установлено для оф-ров. В.-мед. должн., замещаемые фармацевтами, разделены на 3 разр. расписанием, объявленным при пр. по в. в. 1904 г. № 108 и того же года № 575. К 1-му отнесены должности упр-щих апт. магазинами, пол. аптеками и т. п., ко 2-му — упр-щих аптеками пост. и пол. госп-лей, к 3-му — упр-щих апт. местн. лаз-тов и т. д. Всего содержания фармацевты 3-го разр. получают: первые 4 года — 816 р., с 5-го г. — 876 р., с 9-го г. — 996 р. Фармацевты 2-го разр. получают 1.440 р., а 1-го — 2.000 р. Сверх того, они получают деньги на наем прислуги: 1 и 2-й разр. — по 240 р., а 3-й по 120 р. и кварт. по чинам на общ. основании. Клас. фельдшера могут замещать все должности старш. мед. и апт. фельдшеров. Оклады содержания им определены пр. по в. в. 1908 г. № 108 и 1910 г. № 182. Всего они получают 480 р. первые 4 года, с 5-го г. — 600 р. и с 11-го г. — 720 р. Денег на наем прислуги им не положено; взамен они получают провиант на одного н. чина деньгами, квартирные получают в размере, установленном для мл. об.-оф-ров. Те из класс. фельдшеров, к-рые занимают должности заведующих хозяйством войсков. или местн. лаз-та, получают еще стол. деньги в размере 96 р. [[Категория:ВЭ:Медицина]] cofuul92ghtr3nb34urrl9gto5bryq9 0 409051 5729072 1286217 2026-07-11T18:20:01Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729072 wikitext text/x-wiki {{ВЭ |ВИКИПЕДИЯ= |ВИКИСКЛАД= |ВИКИТЕКА= |ВИКИСЛОВАРЬ= |ВИКИЦИТАТНИК= |ВИКИУЧЕБНИК= |ВИКИНОВОСТИ= |ВИКИДАННЫЕ= |ВИКИВЕРСИТЕТ= |ВИКИГИД= |ВИКИВИДЫ= |БЭАН= |БЭЮ= |ВЭ= |ЕЭБЕ= |МЭСБЕ= |НЭС= |РБС= |ТСД= |ЭСБЕ= |ADB= |Британника= |БСЭ1= |НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ= |КАЧЕСТВО=2 }} '''ВОЕННО-МЕДИЦИНСКИЙ СПРАВОЧНЫЙ КАЛЕНДАРЬ,''' изданный гл. в.-санит. упр-нием в 1909 г., в 2-х частях: 1-я — в виде обычн. запис. книжки, со сведениями общекалендар. характера, и 2-я — с указаниями на законоположения, нормирующие права и обяз-сти воен. врачей, нек-рые правила и инструкции из особенно часто применяемых на практике, сведения из воен. адм-страции и топографии, необходимые для каждого в-служащего, наставление для производства нек-рых важн. исследований воды и питат. продуктов, сведения о способах дезинфекции и нормах для питания н. чинов и т. д. Календарь б. составлен очень компактно и полно и представлял большой интерес для каждого врача. В наст. время эта книга представляет библиографическую редкость. [[Категория:ВЭ:Печатные издания]] [[Категория:ВЭ:Медицина]] [[Категория:Медицинские журналы]] 1k6me8klht11em85tc7i6kwmezjlfpt 0 409440 5729024 4595289 2026-07-11T13:58:49Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729024 wikitext text/x-wiki {{ВЭ |КАЧЕСТВО=2 }} '''«ВОЕННО-ИСТОРИЧЕСКИЙ СБОРНИК»,''' выходит с 1911 г. при «Воен. Сб.» и «Рус. Инвалиде», под общею с ним редакциею, книжками 4 раза в год; подписка отдельно не принямается. За первый год издания крупн. статей не было; статьи посвящены почти исключительно рус. воен. истории. [[Категория:ВЭ:Печатные издания]] rchokzdgge8s9591m096jhu4rmqnutb 0 409441 5729068 5725773 2026-07-11T18:17:11Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729068 wikitext text/x-wiki {{ВЭ |КАЧЕСТВО=3 }} '''«ВОЕННО-МЕДИЦИНСКИЙ ЖУРНАЛ»,''' издаваемый гл. в.-санит. упр-нием, является старейшим из рус. медиц. повремен. изданий. Он выходит ежемесячно, книжками размером 15—20 печ. листов, и состоит из официал. части, где помещаются приказы по в. вед-ву и циркуляры гл. шт., относящиеся к санит. службе, перемены в личн. составе вед-ва, а также приказы по в.-санит. вед-ву и т. п. Программа врач.-спец. части такова: а) вспомогат. отрасли медицины, б) практ. отрасли медицины (в том числе гигиена и в.-санит. дело), в) обозрение текущ. медиц. литературы, г) критика и библиография, д) известия, касающиеся врач. быта, е) ответы на запросы читателей. К журн. прилагается ежегодно одно или два капит. сочинения по медицине и отчет о санит. состоянии рус. армии. Все воен. врачи состоят обязат. подписчиками В.-М. журнала и с них вычитается за него по 9 р. в год. Цена журнала для частн. подписчиков — 12 р. в год. Теперь цена понижена до 6 р. в год. В.-М. журн. изд. с 1823 г. Издание его началось по Выс. повелению при медиц. деп-те воен. мин-ства, по 6 кн. в год. С 1858 г. журн. выходит ежемесячно. Редактором в наст. время состоит непремен. чл. учен. в.-санит. ком-та, д-р И. Ф. Рапчевский. В послед. время журн. всё более и более отводит места статьям по в.-санит. делу и становится исключ-но в.-санит. журналом. [[Категория:ВЭ:Печатные издания]] [[Категория:Медицинские журналы]] jfsoig9zgchu2exki4a11og6ad4xmc8 5729071 5729068 2026-07-11T18:19:31Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729071 wikitext text/x-wiki {{ВЭ |КАЧЕСТВО=3 }} '''«ВОЕННО-МЕДИЦИНСКИЙ ЖУРНАЛ»,''' издаваемый гл. в.-санит. упр-нием, является старейшим из рус. медиц. повремен. изданий. Он выходит ежемесячно, книжками размером 15—20 печ. листов, и состоит из официал. части, где помещаются приказы по в. вед-ву и циркуляры гл. шт., относящиеся к санит. службе, перемены в личн. составе вед-ва, а также приказы по в.-санит. вед-ву и т. п. Программа врач.-спец. части такова: а) вспомогат. отрасли медицины, б) практ. отрасли медицины (в том числе гигиена и в.-санит. дело), в) обозрение текущ. медиц. литературы, г) критика и библиография, д) известия, касающиеся врач. быта, е) ответы на запросы читателей. К журн. прилагается ежегодно одно или два капит. сочинения по медицине и отчет о санит. состоянии рус. армии. Все воен. врачи состоят обязат. подписчиками В.-М. журнала и с них вычитается за него по 9 р. в год. Цена журнала для частн. подписчиков — 12 р. в год. Теперь цена понижена до 6 р. в год. В.-М. журн. изд. с 1823 г. Издание его началось по Выс. повелению при медиц. деп-те воен. мин-ства, по 6 кн. в год. С 1858 г. журн. выходит ежемесячно. Редактором в наст. время состоит непремен. чл. учен. в.-санит. ком-та, д-р И. Ф. Рапчевский. В послед. время журн. всё более и более отводит места статьям по в.-санит. делу и становится исключ-но в.-санит. журналом. [[Категория:ВЭ:Печатные издания]] [[Категория:ВЭ:Медицина]] [[Категория:Медицинские журналы]] lxbbjx3tof2445fn2e84tc40i4i64gy 104 583947 5729043 2375962 2026-07-11T15:25:07Z Baraban-uragan 121071 опечатка 5729043 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="TextworkerBot" /><div class="oldspell"><div style="text-align:justify">{{колонтитул||— 96 —|}}<div class="indent">__NOEDITSECTION__</noinclude> <section begin="Демоноподобники"/><section begin="Ведьмаки и ведьмы"/>Если же молочная ведьма, принявшая вид земляной (корявой) лягушки, очутилась в коровьем хлеву, а тем паче — пристала к вымени, от которого она не может произвольно отстать, пока не закончится ведьмаческая порча, с такою ведьмою можно сделать приблизительно следующее: отрезать пальцы, выколоть глаза, проткнуть тело иголками, булавками. Все повреждения останутся у ведьмы навсегда и после превращения, причем физические муки от уколов и порезов растянутся на долгие годы. Чтобы отогнать молочных ведьм и причинить им страдания, в Купальский день и ночь нужно заложить щели хлева «жиплавкою», чертополохом, терновником, стеблями крыжовника; а над дверями привесить фителямн вниз громничные (Сретенские) свечи: попробует ведьма с размаху влететь в хлев — она обязательно порвет себе кожу, уколется о колючки, обожжется крапивою и, в особенности — громничною свечою. После всех таких мер часто происходить или продолжительная болезнь заведомой ведьмы, или у неё появляется новый органический недостаток, или же она нивесть куда пропадает.<section end="Ведьмаки и ведьмы"/> <section begin="Колдуны и колдуньи"/>__NOEDITSECTION__ === XXIV. КОЛДУНЫ и КОЛДУНЬИ === Эти демоноподобники стоят значительно дальше от чистых бесов и — гораздо ближе к людям, с которыми ведут даже и житейские сношения. Кроме того они ходят в церковь, исполняют требы и окружают себя предметами христианского почитания. Хотя всё это делается, для отвода людских глаз и хотя колдуны и колдуньи достаточно закрепощены в бесовство, властелины и распорядители их деятельности, настоящие черти, не полагаются на них так, как на ведьмаков и ведьм, опасаются двоедушия их и сравнительно больше доверяют только тем особям, у которых появились типичные особенности бесовства — зачатки рогов, хвоста, клыков, фосфорическое свечение глаз, исчезновение мясистых частей. Но и при сем условии колдуны и колдуньи лишены возможности лично и {{перенос|по|произволу}}<section end="Колдуны и колдуньи"/><section end="Демоноподобники"/><noinclude><references /></noinclude> 6o9385w8id5wbq58yl1kvk1t1zew9b7 0 609193 5729172 5157851 2026-07-12T11:23:32Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Языки]] в [[Category:Азербайджанский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729172 wikitext text/x-wiki {{БСЭ1 |ВИКИПЕДИЯ= |КАЧЕСТВО= 2 }} '''АЗЕРБАЙДЖАНСКИЙ ЯЗЫК''', или наречие азери, входит в состав южной группы тюркских наречий (по Радлову; А. Н. Самойлович называет ее юго-западной или туркменской) и, т. о., состоит в ближайшем родстве с наречиями: туркменским, османским и южнобережным крымским. Особенности этого наречия, отличающие его от литературного османского языка, довольно велики. К ним можно отнести: сохранение девяти гласных, к которым впоследствии, в различных говорах, присоединились новые вариации; архаичность, выразившаяся в сохранении, в нек-рых говорах, велярного и конечного «г’» (в Баку и некоторых других местностях) и конечного древнего ҕ, исчезнувшего у османов; приглушенность звонких согласных и уклонение нек-рых согласных звуков от основного тюркского типа; придыхательность глухих, не отмеченная в других тюркских наречиях; возникновение носовых гласных в нек-рых диалектах; своеобразие в отношении последовательности округленных и неокругленных гласных (алмон «твое яблоко», санун «твой», г'ӓлдук «мы пришли»); нарушение закона гармонии (г'ӓлмах «приходить»; г'ӓлдох и г'ӓлдых «мы пришли») и мн. др. В морфологическом отношении мы можем отметить сохранение древнего отличия основы настоящего времени с «ы (у)» от основы будущего с «а»: алыр «он берет» — алар «он возьмет»; олур «он бывает» — олар «он будет». Азербайджанское наречие распадается на множество говоров, которые, повидимому, можно бы было объединить в несколько главных групп; однако, подробной классификации еще не сделано. Для нашего Азербайджана — пока, в ожидании более определенных данных — представляется возможным деление на три группы, с центрами: 1) Баку, 2) Нуха, 3) Казак-Гянджа. В азербайджанском наречии заметно сильное влияние персидского языка, проникшее в значительной мере и в синтаксис. Его фразеология богата персизмами. Нек-рые персидские выражения, стихи и пословицы сделались ходячими и употребляются наряду с местными тюркскими. Исследование сходства между тюркскими говорами Азербайджана и кавказскими языками еще не начато; однако, повидимому, есть нек-рые звуковые черты, позволяющие сделать предположение о возможности влияния вторых на первые. Различия, существующие между отдельными говорами наречия азери, весьма значительны, но, несмотря на это, все тюрки Азербайджана понимают друг друга в разговоре без затруднения. Литература на А. я., зародившаяся при династии Сефевидов с 16 в., в течение веков находилась в подчинении персидским традициям. Нек-рые выдающиеся произведения азербайджанской литературы даже создавались на персидском языке. Таковы «Хафтииклим» («Семь стран») известного Хакани, «Пяндж-Гяндж» («Пять кладов») Шейх-Низами и др. В 16 в. в пределах Азербайджана появляется ряд талантливых поэтов; назовем Гюрза-Ддина Шаир Челеби, Молла Мухаммеда (Магомета) Физули Багдадского, Шах-Исмаила-Сафави (псевдоним «Хатан»). В последующие периоды в таких культурных центрах, как Караваг, Шеки, Ширван, Гянджа, появляются поэты, к-рые творят уже на тюркском яз. (Мулла-Панах-Вакифа, Мулла-Вели, Видади, Мулла-Касима, Сеид-Абуль-Касима, Набати). В 19 веке на азербайджанскую поэзию оказывают заметное влияние западно-европейская и русская литература. В ней начинают выдвигаться социальные мотивы (темы — культурная отсталость духовенства и помещиков и правовая забитость трудовых масс). Новая азербайджанская литература Закавказья (центр ныне — Баку, раньше — Тифлис) облюбовала, гл. образ., форму комедии: выделяются «мусульманский Мольер» — Мирза Фатали-бек Ахундов (первая половина 19 в.); плодовитый «мусульманский Островский» (и несомненный подражатель его) Неджеф-бек Везиров; быв. председатель Совнаркома Азербайджана (и один из преде. ЦИК СССР) покойный Нариман ''{{lsafe|Нариманов, Нариман|Нариманов}}'' (см.) и др. Азербайджанская сатира находит себе проявление в иллюстрированном журнале «Мулла-Наер-Эд-Дин». Наиболее заметными деятелями новой азербайджанской литературы являются: Гусейн-Заде Али-бек, Аббас-Сиххат, Мухаммед-Хади, Сабир, Али-Назми, Джалил Мамед-Кули-Заде, Гусейн-Джавид, Ахмед-Джавад, Авдулла Шайк и Джафер Джабар-Заде. Из газет назовем «Хаят», «Фиюзат», «Иршад». В наст. время (1925) под редакцией местных специалистов выходят материалы по истории азербайджанской литературы. Переиздаются также и сочинения выдающихся поэтов. На А. я. издается журнал «Иктисади-Хабарлар». В 1923 Совнаркомом Азербайджана издан приказ о переходе на латинский алфавит. <small>При бедности до сего времени научной рус. литературы по А. я. могут быть рекомендованы: {{razr2|Лазарев}}, Л. М., Сравнительная хрестоматия турецкого языка, наречие османское и азербайджанское, M. 1806: {{razr2|Лазарь Будагов}}, Практическое руководство турецко-татарского азербайджанского наречия, М., 1857; {{razr2|Ахвердов}} И., Арабско-персидско-турецко-русские разговоры, изд. Сару-хан-Бека, СПБ, 1900.</small> {{right|''Ред. Н. Марр.''}} [[Категория:Азербайджанский язык]] f936xrulxo0xis0tm6go9sksexkpkh8 0 926777 5729164 5157632 2026-07-12T11:07:52Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Языки]] в [[Category:Словацкий язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729164 wikitext text/x-wiki {{ЭСГ |ВИКИПЕДИЯ=Словацкий язык |ЭСБЕ= |КАЧЕСТВО= }} '''Словацкий язык,''' см. ''славянские языки''. [[Категория:ЭСГ:Перенаправления]] [[Категория:Словацкий язык]] 88c8lg5gg6csyk8pkj9deqsox9wruhr 14 937013 5729171 4019445 2026-07-12T11:22:26Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Азербайджан]] в [[Category:Азербайджанский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729171 wikitext text/x-wiki [[Категория:Писатели по языкам|А]] [[Категория:Азербайджанский язык]] r54lnrp1c2nvt9ae1x5wfe6os3gyw77 14 937015 5729178 4019447 2026-07-12T11:35:29Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Армения]] в [[Category:Армянский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729178 wikitext text/x-wiki [[Категория:Писатели по языкам|А]] [[Категория:Армянский язык]] lwc3y91m8u30y8cpuvv0h9bc6vrmxa9 14 937018 5729183 4019449 2026-07-12T11:38:03Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Болгария]] в [[Category:Болгарский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729183 wikitext text/x-wiki [[Категория:Писатели по языкам|Б]] [[Категория:Болгарский язык]] eq3eyoa3jtfpu2m7woympduhupri4vb 14 937023 5729188 4019453 2026-07-12T11:54:28Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Грузия]] в [[Category:Грузинский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729188 wikitext text/x-wiki [[Категория:Писатели по языкам|Г]] [[Категория:Грузинский язык]] 692wpre2cxyd00nfiacx1ogg89ajxlg 14 937024 5729195 4019454 2026-07-12T11:57:42Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Дания]] в [[Category:Датский язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729195 wikitext text/x-wiki [[Категория:Писатели по языкам|Д]] [[Категория:Датский язык]] 8lhak4cwfl4hmjhneyutoxnnowswy9d 0 980649 5729165 5157705 2026-07-12T11:07:52Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Языки]] в [[Category:Словацкий язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729165 wikitext text/x-wiki {{Словарная статья |НАЗВАНИЕ= |КАЧЕСТВО= }} '''Словацкий язык,''' называемый так по имени народа и отличный от ''словенского'' языка словинцев или хорутанск. славян, представляет наречие славянской ветви индо-европейск. семьи языков, весьма близкое к древне-чешскому и отличающееся от ново-чешск. более широким произношением гласных звуков, обилием двугласных и большею чистотою и архаичностью лексического состава. C XIV-го в. письменным языком словаков сделались чешский и латинск. яз.; их собственное наречие служило только языком народн. жизни и получило некотор. применение в С-кой католическ. л-ре, избравшей его своим органом, в отличие от гусситско-протестантской письменности. B XVIII в. патер Антонин Бернолак в своих грамматич. сочинениях сделал первый опыт научн. разработки состава и орфографии С-ого я-a и признал наиболее чистым и пригодным для литературн. употребления его ''тернавское наречие''. В эпоху С-кого национально-патриотич. движения Л. Штур в 40-х гг. поднял вопрос о введении в литературный обиход более чистого ''тренчанского'' наречия взамен чешского яз. и довольно богатого заимствованиями из него тернавского наречия. Вопрос этот, бывший в сущности новым актом национ. самосознания, был понят, как стремление к сепаратизму, к разрыву литературной связи между чехами и словаками, и поднял против Штура целую бурю обвинений. Тем не менее с 1844 г. тренчанское наречие постепенно утвердилось в С-кой л-ре, уступая место чешск. и немецк. языку лишь в сочинениях, не имевших узко-национ. назначения. В новейш. время известн. лингвист, проф. пражск. унив. Гаттала предлагал заменить тренчанское нареч. ''зволенским'', как еще более чистым и подлинным. — Ср. ''Л. Штур'', „Nauka reči slovenskej“; „Nárečja slovenskuo alebo potreba pisanja vtomto nareči“; ''Гаттала'', „Grammatica linguae slovenicae“ и др. [[Категория:Словацкий язык]] nlpub6oqt8xqj4919disy45r2n15ogx 106 987228 5729112 5722712 2026-07-11T20:23:32Z Butko 139 5729112 proofread-index text/x-wiki {{:MediaWiki:Proofreadpage_index_template |Type=journal |Название=Выпуск газеты "Комсомольская правда" за 09.05.1945 |Подзаголовок= |Автор=АО "ИД "Комсомольская правда" |Переводчик= |Редактор= |Иллюстратор= |Год=1945 |Издатель= |Место=Москва |Том= |Часть= |Издание= |Серия= |school= |Progress=OCR |Transclusion=no |Compilation=false |Изображение=1 |Страницы=<pagelist /> |Тома= |Примечания=Согласно [[wmru:Файл:WMRU-20210524s-Agreement-KomsPravda-GreatPatrioticWarIssues.pdf|лицензионному договору №12-468 от 24.05.2021 между Некоммерческим партнёрством содействия распространению энциклопедических знаний «Викимедиа РУ» и Акционерным обществом «Издательский дом «Комсомольская правда»]] газету разрешается распространять на условиях свободной лицензии Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported |Содержание= |Источник=pdf |wikidata_item= |Header=__NOEDITSECTION__<div class="text"> |Footer=<!-- --> <references /></div> |Width= |Css= |Ключ= }} [[Категория:Индексы газеты «Комсомольская правда»]] o3tyj22butkb6q538aupbl1smr7rshq 0 999044 5729095 5332857 2026-07-11T19:36:31Z Fuxx 1743 движениии=>движении 5729095 wikitext text/x-wiki {{Отексте | АВТОР = Максуд Алиханов-Аварский | НАЗВАНИЕ = Поход в Хиву | ПОДЗАГОЛОВОК = Кавказских отрядов) 1873 г | ЧАСТЬ = | СОДЕРЖАНИЕ = | ИЗЦИКЛА = | ИЗСБОРНИКА = | ДАТАСОЗДАНИЯ = | ДАТАПУБЛИКАЦИИ = 1898 | ПЕРВАЯПУБЛИКАЦИЯ = | ЯЗЫКОРИГИНАЛА = | НАЗВАНИЕОРИГИНАЛА = | ПОДЗАГОЛОВОКОРИГИНАЛА = | ПЕРЕВОДЧИК = | ДАТАПУБЛИКАЦИИОРИГИНАЛА = | ИСТОЧНИК = [http://az.lib.ru/a/alihanowawarskij_m/text_1898_pohod_v_khivu.shtml az.lib.ru] | ВИКИДАННЫЕ = <!-- id элемента темы --> | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИНОВОСТИ = | ВИКИСКЛАД = | ДРУГОЕ = | ОГЛАВЛЕНИЕ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = | КАЧЕСТВО = 1 <!-- оценка по 4-х бальной шкале --> | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ = | ДРУГИЕПЕРЕВОДЫ = | ЛИЦЕНЗИЯ = PD-old | СТИЛЬ = text }} === М. Алиханов-Аварский === === Поход в Хиву === === (Кавказских отрядов) === === 1873 === === ___ === === СТЕПЬ И ОАЗИС === <center>Предисловие</center> В начале 1873 года возглас «в Хиву!» раздавался в среде военной молодежи Кавказа точно «за Рейн!», облетевший всю Германию пред войной семидесятого года. Возбуждение было необычайное. Месяца еще за два до похода, в клубах, в ресторанах и в гостиных Тифлиса только и слышалось о Хиве, и офицеры пускали в ход все пружины, чтобы только добиться назначения в один из экспедиционных отрядов. По обыкновению, многие стремились, конечно, в так называемый «крестовый поход» или поход за крестами. Но предстоявшее движение наших войск представляло интерес и помимо этого. Я помню в одном доме такой эпизод: — Поздравьте, Еду сегодня же!. Как вы думаете, куда? воскликнул офицер, влетая в кабинет с необыкновенно сияющею физиономией. — В Петербург? спросил хозяин, пожимая руку своего приятеля. — О, нет, гораздо дальше, — в Хиву! — Ну что-ж, конечно, привезете оттуда, быть может, и несколько крестов. Но неужели вы серьезно рады?. Ведь '''[VIII'''''']''' вы меняете, быть может, целый год жизни на какое-то цыганское шатанье по безлюдной пустыне!. Признаюсь, я не совсем понимаю вашу радость. — А понять меня, заметил гость, — не трудно, или по крайней мире так же легко, как медика или всякого другого специалиста, ищущего практики. Ну что такое, скажите пожалуйста, военный, никогда не бывавший на войне, как не архитектор, например, который ничего не построил в своей жизни?. У таких военных жажда деятельности более существенной и разнообразной тем более должна быть понятна, что, ведь, вы знаете, что такое офицерская жизнь в мирное время!. Да помимо этого, труды и опасности, сопряженные с боевою жизнью, составляют даже приманку для тех, кто не успел еще разочароваться в своих надеждах. Но в настоящем случае это далеко не все. Весьма простая, повидимому, военная задача наших отрядов усложняется предстоящею им борьбой с природой. Если же припомнить те неудачи, которыми сопровождались наши прежния экспедиции в Хиву, новая попытка к решению старой задачи, еще до сих пор кажущейся для многих неразрешимою, представляет не малый интерес. Затем, несмотря на три военные экспедиции и одиннадцать дипломатических агентов, отправленных нами в Хиву с начала XVII столетия, что мы знаем о ней кроме того, что знал еще Петр Великий?. Следовательно предстоит увидеть новый край, новый народ со своеобразною культурой. На наших, так сказать, глазах будет сдернута та завеса, под которою скрывается эта страна, как terra incognita. Все это делает понятным даже желание многих в качестве туристов участвовать в предстоящем походе. Согласны? Что касается лично меня, — мои бродяжнические инстинкты возбуждены на этот раз как нельзя более; мое воображение рисует в заманчивых красках даже те испытания, без которых я не представляю себе похода в безводной пустыни. Словом, меня непреодолимо тянет в полудикую Среднюю Азию, как в '''[IX]''' Африку, в Австралию, как всюду, где я не был, и год, который, быть может, я проведу там, будет для меня не потерянным, а настоящим годом жизни. Я привел эти слова именно потому, что они довольно верно формулировали то, что было на устах или в мыслях военного люда, стремившегося в Хиву. Я также всецело разделял этот взгляд, и главным образом трудности, сопряженные с движением в эту заколдованную страну, мне казались тогда, в бурные дни молодости, заманчивыми в такой степени, что наконец в числе других и я почувствовал себя как бы наэлектризованным и решился проситься в поход. Я состоял тогда для особых поручений при Е. И. В. Главнокомандующем Кавказской армии, который был временно в Петербурге. Поэтому я обратился с своей просьбой к его помощнику, ген.-ад. князю Д. И. Святополк-Мирскому. — Я вас совершенно понимаю, ответил князь, — и, будь я молодой офицер, охотно принял бы участие в предстоящем движении на Хиву. Поход обещает быть далеко не легким, но зато и интересным. Протелеграфирую Великому Князю, дай Бог успеха!. На другой же день было получено разрешение Его Высочества командировать меня в состав Мангышлакского отряда. Объявляя мне эту радостную весть, князь прибавил: — Но смотрите, вам нельзя терять теперь ни одного часа: отряд выступает из Киндерли 2 апреля. Осталось, следовательно, 5 дней, и за это время вы должны переброситься через Кавказский хребет и переплыть море, т. е. пролететь с лишним тысячу верст. Иначе опоздаете. — Я не потеряю, ваше сиятельство, ни одной минуты; выеду сегодня же через несколько часов, и буду лететь днем и ночью. — Прекрасно. Кстати, я прикажу отправить вас курьером '''[X]''' и передать вам, для доставления князю Меликову (Ген.-адют. князь Л. И. Меликов был тогда командующим войсками Дагестанской области.), только что мною подписанные последние распоряжения относительно Мангышлакского отряда. Затем, откланявшись князю, я получил из штаба нужные бумаги и под вечер уже мчался по военно-грузинской дороге. Таким образом, мне пришлось быть участником незабвенного Хивинского похода, по установившемуся мнению, — одного из труднейших, известных в военной истории, и тегости которого вызвали в свое время удивление даже лиц враждебных России, как Вамбери, которые ставили его выше знаменитых походов Ганнибала и Наполеона. Вся европейская печать, военная и общая, с живым любопытством следила за каждым шагом наших войск, интересуясь результатами похода, которые, без всякого преувеличения, превзошли самые смелые ожидания. Отправляясь в этот поход, я решился вести путевые записки, в которые и заносил, почти с педантическою аккуратностью, все выдающееся и заслуживающее внимания. Так составилось у меня довольно полное описание Хивинского похода, или вернее, — участия в нем отрядов Кавказского и Оренбургского, на долю которых выпало пройти, почти с ежедневными битвами, все ханство от Аральского моря до столицы. Однако цель этих записок, или писем, если хотите, заключалась главным образом в передаче моих впечатлений и результатов личных наблюдений. Само собою разумеется, поэтому, что они не имеют ничего общего с «историями», составленными на основании реляций и штабных документов, и не могут претендовать на полноту, которую можно требовать от трудов кабинетных. '''[XI]''' В 1879 году записки эти были напечатаны в номерах «Русского Вестника» под заглавием «Степь и оазис». Тем не менее, решаюсь вновь предложить их читателям, в виду внимания, вызванного к нашему походу по случаю исполнившегося на днях 25-ти летия со дня покорения Хивы. ''7 июня 1898 года'' ''Гори.'' === I. === === Встреча с лейтенантом Штум и прибытие в Темир-Хан-Шуру. === ''7 апреля 1873 года. Шура.'' На почтовой дороге по Тереку грязь была непролазная. Около станицы Шелковой я наткнулся на завязший точно в болоте громадный тарантас шестериком. Целая груда чемоданов и ящиков была выложена на землю и недалеко стояла с багажом еще и перекладная. Человек шесть ямщиков и прислуги силились сдвинуть экипаж, но тщетно. Несколько в стороне от экипажей, на краю дороги, стоял в венгерке иностранный офицер. Он наблюдал за происходившим пред его глазами, а его молодое красивое лицо выражало отпечаток крайнего нетерпения. Когда я поравнялся, офицер, как бы направляясь ко мне, изящно взял «под козырек»; в его лице не трудно было прочесть желание сказать что-то, и я остановился. Подойдя ко мне иностранец назвал себя и начал горячо рассказывать о своем '''[2]''' критическом положении: он едет дни и ночи, чтобы не опоздать ко времени выступления русского отряда из Киндерли, но, несмотря на массу бумаг от всевозможных столичных и нестоличных начальников, его везут «не так быстро как русских офицеров», которые то и дело перегоняют его и пролетают мимо на своих почтовых тележках. Признаюсь, я удивился этой массе вещей, когда узнал, что мой собеседник — лейтенант Вестфальского гусарского полка Штум, отправляющийся также в Хивинский поход. Мы решили проехать вместе до первой станцин, с тем чтоб оттуда выслать за его экипажем свежих лошадей. Усаживаясь в мою тележку, лейтенант в свою очередь удивился. Он странно оглядел небольшие сак и чемодан, валявшиеся в моих ногах вместе с крошечною складною кроватью. — Это весь ваш багаж? спросил он, — и вы с ним отправляетесь в Хиву? — Да. Здесь необходимое платье и несколько книг, и я буду очень рад, если мне не придется бросить и это. Вы, я полагаю, встретите большие затруднения, если не облегчите себя: ваш багаж потребует не менее десяти верблюдов. — Я ничего не брошу, отвечал Штум. — Я не еду сражаться, и потому желаю окружить себя возможно большими удобствами. Во Францию во время войны я выехал с меньшим багажом, но тогда я знал, что пускаюсь не в дикую степь, где ничего себе не '''[3]''' достану. Скажите, неужели в походе все русские офицеры отказывают себе во всех удобствах? — Мы отказываемся от многих мелких удобств жизни, чтобы приобрести одно крупное удобство похода: быть налегке, иметь поменьше вещей, следовательно поменьше и хлопот. Тем не менее, мы оставляем за собою достаточно, чтобы считать свою обстановку гораздо комфортабельнее солдатской: мы будем, быть может, на солдатской пище, но с прибавлением к ней всего, что можно найти в походной лавке маркитанта; мы поедем верхом, ничем не обремененные, в то время когда солдат с ружьем, с тяжелою сумой пройдет сотни верст при самых неблагоприятных условиях. Наконец, у нас найдется хоть кожаная подушка на ночлеге, когда солдат не найдет зачастую и камня под свою голову. Полагаю, что этого достаточно. Дальнейший путь мы совершили вместе и 29 марта прибыли в Шуру. Здесь мы узнали, что вследствие разных затруднений по снабжении отряда перевозочными средствами, он выступит только после 10-го апреля. Торопиться, значит, не за чем. Пользуясь временем, мы приобрели здесь хороших лошадей и весьма удобно снарядились к походу. Штум купил на большую сумму изделия Дагестана и дорогое оружие для кабинетов императора Вильгельма, наследного принца и короля Баварского. Первому из них он прямо телеграфировал о своем приезде в Шуру и о дальнейших предположениях. '''[4]''' === II. <br>Морской переезд. — Токмак — Киндерлинский залив. — Общий вид лагеря Кавказцев. === ''13 апреля Лагерь у Порсу-Буруна.'' К отходу последней шкуны мы перехали в Петровск. Пристань была полна массой самой разнородной публики. В гавани уже шумели разведенные пары Тамары. Среди телег, лошадей и озабоченнного люда, сновавшего по всем направлениям, я с трудом пробрался к краю пристани, где группировались офицеры и дамы, провожавшие в поход родных и знакомых. Как всегда в подобных случаях, здесь глаза полные слез, едва слышный шепот, там беззаботный, раскатистый смех. Что говорили, что чувствовали эти близкие друг другу люди под влиянием разнообразных оттенков душевного настроения, в виду скорой и, быть может, роковой для многих разлуки… дополните вашею собственною фантазией. '''[5]''' Погода стояла превосходная. Море словно замерло! На шкуне размещались последние части экспедиционного отряда. На палубе и в трюме — массы военных всякого вида. Все занято, спешит и суетится: артиллеристы привязывают к бортам свои орудия, казаки и Лезгины-милиционеры устанавливают лошадей или перетаскивают громадные кипы прессованного сена; солдаты, вмест с мешками сухарей, бережно переносят куличи — был третий день Пасхи. Около буфета оживленная группа офицеров всех оружий с любопытством оглядывают и слушают лейтенанта Штума, которого убедили наконец оставить в Петровске большую часть своих чемоданов и который рассказывает теперь, что отправляется в Хиву в тех самых чакчирах, в которых был под Гравелотом. Издали посматривают на эту группу неизбежные всюду сыны Израиля, чающие быть маркитантами, и судя по масляным глазам заранее тают от мысли, что карманы этих офицеров будут выворочены в их собственные. Наконец нагрузка кончена, раздались свистки. Шкуна тронулась, обогнула мол и, провожаемая прощальными знаками с берега, плавно вышла на открытую зеркальную поверхность моря. Это было в полдень 10 апреля. Все предвещало приятный переход по Каспию и, оставаясь на палубе, веселый наш круг невольно любовался картиной быстро удаляющихся от нас береговых гор Дагестана. Постепенно суживаясь и '''[6]''' бледнея, скрылась наконец из виду последняя их полоса, и гладкая блестящая поверхность моря слилась со всех сторон со светлою лазурью безоблачного неба. «Прости, дорогой край! Быть может, последний раз я видел причудливые очертания твоих гор!.» Погода точно манила нас только в ожидании этого «прости». Голубые полосы все чаще и чаще начали прорезывать бледнеющую поверхность моря, спустился туман и вскоре задул свежий, резкий ветер. Будто разбуженный им старый Каспий шевельнулся как бы нехотя, нахмурился, а там, разгневанный, тряхнул седыми кудрями. С шумом рассекая неотступные волны и как бы изнемогая в неравной борьбе, Тамара все чаще переваливала с боку на бок, все шире размахивала громадные мачты. Говор умолк. Веселые еще недавно собеседники с бледными лицами разбрелись по каютам, да и мне уже становилось нестерпимо. При помощи матроса я побрел к средине палубы, свалился как труп и пролежал здесь до самого утра 12 числа. Вокруг меня между привязанными орудиями в беспорядке валялись артиллеристы. Их стоны и проклятия раздавались поминутно, составляя резкий контраст с веселою болтовней счастливцев, не страдавших от качки. — Скоро ли, братцы? заговорил один из моих соседей, лежавший как пласт с самого Петровска. — Часов через пять будем, ответил проходивший мимо матрос. '''[7]''' — Через пять. Ах ты татарское море! Не смея встать на ноги и вполне разделяя бессильный гнев бедного соседа, я только плотнее закрылся плащом. — Ишь как орудия-то закачало, заметил один из балагуров, — гляди, стрелять не будут. — Небось, ответил другой, — как жарнем из голубчиков, так твой Хивинский царек подберет халат, да и пятки покажет. — Какой он, чучело, царек?.. — А то как же его… нешто нет у них?.. — Хивинский хан… а по-нашему, по-русски, просто хам. Долго не умолкала беседа солдат, прерываемая дружным хохотом. Наконец кто-то крикнул «берег, ребята!» Точно магическое слово раздалось над грудой мертвых тел, все ожили и приподнялись. Вдали, за синевой моря, виднелась узкая желтоватая полоса. Вскоре, как бы вынырнув из моря, встал перед нами скалистый Токмак, северный, возвышенный берег у входа в Киндерлинский залив, а там показался и южный, песчаный берег, косою врезавшийся в море, почти не возвышаясь над его уровнем; на берегу опрокинутая лодка, жалкая, покосившаяся кибитка Туркмена-рыболова и вдали, как ползущие по раскаленному песку тени, два тощие гиганта-верблюда. Вот та безотрадная картина восточного берега, которая представилась нашим взорам. '''[8]''' Пройдя мимо Токмака, Тамара вошла в обширный залив, который по своему очертанию мог бы считаться превосходною гаванью для целого флота, если бы не мелководье, позволяющее судам двигаться только ощупью, описывая громадную дугу по фарватеру. На северном прибрежье показались белые пятна постепенно выяснявшегося лагеря нашего отряда, и туда устремились все взоры и бинокли. — Вон он, вон он, ребята, слышались возгласы повеселевших солдат, точно они приблизились к обетованному краю. Лагерь, между тем, обрисовывался все яснее; в нем уже зашевелились люди, казавшиеся муравьями, и вскоре пред нами раскинулся целый холщевый город. По заливу, сажен на сто от берега, тянулась импровизованная пристань, деревянные мостки на козлах, построенные саперами для облегчения выгрузки. Несколько десятков солдат, стоя по пояс в воде, еще продолжали эту работу, а несколько лодок с офицерами, далеко отделившись от пристани, качались на воде в ожидании нашей остановки. Было около одиннадцати часов, когда, наконец, раздался «stop!» и с грохотом полетел якорь. Мы остановились саженях в двухстах от берега, рядом со стоявшею в заливе шкуной Иран. Пока подъехавшие офицеры рассказывали об ужасах береговой жизни, со всеми ожидавшими нас «удовольствиями», зашумела паровая лебедка и началась выгрузка. Ящики, орудия и лошади, '''[9]''' перехваченные канатами, поминутно взвивались высоко над палубой и медленно опускались в лодки. Вскочив в одну из них, в которой уже стояли, понурив головы бедные измученные животные, я и Штум направились к берегу… Я недоумевал все более по мере приближения к лагерю. Зная, что прошел только месяц с тех пор, как зародилась мысль о сформировали нашего отряда, я невольно задавал себе вопрос: когда успели перебросить сюда всю эту груду вещей, покрывающих огромное пространство?. У самого берега возвышаются чуть не целые горы всякого провианта, прессованного сена, дров, бочек и т. п. Несколько далее, вокруг штабных кибиток и походной церкви, сколоченной из досок и обтянутой войлоком, по всем направлениям тянутся линии французских палаток, с рядами составленных ружей. Направо, обращенные в поле орудия, ракетные станки, зарядные ящики; налево, коновязи с сотнями лошадей и вокруг лагеря огромные табуны верблюдов. Все это рельефно выделялось на желтоватом песчаном фоне. Лагерь кишит жизнию, но, говорят, только по случаю прихода шкуны. Везде снуют пешие и конные, между которыми особенно характерно выделяются здешние степняки. Вы видите поминутно как здесь в группе загорелых солдат во всем белом братается с ними, оскаля зубы, неуклюжий Киргиз в безобразной волчьей шапке, из-под которой едва выглядывают крошечные плутовские глаза с '''[10]''' лоснящимися, точно темно-бронзовыми скулами; там пробирается между кибитками полусонный его собрат, мерно покачиваясь на спине косматого верблюда, или с гиком проносится на маленькой обросшей лошаденке темная фигура рослого Туркмена. За лагерем, на горизонте, с одной стороны море, с другой — необозримая равнина, окаймленная где-то в непроглядной дали едва замтным подъемом Кара-Зенгира. Ни одной травки, ни одного холмика на всей этой обширной прибрежной полосе! Все желто, все залито ярким палящим солнцем!.. '''[11]''' === III. <br>Обед у начальника отряда. — Лица штаба. — Общее нетерпение. — Причины сформирования отряда и его цель. — Порсубурунские колодцы. — Первый вечер в лагере. — Театр. === ''14 апреля.'' Завтра отходит одна из шкун и потому спешу поделиться с вами впечатлениями хотя первого дня, проведенного в Киндерлинском лагере Начальника отряда полковника Ломакина мы, то-есть Штум и я, встретили при самом выходе на берег. Представившись ему тут же, мы получили раз навсегда любезное приглашение к его столу и затем отправились в отведенную нам просторную кибитку. Через час позвали обедать. В особой кибитке к незатейливому столу радушного хозяина собрались человек двенадцать самой разнородной военной публики: здесь вы бы нашли все переходы от мелкого затертого офицера какого-нибудь штаб-квартирного захолустья до патентованного аристократа с берегов Невы, прилетевшего участвовать в экспедиции в качестве ''фазана'', — термин, хорошо '''[12]''' известный еще со времен Кавказской войны. Между ними я с радостью встретил несколько старых знакомых… Вы, конечно, знаете, что в походе забывается отчасти та рознь, которая существует в общественном положении людей и они знакомятся и сближаются очень скоро. Через четверть часа мы все сидели вокруг стола, почти как старые друзья, — кто на складном табурете, кто на опрокинутом боченке, — занятые общею оживленною беседой. Меню первого нашего походного обеда, — обеда ''штабных'', следовательно наиболее счастливых в отряде, — было для меня настолько ново, что передаю здесь на ваш гастрономический суд: суп из консервов, шашлык из молодого верблюда и что-то кисло-сладкое из жестяных коробок. Усердно запивая этот во всяком случай оригинальный обед, мы просидели за столом несколько часов. Бесьда вращалась, конечно, вокруг предстоящего похода. Но прежде, чем резюмировать все, что было здесь говорено о предметах, имеющих прямое соотношение к походу, я слегка познакомлю вас с нашим обществом. Начальник отряда, как я уже говорил, полковник Ломакин человек пожилой и простой в обращении. Бросив еще в молодости службу в артиллерии, он перешел в военно-народное управление Дагестана и последние годы был приставом мангышлакских Киргизов. Ему поручен отряд, '''[13]''' как более знакомому со здешнею степью и ее населением. Заменяющий начальника штаба, подполковник Гродеков, производит впечатление сериозного и способного молодого человека. Надо только пожелать, чтоб его неопытность не повлияла на сериозное наше предприятие. Два подполковника генерального штаба — два резкие контраста. Первый из них, Пожаров, имеет вид ученого архивариуса, да он и в самом деле человек ученый: окончил университет и две академии, и автор нескольких математических сочинений. Другой, Скобелев, напротив, красавец мущина, лихой наездник и хотя оригинал несколько, но человек военный с головы до пяток. Пройдя чрез Военную Академию, он уже побывал в Средней Азии, на Кавказе и, чуть-ли еще не в Испанин у Дон-Карлоса. Добровольно бросив роскошную жизнь на берегах Невы, он прилетел в Киндерли, буквально, в чем был, не позабыв только неизменного своего Михаила, бывшего дворового человека. Здесь, применяясь к климату, он сбрил свою голову, заменил сапоги кавказскими чувяками и в такой степени переломил свою избалованную натуру, что на самом деле смеется над теми лишениями, которые отравляют жизнь и самого неприхотливого из армейцев. Все того мнения, что он очень способен и имеет все данные для того, чтобы сделать '''[14]''' блестящую карьеру, если только не свернет себе шеи раньше… О его оригинальностях много говорят и, конечно, не без иронии, но… дай Бог побольше таких людей. Начальник артиллерии, подполковник Буемский, почтенный человек, вымирающий тип старых кавказцев. Начальник кавалерии, полковник Тер-Асатуров, человек, которому остается только пожелать, чтоб и на этот раз не изменило ему его завидное счастье. Затем, шарообразный адъютант Шкуринский, почему-то прозванный «ананасом», князь Меликов, прекрасный товарищ и добрейший малый, молоденький саперный офицер Маслов, которого все называют «отрядным соловьем» и, наконец, отрядный врач — ич. Последний говорит, что он из «забранего края», но в этом, по меньшей мере, можно сомневаться, — в такой степени его речь, ужимки и самый тип напоминают классические образцы сынов Обетованной земли. Прибавьте еще обозного офицера, германского нашего гостя и вашего покорнейшего слугу, — и вот вам весь сонм так-называемого штаба Мангышлакского отряда. Дух строевых офицеров не оставляет желать ничего лучшего. Да и штабные все, за исключением впрочем эскулапа, с лихорадочным нетерпением ждут и не дождутся ''выступления''; все на этот раз '''[15]''' даже без исключения готовы перенести с полным самоотвержением всевозможные лишения и в то же время все боятся придти в Хиву к «шапочному разбору». Эта боязнь, к сожалению, имеет свои основания. Первая телеграмма о представлении соображений для сформирования нашего отряда получена на Мангышлаке 3 марта, в то время когда большая часть колонн прочих отрядов, Оренбургского, Туркестанского и Красноводского, уже выступила в степь; следовательно, отряды эти ''уже более месяца в движении''. Между тем, вследствие позднего снаряжения и недостатка в перевозочных средствах, мы можем подняться еще только через несколько дней; а судя по картам, нам предстоит самый дальний путь от наших пределов до Хивы. Дело в том, что вследствие подстрекательств из Хивы в семидесятом году, поголовно восстали наши мангышлакские Киргизы и, между прочим, убили своего пристава полковника Рукина. Войска наши быстро подавили это возмущение, но тем не менее в ноябре прошлого (1872.) года был решен Хивинский поход, как следствие тех неудач, которыми сопровождались все попытки нашего правительства установить с Хивой добрые отношения. Мангышлакский отряд не входил в составленный тогда общий план экспедиции. Только вследствие того, что недостаток перевозочных средств не позволил одному из '''[16]''' отрядов, именно Красноводскому, выступить в предположенном составе, решено было для движения к хивинским же пределам сформировать еще новый отряд на Мангышлак (Мангышлак, по-киргизски, — Мын-кышлак, что значит тысяча зимовок.). При этом исходным пунктом для его операций избран Киндерли (По-киргизски Кын-даралы — пески впадины.), как место, откуда идет кратчайший из полуострова караванный путь на Хиву и в то же время пункт наиболее удобный для стоянки судов и высадки войск. Отряд наш должен отвлечь на себя часть неприятельских сил и движением среди многочисленных киргизских кочевий парализовать усилия Хивинского хана к поддержанию между ними беспорядков и вообще враждебного к нам настроения. Подобное движение не может не вселить между Киргизами доверия к нашей силе и тем самым упрочить нашу власть над ними, которая до сего времени признавалась только номинально. Затем, конечная цель отряда — соединение с войсками идущими из Оренбурга и совокупное действие против Хивы под общим начальством генерала Веревкина. Вот суть всего того, что было высказано за нашим обедом. После обеда я обошел Порсу-бурун, — так называется та часть Киндерлинского прибрежья, на которой раскинут наш лагерь. Он весь покрыт желтоватым песком, перемешанным с мельчайшими '''[17]''' раковинами; вероятно еще недавно воды Киндерлинского залива покрывали эту местность. Трудно ходить, нога вязнет, корпус невольно наклоняется вперед и вследствие этого у всех как будто изменилась походка. В районе лагеря войска выкопали до 25 «колодцев», говорили мне. Приближаясь к ним, я надеялся увидать если не настоящие колодцы, то по крайней мере что-нибудь в этом роде; но я был разочарован при всей скромности моих ожидании. Представьте себе круглые, воронкообразные ямы, в которых едва могут спрятаться три человека. На дне их, в уровень с поверхностью залива, виднеется неопределенного цвета жидкость, перемешанная с песком и обломками раковнн, — морская вода, несколько опреснившаяся вследствие естественной фильтрации чрез песчаный пласт. Она имеет до того неприятный вкус и запах, что невозможно пить. «Тухла маленько, проклятая!» говорят бедные солдаты и… пьют эту, драгоценную здесь, мерзость, вокруг которой они толпятся с манерками и баклагами и просто не дождутся очереди, так как ее просачивается так мало в воронку, что в полчаса едва наполняется ведро. Пока пароходы в заливе, мы, счастливые, пьем пресную кавказскую воду или сельтерскую, а там… что будет. Осмотрев несколько колодцев, я поспешил в кибитку, — так нестерпимо жарко было даже в '''[18]''' кителе! Почти отвесные лучи солнца жгли и ослепляли; приходилось чисто по-киргизски морщить физиономию, чтобы выносить убийственно яркий свет. Между тем теперь только средина апреля, — какая же адская температура ждет нас среди лета, вдали от моря, в безводной пустыне?.. Едва догорели последние лучи солнца, с береговых тоней прилетели в лагерь целые тучи разных мошек, зажужжали необыкновенно крупные комары, и мы все поневоле выползли из душных кибиток и направились к единственному месту прогулки, к пристани. Огни раскинулись по всему берегу. В заливе, на высоких мачтах, как яркие звезды горели фонари, длинными огненными замками отражаясь на гладкой водяной поверхности. Над лагерем парил неясный гул, в который соединились все разнородные звуки говора и движения. По временам громко раздавался где-нибудь здоровый голос, перекликающийся через весь лагерь, и замирал в отдалении. Слышался глухой стук топора или протяжный крик верблюда, жалобный, словно плач ребенка. Чудный был вечер, но мошки отравляли всю его прелесть. Раздалась повестка вечерней зори. Люди выстроились пред своими палатками и среди торжественной тишины, воцарившейся во всем лагере, полились стройные звуки русского гимна. Нельзя было в эту минуту не любоваться видом солдат с обнаженными головами, при фантастическом освещении сотни '''[19]''' костров, и на заднем плане картины, за темными силуэтами озадаченных Киргизов и верблюдов, — заревом громадного костра, пред которым, залитые ярким светом, стояли в глубоком безмолвии казаки и Лезгины конно-иррегулярцы… После зори мы отправились… куда бы вы думали? В театр! — Верно солдатики «ломают комедь»? спросил я Ломакина, который любезно роздал нам билеты в театр". — Ничуть не бывало, спектакль как следует, играют актеры и очень миловидная актриса. Сюрприз был самый неожиданный. Нам рассказали, что одна из шкун Общества «Кавказ и Меркурий», захватив пассажиров, собиралась уже отплыть из Баку в Астрахань, как вдруг получилась телеграмма об отправлении ее к отряду в Киндерли. Туда же направилась, не долго думая, и бывшая на шкуне странствующая труппа актеров. Приехали, вбили в песок несколько жердей, обтянули их кошмами от кибиток и вместо занавеса, накинули пароходный брезент, — театр готов! Пришли. Несколько рядов досок на бочках занимали офицеры, а вокруг плотно сомкнулась пестрая, разноплеменная толпа солдат, Киргизов, казаков, Лезгин, Туркмен и Армян. Давали Водевиль с переодеванием и еще что-то с бесконечными куплетами. В конце спектакля на эстрад появился '''[20]''' какой-то бойкий господин и торжественно пожелал «христолюбивому воинству избить врага и заслужить всяких подвигов и лавров-с!» Послt этого прелестного напутствия все побрели в свои кибитки, но я еще любовался картиной лагеря при свете догорающих костров, пока все не исчезло предо мною в непроницаемом мраке темной степной ночи. '''[21]''' === IV. <br>Киндерлинская жизнь. — Комары одолели! — Охота за фламинго. — Сапер и его Оффенбаховщина. — Аул. — Киргизские женщины их болезнь и предсказание нашей гибели. — Влияние Хивы, бегство мангышлакцев, недостаток верблюдов и их распределение по ротам. — Набег на Киргизов — Снаряжение людей. — Сила отряда. — Парад и молебствие. Напутственные слова начальника отряда. — Выступление 1-й и 2-й колонн. — «Ребячество». === ''16 апреля'' Прошли, наконец, четыре дня в томительном ожидании похода. Киндерли опротивели. С каждым днем становится все жарче. До заката солнца все ищут тени и безвыходно сидят в своих кибитках. Лагерь кажется покинутым, напоминает царство теней. Изредка проберется между палатками чья-нибудь прокисшая, полусонная фигура, а там… снова томятся на солнце одни лишь страдальцы часовые. В кибитках духота и несносные мошки. Палатки кажутся серыми от их сплошной массы; все руки и лица обезображены ими. Нигде нет спасенья от этих маленьких, назойливых наших мучителей! '''[22]''' Скука смертельная! Зевота как нарочно неотступно преследует вас, но не дай Бог зевнуть без некоторых предосторожностей — целый десяток маленьких врагов как будто ждут только этого случая, чтобы ворваться в рот незваными гостями. Днем в жару мы задыхаемся, закупоренные под разными бурками и плащами, в надежде заснуть или, по крайней мере, избавиться от страшных кровопийц; пот валит градом. Едва одолеет дремота, уже прокрались, жужжат вандалы и страшное жало моментально впивается куда-нибудь в пятку или кончик носа. И это беспрерывно днем и ночью, просто отчаянье овладевает! Нельзя ни читать, ни писать, ни придумать что-нибудь, чем бы наполнить или сократить дни, кажущиеся бесконечными от совершенной праздности. Рад бы выйти из кибитки, несмотря даже на адскую температуру, если бы там, вокруг лагеря, на всем этом беспредельном пространстве можно было увидеть хоть кустик зелени, деревцо или какую-нибудь торчащую глыбу камня, чтобы остановиться на них и отдохнуть утомленному взору. Здесь можно позавидовать даже Киргизам, у которых не может быть этих странных желаний, потому что они не имеют понятия о другом пейзаже, кроме неизменных песков, которые стелятся пред их глазами сегодня, как вчера и завтра, как сегодня. Лейтенант Штум вздумал было развлечься охотой за прелестными фламинго, — их очень много в '''[23]''' заливе, — но его первая же попытка, хотя и увенчалась успехом, сопровождалась таким ожесточенным нападением целой тучи мошек и комаров, что Прусак вернулся с охоты с твердым намерением не возобновлять своей попытки. После заката солнца струи живительной прохлады несутся с моря и лагерь несколько оживает. Утомленные люди, как тени выползают из своих нор и тогда сотый раз слышится один и тот же вопрос: «Господа, когда же наконец мы тронемся из этого ада?.» По вечерам же нас развлекает порядочный хор апшеронской музыки, но чаще — наш сапер «отрядный соловей». Он страстный поклонник Оффенбаха и хотя с грехом пополам, поет, и главное неутомимо, почти весь каскадный репертуар. Едва замолкнет музыка, как тотчас же несется из какой-либо кибитки его звонкий голос: О да о жеее… нщины, — ах! проклятый комар!… О да о жеее… нщины у вас Найдуу… тся, — опять, подлый!… — Браво соловей! раздается из другой кибитки, — молодчина! Не унывай! И один за другим, целая гурьба ищущих развлечения направляется к Маслову и вскоре вместо соло, слышится импровизованный хор, непрерываемый никакими комарами. Выходит, если не особенно музыкально, то, во всяком случае, забавно. Но помимо этого и вечером голова обречена на '''[24]''' полное бездействие. Невозможно зажечь свечу, — целый рой насекомых жужжат вокруг пламени, масса их погибает на фитиле и свеча гаснет. В порыве отчаянья, раз днем я сбросил покрывавшую меня груду, выбежал из кибитки, вскочил на лошадь и поскакал в степь по направлению небольшого киргизского аула, видневшегося вдали, за цепью часовых. Пять-шесть закоптелых и ободранных кибиток разбросаны на небольшом пространстве и в тени их приютилось несколько коз и больных верблюдов. При моем приближении огромные собаки с оглушительным лаем кинулись ко мне навстречу и в то же время фигуры людей, которые я видел еще издали, поспешно скрылись в одну из кибиток, из которой теперь выглядывало только чье-то сморщенное лицо. Подехав к ней, я слегка приподнял войлок и среди убогой обстановки киргизского жилища увидел группу испуганных молодых женщин и детей, скучившихся вокруг одной дряблой старушки. Попытка ободрить их удалась мне как нельзя более, благодаря языку (Киргизский язык — исковерканное наречие общего татарского языка. Особенность его составляет, между прочим, быстрое, отрывочное, гортанное произношение и звук ''джа'', которым, в большинства случаев, заменяются татарские ''я, е, и.'' Так например, татарские ''якши, яман, йок, итт'' Киргизы произносят'': джакши, джаман, джок, джгит''.) и нескольким мелким монетам. Через минуту вышли изо всех кибиток и '''[25]''' доверчиво столпились вокруг моей лошади полунагие дети и женщины. Я видел первый раз киргизских женщин, правда самых бедных, но он были едва прикрыты невозможными лохмотьями, грязны, безобразны и обезображены еще более страшною болезнью, свирепствующею между ними. К одной молоденькой Киргизке я обратился с вопросом о болезни, которая оставила ужасные следы на ее лице. В ответ она стыдливо опустила голову и что-то невнятно пробормотала. — Куда Урус идет? спросила меня, между прочим, старушка, — зачем? Вас мало, Хивинцев много, они злы. Погибнете… вас перережут. Не знаю, удалось ли мне уверить этих женщин, что мы победим Хивинцев, сколько бы их ни было, если только поборем степь, но слова старушки выражают общее убеждение всего степного населения. Часто беседуя с Туркменами и Киргизами, которые состоят при отряде и будут служить нашими проводниками, я мог убедиться, что у них еще довольно свежи предания о походах Бековича и Перовского, и что все их племя не сомневается в предстоящей нам гибели. С одной стороны это убеждение и с другой боязнь возмездия Хивинского хана за содействие русскому отряду вынуждают степняков уклоняться от исполнения наших требований, между которыми самое важное доставка необходимых верблюдов. '''[26]''' По словам начальника отряда, десять ''тысяч (Туркменский старшина Машрик полагает кочевого населения на Мангышлаке гораздо больше, именно: 300 кибиток Туркмен и до 25 тысяч кибиток Киргизов.)'' кибиток мангышлакского населения должны иметь только для перевозки имущества и домашнего скарба во время своих перекочевок не менее 4 тысяч верблюдов. На самом деле цифра эта гораздо значительнее, так как редкий из здешних номадов не считает своих верблюдов десятками. Теперь вся эта масса людей и верблюдов как бы провалилась сквозь землю. Все это бросило обыкновенные места своих аулов вслед за первыми известиями о намерении Русских двинуть к предлам Хивы новый отряд из Мангышлака, и удалилось за сотни верст от нас, частью на окраину полуострова, к Кайдакскому заливу, а частью на Усть-Юрт к хивинским пределам. Между тем, верблюды — все для нас. Они в значительной мере обусловливают успех всего дела и для того только, чтобы подняться с места с двухмесячным продовольствием нам необходимо их до 2.500 голов. Но добыть верблюдов при настоящих условиях оказывается больше чем трудно, и до сего времени мы приобрели всевозможными путями только 900, из коих одна треть слабых и ненадежных. Такое положение дела вынуждает, конечно, '''[27]''' безотлагательно приступить к самым крайним мерам, и вот, между прочим, 12 апреля послан майор Навроцкий с двумя сотнями для отбития верблюдов путем внезапного нападения на киргизские аулы, кочующие у Кайдакского залива. 13 числа происходило новое для нас зрелище. Рано утром пригнали в лагерь огромное стадо всех наших верблюдов дия распределения их по ротам и сотням, и на целый день это послужило развлечением для солдат. Каждая часть, получив 30 — 40 голов, накладывала на них свою метку: бедным животным то выстригали лбы, то на разных частях тела, дегтем или краской, выводили изображение креста, луны или целую надпись в роде ''4 стр. р.'' и затем с триумфом вели их к палаткам, потешаясь над своим малярным искусством. Все верблюды чрезвычайно худы, так как они ежегодно изнуряюися к весне, вследствие зимней бескормицы на Мангышлаке, и совершенно поправляются в мае. Нас же необходимость заставляет пользоваться ими в самое тяжелое для них время. Вечером принесли приказ. — Наконец-то!.. Слава Богу!.. Ура!! кричали офицеры, прочитав извстие о том, что «завтрашнего числа и т. д. выступает первая колонна». Мгновенно все просияли, забыв и воду, и мошек, и адский жар, точно за пределами Киндерли их ждут все блага земные. Утром 14 числа происходило напутственное '''[28]''' молебствие и для этого войска ''(В Киндерлинском лагере собрались: восемь рот Апшеронского, две роты Самурского, восемь рот Ширванского полков и команда сапер. Две сотни Дагестанцев и четыре сотни Кубанских и Терских казаков. Всего: 86 офицеров, 2.437 штыков, 645 коней кавалерии, 10 орудий, три ракетные станка и около 900 верблюдов. Сверх этого, при отряде состоит сотня Киргизов, в которой числится до 40 конных и столько же пеших проводников и вожатых для верблюдов. Вообще нужно заметить, что, несмотря на малочисленность отряда, в штабе нашем ужасно суетятся и потому приведенные цифры едва ли не сомнительной точности.)'' построились в общее каре, на песчаной равнине на краю лагеря, имея своих верблюдов во второй линии. Люди молодые, ''бывалые'' проглядывают только между казаками и конно-иррегулярцами, среди которых не мало испытанных, даже стариков, обвешанных крестами и медалями. Одежда их легкая и как нельзя более приспособленная к степным походам: кепи с фартучком падающим на плечи, рубаха и шаровары, все белое; обувь легкая; на поясном ремне или через плечо разные сосуды для воды, обшитые войлоком; ружье и две сумочки с патронами дополняют все немудрое снаряжение нашего солдата. Все остальное идет на верблюдах. Проехав по фронту войск, начальник отряда остановился в центре каре и среди воцарившейся торжественной тишины произнес возвышенным и несколько взволнованным голосом: «Братцы! Большое и трудное дело предстоит нам. Много трудов и тяжелых лишений придется перенести. Но Кавказцам ли, закаленным в '''[29]''' многотрудной и славной войне, прошедшим гигантские горы и дремучие леса, остановиться пред какими-либо препятствиями в здешних степях?!. Помолимся Богу, чтоб Он помог нам с честью вернуться на наш дорогой Кавказ!» Эти простые, но задушевные слова, как нельзя более отвечавшие общему настроению, глубоко запали в душу каждого из присутствовавших. Под их впечатлением люди молились благоговейно, как пред грозною битвой, приготовляясь бодро встретить предстоявшие им неизбежные роковые испытания; молились как в те редкие минуты жизни, когда слышится в воздухе, чувствуется сердцем и смутно сознается приближение еще неведомой грозы. По окончании молебствия и окропления святою водой, отряд прошел пред начальником под звуки Гунибского марша. Взрывая глубокий песок, загорелые и обросшие офицеры и солдаты шли свободно, с тем особенным видом счастливых людей, которые возвысились в собственных глазах вследствие сознания важности и трудности дела, выпавшего на их долю. Этот бравый молодецкий марш не имел ничего общего с темии стройными церемониалами, которые мы так часто видим на гладко-утоптанных городских площадях, и всю его прелесть составляли не сомкнутость и равнение, которым здесь не было и места, но тот неподдельный, бодрый дух, который, казалось брызжет из каждой пары глаз. Наконец, с музыкой и песнями вытянулась в '''[30]''' степь ''первая колонна'' (Авангард из двух рот со взводом кавалерии, под командой капитана Бекузарова, выступил из Киндерли еще 2 апреля и занят устройством полевого укрепления у колодцев ''Беш-Акты''.) из шести рот Апшеронцев и двух сотен казаков, под начальством майора Буравцова. Завидно было смотреть на этих счастливцев, покидавших Киндерли. Оставаясь на месте, мы мысленно провожали колонну, пока вереницы людей и верблюдов не слились в облаках пыли в одну неясную линию и не скрылись за горизонтом. Вчера утром по тому же направлению выступила ''вторая колонна'', из шести рот, двух сотен, шести орудий и ракетной команды. Несмотря на 409 верблюдов, приданных этой колонне, наши кавалеристы, не исключая и офицеров, отправились пешком, так как принуждены были нагрузить ячменем своих верховых лошадей. Завтра наконец тронемся и мы, но дождемся ли этого завтра? Сегодня после ужина наши штабные разошлись по кибиткам ранее обыкновенного, чтоб успеть уложиться и выспаться. С. и я остались вдвоем за бутылкой шипучего, — благо еще есть лед на шкуне, — и наша беседа, странствуя по целому миру, уже не первый раз подходила под самые стены Хивы. — Надо полагать, дело без штурма не обойдется? — По всей вероятности… Средне-Азиятцы, как показали Самарканд, Ура-Тюбе, Джизаг, упорно отстаивают свои укрепленные города. '''[31]''' — Так что же? С какими-нибудь охотниками вперед и… пан, или пропал! — Конечно. — По рукам? — Идет!… «Ребячество», быть может, скажете вы. Пусть будет так, но я право радуюсь и тому, что моя натура сохраняет еще способность ребячиться. Чокнулись стаканы, дружеским пожатием руки мы скрепили наше обещание и разошлись. Я вернулся в свою кибитку счастливый, как с любовного свидания. '''[32]''' === V. <br>Наше выступление. — Кабак — Следы войск. — Легенда о семи башнях. — Дезертиры. — Озеро Каунды и киргизский Кавказ. — Ночлег на мешках и утро у колодца Арт-Каунды. === ''18 апреля Кол. Арт-Каунды.'' Около полудня 17-го числа выступила из Киндерли последняя часть отряда — арриергардная рота с орудием и с нею штабный транспорт, то-есть 20 отборных верблюдов, навьюченных нашими вещами. Немного погодя, после небольшого завтрака, за которым было высказано множество надежд и желаний и не менее того выпито шампанского, знаменщик Кабак вынес и развернул белый значок начальника отряда с крупною надписью «Кавказ» и мы сели на лошадей. Кабак — один из почетных Киргизов, плотный, здоровый и между своими считается красавцем. Его лицо с черною французскою бородкой и с добрыми глазами, способными, впрочем, засверкать порой как у разъяренного тигра, как бы вылито из '''[33]''' томпака и потускнело от времени. В нем есть что-то располагающее в его пользу при первой же встрече, и он действительно общий наш любимец. Между прочим говорят, что из уважения к памяти бывшего своего друга и начальника, полковника Рукина, Кабак не задумался устроить поминки на его могиле в то время, когда все Киргизы питали к нам самые враждебные чувства, и здесь, по обычаю своего племени, он роздал бедным несколько верблюдов и отпустил на волю своих невольников. Замечательно благородная черта в характере полудикого номада! О Кабаке вообще рассказывают не мало интересного, но об этом когда-нибудь в другой раз. Итак, вслед за Кабаком мы сели на лошадей и тронулись в путь в сопровождении полсотни Киргизов и Туркмен, и нескольких казаков. Широкою, изрытою лентой обозначался след наших колонн на гладкой, словно разровненной поверхности глубоких песков. Мы двигались в облаках пыли среди общей тишины, как будто каждый из нас одинаково сознавал и не желал нарушить торжественность этой минуты. Но недолго длилось молчание. Едва проехали версту, как вдруг испуганные лошади передовых казаков зафыркали и кинулись в стороны: поперек дороги лежал труп верблюда с раскрытым ртом, выпученными глазами и с казенным седлом на спине; еще несколько шагов — другой и третий. Затем на каждой версте по дороге или несколько в '''[34]''' стороне от нея, среди то разбросанных, то просыпанных мешков с ячменем и сухарями валялись по несколько павших верблюдов. Некоторые из них еще сохраняли признаки жизни и тогда оглашали воздух раздирающими душу предсмертными криками. Впечатление на первых порах было самое тяжелое. Самые неутешительные мысли теснились в голову, и некоторые из нас невольно заговорили шепотом о незавидной участи отряда, который взял с собю только крайне необходимое для того, чтобы как-нибудь дойти до хивинских пределов, и теперь на первом же переходе, на первых же верстах принужден бросать по негодности верблюдов часть этих крайне скудных запасов. Жар был невыносимый. Проехав верст восемь, мы поднялись на небольшое возвышение ''Кара-зенгир'' (В переводе — Черный завал.), окаймляющий пески Киндерлинского прибрежья, и остановились. На краю дороги, у самого гребня возвышенья, стоит полуразрушенная круглая башня, и далее по тому же гребню, на значительном расстоянии друг от друга, возвышаются еще несколько таких же. На крупных почерневших камнях, из которых сложены башни, напрасно мы искали следов надписи или каких-либо знаков. — Что это за башни? спросил я одного из престарелых Киргизов нашей свиты. '''[35]''' — Бог знает. У нас это возвышение известно под именем Кыз-Карылган (Погибель девиц). рассказывают, что во времена давно-прошедшие к Туркменам бежали откуда-то семь калмыцких девиц. За ними гнались. Эти башни, которых тоже семь, могилы тех девиц и обозначают места, где каждая из них упала от изнурения и умерла от жажды. Таким образом, эти башни у самого преддверия степей и соединенное с ними предание служат прекрасным предостережением, напоминая, какую грозную силу составляет здесь безводье; без него не обходятся даже поэтические легенды. С возвышенья, на котором мы стояли, открывался прелестный вид в сторону Порсу-Буруна. Вдали едва внднелось море. За то Киндерлинский залив сверкал на солнце как гигантский серебряный щит, брошенный у песчаного прибрежья. Этот величавый простор, эта бесконечная даль, незаметно сливавшаяся точно с бирюзовым сводом неба, так способны были бы вызвать в другое время и восторг, и благоговейное созерцание; а тут, жгучее палящее солнце как будто убило отзывчивость сердца к красотам природы. «Издали все хорошо» — вот одинокая прозаическая мысль, которая приходила в отяжелевшую голову и вытесняла всякую способность восторгаться. Отдохнув несколько минут и взглянув в последний раз на синеву моря, за которым остался наш дорогой Кавказ, мы тронулись далее. Еще около '''[36]''' десяти верст мы ехали по следам нашего отряда, но Господи, что это за грустные были следы!. На всем этом пространстве так много было разбросано овса и сухарей, столько валялось верблюдов, что, казалось, мы идем по пятам бегущих пред нами в паническом страх остатков разбитой армии. Оставив этот путь и свернув вправо, мы направились прямо на восток, чтобы пересечь лежавшее пред нами большое Каундинское озеро и выйти кратчайшим путем на колодезь Арт-Каунды (Задний Каунды.), лежащий на северо-восточной стороне озера. Колоннам нашим было указано другое, более удобное, направление: идя на северо-запад, оне должны ночевать у колодцев, лежащих по берегу озера, и затем, обогнув его с запада, выйти к тому же колодцу Арт-Каунды. Вскоре мы оставили за собою возвышенное плато и начали углубляться в огромную котловину, которая, по мере нашего движения, все более и более пересекалась песчаными холмами и рытвинами. Кое-где и тут бродили наши тощие верблюды, брошенные по совершенной их негодности; между ними встречались, впрочем, и здоровые, вероятно, ловкие дезертиры с первого же ночлега, которым не полюбилась тяжелая казенная служба и, в особенности, судя по окровавленным их ноздрям, безцеремонное обращение наших солдат. Киргизы наши рассыпались во все стороны, стараясь поймать бглецов, но безуспшно. Маленькие '''[37]''' лошади их вязли в пески, а верблюды флегматически поворачивались, иногда под самыми руками, и уходили, взбираясь на остроконечные вершины сыпучих барханов. Перед вечером показались вдали неясные очертания обрывов северо-восточного берега озера, а затем заблестела внизу и гладкая поверхность самого Каунды. Мы полагати, что предстоит переправиться в брод по огромному мелководному озеру, но приблизившись к самому берегу увидали, к своему удивлению, что на дне озера нет ни капли воды, что оно сплошь покрыто соляною корой, так обманчиво блестящею на солнце, и что Каунды ни что иное как обширный продолговатый солончак, имеющий верст восемь в ширину и около ста в окружности. Солончак этот служит резервуаром, куда стекают дождевые воды с отлогостей огромной Каундинской впадины, и только в начале весны дно его несколько покрывается водой. Но вслед за наступлением первых жаров вода быстро испаряется, оставляя на дне значительный осадок соли, покрывающий его остальную часть года подобно только-что выпавшему снегу. В мелких камышах, которыми слегка подернуты края солончака, мы заметили несколько болотных черепах, составляющих, по словам Киргизов, всю фауну этой впадины. Солнце уже скрылось, когда мы, не замочив даже копыт, переехали озеро и начали взбираться на его обрывистый северо-восточный берег. Подъем '''[38]''' был трудный; несколько раз приходилось слезать с лошадей и задыхаясь от усталости карабкаться на верх между громадными глыбами разбросанных камней. — Ну, хороша степь! заметил «Ананас», едва переводя дух и спотыкаясь уже не первый раз, — хоть Кавказу под пару!… И действительно, в темноте, скрывавшей желтые зубцы оставшихся позади песчаных холмов, место это напоминало один из тех диких, безлесных и крайне утомительных подъемов, которые попадаются сплошь и рядом во время переездов по горным тропинкам Дагестана. Но вот выбрались на какое-то плато. Свежий ветерок пахнул в лицо, копыта лошадей застучали по твердому грунту, но разобрать обстановку, в которой мы продолжали путь, не было никакой возможности; глаза уже не служили, темь стояла чисто степная. Это удовольствие продолжалось еще часа два, и мы уже порядочно чувствовалп все последствия продолжительной и быстрой езды, когда проводники, наконец, остановились: — Что такое? — Приехали, раздался хриплый голос переводчика Косума, маленького ожиревшего киргиза, с глазами едва выглядывающими из косых щелок его обрюзглой, вечно засаленной физиономин. Слезли. На земле, в нескольких шагах от нас, едва '''[39]''' заметным пятном выделялся какой-то бугор; то был склад нашего овса, заранее перевезенного сюда из Киндерли. Киргизы, приставленные к этому запасу, должно быть предпочли тень родных кибиток томлению на солнце и, вместо того, чтобы караулить русское добро, ушли, бросив мешки на произвол судьбы. Расчитывая переночевать на голой земле, мы, конечно, обрадовались этой находке и разместилпсь на мешках с таким удовольсгвием, какое едва ли испытывают ваши разбитые на балу красавицы на своих мягких белоснежных постелях. Киргизы между тем бросились разводить костер, с криком и шумом, неизбежным там, где сошлись хоть трое из них. Кто-то из них принес и воду из колодца. — Ну что, Косумка, хорошая вода? — Ничего… немного ''хуже киндерлинской'', но пить можно. Попробуйте, ответил переводчик, ощупью пробираясь между мешками и поднося полукруглое кожаное ведро. Попробовал… но как описать вам эту ''воду'' киргизского Кавказа? Если бы человек, задавшись самыми преступными целями, вздумал перемешать все что есть гадкого в мире, то и тогда едва ли вышла бы столь убийственная мерзость на вкус и запах!… Даже бедные лошади, несмотря на страшную жажду, которая должна была томить их, фыркали и отворачивали головы от этой отвратительной жидкости. '''[40]''' Закусив холодною бараниной с солдатскими сухарями и не дождавшись чаю, мы растянулись на своих мешках и скоро заснули богатырским сном. Я проснулся сегодня в четыре часа утра, дрожа от холода и сырости. На востоке, сквозь мглу, покрывавшую степь, едва только пробивались румяные полосы, но вскоре первые лучи восходящего солнца озарили и гладкую равнину, и высокие обрывистые берега Каундинского солончака, покрытого длинными тенями противуположных утесов. Я подошел к самому краю обрыва, который тянулся в нескольких шагах от нашего бивуака и широкими извилистыми террасами окаймлял соляное озеро с востока; подо мной, саженей на двадцать ниже, на одном из уступов, который настолько же возвышался над поверхностью солончака, как муравьи копошились казаки и Киргизы, вытаскивая воду из едва заметного отверстия колодца Арт-Каунды. На средине озера возвышался отдельный утес глинистого песчаника, почти правильной цилиндрической формы и среди блестящей соляной поверхности он походил на гигантскую башню затонувшего замка. Далее тянулись яркие песчаные холмы противоположного ската, уходя в даль своими неуловимо-мягкими контурами. Я уселся на краю обрыва со стаканом чаю и пока седлали лошадь набросал в свой альбом эиот характерный вид здешней пустыни. Сию минуту выступаем, предстоит огромный безводный переход. '''[41]''' === VI. <br>Безводная степь и навык степняков. — Миражи. — Случайная встреча с войсками и их критическое состояние — Промах штаба. — Оплошность начальника и катастрофа. — Походный порядок в степи — Убыль верблюдов. — Следы первой колонны и ее бивуак в Сенеках — Аварский и ночлег у Апшеронцев. === ''19 апреля, Сенеки.'' Пользуясь дневкой, опишу вам подробно и как умею богатый впечатлениями и злополучный день 18 апреля, который, я уверен, никогда не изгладится из моей памяти. На восток от Каундинского озера тянется необозримая степь. Она представляет твердую глинистую равнину, усеянную только мелкими кустами бурьяна. Ни одна тропка, ни один холмик не оживляет ее утомительного однообразия. Мы выехали с ночлега в шестом часу утра 18 числа и должно быть под невольным влиянием этой невеселой обстановки ехали молча, изредка перебрасывались отрывочными фразами. Слышался глухой топот наших коней, да по временам кто-нибудь '''[42]''' хлопнет от скуки нагайкой — вот все, что нарушало таинственную тишину обширной пустыни. По мере углубления в степь, все чаще и чаще попадались нам перебегавшие между кустами маленькие ящерицы и змеи такого же серого цвета, как земля и бурьян; наконец их стало столько, что многие сами попадали под копыта лошадей и наши казаки забавлялись некоторое время, убивая их на всем скаку ловким ударом плети. Я несколько раз смотрел на компас. Проводники наши, далеко отделившись вперед, замечательно и верно держали в течении шести часов подряд одно и то же направление на северо-восток. Надо удивляться в этом отношении способности и навыку кочевников: степь раскинулась как море на сотню верст во все стороны н на ней нет ни одной тропы, ни одного следа живого существа; нет неровностей, — ни один куст не возвышался даже на поларшина над прочими; наконец, нет даже звезд на небе. При этих условиях Киргизы едут как бы по врожденному инстинкту, вернее чем по компасу, и прямо выходят к надлежащему месту. По каким признакам они ориентируются — мне было просто не понятно!… Занятый этою мыслью, я подъехал к одному из старых степняков — к киргизскому мулле и предложил ему несколько вопросов. — Места, где кочуют наши аулы, отвечал он, — испещрены тропками. Большие безводные пустыни которые тянутся на несколько дней пути и в '''[43]''' которых не бывают кочевья, мы переезжаем лишь по одним и тем же известным направлениям, поэтому Киргиз всегда найдет в них след, который вы, непрывычные, пожалуй, и не заметите. — Но по нашему, направлению сегодня, кажется, нет никаких следов. — Нет. Киргизская дорога левее; по ней отравились ваши войска. В подобных местах, при выступлении, берем направление по соображению и строго держимся его, а при выходе из пустыни смотрим на показавшиеся вдали предметы и по ним соображаем куда направиться. Бывают случаи, блуждают и Киргизы, но очень редко, — ''это стыдно у нас''; тогда можно взять направление по солнцу. Но если ненастный день и не велик запас воды, на лошади в такой пустыне очень плохо заблудившемуся Киргизу; верблюд лучше, он может шесть дней не пить, хотя и ему трудно последние три дня. Но за то в темную ночь, например, если запоздалый Киргиз не может отыскать колодца, он бросит повод и не управляет, а только погоняет, — верблюд привезет его к воде, даже в совершенно незнакомой местности… В 7 часов уже запекло солнце. Во рту начало сохнуть, и мы поминутно останавливались, чтоб утолить жажду остатками соленой киндерлинской воды, но с каждым выпитым стаканом жажда становилась еще нестерпимее. Немного погодя наши взоры с напряженным '''[44]''' вниманием устремились на край горизонта. Там, точно в лесистых берегах, заблестели на солнце серебристые полосы воды; вот они слились в одну сплошную поверхность огромной реки с чернеющими там и сям небольшими островами, поросшими высоким камышом. Мы уже надеялись обогатить географию новым открытием, но, к общему разочарованию, дело скоро разъяснилось: виды менялись как в волшебном фонаре, оставаясь неизменно в одном и том же расстоянии от нас, несмотря на ускоренное движение наших коней. Наконец они исчезли совершенно, оставив нам одно только воспоминание об обманчивых степных миражах. В тот же день, как нам рассказывали, одна из частей нашего отряда была в такой степени обманута этим явлением, что выстроила боевой порядок и добрую четверть часа ''ждала атаки какой-то кавалерийской массы, появившейся на горизонте''… В одиннадцать жар стал невыносимым. Пот струился по лицам и огромными пятнами выступал наружу сквозь китель и околыш фуражки. Мы остановились для привала. Соскочив с мокрых лошадей и допив свою воду, мы с жадностью кидались к вонючим киргизским бурдюкам смазанным внутри верблюжьим салом, и, делать нечего, тянули тот… ''каундинский нектар'' еще разогревшийся на солнце, от которого только накануне с таким отвращением отскакивали даже лошади. Многие из нас готовы были дорого '''[45]''' заплатить за лишний стакан этой мерзости, способной, как казалось, умертвить живых, а теперь оживлявшей чуть не мертвых… Но, увы, и ее уже не осталось… Казаки и киргизы быстро соорудили нам навес из винтовок и пик с накинутыми на них бурками, но в тени этого импровизованного шатра едва уместились наши головы, а все остальное пекло немилосердное солнце. Несмотря на всю нашу усталость, очевидная бесполезность подобного бивуакирования среди палящего зноя, без тени и воды, заставила нас поспешить завтраком и тронуться в дальнейший путь. Жаль было усталых и все еще мокрых лошадей, но делать было нечего, — до места ночлега оставалось еще несколько десятков верст. Мы сели и поехали тем же крупным шагом. Проводники взяли на этот раз направление прямо на север, но спустя какие-нибудь полчаса они снова остановились и обратили наше внпмание на крайнюю черту расстилавшейся пред нами равнины. Удивительное зрение у этих людей! — Там что-то шевелится, кажется видны люди, заговорили Киргизы, когда мы, при всем напряжении глаз, видели пред собой только чистый, открытый горизонт. Достали бинокли, и только тогда мы могли убедиться, что на этот раз уже не мираж перед нами, а действительно что-то похожее на привал большого каравана. Мы направились к нему и вскоре ясно разглядели бивуак одной из наших колонн. '''[46]''' Не доезжая с полверсты до места расположения войск, мы были встречены полковником Тер-А. в сопровождении сотни казаков в синих бешметах и с готовыми винтовками в руках. Он рассказывал, что принял за неприятеля нашу кавалькаду и что собирался завязать дело… Итак, мы случайно наткнулись в степи на второй эшелон. Его бивуак представлял крайне печальную картину. Лишь кое-где белели маленькие французские tentes d’abri, а затем куда ни взглянуть, везде валялись на голой земле пестрые массы людей, лошадей и верблюдов. Все смотрело изнуренным и обессиленным до крайней степени. Под открытым солнцем, среди раскиданного там и сям оружия, валялись исхудалые люди с помутившимися глазами; в них трудно было узнать тех людей, которые так бодро выступали из Киндерли несколько дней тому назад. Неоторые лошади стояли понурив головы и столько страдания выражали глаза этих бедных животных, что невозможно было без боли смотреть на них… Обходя бивуак, я поминутно слышал стоны, точно на перевязочном пункте после битвы, и на каждом шагу натыкался на самые тяжелые сцены. Тут столпились и растирают молодого солдата, пораженного солнечным ударом. Там, в тени орудия, мечется другой с посиневшими губами и с остервенением рвет свою рубаху; к нему подбегает офицер и дает несколько глотков теплой, мутной воды; губы '''[47]''' несчастного впиваются в жестяную крышку, она мигом осушена и бедняк, несколько успокоенный, снова падает на спину… Загорелые, запыленные офицеры перебегали от одного солдата к другому и раздавали им по глотку остатки воды из собственной фляги, и этот глоток производил магическое действие. Едва наполнялась крышка, как к ней разом протягивались десятки рук. Я видел как один солдат подошел к Лезгину-милиционеру, проходившему мимо с бутылкой воды, и держа последнюю быть может рублевую бумажку ''умолял взять ее за две крышки воды''. Лезгин сжалился, поделился с солдатом, но денег не взял. Мне рассказывали массу не менее трогательных сцен, бывших в этот трагический для нашего отряда день, но, к сожалению, я не могу остановиться на них. Оказалось, что, не встретиив ни одного из Туркмен, отряд уже выдержал первую битву с грозною союзницей этих номадов, с неумолимою природой. И поражение наше висело при этом на волоске. Я расскажу вам как это случилось, и тогда судите сами, кто виноват . В устах доброй нашей половины, конечно, ''природа пустыни'' служит козлом отпущения в настоящем случае, но я того мнения, что она если и враг наш, то лишь подобный лихому партизану, который держшся в почтительном отдаленин при нашем благоразумии и осмотрительности и напротив, налетает вихрем при малейшей оплошности. '''[48]''' Дело в том, что войска, по неопытности, вышли в поход с незначительными запасами воды, а некоторые части и вовсе без нея, по неимению сосудов. Как это могло случиться просто не понятно, но несколько десятков бурдюков, нарочно присланных из Тифлиса для перевозки воды, не были розданы войскам и так и остались в Киндерлинском складе. Но это только цветочки. Выступив из Киндерли в воскресенье, 15 апреля, полковник, ведший вторую колонну, остановил свой эшелон для ночлега в открытой степи, ''не доходя восьми верст до первого колодца Каунды'', этим лишил себя возможности пополнить воду, израсходованную на ночлеге. В понедельник колонна остановилась опять в степи, ''не дойдя нескольких верст до следующего колодца Арт-Каунды''. В следующий день для сокращения пути, полковник провел колонну напрямик, оставив в трех верстах вправо от себя Арт-Каунды, не смотря на то, что до следующего колодца не менее 80 верст отсюда, и пройдя в сильный жар 27 верст, в третий раз ночевал в безводной степи. Рано утром, 18 числа, в четвертый день похода, колонна тронулась далее, но многие роты уже не имели ни капли воды. Солнце между тем пекло и пекло, подняв температуру до 42R R. Безводие, палящий зной и жгучий удушливый ветер соединились в этот день '''[49]''' как бы нарочно для того, чтоб испытать людей и лошадей, еще не втянувшихся в степной поход. Под влиянием мучительной жажды, разжигаемой еще более адскою температурой, солдаты в изнеможении опускались на землю или отставали десятками и заnем казаки арриергарда подбирали этих несчастных и сажали на своих лошадей. Офицеры ободряли людей, пока выбившись из сил и сами не падали на землю. Уныние, овладевшее людьми, перешло наконец в какое-то тупое отчаяние: побросав оружие и сбросив все платье, совершенно голые, одни из них разрывали раскаленный песок, ложились в образовавшиеся ямы и засыпали себя землей, в надежде хоть сколько-нибудь укрыться от невыносимо-жгучих лучей; другие, не зная на что решиться, безцельно кидались в стороны и как сумасшедшие метались по земле… Ужасный имели вид и те из солдат, которые еще сохранили силы и плелись на своих местах. Запыленные с головы до ног, с мутными бессмысленнымп глазами и с засохшею пеной на губах, они походили на живых мертвецов и с трудом передвигали ноги. В таком критическом состоянии колонну остановили в 10 часов утра. Но как помочь ей?… ''Сенеки'', ближайшие из окрестных колодцев, были в 35 верстах от места привала!… Туда однако с казаками и Лезгинами немедленно поскакал за водой подполковник С., захватив с собою бурдюки и другие сосуды; но когда они могли вернуться? '''[50]''' В ожидании этой воды каждый искал тени; стараясь приютить хоть одну голову, и тени, павшие от орудий, зарядных ящиков, верблюдов и лошадей, мгновенно покрылись свалившимися людьми. Раскинули и tentes d’abri, но их было так мало в каждой части, что все вместе не укрыли бы и одной роты. Крайняя опасность, угрожавшая отряду, послужила, между прочим, предметом горячего спора между многими офицерами, собравшимися под одним из зарядных ящиков, но внезапный сигнал «''по возам''» прервал его во время самого разгара. — Да наконец, заметил один из оптимистов, уже вылезая из-под ящика, — Кавказцы никогда не ходили по степям, ''а ошибки неизбежны во всяком новом деле''. — Совершенно верно относительно ошибок, прервал его Б — ский, тоже приподнимаясь со своего места и направляясь к своим орудиям, — но речь идет о необъяснимых и непростительных ''промахах и оплошностях'', которые приводят к катастрофам и которые могут и ''должны быть избегнуты''!… В четвертом часу пополудни войска снялись с бивуака и продолжали движение. Несмотря на незначительность отряда, он в походе и в такой открытой степи, занимал почти полверсты в ширину и до полуторы в глубину. Открывала движение небольшая группа проводников, Киргизы и Туркмены на своих маленьких обросших лошаденках; за ними шла кавалерия постепенно, '''[51]''' развернутым фронтом, с распущенными цветными значками; по фасам — две роты, каждая в две линин; в арриергарде — рота и сотня казаков. В средине этого четыреугольника, охваченного кольцом далеко раскинувшихся казачьих разъездов, двигалась остальная пехота с артиллерией, огромный верблюжий транспорт, стадо в несколько сот баранов, спешенные казаки, ведя в поводу своих лошадей, на которых сидело человек 200 слабых и больных пехотинцев, и наконец производящий маршрутную съемку топограф, пред которым неизменно тянется десятисаженная цепь, привязанная к казачьему стремени. В таком порядке колонна едва подвигалась вперед. Изнуренные верблюды несли громадные вьюки на своих спинах, ибо на них же взвалили часть груза с павших и брошенных верблюдов, которых уже насчитывали около 250. Артиллерийские лошади с трудом вытягивали ящики и орудия, в такой степени нагруженные ячменем, и разными солдатскими мешками, что если бы встретилась надобность открыть огонь, то потребовалось бы не мало времени, чтобы развязать веревки, сбросить этот груз и снять чехлы с самых орудий. Обессиленные люди также затрудняли движение; многие из них опустились на землю на первой же версте, несмотря на ободрительные примеры своих офицеров. В этом отношении я никогда не забуду между прочим тщедушного капитана Асеева, на лошади которого ехал изнуренный солдат, в то время, когда сам он, напрягая последние усилия, шел '''[52]''' пред своею Самурскою ротой с двумя солдатскими ружьями на плечах. Жар начинал спадать, но тем не менее движение совершалось при гробовом молчании всей колонны; только в одной из рот раздались было песни, но они составляли такой диссонанс с общим настроением, что вскоре смолкли сами собой. Проследовав несколько верст с колонной, мы отделились и поехали вперед. Только теперь, когда я взглянул на нее издали, тяжелое впечатление, произведенное на меня состоянием колонны, уступило место совершенно новому чувству: казалось движется грозная армия в боевом порядке, — так много внушительного было в этой массе, медленно подвигавшейся вперед в густых облаках пыли. Уже совершенно стемнело, но еще оставалось верст пятнадцать до колодцев Сенеки, когда мы вышли на караванный путь, идущий из форта Александровского в Хиву. Картина несколько изменилась, появились небольшие холмы, между которыми извивалась дорога; по сторонам ее довольно рельефно выделялись белые группы солдат, неподвижно лежавших на земле, — то были отсталые от передовой колонны. Кто-то одиноко, сидевший недалеко от них закуривал папиросу; отблеск огня сверкнул на стальных ножнах его сабли и изобличил в нем офицера. — Что, вы устали? обратился к нему начальник отряда. '''[53]''' — Нет… оставлен вот с ними до присылки воды, отвечал офицер, приподнимаясь со своего места и указывая на лежавших по сторонам солдат. — Ну, как ваша колонна прошла сегодня? — Страх, господин полковник!… Растянулись мы верст на пятнадцать, да чуть было все не погибли… Счастье ведь какое! продолжал офицер, уже обращаясь к нам и нисколько понизив голос: — ну, налети на нас сегодня хоть тысченка этих степных халатников, ведь какую бы кашу могли заварить!… Тут почти вскачь подехала телега и кто-то громко крикнул: — Апшеронцам вода! Где Апшеронцы? — Слава Богу, ответил офицер, — сюда, сюда!… И лежавшие Апшеронцы медленно, как белые привидения, зашевелились в темноте… При дальнейшем следовании мы уже поминутно встречали телеги или толпы конных, которые везли воду и спешили на встречу к своим частям. В этот день мы уже проводили семнадцатый час на седле и устали до того, что, казалось, вот-вот оставят силы, а бедные наши лошади, свесив головы на поводья, с трудом передвигали ноги и уже не слушали ни шпор, ни нагаек. Представьте же теперь нашу радость, когда в 10 часов вечера показались наконец вдали бивуачные огни первой колонны, разбросанные на большом пространстве. Лагерный шум доносился еще издали, оживляясь по мере нашего приближения. Вот уже близко, в нескольких '''[54]''' шагах, раздается ржание коней и чья-то бойкая перебранка из-за сорвавшейся в колодец манерки. Многочисленные костры бросали, свет на самые характерные группы людей, суетившихся среди верблюдов и лошадей. Вокруг колодцев происходили страшный шум и давка, готовые, казалось, перейти в общую свалку… Это общее, хотя и лихорадочное, оживление могло заставить забыть труды и впечатления еще переживаемого дня, если бы не крайнее физическое изнеможение, с которым, неразлучна апатия ко всему окружающему. Я слез с коня и готов был тут же свалиться, а бедный конь так и тянул по направлению к колодцу и, казалось, умолял напоить его. Я чувствовал, как дрожали, подкашивались мои ноги и решился прилечь где-нибудь поскорее. — Насиб! бурку! крикнул я своему Лезгину-милиционеру. — Советую, господа, и вам то же самое, обратился я к своим спутникам, стоявшим недалеко в каком-то раздумьи, — ждать нечего, маркитанта нет, а верблюды с нашими вещами, слава Богу, если придут чрез два дня… — Это вы приехали? послышался знакомый голос майора Аварского. Он назвал меня. — Тьфу ты, дьявол!… Да тут сам чорт шею сломит! воскликнул близорукий майор, наткнувшись, прежде чем я успел ответить, на лежавшего поперек верблюда. — Я, батюшка… здравствуйте. '''[''''''55]''' — Ну что, размяло косточки? опросил Аварский, выделяясь из толпы, когда пламя соседнего костра блеснуло на его очках и освтило смугло-худощавую физиономию с большою черною бородой. — Да что вы тут стоите? — Да вот, думаю, где бы поскорее свернуться… я едва стою на ногах. — Пойдемте ко мне, ведь тут вас раздавят ночью. — А у вас что же, палаты какия-нибудь? — Дворец, батюшка, в готическом стиле. Вот даже отсюда видно, как красуется его шпиц, ответил Аварский, указывая в стороне от бивуачного шума на единственный офицерский шатер, в котором просвечивался огонек. — Живо построили, ведь мы часа два уже здесь. Аварский пригласил еще несколько человек, стоявших около меня, но почти незнакомых ему офицеров. Мы, конечно, не заставили просить и отправились за ним. Не могу при этом не сказать двух слов о замечательно романической судьбе этого прекрасного офицера. Он из кавказских горцев, уроженец Дагестана. Будучи мальчиком, в 1839 году, при штурме Ахульго, где был убит его отец Алибек, герой обороны, Аварский был взят в плен третьим баталионом Апшеронского полка и отправлен для воспитания в Петербург. Здесь в корпусе он принял православие и, будучи выпущен в '''[56]''' офицеры, служил сначала в гусарах, а теперь, по истечении 34 лет после плена, судьба привела его командовать тем самым третьим Апшеронским баталионом! (Этот же баталион под начальством Аварского заслужил в Хивинском походе Георгиевское знамя, а сам он умер подполковником от раны, полученной у ворот Хивы.) В палатке Аварского, на разостланных бурках, уже помещались человек десять Апшеронских офицеров. Между ними стояло несколько медных чайников, маленькие холщовые мешки с колотым сахаром и белыми сухарями и несколько стаканов, над которыми струился легкий пар только что налитого чаю. По углам палатки высились целые вороха сабель, револьверов, нагаек и дорожных сумок. Солдатский штык, воткнутый в землю около чайников, исправлял должность подсвечника, а пламя единственной свечи, колеблясь в густом табачном дыму, тускло освещало группу усталых собеседников в самых непринужденных позах. «Счастливцы эти строевые; куда бы ни пришли, у них все с собой», подумалось мне при взгляде на этот незатейливый приют, казавшийся таким привлекательным!… Мы разместились среди потеснившихся хозяев, появился ром, и после двух-трех стаканов горячего чаю, по крайней мере, я как бы переродился с новыми силами, так живительно действует здесь этот поистине нектар степных богов… '''[57]''' В палатке давно уже слышался богатырский храп заснувших офицеров. С колодцев все еще доносился несмолкаемый шум. Я слушал чей-то рассказ о впечатлениях дня… и не помню, как и заснул под этот говор каким-то убитым, непробудным сном… '''[58]''' === VII. <br>Утро следующего дня и лихорадочная жизнь у колодцев. — Характеристика Киргизов — Сенеки. — Последствия 18 числа. — Исправление ошибок и уменьшение отряда — Известие о результате набега и слух об отравлении колодцев. === ''20 апреля. Сенеки.'' Высоко уже поднялось солнце и сквозь парусину шатра ярко-матовым светом разливались его лучи надо мной, когда я проснулся на другой день. В палатке никого уже не было. Едва я приподнялся, потягиваясь и расправляя свои измятые члены, как осторожно разодвинулись полы шатра и между ними показался сперва медный чайнпк, затем усатое, загорелое лицо майорского вестового и наконец вся его грузная изогнувшаяся фигура. — Заспались, ваше благородие, заговорил вестовой! — Прочие господа давно уж повставали и чайку понапились; вот Ширванцы стали подходить, так они вышли встречать… Это уж в другой раз я вам чайничек подогреваю, продолжал солдат, как '''[59]''' видно из разговорчивых. — Да казак раза три приходил понаведаться, не встали ли, мол. — Какой казак? — Не могу знать, ваше благородие, из каких он будет… По нашему, должно, не силен, ни слова не разумеет. Да он и по сейчас… Но далее я уже не слушал. В палатку просунулась огромная черная папаха и я видел, что, путаясь между полами, как в тенетах, ко мне пробирался «казак», о котором шла речь. — А!… Насиб! здравствуй! Что, брат, скажешь? — С конем нашим, отвечал он по-лезгински, — что-то плохо… Ноги распухли, не ест ничего и не встает, бедный… Мысль потерять лучшую лошадь в отряде, а самое главное, перспектива остаться без лошади на все время предстоящих «удовольствий», подобных только-что испытанным накануне, обдала меня, как варом. Я схватил фуражку и выскочил из палатки. — Где он? — Вот здесь, недалеко, идите за мной, говорил Насиб, пробравшись вперед. Переходя через спящих людей и лавируя между животными и беспорядочно нагроможденными вещами, я следовал за Насибом и еще издали увидал своего «Султана». Он лежал под открытым солнцем возле группы столь же изнуренных офицерских лошадей, глаза которых, казалось, так ясно выражали какую-то трогательную покорность судьбе. Я '''[60]''' подошел к своей лошади, погладил ее и попробовал поднять; она приподнялась немного, но снова рухнулась и, будто с мольбой в помутившихся глазах, лизнула мою руку. — Да что же с нею? спросил я в отчаянип Насиба, которого добрая физиономия почему-то показалась мне в эту минуту необыкновенно глупою. — То же, что и со всеми другими, — надорвалась. — Когда ты поил ее? — Вчера, через полчаса после прибытия, я дал ей два ведра. Она осушила их мигом, и когда я достал третье, уже для своей лошади, «Султан» отогнал ее и впился в ведро так, что я сначала не мог отнять, а потом сжалился… После восьмидесятиверстного безводного перехода в страшный жар, лошади, не чувствующей ног от изнурения, сразу три ведра воды!. О, добрый Насиб — это ты!… Его услуга мне только напомнила Крыловского медведя, но делать было нечего: кроме привычных к степям киргизских лошадей, все остальные более или менее в таком же плачевном состоянии… Я возвратился в палатку, с наслаждением окатил себя несколькими ведрами воды, напился чаю и затем, свежий и бодрый, пошел бродить по лагерю и осматривать место нашего расположения. Вокруг колодцев стояли плотно-столпившиеся массы верблюдов и слышались шумные киргизские голоса. Сквозь эту «флотилию пустыни» я с трудом '''[61]''' пробрался к одному из колодцев, отверстие которого, как и всех остальных, выложено огромными глыбами камня; здеcь, в страшной суете, Киргизы поили наших верблюдов. Смотря на эту процедуру, я решительно не знал, чему более удивляться: быстроте ли, с которою осушались большие деревянные корыта, или необыкновенной ловкости, с которою Киргизы доставали воду из двадцатисаженной глубины. Откинув на затылок волчий малахай, засучив рукава за локти и широко расставив ноги, Киргиз как привинченный стоит надь отверстием колодца; перебирая веревку, его мускулистые руки мелькают быстро, точно крылья ветреной мельницы, и что ни взмах — сажени на полторы вылетает веревка, к которой привешена тяжелая ''кауза'' (Большой киргизский сосуд из верблюжьей кожи для вытаскивания воды из колодцев). Невольно бросаются в глаза некоторые особенности этого оригинального племени. В отличие от чистоплеменных Туркмен, Киргизы обладают более живым темпераментом и грязны до невозможности. Они говорят, что платье предохраняет от солнца, и несмотря даже на сорокаградусный жар, никогда не покидают огромную маховую шапку и несколько ватных халатов. Киргизы вечно шумят, — такова их натура; слушая их болтовню о прошлогоднем снеге, можно подумать, что они сейчас подерутся; однако ничуть не бывало, — это только обыкновенный способ их разговора. О самых простых '''[62]''' вещах, в дороги или на бивуаке, они говорят не иначе как громко перекрикиваясь, и их резкие голоса день и ночь раздаются по всему лагерю, за исключением тех коротких промежутков, когда они едят. Обыкновенно, на краю лагеря, киргизская ставка бросается в глаза еще издали, — пиками воткнутыми в землю около целой пирамиды безобразных седел, с торчащими на целый фут передними луками. Вот тут-то, три раза в сутки, плотным кольцом усаживаются Киргизы вокруг огромного чугунника какого-то варева, из которого неизменно выглядывают верблюжьи кости. Какая-то благоговейная тишина водворяется между ними; в это время они как бы немеют и, пока остается в котле хоть ложка их серой похлебки, можно, кажется, услышать муху, пролетавшую над киргизскою трапезой. У колодцев, где солдаты и казаки поили коней или наполняли свои баклаги, кипела та же шумная жизнь, полная брани и смеха, но не доставало только киргизской ловкости. Ведра, манерки и котелки на длинных веревках целыми десятками сновали в колодезь и обратно, путались, обрывались, и в результате, в деле совершенно новом для солдат, конечно, выходило много шуму, но мало воды. Вода здесь превосходная. Колодцев около двадцати, и они разбросаны на небольшой, с квадратную версту, совершенно голой равнине, занятой теперь нашими войсками. С севера и юга равнина окаймляется двумя параллельными грядами высоких холмов, '''[63]''' обрывающихся меловыми утесами ослепительной белизны, между которыми тянется караванный путь. Вот это-то дефиле, образуемое горами и усыпанное колодцами, и носит имя, напоминающее знаменитого учителя Нерона. Отряд наш уже стянулся к Сенекам. Проведя всю ночь на 19 число в дороге, вчера утром добрела сюда злополучная вторая колонна, а сегодня в полдень прибыл наконец и арриергард со штабными верблюдами. Последствия крушения 18 числа, к счастью, незначительны: кроме верблюдов, пало несколько лошадей и с ума сошел один артиллерист. Но люди уже отдохнули и оправились от понесенных трудов как ни в чем не бывало; они снова смотрят молодцами и теперь, когда я пишу эти строки, со всех концов лагеря несутся громкие солдатские песни. — Ну, что, труден поход? спросил я одного солдата, который наполнил водой какую-то кишку и пригонял ее для носки через плечо. — Он, поход бы ничего, ваше благородие, да вот без воды, не знали мы, будто маленько не ладно. Да уж не надует больше!… И действительно, надо полагать, «не надует больше», и тяжелый урок послужит в пользу. В Киндерли уже полетали нарочные за бурдюками, а солдаты научились придавать здесь надлежащую цену каждой капле воды, и лихорадочно работают над приспособлением к ее переноске разных '''[64]''' пузырей, шкур, желудков и т. и. Все, что только может вместить и сохранить воду, все мало-мальски подходящее, бережно применяется к делу. 18 число произвело, конечно, весьма сильное впечатление на всех нас и, говоря откровенно, на некоторых даже деморализующее влияние. Нашлись господа, которые не скрывали желания возвратиться и высказывали, что дальнейшее движение поведет к неизбежной гибели. Но к чести отряда надо прибавить, что эти единичные уроды нашей семьи встртили общее неодобрение и будут возвращены в Киндерли. Остальные затем офицеры наэлектризованы попрежнему, и я готов утверждать, что они предпочтут погибнуть, чем вернуться; некоторые, и между ними подполковник С, даже объявили торжественно, что в случай возвращения отряда, они переоденутся в туркменское платье и пойдут чрез степь для присоединения к отряду полковника Маркозова во что бы то ни стало!… Сегодня утром, к прискорбию нашему, сделалось известно, что число павших верблюдов (На первых переходах до Сенеки части отряда бросили в пути 340 верблюдов из 865 и до 6 тысяч пудов провианта разного.), не позволяет поднять надлежащее количество продовольствия на весь отряд, а артиллерийские лошади изнурены в такой степени, что не вывезут орудий; причины эти заставляют уменьшить почти вдвое и без того не сильный отряд. Две сотни кавалерии, три полевые орудия, часть пехоты, весь колесный обоз и все, без '''[65]''' чего только мыслимо дальнейшее движение к Хиве, отправляются обратно в Киндерли. Офицерам объявлено, что они пойдут на солдатской пище и чтобы бросили поэтому не только палатки, железные кровати, посуду и лишнее платье, но и все, что только может считаться прихотью для простого солдата. Это исполняется в точности, и тем более охотно, что сами офицеры прекрасно сознают необходимость этого. Я видел офицеров тех казачьих сотен, которые предназначены к возвращению; они чуть не плачут и готовы идти пешком, лишь бы делить общую участь и не возвращаться. Сейчас получено донесение майора Навроцкого о его удачном набеге на кочевья около Кайдакского залива. Киргизы сопротивлялись с оружием в руках, и у нас убит один и ранено несколько казаков, но отбито при этом столько верблюдов, лошадей и овец, что две сотни с трудом ведут их. По просьбе Навроцкого, на встречу к нему посылают конно-иррегулярцев. Это известие мигом облетело лагерь и на всех лицах засияла радость: верблюды — все для нас, они дороже людей теперь!… Другой слух не так благоприятен. Говорят, что Хивинцы засыпали колодцы, лежащие на нашем пути в средине степи, а некоторые даже отравили. Для поверки этого известия сегодня же посланы Киргизы. Завтра выступаем далее. === VIII. <br>Осторожность солдат. — Дорога в Беш-Окты — Саксаул. — Возня с верблюдами — Соединение с авангардом. — Беш-Октинский редут, вода и ее влияние — Песчаные холмы и их обитатели. — Ураган. — Добыча и минеральная вода. === ''23 апреля, Беш-Окты.'' Под вечер 21 апреля Сенекский лагерь представлял картину обычного оживления пред выступлением. Засуетившиеся люди с неизбежным шумом приготовлялись к дороге вьючили веролюдов, прощались с земляками, и как будто снова предстояла безводная пустыня, спешили набрать побольше свежей воды, несмотря на предупреждение о близости стедующих колодцев. Невольно припомнил я изречение солдата «не надует больше». В шесть часов раздался сигнал, и отряд одною общею колонной начал постепенно вытягиваться на караванную дорогу. Части, предназначенный к возвращению в Киндерли, остались в Сенеках. Простившись с ними, начальник отряда, а с ним и '''[67]''' мы, в обычной кавалькаде тронулись вслед за войсками. Дорога в Беш-Окты, на всем ее восемнадцати-верстном протяжении, идет между сыпучими песчаными холмами, начинающимися у самой оконечности Сенекской равнины и покрытыми сначала мелким кустарником, а затем деревьями ''саксаула''. последние образуют какую-то жалкую пародию хвойного леса, за которою, подобно непрерывной террасе, не перестает возвышаться с правой стороны белая лента меловых обрывов. Я здесь первый раз видел это далеко не красивое, чтобы не сказать безобразное, дерево, и благодаря нашему эскулапу, оказавшемуся рьяным ботанофилом, могу привести вам его научное название — ''Соледревник'' или ''Halohulon''. Тонкий, искривленный и узловатый ствол саксаула, разветвляясь на такие же неправильные отростки, напоминает цветом и корой грязную старую лозу винограда, и оканчивается несколькими иглами того же грязно-бурого цвета. Он редко достигает двухсаженной высоты при обыкновенной толщине от двух до трех вершков у основания, но замечательна его плотность: он тонет в воде, едва поддается топору, горит так медленно, что небольшое полено сохраняет огонь целые сутки и дает чрезвычайно мало золы. Длинною лентой извиваясь между песчаными холмами, отряд бодро подвигался вперед в вечерней прохладе, пока какой-нибудь тяжело нагруженный '''[68]''' верблюд не останавливал его, растянувшись поперек дороги. Все усилия поднять такого верблюда зачастую разбивались о замечательное упрямство этого животного, делающегося в подобных случаях как бы безчувственным. «Юр… юр, голубчик», начинают солдаты ласково понукать верблюда, слегка подергивая за веревочку, продетую сквозь его ноздри. Верблюд неумолим и только флегматически работает своими огромными челюстями. «Юр же, анафема!… Дьявол рыжий!… Юр!!» и глухие удары сыпятся на костлявые бедра. Верблюд прекращает жвачку, его умные глаза продолжают смотреть прямо пред собой в каком-то раздумьи… но вот он внезапно поворачивает голову и сразу обдает зеленою жвачкой несколько солдатских физиономий; те обтираются, щедро расточая свое неизбежное «крепкое слово». Вся эта возня кончалась обыкновенно тем, что вьюк с упрямого верблюда раскладывали на других, а его самого стаскивали в сторону от дороги, и колонна продолжала движение. «Стой!…, стой!» снова раздавался где-нибудь через минуту громкий крик вожака-солдата, «вьюк свалился!…» Новая история. Свалившийся на сторону вьюк бьет по ногам верблюда и останавливает его; передний, продолжая идти, тянет его за ноздри, так как все верблюды привязаны друг к другу, и иногда '''[69]''' обрывает их. Раздается плачевный, раздирающий душу крик несчастного верблюда, а затем новая остановка и новая возня. Благодаря неопытности солдат, которые еще не приучились хорошо вьючить верблюдов, подобные сцены повторялись весьма часто и крайне замедляли движение отряда. При одной из них, к сожалению, разбился в дребезги огромный ящик с фотографическим аппаратом, и его хозяину, любителю степных видов, ничего более не остается, как продолжать поход в качестве волонтера и любоваться этими видами. Солнце скрылось. Сгустилась темнота, и тощие редко разбросанные по сторонам саксаулы казались теперь густою березового рощей; дорога несколько раз выбегала из этой обманчивой чащи на гладкую поверхность белых солончаков, — тинистых, пересохших пространств, покрытых солью, — и снова исчезала между песчаными холмами, пока не замелькали в темноте приветливые огни авангардных рот. Около 10 часов войска прибыли в Беш-Окты и расположились вокруг колодцев, а наша компания направилась к капитану Бекузарову, начальнику авангарда, который стоит здсь более двух недель. Две походные кровати, стоявшие в палатке капитана, трещали и гнулись под тяжестью гостей, прибывших сюда еще ранее нас; на столе фигурировал уже порядочно истерзанный баран, окруженный несколькими бутылками «родного». Порядочно «закусившая», по '''[70]''' всем признакам, компания, распивала чай, но по недостатку стаканов приходилось ждать очереди, несмотря на то, что некоторые прибегали к самым невозможным сосудам. «Соловей», по обыкновению, оживлял всю компанию. Пристроившись в уголку палатки, он заливался куплетами из еа ''La fille de madame Angot'', прекращая свое пение только за тем, чтобы хлебнуть глоток чаю из Бог весть откуда взявшейся помадной банки. Тут же, кто где мог примостился, и заснула вся собравшаяся компания. Беш-Окты (Пять стрел.) предназначены служить первым опорным пунктом для нашего отряда, и потому мы нашли здесь небольшой, совершенно оконченный редут, возведенный авангардными ротами вокруг пяти неглубоких колодцев. Земляной вал его обнесен небольшим рвом, имеет выступ для одного орудия и может вместить несколько рот. Вода беш-октинская могла бы считаться сносною, если б не значительная примесь глауберовой соли. Такая вода только раздражает жажду и на всех, не исключая лошадей и верблюдов, производит свое обычное, неотразимое действие. Нельзя особенно позавидовать участи тех, кому после нашего ухода придется занимать Беш-Окты и в продолжение нескольких месяцев ежедневно принимать волей или неволей солидную дозу глауберовой соли. Окрестности Беш-Окты на всем пространстве, '''[71]''' доступном глазу, покрыты сыпучим песком, изрытым как волнующееся море; кое где возвышаются правильные как бы только-что насыпанные, конические вершины более значительных холмов, меняющих свои очертания при малейшем дуновении ветра, и только на юг едва заметною лентой извивается в отдалении непрерывный кряж меловых утесов, идущих со стороны Сенек. Из песчаных сугробов там и сям выглядывает тонкий и невзрачный саксаул, точно одне высохшие ветви деревьев занесенных песком. (Начиная от Беш-Окты, пески эти непрерывно тянутся на север более ста верст и составляют обширный песчаный район, известный у Киргизов под именем ''Тюе-су''.) Вчера утром, когда с бруствера редута я смотрел на этот безжизненный пейзаж беш-октинских окрестностей, на вершине одного из холмов зашевелилось что-то черное, показавшееся мне туркменскою папахой. «Не высматривает ли за нами неприятельский лазутчик», подумал я, но быстро направленный бинокль рассеял эту догадку и в то же время подстрекнул мое любопытство: на песчаном холму сидела огромная черная птица. Схватив солдатские ружья, я и Бекузаров перескочили через ров и направились к одинокому хищнику. Ускорить шаг не было возможности при всем желании: ноги углублялись в горячий песок по самые колени, поэтому медленно, с трудом и замиранием сердца мы приближались к одному из '''[72]''' самых крупных видов семейства коршунов. Птица сидела неподвижно. Подойдя шагов на полтораста, мы остановились, но в то же мгновение распахнулись два огромные крыла, и едва поднявшись над землей, хищннк спустился вновь и скрылся за тем же холмом, прежде чем, для очищения совести, грянули два безнадежные выстрела из наших винтовок. С кем мы имели дело — трудно сказать. Но еслиб эта встреча произошла не в степи, я бы утверждал, что пред нами был альпийский ягнятник, — так громадна была птица. Мы еще бродили некоторое время в окрестностях Беш-Окты, но эта ходьба уже имела характер не столько охоты, сколько экскурсии с целью ознакомиться с маленькими обитателями сыпучих песков. Несколько интересных жуков и самая мелкая порода ящериц, — вот все, что удалось нам видеть. последние во множестве шныряют по песчаным холмам, исчерчивая их целыми сетями легких, извилистых следов, и для своей обороны мгновенно зарываются в песок при приближении опасности. Вот она быстро несется по песку прямо навстречу к вам и, завидя вас, не поворачивает, не убегает, но сразу останавливается, припадает на брюшко и, быстро работая лапками, выбрасывает песок из-под себя на свою спинку. Через минуту она как бы замирает, — песок уже выровнен и из него выглядывают только два крошечные, едва заметные глазенка… Вы подходите ближе — глазенки '''[73]''' исчезают и на песке не остается никакого знака только что виденной работы. Уж из-под ваших ног ящерица вылетает стрелой из своего убежища и обращается в бегство, быстро извиваясь по песчаным сугробам. День становился нестерпимо знойным и удушливым. В некотором расстоянин от нашего редута не было слышно ни одного звука в воздухе; какая-то гробовая тишина охватила всю окружающую природу. Песок раскалился в такой степени, что, казалось, сжигал ноги, несмотря на обувь… Чувствуя, как кровь приливает в голову, я поспешил возвратиться в лагерь и крайне обрадовался, найдя здесь разбитую для меня палатку и готовую постель. Пользуясь этим, я раздался, — первый раз после выступления из Киндерли, — окатил себя несколькими ведрами воды и после раннего обеда с удовольствием заснул в чистой человеческой обстановке… Но я бы не ложился, еслибы мог предугадать, какой сюрприз готовит нам изобретательная природа!… Часа через два раздался внезапный треск: я проснулся и прежде, чем успел приподнять голову, шатер мой был сорван и отброшен за несколько сажен, а я засыпан горячим песком. Я вскочил на нош, протирая глаза и отплевывая полный рот грязи: густая песчаная туча с невыразимою силой летела над редутом, и в воздухе слышался визг, точно сотни ядер проносились мимо ушей. Едва он замер в отдалении, как с новою ужасною силой '''[74]''' рванул втер, новые тучи песку закрыли на мгновение солнце и страшным вихрем пронеслись над укреплением, разбиваясь о бруствер, засыпая весь лагерь и срывая последние его шалаши и палатки. И этот ад кромешный, то утихая на мгновение, то разражаясь с новою яростью, стоял несколько часов над нами!… Я с трудом дышал. Я не мог видеть, что происходило вокруг, даже в нескольких шагах от меня, и только слышал отчаянный шум с криками и проклятиями, долго стоявший над ошеломленным лагерем и иногда заглушаемый бешеным свистом песчаного урагана… К вечеру стихло, но взбудораженный песок еще и сегодня стоит в воздухте и густою мглой покрывает всю окрестность. Редут занесен песчаными сугробами, да и лагерь наш представляет крайне печальную картину полного разрушения. Вечером после этой катастрофы возвратился сюда из набега кавалерийский отряд майора Навроцкого, в ожидании которого мы и стояли здесь. Он привел с собою более 200 верблюдов, несколько сот баранов, до полусотни маленьких киргизских лошадей и двух захваченных в степи эммиссаров Хивинского хана, присланных на Мангышлак для возбуждения против нас кочевого населения. Песчаный ураган захватил Навроцкого в дороге. Легко себе представить, что должны были испытать его всадники, обремененные такою огромною обузой!… '''[75]''' Верблюдов распределили во все части. Между ними не мало крупных дромадеров, весьма ценимых здесь, легко поднимающих до 20 пудов и известных в степи под именем ''нардов''. Часть лошадей пойдет под горными орудиями, а другая разобрана офицерами. Я тоже по необходимости приобрел себе одну из этих, говорят, неутомимых крыс, обладающих замечательною иноходью, так как мой Насиб с бедным Султаном до сего времени еще в Сенеках… Во избежание повторения в будущем «18 апреля» здесь было решено назначить начальниками эшелонов новых офицеров, так как идти одною общею колонной отряд не может, — для всех сразу не хватит воды в колодцах. Вчера утром выступил отсюда авангард под начальством подполковника С, а сегодня колонна Апшеронцев с горными орудиями, которую повел начальник штаба Г., так как предполагается, что писать в степи будет не к кому и не о чем… Из Камысты, то есть следующих колодцев, С. прислал сюда для пробы бутылку вяжущей на вкус железистой воды. Боже мой, какая гадость!… Видно нам предстоит испытать на себе действие всевозможных минеральных вод, прежде чем мы доберемся до пределов этой заколдованной Хивы… '''[76]''' === IX. <br>Шиферные горы и железистый ручей. — Гигантская скала и сланцевые шары. — Серные колодцы. — Снова пески и отсталые. — Киргизское кладбище. — Наши карты. — Чакырым. — Сай-Кую. — Мавзолей степного витязя и образец киргизской скульптуры. — Бусага и его грот. === ''26-го апреля, Бусага.'' …Оставив одну роту с орудием для занятин Беш-Окты, с остальными войсками мы выступили оттуда утром 24 апреля и в полдень прибыли в Камысты (Камыши.). Песчаные холмы с саксаулом вскоре остались за нами, и мы продолжали путь по твердому глинистому грунту. На последних верстах начался незначительный подъем и затем сразу крутой спуск по шиферным обрывам, нависшим над Камыстинскою впадиной на несколько сот футов; здесь по первобытной тропке, допускающей езду только в одну лошадь, пришлось спускать наши тяжелые '''[77]''' полевые орудия. Эта трудная операция совершилась, к счастию, благополучно, но люди ежеминутно рисковали очутиться вместе с орудиями на дне пропасти… Из подошвы этих шиферных гор вытекает бурою полосой небольшой железистый ручей Камысты, воду которого мы пробовали еще в Беш-Окты накануне выступления. Но все его протяжение ограничивается десятками сажен, так как он пропадает тут же в камышах, покрывающих незначительное пространство у подошвы гор. День снова был нестерпимо жаркий, но тем не менее, посте небольшого отдыха в Камысты, мы поехали дальше, взяв с собою одну кавалерию. Вести колонну остался подполковник Буемский, которому было приказано прождать на бивуаке самые жаркие часы, крайне утомительные для движения пехоты, и затем следовать за нами. В нескольких верстах от Камысты мы вступили в новую песчаную область Ай-Кум, столь же обширную, как и Туе-Су, но только без саксаула. Вытянувшись в одну лошадь, мы начали извиваться по следам проводников между огромными сыпучими барханами и подняли страшную массу пыли; от густых ее облаков, носившихся над нами, казалось, и самое небо задернуто желтою завесой, а люди и лошади положительно были неузнаваемы под толстым слоем этой пыли, обращенной в грязь валившим со всех потом… Хорошо, по крайней мере, что невозможно '''[78]''' заблудиться в этой местности: с левой стороны дороги, начиная от Камысты и до Бусага, более 60 верст непрерывно тянется отвесная скала Чинк, в несколько сот футов вышиной, и из нее то и дело выглядывают наполовину обнаженные и удивительно правильные сланцевые шары от самых мелких до огромных, достигающих иногда до полуторы сажени в диаметре. Многие из них валяются у подошвы скалы, оставив на ней свои правильные гнезда; другие в такой степени высовываются наружу из скалы и грозят своим падением, что невольно удивляешься как они еще держатся… Сферические камни, подобные этим, я не раз видел и на Кавказе, в скалах Дагестана, и там, когда удавалось разбить небольшие из них, всегда оказывалось, что они имеют внутри пустое пространство, наполненное полупрозрачными камешками кристаллической формы. Каким образом могли образоваться в скалах эти чудовищные естественные бомбы — пусть решают геологи… Благодаря глубоким пескам, которые окончились только у самого Карашека, мы прибыли к этим колодцам поздно ночью, пройдя за весь день всего 43 версты. Казалось мы прошли вдвое больше, — в такой степени давали себя чувствовать и утомление, и волчий голод; между тем верблюды наши, следовательно и все запасы, остались с колонной, и нам в ожидании утра ничего больше не оставалось, как растянуться на бугре с седлом у изголовья… Колодцев на Карашеке три, но два из них '''[79]''' были засыпаны. Вода сильно отзывается тухлыми яйцами, надо полагать, от большой примеси серы. На утро мы уже нашли здесь эшелон Б — ского, который с трудом стянулся сюда только к двум часам ночи. Артиллерийские лошади выбились из сил и приходилось прибегать к помощи и без того усталых людей, чтобы вытягивать орудия из глубоких песков. К полуночи арриергардные казаки дали знать начальнику колонны, что много отсталых… «Да и немудрено, заметил пехотный офицер, рассказывавший мне об этом ночном движении, — помилуйте, сделать пешком сорок три версты по этим дьявольским пескам!… Меня назначили для присмотра за отсталыми, и я очень обрадовался этой возможности отдохнуть, потому что пешком еле вытаскиваешь ноги из песку, а на лошади, с непривычки, до того меня разломило, что каждая верста казалась целым переходом. Вот я взобрался на один из барханов на краю дороги, прилег на мягкий песок, не выпуская поводьев своей лошади, и жду арриергардных казаков. Прошла последняя рота со своими верблюдами. Через несколько минут из темноты начала вырисовываться белая фигура солдата. « — Послушай, много ли назади? « — Не могу знать, ваше благородие, должно не мало… И солдат прошел мимо. Показались трое новых; они поравнялись со мной и с тяжелым вздохом опустились на песок, спиной ко мне. Вскоре '''[80]''' послышалось какое-то мурлыканье и вслед затем показался верблюд и на нем колыхающаяся фигура Киргиза в малахае едет себе не торопясь и поет что-то заунывное вполголоса… « — Ишь, ему-то легко на чужой спине, поет, сатана, заговорил один из сидевших солдат, — братцы, не найдем дорогу и сгибнем в песках… собьем, что ли, с верблюда этого дьявола? « — Чего глядеть! И, вскочив с места, солдат схватился за повод верблюда. « — Слышь, ты, калмыцкая морда, слезай, будет тебе, насиделся. Вот погляди, как мы впервое поедем. « — Нэ… нэ бар?… (что… что такое?) отозвался Киргиз в недоумении. « — Не пар, а вот ты слезь, сатана, а то я те поддам пару, не рад будешь… айда на землю!… Чок, чок! произносит солдат, подергивая книзу повод верблюда, — чок, дьявол!… Усталый верблюд не заставил долго просить себя. Он жалобно завыл от боли, медленно согнул колени, и грузно опустилось на песок его тяжелое тело. Киргиз продолжал сидеть, повторяя свое «нэ бар». « — Слезай! Ведь по-русски тебе говорят, а то до смерти убью! продолжал урезонивать бойкий солдат, но напрасно… Вот он плюнул, передал ружье и стащил '''[81]''' на землю Киргиза. Три солдата взобрались на спину верблюда, и по три ноги свесились над его тощими боками. « — Ну, подыми его, пес!» — крикнул задний солдат, толкая верблюда прикладом ружья, — ну, ну! Верблюд встал. Солдаты колыхнулись на его спине, а задний съехал на круп и, потеряв равновесие, навзничь опрокинулся вместе с ружьем под самый хвост верблюда. Послышались энергические слова упавшего и дружный хохот его товарищей; в особенности заливался смехом Киргиз, как бы вознагражденный за свое бесцеремонное изгнание на землю. « — Туе (Верблюд.) яман!… яман!» твердил он, но в то же время подошел к упавшему, дружелюбно помог ему взобраться на прежнее место и сам взялся за повод. Тем временем подошли еще несколько верблюдов с усталою публикой и весь караван с колыхающимися всадниками тронулся и скрылся за ближайшим песчаным холмом. Недалеко от Карашека, на одном из каменистых холмов, расположено киргизское кладбище. В надежде увидеть что-нибудь интересное, я отправился осмотреть его, пока другие готовились к выступлению. Каменные ящики, каждый из пяти огромных, обтесанных плит, служат надгробными памятниками и разбросаны по всему холму; они, как колпаком, '''[82]''' покрывают обыкновенные на всех кладбищах надмогильные насыпи. Надо полагать, это могилы более богатых степняков, так как были и другие — без этих сооружений. На тех земляную насыпь охватывают кольцом только небольшие плитки необтесанных камней. На некоторых плитах более видных могил я видел грубые изображения лошадей и оружия, но надписи не было ни одной. Киргизы вероятно не глубоко хоронят своих умерших, так как из многих полуразрушенных ящиков выглядывали черепа и другие кости. В Карашеке мы вышли из песков, которые под разными названиями идут на юг до самого Карабугасского залива Каспийского моря, и, пройдя всего четыре версты, прибыли к следующим колодцам ''Сай-Кую''. Это поразило всех, хотя и приятно на этот раз, так как согласно цифре, выставленной на наших картах, мы рассчитывали пройти до Сай-Кую добрых тридцать пять верст! расстояния эти, по всей вероятности, обозначены по расспросам, поэтому в будущем нас могут поразить и обратные сюрпризы, и этого тем более нужно ожидать, что Киргизы, надо отдать им справедливость, не имеют никакого понятия ни о времени, ни о расстоянии. Единицей для измерения расстояния они считают ''чакырым'' (зов), то-есть пространство, на котором может быть услышан крик человека; при таком первобытном способе измерения пространства, выходит, конечно, что каждый Киргиз мерит на собственный аршин… '''[83]''' В Сай-Кую мы провели около трех часов. Здесь двенадцать неглубоких колодцев весьма порядочной, пресной воды, а окрестности версты на две были покрыты зеленою травкой и мелким кустарником, составляющим любимый корм верблюдов. Наши лошади, питавшиеся с самого Киндерли одним ячменем, с такою жадностью кинулись на эту травку, что ко времени выступления, вся она точно была вырвана с корнем… Все дальнейшее пространство до ''Бусаги'' представляет гладкую и совершенно голую равнину, раскинувшуюся у подошвы ''Чинка''. У самого начала этой пустыни, в нескольких верстах от Сай-Кую, возвышается единственный, но довольно значительный холм, на вершине которого чрезвычайно эффектно красуется издали белый мавзолей степного батыря (Витязь.), небольшое четырехугольное здание на подобие башни, под коническим куполом увенчанным небольшим шаром. Он весь из белого камня. Единственное зияющее отверстие, оставленное в одной из его стен хотя с трудом, но позволяет просунуться внутрь гробницы, но там страшная темнота, да и нечего, говорят, смотреть кроме голых стен… Киргизы рассказывали мне что гробницы народных героев считаются у них святынями и что поэтому здсь есть обычай, по которому всякий степняк, лишившийся в дороге лошади или верблюда, '''[84]''' оставляет весь свой багаж, как бы ценен он ни был, в первой попавшейся гробнице батыря, с полною уверенностыо, что найдет все в целости, когда бы за ним ни приехал. Вокруг мавзолея разбросаны еще другие надгробные памятники, но они не имеют ничего общего с карашекскими. Большие камни, изсеченные узорами, поставлены здесь вертикально, как вообще на мусульманских кладбищах Востока, но опять безо всяких надписей. Между ними один имеет чрезвычайно оригинальную форму: из довольно большой глыбы камня высечены туловище на четырех ногах и голова, смутно напоминающая о том, что киргизский скульптор пытался изобразить лошадь… Под вечер мы прибыли в Бусага, не чувствуя никакой усталости, так как благодаря хорошей дороге, нас все время развлекали песни казаков и зурны конно-иррегулярцев. Здесь мы нашли авангард и первую колонну, а несколько позже подошел и Б — ский со своими войсками, сделав в эти два дня около девяноста верст. Таким образом сегодня, на дневке, в сборе весь наш отряд, и это тем более кстати, что здесь шесть неглубоких и обильных колодцев отличной пресной воды, а вокруг прекрасный верблюжий корм. Недалеко от колодцев, под одним из холмов, мы нашли здесь искусственный грот, который может вместить несколько десятков людей; для предохранения от обвала в нем оставлены '''[85]''' неправильные земляные столбы, придающие ему несколько фантастический характер сталактитовых пещер. Грот, конечно, выкопан Киргизами, которые ежегодно кочуют у Бусага, но для чего? Наши проводники не могли ответить на этот вопрос. '''[86]''' === X. <br>Подъем на Уст-Юрт и дальнейший путь. — Колодезь-монстр. — Находка Незабвенного и признание «единоверцу». — Прибытие в Ильтедже. === ''30 апреля Илтедже.'' Мы быстро подвигаемся вперед. Огромные переходы один за другим точно мелькают пред нами. Каждый вечер мне приходится отмечать на своей двадцативерстной карте несколько дюймов пройденных в течение дня, и это наглядное удостоверение в быстром приближении к цели составляет пока единственное удовольствие, которое мы испытываем в настоящем походе. В 48 часов мы пролетели последние 140 верст до Ильтедже; конечно, так двигалась одна только кавалерия, но и для нее эти переходы нельзя не считать блистательными, если принять в соображение ту адскую обстановку, в которой они совершались… Однако я забегаю вперед. Киргизы, посланные из Сенек для осмотра впереди лежащих колодцев, возвратились пред нашим '''[87]''' выступлением из Бусага с известием, что засыпаны только некоторые из них, а остальные в порядке, но не многоводны. Скопление войск у таких маловодных колодцев повлекло бы за собой значительные неудобства и, между прочим, потерю времени для большей части отряда, так как исчерпанные колодцы вновь наполняются водою, в самом счастливом случае, лишь по истечении нескольких часов; количество же воды в них едва удовлетворяет потребности нескольких рот. Из этих данных сам собой вытекал единственно возможный здесь порядок движения для всякого более или менее значительного отряда: возможно большим количеством маленьких эшелонов, так как собственно неприятель покамест может быть вовсе не принимаем в соображение. Согласно этому отряд наш двигался четырьмя эшелонами: впереди, на целый переход, шел авангард; за ним — обе пехотные колонны на расстоянии полуперехода друг от друга; наконец — кавалерия, которая выступала несколькими часами позже пехоты и перегоняла ее в продолжение дня. Тот неповоротливый строй, который, при движении к Сенекам, уподоблял наш отряд армии Густава Адольфа, брошен как совершенно ненужный и каждый эшелон вытягивается теперь обыкновенным походным порядком. Кавалерия с начальником отряда выступила из Бусага около 8 часов утра 27 апреля. Как и прежде, на первых двадцати верстах дорога бежит по '''[88]''' гладкой равнине и как бы усыпана мелким щебнем; затем скалистый Чинк, огибающий Бусага с востока, становится поперек дороги своими огромными извилинами и далее непрерывно тянется на юг, до самого Карабугасского залива. В том месте, где караванный путь упирается на Чинк, последний уже не является одною отвесною грандиозной скалою, а имеет вид обрывистых террас, общие склоны которых образуют здесь нечто в роде ущелья. На протяжении нескольких верст ряды этих террас идут по обеим сторонам дороги, все более и более сближаясь между собой, и там, где они сходятся под довольно острым углом, лежат колодцы ''Кара-Кын'' (Черный песок.) и начинается крутой подъем на сплошную возвышенность ''Уст-Юрт''. Когда мы прибыли к этому месту, кстати чрезвычайно верно изображенному на наших картах со всеми извилинами Чинка, на одной из террас, возвышающихся над колодцами, отдыхали Ширванцы; мы присоединились к ним и вместе простояли здесь, пока не начал умеряться полуденный жар. Колодцев семь, вода весьма порядочная. В 4 часа пополудни мы поднялись на Уст-Юрт. С одной стороны резкие извилины Чинка крутым обрывистым берегом, казалось, очерчивали только что высохшее море, лежавшее под нами; с другой, точно весь восток растянулся одною '''[89]''' сплошною, беспредельною равниной!… Киргизы предупредили нас, что на Уст-Юрте мы не увидим даже тех небольших неровностей почвы, которые до сих пор разнообразили нашу дорогу. И вот, отделившись у самого подъема от пехоты, мы пустились крупным шагом в эту неприветливую голую пустыню. Мы проехали несколько часов, — в самом деле поразительная равнина! Куда бы ни взглянул, на горизонте виднелась только одна прямая и легкая черта, отделяющая безоблачное небо от гладкой поверхности темнобурой земли. Прибавьте несколько мелких ящериц и змей, и вот вам неизменные пейзаж и жизнь Уст-Юрта!… Обыкновенно солнце как-то незаметно скрывалось за горизонтом, но в этот первый вечер на Уст-Юрте я был поражен прелестною картиной заката. Красно-багровое небо придавало такой же колорит бесконечной степи и по ней отчетливо рисовались темные силуэты наших всадников с развевающимися значками; следующие их ряды как бы тонули в густых облаках пыли пропитанных, также багровым светом, и эффектно выростали из них по мере приближения к первому плану. Но вскоре этот фантастический свет скрылся за темною завесой приближающейся ночи и сгустился такой мрак, что хоть глаза выколи! Чувствовался холод, темпепература с 38 быстро опустилась на 12. Было уже поздно. Все ехали молча и только однообразный глухой топот коней отдавался по степи каким-то '''[90]''' мрачным подземным гулом… Надоела бесконечная дорога! — Касумка! Сколько осталось до колодца? — Теперь скоро, — пять чакырым. Проходит целый час. — Кабан! скоро ли приедем? — Скоро, скоро, — беш (пять) чакырым. — Чорт бы вас побрал с вашими чакырымами! отзывается в темноте; упорно молчавший до сих пор «Ананас». — Эти канальи хоть бы врать выучились, все было бы легче… Подобные ответы с небольшими вариациями повторялись вплоть до 11 часов, когда наконец мы подошли к ''Кыныру''. Проводники считали сюда ''3 часа'' пути с Каракына. Вокруг колодца, не смотря на позднее время, толпились и шумели человек двести Апшеронцев. К ним подъехал начальник отряда. — Давно вы пришли, ребята? спросил он после обычного «здорово». — Часа три будет, ваше высокоблагородие. — Напоили верблюдов? — Никак нет; и люди еще не напились. — Как же так?!. — Колодезь ''один'' и трудно достать из него, веревки не выдерживают. Ведра два вытащат, а там, смотришь, лопнула… Уже ведер семь так с веревками и пошли на дно… Глубок ''маленько'', ваше высокоблагородие, — ''сорок сажен''!. '''[91]''' Один колодезь, да еще с водой на сорокасаженной глубине, на тысячу с лишним людей и на столько же лошадей и верблюдов, — не дурен сюрприз!… Но, признаюсь, он не произвел на меня особого впечатления в ту минуту. Под влиянием должно быть невольного эгоизма, который, при физическом изнеможении, часто пересиливает лучшие стороны человеческой натуры, мне гораздо досаднее было то, что верблюды наши, по обыкновению, остались назади: есть и спать хотелось ужасно!… Я обратился к моему Лезгину с вопросом, есть ли у него чего-нибудь пригодного для желудка? — Есть в кармане четыре сухаря, отвечал Насиб. — Ну, поделись, брат, со мной… да принеси седло под голову. — Седло еще нельзя снять, — лошадь вся мокрая. Вот, не хочешь ли торбу с овсом? — Прекрасно, давай! И вот, среди нестерпимой вони от потных верблюдов, лежавших по всему лагерю, я с трудом прогрыз два почти окаменелые сухаря и заснул безмятежным сном. Не лучше была и доля моих спутников… Утром, вследствие резких перемен в температуре дня и ночи, я оставил свое спартанское ложе в маленькой лихорадке и пошел взглянуть на степной феномен, называемый Кыныром. Зияющая пасть этого чудовища тщательно выложена камнями и '''[92]''' увенчана огромною глыбой на подобие мельничного жернова с круглым отверстием по средине; рядом большая ванна для водопоя, тоже из цельного камня. Вода неприятно-горьковатого вкуса. Провозившись всю ночь и не набрав достаточно воды, Апшеронцы выступили отсюда в 4 часа утра. С тех пор обступали колодезь казаки и конно-иррегулярцы со своими лошадьми. Уже испытав несколько неудач, люди эти делали последнюю попытку достать воду и, за неимевнием длинного каната, связывали между собой разные веревки и недоуздки. После долгих хлопот ''кауга'' начала опускаться. Не достает. Подвязали еще несколько недоуздков. — Ну-ка, братцы, тяните… идет! II несколько наловчившихся казаков дружно перебирают веревку. Раздался неожиданный треск, — казаки отшатнулись. Оборвавшаяся кауга полетела обратно в колодезь и несколько мгновений спустя из его глубины донесся только едва слышный плеск. Кто-то предложил опустить на веревке киргизскую пику с изогнутым концом, чтобы захватить из колодца ведра и каугу. Сказано-сделано. Крючок, действительно, зацепил что-то тяжеловесное, но веревка оборвалась и на этот раз, и, к общему огорчению, все полетело назад… Раздался сигнал к выступлению. Казаки поспешно вскочили ''на непоенных коней и без воды пустились в безводную степь''… Как не замедлили обнаружить последствия, это была большая неосторожность. '''[93]''' Киргизы, равнодушно смотревшие до сих пор на все неудачи наших кавалеристов, теперь обступили колодезь и моментально спустили в него одного из своих собратьев, перехватив его за талию концом длинной веревки. Не прошло и двадцати минут, как они спокойно уже поили своих лошадей, вытащив предварительно из колодца целую груду солдатских ведер и котелков. Что значит привычное дело! Солнце в этот день светило как-то особенно ярко и часов в десять запекло так сильно, что невозможно было держать ноги в раскаленных стременах или прикоснуться к оружию. От сильного жара многие жаловались на головную боль. Лошади покрылись пеной; струи пота сбегали на их копыта, шаг их становился все медленнее и некоторые всадники уже слезли, видя заметное изнурение своих коней. Между тем, до ''Ак-Мечети'', цели нашего движения, оставалось еще вдвое более, чем мы успели проехать, и в виду этого, положение наше становилось критическим… Но как помочь делу? Направо от нас на краю горизонта подвигалась какая-то масса, подымая густые облака пыли, и мы остановились на несколько минут, чтобы направить туда свои бинокли. Оказалось, то были Апшеронцы, повернувшие в сторону от дороги на промежуточные колодцы ''Узун'', так как в эту жару было бы совершенно немыслимо для пехоты пройти в один день от Кыныра до Ак-Мечети. '''[94]''' Во время этой остановки полковник Л. обратил внимание на несколько тропинок, которые пересекали нашу дорогу и подобно радиусам направлялись к одному пункту влево от нас. Касумка полетел узнать, куда ведут эти тропки, и минут через двадцать снова показался в отдалении. — Сюда, сюда! надрывался Касумка, махая своею шапкой, — колодезь!… Киргизы помчались туда, как шальные. За ними молча поехали и мы, почти не сомневаясь в том, что неизвестный, по всей вероятности, заброшенный колодезь, не отмеченный даже на карте и случайно найденный почти на краю караванной дороги, доставит нам если не ''каундинский нектар'', то какую-нибудь отраву, которая может поспорить с ним. Наконец, кричали «колодезь», но воды могло и вовсе не оказаться в нем, и это казалось тем вероятнее, что не хотелось верить, чтобы проводники не могли не знать о существовании колодца в таком близком соседстве. А заподозрить их преданность мы еще не имели основания… В версте от дороги, в маленькой впадине, поросшей полынью, мы еще издали увидали небольшое и единственное отверстие, обложенное камнями. Киргизы уже достали ведро воды и с сияющими лицами поднесли его начальнику отряда; тот приказал одному из проводников выпить раньше, а затем попробовал и сам, — эта предосторожность считается не лишнею в виду слухов о том, что Хивинцы '''[95]''' отравили некоторые колодцы. — Превосходная вода! — воскликнул Л. Я заподозрил в этом возгласе умышленную похвалу и с недоверием приподнял ведро. Большая часть из нас в такой степени была измучена жаждой и зноем, что всякую лужу приняла бы как спасение. Представьте же теперь наш восторг, когда вода действительно оказалась превосходною во всех отношениях, — холодною и чистою, почти как у лучшего горного ключа на Кавказе!.. Вода! кажется, чем тут восторгаться? Мы ее забывали на целые месяцы при обыкновенных условиях жизни. Да, кто не провел несколько дней в пустыне под палящим солнцем, кто не задыхался и не испытывал головокружения от жажды, наконец, кто в продолженис целых недель не пил под именем воды самые убийственные микстуры, — тот, пожалуй, не поймет нашего восторга пред убогим колодцем прохладной воды! Но мы никогда не забудем этого колодца, так кстати подвернувшегося нам 28 апреля. Из проводников никто не знал его туземного названия ''Курук'', и потому тут же… за веселым завтраком, я предложил окрестить его ''Незабвенным'', и под этим именем он уже нанесен на карту. Привал наш у Незабвенного продолжался несколько часов. Все это время самая энергическая работа наших кавалеристов не прекращалась ни на минуту, и около пяти часов вечера, когда поили последних лошадей, он был исчерпан до '''[96]''' последней капли и из него доставали одну только грязь. За то люди, лошади пришли в такое состояние, что могли бы безостановочно двигаться хоть до рассвета следующего дня. Колодцы на Уст-Юрте показаны на наших картах крайне неверно, но их, надо полагать, не мало. Это подтверждается, между прочим, интересным разговором, бывшим в тот же день между одним Киргизом и подполковником конно-иррегулярного полка Квинитадзе. Надо заметить, что офицер этот Имеретин и христианин, но в течение тридцати-летней службы своей среди горцев олезгинился в такой степени, что трудно не ошибиться в его национальности. — Ты, кажется, мусульманин? спрашивает Киргиз подполковника, оглядывая его горский костюм и окладистую бороду. — Благодарение Аллаху, мусульманин. — И идешь драться с мусульманами? продолжал Киргиз с некоторым упреком в голосе. — Ведут, — иду поневоле, ответил подполковник, желая вызвать на откровенность своего собеседника. Киргиз помолчал некоторое время и затем проговорил, понизив тон, как, бы про себя. — Кырылсын! (да погибнут). — Они-то пусть погибнут, подхватил мнимый мусульманин, — а мы?… — Вы не погибнете, ответил Киргиз почти '''[97]''' шепотом, — здесь много колодцев вокруг. Русские записали и знают только те, которые на самом, пути. Если они погибнут в степи, вам, мусульманам, мы везде покажем воду и вы благополучно вернетесь на родину… Проводники наши, надо им отдать справедливость, служат плохо, постоянно отговариваясь тем, что «здесь не бывали». Но до поры до времени приходится смотреть сквозь пальцы на это, так как в противном случае мы рискуем быть брошенными на произвол судьбы, не найдя ни одного из них в одно прекрасное утро… Поздно вечером 28 числа мы настигли авангардную колонну и вмсте с нею ночевали у ''Ак-Мечети'' (Белая мечеть.). Откуда произошло это громкое название, Бог ведает, но здесь не было ровно ничего, кроме двух колодезных отверстий. На другой день рано утром мы перегнали на половине пути ту же колонну, выступившую с ночлега еще до рассвета, и в 10 часов утра с одною кавалерией прибыли в Ильтедже. '''[98]''' === XI. <br>Ильтедже и сюрприз из его колодца. — Редут и судьба его гарнизона. — Значение опорных пунктов. — Стоянка в степи. — Развлечение 1 мая и первая почта. — Последствия жары. === ''2 мая. Ильтедже.'' Чрез Ильтедже, по крайней мере на карте, проходит граница между нашими и хивинскими владениями, которые на самом деле никогда и не были разграничены. Место это избрано для устройства второго нашего укрпления, и только здесь мы, так сказать, вступаем в неприятельскую землю. По всем этим причинам в продолжение похода как-то особенно много говорилось об этом пункте, мы спешили к нему с таким нетерпением и чего-то ждали от него. И вот пришли: та же степь и та же безотрадная голая равнина с несколькими круглыми скважинами в одном месте. Из семи ильтеджинских колодцев вода была только в одном и то с большою примесью серы; остальные были засыпаны. Таким образом неблагоприятные слухи отчасти подтвердились, но благодаря Киргизам дело было поправлено. Они с '''[99]''' замечательным умением и ловкостию приступили к расчистке колодцев и так быстро добрались до воды, выбрав из них огромную массу земли и грязи, что шесть колодцев были в совершенном порядке ко времени прихода сюда авангарда. Зато к седьмому невозможно было подойти от страшной вони и в нем оказалась дохлая собака. Мы, конечно, думали, что падаль заброшена туда с целью испортить нам воду, но Киргизы не допускают этой мысли. Они полагают, что собака отделилась от какого-нибудь каравана и, что нередко случается здесь, невыносимые муки от жажды заставили бедное животное прыгнуть в колодезь. 30-го стянулся сюда весь отряд и в тот же день было приступлено к постройке редута такой же профили, как Беш-Октинский. Сегодня он уже готов, и в нем останется изолированною от всего мира, быть-может на многие месяцы, одна Апшеронская рота штабс-капитана Гриневича, с продовольствием на один месяц и со всеми верблюдами, пришедшими в негодность в течение похода (''Считаю не лишним прибавить здесь несколько слов о дальнейшей судьбе этой роты. Месяц на исходе, продовольствия не подвозят. Гриневич уменьшает ежедневную дачу и ждет с поразительным хладнокровием, но продовольствия нет и нет. Проходит месяц — в запасе остается всего по два фунта сухарей на человека и в перспективе голодная смерть. Тогда командир роты выстраивает своих людей и объявляет им, что для своего спасения они должны с <u>двумя фунтами сухарей пройти более 220 верст</u>. Рота выступает в ту же минуту и на четвертый день приходит в Беш-Окты, похоронив в дорог только одного солдата. Этот молодецкий поступок доставил Гриневичу искреннее уважение всех офицеров отряда. Продовольствие же не было доставлено по недостатку верблюдов''.). '''[100]''' Обеспечить роту продовольствием на дальнейшее время должен начальник опорных пунктов майор Навроцкий, если ему удастся добыть для этого перевозочные средства. Говоря откровенно, я не понимаю цели наших «опорных» пунктов. Обеспечить наше сообщение с тылом, то-есть с Киндерли, они не могут, если тут возникнут враждебные действия, так как отстоят для этого слишком далеко друг от друга. Следовательно, есть ли эти пункты или нет, транспорты с продовольствием могут двигаться за нами только с надежным прикрытием. Служить так называемыми базисами наших операций в ханстве также не могут; мы удалимся от них на многие сотни верст и для нас будет совершенно безразлично, есть ли за нами заброшенная где-то в степи рота или нет ее. Между тем пункты эти отнимают целые роты от нашего и без того крайне слабого отряда, и это выделение едва ли не будет чувствительно для нас, в особенности в том случае, если почему-либо нам не удастся соединиться с Оренбургским отрядом, и мы принуждены будем самостоятельно действовать со своими двумя баталионами против, быть может, соединенных сил всего Хивинского ханства. Конечно, этот случай крайний, но никто не может поручиться, что он не будет иметь места. Мы проводим здесь третий день, и вы себе представить не можете, что это за скука стоять в степи. '''[101]''' Уже лучше двигаться!… Выспался и затем не знаешь, что делать: все переговорено, все уже выдохлись. Покажется «Ананас», — и уже знаешь, который из его анекдотов будет повторен чуть не в сотый раз. И «Соловей» замолк, — ему уже не до песен: он принужден был бросить в степи своего изнуренного буцефала и идти пешком последние переходы. Взялся было за книгу, — задул сухой и жгучий южный ветер и поднял пыль, которая затмевала воздух и от которой нет возможности уберечься никаким покрывалом; она обезобразила все и всех и просто съела глаза. Оставалось одно, лежать с закрытым лицом под убогою тенью африканского шатра и прислушиваться к его однообразному трепетанью… Так прошли два дня. Вчера, 1 мая, вздумали пускать боевые ракеты для практики молодых Лезгин и казаков, из которых состоит наша ракетная команда. Многим из нас, и мне в том числе, никогда не приходилось видеть полет этого снаряда, и потому мы с любопытством смотрели, как ракеты со змеиным шипением вылетали из станков и с треском разрывались далеко в стороне от взятого направления, благодаря сильному ветру… Едва окончилось это развлечение, как неожиданно прибыл нарочный Киргиз из Киндерли и привез нам первую почту, с массой газет и писем. Благодаря этому, остальной день прошел почти незаметно. '''[102]''' Колонны уже выступили отсюда в прежнем порядке. Через несколько часов тронемся и мы, но усилившийся ветер и пыль, вероятно, отравят весь сегодняшний переход. Окончив это письмо, я приказал своему вестовому подать сургуч и свечу. Провозившись что-то долго в одном из вьючных сундуков, вестовой, как-то особенно ухмыляясь, поднес мне коробку и четыре фитиля вместо свечей… Стеарин растаял, а из отдльных сургучных палочек образовалась одна сплошная масса, и все это — внутри сундука, куда, конечно, не проникает солнце. Можете судить из этого, какая температура нас сопровождает. '''[103]''' === XII. <br>Путь до Алана и общее впечатление Уст-Юрта — Табын-Су и недоразумение. — Первые пленные и первое известие об отряд Веревкина. — Изменение маршрута с целью сближения с Оренбургцами — Барса Кильмас. — Алан и его цистерна. — Туркменское предание о походе князя Бековича-Черкасского === ''6 мая, Алан'' В два с половиной дня мы углубились в степь еще на 135 верст и утром 3 мая прибыли в ''Алан''. Последний пункт, как увидите, и сам по себе, и по своим историческим преданиям не лишен значительного интереса; но зато целый ряд предшествующих ему колодцев, ''Байлыр, Кызыл-Агыр, Байчагыр и Табын-Су'', только верные копии с каких-нибудь ''Ак-Мечетей'', на более или менее значительном расстоянии друг от друга. Пустынный Уст-Юрт попрежнему стелется во все стороны, безбрежною, безмолвною и серою равниной без красок, как одна сплошная, сравнявшаяся могила. Ничто не напоминает о его прошлом, точно все минувшие века бесследно пронеслись над гробовым молчанием этого '''[104]''' обширного, заколдованного царства смерти. Потом, те же скучные и утомительные переезды от колодца к колодцу и спартанские ночлеги без крова и приюта; те же невыносимые зной и жажда, постоянные здесь, как вечность, как роковая неизбежность; наконец, тот же ежедневный вид колонн то прибывающих, то выступающих. Вся разница в том, что мы еще чаще менялии на этом пространстве минеральные воды, скверную на отвратительную или наоборот, и расстояние между ними оказывалось 30 верст вместо 70, если не обратно. Когда же, думаешь, мы выберемся из этого ада, который сушит, жжет, валит с ног, и только ночью дает слегка оправиться, собраться с силами для перенесения новых мук, новых испытаний!… Ужасная глушь!… Я вношу в свою походную книжку чуть не каждую глыбу камня, встреченную на пути; Тем не менее, перелистывая ее страницы за последние дни, в которые мы сделали почти полтораста верст, я нахожу одне крайне не интересные заметки о том, когда мы выступили, когда настигли такую-то колонну и где ночевали с тою или другою из них. Около ''Байлыра'' мы встретили небольшое степное кладбище ''Бай'', с почерневшими от времени намогильными камнями; это единственный признак человеческой жизни, когда-либо бывшей на огромном пространстве от Бусага до Алана. Верстах в двух от последнего колодца ''Табын-Су'' дорога вступает в район песчаных '''[105]''' холмов, с редкими саксауловыми кустами, и тянется в этой обстановке на несколько часов езды. Вода в этих колодцах особенно памятна по своему гадкому, совершенно соленому вкусу. Судя по ее безразличному действию на всех, не исключая лошадей верблюдов, нужно думать, что она могла бы успешно заменить в медицине самые сильные слабительные средства. Едва мы прибыли к этим колодцам, из запоздавшей несколько арриергардной сотни прискакал всадник с известием, что в стороне от дороги показалась какая-то большая партия людей с табуном, и что завидя ее сотня сбросила на дороге все свои тяжести и поскакала на добычу. Начальник отряда тотчас же нарядил туда еще сотню из лагеря. С нею вместе и мы вскочили на нерасседланных еще коней и полетели по указанному направлению, несколько южнее нашей дороги. Уже темнело, когда арриергардная сотня приблизилась ко мнимой партии и… едва не сделалась жертвой своей ошибки; ее встретил готовый к бою и чуть не залпом наш же авангард, в свою очередь введенный в заблуждение. С обеих сторон последовало, конечно, полнейшее разочарование. Подполковник С. вышел из Байчагара ранее нас и, сойдя с караванной дороги, взял южнее и направился прямо на ''Иттибай'' чрез колодезь ''Мендали''. Его-то колонну на бивуаке, оказалось, арриергард принял за враждебную партию. Наша вспомогательная сотня была не более счастлива: '''[106]''' бесплодно порыскав по степи несколько часов и загнав бедных лошадей, мы не нашли даже своего авангарда и поздно ночью торжественно вернулись в ''Табын-Су''. Эта вечерняя прогулка посте целого дня, проведенного на коне, привела нас в такое состояние, что просто животы подводило от голоду; между тем, по обыкновению, в Табын-Су нас ждал ужин, состоявший из одного чая с солдатскими сухарями… Проводники наши, посланные вперед для осмотра колодцев, завидели около Табын-Су несколько хивинских Киргизов с верблюдами и лошадьми. Те пустились было бежать, но наши настигли их и привели к начальнику отряда трех Киргизов, пять лошадей и семь верблюдов. Эти пленные подвернулись весьма кстати, так как от них мы получили первое известие об Оренбургском отряде; по словам пойманных, дней пять тому назад отряд генерала Веревкпна стоял на западном берегу Аральского моря, у мыса ''Ургу-Мурун'', и дня два тому назад они же видели в степи посланных этого генерала, развозивших его успокоительные прокламации, обращенные к кочевому населению. Пленные Киргизы, как знатоки местности, могут принести нам немалую пользу и потому им обещаны полная безопасность и денежное вознаграждение под условием их службы в качестве наших проводников. Двое из них уже отправлены вперед за точными сведениями о направлении движения Оренбургцев. '''[107]''' Покамест, до получения более определенных известий об Оренбургцах, предположения о возможном пункте соединения обоих отрядов основываются на следующих соображениях: Айбугирский залив Аральского моря составляет западную границу Хивинского оазиса и отсюда идут на Хиву две важнейшие дороги: северная — чрез Кунград и южная — чрез Куня-Ургенч. Генерал Веревкин, находившийся еще недавно у мыса Ургу-Мурун, может проникнуть в ханство только обогнув Айбугир с юга; это естественный путь для движения туда из Оренбурга, избранный еще графом Перовским для экспедиции 1839 года, и в таком случае, он выйдет на южную дорогу, и соединение наше может последовать где-нибудь пред Куня-Ургенчем. Но Айбугирский залив, по словам наших пленных, совершенно высох еще лет двенадцать тому назад, и дно его не составляет уже препятствия для движения отрядов; если это справедливо, Оренбургцам нет надобности огибать далекий Айбугир, они могут пересечь его поперек и прямо выйти на северную дорогу, т. е. на Кунград. В этом последнем случае, продолжая движение по караванной дороге, мы должны будем взять собственными силами Куня-Ургенч, и тогда можем соединиться с Оренбургцами только в городе Ходжейли, где под острым углом сходятся обе западные дороги. В виду этих соображений, начальник отряда решил оставить на время караванную дорогу и сосредоточить весь отряд '''[108]''' несколько севернее, у многоводного ''Алана'', как центрального пункта между обоими западными путями, наиболее сближающего нас к Оренбургцам, которая бы из дорог ни была ими избрана для своего вступления в Хивинский оазис. На основании всего этого, на рассвете 5 мая мы выступили из Табын-Су и, взрывая глубокие пески, направились к Алану. В этот день, как и во все предшествовавшие, не переставая дул прямо в лицо сухой и горячий ветер, точно из отдушины только что закрытой печки, а солнце нечего и говорить, запекло по обыкновению. Лицо горит, кожа у всех облупилась, глаза запылены, губы рассохли и растрескались, вы чувствуете на себе слой грязи, накопившейся в течение двух недель, проведенных почти не раздеваясь, а тут, вправо от дороги, как нарочно, заблестело под яркими лучами солнца широко раскинувшееся озеро… Вас так и тянет подскочить к его заманчивому берегу, сбросить все, прыгнуть в воду, очиститься, освежиться. Но увы!… Опять обман! Пред вами белеет, сверкая на солнце, точно равнина, усыпанная бриллиантами, гладкая поверхность обширного солончака ''Барса-Килмас'' (Солончак этот имеет не менее полутораста верст в окружности, а название его означает ''пойдешь — не вернешься''.), и скучно тянется снова утомительно однообразная дорога… Но вот чернеет вдали что-то в роде одинокого кургана и привлекает общее внимание, как все '''[109]''' мало-мальски выдающееся на этой беспредельной равнине. «Это Алан, — крепость Девлет-Гирея», сообщают проводники, и мы прибавляем шаг. Наше любопытство растет по мере того, как неясные очертания кургана все более и более принимают правильные формы огромной постройки, как бы волшебною силой переброшенной из Европы в эту дикую, безотрадную пустыню… Наконец пред нами правильный четырех-угольный редут с небольшими бастионами по углам, сложенный весь из больших каменных плит, почерневших от времени. Длина каждого из его фасов, прорезанных бойницами, 60 шагов. Толстые стены редута возвышаются и в настоящее время несколько более двух сажен, но надо полагать, что были гораздо выше, так как сверху оне сильно обвалились. Единственный узкий вход с поврежденным сводом ведет с южной стороны во внутренний двор укрпления, поросший бурьяном и частью заваленный камнями. За оградой редута, с одной стороны, расположено небольшое кладбище; но как здесь, так и на стенах укрепления мне не удалось найти ни одной надписи, за исключением небольшого и весьма грубого изображения креста, высеченного на одном из черных надгробных камней. В нескольких саженях пред входом в укрепление находится прекрасный водоем, какой только можно пожелать в этой безводной стране, и это самое замечательное в Алане. Он несколько '''[110]''' напоминает известный Пятигорский провал на Кавказе и имеет около 10-ти сажен в диаметре и 12 в глубину; водяной столб доходит до 7-ми сажен, а на остальные 5 сажен, подобно стене круглого бассейна или внутренности старинной башни, возвышаются над поверхностью воды наслоения голого плитняка. Вследствие того, что нижние, более мелкие слои камня обвалились и осели вокруг воды широким кольцом, массивные верхние плиты местами значительно высовываются внутрь на подобие естественного навеса и в общем образуют вокруг воды фантастическую галлерею, совершенно недоступную солнечным лучам. Ход к этой цистерне, начинаясь пред воротами укрепления и постепенно углубляясь, выходит подобно узкой трещине на средину высоты галлереи, а уже отсюда круто спускается к самой воде, так что напоследок приходится прыгнуть на сложенный внизу каменные глыбы. В тени галлереи вечно царствует приятная прохлада, несмотря на окружающую сорокаградусную температуру на солнце… Отряд наш расположился вокруг Алана. Солдаты составили ружья и поспешно развьючили верблюдов, казаки торопливо облегчили лошадей, и затем вся эта пестрая толпа запыленного народа мигом обступила диковинный бассейн пред укрплением. Ведра и котелки полетли на воду, и закипела обычная, а на этот раз и веселая работа всеобщего водопоя… Офицеры, помогая друг другу, спустились вниз '''[111]''' и, отдавшись неге под тенью фантастической галлереи, долго и на все лады обсуждали интересующий всех вопрос: что это за бассейн и что за укрепление? Чего только ни приходилось слышать на этих диспутах!… Провал, говорили самые мудрые, «бесспорно» вулканического происхождения, а постройку укрепления, без дальних околичностей, считали делом Македонского героя, основываясь, разумеется, только на кавказской привычке приписывать все, что носит отпечаток более или менее глубокой древности, если не Тамаре, то Александру… Между тем, если обратиться к преданиям еще свежим у степняков, ларчик, мне кажется, открывается довольно просто. По мнению некоторых из них, Алан построен каким-то Бухарским эмиром; другие приписывают его постройку Тамерлану, известному здесь под именем ''Аксак Темира'' (хромой Темир); но большинство приписывает ''Девлет-Гирею'', и под этим именем он известен степному населенно. — Кто же был этот Девлет-Гирей? — Девлет-Гирей, отвечали Туркмены, — был ''Урус-гяур'', когорый лет полтораста тому назад шел на Хиву и погиб там вместе со своим войском. Эти слова достаточно указывают на злополучный поход 1717 года под начальством князя Бековича-Черкасского. Последний, как известно, был выходец из Малой Кабарды, и Девлет-Гирей, надо полагать, было мусульманское имя, которое он носил до принятия православия. '''[112]''' Девлет-Гирей, начальник русского отряда, — легендарный герой в Киргизских степях. рассказы о его Хивинском походе переходят здесь из рода в род и свежи еще и в настоящее время. Вот почти дословный перевод того, что я слышал о нем от нашего муллы и от туркменских старшин: «Девлет-Гирей двигался в степи очень медленно и по дороге строил более или менее значительные укрепления, в которых оставлял часть своего войска. Одна из этих крепостей — Алан, другая построена на берегу Айбугирского залива, у Кара-Гумбета. Обогнув Айбугир с юга, Девлет-Гирей взял ''Куня-Ургенч'', ''Ходжали'' и другие города и остановился в городе ''Порсу'', где и до сих пор стоит его большая крепость такой же формы, как Алан. «Желая спасти свою столицу, бывший в то время Хивинским ханом Шир-Гази, в сопровождении огромной свиты, явился в знак покорности к Девлет-Гирею в Порсу и целым рядом празднеств и угощений успел приобрести полное доверие и расположение русского начальника. Прожив две недели в Порсу, Шир-Гази пригласил Девлет-Гирея к себе в Хиву и просил при этом, как бы для успокоения жителей столицы, чтоб он не брал с собой всего отряда. Девлет-Гирей согласился, и выехал вместе с ханом, в сопровождении одной своей конницы. В деревне, где был первый ночлег хана, русскую конницу разбили по квартирам, от 10-ти до 15-ти человек в каждой. Ночью подошли '''[113]''' хивинские войска, одновременно напали на квартиры спящих Русских и вырезали всех до единого… Такое же нападение было сделано на другой день и на главный пеший отряд, стоявший в Порсу. «Девлет-Гирей, узнав об участи своих солдат, убил приставленного к нему почетного Хивинца, а потом застрелился и сам…» О смерти самого Бековича есть и другие варианты: что его отвезли в Хиву и там повесили за подбородок; что его провели по всем домам, где валялись окровавленные трупы солдат, затем с живого сняли кожу и, прибавляют наивные степняки, «набили ее сеном и отправили к царю в Патырпух…» Предание это в деталях, конечно, не согласно с историей. Так, между прочим, известно, что весь четырехтысячный отряд Бековича был кавалерийский, так как, кроме драгун и казаков, у него были только две роты и те посаженные на лошадей. Собственно в этом отношении легко согласовать разноречия, так как, пройдя в самую жаркую пору около 1.500 верст голодным степям, Бекович весьма легко мог потерять даже большую часть своих лошадей. Что же касается других эпизодов этой экспедиции, то и исторические сведения о них основаны на одних слухах, проникших в Россию много лет спустя после погибели Бековича и его отряда; следовательно который из рассказов достовернее — Аллах ведает. Как-бы то ни было, нельзя не пожалеть, что, '''[114]''' совершив одну из блестящих степных экспедиций, князь Бекович погубил свой отряд вследствие благородной доверчивости и незнания вероломных нравов средне-азиатского народа. Алан служит ему прекрасным памятником в этой пустыне, а нам пусть послужит одним лишним предостережением… Бастионики Аланского укрепления не оставляют никакого сомнения в том, что это произведение европейское, и в таком случае только отряда Бековича. О вулканическом происхождении провала здесь не может быть и речи: он, нельзя думать иначе, образовался на месте обыкновенного степного колодца, вследствие извлечения огромной массы камня, употребленного на постройку самого укрепления. Казаки, бывшие на пастьбе верблюдов, нашли недалеко от Алана еще другой водоем такого же происхождения, но гораздо меньших размеров и до половины поросший высоким камышом. Многие офицеры уже второй день проводят там большую часть времени, купаясь чуть не через каждый час, несмотря на то, что камыши и змеи отнимают большую долю этого удовольсивия… '''[115]''' === XIII. <br>Первая кровь и добыча авангарда. — Недостаток продовольствия. — Песчаный буран. — Дух отряда и отзыв о ней иностранца. — Предписание о соединении и письмо генерала Веревкина. — В положении утопающих === ''7 мая, Алан.'' Первый ночлег у Алана я, кажется, никогда не забуду, — так хорошо спалось на простой кошме под открытым небом, после нескольких продолжительных купаний в холодной воде… В три часа ночи я проснулся от сильного топота коней проходившей мимо казачьей сотни. Рядом со мной, около палатки начальника отряда, что-то суетились и седлали коней… — Что такое? Куда это вы? вскочив на ноги, обратился я к одному офицеру, догонявшему сотню. — Сейчас получено известие, поспешно отвечал он, — что авангард наш имел дело. С. и другие офицеры ранены… Мы едем к ним с начальником отряда… Оказалось следующее: '''[116]''' Не успев получить во-время распоряжение о повороте на Алан, авангард продолжал движение по прежнему маршруту, на Иттибай. Подходя к этим колодцам, офицеры заметили трех удаляющихся от них конных Киргизов и бросились за ними с несколькими казаками, бывшими при авангарде. Настигнутые Киргизы взялись за оружие, но борьба была неравная: двое из них убиты, третий скрылся. В то же время наши заметили недалеко от себя огромный караван в несколько сот верблюдов и множество сопровождающих его конных людей, которые всполошились при виде русских всадников и начали погонять караван. Подполковник С. и те же офицеры и казаки, боясь упустить добычу и потому не ожидая пехоты, выхватили сабли и револьверы, и в карьер бросились на прикрытие каравана. Киргизы приняли их в пики и завязалась свалка… Один здоровый Киргиз с огромною дубиной в руке налетел на С. и замахнулся. Но, к счастию, удар миновал начальника авангарда и обрушился на голову его прекрасной лошади; та взвилась на дыбы и опрокинулась вместе со всадником. Проворный Киргиз моментально схватил эту лошадь и ускакал вместе с нею. Все револьверы наших разряжены в упор, но несмотря на это, Киргизы начинают одолевать, благодаря своей численности. Момент критический!… В эту минуту показалась вблизи одна из Апшеронских рот, которая бегом спешила на выстрелы вместе с майором Аварским: '''[117]''' Киргизы бросили все и обратились в поспешное бегство. На месте остались 16 трупов и боле 200 верблюдов с полным грузом. У нас ранены: тяжело — капитан Кедрин; более или менее легко — сам С., который получил 7 ран, и все десять бывших с ним казаков… Рассказывают, что между прочими прибежал к месту действия и человек подполковника С, бывший его дворовый, Мишка. Увидя раненым своего барина, он бросился к его ногам и произнес, всхлипывая: — Эх, занес же нас нелегкий в эту Трухменщину!… Один сын был у отца. Добыча авангарда — просто спасение для нашего отряда! Она большею частию состоит из риса и сорго, которое, говорят, чрезвычайно питательно и заменяет ячмень в значительной части Средней Азии, и подвернулось тем более кстати, что наши скудные продовольственные запасы почти на исходе: если кормить людей полною дачей — дня через три нечего будет есть; давая в сутки по полуфунту сухарей на человка мы можем растянуть их дней на двенадцать, а там… что Бог пошлет!… Наши лошади давно уже получают ячменя только по полтора гарнца в сутки. Сена оне и не видли после Киндерли, а подножный корм, изредка попадавшийся до сих пор, состоял из сухой колючки, которую с трудом пережевывают верблюды; лошади и не прикасаются к ней. При огромной работе и такой скудной даче, бедные животные изнурились '''[1''''''18]''' в такой степени, что за редкими исключениями с каждым днем все больше и больше напоминают собой несчастных кобыл Кащея Бессмертного… Офицеры бедствуют как нельзя более. Некоторые из них вовсе не имели лошадей, другие потеряли их за поход от изнурения, и теперь идут пешком наравне с солдатами. Надеясь на маркитанта, который так и остался в Киндерли по недостатку верблюдов, офицеры выступили в поход, не имея ничего, кроме оружия и денег, и теперь, по необходимости, довольствуются скудною пищей нашего солдата. Между ними не мало и таких, которые в течение последней недели питались одним чаем и съели за все это время три-четыре фунта сухарей… Тем не менее, превосходное состояние духа не оставляет их ни на минуту и если прислушаться к их речам, то-и-дело повторяется: «Вперед, вперед, господа!… Нам нужно идти день и ночь. В противном случае, вместо враждебных Узбеков и Туркмен, нас встретит в Хиве гостеприимство наших же соотечественников другого отряда, и это будет верх скандала!…» О солдатах наших и говорить нечего. Я просто не умею передать, что выносят их изумительные натуры. Нужно видить самому обстановку нашего похода и труды солдата, чтобы в надлежащей степени оценить это золото! В температуре, колеблющейся между 38 и 42 градусами, совершая ежедневно огромные переходы, солдат наш почти весь поход идет '''[119]''' на одних сухарях. Иногда раздают баранину, но при этом сплошь да рядом случается так, что не достает или топлива, или воды не только для варки, но даже для утоления жажды… Солдат носится со своею бараниной в мешке в ожидании благоприятного случая, но надежды его не сбываются, баранина начинает быстро разлагаться и выбрасывается в степи. — На что, Митрич, бросаешь? острит на ходу товарищ, потный и почерневший от жара солдат. — Поваляй в песке, за киргизскую солонину пойдет… — Ничего… в Хиве свежего наедимся, перебрасывает Митрич. — Ну уж и пекло сегодня… не хуже вчерашнего!… Слепит глаза, а затылок словно угольками горячими обложило… Что-ж, братцы, затянем, что ли, маленько?… а то дремота разбирает, хоть бросай ружье да ложись… И зальется, далеко оглашая пустыню, наполняя ее молчаливую тишину, дружная хоровая песня, неразлучная спутница нашего солдата… Она незаметно поглощает и его минутное уныние и тоску по далекой родине. Незаметно, как бы сами по себе начинают становиться тверже и размашистее сотни ног, и массы белых рубах, группируясь по сторонам тяжело нагруженных верблюдов, то исчезают в густых облаках пыли, то снова выростают из них, сверкая на солнце щетиной своих штыков, и бодро и безостановочно подвигаются вперед и вперед… '''[120]''' Дотянул солдат до ночлега, дождался дневки, бедный, он и не мечтает найти даже здесь отдых и покой. Днем его ждет беготня под открытым солнцем на пастьбе верблюдов, ночью — утомительное бодрствование на аванпостах. Счастье, если еще природа не выкинет при этом какого-нибудь сюрприза… Пришли мы к Алану. Лучшей стоянки и придумать нельзя в степи: вода в изобилии, нашлось и топливо в виде сухой колючки, да у последних колодцев люди запаслись саксаулом. Благодаря этому, солдаты принялись варить давно не отведанную, горячую пищу, и еще засветло вспыхнули огоньки по всему лагерю… День был удивительно тихий, но… вдруг, пред закатом солнца, поднялся ветер и усиливаясь все более и более, через четверть часа разразился страшным бураном… Песчаные столбы один за другим пролетали по лагерю, срывая палатки, застилая солнце и немилосердно засыпая все толстым слоем раскаленного песку. Ветер опрокидывал котелки, сметал целые костры и вместе с песком, огненным дождем засыпал людей, верблюдов… весь лагерь. Поднялась страшная суматоха!… Слышались громкие голоса со всех сторон: «Тушить огни!… Держать лошадей!… Держите палатку, дьяволы!…» Среди завываний ветра урывками доносились крики, ржания коней, плач обожженных верблюдов… но ничего нельзя было разобрать в этом хаотическом кружении всепроникающей стихии… Песок засыпал глаза и больно обдавал лицо, словно мелкою дробью на излете… '''[121]''' Уже стемнело, но чтобы зажечь свечу и взяться за что-нибудь нечего было и думать. Надоело лежать закупорившись под буркой… Придерживая обими руками фуражку и повернувшись спиной к ветру, я пробирался куда-то мимо укрепления Бековича и наткнулся на группы Лезгин и солдат, занятых варкой. Здесь, под защитой каменных стен, и то каким-то чудом, удалось сохранить огни под котелками. Солдаты обступали их и, повидимому, с нетерпением ждали приступа к горячей пище. Вдруг рванул ветер. Протирая свои глаза, я только услышал шипение залитых огоньков и затем дружный хохот окружающей толпы: один из котелков был опрокинут и… плод трудов и борьбы нескольких часов, вылит на песок. Плюнули солдаты-хозяева, выругались, как водится, и побрели прочь от потухшего огня. Немного погодя, ветер утих, и в ротах, как ни в чем не бывало, загремели песни… Не унывают наши солдаты и в самые трудные минуты борьбы и невзгод, точно все им трынь-трава, — и голод, и жажда, и палящий зной. Ропот вычеркнут из их немудрого словаря; он им и в голову не приходит, так как видят, что винить в их бедствиях некого… рассказывают, что еще 18 апреля, при движении на Сенеки, один из фельдфебелей сказал своей роте: «Не родить же начальству воду и прохладу? Хоть тресни, а идти надо. Иначе кто тебя спасет?…» '''[122]''' Так рассуждают теперь все солдаты, которых единственное желание состоит в том, «чтобы поскорее встретиться с Хивинским ханом и намылить его бритую башку». Но и это, по своей удивительной натуре, они говорят добродушно, без всякой злобы… Словом, дух отряда не оставляет желать ничего лучшего, все рвется вперед, в Хиву, и я совершенно понимаю то впечатление, которое наши молодцы должны были произвести на германского офицера, лейтенанта Ш. Как-то раз, на привале, он выразился таким образом: — Я видел в мирное или военное время войска всех европейских государств, но такую пехоту, как ваша, я вижу первый раз! Для меня непонятно, каким образом привычные к холодам жители севера с таким мужеством, так легко и беззаботно выносят это дьявольское пекло безводных степей, и совершая изумительные переходы, не имеют за все время похода ни одного больного!… Сегодня прибыл сюда наш авангард и с ним начальник отряда и все раненые. Еще ранее их возвратился Киргпз, который был послан из Киндерли к генералу Веревкину с донесением о времени нашего выступления. Генерал предписывает, из урочища Каскаджули, соединиться с ним на берегу Аральского моря, у мыса Ургу, где он полагает быть с Оренбургцами 4 или 5 мая. Сегодня уже 7 число, и мы по необходимости потеряли '''[123]''' лишний день в ожидании авангарда. Киргиз-гонец, оказывается, разъехался с нами на возвратном пути, побывал в Киндерли, и уже не найдя нас там, вторично пустился в дорогу и догнал нас. Ясно, что он не мог сообщить нам ничего свежего об Оренбургском отряде… Сегодня вечером прибыл сюда другой нарочный от генерала Веревкина, с письмом от 28 апреля, в котором генерал вторично просит о нашем соединении с ним около 5 числа у мыса Ургу. «… Такое направление Кавказского отряда, — пишет между прочим генерал, — я предпочитаю направлению на Айбугир или Куня-Ургенч, потому что, имея довольно достоверные сведения о том, что генерал-адъютант фон-Кауфман должен быть уже на переправе чрез Аму-Дарью и, по всей вероятности, на днях, подойдя к Хиве, конечно без больших затруднений овладеет ею, не ожидая уже запоздалого содействия прочих отрядов. Затем прямое направление этих отрядов к городу Хиве будет уже излишним; между тем как в северной части ханства может образоваться новый центр сопротивления, из Каракалпаков, Туркмен и наших беглых Киргизов. Поэтому, мне кажется, направление на Кунград, как военно-административный центр северной части ханства и как город, имеющий особое значение в глазах Киргизов и Туркмен, едва ли не будет наиболее соответственным. Притом же, еслиб и потребовалось потом идти к Хиве, то '''[124]''' потери времени почти не будет, а двигаться придется по путям более населенным и лучшим. Самое довольствие, в котором Кавказский отряд может нуждаться впоследствии, в Кунграде заготовить легче, чем где-либо в ханстве. «По последним полученным сведениям видно, что около Ургн, где стоит хивинская крепостца Джани-Кала, собралось значительное вооруженное скопище всякого сброда, Киргизов, Каракалпаков и Узбеков. Ввренный мне отряд, по сосредоточении своем, немедленно предпримет атаку против этого скопища и крепостцы, и было бы очень приятно и лестно для нас, если бы славные Кавказские войска могли оказать при этом содействие. «Около Алана или вообще на пути вашем кочуют в настоящее время виновники Мангышлакского возмущения 1870 года, Гяфур-Калбин, Иса, Дусан, Ирмамбет и др. Считаю не бесполезным сообщить вам об этом». Известие о получении этого письма быстро облетело наш лагерь и, надо признаться, произвело в нем весьма тяжелое впечатление. Ясно для всех, что Оренбургцы опередили нас… Но будут ли они ждать нашего присоединения или одни углубятся в оазис? Вот вопрос, занимающий всех в настоящую минуту… Мы в положении утопающих, но тем не менее, как-то не хочется верить, чтобы наш поход, сопряженный с невероятными трудами, мог оказаться никому не нужною прогулкой!… Не теряя энергии, мы '''[125]''' хватаемся за единственную соломинку пред нами, — за русское ''авось''. Во всяком случае, время нашего приближения к оазису отдаляется: вместо прямого движения на Куня-Ургенч, мы должны направиться на север, снова углубиться в степь с ее постылыми колодцами, и кружным путем идти на Ургу, на соединение с Оренбургским отрядом или, вернее, в догонку за ним… Я не знаю, что бы мы сделали, еслибы подполковник С. с горстью всадников не отбил, совершенно случайно, на Иттибае, почти двухнедельное продовольствие для всего отряда… Выступаем завтра с рассветом. Решено ''форсировать движение до последней возможности''… '''[126]''' === XIV. <br>Выступление из Алана — Пески Барса-кильмас. — Горький щенок и новый вид саксаула — Киргизский «Терек». — Джакши-Ербасан. — Ночное блуждание и «гадкая впадина». — Несостоятельность форсированных движений. === ''9 мая, Джаман-Ербасан.'' Преследуя цель, которою я окончил последнее письмо и в видах скорейшего соединения с Оренбургцами, хотя с частью этого отряда полковник Л. разбил всю нашу пехоту на две колонны: первая, так сказать, облегченная колонна выступала из Алана в 3-м часу утра 8 мая под командой генерального штаба подполковника П., в составе шести рот, саперной команды и всей артиллерии, имея с собой только небольшое число верблюдов для поднятия воды, патронов и семидневного продовольствия. Вторая — из трех рот и нескольких казаков, под начальством майора Аварского, со всеми верблюдами и тяжестями отряда, благодаря своей обузе, едва могла тронуться около 7 часов. Кавалерия с ракетною командой, а '''[127]''' с нею и мы с начальником отряда, выступила несколько ранее Аварского, опередила колонну П. и составила авангард. Предполагалось сохранить прежний способ марша, как наиболее соответствующий климатическим условиям, то есть двигаться до 10 часов утра и после 4 пополудни и бивуакировать во время знойных промежуточных часов. Но здесь все зависит от колодцев; расстояние между ними исключительно обусловливает успех степного движения, а затем уже температура. Поэтому и наши предположения не замедлили рушиться в первый же день после выступления… Пески начались почти у самого Алана. Они носят название ''Бирса-килмас'' и составляют как бы продолжение на север того обширного солончака под тем же именем, который мы видели при движении 5 мая. Слишком две тысячи конских ног на полном ходу начали бороздить это песчаное море, раскинувшееся пред нами, и подняли вокруг страшную массу густой желтой пыли… Трудно было разглядеть и ближайшего всадника, хотя яркое солнце, пронизывая песчаные облака, казалось, выходило из себя, чтобы сильнее поддать и жару, и свету… Запыленные лошади быстро взмылились и приняли такой вид, как будто только что выкупались и повалялись на песке… Через три часа хода в этой обстановке, мы наткнулись на маленький колодезь ''Торша-тюла'' (Горький щенок.). '''[128]''' Вкус его воды как нельзя более соответствовал названию, но тем не менее, мы сделали здесь привал, напоили коней, закусили бараниной с сухарями и в самое пекло тронулись далее… По мере удаления от Торша, пески становились глубже, волнообразное и наконец пошли огромные сыпучие холмы с разбросанным кое-где саксаулом. Еще дальше потянулся целый лес этих деревьев, но лес странный, безобразный, не имеющий ничего общего не только с деревьями, который мы привыкли видеть, но даже с беш-октинским саксаулом. Точно массы узловатых корней вековых деревьев вырваны ураганом, исковерканы и загрязнены наводнением, и каким-то чудом выброшены сюда на волнообразную, изрытую песчаную поверхность, — таков общий вид этого печального леса… После нескольких незначительных подъемов и спусков дорога неожиданно выбежала на вязкую топь, поросшую густым камышом, посреди которой точно чудовищная пиявка извивалась бурая речонка аршина в полтора ширины. Густой осадок соли подобно ледяной коре, выглядывавшей из-под стоячей воды, не позволял и думать об утолении здесь жажды. Мы, не останавливаясь, проехали мимо, и речонка лишь на несколько минут развязала языки упорно молчавшим от жары казакам нашим… — Эка, братцы, бисова сторонушка!.., слышалось между ними. — Вот и до Терека его добрались… Как-раз по киргизскому рылу и эта самая река его!.. '''[129]''' Казалось, нет конца пескам Барса-Кильмаса. Лошади вязли в них по колени и благодаря этому подвигались так медленно, что понадобилось почти десять часов для тридцативерстного расстояния от Алана до Джакши, где предполагался общий ночлег. Мы дотянулись сюда только к 4 часам пополудни… Джакши-Ербасан в переводе — «хорошая впадина». Если принять в соображение пять колодцев порядочной воды, изобилие топлива и верблюжьего корма, что составляет все необходимое для кочевой жизни, нельзя не согласиться с киргизским названием этой местности. Но сыпучие барханы, окружающие впадину, ежеминутно готовы при малейшем дуновении ветра разразиться песчаным адом и отравить всякую жизнь… Поэтому сами Киргизы не долюбливают это место и редко кочуют здесь. Через час после нас подошла сюда наша главная колонна и расположилась на ночлег. Было еще рано, а до следующего колодца, говорили, 13 верст… Мы уже успели напоить коней и, несмотря на их утомление, нас непреодолимо тянуло вперед… Хотелось пройти еще хоть эти 13 верст, так как генерал Веревкин мерещился каждому из нас чуть не подходящим к самым воротам Хивы… Начальник отряда с удовольствием выслушал заявление об этом общем желании, и… через несколько минут кавалерия уже удалялась от Ербасана. Бедный наш Прусак Ш., страдавший последние '''[130]''' дни от сильного влияния Табын-су, здесь, на Ербасане, окончательно разболелся. Но при всем желании мы ничем не могли помочь больному, так как при нашем отряде нет не только лазаретной или какой бы то ни было тележки, но даже никаких приспособлений для возки больных на верблюдах. На единственной во всем отряде двухколесной арбе полковника едет теперь раненый капитан, а остальные раненые у Иттибая — верхами. Какое счастье, что у нас нет больных!.. Ш. подняли с земли и с трудом усадили на лошадь… Наконец мы вышли из песков. Впереди открылась несколько кочковатая равнина, покрытая сочными кустами полыни и молодого бурьяна. На ней не было ни тропинки, ни единого следа… Мы шли за проводником, который качался на верблюде, далеко отделившись вперед, и, как лоцман, то и дело поворачивал свой «корабль пустыни» то вправо, то влево. Так прошли несколько часов… Темная беззвездная ночь давно уж окутала степь. Тьма непроглядная! Никого и ничего не видно; узнаем друг друга только по голосу, но и голоса уже давно смолкли… Как бы покорившись судьбе, перестали бесплодно жаловаться на ужасное утомление, и среди гробовой тишины ночи только мерный топот усталых коней однообразно отдается по степи… Страшно клонит ко сну. Несколько раз я засыпал на седле и пробуждался внезапно, покачнувшись на сторону… Судя по времени, мы по крайней мере дважды проехали обещанные 13 '''[131]''' верст, а колодца как не бывало!.. Что ж это такое? Заблудились в степи… Вот кто-то остановился и при свете спички заглянул на компас. — Куда идем? разом спрашивают несколько голосов. — На восток… Проходит добрый час, в продолжение которого, должно быть, мы описали громадную дугу по степи. Снова осветили компас, и на этот раз оказалось, что нас ведут в сторону совершенно обратную… Остановка и объяснение с проводником… Долго мы колесили за растерявшимся Киргизом. Было далеко за полночь, когда он привел нас к Джаман-Ербасану со стороны хивинской, то-есть противоположной общему направлению нашего движения… Я не знаю, как себя чувствовали другие после восемнадцати часов, проведенных на седле, но я едва слез с лошади. Бросив поводья Насибу, я растянулся на одной бурке с раненым С, и через секунду крылатый старец Морфей уже мчал меня на далекие берега Оксуса… Джаман-Ербасан по-русски — «гадкая впадина». В сущности впадины здесь нет никакой, но единственный колодезь действительно заключает горько-соленую воду, как нельзя более гадкую. Окрестности, — хоть шаром покати! Утром меня разбудили здесь песни главной нашей колонны. Она пришла с запада и, не останавливаясь, '''[132]''' проследовала к Уч-Кудуку, в ту сторону, где мы блуждали прошлую ночь. Часа, через три подошел и остановился здесь Аварский со своею колонной. После небольшого перехода для отдыха казалось бы совершенно достаточно 3 — 4 часов. Но необходимость напоить массу людей, лошадей и верблюдов, их вьючка и развьючка отнимают еще столько же почти времени. Затем сюда же припутываются необходимые соображения о расстоянии между колодцами и количестве воды в них, и в результате является бесполезная, повидимому, трата времени и полная несостоятельность. Так, у Джаман-Ербасана мы стоим почти весь сегодняшний день вместе с колонной Аварского для того, чтоб отряд не скучился у Уч-Кудука, где эшелон подполковника П. должен набрать воды на следующий безводный переход. Пить какую-то отраву и сидеть сложа руки у несчастного колодца в то время, когда всем существом своим рвешься вперед и вперед — невыносимая пытка!.. === XV. <br>Две неожиданные картины и слух о миролюбии хана — Вторая попытка ночного движения и новая неудача с чертовою дюжиной. — Уч-Кудук — Последний переход и первые признаки оазиса — Чинк, бассейн Айбугира и Кара-Гумбет === ''Вечером, 10 мая. Бивуак на Кара-Гумбет.'' Как только жар начал спадать, мы выступили из Ербасана и, отделившись от пехоты, пошли полным ходом, чтобы засветло оставить за собой обещанные Киргизами опять тринадцать верст. Потянулась та же молчаливая степь, на которую безмолвно смотрит сверху только жаркое и неизменно ясное, безоблачное небо… Проехали несколько верст. — Господа! воскликнул кто-то, — посмотрите назад, что там творится только!.. Я оглянулся. Куда девались дикая пустыня и кроткое небо!. Откуда только взялись тысячи ярких красок, заливших степь в самых причудливых волшебных '''[134]''' сочетаниях!.. Солнце спускалось к горизонту и, утопая огненно-багровым шаром во мгле, покрывавшей далекую окраину степи, озаряло и землю и небо ярко-лиловым светом, точно чудовищный, невиданный пожар расплылся над необятною степью… «Прелестный вид! Я ничего подобного не видел!» слышалось по сторонам, когда мы невольно остановились целою толпой, чтобы любоваться этою действительно очаровательною картиной степного заката в полном его блеске. Трудно было оторваться от нее, но в это самое время на востоке нас привлекло другое неожиданное зрелище… Там, в дали, так же залитой бледно-пурпуровым отблеском догорающего дня, тянулся длинный караван в несколько сот верблюдов… Вот и он заметил нас… остановился, быстро скучился и припал к земле Суетившиеся люди мгновенно скрылись за верблюдами, и караван точно замер… Остановив на месте сотни, мы, офицеры, одни приблизились к каравану. Вид его был настолько внушительный, что, вероятно, остановил бы не одну партию степных хищников: верблюды, навьюченные огромными тюками, лежали плотным кольцом; из-за этого живого бруствера выглядывали исхудалые, бронзовые лица Туркмен под их огромными маховыми шапками и высовывались ружья, направленный прямо на нас и готовые разразиться свинцовым дождем при малейшем враждебном действии с нашей стороны… Женщины с дубинами в руках '''[135]''' стояли в перемежку с мужчинами и повидимому также решились на отчаянную защиту… Косумка, пользующийся привилегией прежде других пробовать воду изо всех подозрительных колодцев, и теперь был выдвинут вперед и первый заговорил с Туркменами… Оказалось, что караван отправляется в Оренбург и везет туда хлопок, шелк и другие товары куня-ургенчских купцов. На все интересующие нас вопросы вожаки его отвечали крайне неохотно, отговариваясь тем, что вышли из ханства более месяца тому назад. Но между прочим, как бы желая обрадовать нас, они настойчиво повторяли, что Хивинцы драться не будут… Признаться, едва ли кого обрадовало это известие; по крайней мере не одно проклятие полетело на голову миролюбивого хана… Перспектива мирного вступления в Хиву после стольких трудов и лишений как бы опешила некоторых, разбила на минуту самые розовые из их надежд… Но русское «авось» снова явилось на выручку утопающих надежд… Успокоив этих первых людей, встреченных нами в степи за все время похода и снабдив их пропускным видом, мы продолжали путь. Они также подняли своих верблюдов и начали удаляться на север, вероятно не веря тому, что так дешево отделались от страшных гяуров… Южная ночь с ее могильною тишиной снова окутала степь. С востока повеяло прохладой, и среди непроницаемой тьмы бесконечно долго слышался только '''[136]''' однообразный топот бодро подвигавшихся коней, да изредка резкий голос Киргиза, перекликавшегося с проводником… Вначале, далеко позади нас, взвивались по временам сигнальные ракеты, показывавшие движение колонны Аварского. Но вот уже несколько часов как и ракет не видно, и говор умолк, и сон назойливо смыкает усталые веки, да и проехали мы тринадцать верст едва ли не трижды… а колодца все нет. — Что ж это такое?.. Не заблудились ли опять? Как бы в ответ на это, проводник остановился и к общей досаде подтвердил нашу догадку: он уже часа два с половиной бесплодно отыскивает ''Уч-Кудук'' и не знает как теперь быть!.. Ночные движения имеют свою хорошую сторону: не томит жажда и людям прохладно и легко. Но лошади и верблюды теряют при этом лучшие, крепительные часы сна и потому изнуряются гораздо больше и быстрее чем днем. Кроме того, как мы убедились на опыте, в темную ночь и самый опытный степняк не может поручиться за то, что не возьмет несколько в сторону и не пройдет мимо колодца; а тогда ничего нет легче, как бесконечно кружиться по степи… За неимением каких-либо пересечений для ориентирования, единственным путеводителем номада ночью служит строгое соблюдение взятого направления, а раз он лишился и этого последнего пособия, — только случай может помочь ему выбраться на дорогу или на колодезь… Но нет ничего хуже '''[137]''' как блуждать в степи! Неуверенность в том, что мы приближаемся к цели, невольно наталкивает на мысль, что, быть может, мы удаляемся от нее. А это убивает всякую энергию. Мы остановились и слезли с утомленных коней, а Киргизы поскакали по всем направлениям разыскивать потерянный Уч-Кудук. Казаки собрали колючку и развели пред нами огромный костер. Конно-иррегулярцы огласили степь громкою лезгинскою песней и с нею незаметно слились вскоре оглушительные звуки кавказской зурны… Песни, костер, зурна и дружное хлопанье в ладоши, — это такой соблазн для беззаботного Лезгина, что он не удержится от пляски и накануне смерти!.. И вот, один за другим выступая вперед, они начали свой национальный танец вокруг костра, — то плавный и полный грации, то кипучий, словно черти перебесились в ногах, — точно в этот поздний час только для этой удалой пляски сошлись мы в глухом уголку безжизненной пустыни… С небольшим через час прискакал один из Киргизов с известием, что колодцы найдены: мы оставили их вправо и прошли далеко вперед… Как ни досадно было, но делать нечего, потянулись назад. Киргизы в карьер выскакивали вперед и мгновенно зажигали несколько кустов сухой колючки; пока мы подходили к этому огню, в отдалении вспыхивал другой… Таким образом, двигаясь по кострам, мы пришли к Уч-Кудуку в '''[138]''' третьем часу ночи, проведя на коне около 9-ти часов!.. Правду говорил «Ананас», что и вторично не повезет нам с этою дьявольскою цифрой 13!.. Еще далеко от колодцев нас обдал отвратительный запах падали, который усиливался по мере нашего приближения… Наконец в такой степени запахло мертвечиной, что просто «с души воротит», точно мы вступили в область гниющих трупов. Хоть зажимай нос и беги вон!.. Казаки бранились и отплевывались, но тем не менее мгновенно и с обычным шумом окружили колодезь у возле которого валялось несколько дохлых лошадей. Два колодца были засыпаны, а в третьем, на глубине двадцати сажен, была ''вода'', — вонючая как падаль и горькая как… уж я не подыщу и сравнения!.. Все пили ее и торопились набрать в свои сосуды… А на утро Киргизы вытащили из колодца… сперва клочья шерсти, а затем и совершенно разложившуюся козу… Нечего и говорить, что и это никого не остановило: предстоял, по словам проводников, восьмидесятиверстный безводный переход. Кириизы принялись оттаскивать падаль, растревожили ее и еще больше заразили воздух. Об ужине и чае нечего было и думать… Выйдя за черту этой убийственной сферы, мы растянулись на бурках и, несмотря на страшный голод, заснули как убитые… На следующий день утром сюда же подошел со своею колонной майор Аварский. Он пробыл в дороге вдвое менее чем мы, верховые, благодаря тому, '''[139]''' что накануне, потеряв нас из виду и не желая напрасно утомлять людей, блуждая за ненадежным проводником, остановился и ночевал в степи. Подполковник П. с главными силами, как видно, и не был на Уч-Кудуке. Если он только не заблудился, то, надо полагать, прошел мимо этих колодцев по южной дороге. Как только люди Аварского напоили верблюдов и набрали уч-кудукской воды, мы оставили эти проклятые колодцы… До полудня все было по-прежнему, но к этому времени солнце запекло необыкновенно сильно, и мы почувствовали ту нестерпимую духоту и зловещую тишину в воздухе, которые обыкновенно наступают здесь пред какою-либо резкою переменой… Физиономия степи также начала заметно изменяться: показалась более сочная зелень и местами небольшие лужайки, покрытые превосходною, мелкою травкой. Лошади сами сворачивали к таким местам как к чему-то знакомому, родному… Вот вспорхнул пред нами давно невиданный коршун, за ним полетели в догонку одна и другая пуля, но бесполезно. Немного погодя пронеслась в стороне, точно не касаясь земли, стройная сайга с приподнятою мордочкой, вероятно испуганная нежданными гостями и дикими звуками зурны… остановилась, гордо взглянула на нашу сторону… и понеслась быстрее прежнего… Целая толпа Лезгин и '''[140]''' Киргизов, выхватив свои винтовки, с гиком помчались за красавицей, но ее и след простыл!.. Эти легкие черты некоторого оживления после бесконечного однообразия мертвой пустыни произвели на нас то приятное впечатление, которое, вероятно, испытывают люди, переплывающие океан, при появлении первых признаков недалекого берега… Они также сулили нам давно покинутую землю, — землю, к какой мы привыкли, полную движения и жизни… Пред вечером ясное все время небо в первый раз заволоклось небольшими тучами, — еще новость. Внезапно послышались отдаленные раскаты грома и вслед за ними начали искоса накрапывать редкие, но необычайно крупные капли дождя, рассеевая степную мглу и поминутно меняя свое направление… Через четверть часа уже точно ничего и не бывало; дождь перестал и солнце запекло с прежнею силой. Только кое-где носились еще по бирюзовому небу «последние тучки рассеянной бури», словно клубы белоснежной ваты, залитые ярким светом… Воздух стал прозрачнее и чище. Вдали, на краю горизонта точно мелькнула пред нами неуловимая сначала, но постепенно возраставшая светло-голубая полоска. — Море!.., море, господа! раздались со всех сторон радостные голоса… Как-то трепетно забилось сердце… Вместе с другими с напряженным вниманием я устремил свои глаза в эту даль, к этому заветному для нас '''[141]''' рубежу, за которым должны кончиться если не труды, то хоть лишения, и где, наконец, должна начаться человеческая жизнь!.. И там, на востоке, немного погодя, мы ясно увидели крутые, обрывистые берега Айбугира и далеко врезавшуюся в него белую полосу мыса Ургу, а за ними, как легкая дымка, вилась на дальнем горизонте едва заметная синева Хивинского оазиса!.. Около семи вечера мы вышли из пустыни и остановились на краю скалы, у мыса Кара-Гумбет. Здесь оканчивается и степь, и сплошная возвышенность Уст-Юрт, которая подходит к самому Аралу и сразу обрывается над его водами отвесною скалой, местами боле шестисот футов вышины. Скала эта называется также Чинком, составляет на значительном протяжении западный берег Аральского моря; продолжая затем общее направление на юг, она извивается по всему протяженно Айбугира, огибает с юга продолжение этого залива, Ак-Чаганак, и непрерывно тянется на юго-запад чрез всю туркменскую степь до самого Кара-Бугазского залива Каспийского моря. У подошвы Чинка, начиная с мыса Ургу, широко расстилается на юг обширная айбугирская впадина, — бассейн бывшего залива. Даже на новейших картах, составленных специально для нашего похода, Айбугир показан заливом Аральского моря, имеющим до трехсот верст в окружности. Но теперь весь этот обширный бассейн представляет совершенно сухую впадину, местами густо поросшую '''[142]''' камышом и более или менее значительным кустарником. Воды в нем ни капли. Оказывается, что один из западных истоков Аму-Дарьи, Лаудан, впадавший некогда в Айбугир, давно изменил на восток свое первоначальное направление, и вследствие этого прекращения питания уже лет тридцать тому назад образовался у мыса Ургу перешеек между Аралом и Айбугиром. Залив, превратившийся таким образом в озеро, начал быстро испаряться и уже не существует более десяти лет. Кара-Гумбет, на котором мы расположились, урочище на Чинке, несколько южнее Ургу-Муруна, с разбросанными на краю скалы киргизскими могилами и с четырехугольною каменною башней, приписываемою Девлет-Гирею. Несколько позже нас прибыла сюда же колонна Аварского, и общий наш стан принял как бы праздничную физиономию. Затрещали бивуачные огни, закипела жизнь, полная говора и движения… На всех лицах сияла неподдельная радость, точно все уже забыли только что пережитые невзгоды; но, Боже, как я присмотрелся теперь, как изменились, исхудали и обросли эти, словно вылитые, темно-розовые лица!.. Но несмотря на это, люди совершенно здоровы и только у трех-четырех десятков сильно потерты ноги. Зато лошади, особенно у конно-иррегулярцев, пришли в такое состояние, что уже совершенно не способны к дальнейшей службе… Не долго продолжалось ликование нашего лагеря. '''[143]''' Едва стемнело, как снова послышались раскаты грома и снова полил дождь, но на этот раз как из ведра!.. Огни мгновенно погасли, и промокшие до костей люди замолкли и свернулись под своими шинелями. Так завершилось наше скитание по заколдованной пустыне, из которого, казалось, не было выхода. Завтра утром выступаем в оазис… Прощай же, бесприютная степь, с твоим гробовым молчанием, с твоими песками и бурунами… Прощайте и вы, карашеки, кыныры, табын-су и разные щенки и кудуки. Спасибо за услугу, но не дай Бог, чтоб еще когда-либо в жизни пришлось прибегнуть к этим услугам!.. '''[144]''' === XVI. <br>Переход через Айбугирскую впадину. — Каразук и два часа в кибитке зажиточного Каракалпака. === ''11 мая, Каразук.'' Свет только-что забрезжился на востоке, когда глухая дробь отсыревшего барабана разбудила меня на Кара-Гумбете. Дождь перестал. Промокшие люди уже грелись вокруг костров; другие только-что начали лениво подыматься из-под шинелей и бурок; но вскоре суета, обычная пред выступлением, охватила бивуак… Заря как-то торжественно занялась в это утро над сонным Хивннским оазисом. С Айбугирской впадины доносились своеобразные утренния перекликивания фазанов, и над его темным растительным покровом как бы выростала и удлинялась живописная лента зарумянившихся скал, когда отряд наш вытянулся в длинную вереницу и медленно, гуськом, начал спускаться по крутым зигзагам Кара-Гумбета на высохшее дно, над которым еще так '''[145]''' недавно бушевали волны Аральского моря. Это продолжалось несколько часов. Айбугирская впадина, представляющая теперь, как я уже писал вам, сплошную глинистую равнину, покрытую в перемежку камышом, саксаулом и высоким кустарником, тянется в ширину около двадцати верст и затем едва заметным подъемом сливается с окраиной оазиса, прилегавшею к бывшему заливу и составлявшею его луговое или низменное прибрежье. Перерезав этот бассейн по прямой линии на восток от Кара-Гумбета, мы вышли на противоположную его сторону и тут же завидели более полутораста кибиток, разбросанных на большом пространстве. То были соединенные аулы Каракалпакского племени Эсет. Между кибитками происходило необыкновенное движение: снимали жилища, вьючили верблюдов, пешие и конные сновали по всем направлениям, — ясно, что мы взбудоражили бедных жителей… Оказалось, в самом деле, что со времени прибытия Оренбургского отряда к Айбугиру Каракалпаки в ужасе следили за направлением его движения и успокоились только несколько дней тому назад, когда узнали, что генерал Веревкин перешел Айбугир несколько северне мыса Ургу, и направился прямо на Кунград. Теперь внезапное появление Кавказцев пред самым аулом в такой степени смутило Каракалпаков, что они решились было искать спасения в бегстве. Но Косумка, посланный вперед с несколькими Киргизами, совершенно '''[146]''' успокоил жителей и вернулся к нам с двумя их старшинами в цвтных шелковых халатах и в огромных бараньих шапках… При нашем приближении старшины остановились в почтительном отдалении, слезли с коней, обнажили свои гладко выбритые головы и, скрестив руки на груди, покорно ждали своей судьбы… Их правильные, загорелые и несколько полные лица, повидимому, старались выразить спокойствие… Но воображаю, что происходило в сердцах этих, ни в чем неповинных пред нами людей!.. Конечно, их обласкали и послали вперед для успокоения своих аулов. Отряд расположился на ночлег вблизи аула, и наш бивуак отделялся от кибиток только небольшим оврагом, в котором разбросаны до тридцати превосходных колодцев, тщательно обделанных камышом и изветных под именем Каразук. Вот тут то началось первое сближение наших с Каракалпаками. Группы женщин и юношей, одетых в грязные рубища, тенились вокруг колодцев и сначала только исподлобья оглядывали подходивших к ним пришельцев. Но необыкновенная способность нашего солдата быстро сближаться хоть с чортом и тут не замедлила проявить себя: недоврчивые лица вскоре приняли спокойное натуральное выражение, и боязнь их сменилась любопытством. Доставая воду нашими ведрами, женщины начали любезно наполнять прежде солдатские баклаги и потом уже свои тыквы. Между Каракалпаками нашелся '''[147]''' один, который провел некоторое время в Оренбурге и что называется мараковал по-русски; солдаты в свою очередь выдвинули вперед казанских Татар. Завязалась бойкая беседа, а там и дружба. К вечеру по всему лагерю уже сновали мужчины и женщины и продавали, хотя баснословно дорого, кумыс, айран, лепешки, джугуру и т. п. Осматривая аул, я приподнял камышевую завесу над дверьми одной кибитки, показавшейся мне больше и опрятнее других, и вошел в нее. Едва появилась в дверях белая фуражка, целая орава мужчин, женщин и детей всвх возрастов, наполнявших кибитку во всевозможных положениях, встрепенулась, как испуганная стая… В средине кибитки горел огонь, и дряхлая старушка мешала деревянным ковшом пшеницу, варившуюся в большом чугуне. Молодая, довольно смазливенькая женщина, в красной канаусовой рубашке сидела тут же за ручною мельницей и монотонно водила ее деревянною ручкой. В стороне, возле целой груды разных сундуков, расставленных вдоль войлочной стенки, несколько женщин, окруженных полунагими детьми, мыли какое-то тряпье в деревянном корыте. На противоположной стороне от них, около сложенных в кучу тюфяков и подушек, сидело на разостланном войлоке человек семь мужчин за калмыцким чаем. По стенам развешаны халаты, на земле кувшины и разная посуда, возле детей приютился молодой козленок, и под закоптелым '''[148]''' войлочным сводом стелется дым, медленно выходящий в верхнее отверстие кибитки. Вот вся обстановка богатого каракалпакского жилища. Объяснив свое посещение простым любопытством, я успокоил всех, и затем, усевшись среди мужчин, начал расспрашивать о их образе жизни. Каракалпаки населяют северо-западную полосу Хивинского оазиса, устья Аму-Дарьи и восточное прибрежье Аральского моря и занимаются скотоводством и рыболовством. Они составляют один из многочисленных киргизских родов, называемых Хивинцами общим именем ''казак''; говорят общим киргизским наречием, и хотя мусульмане, но, надо полагать, не особенно рьяные: грамотные между ними составляют весьма редкое исключение; женщины ходят с открытыми лицами, и свадебные обряды сохранили много языческого. У Каракалпаков с незапамятных времен вкоренилось обыкновение меняться дочерьми с соседними туркменскими племенами. Это значительно повлияло на их тип: они не так скуласты и узкоглазы, как чистокровные Адаевцы на Мангышлаке; между ними много бородатых физиономий, чего почти нельзя встретить между Киргизами. Вообще Каракалпаки составляют что-то среднее между Киргизами и Туркменами; от последних они переняли весь костюм и не помнят, когда и бросили свои волчьи малахаи. Когда я навел речь на благосостояние Эсетского '''[149]''' племени, собеседники мои как-то замялись и отвечали нехотя… — «Как самец среди верблюдов, правда хороша в беседе», — начал вдруг степною поговоркой упорно молчавший до сих пор седобородый старик. — Зачем скрывать, хотя не много, но слава Богу, есть между нами и богатые, есть такис, что имеют более пятисот верблюдов, столько же баранов; есть такие, что платят по сту верблюдов в калым за хорошую девушку… Но у нас есть поговорка, — добавил старик, — «там не выростут деревья, где повадятся верблюды, там не будут жить богато, где появятся Туркмены». А Туркмены незваные являются к нам на грабеж очень часто и уводят целые стада, а то богатых между нами было бы еще больше. Бедных же Каракалпаков сколько хотите: целые тысячи живут в устьях Дарьи, едва прокармливаясь одним рыболовством… Я заметил на стене кибитки двухструнную балалайку, слегка выглядывавшую из-под полосатого халата, и предложил несколько вопросов о музыке и песнях Каракалпаков… По их словам, балалайка — их единственный инструмент, и та составляет большую редкость в аулах. Песни поются любовные и так называемые батыр-ир, то-есть воспевающие богатырей. По моей просьбе, поддержанной стариком, один из молодых Эсетов снял со стены балалайку, и после долгого настраиванья и откашливанья начал заунывно мурлыкать какой-то '''[150]''' батыр-ир под монотонный аккомпанемент своего допотопного инструмента… Я весь отдался вниманию, чтоб узнать содержание киргизской саги, но напрасно: слова растягивались и глотались так немилосердно, что кроме, беспрестанно повторявшегося имени «Эдигей», и нескольких отрывочных слов, к сожалению, я ничего не понял. Вообще, сколько я мог узнать, исторические песни общи у всех Киргизских племен и сложены едва ли не в самую эпоху воспеваемых ими событий. Они пестрят именами Мамая, Батые, Эдигея и обнимают только бурный период монгольских завоеваний. Вместе с историей, видно, неподвижно остановилась здесь и поэзия, ибо последние четыре столетия как бы канули в воду для средне-азиатского народа… Поблагодарив за беседу своих новых знакомых и подарив их детям несколько мелких монет, я возвратился к себе в лагерь. '''[151]''' === XVII. <br>Погоня за Оренбуржцами. — Северные окрестности Кунграда и башня сумасброда. — Кунград и Киргиз-комендант — Первые Оренбуржцы. — Дом губернатора. — Дыни — Одиннадцать обезглавленных трупов и участие в экспедиции судов аральской флотилии. === ''Утром, 13 мая Бивуак у Огуза.'' Вчера, рано утром, в палатку, в которой я спал вместе с «Ананасом» и с князем М., приезжал подполковник Гродеков и объявил, что начальннк отряда, вследствие только что полученного письма генерала Веревкина, едет к нему за Кунград, и приказал нам сопровождать его. Мы вскочили на ноги и через четверть часа уже ехали под конвоем двух сотен и ракетной команды. Путь на протяжении первых 10 — 12 верст не представлял ничего особенного, — равнина, поросшая кустарником, с кое-где выглядывающими из зелени глиняными могилами Каракалпаков. Далее, дорогу начали пересекать более или менее глубокие арыки, канавы, сначала сухие, затем полные проточною аму-дарьинскою водой. Как вступающие в '''[152]''' Елисейские поля пред рекой забвения, мы остановились у первого из водных арыков, жадно припали к его струям, напоили своих коней, и затем весело продолжали путь, точно позабыв все муки степного чистилища… Зелень становилась выше и гуще; арыки с неуклюжими мостиками встречались все чаще; наконец все пространство пред нами как будто покрылось зелеными коврами разных оттенков. Весь горизонт под светло-бирюзовым небом, перерезанный по всем направлениям сотнями оросительных канав, очаровал нас и легкою зыбью заколосившихся хлебов, и сочными полями клевера и люцерны, и роскошными группами карагачей, над которыми высились целые ряды пирамидальных тополей, и наконец душистым воздухом, в котором стояли ароматы полевых цветов и звон от щебетанья птичек!.. Весна в полном разгаре на этой окраине оазиса. «Какая разница с голодною степью!» слышалось кругом. «Сколько гигантского труда надо было положить, для того, чтобы голую равнину покрыть в таком нзобилии водой и растительностью!..» По мере приближения к Кунграду путь наш оживлялся еще более. Широкая пыльная дорога, напоминавшая почтовые тракты юга России, поминутно пробегала то мимо водяной мельницы, приютившейся под широкою тенью исполинского дерева, то мимо оригинальной водоподъемной машины над глубоким арыком, или обширной гробницы из жженого '''[153]''' кирпича, со стройным фасадом и изящным куполом, блестящим на солнце своими изразцовыми арабесками… Жизнь, видно, кипела здесь еще несколько дней тому назад, но теперь не доставало уже живых существ для полного оживления этой богатой обстановки: все население разбежалось в разные стороны в виду приближения Русских, и мы встретили на пути только двух-трех Каракалпаков, которые также удалялись со своим скарбом, навьюченным на нескольких верблюдах… В нескольких верстах от Кунграда нас поразила по своей оригинальности башня Аулия-хана, то-есть сумасбродного хана. Она стоит на небольшом кургане, среди разбросанных надгробных памятников и имеет в вышину не менее 120 футов. Верхняя половина башни совершенно уцелела снаружи и блестит на солнце своими голубыми изразцовыми украшениями; нижняя, напротив. обвалилась и так оригинально, что тут образовался узкий перехват, дающий башне вид стоячего бокала… Мы не могли надивиться как еще стоит эта башня, когда, казалось бы, достаточно одного порыва ветра для того, чтоб ее опрокинуть… Говорят, что она построена несколько веков тому назад каким-то Аулия-ханом, который и похоронен под этим сооружением… Вообще вся обстановка нашего движения к Кунграду была в такой степени своеобразна и так просилась под карандаш, что несколько раз я не мог отказать себе в желанин сделать хотя легкие наброски '''[154]''' с того или другого вида. Останавливался, отставал, мчался в догонку за своими и, проделывая это несколько раз, так загнал своего иноходчика Киргиза, что, наконец, принужден был бросить бедное животное на произвол судьбы и пересесть на другую лошадь… Эта же обстановка в такой степени поглощала общее внимание, что мы и не заметили как пролетли более тридцати верст и очутились в виду Кунграда. Тут нас встретил небольшой разъезд Уральских казаков, — первые Русские, которых мы увидели за все время похода… Они сообщили, что Кунград брошен жителями и что генерал Веревкин выступил далее по направлению Хивы. Кунград выглядывает издали порядочно укрепленным, конечно в смысле средне-азиатском. Его высокие зубчатые стены, прорезанные бойницами, казались довольно внушительными еще с расстояния полуверсты, но затем последовало совершенное разочарование: стен не оказалось вовсе, а городскую ограду составляет глиняный вал с банкетом, сильно растрескавшийся, местами полуразрушенный и обнесенный водяным рвом. Все внутреннее пространство образуемого этим валом неправильного многоугольника покрыто прилипшими друг к другу серыми мазанками, без окон и с плоскими кровлями. В центре города возвышается надо всеми строениями правильная фигура четырехугольной цитадели, с толстыми стенами, с полукруглыми башнями по углам и по сторонам ворот, со множеством глиняных '''[155]''' контрфорсов и с одною высокою сторожевою башней из плетня и досок, сильно покосившеюся на сторону и поддержанною деревянными подпорками. Цитадель эту огибает с одной стороны небольшой приток Аму-Дарьи, который извивается по средине города, прорезывает городской вал, наполняет его рвы и затем медленно струит на север свои мутные воды… Во всем городе буквально не было ни одной живой души, и в таком виде его нашел несколько дней тому назад отряд генерала Веревкина. Если бы не каики (Большие туземные лодки.), вытянутые на берег, и не кибитки, выглядывавшие почти из каждого двора, можно было бы подумать, что Кунград мертвый, давным-давно брошенный город. Оборона города была поручена ханом одному беглому нашему офицеру из сибирских Киргизов, который ушел в Хиву вследствие каких-то неудовольствий с начальством. Видно было по всему, что он и не думал защищаться или, вернее, не ожидал Русских со стороны Айбугира. При первом известии о приближенин Оренбуржцев, комендант скрылся из города и заблагорассудил принести генералу Веревкину свою повинную голову, а жители разбежались в паническом страхе. В противном случае почти восьмитысячное население Кунграда имело полную возможность исправить городскую ограду и при '''[156]''' некоторой стойкости по крайней мере не дешево продать свой город… Генерал Веревкин оставил в Кунграде полсотни казаков, роту пехоты и часть лазарета со всеми больными своего отряда; к ним должны присоединиться два наши горные орудия и сотня конно-иррегулярцев. Этому гарнизону предназначено стоять внутри и вокруг казенного дома кунградского бека или губернатора, который расположен совершенно отдельно, вне городской ограды и может служить типичным образцом новейшей хивинской архитектуры. Дом этот четырехугольный, весь из сырой глины, и общим видом своим производит впечатление тяжелой, неуклюжей массы, напоминающей что-то в роде древне-египетского сооружения, выросшего под тенью огромных карагачей. Глухия и высокие стены подперты снаружи тяжелыми цилиндро-коническими колоннами, которые подобно дымовым трубам возвышаются еще на несколько футов над плоскою кровлей и оканчиваются коническими срезами. Тяжелые деревянные ворота, расположенные между двумя такими колоннами, ведут со стороны города в обширный внутренний двор; здесь вдоль двух стен расположена под углом высокая галлерея, опирающаяся на деревянные колонки, покрытые крупною, но чрезвычайно искусною резьбой. Пять низких дверей ведут из галлереи в отдельные комнаты с голыми стенами и с земляным полом. Комнаты не сообщаются между собой, не имеют окон, и в них '''[157]''' царствует вечный мрак, способный проникнуть в душу не только кунградского бека, но и всякого, кто в них поселится. На всякий случай губернаторский дом был уже несколько приспособлен Оренбуржцами к обороне: по внутреннему его обводу устроен деревянный банкет для стрелков и по двум углам — настилки для горных орудий. Пред домом, на небольшой площадке, отделенной от него арыком, стояли палатки офицеров и между ними просторная кибитка казачьего полковника, начальника кунградского гарнизона. Достаточно было войти в эту кибитку и только взглянуть на ее обстановку, чтоб увидать сразу, что Оренбуржцы идут далеко не такими Спартанцами, как мы, Кавказцы. Тут были и железная кровать с постелью и подушками, и складной стол с табуретами, и вьючные сундуки с погребцом и рукомойником, — словом, все, что нужно для походного комфорта и чего не было у нас даже у начальника отряда. Тем не менее, при входе в кибитку все внимание наше привлек на себя почтенный старик-хозяин. Полный, приземистый и загорелый, с седыми усами и бородой, в русской рубахе, выпущенной поверх широчайших чембар (Туземные замшевые шаровары в Средней Азии.), расшитых цвтнымн шелками и забранных в высокие голенища, он показался нам истым тппом средне-азиатского казака, поседевшего '''[158]''' в степных походах. Не будь погонов на его широких плечах, можно бы подумать, что пред нами вырос старый атаман Запорожцев… — Господа Кавказцы, милости прошу выпить и закусить чем Бог послал, обратился к нам полковник после обычного представления. А Бог послал ему все, о чем мы только могли мечтать, грызя свои окаменелые сухари… В кибитке полковника мы перезнакомились с его офицерами, — тоже в чембарах, с оригинальными сартовскими шашками через плечо. Как и надо было ожидать оказался обширный материал для возбуждения любопытства обеих сторон, и взаимные расспросы не прекращались до самого нашего отъезда… На той же площадке стояли кибитки маркитанта, ловкого малого с Волги. Куда забрался, подумаешь, в погоне за наживой!.. К нему присоединились какие-то туземцы с сушеными фруктами, — образовался базар… Пока мы завтракали у начальника гарнизона, сюда нахлынули наши казаки и конно-иррегулярцы и жадно накинулись на лакомства, в особенности на сушеные дыни… Хивинский оазис, говорят, славится во всей Средней Азии необыкновенно крупными, ароматическими и сладкими дынями с ломким оранжевым мясом. Оне ростут здесь в изобилии и в известную пору года питают почти все население ханства. Хивинцы весьма искусно сохраняют дыни в течение почти десяти месяцев посредством подвешивания в '''[159]''' прохладных местах, и кроме того они сушат их. В начале осени дыни разрезаются на длинные ломти и после просушки на солнце свиваются в канаты, которые поступают на рынки и расходятся по всем окружающим степям. В таком виде дыня уже не подвергается порче и вследствие испарения водяных частей приобретает необыкновенную сладость; но благодаря небрежному хранению к ней прилипает такая масса шерсти и всякой грязи, что надо быть крайне небрезгливым, чтобы полакомиться теми канатами, которые мы видели на кунградском базаре… — А это вы видели? спросил меня вдруг казачий офицер, с которым я обходил базар. Он указал на толпу солдат, которые с лопатами в руках копошились над чем-то недалеко от городского вала. — Нет.., что это они делают? — Видите влево от солдат чернеют на земле как будто грядки? — Ну… — Это лежат одиннадцать обезглавленных трупов: одного офицера и десяти матросов Аральской флотилии… Солдаты копают для них одну общую могилу… Дело вот в чем: Одновременно с приближением наших отрядов к хивинским пределам, суда Аральской '''[160]''' флотилии вступили в устье Аму-Дарьи и, согласно общему плану экспедиции, должны были подыматься вверх по реке, соображаясь с движением сухопутных войск. Верстах в десяти от устья, пароходы ''Перовский'' и ''Самарканд'', с баржами на буксире, прошли под ядрами хивинской крепостцы Ак-кала, причем были ранены несколько матросов и сам начальник флотилии, капитан 2-го ранга Ситников; но дальнейшее движение вверх оказалось невозможным, так как Хивинцы преградили главные рукава Аму, на высоте Кунграда и ниже, восемью обширными плотинами, имеющими, говорят, не менее десяти сажен ширины. Остановившись в виду этих препятствий, капитан Ситников узнал от явившегося к нему Киргиза Утатилау, что русский отряд уже подступает к Кунграду, и для того, чтобы войти с ним в связь решился послать на берег команду матросов при штурманском офицере, вызвавшемся добровольно на это рискованное предприятие. Утатилау взял на себя провести команду к генералу Веревкину, и на первом же ночлеге в ауле, сговорился с жителями, перерезал спящих моряков и с одиннадцатью головами бежал к Хивинскому хану. Это обстоятельство, полагают, также немало способствовало бегству кунградского населения, которое опасалось заслуженного возмездия Русских. Для обнаженных и обезображенных тел этих несчастных жертв нового азиатского вероломства рыли в Кунграде ту братскую могилу, на которую '''[161]''' указывал мне казачий офицер. Я было направился туда, но меня остановил тот же собеседник. — Не советую, сказал он, — тела разложились так сильно, что близко невозможно подойти, да и интересного ничего нет: Киргизы сняли с них все платье, так что труп офицера могли отличить только по одной ноге, на которой случайно сохранился тонкий, окровавленный носок. Да и некогда было: нам уже подали лошадей, и мы спешили, чтобы к ночи настигнуть Оренбургский отряд. '''[162]''' === XVIII. <br>Южная окрестность Кунграда. — Генерал Веревкин и Оренбургский отряд. — Ночлег на Огузе и «финал» степного похода. === ''Вечером, 13-го мая. Бивуак у Огуза.'' Южные окрестности Кунграда представляют на первых верстах от города ту же богатую картину прекрасно возделанных полей, садов, огородов и то же обилие растительности и оросительных канав, пересекающих почву по всем направлениям. Разница была лишь в том, что здесь попадались еще рисовые поля, казавшиеся сплошными болотами, да разбросанные по сторонам дороги кишлаки (Зимовники.), почти ничем не отличавшиеся от дома кунградского бека. Но вскоре обстановка изменилась: дорога со свежими следами Оренбуржцев выбежала на голую, необитаемую равнину, на которой встречались только колючка, гребенщик, кусты саксаула и, весьма часто, развалины глиняных укреплений, возведенных во время междоусобных войн. '''[163]''' Мне рассказывали, что войны между отдельными племенами возникают здесь весьма часто и, раз вспыхнув, продолжаются упорно и с большим ожесточением. Так, последняя война между двумя значительнейшими племенами ханства, — Иомутами и Чоудурами, — возникла из-за какого-то канала, длилась двадцать шесть лет и прекратилась только при нынешнем Мадраим-хане. Эти и другие племена весьма часто воюют и с самим ханом: лет пятнадцать тому назад только-что окончилась борьба между Хивой и владетелем Кунграда Пана-ханом, как Кунградцы провозгласили своим главой Иомута Ата-Мурада и под его начальством вступили в новую ожесточенную борьбу за свою независимось… Эта последняя война окончилась новым торжеством Хивинского хана, войска которого взяли и разрушили Кунград, а Ата-Мурад-хан, после долгих скитаний по степям, бежал к нам в Красноводск и теперь, говорят, идет на Хиву вместе с отрядом полковника Маркозова… Было около 10 часов вечера, когда, утомленные и разбитые, мы наткнулись в темноте на пикет Оренбургских казаков и завидели вдали массу огней, раскинутых на извилистом берегу Огуза, одного из притоков Аму-Дарьи. То был стан Оренбургского отряда. Чуть не детский восторг охватил нас при виде этих огней, как будто через несколько минут нас ждали там горячия объятия дорогих, близких сердцу людей… '''[164]''' Переодевшись в мундиры, мы направились к бивуачным огням. Оренбуржцы еще не спали и их лагерный шум как-бы возрастал по мере нашего приближения. Казаки наши затянули хором громкую песню, конно-иррегулярцы пустили в ход свою неистовую зурну; и с этим шумом мы вступили в странный, по-видимому, лагерь, в котором не было ни одной палатки: это был целый, своеобразный город темных войлочных кибиток, из которых мгновенно высыпал весь народ на необычайное для него зрелище. Несметные, казалось, полчища верблюдов наполняли все пространство между кибитками и ярко пылавшими кострами, и всполошились от диких звуков нашей зурны… В этой обстановке мы пробрались в средину лагеря, остановились и слезли с коней. Через минуту мы были в обширной, белой кибитке, в которой могли бы свободно уместиться, по крайней мере, сорок человек; складные кровать, стол и несколько табуретов составляли ее убранство. При нашем входе из-за стола приподнялся маленького роста, одетый в серое пальто, плотный и бодрый старик, с быстрыми живыми глазами и с закрученными кверху седыми усами, генерал-лейтенант Веревкин… Наш добрый Л. казался сильно взволнованным: для него наступила торжественная минута блистательного исполнения поставленной ему задачи — соединения с Оренбуржцами. Он подошел к генералу, прерывающимся голосом отрапортовал '''[165]''' о благополучном прибытии и затем представил нас. Генерал пожал всем руки и пригласил сесть… — Ну, как вы прошли, полковник? начал генерал. — Благополучно, ваше превосходительство, и все господа офицеры… весьма усердно… — Словом, благополучно? — Благополучно, ваше превосходительство. — И отлично-с!.. Что и нужно было… Последовало еще несколько незначащих вопросов и ответов, которые почти не коснулись нашего похода и перенесенных трудов… Было видно, что генерал не из особенно разговорчивых, но тем не менее впечатление, которое он произвел на нас, было совершенно в его пользу. До своего назначения военным губернатором Уральской области и наказным атаманом Уральского войска, Веревкин служил много лет в артиллерии на Кавказе, и вдоль и поперек исходил весь Туркестанский край. И степи, и Среднюю Азию с ее населением, он, говорят, знает как свои пять пальцев; следовательно, он знал прекрасно и те труды, которые должны были выпасть на нашу долю, а в таком случае едва ли не был прав, не считая нужным особенно распространяться об этом предмете с усталыми людьми, которым после семнадцати часов, проведенных на седле, совсем не до оффициальных разговоров… — Ну, господа, закончил генерал, — идите и '''[166]''' отдохните. Вы сделали сегодня два большие перехода и, конечно, устали… Очень рад, что познакомился… Будет время, наговоримся… Мы вышли. Возле кибитки генерала теперь толпились офицеры его штаба. Они обступили нас с самыми любезными предложениями и разобрали всех по своим кибиткам. «Ананас», князь Меликов, я и еще несколько человек попали к одному из адъютантов генерала Крыжановского, обстановка которого в просторной кибитке не оставляла желать ничего лучшего в походе На столе вскоре появились спасительный чай, закуска, шампанское… и пошли бесконечные распросы с обеих сторон… Оренбургский отряд состоит из восьми рот, восьми сотен и десяти орудий. Снабжение его больше чем роскошное: продовольствие в изобилии, правильно организованный штаб, прекрасный лазарет с санитарными каретами, с носилками, с запасами общества «Красного Креста», при особом уполномоченном; сосуды для воды, переносные колодцы, войлочные кибитки на каждые двенадцать человек отряда, масса маркитантов и испытанные проводники при каждой части; наконец, тарантасы или телеги у каждого офицера, и четыре тысячи верблюдов для поднятия тяжестей… Это все такие вещи, которые нам и не снились, которые при опытном начальнике могут уподобить всякий степной поход веселой комфортабельной прогулке… А наш отряд?! Сухари впроголодь, '''[167]''' винтовка, полный хор музыки и молодецкий дух в изобилии. К полуночи все смолкло в оренбургском лагере. Огни погасли и лунный свет едва пробивался сквозь сырую мглу, охватившую равнину Огуза. Было холодно. Поблагодарив хозяина за любезный прием, мы перешли в отведенную нам кибитку, улеглись на сене и укрылись чьими-то огромными тулупами… Сегодня утром я проснулся от необыкновенного шума: слышались команды, гремели бубенчики и колокольчики будто на свадебном поезде богатого деревенского парня, и по временам доносились с разных сторон дружные ответы солдат на приветствия командиров… Было сыро, не хотелось подыматься и я продолжал лежать в полудремоте, высунув одну лишь голову из-под теплого тулупа… В кибитку вошел здоровый урядник с малиновыми погонами на рубашке и такими же лампасами на синих шароварах, Уралец. — Ваше благородие! гаркнул он вдруг, наклонившись над самым ухом «Ананаса», который лежал с краю и спал еще. — Позвольте снять джеламейку!.. «Ананасу» послышалась «тревога!», он вскочил как ужаленный. — Что? — Джеламейку надоть бы вьючить, повторил урядник, — прочие уже поперли… '''[168]''' — Какого Джаламека?.. Ты, братец, должно, ошибся; здесь кавказские офицеры спят. — Да эта нашей сотни, только на ночь взяли у нас, настаивал Уралец, указывая на кибитку и как бы недоумевая пред непонятливостью Кавказца. — Кибитку, что ли, тебе?… — Кибитка, ваше благородие, та турхменская, большая, как у наших господ, объяснил урядник, — а эта махонькая, киргизская, у нас джеламейкой прозывается… — Да снимай себе… проговорил «Ананас», снова зарываясь под тулуп. — Снимай, ребята! скомандовал урядник, выходя из своей «джеламейки». Через минуту наше жилище уже было сложено на лежавшего вблизи верблюда и нам при свете высоко поднявшегося солнца представилась живая картина Оренбургского отряда: Часть кавалерии с орудиями уже скрылась из виду, другая только что садилась, чтоб идти в арриергарде и была бы чрезвычайно эффектна в своих цветных рубашках посотенно, если бы не целый лес тяжелых и бесполезных пик. Но, казалось, не было конца извивавшейся по пыльной дороге длинной веренице верблюдов и повозок всевозможных названий!. В этом бесконечном транспорте только кое-где виднелись белые ряды солдат с блестящими на солнце штыками, и, благодаря этому, общая картина Оренбургского отряда напоминала шествие '''[169]''' под военным прикрытием странной смеси огромного обоза с огромным караваном. Мы со своими двумя сотнями и с одним маркитантом, пожелавшим присоединиться к нам, остались здесь на месте ночлега в ожидании остальных частей нашего отряда, которые и прибыли сегодня вечером. Завтра пойдем опять догонять Оренбуржцев, но уже с целым отрядом. Я уже оканчивал это письмо, когда зашел ко мне на огонек один из знакомых офицеров только что прибывшей колонны подполковника П. — Скажите, обратился я к нему, между прочим, — куда вы делись с Ербасана? Мы вас так и не дождались на Кара-Гумбете… — Видите ли, мы, оказывается, взяли далеко вправо от дороги и поэтому, миновав колодцы Уч-Кудук, очутились Бог знает в каком положении!.. Представьте себе: голая степь, пекло в 42, запас воды израсходован до последней капли; колодцы, по мнению проводников, оставлены позади и в стороне почти на целый переход, а люди еле плетутся, потому что ноги пришли в такое состояние, что страшно посмотреть, когда кто-либо из них снимет обувь! Что тут делать?.. Не идти же назад, когда приказано спешить до последней возможности?.. Мы решились пробиться, так сказать, к Айбугиру и пошли. Бедные солдаты, чего только они не выносят безропотно… покорно в такой степени, что как посмотришь иной раз, просто слезы навертываются!. «Что, '''[170]''' брат, спросишь, устал?» — «Что ж делать, ваше блаегородие, надо идти… да жаль, водички нету…» оботрет рукавом мокрое от пота лицо, положит ружье на другое плечо и дальше… Ну, вышли мы наконец к Айбугиру у спуска Чебын, верст, говорят, на тридцать южне Кара-Гумбета. Тут кстати дождь пошел, и бедняжки сразу точно забыли вс свои муки. Нужно вам заметить, что наш П. прекрасный человек, но имеет чрезвычайную слабость к речам, с которыми ежедневно обращается к солдатам. Бывало, после каждого перехода держит под ружьем лишних десять, пятнадцать минут и без того утомленных людей, прежде чем наговорится в волю о разных Сципионах Африканских… Но как же оставить без речи торжественный день окончания степного похода?.. «Пейте, пейте, братцы! закончил он свое обращение к солдатам, указывая воекруг на лужайки дождевой воды. — Само Провидение послало нам эту воду в награду за наши труды и лишения!» И подполковник припал к луже, стоявшей на фланге баталиона. '''[171]''' === XIX. <br>Соединение отрядов. — Кият-Ярган и дальнейший путь. — Ночной плен и утренний смотр. — Войска Инака, камыши и неприятельский лагерь. — Восточная красавица. — Встреча с Хивинцами и первое дело. — Окрестности Ходжали и состояние местной агрикультуры. — Ходжалинская депутация, сдача города и кавказский вечер. === ''16 мая. Лагерь под Ходжали.'' Оренбуржцы были впереди нас на целый переход и 14-го числа должны были отойти еще далее, до урочища Карабайли. Для того, чтобы настигнуть удаляющийся отряд генерала Веревкина, Кавказцам оставалось одно средство: пройти в один день оба перехода, составлявшие в сложности более пятидесяти верст. Для нашей кавалерии, простоявшей сутки на прекрасном корму у Огуза, подобное движение не могло представить никаких затруднений, но этого далеко нельзя было сказать об изнуренной пехоте, которая шла форсированным маршем безостановочно с самого Алана. Однако решиться было тем более необходимо, что 15-го числа, говорили, генерал будет '''[172]''' штурмовать Ходжали. В виду этого, с рассветом 14 мая отряд наш поднялся с Огуза и пошел одною общею колонной. Пространство от Огуза до урочища Карабайли не представляет ничего интересного, за исключением разве одного канала Кият-Яргана, встречающегося на половине дороги. Местность эта никем не населена и потому на ней нет ни одной постройки, ни клочка обработанной земли, и до самого канала такая же равнина, местами с высоким кустарником, какая тянулась южнее Кунграда. Широкий Кият-Ярган, с извилистыми, неправильными берегами в уровень с водой и с островками, образовавшимися от наносов, походит больше на реку, чем на канал, и его можно бы принять за один из истоков Аму-Дарьи, если бы не название, означающее «Кият — провел». Моста не было на канале и потому переправа отряда потребовала около двух часов времени. Казаки подсаживали пехотинцев к себе на лошадь, перевозили на тот берег и опять возвращались за новыми пассажирами… Но, к счастию, канал оказался не особенно глубоким, и большинство солдат, не ожидая казачьей помощи, облачилось в костюмы прародителей и пошло в брод, неся в поднятых руеках ружье и платье… За каналом кустарник становится выше и местами переходит в густой лес с небольшими прогалинами; извилистая и пыльная дорога прорезывает '''[173]''' эту чащу, как широкая просека, и не доходя двух-трех верст до урочища Карабайли, сразу выбегает на открытую равнину, упирающуюся в Аму-Дарью. Эту вторую половину дороги люди, как и нужно было ожидать, шли с большим трудом, растягивались на несколько верст, отставали и вызывали неоднократные остановки… Стемнело. Густой лес стоял по обеим сторонам дороги, точно сплошные черные стены, и не позволял и думать о боковых разъездах; между тем местность благоприятствовала всевозможным засадам. На только что проходивший пред нами арриергард Оренбургского отряда было сделано небольшое нападение, и на одной прогалине мы наткнулись на труп Туркмена и убитую лошадь, валявшиеся, как последствия этой неудачной попытки… Если Хивинцы, как говорят, и не трусы, то во всяком случае, надо полагать, что у них нет военной сметки для надлежащей оценки благоприятных местных условий: что бы только наделали тут даже две-три сотни смелых и ловких горцев!.. Было уже поздно. Мы продрогли от ночной сырости и соскучились от медленного движения. Кто-то предложил поехать вперед, чтоб поужинать у оренбургского маркитанта. Предложение было принято, и человек десять офицеров, в том числе и я, отделились от отряда и понеслись вперед. Спустя час, мы наткнулись на оренбургские аванпосты, а вскоре прибыли и в лагерь. Все уже спало здесь. Только '''[174]''' кое-где виднелись при лунном свете медленно расхаживавшие фигуры часовых, да у штабных кибиток пробивались еще огоньки и слышался легкий говор… После веселого часа, проведенного в кибитке маркитанта, мы снова вскочили на коней и пустились в карьер через спящий лагерь на встречу к своему отряду… Сопровождавших нас Лезгин, благодаря их папахам, часовые приняли за Туркмен: один за другим грянули два выстрела и одна из пуль провизжала пред самым носом «Ананаса»… Лагерь всполошился. Некоторые офицеры выскочили из кибиток. Горнист взял уже первые ноты тревоги, но кто-то остановил его… — Господа, потише!.., шагом! шагом!.. Вас перестреляют всех! послышался за нами голос полковника Саранчова, начальника штаба Оренбургского отряда. — Шагом! шагом!. повторяли Тере-А. и подполковник Скобелев. Но мы неслись… пока не наткнулись на краю лагеря на фронт дежурной сотни и не очутились в плену у ее командира князя Имеретинского. Не будь сотни, мы бы неминуемо влетели в огромный ров с водой, проходивший в двух шагах за ее спиной… Князь дал нам казаков, которые проводили нас до нашего отряда, только-что расположившегося несколько в стороне от Оренбуржцев. Причиной этой проделки, конечно, был '''[175]''' маркитант… но только благодаря счастливому случаю она окончилась без плачевных последствий. На другой день рано утром отряд наш, состоявший к этому времени из девяти рот, двух орудий и трех сотен с ракетною командой, построился в каре на месте своего ночлега. За ночь люди обчистились и теперь выглядели так, как будто только-что вышли на парад прямо из своих казарм; да и мы, офицеры, нарядились в этот день особенно тщательно, чтобы не удариться в грязь пред Оренбуржцами, и просто блистали белизной своего костюма… Генерал Веревкин, в сопровождении огромной свиты, в которой галопировали между офицерами и разные почетные Киргизы и Туркмены, проехал по фронту наших войск, поздоровался и благодарил каждую часть за молодецкий поход… Еще, говорят, накануне было получено известие о том, что хивинские войска, высланные против нас под начальством Инака, дяди хана, уже дней двадцать тому назад сосредоточены в укрепленном лагере, верстах в пятнадцати впереди Ходжали, и намерены защищать этот город. Численность их определяли в 8.900 человек при четырех орудиях: собственно Хивинцев 1.000 человек пехоты с важным сановником ханства, Мехтер Медреимом, во главе; все остальное — конница, в которой Узбеков и Иомутов по пятисот, Кипчак-Мангитов, Илалы и Алели по триста и, наконец, шесть тысяч Каракалпаков. '''[176]''' Вследствие этого известия, наши соединенные отряды, составившие силу в семнадцать рот, десять орудий и одиннадцать сотен с ракетного и саперною командами, тотчас после объезда генерала тронулись с места двумя колоннами по направлению к Ходажали: левую колонну составили Оренбуржцы, которые направились по дороге, а на полверсты правее и на одной высоте с ними пошли Кавказцы. Верблюды и тяжести отряда двигались в общей массе позади колонн под небольшим прикрытием пехоты. С час мы подвигались в таком порядке без особых препятствий, но затем густые камыши, перемешанные с колючим кустарником и покрывающие в этом месте весь левый берег Аму, начали сильно затруднять движение нашей Кавказской колонны. Камыш становился все выше и выше, в нем скрылись сначала штыки солдат, затем всадники, наконец и их значки, и движение головных сотен обозначалось целыми рядами камыша, с треском валившегося под напором массы лошадей. Движение в этой обстановка из самых неприятных и утомительных: лошади и люди вязнут, сучья поминутно хлещут по лицу, и вы на каждом шагу рискуете остаться без глаз или оставить без них свою лошадь. Колонна наша подвигалась все тише и тише, пока не дошла до непроходимой чащи, пред которою принуждена была свернуть на дорогу и очутиться в тылу у Оренбуржцев. Вероятно, мы нарушили покой не одного из '''[177]''' страшных обитателей этих камышевых чащ, полосатых тигров, если только справедливы рассказы Туркмен о том, что их здесь великое множество… Проехав верст десять, мы наткнулись на укрепленный лагерь Хивинцев, о котором я говорил выше. Обширное пространство, обнесенное земляным окопом, было покрыто маленькими шалашами и многочисленными кучками еще горячей золы: это было все. Тех, кого нам нужно, не было опять!.. Неприятель покинул свой лагерь и бежал пред самым нашим приходом. Общее разочарование было самое полное, и среди нетерпеливой молодежи слышались фразы в роде того, что Хивинцы не больше, как недосягаемый призрак… Несколько далее хивинского лагеря, сквозь густую сеть высоких стеблей и перепутанных листьев камыша, вдруг засверкала поверхность точно стоячей воды, облитой солнцем; вслед затем дорога вышла на самый берег, и нам в полном своем блеске представилась средне-азиатская красавица Аму-Дарья!.. С самого Кунграда мы двигались все время почти по прибрежью этой реки, но она, как стыдливая невеста своей родины, таилась от глаз наших и только теперь первый раз сняла пред нами свое таинственное растительное покрывало: и в самом деле она была красавица!.. Широкою, в добрую версту, серебряною лентой, как сплошную массу сверкающих звезд, несла она молча без единого плеска свои мутные воды, залитые палящим солнцем. Было что-то '''[178]''' приковывающее в этом спокойном величии многоводной реки! Только после нескольких минут безмолвного созерцания я вспомнил томившую меня жажду, слез с коня и, наклонившись над берегом, сделал несколько жадных глотков аму-дарьинской воды: последовало некоторое разочарование… «Только любоваться бы тобой и никогда не прикасаться!» невольно подумал я: так тепла, илиста и вообще грязна была эта восточная красавица, окрещенная даже арабскими писателями Джейхуном или грязною рекой… Безжизненный противоположный берег тянулся узкою, песчаною полосой, слегка подернутый зеленью. Он казался колеблющимся от сильных испарений, дрожавших над рекой и местами блистал на солнце золотистым отливом… Прямо против нас виднелись на том берегу силуэты множества кибиток и шалашей, и между ними при нашем появлении засуетились пешие и конные люди. «Неприятель!» подумали мы… Три конные орудия немедленно снялись с передков и направили туда свои жерла… но в то же время несколько человек бросились с того берега в воду, достигли вплавь до ближайших отмелей, остановились и начали кричать, что здесь кочевья мирных Каракалпаков. Колонны оставили их в покое и тронулись далее, но арриергард, не зная в чем дело, пустил в них несколько десятков пуль и получил за это приличный нагоняй… '''[179]''' Около часа дорога тянулась по открытому берегу и затем опять повернула в камыши. Здесь авангард наш снова увидал людей, но на этот раз прямо против себя: по дороге галопировали, удаляясь от нас, отдельные всадники, а по сторонам в камышах целыми сотнями мелькали черные туркменские шапки. Наконец-то неприятель! Несколько сотен, бывших во главе обеих колонн, развернулись и пошли рысью. Остальные войска прибавили шаг. Оренбургские и Уральские казаки, по приказанию своего начальника полковника Леонтьева, бросили при этом в Аму-Дарью все свои пики, служившие только совершенно бесполезным бременем… Неприятельские всадники несколько раз исчезали в камышах при нашем приближении и, выростая снова в большем числе, рассыпались во все стороны, или останавливались при замедлении нашего хода. Пехота обеих колонн выбивалась из сил, но не могла подойти даже на дальний выстрел… Но вот камыш стал мельче, сотни ринулись в атаку; Хивинцы с неимоверною быстротой отхлынули назад и невозможно было и думать, чтобы догнать их свежих, прекрасных коней… Сотни остановились и открыли огонь. Со страшным шипением полетела первая наша ракета, взвилась над камышами, резнула спокойную гладь блиставшей за ними реки и скрылась… за нею другая… еще и еще ракета. В толпе неприятеля, там и сям, мелькнули клубки дыма ответных выстрелов, но их пули и не приблизились к нам… '''[180]''' Сорвавшаяся в это время лошадь нашего ракетеного офицера помчалась по направлению к неприятелю. Несколько Хивинцев бросились ловить ее, но прежде чем схватили, наша кавалерия уже снова неслась на неприятеля и на этот раз еще более безуспешно, благодаря изрытой кочковатой местности, едва позволявшей двигаться даже шагом, несколько лошадей вместе с седоками свалились в глубокие ямы прежде чем успели остановить сотни, а Хивинцы счастливо завладели конем нашего офицера и один из них дерзко пересел на нее на наших глазах. Эти бесполезные атаки повторялись еще несколько раз, пока мы не вышли на открытую поляну. Здесь огромные толпы неприятеля повидимому решились сразиться, — они огласили воздух неистовыми криками «аламан! аламан!» (Воины! воины!) охватили в рассыпную наши фланги, спустились к центру и остановились. Три наши конные орудия быстро вылетели вперед и снялись с передков. — Первое! послышался звонкий голос лихого командира конной батареи, есаула Горячева. Грянул выстрел. Как отдаленные раскаты грома загрохотало эхо над молчаливою рекой… Граната угодила в самую гущу неприятельских всадников; раздался треск и Хивинцы шарахнулись во все стороны, как осколки самого снаряда… Еще несколько выстрелов, и из-за обоих '''[181]''' флангов батареи внезапно вынеслись казаки, сверкая в облаках пыли обнаженными шашками, и устремились на неприятеля… Хивинцы как бы выжидали с минуту; казалось, вот сойдутся и закипит рукопашная… Но нет, не выдержали и на этот раз халатники!.. Их тысячные толпы повернули пред нашими четырьмя сотнями и через несколько минут совершенно скрылись из виду… Уже в Ходжали нам рассказывали, что в этот день Хивинцы три раза собирались на отчаянную атаку, но каждый раз в самую решительную минуту «не хватало пороху»… Видя бесполезность дальнейшей погони, генерал Веревкин приказал ударить отбой и прекратил преследование. Казаки и конно-иррегулярцы, в бессильной злобе на неприятеля, с которым так жаждали сразиться в этот день, остановились в виду ходжалинских садов и слезли со своих измученных коней; к ним стянулись остальные части, отряда и последовал общий привал… Через два часа отряды двинулись в прежнем боевом порядке Оренбуржцам снова выпала дорога, ведущая прямо к северным воротам ходжалинской ограды; они беспрепятственно двинулись вперед, и вскоре мы видели только пыль от них, извивавшуюся среди яркой зелени ходжалинских садов и посевов. Кавказцы взяли, попрежнему, на полверсты вправо и очутились сразу пред целым лабиринтом препятствий: сады, огороды и всевозможные посевы, '''[182]''' испещренные густою сетью каналов, арыков, глиняных стенок, земляных насыпей и живой, колючей изгороди, сплошь покрывали все пространство, лежавшее пред нами. В этой обстановка пехота наша едва подвигалась вперед, и поэтому бывшая во главе кавалерия отделилась от колонны и скрылась за густою рощей, правее нашего общего направления… На одной поляне я получил приказание догнать кавалерию и остановить ее до присоединения пехоты. Тут я расскажу мои собственные приключения при исполнении этого приказания для того, чтобы дать вам некоторое понятие о ближайших окрестностях Ходжали, о хивинской агрикультуре и, между прочим, о тнх преградах, которые лежали на пути Кавказского отряда… Местность, конечно, была совершенно незнакомая, дороги не было; карта не могла служить пособием, ибо на ней Ходжали обозначены обыкновенным, небольшим кружком, безо всяких топографических подробностей, и, как я уже говорил, кавалерия скрылась из виду. При таких условиях мне ничего более не оставалось как взять прямое направление к упомянутой роще и скакать… Через несколько секунд я наткнулся на арык, аршина в два ширины: шпоры — и я за арыком, на прекрасной поляне люцерны, усвянной фиолетово-голубымн цветами. Перескочив снова через невысокий глиняный парапет, окаймлявший поляну с противоположной стороны, я вышел на широкую, поперечную '''[183]''' дорогу, покрытую слоем тончайшей пыли, до которой достаточно было прикоснуться ногой, чтобы поднять вокруг себя целое облако; рядом тянулся и канал мутной, почти стоячей воды, с крутыми насыпями по обоим берегам и шириной около пяти-шести сажен… Я остановился в недоумении пред этим препятствием: моста не было, а белые рубашки наших стрелков мелькали между деревьями по ту сторону канала, — как они переправились?..Наугад, я поскакал по дороге вправо, и вскоре увидел что-то черневшее поперек канала, — то был мостик, вероятно, на низких сваях, но их нельзя было видедть, так как настилка из мелкого хвороста лежала над самою водой и потонула еще более под тяжестью моей лошади. Обширное и обсаженное кругом деревьями рисовое поле, с едва выглядывающими из воды ростками, лежало за мостиком как сплошное болото. Направо нельзя было ехать: два ряда молодых тополей, возвышавшихся там над двумя параллельными насыпями, показывали близкое соседство еще нового арыка; ехать налево по берегу канала — значило удаляться от цели. Я решился персечь рисовое поле, но только что лошадь опустила в воду передние ноги — он завязли в грязи по колено и бедное животное едва выкарабкалось обратно. Делать было нечего и я понесся налево, по берегу большого канала. Миновав рисовое поле и перерезав нсколько посевов джугуры и пшеницы, я снова увидел '''[184]''' пред собой белые рубашки солдат и сверкавшие между деревьями штыки, — то была цепь, остановившаяся пред арыком. По гребню насыпи пробегал подполковник Гродеков и, повидимому, отыскивал место, позволяющее перепрыгнуть на ту сторону… — Что, братцы, стали? спросил я, придержав коня пред одною группой солдат. — Да вот, ваше благородие, арык проклятый растянулся поперек… ничего с ним не поделаешь. Их мы с десяток перешли сегодня, да те все будто посходнее были… Насыпные края арыка возвышались на целую сажень, но на взгляд они отстояли так близко друг от друга, что, казалось, можно и перепрыгнуть на тот берег. — Как «ничего не поделаешь»?.. Говоря это, я уже соскочил с лошади и подбежал к арыку. Ширина его, как я увидел теперь, могла быть несколько более одной сажени, но размышляиь было некогда, и я сделал прыжок… Едва ноги мои ударились о противоположную насыпь, она с шумом обвалилась; я полетел в арык и мгновенно окунулся в его мутной, расплескавшейся воде… Вынырнуть из воды, ухватиться за корни чинара, висевшие над моею головой, и выбраться из арыка при помощи солдатских ружей, было делом одной минуты, но, воображаю, как я был хорош в это время в своем белом кителе!.. Тогда, конечно, я об этом не думал, — мне только '''[185]''' мерещилась ускользающая кавалерия, я снова вскочил на лошадь и полетел искать счастия в новом месте. Не прошло и трех минут, как два канала, встречающиеся под прямым углом, загородили мне дорогу: один имел около шести сажен ширины; другой втекал из первого, был гораздо уже и лежал на моем пути. Что мне делать?.. Вернуться назад к мостику пред рисовым полем значило потерять слишком много времени… «Авось не глубок», подумал я, и, вскочив на береговую насыпь, подобрал лошадь и начал понукать ее шпорами; она только вздрагивала от боли, но наконец медленно, как бы ощупью, спустилась с крутой насыпи. Передния копыта погрузились в арык. Лошадь вытянула шею и обнюхивала почти стоячую воду. Но вот, она увидала там свое отражение, — фыркнула и шарахнулась было назад, но копыта быстро скользнули вниз по мокрой глине Еще мгновение — и мы оба, как обвалившаяся глыба скалы, рухнули и погрузились в воду… К счастью, я не попал под лошадь и быстро вынырнул. Широкие водяные круги, разбегаясь по поверхности взбаломученного арыка, один за другим плескались о противоположный берег и туда же, кряхтя и как бы судорожно потряхивая красивою головой, плыл мой конь с распущенным по воде хвостом. Я вцепился за этот хвост и, после долгой возни, мы оба наконец выбрались на сушу… Конь мой казался пегим от массы прилипшей к нему желтой глины; он дрожал, вода с него '''[186]''' струилась. Я должно быть тоже походил на какую нибудь глыбу земли под проливным дождем, еле дышал от усталости и в душе энергически проклинал и Хивинцев, и в особенности их ирригационную систему безо всяких средств для переправы. Выжав наскоро прилипшую к голове фуражку, я взобрался на мокрое седло и снова погнал свою измученную лошадь… Перескакивая через мелкие оросительные канавы, я несся теперь как бы по цветным коврам богатой растительности, удивляясь все более. и более разнообразию и тщательной обработке ходжалинских полей. Чего только тут не было!.. Направо и налево, то и дело мелькали то нивы высокой, уже пожелтевшей пшеницы, то поля проса и чечевицы, и наконец под самым городом — цветущие группы фруктовых деревьев, плантации хлопчатника, табаку и правильные зеленющие грядки со всевозможными овощами. На всем пространстве пред глазами не было ни одной пяди необработанной земли!.. В этой обстановке я проскакал около версты и, поднявшись на небольшой бугор, сразу увидел пред собой всю нашу кавалерию. Она вышла сюда, сделав огромное обходное движение по указанию проводников, и теперь, спешившись на небольшой поляне, спокойно ждала прибытия остального отряда. Таким образом все мои труды и купанья оказались совершенно бесполезными и я с досадой слез с измученного, запыхавшегося коня. '''[187]''' Впереди нас, на расстоянии ружейного выстрела, лежал Ходжали. Но его глнняные стены, прорезаненые бойницами, скрывались за деревьями и выглядывали безмолвно только местами, как будто несчастные прогалины среди зелени. Не было видно ни одной души, не раздавался ни один выстрел, как будто город был брошен подобно Кунграду. С бугра мы наблюдали некоторое время за движением нашего отряда и видели как густые облака пыли, удаляясь ои нас, медленно тянулись к северным воротам города. Было ясно, что препятствия, лежавшие по первоначальному направлению Кавказцев, принудили их свернуть на дорогу и идти в тылу за Оренбуржцами… Мы сели на коней и рысью пошли вдоль городской ограды, наперерез своему отряду. Оказалось, что в полуверст от города генерала Веревкина встретила ходжалинская депутация из нескольких десятков почетных стариков, с изъявлением своей покорности и с просьбой о пощаде. С этою депутацией во главе, отряды и вступили в город. Кавалерия подошла к воротам, когда главные наши силы уже дефилировали по узким улицам Ходжали. Крайняя, довольно широкая улица, на которую мы вышли, проходила между городским валом и глиняными мазанками с наглухо запертыми воротами; она была буквально запружена повозками и и верблюдами оренбургского обоза, наперерыв стремившимися вперед среди шума, давки и целых '''[188]''' облаков поднятой пыли. С трудом пробравшись по этой улице и не встретив ни одного туземца, я переправился по мосту через широкий городской канал и, выйдя за город, догнал отряды, которые уже располагались в многочисленных садах по обеим сторонам дороги… День закончился кавказским вечером, на который мы пригласили оренбургских офицеров. В саду на разостланных бурках расположились приглашенные и хозяева, а вокруг, при свете гигантских костров, попеременно гремели музыка, песни и зурна и отхватывалась удалая лезгинка… После веселого ужина, с музыкой и песнями, мы проводили своих гостей до их кибиток. === XV. <br>Две неожиданные картины и слух о миролюбии хана — Вторая попытка ночного движения и новая неудача с чертовою дюжиной. — Уч-Кудук — Последний переход и первые признаки оазиса — Чинк, бассейн Айбугира и Кара-Гумбет === ''Вечером, 10 мая. Бивуак на Кара-Гумбет.'' Как только жар начал спадать, мы выступили из Ербасана и, отделившись от пехоты, пошли полным ходом, чтобы засветло оставить за собой обещанные Киргизами опять тринадцать верст. Потянулась та же молчаливая степь, на которую безмолвно смотрит сверху только жаркое и неизменно ясное, безоблачное небо… Проехали несколько верст. — Господа! воскликнул кто-то, — посмотрите назад, что там творится только!.. Я оглянулся. Куда девались дикая пустыня и кроткое небо!. Откуда только взялись тысячи ярких красок, заливших степь в самых причудливых волшебных '''[134]''' сочетаниях!.. Солнце спускалось к горизонту и, утопая огненно-багровым шаром во мгле, покрывавшей далекую окраину степи, озаряло и землю и небо ярко-лиловым светом, точно чудовищный, невиданный пожар расплылся над необятною степью… «Прелестный вид! Я ничего подобного не видел!» слышалось по сторонам, когда мы невольно остановились целою толпой, чтобы любоваться этою действительно очаровательною картиной степного заката в полном его блеске. Трудно было оторваться от нее, но в это самое время на востоке нас привлекло другое неожиданное зрелище… Там, в дали, так же залитой бледно-пурпуровым отблеском догорающего дня, тянулся длинный караван в несколько сот верблюдов… Вот и он заметил нас… остановился, быстро скучился и припал к земле Суетившиеся люди мгновенно скрылись за верблюдами, и караван точно замер… Остановив на месте сотни, мы, офицеры, одни приблизились к каравану. Вид его был настолько внушительный, что, вероятно, остановил бы не одну партию степных хищников: верблюды, навьюченные огромными тюками, лежали плотным кольцом; из-за этого живого бруствера выглядывали исхудалые, бронзовые лица Туркмен под их огромными маховыми шапками и высовывались ружья, направленный прямо на нас и готовые разразиться свинцовым дождем при малейшем враждебном действии с нашей стороны… Женщины с дубинами в руках '''[135]''' стояли в перемежку с мужчинами и повидимому также решились на отчаянную защиту… Косумка, пользующийся привилегией прежде других пробовать воду изо всех подозрительных колодцев, и теперь был выдвинут вперед и первый заговорил с Туркменами… Оказалось, что караван отправляется в Оренбург и везет туда хлопок, шелк и другие товары куня-ургенчских купцов. На все интересующие нас вопросы вожаки его отвечали крайне неохотно, отговариваясь тем, что вышли из ханства более месяца тому назад. Но между прочим, как бы желая обрадовать нас, они настойчиво повторяли, что Хивинцы драться не будут… Признаться, едва ли кого обрадовало это известие; по крайней мере не одно проклятие полетело на голову миролюбивого хана… Перспектива мирного вступления в Хиву после стольких трудов и лишений как бы опешила некоторых, разбила на минуту самые розовые из их надежд… Но русское «авось» снова явилось на выручку утопающих надежд… Успокоив этих первых людей, встреченных нами в степи за все время похода и снабдив их пропускным видом, мы продолжали путь. Они также подняли своих верблюдов и начали удаляться на север, вероятно не веря тому, что так дешево отделались от страшных гяуров… Южная ночь с ее могильною тишиной снова окутала степь. С востока повеяло прохладой, и среди непроницаемой тьмы бесконечно долго слышался только '''[136]''' однообразный топот бодро подвигавшихся коней, да изредка резкий голос Киргиза, перекликавшегося с проводником… Вначале, далеко позади нас, взвивались по временам сигнальные ракеты, показывавшие движение колонны Аварского. Но вот уже несколько часов как и ракет не видно, и говор умолк, и сон назойливо смыкает усталые веки, да и проехали мы тринадцать верст едва ли не трижды… а колодца все нет. — Что ж это такое?.. Не заблудились ли опять? Как бы в ответ на это, проводник остановился и к общей досаде подтвердил нашу догадку: он уже часа два с половиной бесплодно отыскивает ''Уч-Кудук'' и не знает как теперь быть!.. Ночные движения имеют свою хорошую сторону: не томит жажда и людям прохладно и легко. Но лошади и верблюды теряют при этом лучшие, крепительные часы сна и потому изнуряются гораздо больше и быстрее чем днем. Кроме того, как мы убедились на опыте, в темную ночь и самый опытный степняк не может поручиться за то, что не возьмет несколько в сторону и не пройдет мимо колодца; а тогда ничего нет легче, как бесконечно кружиться по степи… За неимением каких-либо пересечений для ориентирования, единственным путеводителем номада ночью служит строгое соблюдение взятого направления, а раз он лишился и этого последнего пособия, — только случай может помочь ему выбраться на дорогу или на колодезь… Но нет ничего хуже '''[137]''' как блуждать в степи! Неуверенность в том, что мы приближаемся к цели, невольно наталкивает на мысль, что, быть может, мы удаляемся от нее. А это убивает всякую энергию. Мы остановились и слезли с утомленных коней, а Киргизы поскакали по всем направлениям разыскивать потерянный Уч-Кудук. Казаки собрали колючку и развели пред нами огромный костер. Конно-иррегулярцы огласили степь громкою лезгинскою песней и с нею незаметно слились вскоре оглушительные звуки кавказской зурны… Песни, костер, зурна и дружное хлопанье в ладоши, — это такой соблазн для беззаботного Лезгина, что он не удержится от пляски и накануне смерти!.. И вот, один за другим выступая вперед, они начали свой национальный танец вокруг костра, — то плавный и полный грации, то кипучий, словно черти перебесились в ногах, — точно в этот поздний час только для этой удалой пляски сошлись мы в глухом уголку безжизненной пустыни… С небольшим через час прискакал один из Киргизов с известием, что колодцы найдены: мы оставили их вправо и прошли далеко вперед… Как ни досадно было, но делать нечего, потянулись назад. Киргизы в карьер выскакивали вперед и мгновенно зажигали несколько кустов сухой колючки; пока мы подходили к этому огню, в отдаленин вспыхивал другой… Таким образом, двигаясь по кострам, мы пришли к Уч-Кудуку в '''[138]''' третьем часу ночи, проведя на коне около 9-ти часов!.. Правду говорил «Ананас», что и вторично не повезет нам с этою дьявольскою цифрой 13!.. Еще далеко от колодцев нас обдал отвратительный запах падали, который усиливался по мере нашего приближения… Наконец в такой степени запахло мертвечиной, что просто «с души воротит», точно мы вступили в область гниющих трупов. Хоть зажимай нос и беги вон!.. Казаки бранились и отплевывались, но тем не менее мгновенно и с обычным шумом окружили колодезь у возле которого валялось несколько дохлых лошадей. Два колодца были засыпаны, а в третьем, на глубине двадцати сажен, была ''вода'', — вонючая как падаль и горькая как… уж я не подыщу и сравнения!.. Все пили ее и торопились набрать в свои сосуды… А на утро Киргизы вытащили из колодца… сперва клочья шерсти, а затем и совершенно разложившуюся козу… Нечего и говорить, что и это никого не остановило: предстоял, по словам проводников, восьмидесятиверстный безводный переход. Кириизы принялись оттаскивать падаль, растревожили ее и еще больше заразили воздух. Об ужине и чае нечего было и думать… Выйдя за черту этой убийственной сферы, мы растянулись на бурках и, несмотря на страшный голод, заснули как убитые… На следующий день утром сюда же подошел со своею колонной майор Аварский. Он пробыл в дороге вдвое менее чем мы, верховые, благодаря тому, '''[139]''' что накануне, потеряв нас из виду и не желая напрасно утомлять людей, блуждая за ненадежным проводником, остановился и ночевал в степи. Подполковник П. с главными силами, как видно, и не был на Уч-Кудуке. Если он только не заблудился, то, надо полагать, прошел мимо этих колодцев по южной дороге. Как только люди Аварского напоили верблюдов и набрали уч-кудукской воды, мы оставили эти проклятые колодцы… До полудня все было попрежиему, но к этому времени солнце запекло необыкновенно сильно, и мы почувствовали ту нестерпимую духоту и зловещую тишину в воздухе, которые обыкновенно наступают здесь пред какою-либо резкою переменой… Физиономия степи также начала заметно изменяться: показалась более сочная зелень и местами небольшие лужайки, покрытые превосходною, мелкою травкой. Лошади сами сворачивали к таким местам как к чему-то знакомому, родному… Вот вспорхнул пред нами давно невиданный коршун, за ним полетели в догонку одна и другая пуля, но бесполезно. Немного погодя пронеслась в стороне, точно не касаясь земли, стройная сайга с приподнятою мордочкой, вероятно испуганная нежданными гостями и дикими звуками зурны… остановилась, гордо взглянула на нашу сторону… и понеслась быстрее прежнего… Целая толпа Лезгин и '''[140]''' Киргизов, выхватив свои винтовки, с гиком помчались за красавицей, но ее и след простыл!.. Эти легкие черты некоторого оживления после бесконечного однообразия мертвой пустыни произвели на нас то приятное впечатление, которое, вероятно, испытывают люди, переплывающие океан, при появлении первых признаков недалекого берега… Они также сулили нам давно покинутую землю, — землю, к какой мы привыкли, полную движения и жизни… Пред вечером ясное все время небо в первый раз заволоклось небольшими тучами, — еще новость. Внезапно послышались отдаленные раскаты грома и вслед за ними начали искоса накрапывать редкие, но необычайно крупные капли дождя, рассеевая степную мглу и поминутно меняя свое направление… Через четверть часа уже точно ничего и не бывало; дождь перестал и солнце запекло с прежнею силой. Только кое-где носились еще по бирюзовому небу «последние тучки рассеянной бури», словно клубы белоснежной ваты, залитые ярким светом… Воздух стал прозрачнее и чище. Вдали, на краю горизонта точно мелькнула пред нами неуловимая сначала, но постепенно возраставшая светло-голубая полоска. — Море!.., море, господа! раздались со всех сторон радостные голоса… Как-то трепетно забилось сердце… Вместе с другими с напряженным вниманием я устремил свои глаза в эту даль, к этому заветному для нас '''[141]''' рубежу, за которым должны кончиться если не труды, то хоть лишения, и где, наконец, должна начаться человеческая жизнь!.. И там, на востоке, немного погодя, мы ясно увидели крутые, обрывистые берега Айбугира и далеко врезавшуюся в него белую полосу мыса Ургу, а за ними, как легкая дымка, вилась на дальнем горизонте едва заметная синева Хивинского оазиса!.. Около семи вечера мы вышли из пустыни и остановились на краю скалы, у мыса Кара-Гумбет. Здесь оканчивается и степь, и сплошная возвышенность Уст-Юрт, которая подходит к самому Аралу и сразу обрывается над его водами отвесною скалой, местами боле шестисот футов вышины. Скала эта называется также Чинком, составляет на значительном протяжении западный берег Аральского моря; продолжая затем общее направление на юг, она извивается по всему протяженно Айбугира, огибает с юга продолжение этого залива, Ак-Чаганак, и непрерывно тянется на юго-запад чрез всю туркменскую степь до самого Кара-Бугазского залива Каспийского моря. У подошвы Чинка, начиная с мыса Ургу, широко расстилается на юг обширная айбугирская впадина, — бассейн бывшего залива. Даже на новейших картах, составленных специально для нашего похода, Айбугир показан заливом Аральского моря, имеющим до трехсот верст в окружности. Но теперь весь этот обширный бассейн представляет совершенно сухую впадину, местами густо поросшую '''[142]''' камышом и более или менее значительным кустарником. Воды в нем ни капли. Оказывается, что один из западных истоков Аму-Дарьи, Лаудан, впадавший некогда в Айбугир, давно изменил на восток свое первоначальное направление, и вследствие этого прекращения питания уже лет тридцать тому назад образовался у мыса Ургу перешеек между Аралом и Айбугиром. Залив, превратившийся таким образом в озеро, начал быстро испаряться и уже не существует более десяти лет. Кара-Гумбет, на котором мы расположились, урочище на Чинке, несколько южнее Ургу-Муруна, с разбросанными на краю скалы киргизскими могилами и с четырехугольною каменною башней, приписываемою Девлет-Гирею. Несколько позже нас прибыла сюда же колонна Аварского, и общий наш стан принял как бы праздничную физиономию. Затрещали бивуачные огни, закипела жизнь, полная говора и движения… На всех лицах сияла неподдельная радость, точно все уже забыли только что пережитые невзгоды; но, Боже, как я присмотрелся теперь, как изменились, исхудали и обросли эти, словно вылитые, темно-розовые лица!.. Но несмотря на это, люди совершенно здоровы и только у трех-четырех десятков сильно потерты ноги. Зато лошади, особенно у конно-иррегулярцев, пришли в такое состояние, что уже совершенно не способны к дальнейшей службе… Не долго продолжалось ликование нашего лагеря. '''[143]''' Едва стемнело, как снова послышались раскаты грома и снова полил дождь, но на этот раз как из ведра!.. Огни мгновенно погасли, и промокшие до костей люди замолкли и свернулись под своими шинелями. Так завершилось наше скитание по заколдованной пустыне, из которого, казалось, не было выхода. Завтра утром выступаем в оазис… Прощай же, бесприютная степь, с твоим гробовым молчанием, с твоими песками и бурунами… Прощайте и вы, карашеки, кыныры, табын-су и разные щенки и кудуки. Спасибо за услугу, но не дай Бог, чтоб еще когда-либо в жизни пришлось прибегнуть к этим услугам!.. '''[144]''' === XVI. <br>Переход через Айбугирскую впадину. — Каразук и два часа в кибитке зажиточного Каракалпака. === ''11 мая, Каразук.'' Свет только-что забрезжился на востоке, когда глухая дробь отсыревшего барабана разбудила меня на Кара-Гумбете. Дождь перестал. Промокшие люди уже грелись вокруг костров; другие только-что начали лениво подыматься из-под шинелей и бурок; но вскоре суета, обычная пред выступлением, охватила бивуак… Заря как-то торжественно занялась в это утро над сонным Хивннским оазисом. С Айбугирской впадины доносились своеобразные утренния перекликивания фазанов, и над его темным растительным покровом как бы выростала и удлинялась живописная лента зарумянившихся скал, когда отряд наш вытянулся в длинную вереницу и медленно, гуськом, начал спускаться по крутым зигзагам Кара-Гумбета на высохшее дно, над которым еще так '''[145]''' недавно бушевали волны Аральского моря. Это продолжалось несколько часов. Айбугирская впадина, представляющая теперь, как я уже писал вам, сплошную глинистую равнину, покрытую в перемежку камышом, саксаулом и высоким кустарником, тянется в ширину около двадцати верст и затем едва заметным подъемом сливается с окраиной оазиса, прилегавшею к бывшему заливу и составлявшею его луговое или низменное прибрежье. Перерезав этот бассейн по прямой линии на восток от Кара-Гумбета, мы вышли на противоположную его сторону и тут же завидели более полутораста кибиток, разбросанных на большом пространстве. То были соединенные аулы Каракалпакского племени Эсет. Между кибитками происходило необыкновенное движение: снимали жилища, вьючили верблюдов, пешие и конные сновали по всем направлениям, — ясно, что мы взбудоражили бедных жителей… Оказалось, в самом деле, что со времени прибытия Оренбургского отряда к Айбугиру Каракалпаки в ужасе следили за направлением его движения и успокоились только несколько дней тому назад, когда узнали, что генерал Веревкин перешел Айбугир несколько северне мыса Ургу, и направился прямо на Кунград. Теперь внезапное появление Кавказцев пред самым аулом в такой степени смутило Каракалпаков, что они решились было искать спасения в бегстве. Но Косумка, посланный вперед с несколькими Киргизами, совершенно '''[146]''' успокоил жителей и вернулся к нам с двумя их старшинами в цвтных шелковых халатах и в огромных бараньих шапках… При нашем приближении старшины остановились в почтительном отдалении, слезли с коней, обнажили свои гладко выбритые головы и, скрестив руки на груди, покорно ждали своей судьбы… Их правильные, загорелые и несколько полные лица, повидимому, старались выразить спокойствие… Но воображаю, что происходило в сердцах этих, ни в чем неповинных пред нами людей!.. Конечно, их обласкали и послали вперед для успокоения своих аулов. Отряд расположился на ночлег вблизи аула, и наш бивуак отделялся от кибиток только небольшим оврагом, в котором разбросаны до тридцати превосходных колодцев, тщательно обделанных камышом и изветных под именем Каразук. Вот тут то началось первое сближение наших с Каракалпаками. Группы женщин и юношей, одетых в грязные рубища, тенились вокруг колодцев и сначала только исподлобья оглядывали подходивших к ним пришельцев. Но необыкновенная способность нашего солдата быстро сближаться хоть с чортом и тут не замедлила проявить себя: недоврчивые лица вскоре приняли спокойное натуральное выражение, и боязнь их сменилась любопытством. Доставая воду нашими ведрами, женщины начали любезно наполнять прежде солдатские баклаги и потом уже свои тыквы. Между Каракалпаками нашелся '''[147]''' один, который провел некоторое время в Оренбурге и что называется мараковал по-русски; солдаты в свою очередь выдвинули вперед казанских Татар. Завязалась бойкая беседа, а там и дружба. К вечеру по всему лагерю уже сновали мужчины и женщины и продавали, хотя баснословно дорого, кумыс, айран, лепешки, джугуру и т. п. Осматривая аул, я приподнял камышевую завесу над дверьми одной кибитки, показавшейся мне больше и опрятнее других, и вошел в нее. Едва появилась в дверях белая фуражка, целая орава мужчин, женщин и детей всвх возрастов, наполнявших кибитку во всевозможных положениях, встрепенулась, как испуганная стая… В средине кибитки горел огонь, и дряхлая старушка мешала деревянным ковшом пшеницу, варившуюся в большом чугуне. Молодая, довольно смазливенькая женщина, в красной канаусовой рубашке спдела тут же за ручною мельницей и монотонно водила ее деревянною ручкой. В стороне, возле целой груды разных сундуков, расставленных вдоль войлочной стенки, несколько женщин, окруженных полунагими детьми, мыли какое-то тряпье в деревянном корыте. На противоположной стороне от них, около сложенных в кучу тюфяков и подушек, сидело на разостланном войлоке человек семь мужчин за калмыцким чаем. По стенам развешаны халаты, на земле кувшины и разная посуда, возле детей приютился молодой козленок, и под закоптелым '''[148]''' войлочным сводом стелется дым, медленно выходящий в верхнее отверстие кибитки. Вот вся обстановка богатого каракалпакского жилища. Объяснив свое посвщение простым любопытством, я успокоил всех, и затем, усевшись среди мужчин, начал расспрашивать о их образе жизни. Каракалпаки населяют северо-западную полосу Хивинского оазиса, устья Аму-Дарьи и восточное прибрежье Аральекого моря и занимаются скотоводством и рыболовством. Они составляют один из многочисленных киргизских родов, называемых Хивинцами общим именем ''казак''; говорят общим киргизским наречием, и хотя мусульмане, но, надо полагать, не особенно рьяные: грамотные между ними составляют весьма редкое исключение; женщины ходят с открытыми лицами, и свадебные обряды сохранили много языческого. У Каракалпаков с незапамятных времен вкоренилось обыкновение меняться дочерьми с соседними туркменскими племенами. Это значительно повлияло на их тип: они не так скуласты и узкоглазы, как чистокровные Адаевцы на Мангышлаке; между ними много бородатых физиономий, чего почти нельзя встретить между Киргизами. Вообще Каракалпаки составляют что-то среднее между Киргизами и Туркменами; от последних они переняли весь костюм и не помнят, когда и бросили свои волчьи малахаи. Когда я навел речь на благосостояние Эсетского '''[149]''' племени, собеседники мои как-то замялись и отвечали нехотя… — «Как самец среди верблюдов, правда хороша в беседе», — начал вдруг степною поговоркой упорно молчавший до сих пор седобородый старик. — Зачем скрывать, хотя не много, но слава Богу, есть между нами и богатые, есть такис, что имеют более пятисот верблюдов, столько же баранов; есть такие, что платят по сту верблюдов в калым за хорошую девушку… Но у нас есть поговорка, — добавил старик, — «там не выростут деревья, где повадятся верблюды, там не будут жить богато, где появятся Туркмены». А Туркмены незваные являются к нам на грабеж очень часто и уводят целые стада, а то богатых между нами было бы еще больше. Бедных же Каракалпаков сколько хотите: целые тысячи живут в устьях Дарьи, едва прокармливаясь одним рыболовством… Я заметил на стене кибитки двухструнную балалайку, слегка выглядывавшую из-под полосатого халата, и предложил несколько вопросов о музыке и песнях Каракалпаков… По их словам, балалайка — их единственный инструмент, и та составляет большую редкость в аулах. Песни поются любовные и так называемые батыр-ир, то-есть воспевающие богатырей. По моей просьбе, поддержанной стариком, один из молодых Эсетов снял со стены балалайку, и после долгого настраиванья и откашливанья начал заунывно мурлыкать какой-то '''[150]''' батыр-ир под монотонный аккомпанемент своего допотопного инструмента… Я весь отдался вниманию, чтоб узнать содержание киргизской саги, но напрасно: слова растягивались и глотались так немилосердно, что кроме, беспрестанно повторявшегося имени «Эдигей», и нескольких отрывочных слов, к сожалению, я ничего не понял. Вообще, сколько я мог узнать, исторические песни общи у всех Киргизских племен и сложены едва ли не в самую эпоху воспеваемых ими событий. Они пестрят именами Мамая, Батые, Эдигея и обнимают только бурный период монгольских завоеваний. Вместе с историей, видно, неподвижно остановилась здесь и поэзия, ибо последние четыре столетия как бы канули в воду для средне-азиатского народа… Поблагодарив за беседу своих новых знакомых и подарив их детям несколько мелких монет, я возвратился к себе в лагерь. '''[151]''' === XVII. <br>Погоня за Оренбуржцами. — Северные окрестности Кунграда и башня сумасброда. — Кунград и Киргиз-комендант — Первые Оренбуржцы. — Дом губернатора. — Дыни — Одиннадцать обезглавленных трупов и участие в экспедиции судов аральской флотилии. === ''Утром, 13 мая Бивуак у Огуза.'' Вчера, рано утром, в палатку, в которой я спал вместе с «Ананасом» и с князем М., приезжал подполковник Гродеков и объявил, что начальннк отряда, вследствие только что полученного письма генерала Веревкина, едет к нему за Кунград, и приказал нам сопровождать его. Мы вскочили на ноги и через четверть часа уже ехали под конвоем двух сотен и ракетной команды. Путь на протяжении первых 10 — 12 верст не представлял ничего особенного, — равнина, поросшая кустарником, с кое-где выглядывающими из зелени глиняными могилами Каракалпаков. Далее, дорогу начали пересекать более или менее глубокие арыки, канавы, сначала сухие, затем полные проточною аму-дарьинскою водой. Как вступающие в '''[152]''' Елисейские поля пред рекой забвения, мы остановились у первого из водных арыков, жадно припали к его струям, напоили своих коней, и затем весело продолжали путь, точно позабыв все муки степного чистилища… Зелень становилась выше и гуще; арыки с неуклюжими мостиками встречались все чаще; наконец все пространство пред нами как будто покрылось зелеными коврами разных оттенков. Весь горизонт под светло-бирюзовым небом, перерезанный по всем направлениям сотнями оросительных канав, очаровал нас и легкою зыбью заколосившихся хлебов, и сочными полями клевера и люцерны, и роскошными группами карагачей, над которыми высились целые ряды пирамидальных тополей, и наконец душистым воздухом, в котором стояли ароматы полевых цветов и звон от щебетанья птичек!.. Весна в полном разгаре на этой окраине оазиса. «Какая разница с голодною степью!» слышалось кругом. «Сколько гигантского труда надо было положить, для того, чтобы голую равнину покрыть в таком нзобилии водой и растительностью!..» По мере приближения к Кунграду путь наш оживлялся еще более. Широкая пыльная дорога, напоминавшая почтовые тракты юга России, поминутно пробегала то мимо водяной мельницы, приютившейся под широкою тенью исполинского дерева, то мимо оригинальной водоподъемной машины над глубоким арыком, или обширной гробницы из жженого '''[153]''' кирпича, со стройным фасадом и изящным куполом, блестящим на солнце своими изразцовыми арабесками… Жизнь, видно, кипела здесь еще несколько дней тому назад, но теперь не доставало уже живых существ для полного оживления этой богатой обстановки: все население разбежалось в разные стороны в виду приближения Русских, и мы встретили на пути только двух-трех Каракалпаков, которые также удалялись со своим скарбом, навьюченным на нескольких верблюдах… В нескольких верстах от Кунграда нас поразила по своей оригинальности башня Аулия-хана, то-есть сумасбродного хана. Она стоит на небольшом кургане, среди разбросанных надгробных памятников и имеет в вышину не менее 120 футов. Верхняя половина башни совершенно уцелела снаружи и блестит на солнце своими голубыми изразцовыми украшениями; нижняя, напротив. обвалилась и так оригинально, что тут образовался узкий перехват, дающий башне вид стоячего бокала… Мы не могли надивиться как еще стоит эта башня, когда, казалось бы, достаточно одного порыва ветра для того, чтоб ее опрокинуть… Говорят, что она построена несколько веков тому назад каким-то Аулия-ханом, который и похоронен под этим сооружением… Вообще вся обстановка нашего движения к Кунграду была в такой степени своеобразна и так просилась под карандаш, что несколько раз я не мог отказать себе в желанин сделать хотя легкие наброски '''[154]''' с того или другого вида. Останавливался, отставал, мчался в догонку за своими и, проделывая это несколько раз, так загнал своего иноходчика Киргиза, что, наконец, принужден был бросить бедное животное на произвол судьбы и пересесть на другую лошадь… Эта же обстановка в такой степени поглощала общее внимание, что мы и не заметили как пролетли более тридцати верст и очутились в виду Кунграда. Тут нас встретил небольшой разъезд Уральских казаков, — первые Русские, которых мы увидели за все время похода… Они сообщили, что Кунград брошен жителями и что генерал Веревкин выступил далее по направлению Хивы. Кунград выглядывает издали порядочно укрепленным, конечно в смысле средне-азиатском. Его высокие зубчатые стены, прорезанные бойницами, казались довольно внушительными еще с расстояния полуверсты, но затем последовало совершенное разочарование: стен не оказалось вовсе, а городскую ограду составляет глиняный вал с банкетом, сильно растрескавшийся, местами полуразрушенный и обнесенный водяным рвом. Все внутреннее пространство образуемого этим валом неправильного многоугольника покрыто прилипшими друг к другу серыми мазанками, без окон и с плоскими кровлями. В центре города возвышается надо всеми строениями правильная фигура четырехугольной цитадели, с толстыми стенами, с полукруглыми башнями по углам и по сторонам ворот, со множеством глиняных '''[155]''' контрфорсов и с одною высокою сторожевою башней из плетня и досок, сильно покосившеюся на сторону и поддержанною деревянными подпорками. Цитадель эту огибает с одной стороны небольшой приток Аму-Дарьи, который извивается по средине города, прорезывает городской вал, наполняет его рвы и затем медленно струит на север свои мутные воды… Во всем городе буквально не было ни одной живой души, и в таком виде его нашел несколько дней тому назад отряд генерала Веревкина. Если бы не каики (Большие туземные лодки.), вытянутые на берег, и не кибитки, выглядывавшие почти из каждого двора, можно было бы подумать, что Кунград мертвый, давным-давно брошенный город. Оборона города была поручена ханом одному беглому нашему офицеру из сибирских Киргизов, который ушел в Хиву вследствие каких-то неудовольствий с начальством. Видно было по всему, что он и не думал защищаться или, вернее, не ожидал Русских со стороны Айбугира. При первом известии о приближенин Оренбуржцев, комендант скрылся из города и заблагорассудил принести генералу Веревкину свою повинную голову, а жители разбежались в паническом страхе. В противном случае почти восьмитысячное население Кунграда имело полную возможность исправить городскую ограду и при '''[156]''' некоторой стойкости по крайней мере не дешево продать свой город… Генерал Веревкин оставил в Кунграде полсотни казаков, роту пехоты и часть лазарета со всеми больными своего отряда; к ним должны присоединиться два наши горные орудия и сотня конно-иррегулярцев. Этому гарнизону предназначено стоять внутри и вокруг казенного дома кунградского бека или губернатора, который расположен совершенно отдельно, вне городской ограды и может служить типичным образцом новейшей хивинской архитектуры. Дом этот четырехугольный, весь из сырой глины, и общим видом своим производит впечатление тяжелой, неуклюжей массы, напоминающей что-то в роде древне-египетского сооружения, выросшего под тенью огромных карагачей. Глухия и высокие стены подперты снаружи тяжелыми цилиндро-коническими колоннами, которые подобно дымовым трубам возвышаются еще на несколько футов над плоскою кровлей и оканчиваются коническими срезами. Тяжелые деревянные ворота, расположенные между двумя такими колоннами, ведут со стороны города в обширный внутренний двор; здесь вдоль двух стен расположена под углом высокая галлерея, опирающаяся на деревянные колонки, покрытые крупною, но чрезвычайно искусною резьбой. Пять низких дверей ведут из галлереи в отдельные комнаты с голыми стенами и с земляным полом. Комнаты не сообщаются между собой, не имеют окон, и в них '''[157]''' царствует вечный мрак, способный проникнуть в душу не только кунградского бека, но и всякого, кто в них поселится. На всякий случай губернаторский дом был уже несколько приспособлен Оренбуржцами к обороне: по внутреннему его обводу устроен деревянный банкет для стрелков и по двум углам — настилки для горных орудий. Пред домом, на небольшой площадке, отделенной от него арыком, стояли палатки офицеров и между ними просторная кибитка казачьего полковника, начальника кунградского гарнизона. Достаточно было войти в эту кибитку и только взглянуть на ее обстановку, чтоб увидать сразу, что Оренбуржцы идут далеко не такими Спартанцами, как мы, Кавказцы. Тут были и железная кровать с постелью и подушками, и складной стол с табуретами, и вьючные сундуки с погребцом и рукомойником, — словом, все, что нужно для походного комфорта и чего не было у нас даже у начальника отряда. Тем не менее, при входе в кибитку все внимание наше привлек на себя почтенный старик-хозяин. Полный, приземистый и загорелый, с седыми усами и бородой, в русской рубахе, выпущенной поверх широчайших чембар (Туземные замшевые шаровары в Средней Азии.), расшитых цвтнымн шелками и забранных в высокие голенища, он показался нам истым тппом средне-азиатского казака, поседевшего '''[158]''' в степных походах. Не будь погонов на его широких плечах, можно бы подумать, что пред нами вырос старый атаман Запорожцев… — Господа Кавказцы, милости прошу выпить и закусить чем Бог послал, обратился к нам полковник после обычного представления. А Бог послал ему все, о чем мы только могли мечтать, грызя свои окаменелые сухари… В кибитке полковника мы перезнакомились с его офицерами, — тоже в чембарах, с оригинальными сартовскими шашками через плечо. Как и надо было ожидать оказался обширный материал для возбуждения любопытства обеих сторон, и взаимные расспросы не прекращались до самого нашего отъезда… На той же площадке стояли кибитки маркитанта, ловкого малого с Волги. Куда забрался, подумаешь, в погоне за наживой!.. К нему присоединились какие-то туземцы с сушеными фруктами, — образовался базар… Пока мы завтракали у начальника гарнизона, сюда нахлынули наши казаки и конно-иррегулярцы и жадно накинулись на лакомства, в особенности на сушеные дыни… Хивинский оазис, говорят, славится во всей Средней Азии необыкновенно крупными, ароматическими и сладкими дынями с ломким оранжевым мясом. Оне ростут здесь в изобилии и в известную пору года питают почти все население ханства. Хивинцы весьма искусно сохраняют дыни в течение почти десяти месяцев посредством подвешивания в '''[159]''' прохладных местах, и кроме того они сушат их. В начале осени дыни разрезаются на длинные ломти и после просушки на солнце свиваются в канаты, которые поступают на рынки и расходятся по всем окружающим степям. В таком виде дыня уже не подвергается порче и вследствие испарения водяных частей приобретает необыкновенную сладость; но благодаря небрежному хранению к ней прилипает такая масса шерсти и всякой грязи, что надо быть крайне небрезгливым, чтобы полакомиться теми канатами, которые мы видели на кунградском базаре… — А это вы видели? спросил меня вдруг казачий офицер, с которым я обходил базар. Он указал на толпу солдат, которые с лопатами в руках копошились над чем-то недалеко от городского вала. — Нет.., что это они делают? — Видите влево от солдат чернеют на земле как будто грядки? — Ну… — Это лежат одиннадцать обезглавленных трупов: одного офицера и десяти матросов Аральской флотилии… Солдаты копают для них одну общую могилу… Дело вот в чем: Одновременно с приближением наших отрядов к хивинским пределам, суда Аральской '''[160]''' флотилии вступили в устье Аму-Дарьи и, согласно общему плану экспедиции, должны были подыматься вверх по реке, соображаясь с движением сухопутных войск. Верстах в десяти от устья, пароходы ''Перовский'' и ''Самарканд'', с баржами на буксире, прошли под ядрами хивинской крепостцы Ак-кала, причем были ранены несколько матросов и сам начальник флотилии, капитан 2-го ранга Ситников; но дальнейшее движение вверх оказалось невозможным, так как Хивинцы преградили главные рукава Аму, на высоте Кунграда и ниже, восемью обширными плотинами, имеющими, говорят, не менее десяти сажен ширины. Остановившись в виду этих препятствий, капитан Ситников узнал от явившегося к нему Киргиза Утатилау, что русский отряд уже подступает к Кунграду, и для того, чтобы войти с ним в связь решился послать на берег команду матросов при штурманском офицере, вызвавшемся добровольно на это рискованное предприятие. Утатилау взял на себя провести команду к генералу Веревкину, и на первом же ночлеге в ауле, сговорился с жителями, перерезал спящих моряков и с одиннадцатью головами бежал к Хивинскому хану. Это обстоятельство, полагают, также не мало способствовало бегству кунградского населения, которое опасалось заслуженного возмездия Русских. Для обнаженных и обезображенных тел этих несчастных жертв нового азиатского вероломства рыли в Кунграде ту братскую могилу, на которую '''[161]''' указывал мне казачий офицер. Я было направился туда, но меня остановил тот же собеседник. — Не советую, сказал он, — тела разложились так сильно, что близко невозможно подойти, да и интересного ничего нет: Киргизы сняли с них все платье, так что труп офицера могли отличить только по одной ноге, на которой случайно сохранился тонкий, окровавленный носок. Да и некогда было: нам уже подали лошадей, и мы спешили, чтобы к ночи настигнуть Оренбургский отряд. '''[162]''' === XVIII. <br>Южная окрестность Кунграда. — Генерал Веревкин и Оренбургский отряд. — Ночлег на Огузе и «финал» степного похода. === ''Вечером, 13-го мая. Бивуак у Огуза.'' Южные окрестности Кунграда представляют на первых верстах от города ту же богатую картину прекрасно возделанных полей, садов, огородов и то же обилие растительности и оросительных канав, пересекающих почву по всем направлениям. Разница была лишь в том, что здесь попадались еще рисовые поля, казавшиеся сплошными болотами, да разбросанные по сторонам дороги кишлаки (Зимовники.), почти ничем не отличавшиеся от дома кунградского бека. Но вскоре обстановка изменилась: дорога со свежими следами Оренбуржцев выбежала на голую, необитаемую равнину, на которой встречались только колючка, гребенщик, кусты саксаула и, весьма часто, развалины глиняных укреплений, возведенных во время междоусобных войн. '''[163]''' Мне рассказывали, что войны между отдельными племенами возникают здесь весьма часто и, раз вспыхнув, продолжаются упорно и с большим ожесточением. Так, последняя война между двумя значительнейшими племенами ханства, — Иомутами и Чоудурами, — возникла из-за какого-то канала, длилась двадцать шесть лет и прекратилась только при нынешнем Мадраим-хане. Эти и другие племена весьма часто воюют и с самим ханом: лет пятнадцать тому назад только-что окончилась борьба между Хивой и владетелем Кунграда Пана-ханом, как Кунградцы провозгласили своим главой Иомута Ата-Мурада и под его начальством вступили в новую ожесточенную борьбу за свою независимось… Эта последняя война окончилась новым торжеством Хивинского хана, войска которого взяли и разрушили Кунград, а Ата-Мурад-хан, после долгих скитаний по степям, бежал к нам в Красноводск и теперь, говорят, идет на Хиву вместе с отрядом полковника Маркозова… Было около 10 часов вечера, когда, утомленные и разбитые, мы наткнулись в темноте на пикет Оренбургских казаков и завидели вдали массу огней, раскинутых на извилистом берегу Огуза, одного из притоков Аму-Дарьи. То был стан Оренбургского отряда. Чуть не детский восторг охватил нас при виде этих огней, как будто через несколько минут нас ждали там горячия объятия дорогих, близких сердцу людей… '''[164]''' Переодевшись в мундиры, мы направились к бивуачным огням. Оренбуржцы еще не спали и их лагерный шум как-бы возрастал по мере нашего приближения. Казаки наши затянули хором громкую песню, конно-иррегулярцы пустили в ход свою неистовую зурну; и с этим шумом мы вступили в странный, повидимому, лагерь, в котором не было ни одной палатки: это был целый, своеобразный город темных войлочных кибиток, из которых мгновенно высыпал весь народ на необычайное для него зрелище. Несметные, казалось, полчища верблюдов наполняли все пространство между кибитками и ярко пылавшими кострами, и всполошились от диких звуков нашей зурны… В этой обстановке мы пробрались в средину лагеря, остановились и слезли с коней. Через минуту мы были в обширной, белой кибитке, в которой могли бы свободно уместиться, по крайней мере, сорок человек; складные кровать, стол и несколько табуретов составляли ее убранство. При нашем входе из-за стола приподнялся маленького роста, одетый в серое пальто, плотный и бодрый старик, с быстрыми живыми глазами и с закрученными кверху седыми усами, генерал-лейтенант Веревкин… Наш добрый Л. казался сильно взволнованным: для него наступила торжественная минута блистательного исполнения поставленной ему задачи — соединения с Оренбуржцами. Он подошел к генералу, прерывающимся голосом отрапортовал '''[165]''' о благополучном прибытии и затем представил нас. Генерал пожал всвм руки и пригласил сесть… — Ну, как вы прошли, полковник? начал генерал. — Благополучно, ваше превосходительство, и все господа офицеры… весьма усердно… — Словом, благополучно? — Благополучно, ваше превосходительство. — И отлично-с!.. Что и нужно было… Последовало еще несколько незначащих вопросов и ответов, которые почти не коснулись нашего похода и перенесенных трудов… Было видно, что генерал не из особенно разговорчивых, но тем не менее впечатление, которое он произвел на нас, было совершенно в его пользу. До своего назначения военным губернатором Уральской области и наказным атаманом Уральского войска, Веревкин служил много лет в артиллерии на Кавказе, и вдоль и поперек исходил весь Туркестанский край. И степи, и Среднюю Азию с ее населением, он, говорят, знает как свои пять пальцев; следовательно, он знал прекрасно и те труды, которые должны были выпасть на нашу долю, а в таком случае едва ли не был прав, не считая нужным особенно распространяться об этом предмете с усталыми людьми, которым после семнадцати часов, проведенных на седле, совсем не до оффициальных разговоров… — Ну, господа, закончил генерал, — идите и '''[166]''' отдохните. Вы сделали сегодня два большие перехода и, конечно, устали… Очень рад, что познакомился… Будет время, наговоримся… Мы вышли. Возле кибитки генерала теперь толпились офицеры его штаба. Они обступили нас с самыми любезными предложениями и разобрали всех по своим кибиткам. «Ананас», князь Меликов, я и еще несколько человек попали к одному из адъютантов генерала Крыжановского, обстановка которого в просторной кибитке не оставляла желать ничего лучшего в походе На столе вскоре появились спасительный чай, закуска, шампанское… и пошли бесконечные распросы с обеих сторон… Оренбургский отряд состоит из восьми рот, восьми сотен и десяти орудий. Снабжение его больше чем роскошное: продовольствие в изобилии, правильно организованный штаб, прекрасный лазарет с санитарными каретами, с носилками, с запасами общества «Красного Креста», при особом уполномоченном; сосуды для воды, переносные колодцы, войлочные кибитки на каждые двенадцать человек отряда, масса маркитантов и испытанные проводники при каждой части; наконец, тарантасы или телеги у каждого офицера, и четыре тысячи верблюдов для поднятия тяжестей… Это все такие вещи, которые нам и не снились, которые при опытном начальнике могут уподобить всякий степной поход веселой комфортабельной прогулке… А наш отряд?! Сухари впроголодь, '''[167]''' винтовка, полный хор музыки и молодецкий дух в изобилии. К полуночи все смолкло в оренбургском лагере. Огни погасли и лунный свет едва пробивался сквозь сырую мглу, охватившую равнину Огуза. Было холодно. Поблагодарив хозяина за любезный прием, мы перешли в отведенную нам кибитку, улеглись на сене и укрылись чьими-то огромными тулупами… Сегодня утром я проснулся от необыкновенного шума: слышались команды, гремели бубенчики и колокольчики будто на свадебном поезде богатого деревенского парня, и по временам доносились с разных сторон дружные ответы солдат на приветствия командиров… Было сыро, не хотелось подыматься и я продолжал лежать в полудремоте, высунув одну лишь голову из-под теплого тулупа… В кибитку вошел здоровый урядник с малиновыми погонами на рубашке и такими же лампасами на синих шароварах, Уралец. — Ваше благородие! гаркнул он вдруг, наклонившись над самым ухом «Ананаса», который лежал с краю и спал еще. — Позвольте снять джеламейку!.. «Ананасу» послышалась «тревога!», он вскочил как ужаленный. — Что? — Джеламейку надоть бы вьючить, повторил урядник, — прочие уже поперли… '''[168]''' — Какого Джаламека?.. Ты, братец, должно, ошибся; здесь кавказские офицеры спят. — Да эта нашей сотни, только на ночь взяли у нас, настаивал Уралец, указывая на кибитку и как бы недоумевая пред непонятливостью Кавказца. — Кибитку, что ли, тебе?… — Кибитка, ваше благородие, та турхменская, большая, как у наших господ, объяснил урядник, — а эта махонькая, киргизская, у нас джеламейкой прозывается… — Да снимай себе… проговорил «Ананас», снова зарываясь под тулуп. — Снимай, ребята! скомандовал урядник, выходя из своей «джеламейки». Через минуту наше жилище уже было сложено на лежавшего вблизи верблюда и нам при свете высоко поднявшегося солнца представилась живая картина Оренбургского отряда: Часть кавалерии с орудиями уже скрылась из виду, другая только что садилась, чтоб идти в арриергарде и была бы чрезвычайно эффектна в своих цветных рубашках посотенно, если бы не целый лес тяжелых и бесполезных пик. Но, казалось, не было конца извивавшейся по пыльной дороге длинной веренице верблюдов и повозок всевозможных названий!. В этом бесконечном транспорте только кое-где виднелись белые ряды солдат с блестящими на солнце штыками, и, благодаря этому, общая картина Оренбургского отряда напоминала шествие '''[169]''' под военным прикрытием странной смеси огромного обоза с огромным караваном. Мы со своими двумя сотнями и с одним маркитантом, пожелавшим присоединиться к нам, остались здесь на месте ночлега в ожидании остальных частей нашего отряда, которые и прибыли сегодня вечером. Завтра пойдем опять догонять Оренбуржцев, но уже с целым отрядом. Я уже оканчивал это письмо, когда зашел ко мне на огонек один из знакомых офицеров только что прибывшей колонны подполковника П. — Скажите, обратился я к нему, между прочим, — куда вы делись с Ербасана? Мы вас так и не дождались на Кара-Гумбете… — Видите ли, мы, оказывается, взяли далеко вправо от дороги и поэтому, миновав колодцы Уч-Кудук, очутились Бог знает в каком положении!.. Представьте себе: голая степь, пекло в 42, запас воды израсходован до последней капли; колодцы, по мнению проводников, оставлены позади и в стороне почти на целый переход, а люди еле плетутся, потому что ноги пришли в такое состояние, что страшно посмотреть, когда кто-либо из них снимет обувь! Что тут делать?.. Не идти же назад, когда приказано спешить до последней возможности?.. Мы решились пробиться, так сказать, к Айбугиру и пошли. Бедные солдаты, чего только они не выносят безропотно… покорно в такой степени, что как посмотришь иной раз, просто слезы навертываются!. «Что, '''[170]''' брат, спросишь, устал?» — «Что ж делать, ваше блаегородие, надо идти… да жаль, водички нету…» оботрет рукавом мокрое от пота лицо, положит ружье на другое плечо и дальше… Ну, вышли мы наконец к Айбугиру у спуска Чебын, верст, говорят, на тридцать южне Кара-Гумбета. Тут кстати дождь пошел, и бедняжки сразу точно забыли вс свои муки. Нужно вам заметить, что наш П. прекрасный человек, но имеет чрезвычайную слабость к речам, с которыми ежедневно обращается к солдатам. Бывало, после каждого перехода держит под ружьем лишних десять, пятнадцать минут и без того утомленных людей, прежде чем наговорится в волю о разных Сципионах Африканских… Но как же оставить без речи торжественный день окончания степного похода?.. «Пейте, пейте, братцы! закончил он свое обращение к солдатам, указывая воекруг на лужайки дождевой воды. — Само Провидение послало нам эту воду в награду за наши труды и лишения!» И подполковник припал к луже, стоявшей на фланге баталиона. '''[171]''' === XIX. <br>Соединение отрядов. — Кият-Ярган и дальнейший путь. — Ночной плен и утренний смотр. — Войска Инака, камыши и неприятельский лагерь. — Восточная красавица. — Встреча с Хивинцами и первое дело. — Окрестности Ходжали и состояние местной агрикультуры. — Ходжалинская депутация, сдача города и кавказский вечер. === ''16 мая. Лагерь под Ходжали.'' Оренбуржцы были впереди нас на целый переход и 14-го числа должны были отойти еще далее, до урочища Карабайли. Для того, чтобы настигнуть удаляющийся отряд генерала Веревкина, Кавказцам оставалось одно средство: пройти в один день оба перехода, составлявшие в сложности более пятидесяти верст. Для нашей кавалерии, простоявшей сутки на прекрасном корму у Огуза, подобное движение не могло представить никаких затруднений, но этого далеко нельзя было сказать об изнуренной пехоте, которая шла форсированным маршем безостановочно с самого Алана. Однако решиться было тем более необходимо, что 15-го числа, говорили, генерал будет '''[172]''' штурмовать Ходжали. В виду этого, с рассветом 14 мая отряд наш поднялся с Огуза и пошел одною общею колонной. Пространство от Огуза до урочища Карабайли не представляет ничего интересного, за исключением разве одного канала Кият-Яргана, встрчающегося на половине дороги. Местность эта никем не населена и потому на ней нет ни одной постройки, ни клочка обработанной земли, и до самого канала такая же равнина, местами с высоким кустарником, какая тянулась южнее Кунграда. Широкий Кият-Ярган, с извилистыми, неправильными берегами в уровень с водой и с островками, образовавшимися от наносов, походит больше на реку, чем на канал, и его можно бы принять за один из истоков Аму-Дарьи, если бы не название, означающее «Кият — провел». Моста не было на канале и потому переправа отряда потребовала около двух часов времени. Казаки подсаживали пехотинцев к себе на лошадь, перевозили на тот берег и опять возвращались за новыми пассажирами… Но, к счастию, канал оказался не особенно глубоким, и большинство солдат, не ожидая казачьей помощи, облачилось в костюмы прародителей и пошло в брод, неся в поднятых руеках ружье и платье… За каналом кустарник становится выше и местами переходит в густой лес с небольшими прогалинами; извилистая и пыльная дорога прорезывает '''[173]''' эту чащу, как широкая просека, и не доходя двух-трех верст до урочища Карабайли, сразу выбегает на открытую равнину, упирающуюся в Аму-Дарью. Эту вторую половину дороги люди, как и нужно было ожидать, шли с большим трудом, растягивались на несколько верст, отставали и вызывали неоднократные остановки… Стемнело. Густой лес стоял по обеим сторонам дороги, точно сплошные черные стены, и не позволял и думать о боковых разъездах; между тем местность благоприятствовала всевозможным засадам. На только что проходивший пред нами арриергард Оренбургского отряда было сделано небольшое нападение, и на одной прогалине мы наткнулись на труп Туркмена и убитую лошадь, валявшиеся, как последствия этой неудачной попытки… Если Хивинцы, как говорят, и не трусы, то во всяком случае, надо полагать, что у них нет военной сметки для надлежащей оценки благоприятных местных условий: что бы только наделали тут даже две-три сотни смелых и ловких горцев!.. Было уже поздно. Мы продрогли от ночной сырости и соскучились от медленного движения. Кто-то предложил поехать вперед, чтоб поужинать у оренбургского маркитанта. Предложение было принято, и человек десять офицеров, в том числе и я, отделились от отряда и понеслись вперед. Спустя час, мы наткнулись на оренбургские аванпосты, а вскоре прибыли и в лагерь. Все уже спало здесь. Только '''[174]''' кое-где виднелись при лунном свете медленно расхаживавшие фигуры часовых, да у штабных кибиток пробивались еще огоньки и слышался легкий говор… После веселого часа, проведенного в кибитке маркитанта, мы снова вскочили на коней и пустились в карьер через спящий лагерь на встречу к своему отряду… Сопровождавших нас Лезгин, благодаря их папахам, часовые приняли за Туркмен: один за другим грянули два выстрела и одна из пуль провизжала пред самым носом «Ананаса»… Лагерь всполошился. Некоторые офицеры выскочили из кибиток. Горнист взял уже первые ноты тревоги, но кто-то остановил его… — Господа, потише!.., шагом! шагом!.. Вас перестреляют всех! послышался за нами голос полковника Саранчова, начальника штаба Оренбургского отряда. — Шагом! шагом!. повторяли Тере-А. и подполковник Скобелев. Но мы неслись… пока не наткнулись на краю лагеря на фронт дежурной сотни и не очутились в плену у ее командира князя Имеретинского. Не будь сотни, мы бы неминуемо влетели в огромный ров с водой, проходивший в двух шагах за ее спиной… Князь дал нам казаков, которые проводили нас до нашего отряда, только-что расположившегося несколько в стороне от Оренбуржцев. Причиной этой проделки, конечно, был '''[175]''' маркитант… но только благодаря счастливому случаю она окончилась без плачевных последствий. На другой день рано утром отряд наш, состоявший к этому времени из девяти рот, двух орудий и трех сотен с ракетною командой, построился в каре на месте своего ночлега. За ночь люди обчистились и теперь выглядели так, как будто только-что вышли на парад прямо из своих казарм; да и мы, офицеры, нарядились в этот день особенно тщательно, чтобы не удариться в грязь пред Оренбуржцами, и просто блистали белизной своего костюма… Генерал Веревкин, в сопровождении огромной свиты, в которой галопировали между офицерами и разные почетные Киргизы и Туркмены, проехал по фронту наших войск, поздоровался и благодарил каждую часть за молодецкий поход… Еще, говорят, накануне было получено известие о том, что хивинские войска, высланные против нас под начальством Инака, дяди хана, уже дней двадцать тому назад сосредоточены в укрепленном лагере, верстах в пятнадцати впереди Ходжали, и намерены защищать этот город. Численность их определяли в 8.900 человек при четырех орудиях: собственно Хивинцев 1.000 человек пехоты с важным сановником ханства, Мехтер Медреимом, во главе; все остальное — конница, в которой Узбеков и Иомутов по пятисот, Кипчак-Мангитов, Илалы и Алели по триста и, наконец, шесть тысяч Каракалпаков. '''[176]''' Вследствие этого известия, наши соединенные отряды, составившие силу в семнадцать рот, десять орудий и одиннадцать сотен с ракетного и саперною командами, тотчас после объезда генерала тронулись с места двумя колоннами по направлению к Ходажали: левую колонну составили Оренбуржцы, которые направились по дороге, а на полверсты правее и на одной высоте с ними пошли Кавказцы. Верблюды и тяжести отряда двигались в общей массе позади колонн под небольшим прикрытием пехоты. С час мы подвигались в таком порядке без особых препятствий, но затем густые камыши, перемешанные с колючим кустарником и покрывающие в этом месте весь левый берег Аму, начали сильно затруднять движение нашей Кавказской колонны. Камыш становился все выше и выше, в нем скрылись сначала штыки солдат, затем всадники, наконец и их значки, и движение головных сотен обозначалось целыми рядами камыша, с треском валившегося под напором массы лошадей. Движение в этой обстановка из самых неприятных и утомительных: лошади и люди вязнут, сучья поминутно хлещут по лицу, и вы на каждом шагу рискуете остаться без глаз или оставить без них свою лошадь. Колонна наша подвигалась все тише и тише, пока не дошла до непроходимой чащи, пред которою принуждена была свернуть на дорогу и очутиться в тылу у Оренбуржцев. Вероятно, мы нарушили покой не одного из '''[177]''' страшных обитателей этих камышевых чащ, полосатых тигров, если только справедливы рассказы Туркмен о том, что их здесь великое множество… Проехав верст десять, мы наткнулись на укрепленный лагерь Хивинцев, о котором я говорил выше. Обширное пространство, обнесенное земляным окопом, было покрыто маленькими шалашами и многочисленными кучками еще горячей золы: это было все. Тех, кого нам нужно, не было опять!.. Неприятель покинул свой лагерь и бежал пред самым нашим приходом. Общее разочарование было самое полное, и среди нетерпеливой молодежи слышались фразы в роде того, что Хивинцы не больше, как недосягаемый призрак… Несколько далее хивинского лагеря, сквозь густую сеть высоких стеблей и перепутанных листьев камыша, вдруг засверкала поверхность точно стоячей воды, облитой солнцем; вслед затем дорога вышла на самый берег, и нам в полном своем блеске представилась средне-азиатская красавица Аму-Дарья!.. С самого Кунграда мы двигались все время почти по прибрежью этой реки, но она, как стыдливая невеста своей родины, таилась от глаз наших и только теперь первый раз сняла пред нами свое таинственное растительное покрывало: и в самом деле она была красавица!.. Широкою, в добрую версту, серебряною лентой, как сплошную массу сверкающих звезд, несла она молча без единого плеска свои мутные воды, залитые палящим солнцем. Было что-то '''[178]''' приковывающее в этом спокойном величии многоводной реки! Только после нескольких минут безмолвного созерцания я вспомнил томившую меня жажду, слез с коня и, наклонившись над берегом, сделал несколько жадных глотков аму-дарьинской воды: последовало некоторое разочарование… «Только любоваться бы тобой и никогда не прикасаться!» невольно подумал я: так тепла, илиста и вообще грязна была эта восточная красавица, окрещенная даже арабскими писателями Джейхуном или грязною рекой… Безжизненный противоположный берег тянулся узкою, песчаною полосой, слегка подернутый зеленью. Он казался колеблющимся от сильных испарений, дрожавших над рекой и местами блистал на солнце золотистым отливом… Прямо против нас виднелись на том берегу силуэты множества кибиток и шалашей, и между ними при нашем появлении засуетились пешие и конные люди. «Неприятель!» подумали мы… Три конные орудия немедленно снялись с передков и направили туда свои жерла… но в то же время несколько человек бросились с того берега в воду, достигли вплавь до ближайших отмелей, остановились и начали кричать, что здесь кочевья мирных Каракалпаков. Колонны оставили их в покое и тронулись далее, но арриергард, не зная в чем дело, пустил в них несколько десятков пуль и получил за это приличный нагоняй… '''[179]''' Около часа дорога тянулась по открытому берегу и затем опять повернула в камыши. Здесь авангард наш снова увидал людей, но на этот раз прямо против себя: по дороге галопировали, удаляясь от нас, отдельные всадники, а по сторонам в камышах целыми сотнями мелькали черные туркменские шапки. Наконец-то неприятель! Несколько сотен, бывших во главе обеих колонн, развернулись и пошли рысью. Остальные войска прибавили шаг. Оренбургские и Уральские казаки, по приказанию своего начальника полковника Леонтьева, бросили при этом в Аму-Дарью все свои пики, служившие только совершенно бесполезным бременем… Неприятельские всадники несколько раз исчезали в камышах при нашем приближении и, выростая снова в большем числе, рассыпались во все стороны, или останавливались при замедлении нашего хода. Пехота обеих колонн выбивалась из сил, но не могла подойти даже на дальний выстрел… Но вот камыш стал мельче, сотни ринулись в атаку; Хивинцы с неимоверною быстротой отхлынули назад и невозможно было и думать, чтобы догнать их свежих, прекрасных коней… Сотни остановились и открыли огонь. Со страшным шипением полетела первая наша ракета, взвилась над камышами, резнула спокойную гладь блиставшей за ними реки и скрылась… за нею другая… еще и еще ракета. В толпе неприятеля, там и сям, мелькнули клубки дыма ответных выстрелов, но их пули и не приблизились к нам… '''[180]''' Сорвавшаяся в это время лошадь нашего ракетеного офицера помчалась по направлению к неприятелю. Несколько Хивинцев бросились ловить ее, но прежде чем схватили, наша кавалерия уже снова неслась на неприятеля и на этот раз еще более безуспешно, благодаря изрытой кочковатой местности, едва позволявшей двигаться даже шагом, несколько лошадей вместе с седоками свалились в глубокие ямы прежде чем успели остановить сотни, а Хивинцы счастливо завладели конем нашего офицера и один из них дерзко пересел на нее на наших глазах. Эти бесполезные атаки повторялись еще несколько раз, пока мы не вышли на открытую поляну. Здесь огромные толпы неприятеля повидимому решились сразиться, — они огласили воздух неистовыми криками «аламан! аламан!» (Воины! воины!) охватили в рассыпную наши фланги, спустились к центру и остановились. Три наши конные орудия быстро вылетели вперед и снялись с передков. — Первое! послышался звонкий голос лихого командира конной батареи, есаула Горячева. Грянул выстрел. Как отдаленные раскаты грома загрохотало эхо над молчаливою рекой… Граната угодила в самую гущу неприятельских всадников; раздался треск и Хивинцы шарахнулись во все стороны, как осколки самого снаряда… Еще несколько выстрелов, и из-за обоих '''[181]''' флангов батареи внезапно вынеслись казаки, сверкая в облаках пыли обнаженными шашками, и устремились на неприятеля… Хивинцы как бы выжидали с минуту; казалось, вот сойдутся и закипит рукопашная… Но нет, не выдержали и на этот раз халатники!.. Их тысячные толпы повернули пред нашими четырьмя сотнями и через несколько минут совершенно скрылись из виду… Уже в Ходжали нам рассказывали, что в этот день Хивинцы три раза собирались на отчаянную атаку, но каждый раз в самую решительную минуту «не хватало пороху»… Видя бесполезность дальнейшей погони, генерал Веревкин приказал ударить отбой и прекратил преследование. Казаки и конно-иррегулярцы, в бессильной злобе на неприятеля, с которым так жаждали сразиться в этот день, остановились в виду ходжалинских садов и слезли со своих измученных коней; к ним стянулись остальные части, отряда и последовал общий привал… Через два часа отряды двинулись в прежнем боевом порядке Оренбуржцам снова выпала дорога, ведущая прямо к северным воротам ходжалинской ограды; они беспрепятственно двинулись вперед, и вскоре мы видели только пыль от них, извивавшуюся среди яркой зелени ходжалинских садов и посевов. Кавказцы взяли, попрежнему, на полверсты вправо и очутились сразу пред целым лабиринтом препятствий: сады, огороды и всевозможные посевы, '''[182]''' испещренные густою сетью каналов, арыков, глиняных стенок, земляных насыпей и живой, колючей изгороди, сплошь покрывали все пространство, лежавшее пред нами. В этой обстановка пехота наша едва подвигалась вперед, и поэтому бывшая во главе кавалерия отделилась от колонны и скрылась за густою рощей, правее нашего общего направления… На одной поляне я получил приказание догнать кавалерию и остановить ее до присоединения пехоты. Тут я расскажу мои собственные приключения при исполнении этого приказания для того, чтобы дать вам некоторое понятие о ближайших окрестностях Ходжали, о хивинской агрикультуре и, между прочим, о тнх преградах, которые лежали на пути Кавказского отряда… Местность, конечно, была совершенно незнакомая, дороги не было; карта не могла служить пособием, ибо на ней Ходжали обозначены обыкновенным, небольшим кружком, безо всяких топографических подробностей, и, как я уже говорил, кавалерия скрылась из виду. При таких условиях мне ничего более не оставалось как взять прямое направление к упомянутой роще и скакать… Через несколько секунд я наткнулся на арык, аршина в два ширины: шпоры — и я за арыком, на прекрасной поляне люцерны, усвянной фиолетово-голубымн цветами. Перескочив снова через невысокий глиняный парапет, окаймлявший поляну с противоположной стороны, я вышел на широкую, поперечную '''[183]''' дорогу, покрытую слоем тончайшей пыли, до которой достаточно было прикоснуться ногой, чтобы поднять вокруг себя целое облако; рядом тянулся и канал мутной, почти стоячей воды, с крутыми насыпями по обоим берегам и шириной около пяти-шести сажен… Я остановился в недоумении пред этим препятствием: моста не было, а белые рубашки наших стрелков мелькали между деревьями по ту сторону канала, — как они переправились?..Наугад, я поскакал по дороге вправо, и вскоре увидел что-то черневшее поперек канала, — то был мостик, вероятно, на низких сваях, но их нельзя было видедть, так как настилка из мелкого хвороста лежала над самою водой и потонула еще более под тяжестью моей лошади. Обширное и обсаженное кругом деревьями рисовое поле, с едва выглядывающими из воды ростками, лежало за мостиком как сплошное болото. Направо нельзя было ехать: два ряда молодых тополей, возвышавшихся там над двумя параллельными насыпями, показывали близкое соседство еще нового арыка; ехать налево по берегу канала — значило удаляться от цели. Я решился персечь рисовое поле, но только что лошадь опустила в воду передние ноги — он завязли в грязи по колено и бедное животное едва выкарабкалось обратно. Делать было нечего и я понесся налево, по берегу большого канала. Миновав рисовое поле и перерезав нсколько посевов джугуры и пшеницы, я снова увидел '''[184]''' пред собой белые рубашки солдат и сверкавшие между деревьями штыки, — то была цепь, остановившаяся пред арыком. По гребню насыпи пробегал подполковник Гродеков и, повидимому, отыскивал место, позволяющее перепрыгнуть на ту сторону… — Что, братцы, стали? спросил я, придержав коня пред одною группой солдат. — Да вот, ваше благородие, арык проклятый растянулся поперек… ничего с ним не поделаешь. Их мы с десяток перешли сегодня, да те все будто посходнее были… Насыпные края арыка возвышались на целую сажень, но на взгляд они отстояли так близко друг от друга, что, казалось, можно и перепрыгнуть на тот берег. — Как «ничего не поделаешь»?.. Говоря это, я уже соскочил с лошади и подбежал к арыку. Ширина его, как я увидел теперь, могла быть несколько более одной сажени, но размышляиь было некогда, и я сделал прыжок… Едва ноги мои ударились о противоположную насыпь, она с шумом обвалилась; я полетел в арык и мгновенно окунулся в его мутной, расплескавшейся воде… Вынырнуть из воды, ухватиться за корни чинара, висевшие над моею головой, и выбраться из арыка при помощи солдатских ружей, было делом одной минуты, но, воображаю, как я был хорош в это время в своем белом кителе!.. Тогда, конечно, я об этом не думал, — мне только '''[185]''' мерещилась ускользающая кавалерия, я снова вскочил на лошадь и полетел искать счастия в новом месте. Не прошло и трех минут, как два канала, встречающиеся под прямым углом, загородили мне дорогу: один имел около шести сажен ширины; другой втекал из первого, был гораздо уже и лежал на моем пути. Что мне делать?.. Вернуться назад к мостику пред рисовым полем значило потерять слишком много времени… «Авось не глубок», подумал я, и, вскочив на береговую насыпь, подобрал лошадь и начал понукать ее шпорами; она только вздрагивала от боли, но наконец медленно, как бы ощупью, спустилась с крутой насыпи. Передния копыта погрузились в арык. Лошадь вытянула шею и обнюхивала почти стоячую воду. Но вот, она увидала там свое отражение, — фыркнула и шарахнулась было назад, но копыта быстро скользнули вниз по мокрой глине Еще мгновение — и мы оба, как обвалившаяся глыба скалы, рухнули и погрузились в воду… К счастью, я не попал под лошадь и быстро вынырнул. Широкие водяные круги, разбегаясь по поверхности взбаломученного арыка, один за другим плескались о противоположный берег и туда же, кряхтя и как бы судорожно потряхивая красивою головой, плыл мой конь с распущенным по воде хвостом. Я вцепился за этот хвост и, после долгой возни, мы оба наконец выбрались на сушу… Конь мой казался пегим от массы прилипшей к нему желтой глины; он дрожал, вода с него '''[186]''' струилась. Я должно быть тоже походил на какую нибудь глыбу земли под проливным дождем, еле дышал от усталости и в душе энергически проклинал и Хивинцев, и в особенности их ирригационную систему безо всяких средств для переправы. Выжав наскоро прилипшую к голове фуражку, я взобрался на мокрое седло и снова погнал свою измученную лошадь… Перескакивая через мелкие оросительные канавы, я несся теперь как бы по цветным коврам богатой растительности, удивляясь все более. и более разнообразию и тщательной обработке ходжалинских полей. Чего только тут не было!.. Направо и налево, то и дело мелькали то нивы высокой, уже пожелтевшей пшеницы, то поля проса и чечевицы, и наконец под самым городом — цветущие группы фруктовых деревьев, плантации хлопчатника, табаку и правильные зеленющие грядки со всевозможными овощами. На всем пространстве пред глазами не было ни одной пяди необработанной земли!.. В этой обстановке я проскакал около версты и, поднявшись на небольшой бугор, сразу увидел пред собой всю нашу кавалерию. Она вышла сюда, сделав огромное обходное движение по указанию проводников, и теперь, спешившись на небольшой поляне, спокойно ждала прибытия остального отряда. Таким образом все мои труды и купанья оказались совершенно бесполезными и я с досадой слез с измученного, запыхавшегося коня. '''[187]''' Впереди нас, на расстоянии ружейного выстрела, лежал Ходжали. Но его глнняные стены, прорезаненые бойницами, скрывались за деревьями и выглядывали безмолвно только местами, как будто несчастные прогалины среди зелени. Не было видно ни одной души, не раздавался ни один выстрел, как будто город был брошен подобно Кунграду. С бугра мы наблюдали некоторое время за движением нашего отряда и видели как густые облака пыли, удаляясь ои нас, медленно тянулись к северным воротам города. Было ясно, что препятствия, лежавшие по первоначальному направлению Кавказцев, принудили их свернуть на дорогу и идти в тылу за Оренбуржцами… Мы сели на коней и рысью пошли вдоль городской ограды, наперерез своему отряду. Оказалось, что в полуверст от города генерала Веревкина встретила ходжалинская депутация из нескольких десятков почетных стариков, с изъявлением своей покорности и с просьбой о пощаде. С этою депутацией во главе, отряды и вступили в город. Кавалерия подошла к воротам, когда главные наши силы уже дефилировали по узким улицам Ходжали. Крайняя, довольно широкая улица, на которую мы вышли, проходила между городским валом и глиняными мазанками с наглухо запертыми воротами; она была буквально запружена повозками и и верблюдами оренбургского обоза, наперерыв стремившимися вперед среди шума, давки и целых '''[188]''' облаков поднятой пыли. С трудом пробравшись по этой улице и не встретив ни одного туземца, я переправился по мосту через широкий городской канал и, выйдя за город, догнал отряды, которые уже располагались в многочисленных садах по обеим сторонам дороги… День закончился кавказским вечером, на который мы пригласили оренбургских офицеров. В саду на разостланных бурках расположились приглашенные и хозяева, а вокруг, при свете гигантских костров, попеременно гремели музыка, песни и зурна и отхватывалась удалая лезгинка… После веселого ужина, с музыкой и песнями, мы проводили своих гостей до их кибиток. === XX. <br>Поездка в Ходжали. — Базар и туземная мельница. — Гробница ходжалинского святого и необыкновенное кладбище. — Мечеть и медресе. — Священный город и его прнвилегш. — Дневки и сношения с жителями === ''Вечером, 17 мая. Ходжали.'' Стоим уже второй день в ходжалинских садах. Пользуясь этим, постараюсь познакомить вас как с городом, так и с исключительным положением его населения. Наш кавказский лагерь примыкает к главному ходжалинскому каналу, который имеет здесь вид глубокого, извилистого оврага, около десяти сажен ширины. Стофутовые вязы тянутся шпалерами по обеим его сторонам, а фруктовые деревья и роскошные карагачи, нависшие с берегов высоким зеленеющим сводом, превосходно осеняют зеркальную поверхность почти неподвижной воды. Лучшего места для купанья трудно и придумать. Все кому нечего делать, проводят у этого канала вот уже второй день: варят, стирают первый раз за '''[190]''' весь поход чересчур уже загрязнившиеся белье и платье и сами полощутся в воде чуть не поминутно, так как ослепительно-яркое солнце жжет нестерпимо… Выкупавшись в этом канале, я сел на лошадь и поехал осматривать Ходжали. Духота обуяла меня сразу, как только я выхал из сада на дорогу. В воздухе было необыкновенно тихо: ни один листок не шевелился на деревьях. Желтая, раскалившаяся пыль медленно носилась над дорогой, по которой сновали наши солдаты и казаки, Проносились конные офицеры и изредка, с джугурой на продажу, тянулась в лагерь скрипучая туземная арба, запряженная небольшим, но породистым конем, в сопровождении группы загорелых Ходжалинцев. Последние… в своих полосатых халатах и огромных бараньих шапках, останавливались рядком при виде офицеров, молча отвешивали глубокий поклон со скрещенными на груди руками и, шлепая своими неуклюжими, желтыми сапогами, скрывались через несколько шагов в целых облаках пыли… Чрез глиняные стенки, по обеим сторонам дороги, виднелись разбросанные в садах кибитки, группы дремавших верблюдов, и в коновязях полусонные лошади, едва оправившиеся от бесполезной гонки за трусливыми войсками Инака… Свернув за мостом налево, я подвигался некоторое время по берегу канала, а затем, проехав две-три тесные, безлюдные улицы, застроенные '''[191]''' одно-этажными глиняными саклями, очутился на базаре, почти в центре города. «Интересно побывать на базаре; здесь сосредоточивается вся жизнь среднеазиатских городов», говорили мне еще в лагере и я надеялся увидеть что-нибудь в роде площади, застроенной лавками. Не тут-то было… Ходжалинский базар, — та же тесная улица, в которой не разъехались бы две арбы, но крытая плоскою кровлей. Задыхаясь от жара, я однако с удовольствием въехал в прохладную, густую тень этой улицы, и легкие мои сразу почувствовали сыроватый, освежающий воздух… Улица была полна народу в самых пестрых одеждах, между которыми преобладали однако белые рубашки наших солдат. Шум и говор доносились еще издали; особенно бойко перекрикивали мальчики, разносившие по базару пшеничные лепешки и кислое молоко со льдом, любимый, прохладительный напиток туземцев. Лавки тянутся по обеим сторонам улицы, но они ничто иное, как широкие прорезы в стенах, обвешанные и заваленные до крайности пестрым, разнообразным товаром. Чаще других встречались фруктовые лавки с сушеными плодами, со свежими вишнями и абрикосами; преобладающей товар остальных лавок — туземные халаты, огромные сапоги из верблюжьей кожи, конский убор, посуда, табак, кирпичный чай и т. п. Не было ничего ни изящного, ни ценного, так как все порядочное, говорят, припрятано из боязни грабежа. Многие лавки, '''[192]''' в самом деле, были заперты, а в открытых жалко было смотреть на трусливо озиравшиеся фигуры торговцев, сидевших посреди своего товара… — Должно быть, тоже за достопримечательностями города?.. Ну, что, много видели? обратился ко мне в конце базара однн из знакомых офицеров. — Покамест, ровно ничего. — Мельницу видели?.. — И мельницы не видел. — Ах, батюшка, непременно надо посмотреть. Просто умора, я вам скажу!.. Вот видите, отсюда третья дверь направо? Она там, зайдите… Подъехал я к этой двери направо, слез с коня и вошел в темную, сырую, но довольно просторную лавку ходжалинского лабазника и продавца пшеничных лепешек; она вся была заставлена мешками муки, а в одном из ее углов помещалась небольшая туземная пекарня. Чрез открытую, противоположную дверь я спустился отсюда по нескольким ступеням в соседнюю комнату, еще более темную и сырую, казавшуюся на первый взгляд каким-то сказочным подземельем. Свет едва проникал в нее из небольшого отверстия под самым потолком, и только через несколько секунд я начал с трудом разглядывать посредине комнаты какой-то широкий, беловатый цилиндр и за ним громадную фигуру страшно исхудалого верблюда… Прошло еще несколько минут и только тогда я увидел пред '''[193]''' собой крайне немудрую, но оригинальную, хивинскую мельницу. На высоте одной сажени от земли деревянная воронка, в которую насыпается зерно, вставлена в каменный жернов, сидящий и вращающийся на стержне другого такого же камня; этот последний, в свою очередь, лежит на цилиндрической мазанке, которая вмещает в себе выдвижной деревянный ящик, приемник муки. Мельница приводится в движение посредством небольшого наклонного шеста, который одним концом прикреплен к верхнему жернову, а другим к большой деревянной дуге, в которую впряжен верблюд с завязанными глазами. Бедное животное, обреченное на эту египетскую работу, останавливается или бежит вокруг мельницы, повинуясь крику своего хозяина из соседней комнаты… Я проехал еще по нескольким улицам, но не встретил ни одного здания, сколько-нибудь заслуживающего внимания. Многочисленные мечети отличаются от обыкновенных сакель только несколько большими размерами, ни одна из них не имеет даже минарета. Мне сказали, что при главной мечети есть гробница какого-то святого, родоначальника и патрона Ходажалинцев, и вот я пред нею: вдоль улицы тянется высокая, глиняная ограда, из-за которой слева едва выглядывает вершина кирпичного купола. Маленькою дверью посредине ограды я вошел в квадратный, довольно просторный внутренний двор: направо '''[194]''' расположена высокая галлерея, ведущая в главную мечеть; налево гробница, а между ними, прямо против входных дверей, могилы. Гробница ходжалинского святого — высокое четырехугольное кирпичное здание, увенчанное небольшим куполом; всю его красоту составляет лицевая стена с цветными, изразцовыми украшениями, которая, подобно вертикальному щиту, заслоняет собой все здание и купол гробницы, и оканчивается широким зубчатым карнизом. Чрез маленькую дверь, медленно и как-то таинственно отворенную передо мной привратником Ходжалинцем, я увидел внутренность гробницы или, вернее, самую могилу одного из родственников Магомета. Она возвышалась на несколько футов посреди темной комнаты и сплошь была покрыта кусками парчи, шелковых и бумажных материй… Заплатив за это удовольствие серебряную монету, принятую с глубоким поклоном хранителем священных останков, я обратил все свое возбужденное внимание на останки обыкновенных смертных, лежавших на ''поверхности земли'', на всем протяжении между гробницей и мечетью. Представьте себе несколько плотных рядов досчатых клетушек или ящиков служащих гробами, положенных на землю и слегка засыпанных сверху землей; над этими нижними рядами, второй и третий ярусы таких же гробов… Под влиянием времени, доски нижних рядов '''[195]''' сгнили, верхние обрушились на них, и все вместе представляют теперь груду костей, земли, тряпья, прогнившпх досок и черепов, безобразно выглядывающих из этой хаотической массы. Казалось, я вижу пред собой кладбище каких-то париев, не нашедеших себе обыкновенного человеческого погребения, но мой чичероне, хранитель святой гробницы, совершенно рассеял эту догадку. Он объяснил проеисхождение такого странного конгломерата каким-то местным поверием, вследствие которого каждый Ходежалинец еще при жизни добивается чести быть похороненным подле, своего святого родоначальника. Хотя это удается не каждому и составляет никоторым образом привилегию важнейших родов, однако, с течением времени, когда земля уже приняла достаточную массу покойнпков, пришлось хоронить сперва на поверхности ее, а затем и над могилами. Мечеть, как я уже говорил, не представляет ничего интересного. Это одна высокая и обширная комната, которая может вместить несколько сот человек. Потолок упирается на несколько рядов деревянных столбов, а земляной пол покрыт цыновками. При слабом свете, проникавшем из нескольких отверстий под самым потолком, я увидел в глубине мечети десятка три белых тюрбанов и столько же согнутых спин в цветных халатах: был час молитвы правоверных. Боковая дверь с галлереи мечети ведет в ходжалинское ''медресе'' или школу. Теперь в ней был '''[196]''' только один учитель, — подслеповатый старик в огромной чалме, бежавший из Самарканда при взятии этого города нашими войсками. Сидя на цыновке перед ''бухарой'' или камином, он подогревал себе чай при моем появлении, и увидя русский костюм сразу притворился слепым. Вот все плоды моих скитаний по улицам Ходжали. Прибавлю к этому, что довольно значительный город обнесен с трех сторон глинобитным валом со рвом впереди, а с четвертой южной стороны омывается обширным каналом, проведенным из Аму-Дарьи. Очевидно, Хивинцы не думали оборонять и этот город, так как они не только не исправили сильные повреждения городской ограды, но даже не напустили воды в ров, что потребовало бы весьма мало и труда, и времени. Ходжали лежит в семи верстах на запад от Аму-Дарьи и считается священным городом Хивинского ханства. Жители его, которых, по их собственным словам, от 8 до 9 тысяч, слывут ходжами пли сеидами, то-есть потомками Пророка, и потому не платят податей, не несут никаких повинностей и составляют нечто в роде маленького государства в государстве. По укоренившемуся обычаю, войска хана не имеют права даже проходить чрез этот город, и между прочим года три тому назад, когда нынешний Мадраим-хан выехал в сопровождении четырех тысяч всадников на соколиную охоту в окрестностях Ходжали, только он со своими министрами, диван-беги '''[197]''' и кушбеги, проехал по городу, а вся конница объехала его по дальним садам. Ходжалинцы рассказывают, что на их памяти этот обычай нарушен только третьего дня Иомутами, которые, отступая пред нами после дела, не только прошли чрез священный город всею своею массой, но еще вдобавок ограбили жителей и угнали весь их скот… Чтобы сохранить свое привилегированное положение, ходжи выдают дочерей и женятся только в среде потомков Магомета и тщательно оберегают свой город от всякого постороннего элемента. Несмотря на это, в Ходжали есть несколько сот и обыкновенных смертных, — потомки отпущенных или откупившихся рабов, происшедших от проданных сюда пленных Персиян. Эти последние, конечно, не пользуются привилегиями города, живут в особом квартале и ежегодно вносят в ханскую казну около тысячи рублей… Два дня под Ходжали мы провели очень весело. В первый день генерал Веревкнн ответил на наш кавказский вечер большим, даже превосходно сервированным в Ходжали обедом, на котором явил себя чрезвычайно простым и радушным хозяином. На следующий день начальник оренбургской, кавалерии полковник Леонтьев устроил блестящий вечер. Все это не мало способствовало знакомству и установлению самых дружеских отношений между офицерами обоих отрядов. С туземцами Ходжали мы также сошлись. Они '''[198]''' начали толпами посещать лагерь и приносить с собою все, в чем только встречали нужду солдаты и офицеры. Несколько раз появлялся с предложением услуг и местный губернатор, почтенный старик Муртаза-бей -ходжа. Благодаря всему этому, продовольствие нашего Кавказского отряда приняло наконец несколько приличную физиономию, и запасы возросли до таких почтенных размеров, что для поднятия их пришлось нанять двести ходжалинских арб. '''[199]''' === XXI. <br>Путь до Мангита. — Депутация Чоудуров. — Первые известия об отряде Туркестанском и о возвращении полковника Маркозова. — Сведения о Туркменах. — Ночная тревога у Аму-Дарьи. — Киргизы с повинною. — Бент и причина осушения Айбугира. — Мангит и «черная страница». === ''20-го мая. Лагерь под Мангитом.'' …Тростник и тростник!.. Целое тростниковое, море, девственное царство кабанов и тигров, раскинулось на левом берегу Аму-Дарьи, на расстоянии трех переходов между Ходжали и Мангитом. Он неизменно тянется по обеим сторонам дороги непроходимою чащей, то возвышаясь до тридцати футов, то снова падая как волны морския, и только на тридцатой версте от Ходжали попадается здесь первый след человека, — глубокий канал Якуб-бай-ярган пересекающий это растительное море с востока на запад… 18 мая, соединенные отряды передвинулись к этому каналу и, после переправы по небольшому мостику, расположились в камышах на ночлег. Еще на пути к Якуб-баю нас встретила толпа '''[200]''' хивинских всадников, человек семьдесят, представители туркменского племени Чоудуров. Весть о безостановочном движении Русских и о занятии ими Кунграда и Ходжали разошлась уже по всему оазису, и Чоудуры поспешили выслать депутацию с изъявлением покорности, чтоб избавиться от тяжелых последствий непосильной борьбы… При нашем приближении, депутация слезла с коней и встретила нас, по средне-азиатскому обычаю, вытянувшись в длинную линию пред лошадьми. Высокие, сухощавые и смуглые, с кавказским строением лица в общих чертах, Чоудуры казались великанами, благодаря трем некрасивым и крайне неудобным принадлежностям общего костюма всего населения Хивинского оазиса, состоящего из огромных бараньих шапок; из длинных стеганых хататов до земли, неизменно коричневых с синими полосками, широко перепоясанных белою бязью и, наконец, из высоких и неуклюжих сапог из кожи верблюда, превосходно обработанной на подобие желтой замши. Без страха, но пристально и с крайним любопытством, глядели на нас сухие точно у мумий физиономии, одетых таким образом, Чоудуров, вытянутых, жидкобородых и с маленькими, ввалившимися, но сверкающими глазами. Короткие ножи за поясами и кривыые персидские сабли составляли их вооружение, да человек у десяти выглядывали из-за спины тульские двустволки или длинные фитильные ружья. Хан Чоудорский стоял отдельно, впереди '''[201]''' всех. Русая борода, шелковый халат, поверх которого был надет еще другой из голубого сукна и европейский револьвер за шелковым поясом, еще более отличали от остальной толпы его довольно стройную фигуру, старавшуюся выразить нечто в роде сознания собственного достоинства… Но что действительно поразило нас всех в этой неожиданно выросшей перед нами картине, так это длинный ряд высоких аргамаков под разноцветными седлами, осаженных в чащу тростника из которой там и сям выглядывали прелестные, сухия, с богатыми уздечками, головы на лоснящихся лебединых шеях, и тонкия, изящные, словно выточенные ноги. Генерал Веревкпн остановился пред Чоудурами и после нескольких слов, выражавших похвалу их благоразумию, предложил им ехать с собою к месту ночлега; те вскочили на лошадей и, по своему обыкновению, мелким галопом рассыпались по дороге впереди генерала. Чоудуры сообщили нам первое известие о Туркестанском отряде. По их словам, генерал Кауфман находился, несколько дней тому назад, в Уч-Уджах, по ту сторону Аму-Дарьи; к нему был послан из Хивы диван-беги или первый министр ханства, Мат-Мурад, который уже возвратился назад и почему-то будто арестован по приказанию хана. Другое известие, привезенное Чоудурами, важное и вместе с тем прискорбное, состояло в том, что отряд полковника Маркозова, шедший из '''[202]''' Красноводcка, потерпел на пути сильную катастрофу: вследествие сильных жаров и безводия, он потерял массу лошадей и верблюдов, и принужден был возвратиться назад, не дойдя колодцев Орта-кую, то есть почти с половины дороги. К этому Чоудуры прибавляли, что некоторые проводники обманывали полковника Маркозова и, между прочим, навели его отряд на отравленные колодцы, за что и поплатились своими головами… Под вечер, когда отряды уже расположились около канала Якуб-бай, воздух сразу наполнился мелкими жужжащими мошками, точно он слетели к нам со всего тростникового моря… Я завел к себе Чоудурского хана, и за стаканом чаю старался выпытать у него возможно больше сведений о его племени. Но узнал я весьма немногое: Чоудуры, как выразился хан, «пьют воду из Клыч-Ниязбая», то есть живут по обеим сторонам этого канала, и вместе с четырьмя другими родами, Игдыр, Бурунчик, Бозачи и Абдал, составляют одно из туркменских племен, известное под именем Хесен и насчитывающее у себя от десяти до двенадцати тысяч кибиток полукочевого населения. Чоудуры, вместе с другим, самым сильным, в сорок тысяч кибиток, Туркменским племенем Иомутов, «пьющих» из Казавата, известны как лучшие воины Хивинского оазиса и составляют здесь нечто в роде преторианцев. Для того, чтобы держать их в повиновении или, вернее '''[203]''' пользоваться их поддержкой, ханы Хивинские заставляют своих оcедлых, хотя и многочисленных, но изнеженных выродившихся подданных Узбеков и Сартов, живущих по каналу Палван-ата, выставлять ежегодно, бесплатно, двенадцать тысяч человек для исполнения полевых работ и очистки каналов в землях Иомутов и Чоудуров… Перечисляя, затем, Туркменские племена, кочующие по степям, окружающим Хивинский оазис, Чоудурский хан назвал мне Салыр, Сарык Арсари, Гоглен, Джемшит, Алили и Карадашли, из коих каждое подразделяется на более или менее многочисленные роды. Но самым воинственным и своевольным между всеми считают племя Текинцев, которое подразделяется на Ахал и Мерв; оно насчитывает у себя более пятидесяти тысяч кибиток и имеет сильно укрепленный город Мерв, расположенный в Текинском оазисе… Было за полночь. Спать хотелось страшно, но назойливые мошки не давали сомкнуть глаз. Наконец усталость превозмогла, я начал засыпать. Вдруг, точно у самых ушей, раздался треск барабана и прежде чем я удостоверился, что это не во сне, грохот учащенной дроби смешался с отрывистыми звуками сигнальных рожков и полился по всему лагерю… Тревога!… Лагерь всполошился. «В ружье!.. К коням!.. Марш к орудиям!.. Бегом!..» раздавались с разных сторон громкие '''[204]''' голоса, пока я торопливо одевался, но вскоре все смолкло. Выскочив из кибитки, я прыгнул на лошадь, уже подведенную расторопным Насибом. Луна разливала бледный свет на окружающие волны камыша, застилавшие весь горизонт, но лагерь скрывался за этими волнами и я не видел, что происходило даже в двух шагах от меня… — Что такое? раздался возле меня заспанный голос Ломакина. — Ничего не знаю, полковник, кроме того, что «тревога». — Поезжайте, пожалуйста, к генералу и узнайте, что такое?.. Я поскакал в камыши по направлению оренбургского лагеря, но через несколько секунд невозможно было двигаться даже шагом. Конь кряхтел, напирая грудью почти на сплошную стену тростника, но чаща становилась все выше и непроходимее… Куда выбраться? подумывал я, но в это время слева донесся какой-то говор… Я повернул туда и с трудом вылез наконец из этой чащи на более открытую прогалину мелкого камыша, из которого выглядывали в грозном молчании орудия Оренбургской конной батареи с белеющею вокруг прислугой. За ними, подобно белым стенкам, едва высовывались из камыша пехотные фронты, а еще далее послышался сильный треск и шум, показалась масса '''[205]''' казаков, шедшая рысью и остановившаяся на фланге пехоты… Пока я доехал до кибитки генерала, все войска уже были на ногах, но тут дело разъяснилось и они разошлись… Оказалось, что несколько халатников подползли к нашему пикету, дали залп по нем и скрылись в камышах. Наши послали вдогонку несколько выстрелов, и поднялась тревога. Утром на следующий день к генералу явились с повинною Киргизы, виновники мангышлакского возмущения 1870 года, скрывавшиеся до сего времени в пределах Хивинского ханства. Их приняли весьма любезно и, под условием добросовестной службы в настоящем походе, обещали помилование и разные милости… К полудню, 19 мая, мы сделали новый переход и расположились на берегу Аму-Дарьи, у урочища Ялангач-Чаганак. Дорога тянулась среди тех же камышей до самого почти Бента. Здесь мы переправились через огромную плотину, возведенную каким-то Назар-ханом для преграждения доступа воды в старый и в свое время многоводный, а теперь совершенно сухой рукав Аму-Дарьи, Лаудан, впадавший некогда в Айбугирский залив. Как рассказывал мне Чоудурский хан, эта плотина у Бента была единственною причиной осушения Айбугира, и достаточно прорыть ее для того, чтобы снова наполнить водой тот обширный бассейн, по дну которого мы прошли у Кара-Гумбета… '''[206]''' Аму-Дарья у Ялангач-Чаганака как бы стиснута между крутыми берегами, поросшими кое-каким кустарником среди камыша, и имеет не более трехсот сажен ширины; она делает здесь почти крутой поворот на запад, так как на противоположном берегу высятся, и чрезвычайно эффектно, конические вершины пятиглавого Беш-Тюбе. К вечеру лазутчики предупредили нас, что две тысячи Хивинцев собираются сделать на лагерь ночное нападение. Вследствие этого пикеты наши были выдвинуты вперед на две с половиной версты, казакам приказано держать лошадей осдланными. Словом, отряды приготовились принять надлежащим образом незванных гостей, но ночь прошла спокойно, и в 4 часа утра мы выступили на Мангит. Пройдя еще верст десять по камышам, мы наконец начали выходить на открытая поляны, кое-где поросшие высокими кустами гребенщика и колючки. Показались группы неприятельских всадников. Появляясь со всех сторон, выростая точно из земли, толпы их сгущались все более и более и вскоре окружили нас со всех сторон почти непрерывными массами… Аламаны хана гарцовали вокруг нас, угрожая издали обнаженными саблями и неимоверно длинными фитильными ружьями; неистовые крики наполняли воздух. Некоторое время отряды спокойно продолжали движение, не обращая внимания на неприятеля. Но вот дерзость его уже перешла меру: подскакивая все ближе и ближе с левой стороны, '''[207]''' довольно значительная толпа всадников вдруг рванулась вперед и с оглушительными криками врубилась в средину нашего обоза… Настала минута умерить этот пыл. Оренбургские сотни, шедшие в голове колонны, выстроили фронт, заехав повзводно налево и спешились, к ним примкнули слева Апшеронские роты с двумя орудиями 21-й бригады. Правее казаков, стал дивизион конной батареи и развернулись: рота Самурцев, две роты Ширванцев, 2-й Оренбургский баталион и Кавказские сотни; остальные войска прикрывали обоз. Хивинцы точно не хотели видеть этих приготовлений: они только воодушевились еще более вследствие нашей остановки… Но вот по знаку генерала, гранаты, пули и ракеты посыпались дождем на неприятеля и ошеломили его в одно мгновение: крики смолкли, толпы разорвались и понеслись назад с неудержимою силой… После этого урока отряды продолжали движение. Но немною погодя неприятель снова сосредоточился и охватил наши фланги, причем отдельные всадники подскакивали даже к самому фронту пехоты, но пули и гранаты опрокинули его снова… Нападение на обоз также было отбито. Но в то время когда неприятель кинулся назад и на него было обращено все внимание прикрытия, с противоположной стороны вдруг выскочил из кустов один туркменский всадник и налетев на бывшего при обозе старика-капитана '''[208]''' оренбургской пехоты, положил его на месте выстрелом в упор из пистолета (2-го Оренб. линейн. баталиона капитан Кологривов.). Проскакав затем между нашими арбами и верблюдами и пред фронтом целого взвода пехоты, Туркмен вышел на другую сторону обоза и помчался вдогонку за своими, потряхивая в воздухе обнаженною саблей. Десятки наших пуль полетели за этим смельчаком, но он ускакал цел и невредим. Приливы и отливы хивинских аламанов повторились еще несколько раз прежде чем мы подошли к садам маленького городка Кипчак, расположененого на самом берегу Аму-Дарьи. Здесь мы остановились для привала. После отдыха войска тронулись двумя колоннами, прошли чрез кипчакские сады, оставив самый город по левую руку, и безостановочно подвигались к Мангыту. Неприятель уже не пытался переходить в наступление, но изредка отстреливаясь медленно отступал пред нами, пока не показались вдали утопающие в зелени садов глиняные постройки Мангита. Тут он скрылся… У городских ворот нас встретили аксакалы или старейшины Мангита, в огромных чалмах и в полосатых халатах, и на больших деревянных лотках поднесли генералу Веревкину сушеные фрукты, заменяющие здесь русскую хлеб-соль. Затем с музыкой впереди войска вступили в Мангит, прошли '''[209]''' по узким и кривым его улицам и, выйдя за город, расположились лагерем по обеим сторонам дороги… Благодаря хивинским войскам, сегодня мы и не заметили как оставили за собой тридцать шесть верст, так как дела с этими аламанами, по крайней мере до сих пор, представляют одно лишь развлечение… Мангит — небольшой и плохо укрепленный городок аральских Узбеков, имющий до пятисот глиняных сакель и около четырех тысяч населения. Он не имеет ни одной выдающейся постройки и по характеру своему представляет то же, что и Ходжали, но еще в миниатюре… Часа через два после нашего прихода я лежал в своей джеломейке, разбитой, по обыкновению, в нескольких шагах от кибитки полковника Лохмакина. — Со стороны города слышатся какие-то выстрелы, сказал князь М., входя и растягиваясь на своей постели. — Не рассеялся ли наш сегодняшний противник по мангитским садам?.. Ведь он как будто сквозь землю провалился… — Не думаю, чтобы Хивинцы решились на это… А впрочем… Говоря это, я и сам услышал несколько глухих выстрелов и вышел из джеломейки. Все штабные были уже в сборе пред кибиткой начальника отряда и недоумевали вместе с ним о причине этой загадочной пальбы, то умолкавшей, то разгоравшейся снова. '''[210]''' — Поезжайте, пожалуйста, и узнайте, что это такое? обратился ко мне Ломакин. Пока я скакал по дороге к городу, на встречу попадались веселые группы солдат и казаков, несших оттуда — кто туземный войлок с яркими узорами, кто пестрое одеяло и медную посуду, кто, наконец, подушку и крынку масла, коврик, цыплят, конский убор и т. п. Некоторые ехали на туземных лошадях, или вели их в поводу под вьюком разного скарба. Каждый спешил продать, доставшееся ему, мангитское добро и обращался с предложением к каждому встречному… Между тем выстрелы продолжали раздаваться попрежнему и над городом уже заклубились в разных местах столбы черного дыма, прорезываемые огненными языками. К одному из казаков я обратился с вопросом о причине стрельбы в города. — Наши бьют Трухменов, ваше благородие, отвечал казак и поскакал дальше… Я погнал лошадь во всю прыть, но у городских ворот должен был придержать ее, так как едва не налетел на молодого солдата в белой рубахе, который несся ко мне на встречу на породистой туземной лошади, покачиваясь с непривычки на седле и ведя в заводе еще пару таких же коней. Его перегонял казак. — Слышь, казак! кричит солдат. — Купи лошадь… целковый — на выбор!.. '''[211]''' — Скоро разбогатеешь эдак-то. Все равно велят бросить, — возьми пятиалтынный! — Дай две монеты за тройку!.. — Проваливай!.. Сам саламаню… мало ли этого добра-то в городе… Вот я в Мангите. Среди раскиданного имущества, на улицах и дворах валялись трупы. Я видел как перебегал площадку какой-то растерявшийся Узбек с выражением безнадежного отчаяния; в него целился казак. Несчастный упал на землю, а виновник возмутительного подвига бросился в первый переулок, скрываясь при виде офицера… Я встретил нескольких офицеров, которые скакали по улицади Мангита, стараясь остановить разошедшихся людей. Один из них сообщил мне, что все дело начато, уже после прохода войск через город, разным сбродом пьяных деньщиков и вестовых, остававшихся при обозе… Не хотелось верить печальной действительности, еще раз подтверждавшей старую истину, что ни одна армия в мир не может считать себя свободною от нескольких недостойных отщепенцев… Был в Мангите, между прочим, и такой случай: проезжают по главной городской улице два офицера в сопровождении конно-иррегулярца. В стороне от них перебегает через переулок и, сильно шатаясь, кидается в ближайший двор высокий старик с обнаженною головой, на которой явственно видны два удара шашки и с которой струится кровь '''[212]''' на его лицо и широкую седую бороду; за ним гонится пьяный казак в белой фуражке с окровавленною шашкой в руке… Офицеров покоробило. Один из них бросается в переулок и загораживает казаку дорогу, — Что ты делаешь, мерзавец?!… Как тебе не стыдно трогать безоружного! — А они, ваше благородие, нешто мало били наших? — Вон, негодяй!… Иначе я тебе как собаке разможжу череп. — Чаво?… череп?… А шашка для чего?… Офицер выхватил револьвер и уложил казака на месте… Обезжая Мангит, я случайно выехал на городской канал, и сердце у меня замерло при виде нескольких женщин, искавших здесь спасения, стоя по горло в воде с искаженными от страха лицами. Недалеко от них, между прибрежными деревьями и небольшою стенкой, притаившись, стояли несколько десятков более или менее старых мужчин и женщин, вероятно с минуты на минуту ожидая своей смерти… Увидя меня, они бросились на колени и многие зарыдали. Я подъехал к ним и для их безопасности предложил следовать со мной в лагерь на время, пока в городе не будст восстановлен порядок. Бог знает, какия, может быть, мрачные мысли навеяло на этих несчастных мое предложение, и только после нескольких клятв '''[213]''' они подошли ко мне и вместе с женщинами, вышедшими из канала, доверчиво обступили мою лошадь… С этою печальною свитой я возвратился в лагерь. Но пора закрыть эту случайную, черную страницу нашего похода, которая, вероятно, уже не повторится… '''[214]''' === XXII. <br>Движение к Китаю — Первые перебежчики. — Профессия Текинецев и невольники Персияне. — Сосредоточение неприятеля у Горлена и оценка русских голов. — Дело под Янги-Япом. — Письмо и посол Хивинского хана. — Известие о переправе через Аму генерала Кауфмана и решение военного совета. === ''Вечером, 22 мая. В кишлаках Горлена'' Соединенные отряды оставили Мангит рано утром, 21 мая. Дорога тянулась среди невообразимого лабиринта глиняных стен всевозможных размеров, которыми разгорожены здесь бесконечные кишлаки и сады, многочисленные поля и огороды. Канавы и мостики встречались на каждом шагу, и по невозможности переправляться через некоторые из них иначе как в одну лошадь, войска и, в особенности, обозы растянулись на несколько верст. День был убийственно жаркий и вместе с облаками тончайшей пыли, носившейся над дорогой и затруднявшей дыхание, делал переход крайне тяжелым… Пройдя в этой обстановке верст двенадцать и переправившись по длинному мостику через '''[215]''' главный канал Китайцев, мы остановились для привала на одной поляне между кишлаками, не доходя несколько верст до хивинского городка Китай. Местность была довольно красивая. За Аму-Дарьей, скрытою густою зеленью китайских садов, возвышались едва уловимые очерки Шейх-Джелинских гор и между ними — белеющая вершина Ак-Тау… Поляна, занятая передовыми частями Кавказского отряда, замыкалась с правой стороны небольшою глиняного стенкой, рядом с которою тянулся узкий и глубокий водный арык; по ту сторону этого арыка лежала незначительная равнина, оканчивавшаяся опушкой небольшого леса, а группа роскошных карагачей, стоявших над водоподъемною машиной на том берегу арыка, так и манила под густую тень своего темно-зеленого свода… И вот, пока войска стягивались, мы, состоящие при штабе, вмсте с начальником своего отряда перебрались через арык и с полным кейфом расположились завтракать на разостланных бурках, под широкою тенью карагачей… Только что явился на сцену обычный наш шашлык, как с пикета примчался казак с известием, что большая толпа хивинских всадников подкрадывается к опушке леса. — Вероятно депутация из города, заметил Ломакин. — Да если бы были и Хивинцы, вставил «Ананас», — стоит ли обращать на них внимание… '''[216]''' — Скачут сюда, ваше высокоблагородие… Вот они! крикнул в ту же секунду казак. И в самом деле, вероятно не видя за стеной отряда и принимая нас за какой-нибудь пикет, несколько сот Хивинцев сломя голову неслись по поляне прямо на нас… Мы вскочили и бросились к своим за канаву, да так поспешно, что, между прочим, полковник Л. не успел захватить даже свой портмоне, туго набитый деньгами: так он и пропал. «В ружье! к коням!» раздавалось по бивуаку в то время, когда мы, перебравшись за стенку, хохотали над неповоротливым «Ананасом», который, не размерив прыжка в суматохе, бухнул в самую средину мутного арыка и, конечно, выкупался. — Зачем вы беспокоились? шутили над ним, — помилуйте, «стоит ли обращать на них внимание!..» Между тем подлетевшая к стенке ранее других Гребенская сотня Ракусы-Сущевского встретила толпу дружным залпом. Хивинцы повернули кругом и помчались быстрее прежнего, но прежде чем скрылись, вдогонку за ними полетели еще ракеты и пули подоспевшей пехоты… Как бы в ответ на эти выстрелы, перекаты горячей пальбы раздались и с той стороны, откуда мы пришли и где еще продолжали двигаться части обоза и арриергарда. Оказалось, что на них налетела в это время трехтысячная масса Иомутов под начальством Якуб-бая и даже прорвала в нескольких местах и разъединила растянувшиеся части обоза, '''[217]''' прежде чем наши успели положить верблюдов и открыть огонь. Но это была лишь одна минута, после которой учащенные залпы наших скорострелок произвели свое обычное действие: Иомуты быстро отхлынули и скрылись из виду, оставив на месте несколько трупов и лошадей. К вечеру, без особых приключений, отряды передвинулись к окрестностям Китая и расположились на ночлег в кишлаках около канала Кулан. Здесь явились к нам первые перебежчики Персияне. Разбойнические инстинкты всех вообще Туркмен, которые грабят одинаково и чужих, и своих, пользуются в Хивинском оазисе громкою известностью. Но Текинцы, кроме того, известны здесь как специалисты, предпочитающие всему торговлю живым товаром своего промысла — Персиянами. Их набеги в Хорасан ежегодно лишают эту провинцию нескольких сот человек ее населения и настоль же увеличивают число невольников Хивинского ханства. Мало-мальски зажиточный Хивинец считает прежде всего необходимым избавиться от всякой работы, взвалив всю тяжесть ее на раба Персиянина, и за это пожизненное ничегонеделание, к которому так располагает и климат его родины, охотно дает Текинцу хорошую плату, — около тысячи рублей на наши деньги… За последние тридцать лет проданных таким образом Персиян накопилось в ханстве уже более сорока тысяч, и если верить тем из них, которые '''[218]''' явились к нам, бесчеловечность американских плантаторов прежнего времени бледнеет пред тем, что приходится испытывать здесь злополучным сынам Персии… Понятно после этого, что Персияне обрадовались нам как своим избавителям. Они бегут от своих хозяев и массами являются в наш лагерь, несмотря на то, что Хивинцы из предосторожности держат их последнее время на цепи, под строгим присмотром. Я взял к себе одного из перебежчиков, «крепко сшитого, но плохо скроенного», почти совершенно черного Аббаса, который был до своего плена унтер-офицером регулярной персидской пехоты и поэтому спешил показать нам свое искусство в «ружистике»… Он рассказывал мне, что восемь лет тому назад пробирался безо всякого оружия, с тремя сарбазами-односельцами, на сборный пункт своего фоуджа (баталиона), в Мешхед. На краю самого города на них напали среди бела дня шесть конных Туркмен с саблями наголо и перевязали всех… Аббас был продан одному за 500 золотых двухрублевых тенге. Через месяц он бежал от своего хозяина и дней пять скрывался в камышах в ожидании темной ночи, но луна светила как нарочно, лепешки вышли, и муки голода заставили наконец бедного Персиянина выйти на добычу… Он был схвачен, избит и доставлен хозяину. «Как я ни молил о пощаде, продолжал Аббас, как я ни клялся, что никогда не повторю своей несчастной попытки, что '''[219]''' тоска по семейству лишила меня рассудка… но проклятый Узбек, — чтоб ему провалиться в преисподнюю ада! — был неумолим. Он привязал меня к дереву вверх ногами и до самых костей прожег мои пятки раскаленным железом, так что пока не поправился, несколько месяцев я только молил Аллаха о смерти.» Персияне сообщили нам, что хивинские войска под начальством Якуб-бая, нападавшие на нас на пути к Китаю, простираются до пяти тысяч и отступили к Горлену; туда же направилась из Хивы другая пятитысячная масса Иомутов, Гокленов и Узбеков, с которыми находятся и главнейшие сановники ханства, — Инак, Абдурахман, Мехтер и кушбеги. Эти десять тысяч аламанов составляют, по словам Персиян, последнюю надежду Мадраим-хана, и в случай их поражения, он намерен был немедленно бежать к Мора или Мерв-Текинцам. Но Иомуты, как видно, не допускают возможности такого исхода: говорят, выступая в поход против нас, они поклялись хану принести к нему головы всех Русских или лечь костьми, пока не изсякнут все их сорок тысяч кибиток… Хан, в свою очередь, обещал им заплатить по 100 рублей за каждую русскую голову, столько же за хвост, как доказательство убитой под аламаном лошади, и по 300 за пленного. Как ни обидна оценка наших голов наравне с хвостами хивинских лошадей, — мы однако собирались видеть черту гуманности в предпочтении, оказываемом пленным, но нам объяснили, '''[220]''' что в этом кроется только коммерческий расчет повелителя Хивы, который надеется выгодно продать нас наравне с персидскими рабами… С этими известиями мы выступили сегодня рано утром и направились на Горлен в боевом порядке. Около 7 часов показались большие партии неприятельской конницы, гарцовавшие, как и в предшествовавшие дни, впереди по дороге и по сторонам ее, в пашнях и садах, наполняя воздух громкими криками. Отряды получили приказание двигаться безостановочно, не обращая внимания на неприятеля и не теряя напрасно патронов, но в то же время стрелять наверняка, если к этому представится случай. Обстановка для движения была самая неудобная. Кишлаки и засеянные поля с глиняными стенками покрывали вокруг все пространство. Не говорю уже об артиллерии и обозе — даже кавалерия и пехота принуждены были поминутно останавливаться пред арыками и, чтоб облегчить свою переправу, забрасывать их ветвями или засыпать землей. Когда пехота проходила по этим импровизованным насыпям, кавалерия для выигрыша времени перескакивала через небольшие канавы; но при этом лошади и люди нередко падали в воду, — что случилось и с самим начальником нашего отряда, — и вытаскивание их из глубоких арыков отнимало иногда значительное время… Благодаря этой крайне пересеченной местности, войска наши подвигались сначала медленно, а около '''[221]''' Янги-Япа были вынуждены бросить всякий боевой порядок и вытянуться по единственной дороге между высокими стенами. Неприятель показывался за каждою стеной и арыком, кишел в садах и на пашнях, носился во все стороны, обскакивал фланги, наседал на арриергард, и быстро удалялся как только местность становилась открытее… Это продолжалось до полудня. Последний кишлак Янги-Япа, расположенный на бугорке, имеет довольно значительные размеры и вид глиняного укрепления, окруженного массой фруктовых деревьев. Здесь неприятель, кажется, намеревался задержать нас… Генерал Веревкин в сопровождении штаба обеих отрядов приближался к этому кишлаку по дороге, а правее и на одной высоте с ним двигалась по пашням стрелковая цепь… В это время из-за стен кишлака вдруг вылетали клубки дыма и раздался неожиданный залп. Цепь остановилась, пули с визгом пролетали над нашими головами и шлепнулись в нескольких шагах о глиняную стену… Новые одиночные дымки… — Выбейте их, произнес генерал, обращаясь к капитану Герингу. Геринг соскочил с лошади, подбежал к сомкнувшейся цепи и с криком ''ура''! бросился вперед; за ним кинулись и белые рубашки, наполовину только высовываясь из густых и высоких хлебов, но… кишлак смолк. Цепь обогнула его справа и скрылась… '''[222]''' — Орудия! орудия сюда! крикнул кто-то, появившись на том месте, где только-что скрылись наши солдаты. Князь Меликов полетел назад за орудиями, а мы все поскакали за цепью. На самой дороге, около кишлака, валялись трупы нескольких Иомутов, а один из них с простреленною головой еще вздрагивал в предсмертной агонии. За кишлаком сразу открылась большая равнина, окаймленная со всех сторон садами и наполовину казавшаяся черною от тысяч гарцовавших на ней неприятельских всадников. Эта туча, казалось, была готова ринуться на нас всею своею массой, но подбежавшие роты Кавказцев быстро развернулись и открыли частый огонь; два орудия Оренбургской батареи на полном карьере вынеслись вперед под прикрытием конно-иррегулярцев, и не успела рассеяться поднятая ими пыль, как две гранаты разорвались в самой гуще Хивинцев: было видно, как несколько лошадей взвились на дыбы и опрокинулись вместе со своими всадниками… Остальные части отрядов также быстро явились на поляну и все вместе, не прекращая пальбы, двинулись вперед вслед за неприятелем, который начал отступать медленно, как бы нехотя… Вскоре после этого мы подошли ко кладбищам Янгп-Япа, и здесь одна часть Хивинцев совершенно скрылась из виду, а другая приняла вправо и, как оказалось после, пошла в обход и энергически напала на прикрытие нашего обоза. Но тут успели '''[223]''' вовремя положить верблюдов, и из-за этой живой баррикады встретили таким огнем, что неприятель оставил на месте около ста пятидесяти трупов и уже более не возобновлял своей попытки… После небольшого привала мы подвинулись еще до кишлаков Горлена, где и расположились для ночлега. Часа через два, с аванпостов привели к нам, в кавказский лагерь, посла Хивинского хана, с провожавшим его молодым Иомутом. Оба они были хорошо одеты и на превосходных лошадях с богатою серебряною сбруей, украшенною бирюзой и сердоликом. Якуб, довольно представительный, пожилой и несколько полный человек, с большою поседевшею бородой и с довольно приятным умным лицом. По поручению полковника Л., я повел посла в оренбургский лагерь, к генералу Веревкину. Генерал спал. Я вошел в кибитку и разбудил его. — Прикажите, пожалуйста, подать ему чаю, отвечал генерал, выслушав мой доклад о прибытии посла Хивинского хана, — и вообще займите его, пока я оденусь. Посол уселся на стул и ему подали чай и папиросы… Между тем весть о его прибытии разнеслась по лагерю, и в несколько минут человек тридцать офицеров уже толпились пред кибиткой генерала в ожидании его выхода… Но вот и он. Посол поднялся с места с полным сознанием '''[224]''' своего достоинства, и с легким, вежливо-холодным поклоном… который при соответствующих обстоятельствах сделал бы честь и любому европейскому дипломату, подошел к генералу и протянул ему что-то завернутое в лист почтовой бумаги. Передавая это «что-то» офицеру-переводчику, генерал опустился на стул и пригласил посла сделать то же самое… Водворилась мертвая тишина. Переводчик развернул бумагу: в ней оказалось послание Хивинского хана, зашитое в белый коленекор; под коленкором был мешочек из пурпурового атласа, расшитого золотыми узорами, и уже в этом последнем лист серой бумаги с одною исписанною страницей… Началось чтение. Добрые семь восьмых страницы были посвящены перечислению разных добродетелей «головы аламанов Русского Ак-Падишаха», и только последние строки заключали в себе просьбу «досточтимого, великодушного и т. д. падишаха Хоразма, Сейд-Мухаммад-Рахим-хана» о том, чтобы дали ему три дня на размышление и в продолжение этого времени приостановили дальнейшее движение наших войск. Хан уведомлял при этом, что он обращался с такою же просьбой и к «ярым-падишаху» («Пол-царя». Так называют в Средней Азии туркестанского генерал-губернатора.), от которого уже получил будто бы надлежащее согласие. '''[225]''' Ответ генерала был так неприветлив, что переводчик замялся. — Передайте, повторил генерал, — другого ответа от меня не будет, если не получу приказания от генерала Кауфмана. Послу сообщили отрицательный ответ и он уехал видимо взволнованный… До сих пор мы двигались по левому прибрежью Аму-Дарьи, имея в виду соединение с Туркестанским отрядом. Но вследствие полученного сегодня достоверного известия о том, что часть войск генерал-адъютанта Кауфмана уже переправилась на левый берег, на высоте Хивы, был собран военный совет, который решил повернуть на юго-восток и двигаться прямо на столицу ханства, так как, продолжая движение по первоначальному направлению, мы можем прибыть к месту переправы Туркестанцев в то время, когда последние по всей вероятности будут под стенами Хивы… Выступаем завтра. '''[226]''' === XXIII. <br>Известие о намерении неприятеля и два конверта на имя Маркозова. — Неожиданная остановка. — Клыч-Нияз бай и кавалерийеская экскурсия на его левом берегу — Неудачный мост. — Дальнейшее движение и старое русло Аму. — Кят-Кунград и его крепость. === ''24 мая, 9 часов вечера. Кят.'' Утром, 23 мая было получено известие, что хивинские войска, потерпевшие накануне неудачу под Янги-Япом, отступили из окрестностей Горлена за несколько верст, к большому каналу Клыч-Нияз-бай, у которого собираются сжечь мост… Отряды получили приказание выступить немедленно, чтобы воспрепятствовать намерению неприятеля. Мы еще были в лагере, когда приехал Киргиз с двумя конвертами генерала Кауфмана, адресованными на имя начальника Красноводского отряда, полковника Маркозова. Один из них заключал в себе приказ по войскам, от 13 мая, по случаю прибытия Туркестанского отряда к правому берегу Аму-Дарьи; другой, — требование от полковника '''[227]''' Маркозова, который по всей вероятности уже в Тифлисе, донесения о его предположениях по движению Красноводского отряда и сведений об отрядах Оренбургском и Мангышлакском. Киргиз, приехавший с этими бумагами, ничего не мог сообщить о Туркестанском отряде, так как, по его словам, конверты получены им в Шах-Абас-али от другого Киргиза, не решившегося переправиться на эту сторону Аму. Мы подошли ко Клыч-Нияз-баю около 9 часов утра. Это действительно самый большой из тех многочисленных каналов, через которые мы переправлялись до сего времени. Он имеет от двадцати семи до тридцати сажен ширины, при двух с половиной аршинной глубине, с общим направлением на северо-восток, подобно и всем остальным каналам Хивинского оазиса; берега низкие, без насыпей, и по обеим сторонам голая песчаная равнина на значительном пространстве. Как мы ни спешили к этому каналу, но неприятель предупредил нас и, к сожалению, успел сделать свое дело: мост был сожжен и из воды выглядывали только обгорелые остатки его деревянных козел… На берегу валялся огромный хивинский каик, опрокинутый вверх дном, и в нескольких шагах от него отрубленная голова нашего лазутчика-Киргиза, брошенная, вероятно, для острастки его собратьев по ремеслу… Несколько сот хивинских всадников, рассыпавшись в почтительном отдалении '''[228]''' по противоположной равнине, любовались оттуда нашею неожиданною остановкой. Но две гранаты, вскоре разорвавшиеся между ними, вероятно, охладили их любопытство: они скрылись и отряд приступил к постройке моста. Прежде всего, при усилии нескольких сот человек, спустили на воду хивинский каик, от которого ожидали не малой помощи, но он оказался поврежденным и затонул в несколько минут. Это, конечно, не остановило работы. В ближайших кишлаках застучали топоры, к берегу начали сносить всевозможный лес и хворост, в воде закопошились десятки солдат в костюме прародителей, и к одиннадцати часам мост начал как бы выростать. Но в это время на опушке садов, которые окружали равнину на неприятельском берегу, заклубился дымок и ядро фальконета с визгом и свистом прилетело через наш лагерь. Это повторилось несколько раз и вследствие этого полковник Леонтьев получил приказание взять четыре сотни кавалерии и очистить или обезоружить все ближайшие кишлаки по ту сторону Клыч-Нияз-бая. Сотни, к которым присоединился и я, поспешно вскочили на коней и, переправившись в брод через канал, понеслись, с цепью наездников впереди, прямо по направлению фальконетных выстрелов, но неприятеля и след простыл: в кишлаках уже не оказалось ни одной души. Взяв несколько вправо, мы наткнулись на небольшое глиняное укрепление с '''[229]''' высокими стенами, прорезанными бойницами и обнесенными маленьким рвом. Ворота укрепления, забаррикадированные несколькими арбами, давали право думать, что здесь мы встретим сопротивление и потому, остановив сотни в некотором отдалении, полковник Леонтьев двинул к воротам пятьдесят спешенных казаков. Баррикада разнесена и мы в укреплении. До ста пятидесяти ободранных каракалпакских семейств теснились здесь вокруг нескольких десятков закоптелых кибиток; овцы, лошади и верблюды наполняли все остальное пространство между стенами. Несколько стариков, встретивших нас у ворот с обнаженными головами, были, повидимому, ни живы, ни мертвы. — К чему все эти приготовления?.. Кому вы думаете сопротивляться? — Мы, Каракалпаки, рады вам. Мы ждали вас, отвечали бедные старики, едва выговаривая слова от сильного волнения. — Бегущие пред вами Чоудуры и Иомуты нападают по дороге на всех, грабят, режут… Мы только от них укрылись здесь… Слова эти хотя и дышали искренностью, но приказание нужно было исполнить. Мы вышли из укрепления, забрав предварительно все оружие Каракалпаков, состоявшее из невообразимого хлама разных фитильных ружей, никуда негодных сабель и нескольких тульских пистолетов, по всей вероятности «времен очаковских и покоренья Крыма». Несколько далее сотни остановились, '''[230]''' переправившись по плотине через небольшое озеро, поросшее вокруг камышом, а вперед по двум расходящимся дорогам отправлены были разъезды, из коих один поручика графа Шувалова возвратился вскоре с известием, что видел невдалеке неприятельскую партию не менее ста всадников… Вследствие этого я получил приказание взять сборную сотню Кавказских и Оренбургских казаков и проследить неприятеля. Пройдя несколько верст между только-что заброшенными кишлаками, тонувшими в густой зелени фруктовых деревьев, я наткнулся, наконец, на огромный кишлак в виде укрепления, с запертыми тяжелыми воротами; несколько бараньих шапок зашевелились за его стенами и мгновенно скрылись. Спешив половину людей, я подошел с ними к воротам кишлака. — Кто тут?… Отворите! — крикнул Киргиз-проводник, — не бойтесь, вам ничего не сделают… Скорее!.. Иначе разнесем ворота и вам будет плохо… Слова Киргиза произвели действие. Ворота отворились и я увидел пред собой огромный двор полный людьми; между ними возвышались десятки арб, нагруженных постелями, коврами, медною посудой и всевозможным домашним скарбом. Более двухсот оседланных, еще потных лошадей стояли вокруг арб или вдоль стен кишлака, и он не оставляли никакого сомнения в том, что мы наткнулись на часть только-что действовавшей против нас неприятельской конницы… Однако, чтобы не возиться с '''[231]''' пленными, которые послужили бы только бесполезным бременем, мы ограничились тем, что потребовали все оружие. Через несколько минут к нам вынесли боле двухсот штук такого же хлама, какой был отобран пред этим у Каракалпаков. Мы уже собирались возвратиться с этою добычей, когда за стеной, в нескольких шагах от себя, услышали какие-то раздирающие крики нескольких голосов… — Кто это кричит? обратился я… к старику Узбеку, который стоял около меня и, повидимому, командовал всеми в кишлаке Старик замялся… — Вероятно ''догма'' (Так называют здесь всех Персиян-невольников.), отвечал проводник. С несколькими казаками я подошел к дверям, откуда неслись крики, и в самом деле увидел в темной комнате шесть человек Персиян, из коих одни стояли в кандалах, с искаженными от страха лицами, другие валялись на земле, связанные веревками по рукам и ногам. Нужно было видеть радость этих несчастных, когда освобожденные, они выходили из кишлака, чтобы следовать за нами в русский лагерь!.. Около ворот Персиян окружили их бывшие хозяева и умоляли простить им, «если они в чем-либо провинились». По религии мусульман проклятия раба влекут на голову его хозяина особые муки на том свете… '''[232]''' «Пусть Бог простит…» повторяли один за другим Персияне, но тоном, в котором точно слышалась вся бесконечная вереница испытанных ими многолетних страданий. К 7 часам вечера я присоединился к сотням, а через час мы все уже были в лагере, на правом берегу Клыч-Нияз-бая. Мост, конечно построенный на живую нитку, был уже готов к рассвету следующего дня, но его настилка из хвороста, возвышавшаяся над поверхностью воды на несколько футов, начала понижаться при переправе головных частей пехоты и совершенно погрузилась в воду после прохода двух-трех орудий. К довершению неудачи, вода начала быстро прибывать. Хивинцы, чтобы затруднить переправу, запрудили все разветвления канала и пустили на нас всю массу воды, — и большую часть отряда со всеми верблюдами и колесным обозом пришлось переправить в брод, при условиях, значительно ухудшившихся. Таким образом мы бесполезно потеряли сутки у Клыч-Нияз-бая… Провозившись у переправы несколько часов, мы тронулись в дальнейший путь. Хивинцы, наконец, отвязались и не беспокоили нас в течение целого дня. Затем, обстановка движения так мало разнилась от той, к которой мы привыкли за последние дни похода, хивинский пейзаж, с его глиняными кишлаками и изобилием растительности и воды, в такой степени однообразен, '''[233]''' что, казалось, проходишь по знакомой уже местности. Все разнообразие сегодняшнего перехода состояло в том, что недалеко от Кята мы переправились через канал Ярмыш, параллельно которому тянется сухое песчаное русло, имеющее около двух верст ширины. По словам туземцев, это то самое старое русло, по которому Аму-Дарья вливалась некогда в Сары-Камышские озера и далее в Каспийское море… Под вечер отряды остановились в превосходных садах за каналом Ярмыш. Пока здесь разбивали лагерь, несколько офицеров, в том числе и я, поехали осматривать хивинский городок Кят или Кят-Кунград, расположенный в версте от канала и, как говорили, замечательный по своей крепости… Городок с трехтысячным населением разбросан несколькими отдельными группами и ничего особенного не представляет, за исключением разве окружающих садов, в которых чистота и оконченность во всем поразили бы и самого аккуратного из немецких садоводов. Обыкновенно, в центре сада, под тенью громадных деревьев, ютится летний дом в несколько комнат, украшенный снаружи глиняными колоннами и небольшою верандой, пред которою расположен бассейн. От дома во все стороны идут аллеи всевозможных деревьев и между ними — грядки с расхолеными виноградными кустами с проведенными к каждому из них маленькими красиво отделанными оросительными канавками. Сады непременно обнесены высокими глиняными оградами '''[234]''' со множеством таких же колонн и с одними тяжелыми воротами, выходящими на пыльную дорогу. Таким образом, каждый сад или кишлак является убежищем довольно безопасным от постороннего соблазна, условие необходимое здесь при существующей повальной слабости ко всему плохолежащему, не только у Туркмен, но и у самих Узбеков… За городом, на возвышении, имеющем форму земляной пирамиды, усеченной на высоте приблизительно ста футов, расположены высокие крепостные стены, имеющие около полутораста сажен по каждому фасу. Замечательно, что этот колоссальный, так сказать, пьедестал крепости, обнесенный глубоким рвом, искусственный и, если верить жителям самого Кята, насыпан из земли, извлеченной при проведении канала Ярмыш… На восточном фасе крепостной ограды расположены три полукруглые башни. Над одною из них еще на несколько сажен возвышается четырехугольная деревянная вышка, а между двумя остальными расположены единственные ворота. Все внутреннее пространство крепости, занятое прилипшими друг к другу мрачными, темными и полуразрушенными саклями с одною мечетью, произвело на меня впечатление запустения и ужасающей бедности. Но куда делось это чувство, когда я взобрался на вышку крепости и взглянул с высоты птичьего полета на окрестности Кята. Зеленеющие поля, темные сады с желтоватыми пятнами кишлаков и сеть блестящих на солнце '''[235]''' каналов, по которым дробились и без плеска скользили мутные воды великой реки, — развернулись предо мной, точно роскошные узорчатые ковры с серебряными коймами… Какою-то негой веял весь обширный кругозор, раскинувшиеся пред моими глазами; и природа, и люди млели в неподвижности раскаленного воздуха. Только в одном месте, нарушая общую гармонию покоя, точно большой встревоженный муравейник, копошился наш лагерь, — лагерь далеких и незваных сюда пришельцев… === XXIV. <br>Немецкая записка. — Движение к Кош-купыру и к ханскому саду. — Авангардная стычка. — Ночное нападение и угон верблюдов. — Авангардные развлечения под Хивой. === ''Вечером, 27 мая. Загородный ханский сад.'' Утром, 25 мая, пред выступлением из Кята, в отряде была получена записка генерал-адютанта Кауфмана, от 21 числа, написанная из предосторожности на немецком языке и извещающая о том, что он благополучно переправился через Аму, и с частью Туркестанского отряда находится уже в Хазараспе, в семидесяти верстах от столицы ханства. Прося о скорейшем соединении с ним наших отрядов, генерал уведомлял далее, что отряд его, состоящий из десяти рот, шести сотен, восьми орудий и двух митральез, будет под Хивой 30 мая. Генерал Веревкин ответил на том же языке, что 26 числа будет ждать под Хивой дальнейших приказаний… «Итак, завтра под Хивой!» радостно восклицали '''[237]''' все, выступая из Кята. Казалось, просто не дождешься этого «завтра»!… Общее нетерпение и солдат, и офицеров растет по мере приближения к цели в такой степени, что все опечалятся не на шутку, если объявят, что будет, например, дневка сегодня или завтра. Между тем время за последние дни летит точно молния: в течение дня быстро меняющиеся по пути картины не дают и почувствовать, как остался за плечами целый переход… Придя на место, уже чувствуешь и голод, и утомление, и не успеешь подкрепить себя крайне немудрым произведением какого-нибудь православного Лепорелло, как наступает вечер, клонит ко сну… А если еще пересилил на время этот сон и взялся за перо, — сразу чувствуешь все свое бессилие передать бумаге и картины своеобразной природы с ее культурными особенностями, меняющиеся пред нами как в калейдоскопе, и наши впечатления, мелькающие также быстро, как эти картины, но часы пролетают как одна минута, прежде чем успеешь набросать несколько страниц… Верстах в восьми от Кята отряды переправились через канал Шах-Аббат, столь же значительный как Клыч-Нияз-бай, по деревянному мостику, имеющему на восточной стороне глиняную башню, исправляющую здесь должность предмостного укрпления. Хивинцы уже перестали портить мосты, так как убедились, вероятно, что это совершенно безеполезно… За каналом мы сразу вступили в сыпучие '''[238]''' пески, которые в этом месте врезываются клином в Хивинский оазис и почти разделяют его на две части. Пройдя еще верст пятнадцать в этой новой обстановке, мы подошли к Кош-Купиру и около 5 часов вечера остановились в его пустых, брошенных кишлаках. Кош-купирские кишлаки, с окружающими их садами, лежат по берегам также огромного канала Казават, и принадлежат большею частью диванбегу и другим вельможам Хивинского ханства. Они представляют нечто особенное по своим размерам: можно сказать, что это положительно целые отдельные укрепления, заключающие в своих зубчатых стенах лабиринты всевозможных безоконных построек из глины, с несколькими просторными дворами. Не знаю, была ли в этом надобность, но вечером многие из кишлаков были преданы огню, и зарево их пожара долго освещало лагери соединенных отрядов… В этот же вечер неожиданно прибыл Киргиз, который каким-то чудом один прокрался через все ханство и привез из Оренбурга почту… Почти со времени оставления Кавказа мы прервали всякие сношения с цивилизованным миром и, конечно, не знаем, что в нем делается. Сколько нового, неожиданного, быть может, произошло за это время в политической и общественной жизни народов, невольно приходило в голову, и с этими мыслями мы бросились в оренбургский штаб за свежими '''[239]''' газетами, но, увы! новейшие из них были от 25-го марта… От Кош-Купира до Хивы всего около шестнадцати верст. Пройдя половину этого расстояния и переправившись через несколько каналов, вчера, около 10 часов утра, мы подошли к загородному ханскому саду, который отличается от кош-купирских кишлаков разве только своими еще более грандиозными размерами. Отряды расположились вокруг садовой ограды, а генерал Веревкин со своим штабом в самом саду. Как только пришли сюда, подполковник Скобелев получил приказание продвинуться, если можно, вперед еще на несколько верст с двумя сотнями Уральских и Сундженских казаков, обрекогносцировать местность и затем, остановившись на удобном месте, составить род авангарда. Скобелев пригласил меня примкнуть к его поездке, и мы тронулись по направлению Хивы… Уже в версте от ханского сада начали показываться по сторонам дороги небольшие партии неприятельских всадников, но продолжали подвигаться не обращая на них внимания. Держась в почтительном отдалении, всадники медленно отступали пред нами и скрывались за ближайшими садами. Отъехав версты две с половиной, мы вышли на небольшую равнину, пересеченную несколькими арыками; на мостике, переброшенном через один из них, копошилась спешенная толпа в несколько десятков человек. '''[240]''' Чтобы не дать испортить мостик; Скобелев вызвал наездников из обеих сотен и приказал мне атаковать толпу. Мы понеслись в карьер с места. Хивинцы успели снять лишь несколько досок мостовой настилки, но заметив нас бросились к своим коням и ускакали прямо по дороге Увлекаясь за ними, мы попали в узкую улицу между двумя кишлаками и вынеслись отсюда на большую равнину, окаймленную со всех сторон садами и глиняными стенками. Здесь неприятель рассыпался веером и скрылся в садах, а мы остановились посреди равнины, так как лошади были уже в мыле, и за нами не в первый раз раздавались сигналы «шагом» и «стой». Вскоре к нам присоединился и подполковник Скобелев со своими сотнями. Едва осела пыль, скрывавшая нашу малочисленность, как уже толпы неприятельских всадников начали показываться со всех сторон и сгущаться все более и более… Вскоре сплошные массы Хивинцев заняли и кишлаки, оставшиеся у нас в тылу, и узкую дорогу между ними, по которой мы только что вынеслись на поляну: мы окружены, и путь отступления отрезан… Сотни спешились и открыли огонь, направляя его преимущественно на дорогу между кишлаками. Справа, из-за стенки одного сада, вдруг вылетел плотный клуб белого дыма, раздалось что-то в роде пушечного выстрела, со свистом и визгом, потрясая воздух, пронеслось над нами ядро фальконета и '''[241]''' шлепнулось в противоположной стороне, в толпе хивинских же всадников. — Ловко! произнес есаул, стоявший недалеко от меня на фланге сотни. — Жаль, что у них мало этих пукалок; они бы этак скорее перебили друг друга… Перестрелка длилась уже четверть часа. Ожесточенные крики «аламан! аламан!», наполнявшие воздух, раздавались все ближе и ближе. Пули визжали со всех сторон. Пролетели еще два-три ядра. Вдруг Хивинцы с саблями наголо хлынули на поляну со стороны нашего лагеря… Минута была не из особенно приятных, но встреченные градом наших пуль, они понеслись мимо кишлаков вправо и влево подобно стаям испуганных зайцев. Дорога между кишлаками очистилась, и за нею, движимые точно ураганом, заклубились облака желтой пыли, из которых начала прорезываться масса мчавшихся к нам белых всадников… Наши!.. Оказалось, что фальконетные выстрелы Хивинецев, не причинив никакого вреда, оказали нам одну только услугу: они подняли в лагере тревогу, и вот на помощь к нам послали оттуда всю кавалерию. Вместе с нею мы пошли вперед, по следам Хивинцев, но последние точно канули в воду, — ни одного из них не было уже видно. Не доезжая трех верст до Хивы, мы вернулись назад и под вечер прибыли в лагерь. В авангарде снова остались две сотни кавалерии, к которым вечером '''[242]''' послали из лагеря еще по одной роте Апшеронского и Ширванского баталионов… Сегодня на рассвете неожиданная тревога подняла на ноги весь лагерь. Когда я выскочил из кибитки, пехота уже стояла под ружьем, артиллеристы запрягали орудия, казаки седлали коней и, перегоняя друг друга, проносились к своим сотням. Вдали слышалась ружейная трескотня. В этой боевой обстановка священник в полном облачении служил молебен пред выстроившимися ротами Апшеронцев, у которых сегодня полковой праздник… Дело вскоре разъяснилось и войска были распущены. Ночью, на левом фланге лагеря, далеко выдвинулись вперед верблюды Оренбургского отряда, Иомуты заметили это, и налетев врасплох, отхватили более 400 голов, но в то время, когда они возвращались с этою добычей, авангард Скобелева перерезал им дорогу, отбил обратно верблюдов и положил на месте до двухсот человек неприятелей. Говорят, что особенно отличилась при этом сотня Дагестанцев, которая хоть раз наконец настигла иомутов, но за то так, что рубила на выбор и вернулась с трофеями в виде иомутских лошадей и оружия… Через несколько часов после тревоги, к генералу приехал подполковник Скобелев для доклада об утреннем нападении Хивинцев и на возвратном пути завернул ко мне в кибитку. — А лихое было дело сегодня! произнес он '''[243]''' между прочим с довольною улыбкой. — Жаль, что у нас мало конно-иррегулярцев. Ведь это золото!.. Они называют своего сотенного командира подполковника Квинитадзе, как принято у горцев, просто по имени, Иваном… Вот скачет Квинитадзе. Пред ним, в нескольких шагах, Лезгин настигает Иомута и одним ударом раскроил ему череп. Иомут полетел с коня, а Лезгин, догоняя следующего, оборачивается на всем скаку к своему командира: «Иван!.. видел?» — Молодец! видел, — отвечает тот… Лезгин наносит новый удар и новый иомут валится с коня: «Иван!… видел?» — Молодчина! — повторяет командир… Лезгин не мог уже догнать третьего иомута на превосходной лошади и выхватил пистолет; раздался выстрел и новая жертва грохнулась на землю вместе с конем, тот же вопрос и тот же ответ… Да что вы тут коптите, поедемте в авангард. Там у меня по крайней мере развлечение… Кстати, мой Мишка собирается дать сегодня генеральный шашлык… Поедемте. Отправились. Две сотни, составлявшие авангард, стояли попрежнему в четырех верстах от Хивы, на той самой поляне, на которой нас выручило вчера неожиданное появление кавалерии… До полудня время прошло в бесплодной перестрелке с мелкими неприятельскими партиями. Но к этому времени Хивинцы высыпали в столь значительных силах и начали наседать на нас так энергично, что пришлось дать знать в '''[244]''' лагерь… Не прошло и часа как оттуда снова прискакала кавалерия, а вслед за нею подошла и часть пехоты с генералом Веревкиным. По обыкновенно, держась почти вне выстрелов, толпы неприятеля гарцовали до изнурения лошадей и скрылись из виду после нескольких выстрелов из наших орудий. После этого и генерал отвел войска в лагерь, обещав усилить нас на ночь двумя ротами… Оставшись снова с двумя сотнями, мы расположились отдыхать под тенью фруктовой рощи, на берегу небольшого арыка. Но недолго продолжалось наше спокойсивие… — Ну, Мишка, давай-ка теперь свой шашлык! крикнул Скобелев, опускаясь на бурку. Но прежде чем он окончил свою фразу, жик! жжик! шлепнули две пули о ствол дерева над нашими головами, и толпа неприятельских всадников ринулась на поляну из ближайших садов с хивинской стороны. — К коням!.. Садись!.. Едва мы вскочили на лошадей, Хивинцев и след простыл… Подобные выходки повторялись несколько раз и выводили всех из терпения… — Ишь, проклятые, как разгулялись! слышалось между казаками. — Мало их потрепали сегодня утром… Надо бы еще маленько почесать… — В самом деле, надо бы их еще раз '''[245]''' проучить, подхватил Скобелев, — но ведь не подойдут, канальи… В это время солнце уже скрывалось за хивинскими садами, и со стороны лагеря показались две роты с орудием, который шли к нам на подкрепление. — Теперь, если хотите, мы можем и проучить хивинских наездников, обратился я к начальнику авангарда. — Стоит только заложить эти роты за арык, а какому-нибудь взводу казаков выехать вперед в виде разъезда и затем обратиться во мнимое бегство по направлению засады. Наверно партия Хивинцев бросится преследовать и нарвется. Предложение было принято. Роты залегли за арыком, по обеим сторонам орудия, а кавалерия, оставив на месте один взвод, начала медленно удаляться назад. Оставшись вести «приманку», я объяснил казакам цель движения и мы тронулись. Пред арыком широкая полоса равнины была затоплена водой, выпущенной Хивинцами для затруднения нашего движения. Далее через четверть версты дорога пошла между глиняными станками садов и вскоре выбежала на новую небольшую поляну. Как только мы доехали до ее средины, изо всех окружающих садов вылетели дымки, завизжали пули и начали выскакивать толпы всадников… Сделать залп изо всех ружей и повернуть назад было для казаков делом одного мгновения. Мы помчались что есть мочи. Вся масса Хивинцев, выхватывая сабли, с торжествующими криками ринулась за нами… Вот мы '''[246]''' уже на равнине пред нашим арыком… уже под ногами лошадей расплескалась и забрызгала вода затопленной местности. Послышалось отрывистое «пли». Насыпь арыка точно дохнула дымом и треснул залп… Теперь Хивинцы повернули в свою очередь и помчались назад во весь дух, но не все некоторые из них барахтались в воде вмсте с лошадьми, другие корчились на сухой поляне… — Ваше благородие, казак у нас ранен в плечо, подлетел ко мне урядник, когда мы уже остановились. — Ты не видел? обратился с другой стороны Насиб. — Чего?.. Он указал на мою лошадь, которая дрожала как в лихорадке. С правой стороны по ее ребрам и задней ляшке струилась кровь: она была ранена тремя ружейными картечинами… Благословляю судьбу, что несмотря на эти раны бедное животное не свалилось во время нашей бешеной скачки пред Хивинцами, иначе… я бы наверно не писал теперь этих строк… '''[247]''' === XXV. <br>Движение к Хиве и общее настроение. — Первые трофеи пушки — Неудачная погоня за третьим орудием и мои впечатления — На перевязочном пункте. — Оригинальные пули и хивинская депутация. — Революция в городе, новый хан и бегство старого — Ответ генерала и пересуды офицеров — Письмо генерала Кауфмана. === ''5-го июля Лагерь под Хивой.'' Много прошло дней и еще более пронеслось событий и впечатлений со времени последнего моего письма. Но вы, вероятно, уже знаете причину перерыва моих рассказов на самом, так-сказать, пикантном месте. Во всяком случае не буду забегать вперед, и как ни трудно мне писать лежа на спине, постараюсь пополнить этот пробел насколько возможно. Остановившись в восьми верстах от Хивы, отряды Мангышлакский и Оренбургский ждали Туркестанцев единственно из военной деликатности, чтобы преждевременным взятием столицы ханства не поставить их в то неприятное положение, которого так боялись сами в течение похода, и которое непременно '''[248]''' должны испытывать рвущиеся в дело войска, перенесшие массу гигантских трудов, если опоздают несколькими часами и придут к шапочному разбору. Но Хивинцам, конечно, были недоступны эти тонкости. Стали, нейдут. Значит не могут, подсказывала им азиатская логика. Дерзость их возрастала с каждым днем. Они стали назойливы до такой степени, что не давали нам покоя ни днем, ни ночью. С утра 28 мая тысячи хивинских всадников начали наседать на авангард, заскакивать в тыл и подлетать к самому лагерю. Опрокинутые и отброшенные несколько раз, они появлялись снова. В виду этого, генерал Веревкин счел необходимым приступить, так-сказать, к началу конца… Около 12 часов утра он явился со всеми войсками соединенных отрядов к месту расположения авангарда, и приказав подполковнику Скобелеву следовать со своими войсками в арриергарде за кавалерией, двинулся вперед в направлении к Хиве. Пехота пошла в голове общей колонны. Войска были в самом радужном настроении и шли в смутном ожидании чего-то важного, как будто на давно обещанный праздник. Об офицерах уж я и не говорю: трудно себе представить более праздничный, более счастливый вид, чем был у них. Они были почти в том состоянии, когда человека так и подмывает плясать или обниматься… Я уверен, что никто из нас не сумел, бы объяснить, чему собственно мы радовались? Родные, '''[249]''' друзья, или даже нормальные условия жизни нас не ждали в Хиве. Мы знали, что пройдут еще многие месяцы, прежде чем нас вернут на родину. Мы даже не обманывали себя насчет тех затруднений, которые могут вырости под стенами Хивы и, в плохом случае, поставить вверх дном все достигнутые до сего времени результаты наших жертв и усилий. Но тем не менее, таково было наше безотчетное настроение… Дорога все время тянулась в неизменной хивинской обстановке, между садами и кишлаками, через канавы и арыки. Она то расширялась, пробегая по небольшим полям, то снова извивалась, стиснутая между глиняными стенками. Придерживаясь по обыкновению бессмысленной своей тактики, неприятельские массы неслись пред нами сломя голову, безжалостно загоняя превосходных своих коней, или рассыпались по окружающим садам и оглашали их своими криками. Только изредка, и то бесплодно, не нанося нам никакого вреда, Хивинцы пукали из своих фитильных ружей в то время, когда местность на каждом шагу благоприятствовала самым смертоносным засадам… На одной поляне Хивинцы столпились в большую массу и остановились. К головным частям потребовали орудия. — Эх-ма!.. Жги!.., жги, ребята! кричал на всем скаку есаул Горячев, вылетая вперед со своими орудиями. '''[250]''' Грянул выстрел. Белое кольцо его дыма еще расширялось в воздухе, как уж последовали другой и третий… Толпа дрогнула и быстро очистила поляну. Рассказывали уж после сами Хивинцы, что в то время сам хан находился во главе этой толпы, и что одна из наших гранат оторвала голову его лошади и разорвалась между окружавшими его. Хан повалился на землю, но быстро вскочив на ноги, сел на подведенную лошадь и ускакал за своими войсками… Продвинувшись еще немного, мы очутились на большой площадке между кишлаком и несколькими кирпичными заводами. Войска начали здесь скучиваться, так как впереди узкая дорога между двумя глиняныаш стенками, в которую уже вступили головные части, позволяла проходить только вытянувшись в длинную походную колонну… Впереди послышалась трескотня ружейной пальбы, загремели пушечные выстрелы и ядра одно за другим начали визжать через наши головы… Впечатление было, конечно, не особенно приятно. Киргизы, стоявшие вместе с нами в свите полковника Ломакина, соскочили с лошадей и спрятались под воротами соседнего кишлака. Туда же направился и один из наших эскулапов, но вскоре он как бомба вылетел оттуда обратно на дорогу, как оказалось, выпертый Киргизами, так как под воротами уж не было места… Что делалось впереди — никто не знал. Между тем все могло кончиться в одну минуту… Мне так хотелось быть хоть очевидцем происходящего, '''[251]''' и любопытство поджигало меня в такой степени, что минуты нашей остановки казались часами. Наконец, я не выдержал и хотя знал, что это не нравится Л., подъехав к нему, попросил его разрешения и поскакал вперед… Через минуту я уже вынесся на открытое место и очутился около моста, переброшенного через большой канал Палван-Ата, пересекавший дорогу. По ту сторону моста, на дороге стояли дулом ко мне два брошенные хивинские орудия, а несколько правее их, за глиняною стнкой, две Апшеронские роты. За каналом дорога скатывалась несколько книзу, и не далее 400 шагов от моста она упиралась в хивинскую крепостную ограду, зубцы и бойницы которой внушительно выглядывали из-за разных мелких построек. Ограда точно курилась. Дымки перебегали по ее бойницам, а пули насквозь пронизывали дорогу к каналу… Оказывается, что шедшие во главе отряда Апшеронцы были уже недалеко от канала, когда за мостом раздались первые пушечные выстрелы Хивинцев… Роты прибавили шагу и, приближаясь к каналу, неожиданно увидали пред собой неприятельскую батарею из трех орудий. В ту же секунду грянуло дружное ''ура''! и 4-я стрелковая рота с капитаном Бекузаровым во главе, а за нею и 9-я, бросились через мост на неприятельскую батарею. Хивинцы не ожидали Русских так скоро и были поражены их внезапным появлением пред самым носом. ''Ура'' и стремительный напор Апшеронцев довершили их '''[252]''' панику: они побежали, успев оттащить назад только одну из своих пушек. Скучившись вокруг хивинских орудий, Апшеронцы очутились под сильным огнем крепостной ограды и укрылись на время за ближайшею глиняною стенкой… В таком положении я застал эти две роты, когда подезжал к каналу Палван-Ата. Едва я приблизился к мосту, как услышал недалеко от себя громкий голос, окликавший меня по фамилии. Оглянувшись, я увидел начальника штаба Оренбургского отряда, полковника Саранчова; он сидел на насыпи по сю сторону канала, укрываясь от выстрелов тою же самою стеной, за которой на противоположном берегу стояли Апшеронцы. — Скачите, пожалуйста, к генералу, произнес он, — и передайте, что здесь можно поставить орудия. Я поскакал обратно. Пехота уже приближалась к каналу. Но вместе с ней по узкой дороге между двумя стенками двигались такие тучи пыли, что в трех шагах солдаты исчезали в них точно призраки… За пехотой в такой же обстановке ехал генерал Веревкин со свитой. Он был неузнаваем: загар исчез, а белоснежные усы казались светло-русыми, — все было покрыто желтою пылью… Выслушав мой доклад, генерал приказал начальнику артиллерии, полковнику Константиновичу, послать вперед дивизион конной батареи, а мне — вести этот дивизион куда следует. Мы понеслись… Через минуту орудия уже стояли пред мостом на '''[253]''' Палван-Ате и громили городскую ограду. Но Апшеронцев уже не было на прежнем месте… После первых же выстрелов наших орудий подъехал к мосту и генерал Веревкин. Как только мы остановились несколько левее дороги, возле большого дерева, стоявшего по сю сторону канала, новое неприятельскос ядро пролетело через наши головы. Но где стреляли Хивинцы, внутри или вне крепостной ограды, не было видно. Говорили со всех сторон, что пушка, которую успели оттащить Хивинцы, стоит пред городскими воротами, прямо против нас, и то же самое подтвердил подъехавший к генералу полковник Саранчов. В это время к мосту подходила голова одной из Ширванских рот, и я пришел в такое состояние, точно хивинская пушка ускользала из моих собственных рук… Уж именно охота пуще неволи!.. — Ваше превосходительство, позвольте мне взять это орудие, невольно вырвалось у меня, как только я услышал слова начальника штаба. — Возьмите! ответил генерал, указывая на подходившую роту. Бывают черезчур сильные радости, как громом поражающие человека. В эту минуту меня охватила именно такая радость, но я уверен, что поймет ее только тот из военных, кто сам испытывал нечто подобное… Соскочив с лошади, я бросился к Ширванцам и с криком ''ура''! побежал вперед. '''[254]''' ''Ура''! ''ура''!! подхватили белые рубашки и хлынули за мной… Судя по подробному плану Хивы с ближайшими ее окрестностями, который я достал еще на Кавказе, наша дорога должна была привести прямо к северным воротам города, с левой стороны расположененого пред воротами большого здания медресе Бек-Нияза. Но вот, пробежав в одно мгновение расстояние около 400 шагов, мы очутились пред этим зданием. По левую руку, несколько не доходя до медресе, мимо меня точно мелькнула огромная баррикада, состоявшая из нескольких сот арб, наваленных друг на друга. Она закрывала дорогу к городским воротам, но тогда на бегу это мне не пришло в голову и на баррикаду я не обратил никакого внимания, тем более, что размышлять было некогда: пули летели на нас целым дождем, солдаты валились на землю один за другим… Продолжая бежать по свободной дороге, проходившей правее медресе, мы очутились на кладбище, где за каждым памятником уже лежали группы Апшеронцев. Прямо против нас, шагах в двенадцати, возвышалась зубчатая стена городской ограды с двумя полукруглыми башнями по сторонам. Ворот не было. К левой башне примыкало здание медресе, в правую почти упиралась глиняная стенка. На кладбище между этими тремя стенами скучились три наши роты под безнаказанными выстрелами Хивинцев… Солнце обливало ослепительными лучами '''[255]''' желтоватую стену крепостной ограды и только узкие бойницы чернели на этом нестерпимо ярком фоне. Едва я остановился, как вдруг из одной крайней бойницы мелькнул огонек, грянул выстрел и ряд сосдних бойниц скрылся в облаке белесоватого дыма… Еще выстрел. «А!» раздалось за мной в то же мгновение чье-то громкое восклицание. Быстро обернувшись назад, я увидел пред собой на расстоянии одного шага капитана Бекузарова. Он стоял с маленькою сабелькой в руке против самого входа в медресе Бек-Нияза. За дверьми, внутри медресе, я увидел в ту же минуту дородного Туркмена в огромной бараньей шапке и в полосатом халате, уже замахнувшегося кривою саблей. Еще миг, сверкнуло подобно молнии стальное лезвие… и капитан, конечно, пал бы на месте, но, к счастию Туркмен со всего размаха хватил саблей о притолку двери. Нас обоих обдало мелкою глиной в то время, когда я почти инстинктивно уже спустил курок револьвера. Раздался выстрел, сабля выпала из рук Туркмена, он схватился за левый бок и крикнул «аман!» (Пощади.). — Вот тебе «аман!» — произнес я совершенно бессознательно и, с грустью признаюсь, выстрелил вторично. Теперь мне тяжело и вспоминать это. Но в то '''[256]''' время, опьяняющий запах пороха, огоньки неприятельских выстрелов, в нескольких шагах от нас и кровь своих привели меня в такое остервенение, о котором раньше я не имел и понятия. Туркмен покачнулся, сделал шага два назад и грохнулся на пол. Я вскочил за ним в медресе, а за мной капитан и десятка два солдат. Но в момент, когда я заносил ногу на ступеньку пред его дверьми, я почувствовал как будто кто стегнул меня бичом по голой икре правой ноги и точно ударил палкой около чашки левой. В первую минуту я не сознавал происшедшего со мною и, остановившись возле трупа Туркмена, невольно прислонился к стене, чтобы только перевести дух, так как с непривычки задыхался от сильного бега. Медресе Бек-Нияза — квадратное здание с открытым двориком в средине и со множеством дверей, ведущих с этого двора в отдельные комнаты хивинских бурсаков. Комнаты теперь были заняты верблюдами в оригинальной упряжи и прислугой тех орудий, которые около моста попали в руки Апшееронцев. Солдаты Бекузарова рассыпались по двору и начали колоть хивинских артиллеристов. Вскоре из разных комнат донеслись до меня крики и стоны и я уже собирался уйти от этой потрясающей музыки, как к дверям медресе подбежал князь Меликов. — Чорт знает куда наши попали! торопливо воскликнул князь, в один прыжок очутившись '''[257]''' рядом со мной. — Меня прислали с приказанием отступить отсюда. Что вы здесь делаете? — Право не знаю. Я, кажется, ранен в ноги. — Где? Покажите. И он нагнулся, чтобы посмотреть. Но странно, мне самому даже не пришло в голову сделать то же самое, хотя я простоял почти полминуты до прихода князя и уже чувствовал, как что-то жидкое расползается под голенищами моих сапог. Князь отыскал на моих рейтузах три круглые отверстия: два около правого колена и одно около левого. — Пойдемте, пойдемте… пока вы в состоянии ходить, заторопился Меликов и направился к двери. — Я попробовал двинуться за ним, но остановился на первом же шаге, боль была страшная и я не мог становиться на левую ногу. Наконец, сильно прихрамывая и опираясь на шашку, я начал медленно подвигаться, вышел из медресе и сделал несколько шагов по дороге. Роты все еще лежали за могилами, но бойницы уже молчали и зловещее их безмолвие нарушали только выстрелы нашей батареи у канала, да гранаты, пролетавшие оттуда через наши головы за хивинскую ограду. Но вдруг все наши поднялись разом из-за своих закрытий и хлынули назад к каналу сплошною толпой, наполнявшею дорогу. В то же мгновение крепостная стена и обе башни опоясались дымом, грянул дружный точно по команде залп изо всех бойниц и пули целым снопом провизжали по дороге. '''[258]''' Несколько солдат упали, другие остановились среди бегущих. Послышались разные восклицания. «Ой, батюшки!.., оой!!..» как-то особенно громко крикнул предо мной майор Буравцов, раненый сразу в левую руку, в спину и выше правого локтя с раздроблением кости. Тот же залп свалил с ног раненых более или менее сильно майора Аварского, князя Аргутинского и задел в щеку Ширванского офицера Федорова. Хивинцы продолжали безнаказанно посылать в нас пулю за пулей, и вокруг меня все спешило поскорее выбраться из-под этих выстрелов. Между тем, силы мои уже истощались; я принужден был останавливаться после каждого шага, а до моста еще оставалось около ста шагов. В это время два Лезгина выбежали ко мне на встречу, подняли меня на руки и понесли за ту стенку около канала, за которой стояли вначале Апшеронцы (Этим двум Лезгинам я обязан сохранением жизни. Не будь их помощи, я бы свалился и тогда, неминуемо, подвергся бы участи остальных неподобранных раненых, которые оказались на другой день с отрубленными головами и с распоротыми животами.). Здесь меня положили на землю пред доктором Мешвеловым, который в одно мгновение разодрал в клочки мои рейтузы, так что от них уцелел только пояс и затем осмотерл раны: правая нога была прострелена навылет, в левой около коленных суставов засела пуля. Через минуту раны были наскоро перевязаны '''[259]''' клочками моего же окровавленного белья, я перенесен за мост и положен в ожидании носилок за то дерево, около которого стоял генерал Веревкин, когда мы бросились за третьим орудием. Несколько правее меня на берегу канала стояла батарея наших орудий и, под руководством самого начальника артиллерии, посылала в город снаряд за снарядом. Других войск я не видел. Генерала уже не было, он отъехал назад, будучи ранен на том самом месте, где я лежал теперь под защитой дерева; шальная хивинская пуля попала старику прямо в лоб, но к счастью, не пробив черепа, засела под кожей и была вскоре вырезана. У этого же дерева был ранен саперный подпоручик Саранчов, брат начальника штаба. Не пролежал я и минуты под этим несчастливым деревом, как пули завизжали снова. Откуда-то взялся в это время и подбежал ко мне Имеретин, человек подполковника Гродекова. — Ах, ваши благороди!.. бедни ваши благородие!.. начал он, разводя руками от удивления или соболезнования. — Отойди отсюда, прервал я, — тебя могут… — Ай! крикнул Имеретин на половине моей фразы, быстро поднося ко рту простреленный палец левой руки. — Ты ра… — Ай! вторично и как-то глухо прервал он мою фразу, хватаясь обеими руками за правый бок. '''[260]''' Побледнев в одно мгновение как полотно, Имеретин свернулся на бок и повалился как сноп… Вторая пуля угодила несчастному под самые ребра. Вслед за этим ко мне подошел полковник Константинович и, узнав, что я валяюсь в ожидании носилок, которых, кстати, и не имелось при Кавказском отряде, — был так любезен, что отправился распорядиться этим лично. Через несколько минут ко мне явился молодой офицер одного из Оренбургских баталионов и с ним восемь человек солдат с носилками. Подняли и понесли меня… но куда? Где перевязочный пункт, где даже отряды? Никто из нас не знал и не у кого было спросить… Пока солдаты, чередуясь между собой и отыскивая пристанище, наугад несли меня назад через разные поля и сады, натыкаясь на каждом шагу на арыки и стенки, мысли мои перелетели одним взмахом через степи и море, к родному уголку за снежными вершинами далекого края. Предо мной в живых картинах пронеслись и беззаботное детство, и лучшие годы юности; вокруг меня теснились живые образы близких сердцу людей; надо мной как-то особенно приветливо встала светлая лазурь родного неба; мне послышались и вечернее журчание знакомого ручья, и шум отдаленного водопада; я замирал, прислушиваясь к ним, всматриваясь в дорогие лица. Но вот все это точно задергивается туманною пеленой, мраком, начинает ускользать от меня как '''[261]''' призрак, как дорогое видение… и мне стало невыразимо грустно!.. С нынешним днем, думал я, должны были окончиться, хотя на время, все невзгоды и лишения тяжелого похода. Казалось, нас уже ждет своеобразная, заманчивая Хива, к которой два месяца подряд и днем, и ночью стремились наши мысли. Неужели меня здесь ждали только пули и нынешний день будет только началом неизведанных еще и, быть может, бесконечных мук!.. Да еще муки ли только ждут меня? Увижу ли я все то, с чем не легко было расстаться и на время, или должен сказать безвозвратно прости и сраженной молодости, и излюбленным мечтам, и надеждам многих лет?.. Неужели так скоро…, ведь я не жил еще! И две слезы готовы были скатиться с моих ресниц, но я поспешил оправиться, так как мы подходили в это время к конно-иррегулярцам, стоявшим на небольшой прогалине между садами. Солдаты остановились здсь на минуту и я был окружен Лезгинами, которые наперерыв друг пред другом спешили принести мне свои ''поздравления'', даже не спрашивая как я ранен, точно дело было не в этом. Таков, оказывается, военный обычай этого племени. По указанно Лезгин, солдаты отыскали вскоре превосходный сад, где и поместили генерала Веревекина. Этот же сад был назначен перевязочным пунктом, и вот, наконец, принесли меня сюда и положили возле широкого пруда, под тенью '''[262]''' раскидистых карагачей. Ко мне бросаются доктора, снимают с ног окровавленное тряпье, один за другим зондируют раны и хозяйничают в моем теле, и наконец, перевязывают как следует и оставляют меня в покое, придя к тому убждению, что извлечь пулю невозможно, так как она засела в опасном месте между коленными суставами, на глубине почти двух вершков… Утешительно!.. Не правда ли?… Между тем около меня уже раздаются стоны и крики, — число раненых быстро ростет вокруг пруда: одних приводят, других приносят, а наиболее счастливые подходят сами и, усаживаясь где-нибудь в тени, молча и сосредоточенно ждут своей очереди стать под немилосердные скальпели и зонды… Некоторые из раненых страдали ужасно. Между прочими особенно врезался в моей памяти один несчастный, которого поддерживали два солдата. Его белая рубашка была окрашена кровью против самой груди; он не мог ни сидеть, ни лежать, стонал как-то отрывисто и глухо, и так его ломали корчи, что я не мог смотреть и отвернул свою голову… Иногда казались даже странными ужасные страдания некоторых, при относительно весьма незначительных ранах. Но дело вскоре разъяснилось… — Посмотрите, господа, чем стреляют эти канальи! произнес один из врачей, только-что вынувеший пулю, — ведь это хуже всяких разрывных пуль!.. Офицеры, стоявшие около меня, обернулись, чтобы '''[263]''' посмотреть на хивинское изобретение, и вскоре один из них принес показать и мне оригинальную, уже несколько сплюснутую, пулю, состоявшую из толченого стекла, обернутого в свинцовую оболочку. Впоследствии я слышал от самих Хивинцев, что подобные пули в большом ходу у всех Туркмен. После пуль общее внимание было привлечено толпой хивинских стариков, человек в десять, чинно проходивших мимо перевязочного пункта в огромных белых тюрбанах и в цветных халатах. Это была депутация города Хивы, пробиравшаяся к генералу Веревкину для передачи ему просьбы о прекращении нашей канонады, производящей в городе страшные опустошения… По словам этой депутации, вслед за первыми известиями о намерении Русских предпринять настоящую экспедицию, влиятельные люди Хивы разделились на две политические партии, из коих одна проповедывала сопротивление во что бы то ни стало, а другая — безусловное исполнение всех требований России. Во главе первой партии стал главный сановник ханства Мат-Мурад, диванбеги, сын раба-Персиянина, а второю руководил 20-ти летний юноша, родной брат хивинского хана, Сеид-Ахмет или Атаджан-тюря. Нужно заметить, что, как бывший воспитатель хана и как человек решительный и энергический, Мат-Мурад имел на него огромное влияние, и благодаря этому почти неограниченно управлял всем ханством. '''[264]''' При таких условиях борьба партий была немыслима. Мат-Мурад не только навязал хану свою политику, но еще сумел уверить, что его брат подкуплен Русскими и добивается престола во что бы то ни стало. Немилость встревоженного деспота, конечно, не замедлила обрушиться на голову Атаджана: месяцев за восемь до нашего появления под Хивой он попал под строгое заключение, в котором томился в ежедневном ожидании своей казни вплоть до 28 мая, когда неожиданное обстоятельство изменило судьбу несчастного хивинского принца… 28 мая, как я уже рассказывал, Мадраим-хан решился лично попытать счастья и встретил нас во главе своих войск в двух верстах от города Хивы. В то время, когда хан был еще за стенами, в городе уже распространилось известие о том, что войска его разбиты и обращены в бегство, а он сам едва спасся от плена после убитой под ним лошади. В Хиве тотчас же вспыхнуло возмущение: огромная партия недовольных жестоким и корыстолюбивым управлением Мат-Мурада немедленно освободила молодого Атаджана и провозгласила его ханом. Вскоре после этого к городским воротам подъехал и отступавший пред нами низверженный владетель Хивы, но его не впустили в город. Говорят, что хан совершенно растерялся при известии о перевороте, совершенном в его отсутствии. Мат-Мурад, напротив, точно ждал его, спокойно предложил бежать немедленно к Иомутам, «так как '''[265]''' размышлять некогда, Русские могут настигнуть каждую секунду»… Так и сделали: Мадраим-хан и его руководитель, в сопровождении нескольких сот преданных им всадников, обскакали городскую ограду и удалялись от ее южных ворот в то самое время, когда пред северными уже показались белые рубашки… — Итак, партия мира восторжествовала в Хиве и Атаджан немедленно откроет городские ворота, как только будут изгнаны Иомуты, которые только и продолжают сопротивляться, говорила депутация, присоединяя к этому просьбы населения о прекращении канонады. — Наши пушки не замолчат до тех пор, коротко ответил генерал, — пока ворота Хивы не будут отворены. Поспешите сделать это, если хотите спасти свой город. Иначе завтра я разнесу его!… С этим ответом депутация повернула назад и медленно потянулась снова мимо перевязочного пункта… Солнце уже приближалось к горизонту… У Палван-аты все еще гремели по временам наши орудия… Только небольшая часть пехоты, под начальством Скобелева, оставалась еще у канала и, прикрывая артиллерию, устраивала ей в то же время земляную батарею; остальные войска соединенных отрядов были уже отведены несколько назад и расположены двумя группами, в двух больших садах, недалеко друг от друга… '''[266]''' Наконец, и я перенесен с перевязочного пункта в Кавказский лагерь, где уже ожидали меня джелоемейка, разбитая под тенью деревьев, чистая постель и чай, — все, о чем только можно было мечтать здесь в моем новом положении. Знакомые офицеры обеих отрядов наполнили вскоре мое жилище, и я с удовольствием вспоминаю то дружеское участие, которое они выражали мне один пред другим. В особенности я никогда не забуду братьев Бекузаровых, ухаживавших за мной так, как это делают только самые близкие люди… Разговор собравшихся у меня вращался, конечно, вокруг событий все еще переживаемого дня. — Сегодня, надо отдать справедливость, говорил один, — мы «сунулись в воду, не спросясь броду», и поэтому глупейшим образом попали в хивинскую ловушку… Помилуйте! лезть на незнакомую крепость, как кто хотел, без общего плана атаки, безо всякой рекогносцировки, не имея лестниц, не удостоверившись есть ли ворота, где они и в каком состоянии, — на что это похоже!.. Положим, мы в Средней Азии и имеем пред собой противника, с которым очень часто можно шутить, но Хива же все-таки не Мангит и не Ходжали, а мы и к ним подходили с большим военным смыслом, чем сегодня. Досаднее всего, что не подумали о лестницах! По крайней мере, раз уже сунулись, полезли бы на стену и сегодня же блистательно покончили бы с Хивой… '''[267]''' — Совершенно верное подтвердил другой, — и к сожалению, в военном деле всякая ошибка непременно влечет за собой и другую: если бы храбрые Апшеронцы, попавшие на кладбище и под перекрестный огонь в упор, догадались отойти назад после первого же безнаказанного залпа с крепостной ограды, ошибка дня обошлась бы не так дорого… А то они прождали за могилами ровно столько времени, сколько нужно Хивинцам для того, чтобы вновь зарядить свои допотопные ружья… Одна эта ошибка стоила сегодня нескольких офицеров и более двадцати нижних чинов… Рассуждения в таком роде длились у меня до позднего вечера, пока один из вошедших не дал новое направление разговору, сообщив, что получено письмо от генерала Кауфмана, в котором он извещает, что находится вместе с Туркменским отрядом у Янги-арыка, в семнадцати верстах от Хивы, и соединится с ними завтра, то-есть 29 мая… Было за полночь. Огни погасли и глубокая тишина давно уже царила в Кавказском лагере. Бодрствовали среди этого всенаполняющего безмолвия ночи только на батарее у Палван-аты, откуда доносился по временам гул орудийного выстрела, вслед за которым огненная полоска, точно вылетая из-за садовой ограды, направлялась к Хиве и рассекала на мгновение темное небо. Опять тишина на несколько минут… новый гул и новый огненный след на темном фоне беззвездной ночи… Бодрствовал и я, '''[268]''' прикованный к постели, и среди окружающей тишины безучастно прислушивался к гулу, безучастно взирал на зрелище ночного полета снарядов, чувствуя и лихорадочную слабость, и боль, и утомление, но напрасно стараясь заснуть, пока, измученный, я не принял пред рассветом почти опасную дозу морфия… '''[269]''' === XXVI. <br>Прибытие туркестанцев, встреча генерала фон-Кауфмана и его условия — последние действия генерала Веревкина — Свита главного начальника экпедиции и его торжественное вступление в Хиву. — Обращение к войскам и к депутации. — Телеграмма Государю — Достопримечательности Хивы === Нужно ли говорить, что, на долго прикованный к постели, я не только не мог быть непосредственным свидетелем дальнейших эпизодов нашей экспедиции, но пролежав с лишним два месяца в расстоянии ружейного выстрела от ограды Хивы, мне даже не пришлось быть в этом городе и лично познакомиться с его достопримечательностями. Тем не менее, полагаю не лишним хоть бегло коснуться происходившего в городе и в оазисе за время моего тоскливого лежания. 28 мая, когда кавказцы и оренбуржцы бились под стенами Хивы, главный начальнык экспедиции, генерал-адъютант фон-Кауфман, вместе с '''[270]''' туркестанскими войсками, прибыл к селению Янги-арык и, расположившись здесь, в 20 верстах от столицы ханства, просил запиской генерала Веревкина соединиться с ним на следующий день, около 8 часов утра, на берегу канала Палван-ата, верстах в шести от города. Веревкин не мог исполнить это требование: он и сам был ранен, да и перевозка других раненых представила бы большие затруднения. Поэтому на встречу туркестанцам он отправил на другой день рано утром из обоих отрядов 2 роты, 4 сотни и 2 конных орудия с полковниками Ломакиным и Саранчовым. Колонна эта соединилась с туркестанским отрядом около моста Сари-кепри, верстах в двух от города. Еще ранее и несколько дальше от города, Кауфман был встречен депутациею Хивинцев, с которою явились также вновь избранный хан Атаджан-тюря и его престарелый дядя, Сеид-Омар. Последний обнажил голову перед генералом и с большим волнением в голосе произнес несколько приветственных фраз, на которые Кауфман ответил требованием безусловной покорности. — Только в нем, добавил генерал, — вы можете обрести спасение города, населения и имущества. Извольте поэтому немедленно раскрыть Хазараспские ворота, через которые я желаю вступить в город, свезти к ним все ваши орудия и очистить путь к дворцу хана. Даю два часа времени на это. '''[271]''' Люди Атаджана поскакали в город, чтобы исполнить эти требования, а наступающие войска, остановившись в виду города, ожидали истечения назначенного срока, как вдруг со стороны лагеря Кавказцев послышалась целая канонада. Наши орудия пробивали в это время брешь в ограде, через которую около 11 часов утра и ворвалась в город часть Кавказцев со Скобелевым. Полагая, что быть может канонада вызвана враждебными действиями неугомонных Туркмен, Кауфман послал узнать об этом в городе и в оренбургский лагерь и получил от Веревкина такое разъяснение: «В Хиве две партии: мирная и враждебная. Последняя ни чьей власти не признает и делала в городе всякие безчинства. Чтобы разогнать ее и иметь хотя какую-нибудь гарантию против вероломства жителей, я приказал овладеть с боя одними из городских ворот (Шах-абадскими), что и исполнено. Войска, взявшие ворота, заняли оборонительную позицию около них, где и будут ожидать приказания в-пр-ства». Мотивированное таким образом занятие Шах-абадских ворот, у нас объясняют желанием Веревкина закрепить этим фактом, что честь занятия столицы ханства, как и покорение всей населенной ее территории на 275-верстном протяжении от устья Аму-Дарьи, принадлежит вверенным ему отрядам, Кавказскому и Оренбургскому, а не Туркестанскому, '''[272]''' что было совершенно верно. Многие однако сомневались в необходимости такого действия. Но как бы то ни было, получив записку Вееревкина и извещение из города, что там уже исполнены все требования относительно ворот и орудий, генерал Кауфман вступил в Хиву весьма торжественно. Колонна, предназначенная для этого, состояла из частей всех трех отрядов (9 рот, 7 сотен и 8 орудий.) и двинулась с музыкой Апшеронцев и с развернутыми знаменами. В огромной свите генерала, простиравшейся до 300 всадников, следовали Великий Князь Николай Константинович, герцог Лейхтенбергский Евгений Максимилианович, генералы Головачев, Троцкий, Пистолькорс и Бордовский посланник при Японском дворе Струве, медицинский инспектор Суворов, американский корреспондент Мак-Гахан, уполномоченные «Красного Креста», множество адъютантов и чиновннков, офицеры всех родов оружия, представители Бухарского эмира и Коканского хана с своими свитами, депутация Хивы с молодым Атаджаном во главе и наконец казаки конвойной сотни и масса всяких переводчиков и джигитов в своих разнохарактерных, ярких костюмах. В сопровождении этой блестящей массы всадников, в которой развевались цветные значки разных отрядных и других начальников, генерал Кауфман вступил в Хазараспские ворота, у которых уже были выставлены все '''[273]''' снятые со стен орудия и где ожидали его старик Сеид-Омар с обнаженной головой и за ним громадная толпа горожан, сельского люда, пригнанного сюда для обороны города и пленных персов. Все это и особенно персы, видевшие в солдатах своих избавителей от тяжелой неволи, громко приветствовали войска… Торжественное шествие продолжалось затем чеерез город к цитадели, по единственной, наскоро расчищенной улице, по сторонам которой все переулки и площади все еще были забарикадированы тысячами арб, нагруженных разным скарбом; на них же ютились массы женщин и детей, — семьи сельчан, пригнанных со всех окрестностей для обороны столицы. Вступив в цитадель, войска остановились на площади перед дворцом хана. Здесь генерал Кауфман объехал их и, остановившись затем в средине карре, произнес громко и внятно: — Братцы! Презирая неимоверные трудности с героическим самоотвержением, вы блистательно исполнили волю нашего возлюбленного Царя-Батюшки. Цель наша достигнута: мы — в стенах Хивы. Поздравляю вас с этим молодецким подвигом, с победой, и именем Государя Императора благодарю за ваши труды и славную службу дорогому отечеству! Ответом на это было, говорят, столь оглушительное «ура!» что толпы Хивинцев, теснившиеся за войсками и не ожидавшие такого взрыва, в первую минуту шарахнулись в стороны… '''[274]''' После этого Кауфман вошел во дворец, который уже занимала одна из наших рот и где его ожидали депутации от города и окрестного населения, и, поднявшись на одну из его галлерей, — где стояло какое-то подобие трона, сидя на котором хан чинил обыкновенно свой суд, — обратился к присутствующим туземцам с такими словами: — Ведайте сами и передайте всем, что теперь вражда наша кончена и что отныне вы встретите в нас только своих покровителей. Пусть народ пребывает в полном спокойствии и обратится к своим мирным занятиям: войска великого Ак-Падишаха (Белого Царя.) не только сами не обидят никого, но и никому не дадут их в обиду, пока мы находимся в пределах ханства. За это я вам ручаюсь. Но помните и передайте также и то, что не будет никакой пощады тем, которые в точности не исполнят моих приказаний и последуют наущениям людей безрассудных и зловредных. Ваше благополучие, следовательно, будет зависеть от вашего благоразумия и покорности. Войска после этого остались в цитадели, а Кауфман выхал из города в сопровождении своей конвойной сотни и посетил лагери Кавказцев и Оренбуржцев, где также поздравлял и благодарил все части. После этого он навестил генерала Веревкина, а затем и нас, раненых офицеров. В моей '''[275]''' кибитке он провел с четверть часа, усевшись на единственный складной табурет и весьма любезно расспрашивал о состоянии моих ран и о деле, в котором они были получены. Второму посетителю, вошедшему в мое жилище вместе с генералом, сесть было не на что и он прослушал мой рассказ стоя. Между тем оказалось, что это был Великий Князь Николай Константинович, которого походный загар изменил в такой степени, что я не узнал его и принял, по погонам, за капитана генерального штаба из обыкновенных смертных. Его Высочество, как и герцог Лейхтенбергский, посещали нас, раененых, и впоследствии. В тот же день вечером генерал Кауфман отправил с двумя джигитами в Ташкент, для передачи в Петербург, телеграмму такого содержания: «Войска Оренбургского, Кавказского и Туркестанского отрядов, мужественно и честно одолев неимоверные трудности, поставляемые природою на тысячеверстных пространствах, которые каждому из них пришлось совершить, храбро и молодецки отразили все попытки неприятеля заградить им путь к цели движения, к городу Хиве, и разбив на всех пунктах туркменские и хивинские скопища, торжественно вошли и заняли 29 сего мая павшую пред ними столицу ханства. 30 мая, в годовщину рождения императора Петра I, в войсках отслужено молебествие за здравие Вашего Императорского Величества и панихида за упокой Петра I и подвижников, '''[276]''' убиенных в войне с Хивою. Хан Хивинский, не выждав ответа от меня на предложение его полной покорности и сдачи себя и ханства, увлеченный воинственною партиею, бежал из города и скрывается ныне в среде юмудов, неизвестно в какой именно местности. Войска Вашего Императорского Величества бодры, веселы, здоровы». Так завершился день падения Хивы. Чувствую, что здесь было бы уместно более или менее обстоятельное описание своеобразных достопримечательностей этого издревле невольничьего рынка Средней Азии. Но, как я уже говорил, мне, к сожалению, не пришлось видеть Хиву и могу поэтому поделиться только теми скудными сведениями о ней, которые я собирал лежа на носилках… Столица древнего Ховаразма не такой в сущности значительный и многолюдный город, как это можно было думать, судя по протяжению его внешеней ограды. Она простирается до семи верст, имеет грушевидное очертание и по своей профили довольно внушительна, если хотите, но только для противника, не имеющего артиллерии. Она представляет глинобитную, чрезвычайно массивную зубчатую стену, имеющую 5 сажень высоты, прорезанную густо расположенными бойницами и через каждые 20 сажень полукруглыми башнями. Вдоль всей ограды тянется ров, которым большею частью служат весьма значительные ирригационные каналы. Ворот одиннадцать и по сторонам каждых из них — две высокие башни. Но '''[277]''' внутреннее пространство, охваченное этой оградой и представляющее гладкую равнину, только на половину занято постройками 25 тысячного населения города; остальное — обширные пустыри среди нескольких больших садов и кладбищ. В центре города, по восточному обыкновению, расположен так называемый ''арк'' или цитадель. Он представляет правильный четыреугольник в 200 и 300 сажень по сторонам, тесно застроенный и обнесенный оградою еще более высокой, чем внешняя, но с такой же массой башень, между которыми особенно выделяются своими размерами четыре угловые. В арке расположен ханский дворец, — обширное кирпичное здание с несколькими дворами, в архитектурном отношении не представляющее ничего особенного. То же самое можно сказать о мечетях и медресе, разбросанных в городе и в цитадели, об обширном караван-сарае из жженого кирпича и о крытом базаре. Затем, все остальные постройки города и его ''арка'' представляют в общем невообразимый лабиринт глинобитных сакель, обращенных внутрь своими фасадами и тесно скученных по сторонам кривых и узких улиц. По городу проходит и разветвляется в нем многоводный канал Палван-ата. Вообще, воды и зелени масса как в самой Хиве, так и в ее окрестностях. Таков в общих чертах «''Ховарезм — цветущая столица от века''», как гласит надпись на одной из хивинских пушек, отбитых Кавказцами 28 мая. '''[278]''' === XXVII. <br>Размещение отрядов и первые дни под Хивою. — Возвращение хана, уничтожение рабства и судьба освобожденных. — Две тревоги. — Иомутский поход и дело близ Чандыра. — Слухи, толки, военный совет и движение всех отрядов к Иомутам. === Через день после занятия Хивы последовал приказ о новом размещении всех отрядов. Кауфман с своим штабом и с Туркестанцами расположился в двух верстах от города, Оренбуржцы — на расстоянии одной версты, а Кавказцы — возле самого города, против Шах-абадских ворот. Наша пехота и артиллерия разместились здесь, в обширном саду дяди хана, старика Сеид-Омара, куда перенесли и нас, раненых, а кавалерия заняла ближайшие сакли, брошенные жителями. Первые дни нашего пребывания под Хивой были днями всеобщего оживления и радости. Недавние еще труды и лишения как-то сразу и бесследно отошли у всех в область точно далекого прошлого, и бодрость, здоровье и беззаботное довольство собой, казалось, брызжет из каждой пары тех '''[279]''' самых глаз, в которых еще вчера можно было прочесть и физическое и нравственное утомление. Люди словно переродились и выросли в собственном мнении. И понятно: всякий сознавал, что участвовал в тяжелом, но блистательном походе; что преодолел пустыню, являющуюся наиболее грозною из всех преград встречаемых войсками; что представлял собою единицу в той, в сущности, горсти людей, на долю которой выпала честь оказать некоторую услугу России, сломив сопротивление и приведя к покорности врага многочисленного и гордого недоступностью своего притона; наконец, всякий видел в перспективе награды совершенно не обычные: было уже приказано представить офицеров к двум наградам, а участников так называемого Туркменского похода, о котором речь впереди, — еще и к третьей. Настроение, словом, было самое радужное и дни большинства проходили в посещении соседних лагерей, или в поездках в Хиву, где покупали, на память о походе, местные ковры, оружие, посуду и разные безделушки. Хивинцы с этим же оригинальным товаром на первых порах просто наводняли наш лагерь, и, к чести их будь сказано, оказывались торговцами весьма добросовстными. По вечерам гремели музыка и песни, устраивались пикники с туземным оркестром и с плясками так называемых бачей и т. д. Но все это продолжалось недолго. С приближением средины лета немилосердное '''[280]''' солнце давало себя чувствовать все более и более. Целые тучи мошек над арыками и нестерпимый жар днем и ночью приковали офицеров к их немудрым жилищам и вскоре бивачная жизнь вступила в колею довольно тоскливую… В первых числах июня в Хиву возвратился ее законный повелитель, бежавший 28 мая к Туркменам, Сеид-Мухаммед-Рахим или, как народ его называет, Мадраим-хан. Он явился к генералу Кауфману с повинною и был утвержден им в достоинстве, хана. На другой день он присутствовал на параде всех отрядов. — Как вам нравятся наши войска? обратился к нему генерал. — Они напоминают мне камень, отвечал хан, — тогда как мое войско представляет собою только хрупкое стекло… Для управления страною до возвращения наших отрядов, при хане учрежден совет из трех русских штаб-офицеров, и ему объявлено, что вступая во власть, он прежде всего должен провозгласить об уничтоженин навсегда рабства в его пределах, что и было исполнено… Говорят, что число рабов или пленных Персов, разновременно запроданных сюда Туркменами, простиралось в оазисе до 40 тысяч. Цифра эта, быть может, и преувеличена; но их, во всяком случае, должно было быть не менее 20 или 25 тысяч, так как в одном только 1861 году персидский отряд '''[281]''' принца Султан-Мурада, при его движении на Мерв, оставил в руках местных текинцев не менее 20 тысяч своих воинов, и главная их масса была продана в Хиву. Как бы то ни было, но вслед за объявлением свободы, Персы начали соединяться в большие партии для совместного возвращения на родину. Две такие партии, в 700—800 душ каждая, уже двинулись из оазиса и вступили в пустыню, где, как говорят, были поголовно вырезаны бежавшими из Хивы Туркменами… В виду таких слухов, несчастные Персы уже не спешат на родину, а сосредоточиваются возле нашего отряда, — где число их уже простирается почти до полуторы тысячи мужчин, женщин и детей, — чтобы следовать до берега Каспия при обратном движении Кавказцев… Соседство этого персидского табора иногда разнообразило монотонную жизнь нашего отряда самым неожиданным образом. Так, однажды, в тихую ночь, спустя несколько часов после того, как погасли бивачные огни и все вокруг уже погрузилось в глубокий сон, вдруг из-за садовой ограды послышались страшные крики… где-то грянул выстрел, за ним другой… задребезжал сигнальный рожок, за которым вскоре залились и другие в разных концах сада… Тревога! «Что за дьявол… неужели нападение!» — подумал я, разбуженный этим шумом, торопливо зажигая свечу и выхватывая револьвер из-под подушки. '''[282]''' Между тем всполошился весь лагерь. «Вставать, живее!… Беги к орудиям!… Девятая рота!» несутся отрывочные крики с одного конца сада; «в ружье!.. что такое?!.. Седлай скорее, скотина!..» раздается на другом. Шум и беготня усиливаются, и через несколько минут между деревьями уже начали выростать и обрисовываться при лунном свете белые стены выстраивавшихся рот. Шум затих, наступило грозное, как перед бурею, молчание, и, чтобы оно разразилось вокруг целым адом кромешным, недоставало только одного магического слова «пли!» Вот, вот, казалось, оно раздастся, и в этом ожидании я уже чувствовал всю неириятность своего одиночества, так как соседи мои, штабные, уже побежали к ротам. В это время, точно угадав мои мысли, ко мне в кибитку влетел бледный и взволнованный наш доктор. — Вы слышали… тревога, произнес он почти растерянно. — Как не слышать… Скажите, что такое? — Не знаю… вероятно, Туркмены. Уже несколько дней носились слухи об их намерении напасть… Тревога, как вскоре выяснилось, была принята и соседними отрядами, но оказалась фальшивою. Пока докгор и я перекидывались словами, штабные начали возвращаться и сообщили нам ее романическую, против всякого ожидания, причину: однн из наших ловеласов, после некоторого возлияния, прельстился '''[283]''' чарами какой-то феи из персидского табора, и, как подобает сыну Марса, пустил в ход силу, чтобы оттащить ее… Персы взбудоражились и подняли крик. Стоявшее вблизи стадо верблюдов шарахнулось в сторону лагеря. Озадаченные часовые дали по ним один и другой выстрел, а горнист, с просонья, затянул тревогу и… пошла потеха! Но Зевс-громовержец не покарал однако виновника этой проделки, вероятно, в виду заступничества трех таких сильных Олимпа, как Венера, Марс и Бахус… Несколько дней спустя после этого, мы имели еще одно такое развлечение, но на этот раз без романической подкладки. Выстрелы и новая ночная тревога были вызваны какой-то ссорой между персами и джигитами… Наступил затем период полного затишья под Хивой; потянулись дни однообразные и скучные, и во всех заговорило желание поскорее вернуться в Россию. Это и удалось некоторым. Еще в средине июня выехали из отряда Великий Князь Николай Константинович и генерал Веревкин с несколькими офицерами. О возвращении же отрядов пока не могло быть и речи, так как обратное их движение предстоит по тем же пустыням, безусловно непроходимым во время летнего жара. Да и кроме того, в конце июня, неожиданно для всех, создался у нас, так называемый, Иомутский или Туркменский поход, к которому я и обращаюсь теперь. '''[284]''' В числе разных мероприятий относительно населения Хивинского оазиса генерал Кауфман нашел необходимым наказать своевольное племя Туркемен — Иомутов, которые не только упорно сопротивлялись нашему оружию до самого занятия столицы ханства, но и после этого, удалившись в свои пределы, не выказали никакого желания изъявить покорность, не смотря на пример, поданный им в этом отношенин их соплеменниками Чоудурами, Узбеками, Каракалпаками и другими. С этою целью от Иомутов была потребована, к известному сроку, контрибуция в 300 тысяч рублей, которую они не пожелали внести. Тогда, для понуждения их, в начале июля был отправлен, под начальством генерала Головачева, отряд из 8 рот туркестанских стрелков, 4 Семиреченских и 2 Кавказских сотен, при 6 орудиях и 2 митральезах. На угрозу Головачова, что прибегнет к оружию, если контрибуция не будет внесена немедленно, Иомуты возразили лаконически: «Драться не хотим, платить не можем». Тогда отряд начал жечь их кишлаки и отбирать стада и имущество… В ответ на это, Иомуты собрались и, 13 июля, напали на Русский отряд, стоявший близ Чандыра, но были отбиты. Как рассказывают, эта неудача возбудила в них только жажду мести и еще большую энергию. Через день, 15 июля, они возобновили свое нападение при следующих обстоятельствах: Рассветало. Убрав свои аванпосты, отряд '''[285]''' Головачова снимался с лагеря, чтобы двинуться в кочевья Иомутов. Обычная перед выступлением возня была еще в полном разгаре и только кавалерия, назначенная в авангард, начала вытягиваться на дорогу. Но не успели головные сотни продвинуться и на полверсты, как вдруг увидели перед собой густые облака пыли, несущиеся на них подобно степному урагану. В то же мгновение воздух огласился неистовыми криками многих тысяч людей, земля загудела от топота и под облаками пыли зачернели громадные массы Туркмен, мчавшихся на казаков во всю прыть. Не успели последние опомниться, как уже был изрублен один из офицеров. Еще несколько мгновений… и сотни должны быть неминуемо раздавлены этой страшной лавиной, состоявшей, как уверяют, почти из 10 тысяч всадников, за спинами которых сидело еще около 6 тысяч пешего люда. Но сотни повернули вовремя и поскакали в лагерь; на их плечах туда же влетели и Туркмены. Быстро ссадив с коней свою пехоту, они принялись рубить, прежде чем успели взяться за оружие наши роты, озадаченные скачущими обратно казаками. Но замешательство длилось не долго… Со всех сторон загремели учащенные залпы стрелков, посыпалась картечь, затрещали митральезы, и ошеломленные степняки хлынули назад быстрее прежнего, оставив на месте груды своих тел и павших коней… Туркмены почти не стреляли в этот раз, и благодаря этому, лихой налет их, окончившийся '''[286]''' короткой свалкой, не причинил отряду больших потерь. «Но эти пять или десять минут были поистине адскими», говорили участники, что, впрочем, видно и из того, что сам Головачов и начальник его штаба, Фриде, были ранены холодным оружием в середине лагеря. Там же один из Туркмен налетел с поднятой саблей на герцога Лейхтенбергского, но случившийся вблизи офицер предупредил его выстрелом из револьвера и уложил смельчака на месте… До средины июля дела наши в ханстве, казалось, идут как нельзя лучше. Но вот, точно в воздухе запахло вдруг каким-то неблагополучием… Еще до получения известия о Чандырском деле, у нас разнесся слух, что с Головачовым прерваны сообщения, и что его, менее чем двухтысячный отряд, окружен 30 тысячами Иомутов, поклявшихся погибнуть или истребить Русских. Говорили также, что смелое поведение Туркмен уже вызвало и в Хиве какое-то брожение, которое, в виду нашей малочисленности, легко может отразиться на настроении всего ханства. Известия из отряда действительно прекратились как-то сразу, и при этом хан сообщил Кауфману, что все пространство между Хивой и кочевьями Иомутов наводнено шайками этих Туркмен, которые перехватывают и убивают Русских нарочных. Все это повело к тому, что приказано было усилить караулы и вообще соблюдать крайнюю осторожность. В отрядах же пошли толки. '''[287]''' — Дай Бог, приходилось слышать, — чтобы этот туркменский поход не оказался крупной ошибкой… Россия не нуждается в каких-то иомутских 300 тысячах, чтобы из-за них утомлять и раздроблять, и без того не сильные, наши отряды. Да, наконец, и собрать эту грошевую контрибуцию с полуголодного населения, если она уже необходима, едва ли не благоразумнее было бы путем мирного и ласкового обращения с туркменскими старшинами. А то, не дай Бог, но ведь при энергичном сопротивлении на которое, как говорят, способны эти Иомуты, мы можем потерять сотню-другую людей… из-за чего? Стоит ли свеч эта игра?… Я не берусь судить, на сколько было правды в подобных философствованиях… Кончилось тем, что главный начальник экспедиции собрал военный совет, который и решил идти всем на соединение с Головачовым, а под Хивой оставить только раененых, больных и слабых, под небольшим прикрытием… Это было тяжелое для всех решение, и на остающихся оно произвело удручающее действие. Но поступить иначе нельзя было… Утром 15 июля Кауфман, с отрядами Кавказским и Туркестанским, оставил Хиву и двинулся в сторону Ильяллы, куда еще ранее выступили Оренбуржцы. В то же время нас перенесли в один из садов Туркестанского лагеря, где сосредоточилась, под начальством подполковника Буемского, вся наша, как говорили, «брошенная команда». '''[288]''' === XXVIII. <br>Положение оставшихся под Хивой. — Послы Бухарский и Коканский. — Свидание с Хивинским ханом. — Письма Кауфмана и возвращение отрядов в Хиву. === Дни, проведенные нами под Хивой до возвращения отрядов из Иомутского похода, едва ли когда-либо изгладятся из нашей памяти. Мы, небольшая горсть больных и раненых, представляли в это время обреченных на жертву. Отряды ушли и точно канули в воду: в первое время об них не было никаких известий. Из Хивы, между тем, доносились упорные слухи о враждебном настроении его населения, и туда никто не решался ездить, за исключением джигитов, которые то-и-дело возвращались с известием, что Хивинцы на базар уже начали коситься даже на них и почти не скрывают своего намерения напасть и вырезать нас. И мы этого ждали днем и ночью, в течение трех недель, имея только 200 штыков и две пушки в то время, когда протяжение нашей садовой ограды требовало для своей обороны по '''[289]''' крайней мере несколько баталионов, а Хивинцы могли нагрянуть на нас в числе не менее 10 тысяч… Не трудно понять, каковы были при этом наши затаенные чувства… Говорю — ''затаенн''ые потому, что все старались казаться спокойными, но на самом деле всех томило пассивное состояние при страшном напряжении нервов, неизвестность и ожидание… «Хотя бы скорее напали эти халатники!» — иногда вырывалось у некоторых. Но это был, конечно, не вопль отчаяния, а понятная жажда выяснения опасности, желание, если она уже неизбежна, стать лицом к лицу с нею, не расходуясь физически и нравственно на бесплодный анализ, разрушительному действию которого не поддаются только исключительные или закаленные натуры… Но всему бывает конец… И наше возбужденное состояние постепенно сменилось каким-то фаталистическим равнодушием, а там, с прояснением политического горизонта в оазисе, отлегли в область прошлого и все тревоги. Известие о падении Хивы произвело, оказывается, глубокое впечатление на всю Среднюю Азию. Как первое последствие этого, в наш лагерь прибыл и расположился здесь, в ожидании Кауфмана, новый посол Бухарского эмира, Мирахур Исамеддин. Двойная его миссия заключалась в принесении «Ярым-Падышаху» поздравления с победой от имени своего повелителя и в доставлении, в качестве его дружественного подарка, скрывавшегося в Бухаре Киргиза Утатилау, — того изверга, если помните, который был '''[290]''' главным виновником вероломного избиения, около Кунграда, одиннадцати наших моряков, и который будет, конечно, повешен. С таким же поручением, но без живого подарка, явился вскоре и другой посол, — от хана Коканского. Появление этих господ, с их пестрыми и многочисленными свитами, внесло некоторое оживление в монотонную жизнь нашего лагеря. Маленькое разнообразие представил также приезд к нам Хивинского хана… «Государь Ховарезма» возбуждал, конечно, всеобщее любопытство. Но после своего возвращения из бегства, он жил в Хиве почти затворником, оставляя свой дворец только для редких посещений «Ярым-Падышаха». Его и видели только во время этих проездов, а многим не представлялся даже и такой случай. Поэтому, как только стало известно, что приехал хан, все наши устремились в центр сада, где на открытой террасе, в тени громадного караагача, Буемский принимал этого интересного гостя. Для меня лично это был единственный случай взглянуть на побежденного нашего противника, и вот я — тоже на террасе, куда перенесен на походном кресле. Сеид-Мухаммед-Рахим-хан — молодой челоеек, лет двадцати семи или восьми, среднего роста и сложения. По типу, складу и всей вообще внешности, это — самый ординарный, несколько сутуловатый и неуклюжий Узбек, в котором хана я узнал только потому, что он сидел отдельно на складном стуле, тогда как вся его свита, — состоявшая из довольно '''[291]''' пожилых сановников ханства, как диван-беги, закаатчи, мехтер (''Диван беги'', — нечто в роде министра внутренних дел, ''закаатчи'' — главный сборщик податей, ''мехтер'' — шталмейстер.) и другие, — группировались прямо на полу и несколько позади хана. Скромный его костюм также не представлял ничего особенного: большая черная шапка из мерлушки, полосатый шелковый халат, поверх которого надет еще другой из голубого сукна и, наконец, огромные сапоги из толстой верблюжьей замши. Никакого оружия, никаких украшений. Лицо смуглое и несколько скуластое, с довольно правильным носом, окаймлено жидкой черной бородкой с едва пробившимися усиками над толстыми чувственными губами. Маленькие бесстрастные глаза хана не лишены проницательности. Но вся физиономия выражала какую-то усталость, или апатию, и невольно наталкивала на мысль, что, по всей вероятности, этот деспот произносит с таким же невозмутимым спокойствием фразу «перерезать ему горло», с каким он несколько раз обращался к своей прислуге с лаконическим приказанием: «чилим» (''Чилим'' — аппарат для куренья, в роде кальяна.). Буемский представил меня хану как адъютанта «брата Ак-Падишаха» и офицера-мусульманина. В устах переводчика слово «адъютант» превратилось в «помощника» и, вероятно, благодаря этой ошибке, я привлек на себя особое внимание хана, относившегося вообще довольно безучастно… '''[292]''' — С которыми из войск вы прибыли сюда? спросил меня хан после двух-трех вопросов о моей стране и племени. — С теми, которые шли со стороны Бахри-Хазара (Бахри-Хазаром или морем Хазарским до сего времени называют в Средней Азии Каспий.), по Уст-Юрту. — Эти войска пробрались к нам более неожиданно, чем все другие, заметил хан. — Я был уверен, что Русские не пройдут через Уст-Юрт. Когда же это случилось и ваш отряд соединился около Кунграда с Оренбургским, я лишился 12 тысяч хорошо вооруженных и храбрых киргиз-кайсакских всадников: они дали мне слово драться, но не сдержали его в виду соединения двух отрядов. Не будь этого, продолжал он, слегка улыбаясь, — быть может, мне удалось бы не впустить вас сюда или не выпустить… хотя трудно бороться с таким устроенным войском, да еще с таким оружием. Ваше войско — камень, а мое — стекло. «И стреляет со стеклом», чуть не вставил я, вспомнив хивинские пули, но ограничился вопросом: — Вероятно Иомуты думают иначе о русских войсках, если решились на борьбу с ними? — Иомуты ничего не думают, отвечал хан, — это народ очень храбрый, но безрассудный. Остальная беседа с ханом не представила ничего выдающегося. Он сообщил в заключение, что, '''[293]''' по последним известиям, Иомуты удалились в степь, а затем удалился и сам. О положении дел в отрядах мы узнавали только из следующих шести записок, которые разновременно были присланы генералом Кауфманом на имя Буемского: ''«16 июля 1873 г. 9 ч. вечера. Ночлег у Хазавата, на правом берегу арыка.'' Идем благополучно. Сегодня сделали 30 слишком верст. Слухов из отряда генерала Головачова в нашу пользу много. Донесения нет. Завтра идем дальше; ночевать будем на половине дороги к Змукширу. Что у вас делается? Пишите. Ген.-адютант фон-Кауфман 1-й». ''«17 июля 73 г. 7 ч. утра, на переходе от Хазавата, в 5 верстах от ночлега.'' Сейчас получил донесение от ген. Головачова. Утром, 15 июля, Туркмены, в огромном числе конных и пеших, напали на отряд его, готовившийся выступить к их кочевьям. Неприятель отбит с огромной потерей. Это уже второе такое дело, после которого едва ли они опомнятся. Саранчов (Вступил в командование Оренбургским отрядом после отъезда ген. Веревкина.) в 6 верстах от Головачова. Я иду, может быть поспею, если Туркмены не убегут в пески. Головачов ранен саблей в руку, Фриде — в голову. Кауфман 1-й». '''[294]''' «''18 июля 73 г. Змукшир, 8 ч. вечера.'' Отряд идет благополучно. Погода свежая и даже сырая. Завтра — в Ильяллы. Получил донесение ген. Головачова от 17-го. Туркмены признали себя разбитыми. Кавалерия наша настигла Иомутов отделения Ушак; отбила весь скот и все имущество; множество трупов оставлено на месте. Иомуты остались одни; прочие роды, — по рассказам нескольких человек, возвратившихся в Змукшир, — убрались на свои места. Оренбургский отряд вошел в связь с отрядом ген. Головачова и оба стоят невдалеке друг от друга. Кауфман 1-й». «''20 июля 73 г. Бивуак близ Ильяллы.'' Я вчера прибыл благополучно в Ильяллы, около которого нашел расположенными в лагерях оба отряда: ген.-м. Головачова и Оренбургский. Оба отряда в благополучном состоянии. Иомуты и вообще Туркмены признали себя окончательно пораженными. Отделения Иомутов в панике разбрелись в разные стороны в пески, но куда именно — точных сведений я не имею. Остальные роды Туркмен разошлись по своим местам; я потребовал к себе их старшин и сегодня объявлю им мою волю. Письмо такого же содержания я вместе с сим пишу хану. Все ли у вас благополучно? Будьте '''[295]''' покойны и, главное, здоровы. Ген.-адют. фон-Кауфман 1-й». «''22 июля 73 г. Лагерь у Иляллы.'' Здесь все благополучно. Вчера объявил Туркменам всех родов, кроме Иомутов, которые разбежались после разгрома, уплату контрибуции, половину деньгами, половину верблюдами. Старшины обещались уплатить в назначенный им 12 дневный срок с сего числа. Чтобы следить за ходом этого дела и на всякий случай, я остаюсь на несколько еще дней здесь. Пишите каждый день о том, что у вас делается. Будьте здоровы. Оренбургский отряд сегодня выступил в Кызыл-такир, в 23 верстах отсюда, где и будет стоять во время взноса контрибуции. Прочия войска остаются пока в Ильяллы. Скажите Атаджану, что, быть может, дня через три или четыре, я ему разрешу ехать ''(Как уже было говорено, после бегства Мадраима Хивинцы провозгласили ханом его брата, Атаджана. Это обстоятельство еще более усилило вражду к нему возвратившегося впоследствии хана. Опасаясь ее последствий после ухода Русских, Атаджан просил Кауфмана разрешить ему отправиться в Мекку.).'' Ген.-адют. фон-Кауфман 1-й». «''26 июля 73 г. Лагерь у Ильяллы 10 ч. вечера.'' Здесь все благополучно. Сбор пени, хотя и медленно, но идет. Завтра кончается 6-ти дневный срок, в который назначен взнос первой половины '''[296]''' денежной пени. Я не остановился еще на решении, к каким прибегну мерам взыскания, если таковая не будет вся представлена. Слухи о том, что Иомуты очень пострадали от действий отряда ген.-м. Головачова, постоянно подтверждаются. Ген.-адют. фон-Кауфман 1-й». Затем, известий уже не было почти две недели, но прошел слух, что войска возвращаются в Хиву, собрав с Иомутов, взамен контрибуционных денег, все, что только было возможно, начиная от верблюдов, и кончая серебряными слитками из женских уборов… И действительно, в полдень 6 августа прибыли отряды Кавказский и Туркестанский, и в сад наш вступил генерал Кауфман с своей огромной свитой, в которой среди массы белых кителей резко выделялась неуклюжая фигура Хивинского хана, в ярко-зеленом атласном халате… Раздались песни, загремела музыка и общей радости не было конца… Под вечер нас посетил Кауфман. Мы поздравили его с Георгием 2-й степени, а он, в свою очередь, порадовал нас известием, что через три дня тронемся, наконец, обратно в Россию, куда Оренбуржцы уже двинулись прямо из Змукшира… '''[297]''' === XXIX. <br>Мирный договор, новое политическое положение ханства и обратное выступление войск. — Головачов и Кауфман. — Неделя на каюках и заложение Петро-Александровска. — Финал. === Какими политическими или иными соображениями руководилось наше правительство в своем отношении к покоренной нами стране, — мне не приходилось слышать. Но говорили, что генерал Кауфман имеет повеление не присоединять Хивинское ханство, а только поставить его в вассальные отношения к России. В этих видах он заключил с ханом договор, по которому последний является отныне безусловным исполнителем всех требований России; обязан выплатить ей в течении десяти лет военную контрибуцию в два миллиона рублей, и, наконец, уступить ей дельту Аму и все свои владения на правом берегу этой реки, часть которых будет передана Бухаре, в вознаграждение услуг, оказанных эмиром в течение настоящего похода. За этим договором, завершившим дела наши в ханстве, последовал приказ о выступлении отрядов в свои округа, за исключением больных и '''[298]''' раненых, которые не могли следовать при войсках и были предназначены поэтому к отправлению на лодках по Аму-Дарье до Аральского моря и далее, на пароходе, в Казалинск. В эту категорию из Кавказского отряда были выделены 14 нижних чинов и три офицера, вместе со мною. Приказ о выступлении вызвал положительный энтузиазм в войсках и его не разделяли только мы: тяжело было расставаться со своим отрядом, да и завидно, что товарищи будут дома, пройдя только тысячу верст до Каспия, тогда как мы должны проехать для этого, кружным нутем через Оренбург и Астрахань; без малого пять тысяч… Но нет худа без добра: мы избегнем за то вторичную прогулку по пустыне Уст-Юрта и совершим путешествие по новым незнакомым местам… Наступило, наконец, давно желанное утро 9 августа, дня нашей разлуки с Хивою. Кавказский отряд выстроился в саду для напутственного молебствия и потянулся затем с песнями мимо моей кибитки. День был сырой и пасмурный, но все лица сияли. Помимо радости понятной, люди видимо потешались и своим оригинальным видом: все были в белых французских кепи с назатыльниками и… в полосатых хивинских халатах, купленных для всего отряда в виду осенних холодов на Уст-Юрте и взамен полушубков. В тот же день, около полудня, нас перенесли к берегу Палван-ата, громадного канала, проведененого из Аму-Дарьи и снабжающего водою Хиву и '''[299]''' ее окрестности. Здесь была собрана целая флотилия больших хивинских каюков, в которых почти до вечера то устанавливали артиллерийский парк и разные казенные тяжести, то размещали с лишним 200 человек самого пестрого военного люда, но большею частью больных и раненых. На обоих берегах канала толпились, кроме того, сотни хивинских бурлаков, которые должны потянуть наши лодки на лямках против течения. Возня с этой посадкой окончилась только к вечеру, и тогда явился проститься с отъезжающими начальник Туркестанского отряда, генерал Головачов. Здесь я видел его первый раз. Это не старый еще человек, с длинными шелковистыми бакенбардами и с симпатичной вообще наружностью, украсившийся всего несколько дней перед тем Георгием на шее и прошедший свою военную школу на Кавказе, где до генеральского чина командовал Куринским полком и был одновременно начальником Ичкеринского округа. Простившись с своими Туркестанцами, он вошел и в наш кавказский каюк, где с видимым удовольствием вспоминал свою службу в Чечне и в горах Дагестана. — Я так люблю этот край, говорил он, — что питаю совершенно родственное чувство ко всем Кавказцам, и буду, господа, весьма доволен, если вы мне позволите быть чем-нибудь вам полезным. Едва мы успели поблагодарить любезного генерала, как подошел другой старый кавказец, '''[300]''' ген.-адют. К. П. фон-Кауфман, командовавший тоже полком на передовом пункте Дагестана, в Аймаки, во время самого разгара муридизма. Он обратился к нам с несколькими любезными вопросами о нашем снаряжении на предстоящий далекий путь, и простился затем в таких выражениях: — Прощайте, господа, и не поминайте нас лихом! Кавказцам, если они даже забыли меня, и Кавказу, которому принадлежат лучшие воспоминания моей жизни, передайте мой сердечный привет. Счастливой дороги, с Богом!… После этого напутствия последовал наконец сигнал к отплытию. Хивинские бурлаки пришли в движение и, вскоре, флотилия наша, медленно и бесконечно-длинной вереницей, потянулась вверх по каналу… Путешествие было в высшей степени оригинальное и представляло богатый материал для кисти художника. На протяжении всех семидесяти верст от Хивы до Аму-Дарьи оба берега Палван-ата утопали в роскошной зелени непрерывных садов, между которыми разбросаны отдельные кишлаки и целые деревни, эффектно выделявшиеся из общего растительного фона. При появлении нашей флотилии все население этих аулов высыпало обыкновенно на самый берег, образуя собою самые характерные группы мужчин, женщин и детей… Палван-ата, как магистральный канал, разветвляется на своем пути на массу глубоких оросительных арыков; через них переброшены неуклюжие, но оригинальные мосты; возле '''[301]''' них то-и-дело ютятся то крошечные мельницы, то скрипучия водоподъемные сооружения, приводимые в движение бесконечным кружением верблюдов с завязанными глазами… В этой обстановке мы подвигались целую неделю до Аму-Дарьи, останавливаясь на ночь возле аулов и днем, по несколько раз, для отдыха Хивинцев. Нас нередко задерживали, кроме того и разные приключения. — Стой, стой! раздаются вдруг неистовые крики среди медленно ползущих каюков. — Дур, дурун хоу! — ревом подхватывают со всех сторон Хивинцы. Пробуждается полусонный люд, млеющий под открытым солнцем. Останавливаемся. — Что случилось?! — Оказывается, что каюк сорвался с лямки и быстро пошел обратно по течению, кружась и ударяясь по пути о встречные лодки… Бурлаки с целым гвалтом бегут сначала по берегу, не раздеваясь кидаются затем по горло в воду, вызывают общий смех на всех каюках, и, наконец, при помощи людей из прибрежного аула, бросившихся на перерез беглеца, ловят его и влекут обратно, отделавшись только двумя-тремя папахами, упавшими в суматохе в воду… Но не всегда однако приключения обходились так дешево. Раз, на большой глубине, свалился в воду артиллерист и его вытащили полумертвым. В другой раз пошел на дно со всеми людьми сильно перегруженный каюк парка; людей спасли, а каюк остался на месте. Были остановки и более печальные '''[302]''' вызванные похоронами четырех солдат, умерших в течение нашего плавания по арыку. Это были, по словам сопровождавших нас врачей, прямые жертвы постоянного влияния сырости и громадной разницы в температуре дня и ночи, причин, которые за то же время значительно ухудшили состояние больных и увеличили число их… Последние три дня до выхода на Дарью, наша флотилия представляла еще более своеобразную картину. Дело в том, что Палван-ата из узкого и глубокого канала превращается в своих верховьях в быструю, широкую и крайне мелководную реку, но с фарватером по средине. Двигаясь по берегу, Хивинцы уже не могли тянуть здесь наши каюки. В них запрягли поэтому гуськом по пяти лошадей, выставленных по приказанию из Хивы, но которых хватило только на часть каюков; остальных потянули сами Хивинцы, человек по 12 каждую, идя по пояс в воде и оставшись в одних только бараньих шапках. Эта оригинальная конная флотилия, сопровождаемая беспрерывными криками погонщиков и тем не менее двигавшаяся еще медленнее прежнего, потянулась на следующий день мимо города Хазараспа, расположенного несколько в стороне от арыка, а еще через день, — вышла на Дарью… расставшись здесь с конями и Хивинцами, мы понеслись, наконец, по течению широкой и многоводной реки, раскинувшейся версты на три, и флотилия наша сразу рассеялась благодаря неумелости солдат, неожиданно попавших '''[303]''' в незнакомый роли лоцманов и матросов: одних понесло вправо, другие врезались в камыши левого берега, некоторые сели на мель… Приключения эти повторялись довольно часто, но к вечеру мы все же добрались до Ханки, небольшого городка, расположенного ровно в 30 верстах от столицы ханства. Вышло, таким образом, нечто неожиданное, никем не предусмотренное: потратив целую неделю на плавание в 110 верст, мы снова очутились в расстоянии одного перехода от Хивы, который мы могли бы совершить без особенного утомления в один день, хотя бы на хивинских арбах, не подвергаясь ни сырости, ни бесконечному томлению… Но такова была судьба! В Ханки мы застали весь Туркестанский отряд, приготовлявшийся к переправе. Генерал Кауфман с своим штабом был на правом берегу реки, и здесь, в 10 верстах от Ханки, в обширных садах, раскинувшихся между каналами Буз-яп и Дорт-гул, избрал уже место для нового укрпления, предназначенного наблюдать за Хивою и служить административным центром Аму-Дарьинского района. В укреплении останутся из Туркестанского отряда 10 рот, 4 сотни и 8 орудий, и оно будет называться ''Петро-Александровск'', чтобы увековечить на этой далекой окраине имена двух Государей, из коих второй блистательно осуществил заветную мечту первого о некогда славном «Ховаразме»… В Ханки, где нас продержали почти целую неделю в ожидании сбора всех отправляющихся в '''[304]''' Россию, к нам присоединились разные команды нижних чинов, и десятка два офицеров, между которыми были генералы Бордовский, вступивший в роль адмирала нашей флотилии, Пистолькорс, Колокольцов, флигель-адъютант граф Милютин, американец Мак-Гахан и т. д. Флотилия, вследствие этого наплыва, превратилась в целую армаду и в жаркий полдень 21 августа двинулась наконец в сторону Арала, при звонкой песне юнкеров, отправлявшихся в Оренбургское училище и неожиданно огласивших широкое раздолье новой русской реки родным мотивом «Вниз по матушке…» Дальнейшее наше путешествие было интересно во многих отношениях. Но слишком 700-верстное плавание по Аму, Аральскому морю и Сыр-Дарье до Казалинска, — где все мы распростились, быть может на веки, и разбрелись по разным концам России, — и мое личное следование затем на Кавказ, через Оренбург, Самару и Астрахань, уже не имеют непосредственного отношения к Хивинскому походу, впечатления которого составляли единственную цель настоящих записок. Оставляя, поэтому, все это в стороне, скажу в заключение, что 9 ноября, ровно через три месяца после разлуки с Хивой, я вернулся в Тифлис. === КОНЕЦ. === {{---|width=10em}} '''Текст воспроизведен по изданию: Поход в Хиву (Кавказских отрядов), 1873. Степь и оазис. СПб. 1899''' '''текст — Алиханов-Аварский М. 1899''' '''сетевая версия — Тhietmar. 2006''' '''дизайн — Войтехович А. 2001''' Оригинал здесь: [http://www.vostlit.info/ '''Востлиб''']. [[Категория:Импорт/lib.ru/Страницы с не вики-сносками или с тегом sup]] [[Категория:Импорт/lib.ru/Страницы с внешними ссылками]] [[Категория:Историческая литература]] [[Категория:Дневники]] [[Категория:Путешествия по Азии]] [[Категория:География Азии]] [[Категория:Максуд Алиханов-Аварский]] [[Категория:Литература 1898 года]] [[Категория:Импорт/lib.ru]] [[Категория:Импорт/az.lib.ru/Максуд Алиханов-Аварский]] [[Категория:Туркестан]] 7xbsmk4zraruyow23wa7uykqi6nmx6v 0 1001279 5729093 5588786 2026-07-11T19:35:50Z Fuxx 1743 забвениии=>забвении 5729093 wikitext text/x-wiki {{Отексте | АВТОР = Владимир Александрович Шуф | НАЗВАНИЕ = В край иной | ПОДЗАГОЛОВОК = | ЧАСТЬ = | СОДЕРЖАНИЕ = | ИЗЦИКЛА = | ИЗСБОРНИКА = | ДАТАСОЗДАНИЯ = | ДАТАПУБЛИКАЦИИ = 1906 | ПЕРВАЯПУБЛИКАЦИЯ = | ЯЗЫКОРИГИНАЛА = | НАЗВАНИЕОРИГИНАЛА = | ПОДЗАГОЛОВОКОРИГИНАЛА = | ПЕРЕВОДЧИК = | ДАТАПУБЛИКАЦИИОРИГИНАЛА = | ИСТОЧНИК = [http://az.lib.ru/s/shuf_w_a/text_0160.shtml az.lib.ru] | ВИКИДАННЫЕ = <!-- id элемента темы --> | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИНОВОСТИ = | ВИКИСКЛАД = | ДРУГОЕ = Сонеты | ОГЛАВЛЕНИЕ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = | КАЧЕСТВО = 1 <!-- оценка по 4-х бальной шкале --> | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ = | ДРУГИЕПЕРЕВОДЫ = | ЛИЦЕНЗИЯ = PD-old | СТИЛЬ = text }} === В край иной === <center>Сонеты.</center> === ''La, ou est mon soleil!'' === <center>С.-ПЕТЕРБУРГ.</center> <center>Т-во Р. Голике и А. Вильборг.</center> ==== 1906. ==== <center>Оригинал здесь — http://v-shuf.narod.ru/</center> === ЧИТАТЕЛЮ === В книге этой рассказана история души, ищущей Бога. От нeверия и агностицизма, полного сомнений, от разбитых святынь прошлого длинный путь ведет к вере, в край иной. Найдет ли его читатель вместе со мною? Я много странствовал. Я искал своей святыни среди мраморных обломков Эллады, в пустынях Африки, на берегах Нила, на ближнем и дальнем Востоке, где подымаются минареты Ислама и в древних кумирнях стоят истуканы Будды. Я видел Европу и Азию, мертвые города и забытые гробницы. Кровавые войны, землетрясения, народные смуты были перед моими глазами… Я видел мир, — это путь целой жизни, который привел меня в Палестину, к священным водам Иордана. Свои мысли и впечатления я передал в цикле сонетов. Между ними есть связь, но читатель, не желающий странствовать со мною, может просмотреть каждое стихотворение отдельно, хотя бы для одного развлечения, если ничего иного он не требует от книги и от поэзии. {{right|Автор.}} '''ОГЛАВЛЕНИЕ''' '''В Египет''' I. Прости II. На палубе III. Спутник IV. Забытый храм V. Море VI. Византия VII. Камея VIII. Царьград IX. Атина X. Скутари XI. Шахматы XII. Мраморное море XIII. Легенды XIV. Смирна XV. Курды XVI. Штиль XVII. Буря в Архипелаге XVIII. Остров любви XIX. Маяк XX. Сунион XXI. Пирей XXII. Афины XXIII. Акрополь XXIV. Вакханки XXV. Горгона XXVI. Элевзис XXVII. Мрамор XXVIII. Фалеро XXIX. Олимп XXX. Ларисса XXXI. Крит XXXII. В Средиземном море XXXIII. Лейтенанту С. XXXIV. У берегов Африки XXXV. Агностик XXXVI. Рамли XXXVII. Папирус XXXVIII. Фонтан Клеопатры XXXIX. Мумия XL. Триумф XLI. Кассидэ XLII. Порт-Саид XLIII. Под мустикером XLIV. Магомет XLV. Сомнениe XLVIII. Отчаяние XLVII. Люцифер XLVIII. Хамсин XLIX. Борцы L. На чужбине '''Война''' LI. Урал LII. Тайга LIII. Горящая тайга LIV. Барабинская степь LV. Тень LVI. Енисей LVII. Байкал LVIII. Монголия LIX. Хинган LX. Манчжурия LXI. Перед битвой LXII. На сопках LXIII. Кто идет? LXIV. В гаоляне LXV. Ворон LXVI.Фанза LXVII. Тайфун LXVIII. Будда LXIX. Лотос LXX. В кумирне LXXI. Китай LXXII. Тени LXXIII. Сибирцы LXXIV. Хайчен LXXV. Колыбель Востока LXXVI. Падма-Самбава LXXVII. Бейтасы LXXVIII. Блокгауз LXXIX. Разъезд LXXX. На перевале LXXXI. Мукден LXXXII. Хезайду LXXXIII. Мин-Фей LXXXIV. Хунхуз LXXXV. Ляохэ LXXXVI. Ляодунсюй залив LXXXVII. Капитану Л. С. '''На родине''' LXXXVIII. На родине LXXXIX. Революция XC. Казнь XCI. Пугачев XCII. На фабрике XCIII. Изменник XCIV. Власть XCV. Гражданин XCVI. Цезарь XCVII. Русь XCVIII. Волга XCIX. Заволжье С. Desideria CI. Воспоминание CII. Крысы CIII. Одиночество CIV. Труд CV. Счастье CVI. Русалка CVII. Листопад CVIII. Другу CIX. Сильвия CX. Бронзовые кони CXI. Вечер CXII. Старость CXIII. Колокол CXIV. Окно CXV. Студия CXVI. Художнику CXVII. Осенние побеги CXVIII. Башня Германа CXIX. Клейнлибенталь CXX. Одесса CXXI. Польша CXXII. Финский залив CXXIII. Зимний вечер CXXIV. Ночь на Сайме CXXV. Донские станицы CXXVI. Пророк CXXVII.На станции '''К Западу''' CXXVIII. Эйдкунен CXXIX. Берлин CXXX. Unter den Linden CXXXI. Тени Рейна CXXXII. Штутгарт CXXXIII. Париж CXXXIV. Булонский лес CXXXV. Notre Dame de Paris CXXXVI. De profundis CXXXVII. Музыка CXXXVIII. Кампьенский замок CXXXIX. Северное море CXL. Призрак '''В горах''' CXLI. Кавказ CXLII. Гокча CXLIII. Кюрдемир CXLIV. Ак-Су CXLV. Крест CXLVI. Курганы CXLVII. Абрек CXLVIII. Шемаха CXLIX. Каспий CL. Крымские горы CLI. Сиваш CLII. Бахчисарай CLIII. Солдайя CLIV. Цикады CLV. Массандра CLVI. Джалита CLVII. Инсар CLVIII.Над пропастью CLIX. Салгир CLX. Горная обитель CLXI. На высоте CLXII. Мертвый город CLXIII. Караимы CLXIV. Табор CLXV. Чаир CLXVI. Дерекой CLXVII. Черное море CLXVIII. Тархангутский маяк CLXIX. Цветы CLXX. Гробница Дилары CLXXI. З'''''а'''''мок г'''''о'''''тов CLXXII. Старый оружейник CLXXIII. Греза CLXXIV. Часовня в горах '''Палестина''' CLXXV. Яффа CLXXVI. Иерусалим CLXXVII. Гробница Рахили CLXXVIII. Вифлеем CLXXIX. Патриарх CLXXX. Лифта CLXXXI. Мечеть Омара CLXXXII. Mopиa CLXXXIII. Храмовник CLXXXIV. Суламита CLXXXV. Лилит CLXXXVI.Агасфер CLXXXVII.Ифрит CLXXXVIII. Иосафатова долина CLXXXIX. Ренан CXC. Евангелие CXCI. Брат CXCII. Книга Товита CXCIII. Из Апокалипсиса CXCIV. Исмен CXCV. Иудейские горы CXCVI.Псалом 62-й CXCVII. Ave, Maria CXCVII.Пустыня CXCIX. Иордан СС. Кипарисовая ветка '''ПУТЬ ПЕРВЫЙ''' '''В ЕГИПЕТ''' '''I. ПРОСТИ.''' Был вечер тих, сады благоухали И яблони стояли все в цвету. В последний раз, исполненный печали, Родной земли я видел красоту. Я уезжал в неведомые дали, Где дни тревог, где злые бури ждали, А соловей в сиреневом кусту Пел молодость, и счастье, и мечту. Довольно грез! Я знал все сердца муки И на моём обманчивом путл Цветам весны беспечно не цвести. Пел соловей… полны тоской разлуки Неслись в саду пленительные звуки. Сад говорил мне доброе «прости»! '''II. НА ПАЛУБЕ.''' Бежит корабль в синеющую даль. И я стою, окован думой властной. Моей мечты, прошедшего мне жаль, Мне жаль страны, любимой и прекрасной. Там горы спят, прохладен вечер ясный, Там кипарис делил мою печаль. Минувших дней искать, жалеть — напрасно, И, странствуя, я вспомню их едва ль. Но к берегам привязан с прежней силой, Бросаю я магнолии цветок, — Привет прощальный родины, мне милой. Прибой его баюкая увлёк, И в край родной, который так далёк, Домчат волна и ветер легкокрылый. '''III. СПУТНИК.''' Мой спутник странный, злая тень моя! Смотри, как тих на море вечер ясный. Плывем с тобой мы в южные края… Чему ж смеешься ты, сосед опасный? Наморщен лоб под феской темно-красной, Грудь холодна под золотом шитья. Ужель не радует нас мир прекрасный И чуждо нам все счастье бытия? Смеешься, бес? Красою неизменной Блестит морская гладь, — наряд вселенной. Смотри, зажглась далекая звезда. Она горит, как перстень драгоценный. Ты говоришь, — погаснет без следа? Пророчишь ты?… не верю, никогда! '''IV. ЗАБЫТЫЙ ХРАМ.''' Душа моя — как разоренный храм. Стоить алтарь, поруганный, разбитый… В оправе риз и золоченых рам Свитые лики стерты и забыты. Там, где клубился синий фимиам, Светильник пал на мраморные плиты, Весь воском залитой, и по стенам Плюща узоры сетью перевиты. Ни песен, ни молитв… Тоской объят Печальный ум. Чему молиться ныне? К кому воззвать, во что я верить рад? Мне не зажечь погаснувших лампад И в тишине, в безмолвии пустыни Лежат мои поникшие святыни. '''V. МОРЕ.''' Люблю я ширь лазурную морей, И бег, и запах корабля смолистый, И ветерок соленый, влажный, чистый, — Певучий свист среди высоких рей. Суровый ЭВР и плещущий Нерей Умчат туда, где берега скалисты. По гребням волн, корабль, лети скорей, — Там мирт цветет и ясен день лучистый. И с новою простившись стороной, Я в даль уйду, в невольное скитанье, — Туда, где свет, где вечно звезд мерцанье. Скользит корабль, как призрак, над волной. Моей души неясное исканье Меня влечет тревожно в край иной. '''VI. ВИЗАНТИЯ''' '''(МОЗАИКА)''' Где кипарис задумался над урной, Я Византию видел, — дивный сон… У базилик, от зноя усыплён, Рог Золотой сверкал волной лазурной. Босфор умолк, забыв свой ропот бурный. Сапфир и жемчуг страстно мечет он. Чуть слышен всплеск весла. В тени колонн Скользить ладья, подняв шатер пурпурный. Плывет ли тайно кесарь Феофил К монахине Евказии? Эфорам Он отдал власть, научным занят спором. Гречанка-поэтесса новый пыл Зажгла в царе, — любовь к церковным хорам Но много ль тайн рассказано Босфором? '''VII. КАМЕЯ''' '''''Ю. Д. Беляеву''''' Знаток ты в геммах… Вот моя камея. Трудился ли над ней Диоскорид? Резьба ее, быть может, говорит О веке Филадельфа Птоломея? О глиптике познаний не имея, Я не сужу, но, как тебе, открыт Мне светлый мир искусства и Харит. Мне кажется прекрасною камея. Сардоникс млечный алая заря Окрасила оттенками коралла. Чей нежный профиль смотрит из овала! Лик Арсинои, лик сестры царя? Свои черты, на ониксе горя, Богиня Эос утром рисовала. '''VIII. ЦАРЬГРАД.''' Спят берега Босфора голубые, Стамбул в чалме забылся в грезах сна. Умолк Восток… Лишь на Святой Софии Еще горит двурогая луна. Мечеть, сераль, киоски расписные — Всё дремлет здесь и чуть озарена Покоится зубчатая стена Разрушенной Исламом Византии. О чем ты грезишь, старый Цареград? Падет глава, венчанная тюрбаном, Лучи креста Софию озарят. Судьба твоя прославится баяном. Объединенным в дружестве славянам Да будет здесь единый царь и град! '''IX. АТИНА.''' Мы долго шли по улицам Галаты. Здесь был беднейший в город квартал. Мой черногорец Марко не солгал, — Мы постучались в скромные палаты. Повсюду были ветошь, скарб, заплаты, Две старых ведьмы развели мангал И в угольях дрожа перебегал, Как пламя жизни, огонек крылатый. Вдруг, точно сон, причудливо дразня, В дыму жаровни, в отблески огня Мелькнула тень, — гречанки профиль резкий. Чадрой своей слегка задев меня, Красавица Атина в красной феске, Смеясь, исчезла в складках занавески. '''X. СКУТАРИ.''' — «Куда, скажи, пришелец, ты глядишь? Там путь в Багдад, опасный путь и длинный. У нас здесь мир, безмолвие и тишь. Спят кипарисов темные вершины!» — «Тут кладбище печальное, дервиш!». — «Здесь Скутари и минарет старинный Мечети нашей. Здесь цветут долины. На берегах Босфора ты стоишь». — «Прощай, иду! Стамбул исчез из вида. Меня влечет в страну, где жил калиф, Где чудный край Гаруна-Адь-Рашида!» — «Ну, добрый путь! Будь, странник мой, счастлив! Вот талисман, — верней меча Сеида Послужит он, в дороге сохранив!». '''XI. ШАХМАТЫ.''' Раз с мудрецом, прибывшим издалёка, Халиф сидел за шахматной доской. Сиял кругом богатствами Востока Весь в арабесках вычурный покой. Мудрец в чалме взял бороду рукой, Халиф играл, задумавшись глубоко. — «Скажи, мудрец, приманкою какой Влечет наш ум игра? В ней сила рока? Как в алгебре, законы в ней царят? Где счастья нет, там правит разум здравый!». Мудрец, взяв ферзь, отвел слона назад. — «Халиф, ты прав! — звучит ответ лукавый. — Для мудрецов умнее нет забавы: От мудрости в ней отдых… шах и мат!» '''XII. МРАМОРНОЕ МОРЕ.''' Маяк последний скрылся на Босфоре. На солнце блещет Мраморное море. Его лазурь вся в струйках ветерка, Как сладкий вздох, морская зыбь легка. Легко и мне… Печаль моя и горе — Исчезло все, как тают облака. Ко мне волна спешит издалека Вся в жемчугах и золотом уборе. Не Геро ли всплывает на волне? Мне грезится сон счастья позабытый И тонет вновь в прозрачной глубине. Но берега лазурной далью скрыты. Там Геллеспонт, там роща Афродиты. Мечты любви проснутся ли во мне? '''XIII. ЛЕГЕНДЫ.''' Религии, — преданья давних лет, Ещё звучат мечтательно и странно… Явился Будда с притчами брамана, Дал Моисей евреям свой завет. Арабскую поэму Алькорана Рассказывал Востоку Магомет. Легенды рая, гурии, нирвана, — Прекрасный сон, но тайны в мифах нет. Священных книг сказанья и примеры В младенчестве народов рождены, И зрелый ум напрасно ищет веры. Мы знать хотим, мы веровать должны. Зачем молчат пустыни и пещеры И Бог живет лишь в сказках старины? '''XIV. СМИРНА.''' Алмаз и жемчуг, четки янтарей, Узорный стих на стали ятагана, — Нет ничего богаче и пестрей Роскошной Смирны, дочери Корана. Причудливо, пленительно и странно Всё дремлющим Востоком дышит в ней, Верблюд в тени прохладного фонтана… И у мечети — крылья голубей. Клинок сверкает, кованый в Дамаск, Кальян дымится в зелени шатра. И говорит Шехерезада сказки. Здесь жизнь сама, волшебна и пестра, Сплетает свой узор, цветы и краски Пышней и ярче смирнского ковра. '''XV. КУРДЫ.''' В кофейне Смирны выкурив кальян, Смотрели мы на море, минареты, На город, солнцем пламенным согретый. Вдруг подошли к нам трое мусульман. То были курды. Башлыки надеты На голове их были, как тюрбан. За поясом с насечкой пистолеты, Кинжалы и зейбегский ятаган. Что говорить, — народ совсем не смирный… Они, сверкнув белками черных глаз, Кинжалы в стол воткнули подле нас. Мой спутник—турок, знавший нравы Смирны, На стол револьвер выложил тотчас, — То был «селям»*, обычай курдов мирный. '''_____________''' '''* ''«Селям»'' — приветствие.''' '''XVI. ШТИЛЬ.''' Морская тишь… замолкнул ветер сонный, Глядится в море синий небосвод, Весь отражен лазурью ясных вод, Как в зеркале округлом повторённый. Минули боги, умерли тритоны, Прекрасных нимф исчезнул хоровод. Как это море, небеса бездонны, И в глубине хор облаков плывет. И вижу я, пучины гость случайный, Что в зеркале лишь тени и цвета, Что в небесах и в море — пустота. Вверху, внизу один необычайный Всё тот же мир, свои открывший тайны. Он — волны, тень, лазурная мечта. '''XVII. БУРЯ У АРХИПЕЛАГА.''' Мы плыли по волнам Архипелага. Во мраке скрылись берега земли, Вся в брызгах, пенилась морская влага И молнии одежду туч зажгли. Корабль блуждал пугливо, как бродяга. И голоса, и топот ног вдали Нам чудились, — бежала волн ватага, И гребни их, преследуя, росли. Бессильно бились цепи рулевые, Скрипела связь бортов… Сама стихия Была полна смятенья и тревог. Казалось, был разгневан нами Бог… Но, не сказав тебе «прости, Mapия!», Я умереть не должен был, не мог. '''XVIII. ОСТРОВ ЛЮБВИ.''' Вот берега лазурного Лесбоса, — Отражены лазурью волн они, И лишь стена Левкадского утеса Теряется в синеющей тени. Скала суровая… С ее откоса, Как птичка, ранена стрелой Эроса, Упала Сафо, — и Эллады дни, О ней вздохнув, грустили не одни. Там край любви, там остров наслаждений, В красу подруг влюбленных пылко жен. Вот ветерок доносится весенний… Лимоном, лавром, запахом растений Над гладью моря сладко дышит он… Любовь моя! — увы, ты светлый сон! '''XIX. МАЯК.''' Наш капитан корабль ведет к Евбее… На палубе брожу я, одинок. Ночь на море глядит еще темнее, Лишь там, во мгле, мигает огонёк. Как звездочка, он ярок и далёк. Пусть бьет волна, скрипит канат на рее, И наш корабль под ветром на борт лёг. Свет маяка душе еще роднее. Там берег, пристань, — можно отдохнуть Там ждет пловца случайная подруга… Но я куда направлю долгий путь? Не все ль равно? Под синим небом юга И на волнах, где ночью стонет вьюга, Рад маяком я сердце обмануть. '''XX. СУНИОН.''' Я помню Сунион, лазурный мыс, Где сладок волн Эгейских лепет сонный, Где храм стоит и белые колонны Хранит один зеленый кипарис. Паросский мрамор, пеной окропленный, У самых скал над бездною навис. Там с Афродитой нежный Адонис У ясных волн делили вздох влюбленный. О, боги Греции! Ваш древний храм В развалинах над гладью моря синей, Но красота и счастье милы нам. Не служим мы кумирам и богам, Потух огонь пред новою святыней, — И в сердце ночь, и мир еще пустынней. '''XXI. ПИРЕИ.''' Лазурь небес, лазурь под небесами, И красными алея парусами, Зарделась даль синеющих морей. В Элладе мы, и близок к нам Пирей. Он там, во мгле, шумящей голосами Машин, свистков, железных якорей. Лес тонких мачт и корабельных рей Из волн морских поднялся перед нами. Весь порт гремит торговой суетой, — Лишь на холмах в сияньи небосклона Виднеются руины Партенона. Так посреди ничтожности пустой, Где жизнь пестра, шумна, неугомонна, Душа летит за светлою мечтой. '''XXII. АФИНЫ.''' С крутых холмов спускаясь в тень долины, Где кипарис и кактусы росли, Увидел я прекрасные Афины, Белевшие в синеющей дали. Там на утес поднявшись от земли, Акрополя священные руины Над городом Перикла вознесли Эректеон и дивный храм Афины. Как путники, что здесь в былые дни В сандалиях вступали в край Паллады, Остановись и посох преклони. Тень апельсинных рощ полна прохлады, Белеет мрамор, — храмы, колоннады… О, светлый Феб, как радостны они! '''XXIII. АКРОПОЛЬ.''' По ступеням разбитым, к пропилеям Поднялся я, и там, среди колонн, Увидел море, горы, небосклон… Зачем мечту о прошлом мы лелеем? Акрополь стал пустынным мавзолеем, Где светлый бог Эллады усыплен. Садилось солнце, умер Аполлон И тень легла по миртовым аллеям. Эректеон в терновнике заглох, Как саркофаг, где прилепился мох На мраморе, от времени зеленом. Не ветер ли скользнул над Партеноном? Мне чудилось, пронесся тихий вздох От портика по рухнувшим колоннам. '''XXIV. ВАКХАНКИ.''' '''''Ф. Б—ту.''''' Люблю, мой Диомед, твой пир веселый. Когда вино струится из кратер. Ты, как мудрец эпикурейской школы, Сидишь в кругу смеющихся гетер. Смех, запах роз, вакханок плечи голы, И виноград пленительных Фалер Сплел золотистых гроздьев ореолы На их кудрях… Твой пир — богам пример. Ты оценил любовь и наслажденье. Люблю читать в насмешливых глазах Твое великолепное презренье К утехам мира, где все смерть и прах. Ничтожна жизнь, но радостно мгновенье… Ты умер бы с улыбкой на губах. '''XXV. ГОРГОНА.''' Среди долин, когда спадает зной, Встают росы вечерней испаренья, — Горгоны-сестры, бледные виденья, Рожденные туманностью ночной. Из трех сестер я встретился с одной, Я шел на зов таинственного пенья, Обманутый туманом и луной, Не ведая Горгоны превращенья. Она была, как светлая роса, Я узнавал черты и голос Музы. Ее любви мне сладки были узы. Но вот туман поднялся в небеса, И я увидел голову Медузы И в кольца змей свитые волоса. '''XXVI. ЭЛЕВЗИС.''' Минув залив за желтым Саламином, К Элевзису направил я свой путь. На древний храм хотелось мне взглянуть, Покинутый на берегу пустынном. Я подошел к таинственным руинам. След колесниц в их каменную грудь Здесь врезался, — как будто кто-нибудь Провел резцом на мраморе старинном. Куски колонн, подземный свод разрыть… Чего ищу? — любви, познанья, веры? Кругом меня лежит лишь камень серый. И красный мак вдоль трещин древних плит, Где тлел огонь Дианы и Цереры, О пламени потухшем говорит. '''XXVII. МРАМОР.''' В Элевзисе, в музее позабытом, Головку я случайно увидал, По красоте подобную Харитам, Богинь парнасских чистый идеал. Обломок древний был ничтожен, мал, Но жизнь таилась в мраморе разбитом. Не Фидий ли прекрасный очерк дал Челу, устам божественным, ланитам? Восторженно на светлые черты Смотрел я, полн величием святыни Поэзии и вечной красоты. В Элевзисе, в развалинах, в пустыне Передо мной опять явилась ты В головке дивной мраморной богини. '''XXVIII. ФАЛЕРО.''' Там, где охотясь на хребте Гимета Являлась мне Диана за горой, Был пробужден я в тихий час рассвета Эгейских волн ласкающей игрой. В румянце Эос утренней порой Земля была туманами одета, Но облаков раскрылся легкий рой. Я видел край любви, цветов и света. О, Фалеро! — весь в зелени олив И пышных лоз покоился залив. Его лазурь сливалась с небосводом. И берегам, и этим ясным водам, На миг чужой отрадою счастлив, Я бросил взгляд, как путник мимоходом. '''XXIX. ОЛИМП.''' Как жертвенник, где темный и летучий От гекатомб несется к небу дым, Олимп вставал видением седым. Одетый в снег и сумрачные тучи. Он был суров, пустынный и могучий, Но луч, скользя по облакам густым, Зажег вершин серебряные кручи Божественным сиянием своим. Как будто бы раскрылася завеса, И видел я престол и храм Зевеса… Нагорный снег был мрамора белей. Но пуст Олимп… За далью скал и леса В Фессалии, среди ее полей, Лежал богов почивших мавзолей. '''XXX. ЛАРИССА.''' Гремит Олимп и снова мечет стрелы, Течет волной кровавою Пеней. Эдхем-паша в нем напоит коней, Переступив Фессалии пределы. Где ж клефты Греции? 3вучит слышней Крик «???? ???????!». Легки и белы В рядах эвзонов веют фустанеллы. Вдали блеснула линия огней. В тумане туч, грозя, синеют горы. Вот конные прошли карабинеры, — Ларисса ждет известий и побед. На раненых устремлены все взоры. — Что, патриот? — Уныл его ответ: — Идут, идут, и счета туркам нет! '''1897 г.''' '''XXXI. КРИТ.''' Вот Кандия! Вот остров тот счастливый, Где кипарис и вечный лавр цветут. Как небеса, лазурны волны тут, И глубоки прозрачные заливы. Но этих волн обманчив вид красивый. Морской полип и мягкотелый спрут Там щупальцев раскинули извивы И меж камней добычу стерегут. Чудовища проворны, злы и жадны, И в лабиринты скал опасно плыть, Хотя заманчив моря плеск отрадный. Прекрасна жизнь, но может только нить, Сплетенная любовью Ариадны, От злых сомнений сердце сохранить. '''XXXII. В СРЕДИЗЕМНОМ МОРЕ.''' Закат погас, колышет волны сон, И темно-синее померкло море. Богине дня, сияющей Авроре, Допел вечерний гимн свой Аполлон: Ему вослед взошла Диана вскоре. Из глубины на дальний небосклон Она спешит, и нежно озарен Морской простор, звучащий в стройном хоре. И не сама ль богиня по волнам Плывет в пурпурной раковине там, И алый парус зыблется, играя? Все в струйках море, — с края и до края. И вновь напомнила моим мечтам Твой зыбкий локон струйка золотая. '''XXXIII. ЛЕЙТЕНАНТУ С.''' В часы, когда задумчивы, туманны За небосклон уходят облака И наш корабль плывет в иные страны, Привет тебе я шлю издалека. В чужих краях скиталец неустанный С прямой душой и сердцем моряка, Ты измерял седые океаны, Которых даль, как вечность, велика. Ты море пел и плеск волны свободной, Среди зыбей крылатые суда… Своей звезде ты верен был всегда. Когда гроза шумит над ширью водной, В полночный час звездою путеводной. Была тебе полярная звезда. '''XXXIV. У БЕРЕГОВ АФРИКИ.''' Там Африка… там часть другая шара, И к берегам желтеющим несет Меня по синим волнам «El Cahira», Пред гаванью замедлив быстрый ход. Матросы-негры бросились вперед. Белеет город, и в лучах эфира Арабский минарет пред ним встает, Увенчанный как бы чалмой эмира. Смотрю, отдавшись новым мне мечтам. Там Нил вдали, песчаный берег там, Где тени пальм и солнце мечет стрелы. И как красив и мечетях город белый! Араб ему рукою шлет «селям», Земли своей приветствуя пределы. '''XXXV. АГНОСТИК.''' Горит маяк, видна Александрия… Но где тот город, мудрый лицемер, Приют древнейших школ, систем и вер? Над ним блестят лишь звезды золотые. И есть ли Дух среди надзвездных сфер? Как гностикам, все тайны мировые, Горя звездой, открой мне, Люцифер, И одари познанием, София! Не пережить минувшего опять. Знакомы нам науки, лжеученья, Раскол ума и веры благодать. Но к нам сойдут ли горние виденья? Не знаю я, не смею утверждать, Не верую и в самые сомненья! '''XXXVI. РАМЛИ.''' Среди песков, пред желтою пустыней Открылся Рамли, дремлющий оаз. Египта зной спадал в вечерний час, Луна взошла за далью темно-синей. Араб в чалме, закутавшись картинней В цветной бурнус, ввел за ограду нас. Толпой стволов там к царственной вершине Рос баобаб, чудовищный для глаз. Огни цветов, и пышный плод банана, И шепот пальм, как бред во тьме ночной, — Все страстно там, чудовищно и странно. Загадкою был мир передо мной, Как дева-сфинкс, лежавший у фонтана, На мраморе под яркою луной. '''XXXVII. ПАПИРУС.''' '''''Н. Н. Абаз.''''' В оазисе рамлийском есть дворец, Под тенью пальм лазурные чертоги… Там сфинкс лежит на мраморном пороге И копт-слуга — безмолвья образец. Там, погрузив в науку ум свой строгий, Один живет таинственный мудрец. Он веку чужд, чужд трепету сердец, — Прошедшему подводит он итоги. Над свитками папирусов склонен, Он «книги мертвых» развернул страницы. Вот ибис вещий, знак числа и птицы… Как жрец Анубиса, читает он, И ключ гиэротических письмен Открыл ему некрополя гробницы. '''XXXVIII. ФОНТАН КЛЕОПАТРЫ.''' Под тенью пальм, где спит Александрия, В развалинах есть мраморный фонтан. Цветут кругом алоэ и банан И вьется змейка в заросли густые. Египетской царицы гибкий стан, Грудь смуглую, запястья золотые И скарабей, Изиды талисман, Здесь отражали волны ключевые. С толпой рабынь царица шла сюда И, пурпур свой с плеч бронзовых слагая, Вся пахла амброй, знойная, нагая… И зеркалом служила ей тогда Среди цветов кристальная вода, По мрамору цистерны пробегая. '''XXXИX. МУМИЯ.''' '''«Non humilis mulier…»''' '''''Гораций 1, 37.''''' На берегах таинственного Нила, В безмолвии священных пирамид Прах Клеопатры древность сохранила… В своей гробниц мумия лежит. Ты здесь еще… не все взяла могила И образ твой хранит свой прежний вид. На пелене, которой стан обвит, Нард, амбра, мускус, — все, что ты любила. Бессмертья нет, но спящие черты Из тьмы веков глядят на нас, желтея. На месте сердца — камень скарабея. О, Клеопатра! Так ли, это — ты? Где пир любви, чертоги Птолемея, И власть, и блеск роскошной красоты! '''XL. ТРИУМФ.''' Триумф цариц, ниспосланный судьбою, Тебе был дан, роскошный, как мечты. Так в древности Восток свои цветы Лишь Клеопатре приносил с мольбою. Но свежестью, но блеском красоты Могли ль цветы соперничать с тобою? Румянцем щек и тайной голубою Волшебных глаз их затмевала ты. Египет, Смирна, берега Евбеи Несли тебе нарциссы, орхидеи, Цветущий кактус и корзины роз. Корабль наш был пышней оранжереи, И, весь в цветах, чрез волны моря нес Царицу счастья, юности и грез. '''XLI. КАССИДЭ''' Ты свой альбом читаешь путевой. Его покрыл восточными стихами Поэт-араб, поклонник верный твой. О, есть еще поэзия в Исламе! Метафоры роскошными цветами Здесь сыплются, как будто дождь живой. — «Как пери, ты явилась перед нами! — Так „кассидэ“* Бен-Хури начал свой. Ты — гурия полуночного края. Ужель эдем есть в северной стране? Но ты пришла, — я верю песням рая. Глаза твои, — как бирюза в волне. Сиянье Севера блеснуло мне, На золоте волос твоих играя!» '''______________''' '''* ''Кассидэ'' — арабская поэма.''' '''XLII. ПОРТ-САИД.''' Над Порт-Саидом дремлет душный зной. Лучи и голубые тени резки, Опущены на окнах занавески, В лазури волн дрожит балкон резной. Канал Лесепса скрылся В7> пыльном блескТ), Но порть кипит, нарядный и цветной. Воздушных мачт движенье над волной, На шлюпках крик и ярко рдеют фески. Из дельты Нила паруса плывут… Какая жизнь под этим жгучим зноем! Мы праздно ум сомненьем беспокоим. Алмеи пляска, смех, веселый труд Нахлынут здесь шумящим, пестрым роем, И тени все от солнца убегут. '''XLIII. ПОД МУСТИКЕРОМ.''' Как змейка Нила в детской колыбели, Она спала, коварна и гибка, И мустикер* вокруг ее постели Ронял прозрачных кружев облака. Зной Африки темнл на смуглом тел, С волною кос откинулась рука И, как роса на пурпур цветка, Из влажных губ жемчужины блестели. Спала ль она, хотела ль обмануть? — Со смуглых щек, зардевшихся от ласки, Не исчезал густой румянец краски. Еще влеклась доверчиво прильнуть К подушке белой бронзовая грудь… О, Эминэ, мечта арабской сказки! '''____________''' '''* ''Мустикер'' — полог от москитов.''' '''XLIV. МАГОМЕТ.''' — «Аллах акбар! Нет Бога кроме Бога! Так говорят пустыня, неба свод И пальмы тень у волн бегущих вод. Так говорит пророк!» — «Пророков много!» Но руки бедуин простер вперед: — «Мы Магомета чтим!» — Пески, дорога, Бурнус, одевший стан его убого, — Прошедшее здесь все воссоздает. И мнится мне, в сиянье жгучем света Среди песков я вижу Магомета, Его копье, его наряд цветной. — «Аллах акбар!» — в очах полудня зной, Рука его восторженно воздета… Поэт и воин был передо мной. '''XLV. СОМНЕНЬЕ.''' Тоскует дух, закралась в мысль тревога, Печальный ум сомненьем угнетен… Никто, нигде не видел в мире Бога И, Сущий, был всегда незримым Он. О Господе седых сказаний много. Они звучат из вещей тьмы времен, Но, может быть, обманчив дивный сон, Сходящий к нам с надзвездного чертога? Бог Словом был, но верить ли в слова? Жрецы могли для темного народа Изобрести понятье Божества. Перед умом безмолвствует природа. Лишь в час молитв угаданный едва Надежды луч нам светит с небосвода. '''XLV. ОТЧАЯНЬЕ.''' В долине мрачной долго я блуждал Но терниям, в лохмотьях жалких платье. Кругом песок, обломки черных скал… На всем была видна печать проклятья. Зачем родился я? Зачем жизнь дал Другим, себе подобным? Без изъятья Мы все умрем и проклят день зачатья. Лишь смерть одна — венец для всех начал. Так для чего без разума, без цели, Мы боремся от самой колыбели? Погаснет мысль во мраке вековом. Случайный мир не создан Божеством, ИИ если б мы воззвать к Нему хотели, — Ответа нет… Мир пусть и ночь кругом. '''XLVII. ЛЮЦИФЕР.''' Явился он… его я не искал, Но, как звезда, что видима повсюду, На Севере и Юге, — он сверкал И озарял камней разбитых груду. Среди песков, с вершины острых скал Смотрел он дивно, сам подобный чуду. Я этот взгляд печальный не забуду, — Как звездный луч, он в сердце проникал. Дрожала ночь, был близок час рассвета. Даль пурпуром была уже одета, — Бледнел венец вокруг его чела. Душа его отвергнуть не могла, Искала мысль признанья и ответа, Но он погас, — заря Восток зажгла. '''XLVIII. ХАМСИН.''' Я проходил полуденные страны, Где злобно дует пламенный Хамсин, Сорвав шатры, засыпав караваны. Песчаных бурь страшится бедуин. В сердцах людских и на песках равнин Проходят вихри, страсти и бураны. Над ними образ царствует один, Неведомый, таинственный и странный. В нем высшей мысли зреет красота. Пусть рвет Хамсин убор на пальме гибкой И гибнет жизни сладкая мечта. Безмолвный Сфинкс лежит в пустыне зыбкой И неподвижной, мудрою улыбкой Его немые скованы уста. '''XLIX. БОРЦЫ.''' '''«La ou est mon soleil».''' Бежит волна, поднялся парус птицей И даль полна неведомых угроз. Край облаков горит уже зарницей И чайки крик нам злую весть принес. Напрягши грудь, суровый, смуглолицый, Налег на руль уверенно матрос. За смелый труд награда ждет сторицей, Кто сердцем тверд, — всегда под бурей рос. Шумит и плещет море голубое, Повеял волей крепкий ветерок, И пусть наш путь тревожен и далек, Вся жизнь — в борьбе, ничтожество в покое. Навстречу бурь плывем мы на Восток, Туда, где блещет солнце золотое! '''L. НА ЧУЖБИНЕ.''' Увидел я Египет и Элладу, В развалинах священный Элевзис. И был я там, где дремлет кипарис, Где путь лежит к далекому Багдаду. Я находил в скитаниях отраду. Корабль мой к Яффе нес попутный бриз, И море Мертвое открылось взгляду, Когда с холмов песчаных шел я вниз. И Нил, и Рейн — равно очам знакомы. Следить любил я волн морских изломы И чайки крик томил тоскою грудь… Но я найду ль, тревожно вдаль влекомый, Прекрасный край, к стране счастливой путь, Где в сердце мир, где сладко отдохнуть? **************************************** '''ПУТЬ ВТОРОЙ''' '''ВОЙНА''' '''LI. УРАЛ.''' К синеющим, скалистым, дальним горам Прикован я душой моей и взором. На высоте там лес велик и густ, На высоте сосна — как малый куст. Во мраке скал, одетых темным бором, Нет ветерка, дыханья Божьих уст, Зыбь не бежит по дремлющим озерам. Там сталь кует на битву Златоуст. Смотрю я вдаль, — конца нет диким скалам, Что встали здесь, два края сторожа. Вершины гор стоят у рубежа. И позабыв о путник усталом, Лишь облака гуляют за Уралом, Где ширь полей отрадна и свежа. '''LII. ТАЙГА.''' Глушь, бурелом, корявых сосен ряд, И без вершин березки молодые В слепой тайге уродливо стоят. Твой грустен Север, дальняя Россия! Он даже песней птичек не богат, — Не слышно их и чащи спят немые. Дичок-козел сквозь заросли густые Один кричит, блуждая наугад. Унылый край печали и изгнанья! Среди болот, таежника нога Найдет ли путь к поселкам без названья? Здесь счастья нет, здесь жизнь недорога И темные, как глушь лесов, преданья В моей душе встревожила тайга. '''LIII. ГОРЯЩАЯ ТАЙГА.''' Горит тайга… Среди ночной поры Зажглись в лесах гигантские костры. В глуши дерев, где скаты гор отлоги, Бегут, змеясь, огнистые дороги. Седая ель по веткам, вдоль коры, Вся вспыхнула и ночь полна тревоги. Из угольев, из пламенной игры Сложились башни, замки и чертоги. Все заревом кругом озарено. Мне вспомнился в видении мгновенном Волшебный лес, что был зажжен Исменом. Огонь страстей погас во мне давно, Душа чужда тревожных чувств изменам, И все во мне так тихо, так темно… '''LIV. БАРАБИНСКАЯ СТЕПЬ.''' Безмерна степь, посёлки далеки. И день и ночь, — мы двое суток целых Все тянемся в безжизненных пределах. Ни деревца, ни пашни, ни реки. Холодные блестят солончаки Среди полей, пустых и онемелых. Все выжжено дыханием тоски, И стебли трав как будто в тонких стрелах. Здесь не расти и не пестреть цветам, Раскинулся лишь горький цвет полыни, И нет конца томительным местам. Безбрежна степь, немые дали сини, И если б закричать, рыдая там, Крик умер бы без отзвука в пустыне. '''LV. ТЕНЬ.''' В горах, в степи, в час лунных сновидений За мною ты несешься, спутник мой… Ты следуешь верней бегущей тени, Неведомый, бесстрастный и немой. Горит ли день, цветет ли луг весенний, Ложишься ты на все холодной тьмой. Среди цветов, на зелени растений — Повсюду я встречаю облик твой. Лишь ночь одна скрывать тебя готова, Но слышу я тогда в безлунной мгле То стук копыт, то шорох по земле. Вот ты отстал, вперед умчался снова, Как великан, глядишь, растешь сурово И горбуном исчезнул в ковыле. '''LVI. ЕНИСЕЙ.''' Как богатырь, в шеломе и кольчуге, Весной из гор выходит Енисей. Княжил бы он, владел землею всей, Разлился бы на Севере, на Юге. Могуч, красив, забыл он злые вьюги, Сверкает ярко бронею своей, — Не отстал'''''о'''''й в семье богатырей, Не позабыт у них в застольном круге. Но летним днем в цветах степной ковер. Лег Енисей вздремнуть на луг зеленый, Там бросил меч, там кинул щит червленый. Травой зарос стальной его убор. Есть дальний край: среди полей и гор Там витязь спит, под снегом погребенный. '''LVII. БАЙКАЛ.''' Под цепью гор, в тени крутого ската, Среди лесов и молчаливых скал Лежит глубоко озеро Байкал. Оно — святыня мирного бурята. Священным морем он его назвал. В нем глубь ясна, спокойствием объята, Но все в волнах неведомо и свято, — Байкальских вод никто не измерял. Все дивно здесь — загадочность течений, И между льдин нырнувшие тюлени, Даль берегов и моря ширина. Байкала глубь огнями рождена, Но лед над ней сверкает в день весенний. Здесь тайну миpa ведает волна. '''LVIII. МОНГОЛЫ.''' В Монголии, где вдаль бредет верблюд, Степных холмов теряется граница. В пустыне их кой-где видна гробница Да облака медлительно плывут. Татарские порой желтеют лица, Цветной халат мелькает там и тут… Здесь колыбель орды великой снится. Не тучи в даль, — то полчища идут. Скрипят арбы. Наездники с колчаном И гул речей в их отзвуке гортанны Мне чудятся в неведомом краю. Но тихо вкруг. Один в степи стою, — По ковылю, по дремлющим курганам То облака бросают тень свою. '''LIX. ХИНГАН.''' '''''Поручику Резчикову.''''' Холмистые, покрытые травой Стремятся вверх, выходят из тумана Отроги гор сурового Хингана, И вот, змеясь, хребет он поднял свой. Чудовище с зеленой головой Хранит Китай, пределы богдыхана — Его богатств дракон сторожевой. Цепь гор лежит, безмерна и пространна. В излучинах крутой здесь вьется путь. К иным краям, к незнаемым языкам Приводит он, скалы прорезав грудь. Погаснул день, и лес в ущелье диком Зловещих птиц встревожен грустным криком. Тревожно в даль хочу я заглянуть. '''LX. МАНЧЖУРИЯ.''' '''''Капитану Яржемскому.''''' Враждебный край… Причудливо и странно Лежит узор китайских деревень. Томящий зной, безмолвие и лень, — Лишь Тайцихэ рокочет неустанно. Долинами я еду целый день, Где заросли густые гаоляна Широколистную бросают тень, Неверную и полную обмана. Там ждет хунхуз, с ружьем в траве таясь. Мне тягостны Манчжурии картины, — Здесь с родиной крепка лишь сердца связь. Зеленых сопок острые вершины Закрыли даль, печальны и пустынны… Громада гор зубцами поднялась. '''LXI. ПЕРЕД БИТВОЙ.''' Смеркается. Степная даль туманна, Ползут грядою серой облака. Построившись к молитве у кургана, Стоят ряды пехотного полка. Замолкнул бой тревожный барабана, Священник стал, подъемлет крест рука, И «Отче наш» звучит издалека В рядах солдат вдоль дремлющего стана. Последний луч погаснул за горой, И воронов кружится в небе стая, Зовет беду, заутро кличет в бой. Далече в глубь враждебного нам края Зашла ты, рать великая, родная… В вечерний час я помолюсь с тобой. '''XII. НА СОПКАХ.''' Вершины сопок, острых и зеленых, Еще темнеют в утренней тени, Но небосклон — в зарницах отдаленных, В дымках блестят шрапнельные огни. Полки врагов, таясь на горных склонах, Ползут в кустах, все ближе к нам они. Все чаще гул ружейной трескотни. И вот идут, построившись в колоннах… Японских пуль свистящий, тонкий звук, Привычный нам, послышался вокруг. Гроза войны грохочет с новой силой. Быть может здесь конец тревог и мук, И холм крутой, вдали отчизны милой, Мне суждено назвать своей могилой. '''''Вафангоу, 2 июня.''''' '''LXIII. КТО ИДЕТ?''' На поле мгла. С винтовкой часовой Среди ветвей на дереве, как птица, Как сокол, в темной зелени гнездится, До полночи дозор свершая свой. Не ветер ли колышет там травой? Солдат глядит, — все поле шевелится. Мерещатся знамена, тени, лица… — «Эй, кто идет?» — Безмолвен мрак ночной. — «Кто там идет?» — он окрик повторяет, Прицелился винтовкой: «Кто идет?» — «Смерть!» — шепчет ночь, — «Смерть!» — ветер отвечает. Луна взошла, горит среди высот, На поле битвы мертвых озаряет. Он крестится, он видит — Смерть идет. '''XIV. В ГАОЛЯНЕ.''' Под сопками, где шепчет гаолян, Он умирал, и дальней битвы звуки Неслись к нему по зелени полян. Ружейный ствол еще сжимали руки. Он умирал, он изнемог от ран. В чужой стране, среди последней муки О родине он думал в час разлуки, Об армии, покинувшей свой стан. Еще кипел, — он слышал, — бой кровавый. Не тщетно ль он на пол битвы пал? Победы час еще не наступал… Но крыльев тень вблизи одела травы. Паря над ним, вещун грядущей славы, Орел летел к далеким гребням скал. '''LXV. ВОРОН.''' '''(На смерть графа Келлера).''' Что ворон мой, беды вещун крылатый, Что каркаешь ты на поле пустом? Несешь нам весть злой кары, злой утраты? Придет пора, — узнаем мы потом! — «Я с дальних гор. Стоит там гроб досчатый. Под саблею и шапкою с крестом Храбрейший вождь лежит во гроб том. Его в слезах оплакали солдаты. Он пал в бою. Кровавых тридцать ран На теле у него горят глубоко. Судьбой ему был славный жребий дан. Он воскресил надеждой русский стан; Но есть гора, гора, где край Востока, Где он погиб от родины далеко». '''LXVI. ФАНЗА.''' Устали мы. Затихнул бой давно, И ночевать в деревне решено. Найдем ночлег, — удобством не богата В походе жизнь тревожная солдата. В китайской фанзе тихо и темно, Подходит ночь, дремотою объята. Чуть светится при отблеске заката С решеткою бумажное окно. Храпит казак, улегшийся с винтовкой. На жестком кане с грубою циновкой Прилег и я, но все не мог уснуть. Ты вспомнилась… Тоска томила грудь, Твоей я грезил золотой головкой. На родину мне снился долгий путь. '''LXVII. ТАЙФУН.''' Темно и душно в воздухе туманном, Ни ветерка на сопках, ни росы… Вдруг пыльный смерч повис над гаоляном, Все ближе дым летучей полосы. Меч в небесах, бедой грозящий странам, Несется он губительней косы. Тайфун, клубясь в столбе своем песчаном, Упал, завыл, как воют к смерти псы. Не боги ли свирепые Востока Промчались в вихре с пламенных небес, Неся беду пришельцам издалека? Тайфун упал, рассыпался, исчез, Но он прошел, как знамение рока Грядущих зол, проклятий и чудес. '''LXVIII. БУДДА.''' Загадочный, громадный, близкий к чуду, Мне посланный враждующею тьмой, Загородил к ущелью доступ мой Священный идол… В нем узнал я Будду, Его ли чтить? Ему ль внимать я буду? Он в хаос звал, предвечный и немой, Mиp бросив в прах, разбив каменьев груду И властвуя природою самой. Он чужд был Майи сладкого обмана. Из состраданья так же, как Христос, Не жизнь, а смерть вселенной он принес… Бесстрастен лик гранитный истукана. В его чертах глубокий сон без грез, Небытие, спокойствие, нирвана. '''LXIX. ЛОТОС.''' '''«Ом-мани-пад-ме-ком!»''' '''''Буддийская молитва.''''' Спит лотос белый в сумраке ночном… Молися Будде, верь Сакьямун'''''и'''''! Прекрасной Майи лучезарным сном Свободный ум и дух не обмани. Спит лотос белый в отблеске речном. Цветы земли, — зовут к мечтам они. Но тайна жизни в лотосе одном… Молися Будде, верь Сакьямуни! Желаний, чувств кипящий водопад Умчится прочь, покой в твоем уме. Мир страждущий Нирване незнаком. Чуть озарен огнем ночных лампад, Священный лотос дремлет в сонной тьме, И древний Ганг простерся пред цветком. '''LXX. В КУМИРНЕ.''' Под деревом, подобием дракона, Раскрывшим пастью древнее дупло, Смотрю, как в тьму сползает с небосклона Туч — черных змей, несметное число. Китайская кумирня дремлет сонно, В ней все травою сорной поросло — Чудовища, изваянное зло, Крыш завитки и надписи закона. Молчит Mиao, злобный бог войны, Кумиры спят, недвижны и велики… Свирепы их раскрашенные лики. Ужель проснутся боги старины? Чу! Гонг звучит и, ужаса полны, Хрипящие во тьме раздались крики. '''LXXI. КИТАЙ.''' Там, где дороги виден поворот, Кумирня-столб скрывает в нише Будду И гаолян кругом нее растет. Там конь мой стал, и я дивился чуду. Лиловых гор, чудовищных высот Зубцы вставали. Ближней сопки груду, Зеленую, подобно изумруду, Ласкала зыбь лазурных, сонных вод. Ручей ли там, змея ли золотая? Вон дерево согнулось, как дракон… Все сказочно в цветных горах Китая. И вспомнил я в дни детства странный сон, Как силой чар я был перенесен В волшебный край, о чудесах мечтая. '''LXXII. ТЕНИ.''' Бежит вагон… Смешались в общей груде Убитые и раненые люди. Их, как дрова, сложили второпях. Во тьме ночной всех гонит жуткий страх. Надежды нет, — спасенье только в чуде. С предсмертною молитвой на губах Застыл солдат. С ним рядом кровь и прах, Тела людей, простреленные груди. Течет из ран кровавая река И льется вниз с бегущего вагона. Железный лязг не заглушает стона. Не брежу ль я? Костлява и тяжка Легла на тормоз мертвая рука. То Смерть стоить, — начальник эшелона. '''LXXIII. СИБИРЦЫ.''' Звучит труба, холмы заговорили, Среди огней, среди взметенной пыли В папахах черных движутся полки. Они как зверь, оскаливший клыки, Щетинятся… Японцы близко были, Безмолвные в траншеях, как в могиле. Но вот «Ура!». Сибирские стрелки Через окоп ударили в штыки. Полна стремленья, топота и гула Волна солдат через окоп хлестнула, Штыками гребень бешеный блестел. И желтых карликов, простертых тел Лежат ряды, — всех смерть к земле пригнула. То с Севера буран наш налетел! '''XXIV. ХАЙЧЕН.''' '''Н. Г-це.''' Китайский город вырос перед нами. В сквозные башни пышет солнца зной, За серыми, зубчатыми стенами Белеет мак поляною цветной. По улице, пройдя под воротами, Бредем в толпе китайцев голубой С их косами, зонтами, веерами, Вдоль лавок-фанз с причудливой резьбой. Грязь, рев ослов, крикливые базары, И стаи мух, — страшней небесной кары. В ушах стоит какой-то праздный звон. Зачем в Хайчен судьбой я занесен? То яркий бред, то опиума чары. Китай томит, как дикий, пестрый сон. '''LXXV. КОЛЫБЕЛЬ ВОСТОКА.''' В Манчжурии, в нагорьях Лан-Цзы-Шана Увидел я Востока колыбель. Здесь родилась, на Запад шла отсель Великая орда… Вон у кургана, Лук натянув, китаец метит в цель. На голове повязка, род тюрбана. Бежит мой конь в степях чужих земель, Седло на нем — наследье Чингис-Хана. Ногайкой щелкнув, я к луке прилег. В китайскую деревню мы свернули, Где грязь, толпа и крик бранчливых «кули». Вокруг меня все тот же был Восток. Его я видел в Смирне и Стамбуле, Но здесь реки таинственный исток. '''LXXVI. ПАДМА САМБАВА.''' Летят над степью вещие турпаны… В них дух великий Падма-Самбав'''''а'''''! Вступили мы в таинственные страны Шаманских чар, тантризма, волшебства. Здесь чудеса… Загадочны и странны Познанья секты магов Ньин-Ма-Ва, Монгольские «сакусу» талисманы, «Гурюма» песнь, заклятия слова. Здесь в племенах с природой связь жива. Постигну ль я, Востока гость случайный, Его кумирни, мифы, божества? Они темны, они необычайны… К тебе ль приду изведать мира тайны, Учитель магов, Падма-Самбава? '''LXXVII. БЕЙТАСЫ.''' Среди холмов, святыня Лаояна, Причудливой исполнена красы, Восходит в небо башня Бейтасы. В кумирне там три медных истукана. Над башнею бегут века, часы, Судеб войны склоняются весы, Она одна безмолвна, постоянна Среди шатров раскинутого стана. Корейцами воздвигнута в стране, Она времен не ведает границы. Чешуйки крыш в зеленой седине. Над нею всходит месяц желтолицый, Да ветер лишь, да крылья быстрой птицы Звонки ее колеблют в вышине. '''LXXVIII. БЛОКГАУЗ.''' Вот наш блокгауз средь степной равнины. Вдоль стен его шагает часовой, А во дворе у башни угловой Настурции, левкои, георгины. Заботливо разбит цветник картинный Вкруг домика, где пост сторожевой. И розы там раскрыли венчик свой, И у ворот деревьев тени длинны. Кто ждал бы там цветущих клумб и гряд, Где лишь бойниц чернеет грозный ряд? Цветы и пушки — пестрое смешенье! На днях здесь было жаркое сраженье… Как странны люди: в сердце их царят Вражда и нежность, дружество и мщенье. '''LXXIX. РАЗЪЕЗД.''' Под сопками при ярком свете звезд Ночным дозором движется разъезд. Три всадника всего в отряде конном, Закрыты лица черным капюшоном. Безмолвные, среди пустынных мест, Как тени, едут по нагорным склонам, И русский стан в его затишье сонном Не торопясь объехали окрест. Легки их кони. От копыт ложится Кровавый след над влажною травой. Передний всадник плащ приподнял свой. Чернея смотрит в черепе глазница. Мор, Голод, Смерть свои открыли лица, Кивают спящим мертвой головой. '''LXXX. НА ПЕРЕВАЛЕ.''' В грязи дорог ступает конь устало. Намокшие, на гребне перевала Под льющимся, под хлещущим дождем, Напрасно мы просвета солнца ждем. С плащей солдат ручьем вода стекала. Они в горах за русским шли вождем. Немного их, но много силы в нем, — Его душа железного закала. Спокоен он. Движением руки Свой капюшон откинул он с фуражки И в даль глядит, где зыблются штыки. Вот подал знак, — рядами блещут шашки, И в трудный путь идут на подвиг тяжкий Седым дождем сокрытые полки. '''XXXI. МУКДЕН.''' Увидел я сокровища Китая, Я М'''''у'''''кден посетил, — монастыри, Могилы, где покоятся цари, Где всюду блещет роскошь золотая. Над Мукденом погаснул свет зари. Из западных ворот я шел, мечтая. Вдруг кинулась голодных нищих стая, И были там три смерти, старца три. Их рубища, их кости и проказа И язвы их мучительны для глаза, — Я позабыть хотел бы их скорей. Сам голод стал у мукденских дверей, — Там, где из золота сверкает ваза, В кумирне пышной, в капище царей! '''LXXXII. ХЕЗАЙДУ.''' Где белый мак цветет среди долины, Она брала, как пчелка, сладкий сок, И опиум, туманящий Восток, По капле яд ронял в ее кувшины. Головки мака, точно мандарины, Кивали важно, гнулся стебелек. И странной красотой меня увлек Разрез очей ее, косой и длинный. На ней в шелках был синий киримон, Она была, как роза золотая Китайских ширм, где сад изображен. Срывала мак красавица Китая. Как женщина, она, смеясь, мечтая, Дарила яд, таивший сладкий сон. '''LXXXIII. МИН-ФЕЙ.''' Солончаки белеют у кургана, Меж белых трав еще он зеленей. Могила здесь… Увяла радость в ней, Цветок прекрасный, роза богдыхана. На то ль росла, нежна, благоуханна, В садах Пекина верная Мин-Фей, Чтоб умереть в юрте степного хана, Как пленница, побед его трофей? Монгольский хан, о ней одной мечтая, Умчался в степь с ордою кочевой. Мин-Фей спасла народ и город свой. «Надежней стен защитою Китая Была любовь!» — так надпись золотая Гласит в цветах, на камне под травой. '''LXXXIV. ХУНХУЗ.''' Кругом в горах войны звучали громы, Дорогою я ехал на Анпин, Где у ручья сошлись холмов изломы И гаолян рос в зелени долин. Тут встретился мне всадник незнакомый. С косой своей и в шляпе из соломы, В наряде ярком, словно мандарин, С холма к ручью спускался он один. Манчжурский конь с уздечкою цветною Гарцуя шел; Вдруг всадник, — вижу я, — Прицелившись, дал выстрел из ружья. Он промахнулся пулею шальною… В траве хунхуз мелькнул передо мною, — Лишь гаолян качался у ручья. '''LXXXV. ЛЯОХЭ.''' Восточных стран чудесная река… Слежу ее неверное теченье, — То вниз она спешит издалека, То вверх влечет обратных волн стремленье. Она бежит, желта и глубока, Вперед, назад… В ней вечное волненье… По Ляохэ при шуме ветерка Шаланд и джонок вижу я движенье. Их жесткий парус медленно плывет. Река чудес, — как люди, как народ, Живущий здесь в преддверии Китая. Он на столетья двинулся вперед И в глубь веков вернулся вновь, мечтая, — Как Ляохэ, как речка золотая. '''XXXVI. ЛЯОДУНСКИЙ ЗАЛИВ.''' Сплелись ветвей зеленые узоры. Раздвинув листья, ветки отклонив, Я Ляодунский увидал залив Под сопками, где тихо дремлют горы. Японский флот, надменно-горделив, Враждебные бросал отсюда взоры, Но был спокоен джонки бег нескорый И безмятежен сонных волн прилив. Гроза войны как будто бы ошибкой Гремела здесь. За ближнею косой Залив тянулся узкой полосой. И я смотрел, с невольною улыбкой Водой любуясь, светлых волн красой, И далью, где кивал мне парус зыбкий. '''LXXXVII. КАПИТАНУ Л. С.''' Ты помнишь ли походные шатры, Бивачный шум раскинут го стана, Под остр ем склонившейся горы Кумирни тень и шелест гаоляна? На вечер бой вблизи от Лаояна. Ряды стрелков спокойны и пестры… Печальны дни той горестной поры. Ты ранен был, но глубже в сердце рана. Напрасно ждал ты славы и побед И кровь твоя Манчжурию багрила, В ее полях оставив алый след. Ты видел сам — России счастья нет, Нас злой судьбы преследовала сила… — Налей бокал, — забудем то, что было! ************************************** '''НА РОДИНЕ''' '''LXXXVIII. НА РОДИНЕ.''' Знакомых лип приветливые сени… Я в дом родной пришел издалека. Как память лет прошедших мне близка! Вот наш балкон, вот шаткие ступени. Заснувший сад исполнен сладкой лени. Среди лугов бежит в дали река И слышится с дорожки цветника Жужжанье пчел вокруг куста сирени. Мне чудятся в густой его тени Взгляд карих глаз, улыбка, русый локон. Давно, давно исчезнули они! Сирени куст один цветет у окон, — Такой же все, разросся, не поблек он И весь в цветах, как в те былые дни. '''LXXXIX. РЕВОЛЮЩЯ.''' Среди толпы бушующей народа, Кроваво-красных, траурных знамен Явилась мне желанная свобода, Моим мечтам когда-то милый сон. Обманчивый, о воле лгал мне он… В огне зари, в пожаре небосвода Она неслась, как буря, как невзгода, И трупами был путь загроможден. Толпа убийц, служившая ей верно, За нею шла, и кровь с мечей текла. Кругом свершались казни без числа. Она была, как ненависть, безмерна И голову немую Олоферна, Юдифи дар, за волосы несла. '''XC. КАЗНЬ.''' Пустынный остров есть на Черном море, Там в шум волн не слышен крик мольбы. На берегу, с отчаяньем во взоре, Увидел он конец своей судьбы. Столбы стояли там, несли гробы И яму рыли, где он должен вскоре Почить на век, став жертвою борьбы. Так суд решил в суровом приговоре! Он пролил кровь, забыв завет Христа, Слепой вражде свои он отдал силы И видит тень открывшейся могилы. Солдаты молча стали на места. Вот грянул залп, — и ставят три креста На берегу, где слышен плеск унылый. '''XCI. ПУГАЧЕВ.''' '''С. П. Марголину.''' Зажглись усадьбы, вспыхнули костры. Казалось, край опустошен войною… Мужик невзрачный, с дюжим топором За поясом, стоял передо мною. — «Ась, барин? Знать не кончили добром Мужицкий спор с дворянством и казною?» — Он говорил с насмешкой показною. — «Как знать тебя?» — «3ови хотя Петром!» «Емелька я… чай помнишь Пугачева?» — В морозной мгле послышался ответ. Мужик в тулупе мялся бестолково. Но видел я, что в даль минувших лет Лежал за ним по снегу алый след Кровавых смут, бесправья векового. '''XCII. НА ФАБРИКЕ.''' Бьет молот, черные мелькают лица И доменных печей пылает ряд. Полос железных рдеет вереница, — Он ползут, свиваются, шипят… Вокруг меня гремит фабричный ад. Но вот гудок, — толпа в завод стремится; Пар выпущен, летит каменьев град. Где буйных сил разумная граница? Стихии мощь нельзя уже сдержать. Нависла мгла и облако склубила, Свистят пары, свободные опять. На волю рвется двигателей сила. Она крушит, преграды все разбила — И губит все, что должно созидать. '''XCIII. ИЗМЕННИК.''' Пустынная есть дача в Озерках, Там ветви сосен кажутся темнее. Там в комнате, в углу, с петлей на шее Открыли труп, висевший на крюках. Весь в плесени, уже он тленьем пах. Его, как падаль, бросили злодеи. Под вешалкой, видения страшнее, Сидел мертвец, — одетый в шубу прах. Таились в нем предательство, интрига. Хотел народ избавить он от ига И чернь повел изменой во дворец. Так кончил он, удавленный расстрига… Поверье есть, что каждому Творец Шлет в смертный час заслуженный конец. '''XCIV. ВЛАСТЬ.''' Короны блеск и пышный пурпур власти, Владычество над бедною толпой Ужели так заманчивы? Нет страсти Столь призрачной, столь жалкой и слепой. Возвыситься хоть малость, хоть отчасти, Чтоб угнетать, топтать всех под ногой, — Ужели нет у вас мечты другой, Чудовища с зубами в волчьей пасти? Вы ждете крови, смуты и тревог. Чтоб управлять, чтоб стать владыкой миpa Нужны убийства, цепи и острог. Политик — шарлатан и демагог, Ведь вас манит не вольность, а порфира. Вам власть нужна, в ней видите кумира! '''XCV. ГРАЖДАНИН.''' — «Наш гордый Рим покрыл себя позором, Дух варварства опять вселился в нем. Бушует чернь… Где римлянин, в котором Мы доблести гражданские найдем?» — «Скажи, тебе Петроний не знаком? Тот гражданин с открытым, смелым взором, Перед сенатом, и явясь на форум, Он говорит правдивым языком. Друг вольности, он не солжет народу, И Цезарю он верен, но не льстит. Равно он ценит долг свой и свободу. Он, как трибун народный, знаменит!» — «Не он ли там под портиком стоит? Пойдем к нему, подвинемся ко входу!». '''XCVI. ЦЕЗАРЬ.''' Играют трубы… Строй за строем конным В кирасах медных движутся полки, Подобные могучим легионам. Блестят их каски, зыблются значки. От площади протяжны, далеки, Несутся крики, — и к полкам, к знаменам, Перед вождем торжественно склоненным, Подъехал Цезарь… Шумный гул реки, Когда все в тучах небо голубое, Напомнил крик солдат в железном строе. Сам император светел был челом. Он был, как солнце… и в полдневном зное, Сверкая каской с золотым орлом, Был Божьей власти царственным послом. '''XCVII. РУСЬ.''' Цветы, луга и нивы без границы, Над речкой тень плакучего куста… Знакомые и милые места! Снопы вязать на поле вышли жницы. Повсюду ширь, приволье, красота. Среди берез поют, скликаясь, птицы. За рощею, встречая луч денницы, Звездой сияет золото креста. Там вечный свет и благовест о Боге. Гул многозвенный слышен из села, Зовущие гудят колокола. Молюсь за тех, кто странствует в дороге. Я не забыл минувшие тревоги, Но в этот час душа моя светла. '''XCVIIL. ВОЛГА.''' '''А. Н. Строганову.''' Ты видел Волгу в бурю ль, в непогоду, Когда шумна, разгульна, широка, Как песня льется русская река, Как песня наша, милая народу? И сложена та песня не в угоду, — Ей сердце служит краше родника. И удаль в ней, и лютая тоска, И буйный клич за вольность и свободу. Гуляет ветер! Сизая волна В расшиву бьет с налета да с размаха. С купцом рядиться станет ли она? И любо ей нагнать былого страха… В ней под грозой, когда река темна, Краснеет Стеньки Разина рубаха. '''XCIX. ЗАВОЛЖЬЕ.''' '''А. М. Федорову.''' За Волгою, в степях ее, впервые Я посетил улусы кочевые. Среди травы кибиток видел тень И пил кумыс, отрадный в жаркий день. Встречались мне поселки там иные И минарет татарских деревень, Но мне милей кочевье, воля, лень, Седой ковыль и табуны степные. Как он хорош, свободный этот край! Восточной песни вьются переливы, — Вдали звучит задумчивый курай. Несется конь, скакун мой длинногривый, Через бурьян, овраги и обрывы… Печаль моя! Попробуй — догоняй! '''С. DESIDERIA.''' И посетил я город мой родной… Я не узнал знакомого мне края. Где был мой дом, живет семья чужая, Строений вид и сад — совсем иной. Одна река все та же под луной Катилась… Жизнь, любовь моя былая Лишь в памяти воскресли предо мной, В моих мечтах печально оживая. Прошедшее… ужель как смерть оно? Что прожито, то умерло давно. Но прошлый миг — не ложное ли слово? Но в вечности нет времени былого? И если жить за гробом суждено, Все милое придет, вернется снова. '''CI. ВОСПОМИНАНЬЕ.''' Ты помнишь ли, как вместе над рекой, В тени дерев задумчивого бора, С тобой сидели мы рука с рукой? Ты нравилась без роскоши убора. В венке цветов красавицей такой Казалась ты, что не сводил я взора… Но все прошло, но все минуло скоро! Теперь я здесь один с своей тоской. Безмолвен бор в заветных нам пределах, Твой голосок замолкнул вдалеке. Возможно ли? — Шесть лет минуло целых! Но, наклонясь к померкнувшей реке, Знакомый образ вижу, как в венке, В речных цветах, среди кувшинок белых. '''CII. КРЫСЫ.''' Разрушен дом, надежд моих приют. Явились крысы — горькая примета… Всю ночь они скребут, они грызут И возятся в подпольях до рассвета. Небесная, быть может, кара это? Уже зияют дыры там и тут. Хозяйство я завел в былые лета, Но гибнет все, — скребут он, грызут! Как злые мысли, что порой ночною Тихонько гложут бедный ум людской, Они подгрызли счастье и покой. По комнатам, объятым тишиною, Я слышу скрежет, всюду он со мною… Зверьки прилежно труд кончают свой. '''CIII. ОДИНОЧЕСТВО.''' Любить — страдать… Зачем запас богатый Страданий умножать? Любовь к жене, К малюткам-детям нам сулить утраты, Их горестью несчастны мы вдвойне. Не лучше ли с собой наедине Печально жить и ждать с судьбой расплаты? Ведь слез своих с избытком хватит мне. К чему нам дружба, лары и пенаты? Я одинок, но сердцу моему Гробницы счастья дороги и милы, — Моей любви безмолвные могилы. Их памяти, искусству и уму, Несвязанный, отдам остаток силы. Жить, умереть — спокойней одному. '''CIV. ТРУД.''' За честный труд награда ждет сторицей. Пусть борозды взрывает верный плуг, — Зазеленеет нива, точно луг, И золотой оденется пшеницей. Как весело тогда смотреть вокруг, Мечтать о жатве с молодою жницей, — Красавицей, подругой смуглолицей. Колосья ждут ее усердных рук. На поле жизни пахарь неустанный, Я верен был суровому труду И с песнею за плугом я иду. Но скрылось солнце, крадутся туманы… Вспахал я горе, вырастил беду, — Пожал одни печали и обманы. '''CV. СЧАСТЬЕ.''' Я счастлив вновь, — исполнились желанья. Но что ж мне жаль мучительных минут, Тоски и слез минувшего страданья, И вновь часы медлительно текут? Пускай скорбям платил с лихвою дань я, — Нам горести избыток чувств дают. Но сердце спит, исполнено мечтанья, Хоть весь в цветах счастливый наш приют. Смысл бытия — в борьбе и вечном спор. В порывах бурь трепещет, плещет море, Но дремлет в штиль лазурная волна. Что радость? — Миг! Сильней и глубже горе. В печалях жизнь тревогами полна, А счастье — сон, забвенье, тишина. '''CVI. РУСАЛКА.''' — «Приди ко мне! Восходит месяц ранний, Кувшинки спят, чуть движется камыш, И стелет нам серебряные ткани Речная зыбь… Ты медлишь, ты молчишь?» — — «Не верю я!» — «Но слез моих, рыданий Ужели ты не слышишь, не щадишь?» — — «Смеешься ты!» — «То лжет ночная тишь… Я плачу!» — «Нет, то смех звенит в тумане!» — — «Приди ко мне! Светлеют небеса, В траве речной запуталась коса!» — — «Изменишь ты!» — «Люблю, томясь, тоскуя…» — — «Ты холодна!» — «То жемчугом роса На грудь упала…» — «Руку дай, тону я!» — — «О, милый мой! О, счастье поцелуя!». '''CVII. ЛИСТОПАД.''' Все кончено. Летят опавшие листы И обнажилась грустная аллея. Не сердце ли, о прошлом сожалея, Роняет песни, слезы и мечты? Все кончено, прощай! — Уходишь ты… Поблекнет жизнь и парк умрет, желтея. Его убор сорвет лесная фея, Сомнет его последние цветы. Как пусто все, как все кругом уныло! Мечту о счастье сердце проводило, За нею в даль следит прощальный взгляд. Ты не вернешься, не придешь назад… Расстанемся, забудем все, что было! — Печально шепчет желтый листопад. '''CVIII. ДРУГУ.''' '''Н.И. Ж—ну.''' Стал бедняком я нынче, милый мой! Достатка нет, измучен я борьбою… Но по пути зайдем ко мне домой Отведать яств, нам посланных судьбою. Не много я имею за душой: На стенке сабля, книжек шкаф большой И образок с лампадой голубою… Я поделюсь хоть песнею с тобою, Прочту стихи, от друга не тая. Корысть ли только песенка моя? Кому нужна поэзия, мой Боже! Иным казна, другим чины дороже. Не потому ль был счастьем беден я, Да не богат и дружбою был тоже. '''CIX. СИЛЬВИЯ.''' Есть старый парк… В шатре его зеленом Встречал ли ты задумчивых подруг? — Там девять Муз пред Фебом-Аполлоном Среди ветвей сошлись в парнасский круг. Там луг в цветах, растет тенистый бук, Там есть скамья у озера под кленом… Там милых чувств, былых сердечных мук Нельзя забыть в мечтании влюбленном. Там Верности и Дружбы храм стоить. Но есть ручей и темный грот в долине, Где светлый бог оплакан и забыт. В траве густой разбитый мрамор спит. Там я забыл все прежние святыни Для Сильвии, зеленых рощ богини. '''''Павловск, 1898 г.''''' '''''27 июня.''''' '''CX. БРОНЗОВЫЕ КОНИ.''' Перед дворцом, из бронзы отлитые, Есть кони дивные. Их пьедестал — Гранитный мост, устои вековые. Коней тех Клодт искусно изваял. Встав на дыбы, узду узнав впервые, Взвились они мятежнее стихии, Но человек смирил их и взнуздал, Напрягши грудь и мускулов металл. Художник смелый выразил в контрасте Две силы здесь, — борьбу ума и страсти. Высокий смысл в скульптуре этой скрыт. Зверь поднялся, ударами копыт Повержен всадник, но железом власти Безумство чувств рассудок победит. '''CXI. ВЕЧЕР.''' Склонилось солнышко к полям зеленым, Ты сладко спишь, не ведая забот. Я личиком любуюсь усыпленным И грусть в душ невольная растет. Но спи-усни! Отдайся грезам сонным, Пока сберечь могу я от невзгод. Не так ли там, хранима старым кленом, В саду березка юная цветет? Ни слез, ни дум тяжелых ты не знала. Как милого ребенка, я бывало Тебя лелеял на своей груди. Я изнемог и сердце жить устало… Что ждет тебя, что будет впереди? Но спи-усни, тревог не разбуди! '''CXII. СТАРОСТЬ.''' Не верь любви и счастью молодому, Цветам весны пленительной не верь. Беззубой Парке, времени седому, Заплатит жизнь ценою злых потерь. Я подошел к покинутому дому, Где я любил, где верилось иному, И постучал в знакомую мне дверь. Но кто ее отворит мне теперь? Горбатая старуха, вся седая, Открыла дверь трясущейся рукой: — «Чего тебе? Ты, странник, кто такой?» Там, где цвела надежда молодая, Колдунья Старость, о судьбе гадая, Грозила мне железною клюкой. '''CXIII. КОЛОКОЛ.''' '''Князю Касаткину-Ростовскому.''' Пусть не звонят, тебя встречая, князь, Колокола умолкшие Ростова, — На родине с историей былого Еще крепка князей ростовских связь. Она сильна, она не порвалась. Но твой удел — княженье в царстве слова. В стихах твоих, далеко разносясь, Нам колокол ростовский слышен снова. Созвучьями Святую Русь буди, Ей посылай хвалу и укоризны, Но в преданной рожденные груди. Твой колокол ударит не для тризны, Твой голос будет славою отчизны, Он прозвучит, что свет наш — впереди! '''CXIV. ОКНО.''' Старик Мороз, усердствуя давно, Стучал в окно, ходил всю ночь дозором И по стеклу серебряным узором Вел завитки — кудряво, мудрено. Как будто бы искуснейшим гравером Моей избы расписано окно, — Все в блестках, в белом инее оно. Пушистый снег вдоль рамы лег убором. Вот папоротник, весь из серебра, Раскинул ветки и лучей игра Зажгла на нем, как звезды, отблеск синий. Мое окно, закутанное в иней, Раскрылось в мир, где сказочно пестра Мечта царит над снежною пустыней. '''CXV. СТУДИЯ.''' '''Ф. П. Ризниченко.''' Мне вспомнилась забытая давно Та студия, где мы болтая пили, — Твои эскизы, гипсы и панно И мольберт твой, покрытый слоем пыли. Все было там неприбрано, бедно, Но с чердака в широкое окно Нам небеса лазурные светили. Мы молоды, мы беззаботны были… Натурщица, Офелия твоя, Тебе казалась образцом природы, Ты изучал в ней тайны бытия. Твои, мой друг, этюды помню я… Не лучшие ль, скажи, то были годы Любви, искусства, лени и свободы? '''CXVI. ХУДОЖНИКУ.''' '''Н. И. Кравченко.''' Художник мой, мой добрый Геркулес! На Севере, среди иного круга, Мы встретились и поняли друг друга. Мы оба чужды северных небес. Мы выросли под знойным солнцем юга, Где красота, где шепчет горный лес, Где море спит и полон мир чудес. Природа нам — вернейшая подруга. Я ей служил, поэзию избрав, Любя душой таинственные сказки. Но в выборе искусства ты был прав. Юг дал тебе веселый, нежный нрав, Свой яркий свет, и живописи краски, И силу чувств, исполненную ласки. '''CXVII. OCEHHИE ПОБЕГИ.''' Из царства грез и светлой красоты Явились вновь мне милые когда-то Прекрасные, но поздние мечты. Ужель опять душа моя богата? Еще не все постигнула утрата И радости не все еще взяты, — Но в холоде душевной пустоты Им суждено погибнуть без возврата. Так иногда осеннею порой Распустятся в душистых почках клены И лепесток покажется зеленый. Давно лежит опавших листьев рой, Но луч блеснул, и в юности второй Обманут клен весною отдаленной. '''CXVIII. БАШНЯ ГЕРМАНА.''' На берегу клубящейся Наровы, Где пена волн среди порогов бьет, Я вижу замок, рыцарей оплот. Все тот же он, хоть край цветет здесь новый. Зубчатых стен не рушатся основы И до сих пор, когда луна встает, На башне тень свершает свой обход, — В руке копье и шлем блестит суровый. Не рыцарь ли идет там при лун? Бряцает сталь его вооружений… Прошедшее опять живет во мне. Всхожу один на мшистые ступени, И мнится мне, что оживают тени, А я лишь сон, лишь призрак на стене. '''CXIX. КЛЕЙНЛИБЕНТАЛЬ.''' Садится солнце, полон лес прохлады, От кирки на дорогу пала тень. Вдоль домиков глядят из-за ограды Акации и пышная сирень. На пахоте окончив трудный день, Все отдохнуть и встретить вечер рады. Вот с трубкой Фрид, седой старик-кремень, Красавец Генрих прутик гнет с досады. — «Wu is mei Kretcha?» — мрачно шепчет он. На лавочке, где наклонились ветки, Не видно нынче маленькой соседки. Пошел бы к Лотте, — в Лотту Карл влюблен… А в садике, где дремлет старый клен, Смех девушек звучит в цветах беседки. '''CXX. ОДЕССА.''' '''А. С. Попандопуло.''' Как хороша Одесса молодая, Когда весной акации цветут, Когда зовет, смеясь и поджидая, Южанка в их таинственный приют! Там сон любви и волны там поют… Атина, Сафта, — вас зову, мечтая. И где Зоица, пчелка золотая, Что по цветам мелькала там и тут? Шумят кафе, полны толпой бульвары, И моря блеск, лазурно-огневой, Влечет к себе смеющиеся пары. Там красота, но кратки счастья чары… Акации на камень мостовой Роняют в пыль наряд душистый свой. '''CXXI. ПОЛЬША.''' '''Графу Бреза.''' Истории свернул я список длинный, С его страниц печать вражды снята… Зовут меня знакомые места, — Сад, панский дом, и рощи, и долины. Тот старый сад, где зелень так густа Вишенника, смородины, малины. Мне слышится смех панны Михалины, О Польше шепчет тихая мечта. Племен славянских чужд мне спор кровавый, — Поляк и русский в нем различно правы. Их суд — история, и час придет, Народный спор рассудит сам народ. Среди костелов и дворцов Варшавы Я вижу блеск дней рыцарства, дней славы. '''CXXII. ФИНСКИЙ ЗАЛИВ.''' Пустынная, песчаная коса… Стою один на берегу залива, Где финских лайб белеют паруса. Здесь все молчит, волна не говорлива. Ни страсти нет, ни сильного порыва. Тревожных, бурь утихли голоса. Прибрежье, сосны, тучи, небеса Отражены спокойствием разлива. Морской травы зеленый стебелек Чуть клонится под зыбью водяною. Печальный сон мечты мои увлек. Но чайки крик пронесся над волною… Она зовет, она летит за мною, — Свободы час, быть может, не далек! '''CXXIII. ЗИМНИЙ ВЕЧЕР.''' Из облаков, из бездны неба синей Взошла луна над снежною пустыней. Сверкает лес в ветвях из серебра. Алмазных звезд рассыпалась игра. Лесную глушь окутал белый иней, Безмолвьем веет зимняя пора. Как хорошо в такие вечера, Как дышит мир забытою святыней! Поля горят чистейшей белизной И в хлопьях снег летит в дали пустынной, Летит, блестит и гаснет под луной. Снег — точно пух от стаи лебединой. Не крылья ли белеют над долиной, Не крылья ли уносят в край иной? '''CXXIV. НОЧЬ НА САЙМЕ.''' Над Саймою бессонно веет мгла, Нет грез и тайн с одеждой их цветною. Объяты ели чуткой тишиною И ночь сама уснуть здесь не могла. Даль озера зеркальна и светла, Янтарь зари желтеет над волною. В тени двух сосен гладью водяного Отражена угрюмая скала. На сером камне высечены руны И мнится, будто под скалой на дне Сам Вейнемейнен разбирает струны. Неясный звук несется по волне, И эта ночь, и свет ее безлунный На мир иной открыли зренье мне. '''CXXV. ДОНСКИЕ СТАНИЦЫ.''' '''Есаулу Попову.''' Зажгла заря далекий небосклон. Донских станиц привольная отрада, — Степной простор и зелень винограда, Забуду ль вас? Забуду ль синий Дон? В его кустах звенит бубенчик стада. Станичный двор соломой заметен, — Как золото, горит на солнце он, И манит крыш соломенных прохлада. Свободный край! Но песня в нем грустна, — Конь вороной, разлука и война, Донской казак ухал на чужбину, Напрасно ждет казачка у окна… Прости, мой Дон! Станицу я покину, И берег твой, и тихую долину. '''GXXVI. ПРОРОК.''' '''Памяти В. С. Соловьева.''' Он полон был таинственных видений, Ему гробницы были отперты, Бессмертной жизни вечные мечты Угадывал его творящий гений. Его лицо чистейшей красоты, Глубокий взгляд, бровей суровых тени, — Библейские и строгие черты Передо мной встают в часы сомнений. Он был пророк, но всеми был любим. Казалось, свет по волосам седым Скользил, как луч святой, необычайный. Природа, Бог ему открыли тайны. Он проникал познанием своим И в даль веков, и в мир вещей случайный. '''CXXVII. НА СТАИЦИИ.''' Опять вокзал… в степи бушует непогода, Но зала станции огнями залита. Вдоль убранных столов и смех, и суета, И радостный прилив кипящего народа. Но вот пробил звонок, толпа шумит у входа, Вагоны двинулись, и зала вновь пуста, И слышен гул шагов под звучной аркой свода, И стелется в углах пустынных темнота. Так радостных надежд, живых очарований На миг душа моя опять была полна, Но в памяти моей воскресла тень одна, — И нет огня в груди, и в сердце нет желаний, И рушится обман несбыточных мечтаний, И вновь душа моя безмолвна и темна. ******************************************* '''К ЗАПАДУ''' '''CXXVIII. ЭЙДКУНЕН.''' В Эйдкунене, минув черту границы, Увидел я здоровый, мирный быт, Дома крестьян под кровлей черепицы, В полях стада, — и тучный скот был сыт. Где ты, страна убогая? Где жницы, Солома хат в густой тени ракит? Где жалобы, что нету, мол, землицы, И что мужик обижен и забит? Здесь важный фермер тянет кружку пива. И васильков во ржи не видно тут… Как девушка в венке из них красива! Но наш сосед, любя упорный труд, Их выполол, его богата нива. Там знанья нет, где васильки цветут. '''CXXIX. БЕРЛИН.''' От городов, их улиц и палат, От жизни их — Господь меня помилуй! Они так схожи с каменной могилой. Один Берлин увидеть я был рад. В Берлин все здоровьем дышит, силой, — Его рейхстаг, где рыцари стоят, Веселый бурш, румянец Гретхен милой И в прусской каске гренадер-солдат. Здоровы здесь искусства, мысль, идеи. Железный Бисмарк властно смотрит вдаль И близ него две мощных Лорелеи. Среди героев мраморной аллеи Не видно лишь Гамбринуса, мне жаль, Но с ним я встречусь, заглянув в биргалль. '''CXXX. UNTER DEN LINDEN.''' Под липами, вдоль улицы Берлина Он шел со мной, любезный мой двойник. Цилиндр, пенсне, насмешливая мина, — Его корректным видеть я привык. — «Да, ты поэт! — ворчал он, — но достиг Моим трудом ты столь святого чина. Работал я, вот благ твоих причина!» — — «Но, милый мой, ты просто клеветник! Ведь журналист не может быть поэтом?». — «Но и поэт — неважный журналист! Двоились мы. Залог успеха в этом. Ты странствовал, ты вдохновлялся светом, Я средства дал!» — «Да, да! Ты — финансист!». Шумел Берлин, был сумрак лип тенист. '''CXXXI. ТЕНИ РЕЙНА.''' Луна плывет в безоблачный простор, Туманный Рейн уходит к отдаленью, Где берега угадывает взор И тополь спит, волны внимая пенью. Подобный сну, седых времен виденью, Вознесся к небу стрельчатый собор, Окутав Кельн своей суровой тенью. Мне чудятся монахи и костер… И тайных знаний факел подымая, Плывет по Рейну, светит с челнока Корнелия Агриппы тень немая. Стою, преданьям рейнских вод внимая, И медленно уносит вдаль река Легенды, тени, тайны и века. '''CXXXI. ШТУТГАРДТ.''' '''Сестре.''' Оттуда мы, где зреет виноград, Где блещет Неккар и цветет долина… Туда домой прийти я был бы рад С раскаяньем вернувшегося сына. Меня взрастила мрачная чужбина. Мы вюртембергцы… Много лет назад Из Штутгардта, покинув дом и сад, Ушли мы в край, где даль степей пустынна. Отцы мои несли познанья, труд В страну, где мрак, где люди мысль не чтут, Где попраны искусство и свобода. Кругом была лишь бедная природа… Зачем, сестра, мы поселились тут На Севере, у чуждого народа! '''CXXXIII. ПАРИЖ.''' Кругом Париж шумел неугомонно, И я смотрел, неведомый пришлец, Как ржавеет Вандомская колонна, Как дремлет Лувр, кунсткамера-дворец. Из лилий здесь растоптан был венец, Пуст «Notre Dame», пал трон Наполеона, — Поникнули империи знамена, И «равенству» наступит свой конец. Как все старо!.. Но шумно по бульварам Роскошных мод звучал веселый пир. Париж кипел, отдавшись жизни чарам. Былой Париж, где весь вмещался мир, Был в плесени, изъеденный, как сыр, И жизнь кишела в этом сыре старом. '''CXXXIV. БУЛОНСКИЙ ЛЕС.''' Bois de Boulogne, блестящий и пустой, Его толпу, моторы, фаэтоны Покинул я, и со своей мечтой Укрылся в парк, где рощи отдаленны. Здесь озеро волшебной красотой В лесу сверкало, тих был берег сонный И лебедь плыл, водою отраженный. Белели крылья в зелени густой. Здесь веришь сказке, и царице фее Свои мечты беспечные даришь, Здесь трубадур коснулся б струн смелее. Две легких сильфы шепчутся в аллее: — «Tien, се monsieur!» — «Je croi, il n’est pas rich!» И здесь был тот же денежный Париж! '''CXXXV. NOTRE DAME DE PARIS.''' Под башнею у стрельчатого свода Среди стропил висят колокола, И, мнится мне, я вижу Квазимодо. Внизу Париж, над ним синеет мгла. Иду за тенью звонаря-урода… С соборных крыш, без счета и числа, Глядят на площадь, на толпу народа Из камня бесы, грифы, духи зла. Их мрачный сонм фантазию тревожит. Чудовищный, изваянный порок, — Он образы, он виды, формы множит. А там внизу, в пустынном храм Бог, Который жизнь таинственно зажег И погасить ее светильник может. '''CXXXVI. DE PROFUNDIS.''' Мы в храм вошли… Из окон на ступени Цветистый луч таинственно упал, Светились в нем рубины и опал, Среди колонн синели дальше тени. Звучал орган, как хоры песнопений. В гармонии печальной сочетал Молитвенный и сумрачный хорал Раскаянье, рыданья, вздохи, пени. Но стихли звуки, полные тоской, Безвестное и сущее в начале Вдруг вознеслось над горестью людской. Рожденные в стенаньях и печали Глубокие аккорды прозвучали, В них смерть была, торжественный покой. '''CXXXVII. МУЗЫКА''' '''М.М. Иванову.''' Что значит музыка? Аккордов строй, Ее мечты, ее язык певучий И тайный смысл ласкающих созвучий Мне объясни, поведай и открой. Бежит по струнам ветерок летучий, Рассыпался мелодий звонкий рой И звуков хор растет угрюмой тучей. Зачем мой дух смущает он порой? Восторг любви, томление разлуки, Тревога чувств, — язык их знаю я. В ответ на них молчит душа моя. Но есть иные радости и муки… Где их родник? Откуда эти звуки, Рожденные в пучинах 6ытия? '''CXXXVIII. КАМПЬЕНСКИЙ ЗАМОК.''' '''Князю М. Н. Волконскому.''' В прозрачных тучках синий небосклон, Уазы тихой трепетно сиянье, И замок спит, луной посеребрен. Весенней ночи сладко обаянье. Как полон чар волшебный этот сон! Зовет ли песней лютня на свиданье, — С холмов, в цветах несется струнный звон. То эльфов хор, то арфы их бряцанье. Они летят на искорках луча К скале седой, где на копье склоненный Тоскует рыцарь, грустный и влюбленный. Коснулся эльф железного плеча… Но сердца ран, как тяжких ран меча, Не исцелить травой заговоренной. '''CXXXIX. СЕВЕРНОЕ МОРЕ.''' В Дюнкирхене, где в шумном разговоре За кружкой пива делят рыбаки Улов сетей, и радости, и горе, — Прибрежных дюн увидел я пески. Уныло плещет Северное море, За шлюзами белеют маяки И гряды волн в зеленом их убор Скитаются — бездельны, далеки… Туманна даль… Плывут ли в море тучи, Голландец ли проносится Летучий, На призрачном кочуя корабле? Брожу один, блуждая в серой мгле, Пустынных дюн лежит песок сыпучий, Как будто все бесплодно на земле. '''CXL. ПРИЗРАК.''' Туман клубится облачной грядой, И в белизне над водною равниной Встает корабль, как призрак, тенью длинной, Раскинув парус, ветхий и седой. Повисли ванты серой паутиной, И остов мачт, постигнутых бедой, Весь отражен спокойною водой, Дымящейся над влажною пучиной. Кругом плывет изменчивая мгла, И облака проходят, как виденья. Лишь в небесах лазурь еще светла. Корабль разбит, он — злая тень крушенья, Но над волной в тумане отдаленья Несут его два белые крыла. ************************************ '''В ГОРАХ''' '''CXLL КАВКАЗ.''' '''Художнику И. И. Крылову.''' Вершины спят, в ущельях даль пустынна. Томит печаль, к которой ум привык… Когда бы здесь тоски раздался крик, — Сто крат ему ответит скал теснина. Духан в горах нам шлет Святая Нина, И спутник мой сготовить нам шашлык Духанщика торопит, армянина. Встает Кавказ, величествен и дик. Уступы гор выходят из тумана… — «Саркиз! Вина, душа моя, налей! Есть кахетинское? Тащи скорей!». И мы глядим на Эльбрус из духана. Там коршуны терзали грудь титана И был к скале прикован Прометей. '''CXLII. ГОКЧА.''' Среди снегов, с вершин кавказских гор Широко даль открылась голубая, — Холмов, долин причудливый узор, И озеро во мгле дрожит, мерцая. То Гокча… За чертой предельной края Здесь Арарат седой хребет простер, И колыбель Эвфрата ищет взор, Святой реки, текущей в сени рая. Великую увидел я страну. Там родились потоки и преданья, Там чудно все, и мир подобен сну. Неясные светлеют очертанья. Смущенный взгляд в восторге созерцанья, Как даль, проник столетий глубину. '''CXLIII. КЮРДЕМИР.''' Забыв мечты, забыв о светлом мире, В пустыне гор, в далеком Кюрдемире Скитаюсь я, следя теченье рек В ущельях тех, где кроется абрек. Вершины гор, застывшие в эфире, Блестят в снегах суровей, чем Казбек. Вот всадники в папахах. Их четыре. Не едет ли дорогой мирный бек? Но зная горских всадников замашки, Чапар мой левой держится руки, — Так лучше встретить их ударом шашки. Мелькнули бурки их и башлыки. Среди кустов все выше путь наш тяжкий, Безлюдье, снег, аулы далеки. '''CXLIV. АК-СУ.''' Знакомый край, знакомые мне лица… Чапара конь ступает веселей; Бежит река под тенью тополей И вдоль плетня краснеет шелковица. Аул Ак-су весь в зелени таится, Спешат татары к саклям из полей… Не Крым ли здесь, родная мне граница, Тот край, что был душе всего милей? Но мой чапар под буркою, в черкеске, В папахе он, надвинутой до глаз. Кинжал на нем… Здесь сумрачный Кавказ. Вершины гор, иззубрены и резки, На небесах сверкают в снежном блеске… Последний луч зажегся и погас. '''CXLV. КРЕСТ.''' Долина есть… Пустынных гор отроги Теснятся к ней и камня не минуть, Где чей-то крест, забытый у дороги, Бросает тень на одинокий путь. Здесь умер странник. Сжалясь, кто-нибудь Зарыл его, поставив крест убогий. Он спит в земле, забыв свои тревоги, В тени креста он может отдохнуть. И мне свой путь давно окончить время. Устал мой конь, сжимает ногу стремя, Печален вид знакомых сердцу мест. Сложить бы с плеч под этот бедный крест Тревожных дум и долгой жизни бремя, Заснуть на век при тихом свете звезд. '''CXLVI. КУРГАНЫ.''' '''И. А. Владимирову.''' Есть на Кавказе древние могилы, Сокрыты в них бойцы иных племен. Разрыв курган, нарушив вечный сон, Находит меч и череп, остов хилый. Вот богатырь хазарский погребен. Он словно спит, исполнен ратной силы. Склоненный лоб венчает шлем Аттилы И рядом лук воинственно согбен. Но только в склеп и сумрак погребенья Домчится ветер, веющий в горах, — Боец и лук распались в серый прах. Пропал бесследно самый призрак тленья… Творящей жизни яркие виденья, Не так ли все исчезнем мы в гробах? '''CXLVII. АБРЕК.''' Налив свой рог полней заздравной чаши, — Пьет из рогов пирующий Кавказ, — Смялся князь, но грусть в веселый час Была видна в беспечном тулумбаше. Он мне сказал: «Цветут аулы наши, Красой грузинки славятся у нас, Но есть змея… Блеск изумрудных глаз, Цвет чешуи, — не знаю, что в ней краше. Меня змея ужалила. Таясь, Вползла в мой дом, вкруг сердца обвилась… Все, все прошло! Она шипит все тише, Но с той поры родных аулов крыши Я позабыл». — «Ты стал абреком, князь?» — — «Я в даль ушел, где снег, где горы выше!» '''CXLXIII. ШЕМАХА.''' На перепутье двух моих дорог Я видел Шемаху… В кровавой груде Лежали там обломки, камни, люди. Казнил страну землетрясеньем Бог. Мир трепетал, исполненный тревог, И гор дрожали каменные груди. Спасенья там искали только в чуде, — Лишь Агасфер там умереть не мог. Мне слышались тяжелые раскаты Из глубины расторгнутой земли. Подземный гром еще гремел вдали. Был стон кругом, и ужас, и утраты. Я видел город, пышный и богатый, В развалинах, во прахе и пыли. '''CXLIX. КАСПИЙ.''' Была зима. У берегов Кавказа Передо мною Каспий, весь седой, Плескал зеленой, мутною водой, И кругозор туман скрывал от глаза. Что там, вдали? Богатства ли Шираза, Улыбка ль персиянки молодой?.. Носился ворон, каркая бедой, Да лед в камнях сверкал игрой алмаза. В траве морской и в иглах ледяных Застыли камни… Скучный берег тих, — Нет впереди ни радости, ни цели. Лишь в воздух висел туман метели. Снег шел и таял на волнах седых, Кружились хлопья, падали, летели. '''CL. КРЫМСКИЕ ГОРЫ.''' Вершины гор в прекрасном Курузене Чуть видны там, где солнечный Восток… Я к берегу причалил мой челнок, С камней волна сбегает в легкой пене. Уходят гор синеющие тени И очерк их так смутен, так далек… Он в светлый край мечты мои увлек, За небосклон, в туманы отдалений. Что ждет меня, и что я там найду? Моей души непризнанное горе, Моей любви погасшую звезду? Пусть гребни волн играют в шумном споре. Я парус свой направлю снова в море. Что б ни было, — я верую, я жду! '''CLI. СИВАШ.''' Чуть плещется задумчивый Сиваш, Его волна печальным сном томима. Свою стрелу перед вратами Крыма Он бросил в даль, Ислама верный страж. Но прошлое давно промчалось мимо. Среди воды, окутан тучей дыма, Как по волнам несется поезд наш. Чуть плещется задумчивый Сиваш. И позабыв давнишние преданья, В туманной мгле с волнением следишь Холмов и гор прибрежных очертанья. Предчувствия, мечты, воспоминанья Волнуют грудь, а вкруг морская тишь, Разлив воды и дремлющий камыш. '''LII. БАХЧИСАРАЙ''' '''А.Н. Витмеру.''' Под рокот струн мне пели сазандары Про старину и тот роскошный край, Где власть Гиреев помнили татары. «Дворец садов, велик Бахчисарай!» Там юных роз цветет душистый рай, И кипарис, гарема евнух старый, Хранит их сна пленительные чары. «Дворец садов, велик Бахчисарай!» Но в час, когда над белым минаретом Взойдет луна вечернею порой, Пробуждены цветы волшебным светом. Рой алых роз, — не жен ли ханских рой! Скользят они, окутаны чадрой, В гареме, тьмой прозрачною одетом. '''CLIII. СОЛДАЙЯ.''' В краю, где море Черное шумит, Есть над скалою замок генуэзский. Ступенями иссечен там гранит, И в старых башнях стонет ветер резкий. Там лунный свет рисует арабески. Когда же тьмой Солдайи замок скрыть, Над ним звезда прекрасная горит, И тонет взор в ее вечернем блеске. Стоял я там, где на утес крутой Хребет зубчатых стен по горным склонам Всползает вверх змеящимся драконом. И луч звезды, — звезды прекрасной той, Среди небес в мерцанье отдаленном Был золотой несбыточной мечтой. '''CLIV. ЦИКАДЫ.''' Ночь южная, роскошная царица, Алмазных звезд рассыпала венцы, И хор цикад о том, что сердцу снится, Поет цветам… Летят любви гонцы. Весь сад звучит, как цитра. Вереница Прозрачных туч одела скал зубцы И будит ночь, фонтаны и дворцы Цикады песнь… Вдруг смолкнула певица. И сразу все затихнуло вокруг, Оборвалась ночная серенада, Под лаврами дрожит последний звук. То, запоздав, откликнулась цикада. В цветах глициний дремлет знойный юг, Лишь поцелуй звучнее в чаще сада. '''CLV. МАССАНДРА.''' '''М. 0—вич.''' Ты любишь Крым осеннею порой И парк Массандры в золоте наряда. Когда мы шли при шуме листопада, Ты желтых листьев тешилась игрой. Как мотыльки, на солнце листьев рой, Кружась, носился по дорожкам сада. Ужель была ты их паденью рада? Они умрут, припав к траве сырой. Но в золоте, вся пурпуром алея, Так царственно украсилась аллея, Так весело всему смялась ты… И, облетев, осенние листы У ног твоих осыпались, желтея, — Осыпались любви моей мечты. '''CLVI. ДЖАЛИТА.''' Ф.К. Т-ой. Взошла луна… Горит венец богини. Ее мечты причудливый каприз, — Вершины гор, теряя очерк линий, Уходят вдаль. Чуть веет легкий бриз. Морской простор весь в блестках, темно-синий. На берегу дорожка вьется вниз. Джалиты тень скользит в цветах глициний. «Люблю, приди!» — вздыхает кипарис. Беседку там закрыли сетью лозы. И шепот в ней, и тихо шепчет сад… — «Ну, поцелуй!.. Джалита, где твой взгляд? Ужели ты стыдливее мимозы?» — Как ночь тепла, как сладко пахнуть розы, И как звенит веселый хор цикад! '''CLVII. ИНСАР.''' '''М. А. Суворину.''' Есть крепость генуэзская в Крыму, Развалина, знакомая татарам. Она хранит в своем преданье старом Седых легенд таинственную тьму. Эмир-Гассан был славным сазандаром, Он весел был, беспечен по уму, И нравились красавицы ему. Но раз в тени присел он под Инсаром. Шумели сосны, грезились мечты, Цвела долина розами, сиренью. Сааз певца опутали цветы. Запел Гассан, — мешали вздохи пенью, И с той поры суровой, грустной тенью Седой Инсар одел его черты. '''CLVIII. НАД ПРОПАСТЬЮ.''' В тумане гор, в молчанье ночи звездной На крутизне раскинулся аул. О юности минувшей я вздохнул, С ее огнем, с отвагой бесполезной. Мне вспомнился камней упавших гул. Я въехал на Инсар. Подняв над бездной, Коня я осадил уздой железной И на стене высокой повернул. К площадке узкой там вели ступени, С развалины мой конь спускался вниз. Казалось, он над пропастью повис. Не дрогнул я… Что ж трепетом сомнений Над бездной смерти, где бледнеют тени, Душа полна? О, сердце, не страшись! '''CLIX. САЛГИР.''' '''Н. А. Султану-Крым-Гирей.''' — «О чем, Салгир, журчишь в степном краю, Куда бежишь в тени под тополями? Позволишь ты, коня я напою В полдневный жар прохладными струями?» — «Не возмущай, о путник, гладь мою! Здесь, как и ты, стоял над берегами В тюрбане всадник. Был его копью Подвластен край, прославленный в Исламе. То быль Гирей. В Салгире отражен, Свою страну оплакивал здесь он. В струях моих сверкают слезы хана!» Журчит Салгир задумчиво и странно. В волнах его былой я вижу сон, — С речного дна блестит алмаз тюрбана. '''CLX. ГОРНАЯ ОБИТЕЛЬ.''' Святые есть обители в горах… На высоте, презревшей дольний прах, Монастыри стоят за облаками. Венец из звезд горит на Божьем храме. В пещерах там спасается монах, Соединив могилу с небесами. Там вечный мир, замолкли бури сами, И тишина на горних высотах. Даруя жизнь целительной прохладой, Лишь ключ святой лепечет за оградой, Где под скалой деревья разрослись. Но мне ль бежать в заоблачную высь? О странниках молясь перед лампадой, И обо мне, затворник, помолись! '''CLXI. НА ВЫСОТЕ.''' Высоких гор достигнул я вершины. Престолы их в сиянье торжества Блестят парчой, безмолвны и пустынны. Здесь солнце, снег и неба синева. Внизу, во мгле, мне видятся едва Поля, сады, зеленые долины, — Родной земли цветущие картины, Где счастья сны, где радость так жива. Порой наш ум, взыскательный и смелый, Возносится высоко над толпой… Обманов нет и веры нет слепой. Но в высоте, где снег мерцает белый, Ум одинок, он встретит мир скупой, Познания холодные пределы. '''CLXII. МЕРТВЫЙ ГОРОД.''' Над пропастью я въехал на утес, Стучу бичом в железные ворота, И ржавый ключ от царства смерти кто-то, Открыв мне дверь, невидимо принес. Седых веков прилежная работа, Венчала башня скал крутых откос. В развалинах кустарник дикий рос, Порог жилищ покинула забота. Очаг потух… Печален стук копыт Вдоль улицы, где мертвый город спит. Мне чудятся виденья, тени, лица. Чуфут-Калэ безмолвен, как гробница. Найду ль ответ среди могильных плит, Какой нам сон за дверью гроба снится? '''CLXIII. КАРАИМЫ.''' Среди развалин, помнящих века, В Чуфут-Калэ сурово, нелюдимо Живут еще два брата—караима, Два временем забытых старика. Их мертвый город спит в ущельях Крыма, Но, как листок сионского цветка, Святыня ими бережно хранима, — Храм, Библия и древность языка. Отживших здесь последние потомки, Они хранят, сомкнув свои уста, Очаг погасший и гробниц обломки. Их вопроси, — исполнится мечта, Яснее станут времени потемки И будет тайна с вечности снята. '''CLXIV. ТАБОР.''' Степной простор теряется в тумане, По кое-где зажглись уже костры. Раскинулись цыганские шатры И табор стал, белея на поляне. В уборах странных южные цыгане. Все в бубенцах, узорны и пестры, Синеют куртки, вышиты шнуры, И с булавой подходит старший в стане. — «Конь захромал! Лиха беда моя! Найдется ли, старик, у вас подкова?» И вот к огню принять меня готова В своем шатре бродячая семья… Куда, зачем, в степях не зная крова, Идет цыган, — бродяга, как и я? '''CLXV. ЧАИР.''' Привязан конь. Отрадно в зелень чащи Укрыться в зной, несносный и палящий. Там ветки груш, склонясь над головой, Раскинули тенистый полог свой. Цветет кизил, чаир умолкнул спящий. Я лег в цветах, опутанный травой, И чудный сон волной своей журчащей Навеял мне источник ключевой. Мне сказкою казалось сновиденье. Я мог в ключе, дарившем исцеленье, Воды живой и мертвой почерпнуть. Вновь молодость я мог тебе вернуть, Как жизнь цветку, и вечное забвенье По капле мне вливалось тихо в грудь. '''CLXVI. ДЕРЕКОЙ.''' Спят над рекой высоких раин ветки. От плоских крыш на стены и дома Упала тень лозы, сплетенной в сетки, Но месяц встал, — бежит в ущелья тьма. Готовит в сакле ужинать Фатьма, При помощи Айше, своей соседки, И достархан на славу подан, редкий — Пилав, чуреки, кофе и язма. Гляжу, — зажглись вдоль улиц Дерекоя, Что звездочки, по саклям огоньки. Спит минарет и горы далеки… Как ночь полна сиянья и покоя! Как просто здесь, как здесь дышу легко я, — Ни слезь, ни дум, ни ропота тоски. '''CLXVII. ЧЕРНОЕ МОРЕ.''' '''В. Н. Никулиной'''. Попутным ветром ласково гоним, Бежит корабль от южного залива, Поет волна, шумна и говорлива, Открылось море Черное пред ним. Не ведая прилива и отлива, Оно покорно облакам одним, Но месяц встал над морем голубым И плещет волн сверкающая грива. Свой перстень в море бросила луна, И золотом зажглось оно, блистая. Ласкает, шепчет, искрится волна. Не верь, не верь — зовет мечта пустая: Там, где горит дорога золотая, Темнее даль, еще черней она. '''CLXVIII. ТАРХАНГУТСКИЙ МАЯК.''' Проходим мы опасный Тархангут, Вон маяка белеются строенья… Тут вечный шторм и пенясь волны бьют. У этих скал бесчисленны крушенья. В морской траве, где узкий берег крут, Остался след борьбы и разрушенья, — Там брошен труп прибоем на каменья, Обломки мачт на гребне волн плывут. Где смерть царить, отчаянью нет меры, Там нет надежд, исчезло счастье веры: Где смерть царить, — равны добро и зло. Зеленых волн паденье тяжело, Свет маяка туман скрывает серый, Чтоб сердце вновь поверить не могло. '''CLXIX. ЦВЕТЫ.''' Заглохнет сад, разрушится теплица. На холоде любимые цветы Свернут свои увядшие листы. Садовник умер — некому трудиться! Фиалок-крошек побледнеют лица, Тюльпан сорвут и в блеск красоты Завянет скоро лилия-царица. Что ждет ее? Где солнце, где мечты? Красы ее чистейшей, белоснежной Не пощадят, сомнут рукой небрежной, И за листком осыплется листок. Никто, никто покинутый цветок Не пожалеет, не взлелеет нежно… Садовник умер, — сад его поблек. '''CLXX. ГРОБНИЦА ДИЛАРЫ.''' Гробница есть вблизи Бахчисарая, Покоится в ней ханская жена. Цветок любви, дитя иного края, Дилара здесь была погребена. Но чуждые, другие имена Ее певцы твердили, повторяя, И на земле, умчавшись к звездам рая, Забыта ты, грузинская княжна! Лишь письмена, причудливы и стары, Украсили безвестный мавзолей И говорят об имени Дилары. Умолк сааз, молчать о ней татары… О красоте забытой слез не лей, — В забвении она еще милей. '''CLXXI. ЗБМОК ГУТОВ.''' '''Ф. Ф. Фидлеру.''' Венчая башней горные высоты, В развалинах лежит Мангуб-калэ. Оплот последний, замок на скале, В былых веках здесь выстроили готы. Двурогий шлем блестел там в лунной мгле. И крепости железные вороты Германский меч хранил в чужой земле. Кровавый бой сменял здесь пир охоты. С террасы замка, дремлющей в тени, Весь двор с Амалазунтою прекрасной Здесь любовался далью моря ясной. Могучих грейтунгов минули дни. Зубцы развалин высятся одни И на камнях цветет шиповник красный. '''CLXXII. СТАРЫЙ ОРУЖЕЙНИК.''' Ты хочешь мстить? Но знал ли ты, скажи, Быть может, слышал о преданье старом? Был оружейник, Мустафа-Хаджи, — У мусульман он славился недаром. Кривые сабли, стрелы и ножи В Бахчисарае он ковал татарам. В ножны кинжал серебряный вложи, — Его клинок иззубрится ударом. Вот старый нож, — он скован Мустафой. Кровавый след на стали ятагана Еще не стерт. Смертельна будет рана. Ковал хаджи, окутанный чалмой, Сверкал огонь и ночь грозила тьмой, — Кузнец шептал заклятья из Корана. '''CLXXIII. ГРЕЗА.''' Мечталось мне, — на влажном дне Я спал в прозрачной глубине. Рябили волны надо мной, Там были солнце, блеск и зной. Волна катилась вслед волне, Шептала мне о знойном дне. Там мир иной, — лишь я одной Был скрыт лазурью водяной. Мне не сорвать цветов земли, Они прошли и отцвели. Что мне луга и берега? Земле я больше не слуга. На дне росли вблизи, вдали, Кораллы, звезды, жемчуга. '''CLXXIV. ЧАСОВНЯ В ГОРАХ.''' В ущельи гор, где дремлет их громада, Где глыбы скал скрывает лес густой, Часовня есть и пред часовней той — Всю ночь горит зажженная лампада. Там он стоял… Не смел поднять я взгляда, Так были дивны лик его святой, Двух крыльев тень и панцирь золотой. Лилась мне в грудь речей его отрада: — «Есть светлый край, где горесть далека, Где скорби нет, где скрылись облака И синева прекраснее сапфира. В стране лазурной вечного эфира Сама печаль отрадна и легка. Есть край иной… он там… за гранью миpa!» **************************** '''ПАЛЕСТИНА''' '''CLXXV. ЯФФА.''' У синих волн, высоко над горой Гнездится древний город Иафета. Цветут сады там знойною порой И тенью пальм страна песков одета. Но путник там не ждет себе привета, — Прибрежных скал грозит враждебный строй, И станет жизнь случайности игрой, Потехой волн… Опасна пристань эта. Молитву затянув, как песнь в бою, Арабы в фесках по волне зеленой Среди камней направили ладью. На скалы хлынул гребень опененный, И весла вверх подняв, судьбу свою Гребцы вверяют бездне разъяренной. '''CLXXVI. ИЕРУСАЛИМ.''' Голгофы тень, подножие креста, Кувуклии пещерная лампада, — Не там, не там увидел я Христа, Где храм седой, где из камней громада. Я проходил нагорные места. Там маслины шумели в чаще сада, Там Он стоял, — как небо, благость взгляда, Как сладость роз, прекрасные уста. Виденья ли молитвенные грезы, Мечты ль моей безгрешный, светлый сон, — В одежде белой встретился мне Он. Не терния, страдания и слезы, — Цветок нашел я гефсиманской розы В святом саду, где путь на Елеон. '''CLXXVII. ГРОБНИЦА РАХИЛИ.''' Есть образ женственный… Седая быль Прославила красавицу Харрана, Прелестную и смуглую Рахиль. В ней свет любви, в ней женщина желанна. О ней мечтал я… На пути в Вефиль, Где воду пьют верблюды каравана, Видна гробница дочери Лавана. На куполе лежит столетий пыль. Здесь пел Давид, здесь горы ясны были. Такие же росли вокруг цветы… И, мнилось мне, я видел тень Рахили. Я узнавал библейские черты… Мне у колодца встретилась не ты ли, Моя Рахиль, дитя моей мечты? '''CLXXVIII. ВИФЛЕЕМ.''' В Святой земле, в краю обетованном Среди холмов, в пустыне ли найду Меня во тьме зовущую звезду? Я долго шел в скитанье неустанном. День погасал, склоняясь к дальним странами, Вот ночь зажгла лампад своих чреду… И Вифлеем, укрывшийся в саду, Белея, встал пред нашим караваном. Там мира свет, исканий долгих цель… Взойдя на холм с гробницею Рахили, Я видел край, где веры колыбель. Встречал я звезды множества земель, Но их лучи души не озарили… Здесь небеса и звезды близки были. '''CLXXIX. ПАТРИАРХ.''' Мы были от Мамврэ невдалеке, Садилось солнце низко за горами И овцы шли, — как в дни при Аврааме, Когда он гнал стада свои к реке. Старик высокий с посохом в руке За ними брел, покрытый сединами, И тень его ложилась на песке. Как патриарх, прошел он перед нами. Библейская одежда, борода. И посох старца, и его стада, — Все в глубь веков мечты переносило. В нем вечности жила святая сила, И взгляд его провидел вдаль года, — Все, что прошло и что на свете было. '''CLXXX. ЛИФТА.''' '''Графине О. Е. де-Бальмен.''' Есть далеко, среди угрюмых скал, Арабская деревня в Палестине. Она — гнездо разбойников пустыни, И крадется вблизи один шакал. Но караван приюта здесь искал. Ряд плоских крыш белел внизу, в долине, И к нам навстречу всадник подскакал. Цветной бурнус вился на бедуине. Тюрбан его повязан, как змея. Пустыни шейх сурового был вида, Но он сказал, склонив конец копья: — «Селям-алейк! Коснется ли обида Того, кто гость под кровлею Решида?» И только здесь не знал измены я. '''CLXXXI. МЕЧЕТЬ ОМАРА.''' Ты видел ли в полдневном, знойном блеске Под черным куполом великий храм, Где изразцов синеют арабески, Где разбросал сокровища Ислам? Во мгле цветной лучи рубинов резки. Склонились в прах чалмы, тюрбаны, фески… Туда хаджи идут к святым местам, Каабы тень, скалу лобзая там. Там я сошел в темницы Соломона, Где скован джин и глубина бездонна. Ряд ступеней в холм Mopиa ведет. Пещеры там лежат под сводом свод, И подперта колонною колонна… Там дверь в Джейнем, там в ад отверстый вход. '''CLXXXII. MOPИA.''' На Mopиa есть древний саркофаг Библейского литейщика Хирама. Там под парчой начертан тайный знак, — Еврейских слов и чисел анаграмма. Прочти ее и в подземелья храма Сойди, рассей чудес священный мрак… Пещерный вход — под камнем Авраама, Где приносился в жертву Исаак. Ряд ступеней, и бездна тьмой одета… Туда, под свод седых гранитных плит, Как в скинию, не смел войти левит. Разрушен храм, прошли плененья лета, На небеса был взят ковчег завета, Но тайны ключ был в Mopиa сокрыть. '''CLXXXIII. ХРАМОВНИК.''' Где Гроб Святой, под сводами пещеры Стальным мечем иссчен знак креста. Его чертили рыцари Христа, Храмовники, монахи-тамплиеры. Там, посетив заветные места, Постиг он строгих подвигов примеры, И, клятвою сомкнув свои уста, Он дал обет, он принял символ веры. Крест рыцарей Святого Гроба он Надел на грудь, чтоб в орден посвятиться, — Крест золотой, где в круглый медальон Святого древа включена частица. Он будет в храм капитула введен И высших тайн достойно причастится. '''CLXXXIV. СУЛАМИТА.''' — «Помедли, Суламита, оглянись! Ты так прекрасна в царственных уборах… Как в Есевонских голубых озерах, В глазах твоих синеет неба высь». — «На грудь мою, возлюбленный, склонись! Среди кустов умолкнул ветра шорох, Льют аромат цветы на мандрагорах, В саду моем гранаты разрослись». — «Твой пышен сад, нежней гранат ланиты, Ты — лилия Гаммона!» — «Мне ль самой Распутать лозы, что так тесно свиты? Но гаснет день и сестры ждут домой. Любовь крепка, как смерть, как перстень мой, Что ты надел в объятьях Суламиты». '''CLXXXV. ЛИЛИТ.''' Мне грешный сон в пустыне знойной снится, Я вижу тень… бессмертная Лилит, Смарагда вечно юная царица, Под тенью пальм и кактусов стоит. Она не Евва… незачем стыдиться Ей наготы прекрасной. Не покрыть Стыда румянцем пух ее ланит, — Не грешница она и не блудница. Ее любил, ее ласкал Адам. Среди цветов, в саду душистом рая Она была жена его вторая. Но красота причастна ли грехам? Живой души Господь ей не дал Сам, В ней страсть одна живет, не умирая. '''CLXXXVI. АГАСФЕР.''' Мы вместе шли… На вечное скитанье Был Агасфер судьбою обречен. В веках носил он множество имен, — Мишоб Адер — древнейшее названье. '''''Iovannus de Temporibus'',''' — был он Оруженосцем, как гласит преданье. Но предо мной раскрыл он даль времен И раcсказал свое повествованье. За Иорданом, на пути в Салим, Когда закат алел на Мертвом море, Среди песков мы странствовали с ним. Бессмертное, как мир, седое горе Я понял в нем, я сблизился с ним вскоре, И дальше мы пошли путем одним. '''CLXXXVII. ИФРИТ.''' Скала есть дикая среди долины, Кругом кусты и склоны гор пустынны, И мнится, что чудовищного льва Иссечена из камня голова. У мусульман про этот камень львиный Сложилася недобрая молва: Ночная тень опустится едва, На той скале встают и стонут джины. Взошла луна. Дыханье затаив, Гляжу кругом. Долина мглой покрыта. Что это, — тень, блуждающий таиф?* Встал черный всадник на краю гранита, Во тьме огонь блеснул из-под копыта… А, это ты!.. Приди на мой призыв. '''_____________''' '''* ''Ифрит'' — дьявол''', '''''таиф'' — блуждающий призрак''', '''''джины'' — духи.''' '''CLXXXVIII. ИОСАФАТОВА ДОЛИНА.''' Пустынная, безмолвием объята, Среди холмов вкушая вечный сон, В тени лежит долина Иосафата. В ее камнях давно иссох Кедрон. Тут все — печаль, унынье и утрата. Ряды гробниц — наследие времен. Здесь прах жены любимой погребен, Здесь сын отца и брат утратил брата. Не притча ль смерть? Так сам Господь учил Гробы подобье каменных точил: Сок жизни выжат, но опять, играя, Заблещет жизнь, бессмертная, вторая. Здесь мертвые воскреснут из могил, Чтоб пить вино из светлой чаши рая. '''CLXXXIX. РЕНАН.''' На крутизне желтеющего склона, Там, за холмом, с вершины Елеона Вифания виднеется вдали, Где дружба, святость и любовь цвели. Синоптиков, преданий и закона Суровый критик, рывшийся в пыли, Тебя, Ренан, в горах Святой земли Читаю я спокойно, углубленно… Христа биограф, скептик и поэт, Ты отрицал во истину науки, — Твой старый том беру я снова в руки. Читаю — и сомнений больше нет, В безверии я вижу веры свет, Былых молитв родятся в сердце звуки. '''CXC. ЕВАНГЕЛИЕ.''' О, если есть святая красота, Есть в мире правда, чуждая сомненья, То где ж искать, как не в словах Христа Нам истины живого откровенья? Обманут ли столь чистые уста? Как могут лгать такие уверенья? — Завет любви, свидетельство с креста И заповедь безмерного прощенья. Кому не верить, если не Тому, Кто подтвердил ученье смертью крестной? Свет отрицать? В нем видеть ложь и тьму? Возможно ли, наперекор уму, Евангелье проверив мыслью честной, Не видеть в нем правдивости небесной? '''CXCI. БРАТ.''' Во тьме скорбей, всечасных унижений, Слепой вражды, невызванных обид, Он тихо шел, храня спокойный вид, Презрев нужду и жизни мрак осенний. Не видел он небесных откровений, — Он не пророк, с ним Бог не говорит. Был человек, как мир, ему открыт И верил он, что в людях жив их гений. Пусть род людской осудит клеветник, Его печаль прощеньем зло встречала, Он знал души чистейшие начала. Он тайных слез угадывал родник, И в час, когда усталый он поник, Своим лучом любовь его венчала. '''CXCII. КНИГА ТОВИТА.''' Два путника шли в город Экбатаны: Сын Товита и ангел Рафаил… Совсем иным мой мрачный спутник был, С которым я прошел полудня страны. Он на Азарию не походил. Как Асмодей, загадочный и странный, Он разжигал сомненьем сердца раны И омрачал восторга ясный пыл. Но та, что мной так пламенно любима, Была светлей, чем злая Эдны дочь, — Ревнивый дух не возмущал ей ночь. Осенена любовью херувима, Она была чиста, недостижима… Но демон мой сумел и мне помочь. '''CXCIII. ИЗ АПОКАЛИПСИСА.''' Как Иоанн на острове Патмос, Не видел я небесных откровений. Мой слух внимал громам землетрясений, Великих войн, народных бурь и гроз. Созрела жизнь, как спеет плод осенний. Грядет, как жнец, невидимый Христос, И некто в мир, предшествуя, принес Посевы зла и темных лжеучений. Приходит час, встает из бездны зверь. О, милый брат, пророкам тьмы не верь, Пои свой дух из чистого потока. Прав Божий гнев, а время недалеко, — На небеса открыта будет дверь… Грядет Господь звездою от Востока. '''CXCIV. ИСМЕН.''' '''В. П. Буренину.''' Когда Исмен зажег волшебный лес Среди холмов песчаной Палестины, Страшились чар, видений и чудес Все рыцари готфредовой дружины. В огне пылали башни до небес, За пламенем белели снег и льдины… Но вот, грозя, рой призраков исчез, И кипарис расцвел среди долины. Он одинок и солнцем не согрет, Его глубоко ранила секира… Струится кровь, но слез отрадных нет. Так гнев страшит, так пламенна сатира, Но знают ли, что грустен сам поэт, Что он один в пустыне жалкой миpa? '''CXCV. ИУДЕЙСКИЕ ГОРЫ.''' Цветок пахучий, желтый, я сорвал. Среди камней над высохшим Сараром Казался он земли последним даром, И к небесам вели уступы скал. Пустынные, в своем величье старом, Вставали горы, и закат пожаром, Как пурпуром, их пышно одевал. Дождь каменный рассыпал там обвал. Туда достиг бы лишь полет орлиный. И, мнилось, башни, стены, города Венчали в небе круглые вершины. Там тишина, там жизни нет следа. Забыв цветы изменчивой долины, Туда уйти хотелось навсегда. '''CXCVI. ПСАЛОМ 62-й.''' '''(В Горах Иудейских)''' Ты Боже — Бог мой! В жажде неисходной Я от зари ищу Тебя, Господь, И по Тебе моя томится плоть В земле пустой, иссохшей и безводной. На ложе сна тех дум не побороть, Мысль о Тебе тревожит в тьме холодной. Узреть Тебя во славе дай, Господь, Дай прозвучать хвале моей свободной. К Тебе спешит душа моя прильнуть, Ее спасет одна Твоя десница. О, укажи моей надежде путь! Блеснет ли мне Твоих очей денница? Дай мне Твоим елеем насладиться, Под тенью крыл дай сладко отдохнуть. '''CXCVII. AVE, MARIA!''' Тебе, Mapия, — песни и моленья, Тебе восторг возвышенной мечты… Я вновь увидел в грезах вдохновенья Чистейший образ женской красоты. Явилась Ты, как сходят сновиденья Перед зарей с небесной высоты, Когда близка минута пробужденья. Не знаю я, не ведаю — кто Ты? Святая ли Ты Дева Назарета, Любовь ли та, что рай сулила мне, — Но вся полна Ты радости и света. Всходило солнце, и в его огне Как ризой дивной, облаком одета, Сияла Ты в лазурной вышине. '''CXCVIII. ПУСТЫНЯ.''' '''М.О. Меньшикову'''. Наш караван стоял за Иорданом. Пустыни даль оделась смутной мглой, И пыльный кактус на холме песчаном Чернел своей иззубренной стрелой. Склонилось небо низко над землей, И млечный путь светящимся туманом Через пески дорогу караванам Указывал в мир звездный, в край иной. Алмазов и сапфиров мириады Горели в небе, хор небесный плыл, И были звезды близки, как лампады. Я видел Бога в множестве светил, В безмолвье ночи, в веянье прохлады, — То сам Господь в пустыне проходил. '''CXCIX. ИОРДАН.''' Окончен путь. Скитаясь одиноко, Искал любви, искал я веры там, Где древний мир постигнут властью рока. В Элладу шел я к мраморным богам… Я был в краях пустынного Востока, Где Будда спит, где молится Ислам, И вновь пришел к библейским берегам, На Иордан, в тень листьев у потока. Я зачерпнул воды в палящий зной И утолил души моей страданья. Я Господа обрел среди блужданья. Окончен путь, — тяжелый путь земной. Тревоге чувств, сомненьям отдал дань я… Я верую, я вижу край иной. '''СС. КИПАРИСОВАЯ ВЕТКА.''' Из темных рощ с холмов Ерусалима, Где кипарис таинственно растет, Привез я ветвь — отраду пилигрима В часы молив, в часы мирских забот. Украсив мой серебряный кивот, Она цвела, пред образом хранима. Про Елеон и тень его высот С ней речь я вел… Но мчались годы мимо. И ветвь моя уже не зелена, Осыпалась, нет больше аромата, Нет грез святых, пленительных когда-то. Но все ж порой надеждой грудь полна, Ерусалим я вижу в час заката, Гляжу на ветвь, — и вновь цветет она. [[Категория:Импорт/lib.ru/Страницы с внешними ссылками]] [[Категория:Поэзия 1906 года]] [[Категория:Сборники стихов]] [[Категория:Владимир Александрович Шуф]] [[Категория:Импорт/lib.ru]] [[Категория:Импорт/az.lib.ru/Владимир Александрович Шуф]] 8hbc9vslt63hqszo5bra3jxs759lcwn 0 1025605 5729092 5657868 2026-07-11T19:35:26Z Fuxx 1743 произведениии=>произведении 5729092 wikitext text/x-wiki {{Отексте | АВТОР = Владислав Фелицианович Ходасевич | НАЗВАНИЕ = Два поэта | ПОДЗАГОЛОВОК = | ЧАСТЬ = | СОДЕРЖАНИЕ = | ИЗЦИКЛА = | ИЗСБОРНИКА = | ДАТАСОЗДАНИЯ = | ДАТАПУБЛИКАЦИИ = 1936 | ПЕРВАЯПУБЛИКАЦИЯ = | ЯЗЫКОРИГИНАЛА = | НАЗВАНИЕОРИГИНАЛА = | ПОДЗАГОЛОВОКОРИГИНАЛА = | ПЕРЕВОДЧИК = | ДАТАПУБЛИКАЦИИОРИГИНАЛА = | ИСТОЧНИК = [http://az.lib.ru/h/hodasewich_w_f/text_0910.shtml az.lib.ru] | ВИКИДАННЫЕ = <!-- id элемента темы --> | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИНОВОСТИ = | ВИКИСКЛАД = | ДРУГОЕ = | ОГЛАВЛЕНИЕ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = | КАЧЕСТВО = 1 <!-- оценка по 4-балльной шкале --> | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ = | ДРУГИЕПЕРЕВОДЫ = | ЛИЦЕНЗИЯ = PD-old | СТИЛЬ = text }} <center>Два поэта</center> Ходасевич В. Ф. Собрание сочинений: В 4 т. Т. 2. Записная книжка. Статьи о русской поэзии. Литературная критика 1922—1939. — М.: Согласие, 1996. Молодая зарубежная поэзия понесла две утраты — одну за другой: 21 ноября 1934 года, вечером, на станции метро «Пастер» был убит проходившим поездом Н. П. Гронский; меньше чем через год после этого, 8 октября 1935 года, при трагических обстоятельствах, погиб Б. Ю. Поплавский. Сейчас передо мною лежат посмертные сборники их стихов, недавно вышедшие: «Снежный час» Поплавского и «Стихи и поэмы» Гронского. Литературные судьбы этих поэтов неодинаковы. Поплавский родился в 1903 году, а Гронский в 1909-м. В столь юном возрасте шестилетняя разница довольно значительна. Поплавский начал печататься в 1927 году, а в 1931-м вышел первый сборник его стихов — «Флаги». Гронский при жизни почти не печатался — только три его стихотворения были изданы отдельным листком в Ковно. Он умер, подготовляя к печати первую свою книгу, и, таким образом, его дебютный сборник оказался посмертным. Поплавский был лично и поэтически хорошо известен литературным кругам. О нем знали даже некоторые представители нашей читающей (или, лучше сказать, — нечитающей) публики. Гронский знаком был только ближайшим своим друзьям. Пишущий эти строки должен признаться, что не слышал о нем до самого дня его смерти. Таким образом, если бы дело шло о двух авторах, благополучно здравствующих, книги Гронского и Поплавского оказались бы несопоставляемы, критику пришлось бы их отнести к разным рубрикам. Вторую книгу Поплавского следовало бы сравнить с первой, а о Тройском писать как о новом знакомце и дебютанте. Смерть, однако, смешала все эти литературные карты. К несчастию, мы имеем уже полные (или, может быть, почти полные) собрания поэтических сочинений как Гронского, так и Поплавского. Нам даны два поэтических образа, сопоставление которых становится законно, поскольку к ним уже ничто не прибавится. Нужно заметить, однако, что эти образы остались незаконченными. Поэтому, хотя уже не осуществятся обещания, заложенные в несомненном и выдающемся даровании Гронского, и хотя оказался оборван внутренний путь, наметившийся в поэзии не менее одаренного Поплавского, — хотелось бы мне коснуться возможностей того развития, которому не суждено стать реальностью, но которое, на мой взгляд, успело уже довольно отчетливо обозначиться в творчествах Гронского и Поплавского. Хотелось бы мне представить себе, как в дальнейшем сложились бы их поэтические судьбы, если бы им не суждено было пасть «в начале поприща». Без особенного труда можно назвать главные учителей, оказавших прямое влияние на каждого из названных поэтов. Для Поплавского такими учителями были, как в свое время уже отмечалось критикой, Блок и А. Рембо. В поэзии Гронского справедливо отмечали влияние, с одной стороны, — Державина, изучением которого он специально занимался в университете, с другой стороны — Марины Цветаевой. Последнее, впрочем, мне кажется более глубоким и органическим. К этим двум именам, однако, я считаю необходимым прибавить третье: во многих стихах, и особенно в поэме «Белладонна», в лучшем и «центральном» произведении Гронского, словесный материал, отчасти архаизированный и носящий следы державинской лексики, подвергнут глубокой ритмической обработке в духе Андрея Белого, именно — в духе «Первого свидания». К тому же «Первому свиданию» восходят многие интонационные ходы поэмы, тесно связанные с характерно беловской инструментовкой. Исполнен черною тревогой, Ломает воздух шестисвист В стране, где искушает Бога Любовник смерти альпинист… И далее: С тех пор, как под хрустальной твердью Бог караванов слышит ход, Здесь двое гибнут горной смертью Из года в год, из года в год. Вниз! — обрывая рододендрон… Вниз! — с камнем, обманувшим вес… — можно ли в этих стихах не услышать отзвук беловской поэмы? Чем моложе поэт, тем труднее ему освободиться от влияния учителей: тут действуют и литературная неопытность, и, в особенности, то обстоятельство, что в поэте еще не сложилась его собственная индивидуальность, литературная и человеческая, которая лишь с течением времени вытесняет влияние и предъявляет собственные права. Естественно поэтому, что Поплавского мы видим поэтом более сложившимся и своеобразным, нежели Тройский, младший по возрасту и по литературной работе. Но таков Поплавский именно в посмертном сборнике, а не во «Флагах», возрастно соответствующих посмертному сборнику Гронского. Говоря так, я вовсе не отрицаю, что «Флаги» были ярче и резче окрашены: дело все только в том, что яркая окраска «Флагов» носила больше признаков заимствования, нежели «Снежный час», в сравнительной и нарочитой тусклости, притушенности которого отчетливо обозначился уже собственный поэтический облик Поплавского. Однако, как это ни странно с первого взгляда, именно тут, в этом пункте, и обозначилась, как мне думается, большая литературная опасность, грозившая Поплавскому. Мне кажется, что в последние годы в нем нарушилась та гармония, которая должна сохраняться между работой поэта над своей человеческой личностью, с одной стороны, и личностью литературной — с другой. Увлекаясь жизненными и отчасти философическими проблемами, он остывал к проблемам литературным. Больше того — «Снежный час» как будто свидетельствует о том, что вопрос «как писать?» начинал ему казаться несравненно менее значительным, нежели вопрос «как жить?». Может быть, поэтическая проблематика ему представлялась даже суетной и поверхностной по сравнению с проблематикой, скажем, нравственного порядка. Иными словами, работа над собою как человеком совершалась в нем не параллельно работе поэтической, как бы следовало, — а за счет этой второй работы и в ущерб ей. Отсюда — произвольная, сознательная простота его поздних стихов по сравнению с прежними, большая в поздних стихах задушевность голоса, но в то же время и непроизвольная, несознательная их небрежность. Его последние стихи, если угодно, волнуют и задевают читателя острее прежних, но это не потому, что он достиг в них большей выразительности и силы, а потому, что сквозь них очень легко прощупывается болезненная, мучительная эмоциональная ткань. Пожалуй, можно сказать, что отход от «литературности» был со стороны Поплавского тонким и сложным литературным приемом, но это будет игра словами, не соответствующая истинному положению вещей. Я лично мало знал Поплавского, но поскольку знал и поскольку слышал о нем — я глубоко уверен, что в последнее время самое ремесло поэта его менее привлекало, чем прежде. Рано или поздно это должно было сказаться на его поэзии очень сильно и глубоко, еще сильнее и глубже, чем сказалось уже в «Снежном часе». Быть может, он перестал бы писать стихи, перейдя на прозу всецело. Но ведь и как прозаика его подстерегали те же «проклятые вопросы», которые разъедали поэта. В конце концов, ему угрожала опасность из субъекта литературной деятельности, поэта, превратиться в ее объект — в интересную и сложную личность, которая себя выражает в жизни, а литературного своего выражения ждет от кого-то другого. Вся совокупность произведений лирического поэта может быть рассматриваема как единая поэма. Поплавскому грозила опасность превратиться из ее автора — в героя. Может быть, он даже сознательно шел навстречу этой опасности: путь — по человечеству достойный, даже трогательный, но литературно гибельный. Мне вообще кажется, что у Поплавского был ослаблен инстинкт поэтического самосохранения — не решающая, но очень важная часть литературного дарования. Иным, совершенно противоположным, представляется облик Гронского. Поплавскому жизнь открывалась как слезная мещанская драма, герои которой вызывают жалостливое сочувствие своему медленному, повседневному, безвыходному мучению. Тройский созерцал в жизни высокую и героическую трагедию. Поплавский в житейской драме не видел смысла. Его поиски веры, видимо, были искренни, но бесплодны. Отсюда — женственный, неврастенический стыд Поплавского перед персонажами драмы, его желание не выделяться из их среды, смешаться с ними и разделить их участь. Тройский знал или предчувствовал, что трагедия имеет религиозное оправдание и очищение. Отсюда — его мужественное приятие мира таким, каков он есть, и подлинно трагическое, подлинно поэтическое дерзание «с высоты взирать на жизнь». Отсюда же, в свою очередь, — влечение Поплавского от поэзии к жизни, от того, что в последней глубине души казалось ему только вымыслом, суетной выдумкой, — к тому, что казалось ему печальною, но единственной реальностью. И отсюда же то, что еще не успело до конца сказаться в поэзии Гронского, но что в ней уже чувствуется, — твердое, неколебимое желание навсегда остаться в поэзии, в творчестве, которое для поэта всегда есть реальнейшая из реальностей. В прямой связи со всем этим находится у Поплавского — его богемство, его растрачивание таланта, непланомерность его труда, его внутреннее дилетантство, его безразличие к русскому языку, которого он толком не знал, а у Гронского — его сознательная учеба, как выразились бы в советской России, его систематическая историко-литературная работа, наконец — его уже почти мастерское владение русским языком, замечательное и трогательное в юноше, который покинул Россию одиннадцати лет от роду. Вот, в кратких чертах, те причины, по которым, равно сожалея о гибели обоих поэтов, не могу не признаться, что, если бы им суждено было литературное будущее, — у Гронского, на мой взгляд, оно сложилось бы здоровей и счастливей, чем у Поплавского. '''Два поэта'''. — ''В.'' 1936. 30 апреля. Тройский Николай Павлович (1909—1934), сын известного историка и юриста профессора П. П. Гронского, учился сначала на юридическом, затем — уже с дипломом бакалавра — на филологическом факультете Парижского университета, который окончил в 1932 г. со степенью лиценциата по специальности «русский язык и литература»; в январе 1933 г. поступил «для пополнения своих знаний по истории» в Брюссельский университет, на факультет философии и литературы, где в 1933—1934 гг. готовил «тезу о Державине» (см.: Гронский Н. П. Стихи и поэмы. Париж, 1936. С. 5—7). «В последнее лето своей жизни Н. П. Гронский впервые увидел три своих стихотворения в печати. Они были изданы отдельным листком в Ковно по инициативе А. М. Томской. <…> Можно сказать, что Библия, горы, родина, подвиг жизни, героизм и связанная с ним смерть были главными источниками его поэтического вдохновения» (Там же. С. 6—7). См. о нем: Ковалевский П. Памяти Н. П. Гронского // ''ПН.'' 1934. 24 ноября; Р. С[ловцов]. Н. П. Гронский // ''ПН.'' 1934. 23 ноября; Б ем А. Письма о литературе: О Н. П. Гронском и его поэме «Белладонна» // Меч. 1935. 10 февраля. С. 373. ''Поплавский начал печататься в 1927 году…'' — С 1927 г. стихи Поплавского появляются в парижских периодических изданиях; в действительности впервые его стихи были напечатаны еще в 1919 г. в Симферополе (см.: Чертков Л. Дебют Бориса Поплавского // Континент. 1986. № 47. С. 375—377). С. 374. ''Для Поплавского такими учителями были… Блок и А. Рембо.'' — См., напр., у Г. Газданова: «Я не знаю другого поэта, которого литературное происхождение было бы так легко определить. Поплавский неотделим от Эдгара По, Рэмбо, Бодлэра, есть несколько нот в его стихах, которые отдаленно напоминают Блока» (О Поплавском // ''СЗ.'' 1935. № 59. С. 463); у Ю. Терапиано: «В 1927 году появились впервые в печати стихи Поплавского. <…> Все были согласны, что появился новый, очень крупный, талант, крупный не только в местном, эмигрантском, но и общероссийском масштабе. — „Так начинал Блок“, — говорили некоторые» (Памяти Бориса Поплавского // Новь. 1935. № 8. С. 148). ''В поэзии Громкого… отмечали влияние… Державина… Марины Цветаевой.'' — Цветаева, которую в конце 20-х годов связывали с Тройским близкие отношения, писала о нем 27 декабря 1934 г. А. Тесковой: «Это мой настоящий духовный выкормыш, которым я — горжусь» (Цветаева Марина. Письма к А. Тесковой. Прага, 1969. С. 119). В статье «Посмертный подарок» Цветаева писала о родственности поэзии Гронского Державину: «…он не пишет, как Державин, он дышит, как Державин, тем же воздухом и на ту же глубину вздоха. <…> Поверх — перечисляю по мере не только временной близости — Пастернака, Мандельштама, Блока и даже Лермонтова — поверх всего стоящего между Державиным и собственным девятнадцатилетием потянуться именно к Державину есть уже родство духовное: не случайность, но выбор, не неволя, а свобода, не немощь, а — мощь» (Воздушные пути. Нью-Йорк, 1965. Т. V. С. 205—206). См. также статью Цветаевой о Тройском «Поэт-альпинист» (Цветаева Марина. Соч.: В 2 т. М., 1988. Т. 2. С. 408—434) и письма к Тройскому (Там же. С. 517—518). ''«Исполнен черною тревогой…»'' — Гронский Н. П. Стихи и поэмы. Париж, 1936. С. 73. С. 376. ''…самое ремесло поэта его менее привлекало, чем прежде.'' — Ср. признание самого Поплавского: «Сочинительство мое есть постоянная борьба со страхом. <…> Малейшие литературные столкновения повергают меня в глубокое уныние. Занятие литературой становится все мучительнее, и втайне от себя я все время ищу исхода из нее — в религиозной философии или в истории религий» (Ответ на анкету «Чисел» «Что вы думаете о своем творчестве?» // Числа. 1931. № 5. С. 287). ''…«с высоты взирать на жизнь".'' — Неточная цитата из ст-ния Пушкина «Он между нами жил…» (1834). [[Категория:Статьи]] [[Категория:Критика]] [[Категория:Владислав Фелицианович Ходасевич]] [[Категория:Литература 1936 года]] [[Категория:Импорт/lib.ru]] [[Категория:Импорт/az.lib.ru/Владислав Фелицианович Ходасевич]] jrcozmn878vlvnwoitjl5r06k9tqdgd 14 1103153 5729169 4614425 2026-07-12T11:21:27Z Butko 139 added [[Category:Азербайджанский язык]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729169 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|азер]] [[Категория:Азербайджанская литература]] [[Категория:Азербайджанский язык]] pu8rf4atrbk2hcal3lvo8gruc3fvvxm 14 1103157 5729163 4614402 2026-07-12T11:07:21Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Словакия]] в [[Category:Словацкий язык]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729163 wikitext text/x-wiki [[Категория:Переводы по языкам|славац]] [[Категория:Словацкий язык]] fkocaas4v9xkd3sq9hpi8k6kiga4u6l 4 1124158 5729129 5727498 2026-07-11T22:50:53Z Alexis Jazz 93739 Updating gadget usage statistics from [[Special:GadgetUsage]] ([[phab:T121049]]) 5729129 wikitext text/x-wiki {{#ifexist:Project:GUS2Wiki/top|{{/top}}|This page provides a historical record of [[Special:GadgetUsage]] through its page history. To get the data in CSV format, see wikitext. To customize this message or add categories, create [[/top]].}} {|style="width:100%; color:#606000; background-color: #FFFFE0; border:1px solid #EEEE80; padding:2px; margin-bottom:1em" cellpadding=0 |- |<imagemap>Image:Clock and warning.svg|20px rect 100 100 100 100 [[##]] desc none</imagemap> | Следующие данные '''взяты из кеша''', последний раз он обновлялся в '''2026-07-10T18:57:34Z'''. |} {| class="sortable wikitable" ! Гаджет !! data-sort-type="number" | Количество участников !! data-sort-type="number" | Активные участники |- |BKL || 36 || 5 |- |BlockOptions || 21 || 0 |- |Cat-a-lot || 9 || 4 |- |CleanDeleteReasons || 19 || 2 |- |Contribsrange || 52 || 1 |- |Deyatificator || 172 || 13 |- |DotsSyntaxHighlighter || 53 || 3 |- |FlaggedRevs || 115 || 6 |- |HideCentralNotice || 14 || 4 |- |HighlightRedirects || 37 || 6 |- |HotCat || 177 || 12 |- |OCR-toolbar || 49 || 10 |- |OftenUsedToolbar || 27 || 6 |- |OldOrthographyLinksMarker || data-sort-value="Infinity" | По умолчанию || data-sort-value="Infinity" | По умолчанию |- |UTCLiveClock || 120 || 3 |- |Yoficator || 4 || 1 |- |autodel || 23 || 1 |- |convenientDiscussions || 19 || 3 |- |exlinks || 99 || 5 |- |externalLinksEdit || 43 || 4 |- |histcomb || 147 || 7 |- |keybLayout || 4 || 4 |- |markadmins || 206 || 10 |- |markblocked || 156 || 10 |- |popups || 22 || 2 |- |preview || 124 || 4 |- |purge || 67 || 4 |- |roundCorners || 110 || 3 |- |summary || 94 || 5 |- |urldecoder || 129 || 5 |- |watchlist || 41 || 1 |- |wikEdDiff || 24 || 5 |} * [[Служебная:Использование гаджетов]] * [[m:Meta:GUS2Wiki/Script|GUS2Wiki]] <!-- data in CSV format: BKL,36,5 BlockOptions,21,0 Cat-a-lot,9,4 CleanDeleteReasons,19,2 Contribsrange,52,1 Deyatificator,172,13 DotsSyntaxHighlighter,53,3 FlaggedRevs,115,6 HideCentralNotice,14,4 HighlightRedirects,37,6 HotCat,177,12 OCR-toolbar,49,10 OftenUsedToolbar,27,6 OldOrthographyLinksMarker,default,default UTCLiveClock,120,3 Yoficator,4,1 autodel,23,1 convenientDiscussions,19,3 exlinks,99,5 externalLinksEdit,43,4 histcomb,147,7 keybLayout,4,4 markadmins,206,10 markblocked,156,10 popups,22,2 preview,124,4 purge,67,4 roundCorners,110,3 summary,94,5 urldecoder,129,5 watchlist,41,1 wikEdDiff,24,5 --> trzz0nwjgva2cuhnmlk451wsjgo8qjl 4 1137116 5729026 5728781 2026-07-11T14:02:13Z Wlbw68 37914 5729026 wikitext text/x-wiki '''Авторы статей 1-ого издания Большой Советской Энциклопедии. Таблица К.''' {| class="wide sortable" text-align| center" ! Автор !! Упомянут как !! Статьи !! Авторские права, примечания |- | || С. Кабакадзе. ||* [[БСЭ1/Грузинская Советская Социалистическая Республика (ССРГ)|Грузинская Советская Социалистическая Республика (ССРГ)]] ''(и И. С. Щукин, 3. Чахвадзе, Н. Н. Баранский, Э. М. Давидов, В. М. Четыркин, Д. В. Канделаки, И. Джавахишвили, Ф. Махарадзе, С. Хундадзе, М. Мгалоблишвили, М. Тарошелидзе, С. Годабрелидзе.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Кабанов. ||* [[БСЭ1/Электрокапиллярные явления|Электрокапиллярные явления]];<br />* [[БСЭ1/Электрометрический анализ|Электрометрический анализ]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Мартин Израилевич Кабачник|Мартин Израилевич Кабачник]] || М. Кабачник. ||* [[БСЭ1/Ненасыщенные соединения|Ненасыщенные соединения]];<br />* [[БСЭ1/Редкие земли|Редкие земли]];<br />* [[БСЭ1/Стереохимия|Стереохимия]];<br />* [[БСЭ1/Типов теория|Типов теория]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1997|ВОВ=Работник}} |- | '''[[Иван Алексеевич Каблуков]]''' || Каблуков, И. А., проф. (химия). ||* [[БСЭ1/Аррениус, Сванте Август|Аррениус, Сванте Август]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1942|ВОВ=Работник}} |- | || Р. Кабо. ||* [[БСЭ1/Омская область|Омская область]] ''(и С. Суслов.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[w:Каврайский, Владимир Владимирович|Владимир Владимирович Каврайский]] || В. Каврайский. ||* [[БСЭ1/Проекции картографические|Проекции картографические]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1954|ВОВ=Работник}} |- | || В. Кавровцев. ||* [[БСЭ1/Браунинг|Браунинг]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Вениамин Фёдорович Каган]] || Каган, В. Ф., проф (матем.) ''В. К.'', ''В. К-н.'' ||* [[БСЭ1/Абель, Нильс Генрих|Абель, Нильс Генрих]];<br />* [[БСЭ1/Абсолютная система мер|Абсолютная система мер]];<br />* [[БСЭ1/Абсолютный|Абсолютный]];<br />* [[БСЭ1/Адиабатические процессы|Адиабатические процессы]];<br />* [[БСЭ1/Аксиома|Аксиома]];<br />* [[БСЭ1/Аксонометрическая проекция|Аксонометрическая проекция]];<br />* [[БСЭ1/Алгебраическая кривая|Алгебраическая кривая]];<br />* [[БСЭ1/Алгебраическая функция|Алгебраическая функция]];<br />* [[БСЭ1/Алгорифм|Алгорифм]];<br />* [[БСЭ1/Анализ|Анализ]];<br />* [[БСЭ1/Аналитическая геометрия|Аналитическая геометрия]];<br />* [[БСЭ1/Ангармоническое отношение|Ангармоническое отношение]];<br />* [[БСЭ1/Архимедова аксиома|Архимедова аксиома]];<br />* [[БСЭ1/Асимптотическое приближение|Асимптотическое приближение]];<br />* [[БСЭ1/Безу, Этьен|Безу, Этьен]];<br />* [[БСЭ1/Бельтрами, Евгений|Бельтрами, Евгений]];<br />* [[БСЭ1/Бесконечно-большие и бесконечно-малые|Бесконечно-большие и бесконечно-малые]];<br />* [[БСЭ1/Бесселевы функции|Бесселевы функции]];<br />* [[БСЭ1/Бернуллиева теорема|Бернуллиева теорема]];<br />* [[БСЭ1/Бесконечный ряд|Бесконечный ряд]];<br />* [[БСЭ1/Бирациональные преобразования|Бирациональные преобразования]];<br />* [[БСЭ1/Больцано, Бернгард|Больцано, Бернгард]];<br />* [[БСЭ1/Больяй, Вольфганг и Иоганн|Больяй, Вольфганг и Иоганн]];<br />* [[БСЭ1/Бугаев, Николай Васильевич|Бугаев, Николай Васильевич]];<br />* [[БСЭ1/Вариационные методы, в механике и физике|Вариационные методы, в механике и физике]] ''(и А. Я. Хинчин.)'';<br />* [[БСЭ1/Вебер, Генрих|Вебер, Генрих]];<br />* [[БСЭ1/Вейерштрасс, Карл|Вейерштрасс, Карл]];<br />* [[БСЭ1/Вектор|Вектор]];<br /> * [[БСЭ1/Векторное исчисление|Векторное исчисление]];<br />* [[БСЭ1/Величина|Величина]];<br />* [[БСЭ1/Виет, Франсуа|Виет, Франсуа]];<br />* [[БСЭ1/Время|Время]];<br />* [[БСЭ1/Гамильтон, Уильям Роуан|Гамильтон, Уильям Роуан]];<br />* [[БСЭ1/Гаусс, Карл Фридрих|Гаусс, Карл Фридрих]];<br />* [[БСЭ1/Геодезическая линия|Геодезическая линия]];<br />* [[БСЭ1/Геометрия|Геометрия]];<br />* [[БСЭ1/Гильберт, Давид|Гильберт, Давид]];<br />* [[БСЭ1/Грасман, Герман|Грасман, Герман]];<br />* [[БСЭ1/Движение, в механике|Движение, в механике]];<br />* [[БСЭ1/Двойственность|Двойственность]];<br />* [[БСЭ1/Дедекинд, Рихард|Дедекинд, Рихард]];<br />* [[БСЭ1/Дедекиндово сечение|Дедекиндово сечение]];<br />* [[БСЭ1/Декартовы координаты|Декартовы координаты]];<br />* [[БСЭ1/Делийская задача|Делийская задача]];<br />* [[БСЭ1/Дифференциальные инварианты|Дифференциальные инварианты]];<br />* [[БСЭ1/Дифференцирование абсолютное|Дифференцирование абсолютное]];<br />* [[БСЭ1/Железоделательная промышленность|Железоделательная промышленность]] ''(и М. А. Павлов.)'';<br />* [[БСЭ1/Лобачевский, Николай Иванович|Лобачевский, Николай Иванович]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1953|ВОВ=Работник}} |- | || Д. Каган; Д. И. Каган. ||* [[БСЭ1/Глазурь|Глазурь]] ''(и А. Филиппов.)'';<br /> * [[БСЭ1/Гончарное производство|Гончарное производство]] ''(и П. С. Философов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Каган. ||* [[БСЭ1/Чехов, Антон Павлович|Чехов, Антон Павлович]] ''(и В. Гебель, М. Гольберг, Л. Цукерман.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || П. Каган. ||* [[БСЭ1/Виленский университет|Виленский университет]];<br />* [[БСЭ1/Дополнительные школы|Дополнительные школы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || С. Каган. ||* [[БСЭ1/Украинская Советская Социалистическая Республика|Украинская Советская Социалистическая Республика]] ''(и Е. Лукашова, Е. Лавренко, И. Хибарин, А. Кауфман и Э. Давыдов, А. Куман, Д. Гинзбург и А. Лимонник, А. Богомолец, С. Бухало, В. Пичета, А. Савич.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Ф. Каган. ||* [[БСЭ1/Барицентрическое исчисление|Барицентрическое исчисление]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Каганов. ||* [[БСЭ1/Питание|Питание]] ''(и Б. Виленкин, Ф. Будагян, О. Молчанова, М. Певзнер, С. Холин.)'';<br /> * [[БСЭ1/Эволюционная теория|Эволюционная теория]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Каганов. ||* [[БСЭ1/Универсальные магазины|Универсальные магазины]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Кагаров. ||* [[БСЭ1/Романские народы|Романские народы]];<br />* [[БСЭ1/Румыны|Румыны]];<br />* [[БСЭ1/Сербы|Сербы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Кадек. ||* [[БСЭ1/СССР. Латвийская Советская Социалистическая Республика|СССР. Латвийская Советская Социалистическая Республика]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Б. Кадищев. ||* [[БСЭ1/Военная печать|Военная печать]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. И. Кадыков. ||* [[БСЭ1/Грыжа|Грыжа]] ''(и В. Э. Салищев, Б. М. Миловидов.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Казаков. ||* [[БСЭ1/Радиовещание|Радиовещание]];<br />* [[БСЭ1/Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)|Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)]] ''(IV. Народное образование — и Е. Медынский, В. Струминский, А. Фомичев. Я. Красногорская, А. Шейнберг, М. Малышев, В. Куличенко, В. Попов.)'';<br /> * [[БСЭ1/СССР. Радиовещание|СССР. Радиовещание]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Казаков. ||* [[БСЭ1/Силурийский период (система)|Силурийский период (система)]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Казанин. ||* [[БСЭ1/Китай|Китай]] ''(и Г. Грум-Гржимайло, В. Г. и М. Т., В. Г., В. Рогов, Штейн, П. Гриневич, В. Кучумов, Б. Перлин, И. Яранцев, Л. Геллер, М. Абрамсон, С. Слепак, Д. Горфин. -- Статья написана сотрудниками Китайского кабинета Института мирового хозяйства и мировой политики АН СССР, под редакцией П. Мифа.)'';<br />* [[БСЭ1/Чжэцзян|Чжэцзян]] ''(и Г.)'';<br />* [[БСЭ1/Шанхай|Шанхай]] ''(и Т. Владимирова.)'';<br />* [[БСЭ1/Шаньдун, провинция|Шаньдун, провинция]] ''(и М. Абрамсон.)'';<br />* [[БСЭ1/Шаньси|Шаньси]] ''(и Н. Гриневич.)'';<br />* [[БСЭ1/Шэньси|Шэньси]] ''(и Н. Гриневич.)'';<br />* [[БСЭ1/Юньнань|Юньнань]] ''(и Г. Кара-Мурза.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Исаак Абрамович Казарновский]] || Казарновский, И. А. (химия). ''И. К-ий.'' ||* [[БСЭ1/Авогадро, Амедео|Авогадро, Амедео]];<br />* [[БСЭ1/Алюминий|Алюминий]] (''и [[Александр Наумович Фрумкин|А. Ф.]]'');<br />* [[БСЭ1/Алюминотермия|Алюминотермия]];<br />* [[БСЭ1/Аммиак|Аммиак]];<br />* [[БСЭ1/Амоний|Аммоний]];<br />* [[БСЭ1/Амфотерный|Амфотерный]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1981|ВОВ=Работник}} |- | || А. Казинский. ||* [[БСЭ1/Заливные луга|Заливные луга]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Кактынь. ||* [[БСЭ1/Хлопок|Хлопок]] ''(и П. Баранов, А. Мальцев, Я. Нагибин, А. Ананьев.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Е. Какурин. ||* [[БСЭ1/Гражданская война в России|Гражданская война в России]] ''(и И. И. Минц.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Калабухов. ||* [[БСЭ1/Суслики|Суслики]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Калашников. ||* [[БСЭ1/Школьное оборудование|Школьное оборудование]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Калашникова. ||* [[БСЭ1/Бейдеман, Михаил Степанович|Бейдеман, Михаил Степанович]];<br />* [[БСЭ1/Брешко-Брешковская, Екатерина Константиновна|Брешко-Брешковская, Екатерина Константиновна]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Калинин. ||* [[БСЭ1/Дели, столица Британской Индии|Дели, столица Британской Индии]] ''(и А. Мухарджи.)'';<br />* [[БСЭ1/Денвер|Денвер]];<br />* [[БСЭ1/Детройт|Детройт]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Калинин. ||* [[БСЭ1/Резиновая промышленность|Резиновая промышленность]] ''(и Е. Белый.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Герман Георгиевич Калиш]] || Г. Калиш ''Г. К.''? ||* [[БСЭ1/Бензин|Бензин]] ''(и [[Алексей Евгеньевич Чичибабин|А. Е. Чичибабин]], С. Д. Богдановский, А. С. Летавет.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1965|ВОВ=Работник}} |- | [[Лабори Гилелевич Калмансон|Г. Лелевич]] || Л. Калмансон.? ||* [[БСЭ1/Агитационная литература|Агитационная литература]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Борис Алексеевич Кальпус]] || Кальпус, Б. ||* [[БСЭ1/Атлетика|Атлетика]];<br />* [[БСЭ1/Баскетбол|Баскетбол]];<br />* [[БСЭ1/Борьба|Борьба]];<br />* [[БСЭ1/Ватерполо|Ватерполо]];<br />* [[БСЭ1/Велодром|Велодром]];<br />* [[БСЭ1/Вело-спорт|Вело-спорт]];<br />* [[БСЭ1/Висы|Висы]];<br />* [[БСЭ1/Вольные движения|Вольные движения]];<br />* [[БСЭ1/Высший совет физической культуры|Высший совет физической культуры]];<br />* [[БСЭ1/Гимнастика|Гимнастика]] ''(и Н. Н. Бурденко, Н. А. Бункин.)'';<br />* [[БСЭ1/Гребля|Гребля]];<br />* [[БСЭ1/Зал гимнастический|Зал гимнастический]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1938|ГОДРЕАБИЛИТАЦИИ=1956}} |- | [[Николай Александрович Камарицкий]] || Камарицкий, Н. А. (ботаника), Москва. || || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1962}} |- | [[Лев Борисович Каменев]] || Каменев, Л. Б. (политика). ||* [[БСЭ1/Герцен, Александр Иванович|Герцен, Александр Иванович]] ''(и В. К. Иков.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1988}} |- | || С. Каменев. ||* [[БСЭ1/Единая школа|Единая школа]];<br />* [[БСЭ1/Учитель|Учитель]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || О. Каменева. ||* [[БСЭ1/ВОКС|ВОКС]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Владимир Александрович Каменецкий]]|| Каменецкий, В. А. (экономикогеограф). ||* [[БСЭ1/Атлас географический|Атлас географический]];<br />* [[БСЭ1/Валдайская возвышенность|Валдайская возвышенность]];<br />* [[БСЭ1/Варениус, Бернгард|Варениус, Бернгард]];<br />* [[БСЭ1/Верн, Жюль|Верн, Жюль]];<br />* [[БСЭ1/Великие озера|Великие озера]] ''(и Н. И. Проферансов)'';<br />* [[БСЭ1/Вест-Индия|Вест-Индия]];<br />* [[БСЭ1/Владивосток|Владивосток]] ''(и В. Огородников, Б. Добошинский, Г. Шпилев.)'';<br />* [[БСЭ1/Волга, река|Волга, река]] ''(и В. П. Семенов-Тян-Шанский, А. П. Бенинг, А. А. Рыбников, Г. Г. Ситников, В. И. Мейснер, Э. М. Давидов, Б. И. Дунаев, Н. Г. Машковцев.)'';<br />* [[БСЭ1/Гавайи, острова|Гавайи, острова]];<br />* [[БСЭ1/География|География]] ''(и Л. С. Берг, Г. Г. Шенберг, А. (в тексте: Л. [Л. Д.]) Синицкий. М. С. Боднарский.)'';<br />* [[БСЭ1/Глобус|Глобус]];<br />* [[БСЭ1/Градусная сеть|Градусная сеть]];<br />* [[БСЭ1/Дазиметрические карты|Дазиметрические карты]];<br />* [[БСЭ1/Дальневосточный край|Дальневосточный край]] ''(и Н. Н. Колосовский, Н. Ильюхов и Ред.)'';<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1947|ВОВ=Работник}} |- | || И. Каменир. ||* [[БСЭ1/СССР. Карело-Финская Советская Социалистическая Республика|СССР. Карело-Финская Советская Социалистическая Республика]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Каменский. ||* [[БСЭ1/Выспянский, Станислав|Выспянский, Станислав]];<br />* [[БСЭ1/Подземные воды|Подземные воды]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Камерницкий. ||* [[БСЭ1/Химическая промышленность|Химическая промышленность]] ''(и Я. Иоффе, С. Вайсбейн, Я. Тышковский.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Каминский. ||* [[БСЭ1/Статистика санитарная|Статистика санитарная]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Каммари. ||* [[БСЭ1/Личность|Личность]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Камшилов. ||* [[БСЭ1/Изменчивость|Изменчивость]] ''(и С. Гершензон, А. Серебровский, П. Шкварников.)'';<br />* [[БСЭ1/Отбор искусственный|Отбор искусственный]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Кан, И. Л. (физиология), Москва. ||* [[БСЭ1/Возбуждение|Возбуждение]];<br />* [[БСЭ1/Движение, в биологии|Движение, в биологии]] ''(и В. С. Буткевич, К. Х. Кекчеев, А. Р. Лурия.)'';<br />* [[БСЭ1/Чувств органы|Чувств органы]] ''(и И. Шмальгаузен.)'';<br />* [[БСЭ1/Электрические органы|Электрические органы]] ''(и И. Шмальгаузен.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || С. Кан. ||* [[БСЭ1/Фавр, Жюль|Фавр, Жюль]];<br />*[[БСЭ1/Флокон, Фердинанд|Флокон, Фердинанд]];<br />* [[БСЭ1/Флуранс, Гюстав|Флуранс, Гюстав]];<br />* [[БСЭ1/Франкель, Лео|Франкель, Лео]];<br />* [[БСЭ1/Французский банк|Французский банк]] ''(и Л. Позина, Шемякин.)'';<br />* [[БСЭ1/Эд, Эмиль|Эд, Эмиль]];<br />* [[БСЭ1/Эмиграция|Эмиграция]] ''(и В. М., М. Батуев, Д. Шморгонер, В. Семенов, С. Сказкин, О. Вайнштейн, Б. Окунев, Э. Пелузо, Ч. Ясинский, Б. Горев, М. Алёхин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Д. Канасков. ||* [[БСЭ1/Насосы вакуумные|Насосы вакуумные]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. И. Кандалов. ||* [[БСЭ1/Волховстрой|Волховстрой]] ''(и С. А. Кукель-Краевский.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Д. В. Канделаки. ||* [[БСЭ1/Грузинская Советская Социалистическая Республика (ССРГ)|Грузинская Советская Социалистическая Республика (ССРГ)]] ''(и И. С. Щукин, 3. Чахвадзе, Н. Н. Баранский, Э. М. Давидов, В. М. Четыркин, И. Джавахишвили, Ф. Махарадзе, С. Кабакадзе, С. Хундадзе, М. Мгалоблишвили, М. Тарошелидзе, С. Годабрелидзе.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Канищев; М. Н. Канищев. ||* [[БСЭ1/Аэростат|Аэростат]];<br />*[[БСЭ1/Воздухоплавание|Воздухоплавание]];<br />* [[БСЭ1/Воздухоплавательные школы|Воздухоплавательные школы]];<br />* [[БСЭ1/Дирижабль|Дирижабль]];<br />* [[БСЭ1/Цеппелин, дирижабль|Цеппелин, дирижабль]];<br />* [[БСЭ1/Цеппелин, Фердинанд|Цеппелин, Фердинанд]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Юрий Владимирович Каннабих]]''' || Каннабих, Ю. В., проф. (психиатрия). ||* [[БСЭ1/Амнезия|Амнезия]];<br />* [[БСЭ1/Белая горячка|Белая горячка]];<br />* [[БСЭ1/Бессознательное состояние|Бессознательное состояние]];<br />* [[БСЭ1/Бессонница|Бессонница]];<br />* [[БСЭ1/Блейлер, Евгений|Блейлер, Евгений]];<br />* [[БСЭ1/Боль|Боль]];<br />* [[БСЭ1/Бред|Бред]];<br />* [[БСЭ1/Внушение|Внушение]];<br />* [[БСЭ1/Воля|Воля]] ''(и М. Я. Басов.)'';<br />* [[БСЭ1/Галлюцинации|Галлюцинации]];<br />* [[БСЭ1/Гипнотизм|Гипнотизм]] ''(и Ю. П. Фролов.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1939}} |- | || В. Кантор. ||* [[БСЭ1/Воздух жидкий|Воздух жидкий]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Кантор. ||* [[БСЭ1/Рабочая сила|Рабочая сила]];<br />* [[БСЭ1/Рабочий день|Рабочий день]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Кантор, М. Х. (кооперация), Москва. ||* [[БСЭ1/Военная кооперация|Военная кооперация]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Я. Кантор. ||* [[БСЭ1/Евреи|Евреи]] ''(и С. Диманштейн, Я. Рогинский, Н. Никольский, А. Тюменев, И. П. и С. Л., Д. Л., Д. Ш., Т. Гейликман, З. Миндлин, С. Палатник.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Канчер, Е. ||* [[БСЭ1/Васильчиков, Александр Илларионович|Васильчиков, Александр Илларионович]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Фёдор Давидович Капелюш]]|| Ф. Капелюш. ||* [[БСЭ1/Христианство|Христианство]] (и А. Лукачевский, Евг. Беляев, М. Галактионов, Е. Муравьев, В. Никольский, В. Преображенский, А. Ранович, Н. Румянцев, С. Урсынович.)|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1945}} |- | || М. Капелюшников. ||* [[БСЭ1/Нефть|Нефть]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || П. Капица. ||* [[БСЭ1/Резерфорд, Эрнест|Резерфорд, Эрнест]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Каплан. ||* [[БСЭ1/Первая помощь|Первая помощь]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Сергей Ильич Каплун]] || Каплун, С. И. (гигиена труда), Москва. ||* [[БСЭ1/Больничные кассы|Больничные кассы]];<br />* [[БСЭ1/Вентиляция|Вентиляция]] ''(и Н. К. Игнатов, В. И. Кашкаров, И. А. Добросмыслов.)'';<br />* [[БСЭ1/Вредности профессиональные|Вредности профессиональные]];<br />* [[БСЭ1/Вредные производства|Вредные производства]];<br />* [[БСЭ1/Гигиена|Гигиена]] ''(и А. Б. Шевелев, Н. К. Игнатов, Н. А. Зеленев, А. В. Мольков.)'';<br />* [[БСЭ1/Детский труд|Детский труд]];<br />* [[БСЭ1/Женский труд|Женский труд]] ''(и М. Булле, С. А.)'';<br />* [[БСЭ1/Фабричная инспекция|Фабричная инспекция]];<br />* [[БСЭ1/Яды профессиональные|Яды профессиональные]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1943|ВОВ=Работник}} |- | || А. Капустинский. ||* [[БСЭ1/Кристаллохимия|Кристаллохимия]];<br />* [[БСЭ1/Морфотропизм|Морфотропизм]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Николай Александрович Капцов|Николай Александрович Капцов]] || Н. Капцов. ||* [[БСЭ1/Ионизация|Ионизация]];<br />* [[БСЭ1/Катодные лучи|Катодные лучи]];<br />* [[БСЭ1/Работа выхода|Работа выхода]];<br />* [[БСЭ1/Разряды в газах|Разряды в газах]];<br />* [[БСЭ1/Ричардсона эффект|Ричардсона эффект]];<br />* [[БСЭ1/Термоионная эмиссия|Термоионная эмиссия]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1966|ВОВ=Работник}} |- | || А. Караваев. ||* [[БСЭ1/Коллективизация сельского хозяйства|Коллективизация сельского хозяйства]];<br />* [[БСЭ1/СССР. Полеводство|СССР. Полеводство]];<br />* [[БСЭ1/СССР. Социалистическая реконструкция сельского хозяйства|СССР. Социалистическая реконструкция сельского хозяйства]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Караваев. ||* [[БСЭ1/Ожижение угля|Ожижение угля]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Кара-Иванов. ||* [[БСЭ1/Болгария|Болгария]] ''(и М. Горов, В. И. Позин, О. Иоффе, А. Г. Готалов-Готлиб, И. Б. Орманов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Георгий Сергеевич Кара-Мурза]] || Г. Кара-Мурза ||* [[БСЭ1/Го-мо-жо|Го-мо-жо]];<br />* [[БСЭ1/Гуйчжоу|Гуйчжоу]];<br />* [[БСЭ1/Дацинская династия|Дацинская династия]];<br />* [[БСЭ1/Дунганское восстание|Дунганское восстание]];<br />* [[БСЭ1/Сунь Ят-сен|Сунь Ят-сен]];<br />* [[БСЭ1/Чендусизм|Чендусизм]];<br />* [[БСЭ1/Чен-Ду-сю|Чен-Ду-сю]];<br />* [[БСЭ1/Юань Ши-кай|Юань Ши-кай]];<br />* [[БСЭ1/Юньнань|Юньнань]] ''(и М. Казанин.)'';<br />* [[БСЭ1/Якуб-бек|Якуб-бек]];<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1945|ВОВ=Участник}} |- | || М. Карасев. ||* [[БСЭ1/Сахалин|Сахалин]] ''(и А. Половинкин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Карасева. ||* [[БСЭ1/«Работница», журнал|«Работница», журнал]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Александр Васильевич Карасс]] || Карасс, А. В. (право). ||* [[БСЭ1/Акционерные общества|Акционерные общества]] ''(и [[Семен Борисович Членов|С. Б. Членов]], Н. Г. Финкельштейн)'';<br />* [[БСЭ1/Вещь|Вещь]];<br />* [[БСЭ1/Вещное право|Вещное право]];<br />* [[БСЭ1/Горное право|Горное право]];<br />* [[БСЭ1/Государственные подряды и поставки|Государственные подряды и поставки]];<br />* [[БСЭ1/Добросовестное приобретение|Добросовестное приобретение]];<br />* [[БСЭ1/Железнодорожное транспортное право|Железнодорожное транспортное право]];<br />* [[БСЭ1/Женщина|Женщина]] (''и М. Нестурх, П. Дьяконов, Т. Тюрина, П. Преображенский, Е. Косминский'');<br />* [[БСЭ1/Жилище|Жилище]] ''(и С. Толстов, А. Башкиров, П. Лященко, А. Кочетов, Ц. Рысс, Н. Мещеряков, Д. Шейнис, Н. Марковников, Н. М., Д. Аркин, Д. Горфин, Д. Г.)'';<br />* [[БСЭ1/Жительство|Жительство]];<br />* [[БСЭ1/Заблуждение, в правовом смысле|Заблуждение, в правовом смысле]];<br />* [[БСЭ1/Залоговое право|Залоговое право]];<br />* [[БСЭ1/Фидеикомисс|Фидеикомисс]];<br />* [[БСЭ1/Центральное архивное управление СССР (ЦАУ)|Центральное архивное управление СССР (ЦАУ)]];<br />* [[БСЭ1/Шершеневич, Габриель Феликсович|Шершеневич, Габриель Феликсович]];<br />* [[БСЭ1/Экосо|Экосо]];<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1953|ВОВ=Работник}} |- | || Д. Карбышев; Д. М. Карбышев. ||* [[БСЭ1/Военно-инженерное дело|Военно-инженерное дело]];<br />* [[БСЭ1/Демаскировка|Демаскировка]];<br />* [[БСЭ1/Долговременные укрепления|Долговременные укрепления]];<br />* [[БСЭ1/Переправы войск через водные преграды|Переправы войск через водные преграды]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Каргер. ||* [[БСЭ1/Гиляки|Гиляки]] ''(и И. Соболев.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Николай Афанасьевич Карев]] || Карев, Н. А. (философ.). ||* [[БСЭ1/Абсолют|Абсолют]];<br />* [[БСЭ1/Адлер, Макс|Адлер, Макс]];<br />* [[БСЭ1/Аксельрод, Любовь Исааковна|Аксельрод, Любовь Исааковна]];<br />* [[БСЭ1/Антитезис|Антитезис]];<br />* [[БСЭ1/Богданов, А.|Богданов, А.]] ''(и Е. Б. Солнцев.)'';<br />* [[БСЭ1/Буль, Джон|Буль, Джон]];<br />* [[БСЭ1/Вера, Августо|Вера, Августо]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1936|ГОДРЕАБИЛИТАЦИИ=1961}} |- | || М. Карева. ||* [[БСЭ1/Советское социалистическое право|Советское социалистическое право]];<br />* [[БСЭ1/Социалистическая законность|Социалистическая законность]];<br />* [[БСЭ1/СССР. Советское социалистическое право|СССР. Советское социалистическое право]] ''(и А. Вышинский.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Д. Карелин. ||* [[БСЭ1/«Таймыр», судно|«Таймыр», судно]];<br />* [[БСЭ1/Трансполярные перелёты|Трансполярные перелёты]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Дмитрий Константинович Карельских]] || Карельских, Д. К., проф. (автомоб. дело). || * [[БСЭ1/Автосани|Автосани]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1953|ВОВ=Работник}} |- | [[Автор:Лев Наумович Карлик|Лев Наумович Карлик]] || Л. Карлик. ||* [[БСЭ1/Надпочечные железы|Надпочечные железы]];<br />* [[БСЭ1/Паращитовидные железы|Паращитовидные железы]];<br />* [[БСЭ1/Патологическая физиология|Патологическая физиология]];<br />* [[БСЭ1/Селезёнка|Селезёнка]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1975|ВОВ=Работник}} |- | || Я. Карлик. ? ||* [[БСЭ1/Целлюлярная патология|Целлюлярная патология]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Карлин. ||* [[БСЭ1/Галеви, Иегуда|Галеви, Иегуда]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Карлсен. ||* [[БСЭ1/Деревянные конструкции|Деревянные конструкции]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Карп. ||* [[БСЭ1/Пауперизм|Пауперизм]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Карпинский. ||* [[БСЭ1/Дерново-подзолистые почвы|Дерново-подзолистые почвы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Карпов. ?||* [[БСЭ1/Хондриозомы|Хондриозомы]] ''(и Л. Курсанов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Владимир Порфирьевич Карпов|Владимир Порфирьевич Карпов]] || В. Карпов; Вл. Карпов. ||* [[БСЭ1/Кёлликер, Рудольф Альберт|Кёлликер, Рудольф Альберт]];<br />* [[БСЭ1/Клетка|Клетка]] ''(и Л. Курсанов, А. Румянцев.)'';<br />* [[БСЭ1/Кожа|Кожа]];<br />* [[БСЭ1/Нейрон|Нейрон]];<br />* [[БСЭ1/Нервная ткань|Нервная ткань]];<br />* [[БСЭ1/Оболочка, в биологии|Оболочка, в биологии]];<br />* [[БСЭ1/Осязательные тельца|Осязательные тельца]];<br />* [[БСЭ1/Соединительная ткань|Соединительная ткань]];<br />* [[БСЭ1/Ткани, в биологии|Ткани, в биологии]] ''(и В. Раздорский.)'';<br />* [[БСЭ1/Фагоциты|Фагоциты]];<br />* [[БСЭ1/Хрящ, в биологии|Хрящ, в биологии]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1943|ВОВ=Работник}} |- | || Г. Карпов. ||* [[БСЭ1/Туркменская Советская Социалистическая Республика|Туркменская Советская Социалистическая Республика]] ''(и Г. Черданцев и В. Жмуйда, М. Вяткин, А. Соловьев.)'';<br />* [[БСЭ1/Туркмены|Туркмены]]|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Василий Андреевич Карра]] || Карра, В. А. (мировое хозяйство), Москва; В. Карра; В. А. Карра. ||* [[БСЭ1/Брикетирование|Брикетирование]] ''(и И. М. Верховский.)'';<br />* [[БСЭ1/Газовое производство|Газовое производство]] ''(и Н. Е. Иванов, 3. Б. Смелянский.)'';<br />* [[БСЭ1/Водная энергия|Водная энергия]] ''(и И. Г. Александров.)'';<br />* [[БСЭ1/Горная промышленность|Горная промышленность]];<br />* [[БСЭ1/Горнозаводская промышленность|Горнозаводская промышленность]];<br />* [[БСЭ1/Железорудная промышленность|Железорудная промышленность]];<br />* [[БСЭ1/Электрометаллургия|Электрометаллургия]] ''(и К. Григорович.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Баймухамед Аталиевич Каррыев|Баймухамед Аталиевич Каррыев]] || Б. Каррыев. ||* [[БСЭ1/Туркменская литература|Туркменская литература]] ''(и А. Кекилов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1981|ВОВ=Работник}} |- | || Е. Ф. Карский. ||* [[БСЭ1/Белоруссы|Белоруссы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Картавцов. ||* [[БСЭ1/Библиографические общества|Библиографические общества]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || С. Карташева. ||* [[БСЭ1/Физалис|Физалис]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Андрей Георгиевич Касаткин|Андрей Георгиевич Касаткин]] || А. Касаткин. ||* [[БСЭ1/Стандартизация|Стандартизация]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1963|ВОВ=Работник}} |- | || Ф. Касаткин; Ф. С. Касаткин. ||* [[БСЭ1/Бойни|Бойни]] ''(и А. Я. Лукин, В. П. Дроздов.)'';<br />* [[БСЭ1/Холодильная обработка и хранение скоропортящихся продуктов|Холодильная обработка и хранение скоропортящихся продуктов]]|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Константин Михайлович Касрадзе-Панасян|Константин Михайлович Касрадзе-Панасян]] || К. Касрадзе. ||* [[БСЭ1/Партия|Партия]];<br />* [[БСЭ1/Программа ВКП(б)|Программа ВКП(б)]];<br />* [[БСЭ1/Пропаганда|Пропаганда]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1976|ВОВ=Работник}} |- | || С. Касьян. ||* [[БСЭ1/Гнчак|Гнчак]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Сен Катаяма. ||* [[БСЭ1/Вада, Киутаро|Вада, Киутаро]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Д. Катренко. || * [[БСЭ1/Морфий|Морфий]];<br />* [[БСЭ1/Нутч-фильтры|Нутч-фильтры]];<br />* [[БСЭ1/Патока|Патока]];<br />* [[БСЭ1/Посуда химическая|Посуда химическая]];<br />* [[БСЭ1/Растворители|Растворители]];<br />* [[БСЭ1/Реактивы|Реактивы]];<br />* [[БСЭ1/Реакция Зинина|Реакция Зинина]];<br />* [[БСЭ1/Символы химические|Символы химические]];<br />* [[БСЭ1/СССР. Химия|СССР. Химия]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Катунский. ||* [[БСЭ1/Экономика промышленности|Экономика промышленности]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Кауфман. ||* [[БСЭ1/Орджоникидзевский край|Орджоникидзевский край]] ''(и Е. Лукашева, Л. Иванова, П. Земляков.)'';<br />;<br />* [[БСЭ1/Осетия|Осетия]] ''(и Б. Добрынин, А. Шейнберг.)'';<br />* [[БСЭ1/Полтавская область|Полтавская область]] ''(и Е. Лукашева.)'';<br />* [[БСЭ1/Ростов-на-Дону|Ростов-на-Дону]] ''(и О. К., А. Шейнберг.)'';<br />;<br />* [[БСЭ1/Ростовская область|Ростовская область]] ''(и Е. Лукашова, А. Шейнберг.)'';<br />* [[БСЭ1/Туркестано-Сибирская железная дорога (Турксиб)|Туркестано-Сибирская железная дорога (Турксиб)]];<br />* [[БСЭ1/Украинская Советская Социалистическая Республика|Украинская Советская Социалистическая Республика]] ''(и Е. Лукашова, Е. Лавренко, И. Хибарин, Э. Давыдов, А. Куман, Д. Гинзбург и А. Лимонник, А. Богомолец, С. Бухало, С. Каган, В. Пичета, А. Савич.)'';<br />|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Михаил Яковлевич Кауфман]] || Кауфман, М. Я. (экономика). || * [[БСЭ1/Безлицензионный оборот|Безлицензионный оборот]];<br />* [[БСЭ1/Ввозные свидетельства|Ввозные свидетельства]];<br /> * [[БСЭ1/Внешняя торговля|Внешняя торговля]] ''(и С. А. Фалькнер, Л. Я. Зиман.)'';<br /> * [[БСЭ1/Госторги|Госторги]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1938|ГОДРЕАБИЛИТАЦИИ=1956}} |- | || Р. Кауфман. ||* [[БСЭ1/СССР. Изобразительное искусство|СССР. Изобразительное искусство]] ''(и Б. Веймарн, М. Нейман, Ф. Фёдоров-Давыдов, А. Чегодаев.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[w:Кафенгауз, Бернгард Борисович|Бернгард Борисович Кафенгауз]] || Б. Кафенгауз; Б. Б. Кафенгауз. ||* [[БСЭ1/Гильдия|Гильдия]] ''(и В. В. Стоклицкая-Терешкович.)'';<br />* [[БСЭ1/Соляная монополия|Соляная монополия]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1969|ВОВ=Работник}} |- | [[w:Кафенгауз, Лев Борисович|Бернгард Борисович Кафенгауз]] || Л. Кафенгауз. ||* [[БСЭ1/«Гвоздь»|«Гвоздь»]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1940|ГОДРЕАБИЛИТАЦИИ=1987}} |- | || В. Кац. ||* [[БСЭ1/Чистый продукт|Чистый продукт]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Кацен. ||* [[БСЭ1/Электролитическое окисление и восстановление|Электролитическое окисление и восстановление]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Кацепов, Д. ||* [[БСЭ1/Жестяные изделия|Жестяные изделия]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Моисей Михайлович Кацнельсон]] || Кацнельсон, М. ||* [[БСЭ1/Женевсная номенклатура органических соединений|Женевсная номенклатура органических соединений]];<br />* [[БСЭ1/Элементарный анализ|Элементарный анализ]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1945|ВОВ=Работник}} |- | || С. Кацнельсон. ||* [[БСЭ1/Марр, Николай Яковлевич|Марр, Николай Яковлевич]] ''(и Ф. Филин, И. Кусикьян, Д. Эдинг.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Кашарский. ||* [[БСЭ1/Империализм|Империализм]] ''(и В. Мотылев (В. М.), Л. Брук, А. Ходжаев, И. Шемякин, И. Марков, В. Серебряков, Я. Смолянский, М. Енгибарян, под общей ред. В. Мотылева.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М.-Дж. Кашкай. ||* [[БСЭ1/Диабет несахарный|Диабет несахарный]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Кашкаров, В. И. || * [[БСЭ1/Вентиляция|Вентиляция]] ''(и Н. К. Игнатов, С. И. Каплун, И. А. Добросмыслов.)'';<br />* [[БСЭ1/Водяное отопление|Водяное отопление]] ''(и Н. К. Игнатов.)'';<br />* [[БСЭ1/Воздушное отопление|Воздушное отопление]] ''(и Н. Игнатов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Д. Кашкаров. || * [[БСЭ1/Земноводные|Земноводные || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Иван Александрович Кашкин]] || И. Кашкин ||* [[БСЭ1/Бересфорд, Джон|Бересфорд, Джон]];<br />* [[БСЭ1/Беллок, Гилэр|Беллок, Гилэр]];<br />* [[БСЭ1/Бэтлер, Самюэль (писатель)|Бэтлер, Самюэль (писатель)]];<br />* [[БСЭ1/Вудворд, Уильям|Вудворд, Уильям]];<br />* [[БСЭ1/Вульф, Роберт|Вульф, Роберт]];<br />* [[БСЭ1/Георгианцы|Георгианцы]] ''(и В. Мюллер.)'';<br />* [[БСЭ1/Гоуелс, Уильям|Гоуелс, Уильям]];<br />* [[БСЭ1/Гоуторн, Натаниель|Гоуторн, Натаниель]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1963|ВОВ=Работник}} |- | || Г. Кваснецкий. || * [[БСЭ1/Игрушка|Игрушка]] ''(и Е. Овчинникова, С. Моложавый, М. Довнар-Запольский.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Квасов. || * [[БСЭ1/Поляризационные приборы|Поляризационные приборы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Александр Давыдович Кейлин|Александр Давыдович Кейлин]] || Кейлин, А. Д. (междунар. право), Д. Кейлин (?) ||* [[БСЭ1/Авария, убыток|Авария, убыток]];<br />* [[БСЭ1/Водное право|Водное право]] ''(и Ю. П. Александров.)'';<br />* [[БСЭ1/Вольная гавань|Вольная гавань]] ''(и Г. Именитов.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1970|ВОВ=Работник}} |- | [[Автор:Аман Кекилович Кекилов|Аман Кекилович Кекилов]] || А. Кекилов. || * [[БСЭ1/Туркменская литература|Туркменская литература]] ''(и Б. Каррыев.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1974|ВОВ=Работник}} |- | || К. Х. Кекчеев. || * [[БСЭ1/Движение, в биологии|Движение, в биологии]] ''(и В. С. Буткевич, И. Л. Кан, А. Р. Лурия.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Келдыш. || * [[БСЭ1/СССР. Механика|СССР. Механика]] ''(и Л. Седов.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Ю. Келдыш. ||* [[БСЭ1/«Могучая кучка»|«Могучая кучка»]];<br />* [[БСЭ1/Мусоргский, Модест Петрович|Мусоргский, Модест Петрович]];<br />* [[БСЭ1/Серов, Александр Николаевич|Серов, Александр Николаевич]];<br />* [[БСЭ1/Стасов, Владимир Васильевич|Стасов, Владимир Васильевич]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Э. Келер. || * [[БСЭ1/Глина|Глина]] ''(и П. З.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Б. Келлер. ||* [[БСЭ1/Индивид|Индивид]] ''(и И. Ежиков.)'';<br />* [[БСЭ1/Осмос|Осмос]] ''(и В. Вассерберг, А. Благовещенский.)'';<br />* [[БСЭ1/Солончаковые растения|Солончаковые растения]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Келлер ||* [[БСЭ1/Норвегия|Норвегия]] ('' и А. Добров, С. Мирный, [[Артемий Григорьевич Готалов-Готлиб|А. Готалов-Готлиб]], [[Давид Владимирович Горфин|Д. Горфин]].'')|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Василий Афанасьевич Келтуяла]]''' || Келтуяла, В. А., проф. (ист. рус. лит.). ||* [[БСЭ1/Апокрифы|Апокрифы]];<br />* [[БСЭ1/Буслаев, Федор Иванович|Буслаев, Федор Иванович]] ''(и В. К. Клейн.)'';<br />* [[БСЭ1/«Горе-злосчастье»|«Горе-злосчастье»]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1942|ВОВ=Работник}} |- | [[Фёдор Викторович Кельин]] || Кельин, Ф. В. (ист. лит.), ''Ф. К.'' ||* [[БСЭ1/Аларкон, Педро Антоньо|Аларкон, Педро Антоньо]];<br />* [[БСЭ1/Альфонс XIII|Альфонс XIII]];<br />* [[БСЭ1/Аргентина|Аргентина]] ''(и [[Гергард Густавович Шенберг|Г. Г. Шенберг]], [[Николай Николаевич Баранский|Н. Н. Баранский]], [[Сергей Дмитриевич Мстиславский|С. Д. Мстиславский]], А. И. Дробинский.)'';<br />* [[БСЭ1/Бароха-и-Ньесси, Пио|Бароха-и-Ньесси, Пио]];<br />* [[БСЭ1/Бонкур, Поль Жозеф|Бонкур, Поль Жозеф]];<br />* [[БСЭ1/Брага, Теофил|Брага, Теофил]];<br />* [[БСЭ1/Бретон де лос Эррерос, Мануель|Бретон де лос Эррерос, Мануель]];<br />* [[БСЭ1/Валье Инклан, дон Рамон дель|Валье Инклан, дон Рамон дель]];<br />* [[БСЭ1/Вега, Рикардо, де ла|Вега, Рикардо, де ла]];<br />* [[БСЭ1/Вердагер, Мосен Жасинто|Вердагер, Мосен Жасинто]];<br />* [[БСЭ1/Галисийское наречие|Галисийское наречие]];<br />* [[БСЭ1/Гальдос, Бенито|Гальдос, Бенито]];<br />* [[БСЭ1/Ганивет, Анхель|Ганивет, Анхель]];<br />* [[БСЭ1/Гевара, Антонио, де|Гевара, Антонио, де]];<br />* [[БСЭ1/Гевара Велес, Луис, де|Гевара Велес, Луис, де]];<br />* [[БСЭ1/Гомес де ла Серна, Рамон|Гомес де ла Серна, Рамон]];<br />* [[БСЭ1/Грасиан и Моралес, Бальтасар|Грасиан и Моралес, Бальтасар]];<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1965|ВОВ=Работник}} |- | || Л. Керцелли. || * [[БСЭ1/Бомба калориметрическая|Бомба калориметрическая]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Кессель. || * [[БСЭ1/Узбекская Советская Социалистическая Республика|Узбекская Советская Социалистическая Республика]] ''(и Л. Спрыгина, Э. Д., И. Ростоцкий, Т. Жданко, А. Соловьёв.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Т. Кефели. ||* [[БСЭ1/Мыла|Мыла]];<br />* [[БСЭ1/Порох|Порох]];<br />* [[БСЭ1/Сероуглерод|Сероуглерод]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Алексей Алексеевич Кийков]] || А. А. Кийков ||* [[БСЭ1/Башкирская Автономная Социалистическая Советская Республика|Башкирская Автономная Социалистическая Советская Республика]] ''(и С. П. Злобин, Д. Я. Кин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1931}} |- | [[Автор:Баграт Иосифович Кикодзе|Баграт Иосифович Кикодзе]] || Б. Кикодзе. ||* [[БСЭ1/Каналы|Каналы]] ''(и В. Ляхницкий.)'';<br />* [[БСЭ1/Москва — Волга канал|Москва — Волга канал]] ''(и С. Жук.)'';<br />* [[БСЭ1/Насосные станции|Насосные станции]];<br />* [[БСЭ1/Насосы|Насосы]];<br />* [[БСЭ1/Перемычка|Перемычка]];<br />* [[БСЭ1/Регулирование рек|Регулирование рек]];<br />* [[БСЭ1/Трубопровод|Трубопровод]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Платон Иосифович Кикодзе|Платон Иосифович Кикодзе]] || П. Кикодзе. ||* [[БСЭ1/Важа-Пшавела|Важа-Пшавела]];<br />* [[БСЭ1/Вакели, Ион|Вакели, Ион]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1937}} |- | || М. Киль. ||* [[БСЭ1/Железнодорожные мастерские|Железнодорожные мастерские]] ''(и В. Томленов.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Давид Яковлевич Кин]] || Кин, Д. Я. ||* [[БСЭ1/Бакинские комиссары|Бакинские комиссары]];<br />* [[БСЭ1/Бандитизм политический|Бандитизм политический]];<br />* [[БСЭ1/Батурин, Н.Н.|Батурин, Н.Н.]];<br />* [[БСЭ1/Башкирская Автономная Социалистическая Советская Республика|Башкирская Автономная Социалистическая Советская Республика]] ''(и А. А. Кийков, С. П. Злобин.)'';<br />* [[БСЭ1/Бичераховы, Лазарь и Георгий|Бичераховы, Лазарь и Георгий]];<br />* [[БСЭ1/Блок политический|Блок политический]];<br />* [[БСЭ1/Богров, Дмитрий Григорьевич|Богров, Дмитрий Григорьевич]];<br />* [[БСЭ1/Богучарский|Богучарский]];<br />* [[БСЭ1/Боевая организация партии социалистов-революционеров|Боевая организация партии социалистов-революционеров]];<br />* [[БСЭ1/«Борьба», журнал|«Борьба», журнал]];<br />* [[БСЭ1/«Борьба», с.-д. группа|«Борьба», с.-д. группа]];<br />* [[БСЭ1/Брукер, Луи|Брукер, Луи]];<br />* [[БСЭ1/«Бунтари»|«Бунтари»]];<br />* [[БСЭ1/Бурцев, Владимир Львович|Бурцев, Владимир Львович]];<br />* [[БСЭ1/«Былое»|«Былое»]];<br />* [[БСЭ1/Ванеев, Анатолий Александрович|Ванеев, Анатолий Александрович]];<br />* [[БСЭ1/Вельтман, Михаил Лазаревич|Вельтман, Михаил Лазаревич]];<br />* [[БСЭ1/«Вехи»|«Вехи»]];<br />* [[БСЭ1/«Викжель»|«Викжель»]];<br />* [[БСЭ1/Внепартийное демократическое объединение|Внепартийное демократическое объединение]];<br />* [[БСЭ1/Военно-революционные комитеты|Военно-революционные комитеты]];<br />* [[БСЭ1/«Вперед», группа|«Вперед», группа]];<br />* [[БСЭ1/Временный исполнительный комитет Государственной думы|Временный исполнительный комитет Государственной думы]];<br />* [[БСЭ1/Деникин, Антон Иванович|Деникин, Антон Иванович]];<br />* [[БСЭ1/Деникинщина|Деникинщина]]|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1937|ГОДРЕАБИЛИТАЦИИ=1956}} |- | || Д. Кипшидзе. ||* [[БСЭ1/Тбилисский государственный университет имени Сталина|Тбилисский государственный университет имени Сталина]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Кирдецов. ||* [[БСЭ1/Цензура|Цензура]] ''(и А. Дробинский, Б. Горев.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Б. Киреев. ||* [[БСЭ1/Коми автономная советская социалистическая республика|Коми автономная советская социалистическая республика]] ''(и Э. Давыдов, Я. Родов.)'';<br />* [[БСЭ1/Уссурийская область|Уссурийская область]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Д. Киржнер. ||* [[БСЭ1/Горнорабочие|Горнорабочие]] ''(и Г. Слуцкий.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Абрам Давидович Киржниц]] || А. Д. Киржниц ||* [[БСЭ1/Беженство|Беженство]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1940}} |- | || Н. Кириллов. ||* [[БСЭ1/Проявляющие вещества|Проявляющие вещества]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Кириченко. ||* [[БСЭ1/Запорожская сечь|Запорожская сечь]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Михаил Викторович Кирпичёв]] || М. Кирпичев; М. В. Кирпичев. ||* [[БСЭ1/Баланс тепла|Баланс тепла]];<br />* [[БСЭ1/Воздушный экономайзер|Воздушный экономайзер]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1955}} |- | || В. Д. Кирпичников. ||* [[БСЭ1/Гидроторф|Гидроторф]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Я. Кирпичов. ||* [[БСЭ1/Уфа, город|Уфа, город]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Кирпотин. ||* [[БСЭ1/Добролюбов, Николай Александрович|Добролюбов, Николай Александрович]];<br />* [[БСЭ1/Шагинян, Мариетта Сергеевна|Шагинян, Мариетта Сергеевна]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Александр Трофимович Кирсанов]]''' || Кирсанов, А. ||* [[БСЭ1/Дегидратация|Дегидратация]];<br />* [[БСЭ1/Детонация, разложение взрывчатых веществ|Детонация, разложение взрывчатых веществ]];<br />* [[БСЭ1/Диазосоединения|Диазосоединения]];<br />* [[БСЭ1/Енолы|Енолы]];<br />* [[БСЭ1/Замыкание цикла|Замыкание цикла]];<br />* [[БСЭ1/Жирные кислоты|Жирные кислоты]];<br />* [[БСЭ1/Жирные соединения|Жирные соединения]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1941}} |- | || А. Киселев. ||* [[БСЭ1/Изумруд|Изумруд]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Григорий Леонидович Киселёв|Григорий Леонидович Киселёв]] || Г. Киселев. ||* [[БСЭ1/Русская музыка|Русская музыка]] ''(и Т. Попова, Л. Данилевич.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1952|ВОВ=Работник}} |- | || Г. Киселев. ||* [[БСЭ1/Сыр|Сыр]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Михаил Сергеевич Киселёв|Михаил Сергеевич Киселёв]] || М. Киселев. ||* [[БСЭ1/Сюита|Сюита]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1942}} |- | [[Автор:Николай Николаевич Киселёв|Николай Николаевич Киселёв]] || Н. Киселев. ||* [[БСЭ1/Прорастание семян|Прорастание семян]];<br />* [[БСЭ1/Свечение растений|Свечение растений]] ''(и А. Метёлкин.)'';<br />* [[БСЭ1/Созревание плодов и семян|Созревание плодов и семян]];<br />* [[БСЭ1/Сон растений|Сон растений]];<br />* [[БСЭ1/Транспирация|Транспирация]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1967|ВОВ=Работник}} |- | [[Автор:Сергей Петрович Киселёв|Сергей Петрович Киселёв]] || С. Киселев. ||* [[БСЭ1/Купола|Купола]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1938}} |- | || Киссин, А. ||* [[БСЭ1/Журналы|Журналы]] ''(и Ф. Р., Г.-Р., А. К., М. С., Л. Б., И. Толмадж, Н. Конрад, Папаян, В. О., В. Косинский, В. Г.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Китайгородский. ||* [[БСЭ1/Кара-Богаз-Гол, залив|Кара-Богаз-Гол, залив]] ''(и М. Первухин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Кифер. ||* [[БСЭ1/Гидравлические краны|Гидравлические краны]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Николай Михайлович Кишкин]] || Н. Кишкин ||* [[БСЭ1/Альпы, как курорт|Альпы, как курорт]];<br />* [[БСЭ1/Бальнеология|Бальнеология]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1930}} |- | [[Сергей Соломонович Кишкин]] || С. Кишкин; Кишкин, С. С. (гос. право). ||* [[БСЭ1/Административная юстиция|Административная юстиция]];<br />* [[БСЭ1/Административное право|Административное право]]|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Митрофан Михайлович Клевенский]]''' || Клевенский, М. М. (ист.); М. Клевенский. ||* [[БСЭ1/Аксаков, Иван Сергеевич|Аксаков, Иван Сергеевич]];<br />* [[БСЭ1/Аксаков, Константин Сергеевич|Аксаков, Константин Сергеевич]];<br />* [[БСЭ1/Гаршин, Всеволод Михайлович|Гаршин, Всеволод Михайлович]];<br />* [[БСЭ1/Морозов, Николай Александрович|Морозов, Николай Александрович]];<br />* [[БСЭ1/«Народное право»|«Народное право»]];<br />* [[БСЭ1/Нерчинская каторга|Нерчинская каторга]];<br />* [[БСЭ1/«Охранное отделение»|«Охранное отделение»]];<br />* [[БСЭ1/Петропавловская крепость|Петропавловская крепость]];<br />* [[БСЭ1/«Современник»|«Современник»]];<br />* [[БСЭ1/Централы|Централы]];<br />* [[БСЭ1/Швецов, Сергей Порфирьевич|Швецов, Сергей Порфирьевич]];<br />* [[БСЭ1/Эртель, Александр Иванович|Эртель, Александр Иванович]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1939}} |- | || В. Клевцов. ||* [[БСЭ1/Шефство|Шефство]] ''(и П. Витолин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Клейн||* [[БСЭ1/Буслаев, Федор Иванович|Буслаев, Федор Иванович]] ''(и В. А. Келтуяла.)'';<br />* [[БСЭ1/Владимир-на-Клязьме|Владимир-на-Клязьме]] ''(и Я. С. Артюхов, И. Т., Н. Шаханов.)'';<br />* [[БСЭ1/Воскресенск|Воскресенск]] ''(и Э. Д.)'';<br />* [[БСЭ1/Георгиевский, Василий Тимофеевич|Георгиевский, Василий Тимофеевич]];<br />* [[БСЭ1/Горностаев, Иван Иванович|Горностаев, Иван Иванович]];<br />* [[БСЭ1/Горностаев, Федор Федорович|Горностаев, Федор Федорович]];<br />* [[БСЭ1/Донской монастырь|Донской монастырь]];<br />* [[БСЭ1/Фарфоро-фаянсовое производство|Фарфоро-фаянсовое производство]] ''(и М. Флеров.)'';<br />* [[БСЭ1/Эмаль|Эмаль]] ''(и В. Варгин.)'';<br />* [[БСЭ1/Ювелирное дело|Ювелирное дело]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1976|ВОВ=Работник}} |- | [[Исидор Михайлович Клейнер]] || Клейнер, И. М. (театр), Москва. ||* [[БСЭ1/Гиршбейн, Перец Львович|Гиршбейн, Перец Львович]];<br />* [[БСЭ1/Госет|Госет]];<br />* [[БСЭ1/Грановский, Алексей Михайлович|Грановский, Алексей Михайлович]];<br />* [[БСЭ1/Оперетта|Оперетта]];<br />* [[БСЭ1/Оффенбах, Жак|Оффенбах, Жак]];<br />* [[БСЭ1/Перспектива|Перспектива]] ''(и Н. Глаголев.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1970}} |- | [[Автор:Михаил Карлович Клеман|Михаил Карлович Клеман]] || М. Клеман. ||* [[БСЭ1/Писемский, Алексей Феофилактович|Писемский, Алексей Феофилактович]];<br />* [[БСЭ1/Тургенев, Иван Сергеевич|Тургенев, Иван Сергеевич]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1942|ВОВ=Работник}} |- | [[Автор:Иван Александрович Клемин|Иван Александрович Клемин]] || И. Клемин. ||* [[БСЭ1/Метели|Метели]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1966|ВОВ=Работник}} |- | [[Мария Васильевна Клёнова]] || Кленова, М. В. (минерал.). ||* [[БСЭ1/Абразионные материалы|Абразионные материалы]];<br />* [[БСЭ1/Донные отложения|Донные отложения]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1976|ВОВ=Работник}} |- | || А. Клименко. ||* [[БСЭ1/Судовые механизмы|Судовые механизмы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Борис Константинович Климов]] || Б. К. Климов ||* [[БСЭ1/Белила|Белила]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1953|ВОВ=Работник}} [http://csl.bas-net.by/anews1.asp?id=77088 (1889—1953)] |- | || Л. Климович. ||* [[БСЭ1/Ислам|Ислам]] ''(и Евг. Беляев, Н. Смирнов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Клинковштейн. ||* [[БСЭ1/Подагра|Подагра]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || К. Клопотов. ||* [[БСЭ1/Коксо-химическое производство|Коксо-химическое производство]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Клунис. ||* [[БСЭ1/Фотомонтаж|Фотомонтаж]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Юрий Вениаминович Ключников]] || Ключников, Ю. В. (междунар. право). || * [[БСЭ1/Агенты чрезвычайные|Агенты чрезвычайные]]; <br />* [[БСЭ1/Алжесирасская конференция|Алжесирасская конференция]];<br />* [[БСЭ1/Алльянсы|Алльянсы]];<br />* [[БСЭ1/Аренда международно-правовая иностранных территорий|Аренда международно-правовая иностранных территорий]];<br />* [[БСЭ1/Великие державы|Великие державы]];<br />* [[БСЭ1/Версальский мирный договор|Версальский мирный договор]] ''(и [[Борис Ефимович Штейн|Б. Е. Штейн]], [[Сергей Дмитриевич Мстиславский|С. Д. Мстиславский]])'';<br />* [[БСЭ1/Верхне-силезский вопрос|Верхне-силезский вопрос]];<br />* [[БСЭ1/Гаагские конвенции 1899 и 1907|Гаагские конвенции 1899 и 1907]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=2001}} |- | || Е. Клюшникова. || * [[БСЭ1/Микориза|Микориза]]; <br />* [[БСЭ1/Оомицеты|Оомицеты]];<br />* [[БСЭ1/Пластинниковые грибы|Пластинниковые грибы]];<br />* [[БСЭ1/Плесени|Плесени]];<br />* [[БСЭ1/Размножение|Размножение]] ''(и Г. Шмидт, Д. Транковский.)'';<br />* [[БСЭ1/Шампиньон|Шампиньон]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Б. Клярфельд. ||* [[БСЭ1/Вольтова дуга|Вольтова дуга]] ''(и С. А. Синицын.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Кнатц. ||* [[БСЭ1/Вышивка|Вышивка]] ''(и В. С. Воронов, С. А. Федоров.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Ф. Книпович. ||* [[БСЭ1/Гейне, Гейнрих|Гейне, Гейнрих]] ''(и П. С. Коган, В. К. Иков, С. А. Макашин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Кнунянц. || * [[БСЭ1/Изомеры|Изомеры]]; <br />* [[БСЭ1/Изоциклические соединения|Изоциклические соединения]];<br />* [[БСЭ1/Имиды|Имиды]];<br />* [[БСЭ1/Иодозосоединения|Иодозосоединения]];<br />* [[БСЭ1/Иодосоединения|Иодосоединения]];<br />* [[БСЭ1/Ионон|Ионон]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Кобецкий. ||* [[БСЭ1/Дания|Дания]] ''(и А. А. Григорьев, А. Радо, М. Розенфельд, Э. Булль, А. П. Пинкевич, Я. Сегалл.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Николай Петрович Кобранов]]''' || Кобранов, Н. П., проф. (лесоводство), Ленинград ||* [[БСЭ1/Валка леса|Валка леса]] ''(и В. И. Майер.)''; <br />* [[БСЭ1/Возраст растений|Возраст растений]];<br />* [[БСЭ1/Выборочное лесное хозяйство|Выборочное лесное хозяйство]];<br />* [[БСЭ1/Вяз|Вяз]];<br />* [[БСЭ1/Годичные кольца|Годичные кольца]];<br />* [[БСЭ1/Грецкий орех|Грецкий орех]];<br />* [[БСЭ1/Дуб, дерево|Дуб, дерево]] ''(и М. Голенкин.)'';<br />* [[БСЭ1/Ель|Ель]] ''(и М. Голенкин.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1942|ВОВ=Работник}} |- | || Кобленц, И. Г. (гражд. право). || || {{БСЭ1/АП-мини}} |- | || М. Кобылина. ||* [[БСЭ1/Рим, империя|Рим, империя]] ''(и Н. Машкин, Е. Штаерман, Г. Жураковский, С. Радциг.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Кобылкин. ||* [[БСЭ1/Деревянные мосты|Деревянные мосты]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || П. Ковалев. ||* [[БСЭ1/Дагестанская Автономная Советская Социалистическая Республика (ДагАССР)|Дагестанская Автономная Советская Социалистическая Республика (ДагАССР)]] ''(Исторический очерк составлен при участии: А. И. Муравьева, Д. Коркмасова, И. Алиева, П. Ковалева, И. Шовкринского.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || С. Ковалев. ||* [[БСЭ1/Покровский, Михаил Николаевич|Покровский, Михаил Николаевич]];<br />* [[БСЭ1/Романовы|Романовы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Ковалевский. ||* [[БСЭ1/Европа, часть света|Европа, часть света]] ''(и Е. Милановский, А. Григорьев, Л. Зиман, В. Бунак, ***, П. Преображенский, Е. Косминский, Ф. Потемкин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Борис Игнатьевич Коваленко|Борис Игнатьевич Коваленко]] || Б. Коваленко. ||* [[БСЭ1/Тифлопедагогика|Тифлопедагогика]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1969|ВОВ=Работник}} |- | || В. Коваленко. ||* [[БСЭ1/Гринченко, Борис Дмитриевич|Гринченко, Борис Дмитриевич]] ''(и В. Б.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Валентин Иванович Коваленков]] || Коваленков, В. И., проф. (электротехн.). || || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1960|ВОВ=Работник}} |- | || А. Коваль. ||* [[БСЭ1/Овощеводство|Овощеводство]];<br />* [[БСЭ1/Субтропики|Субтропики]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Евгения Ивановна Ковальчик]] || Е. Ковальчик. ||* [[БСЭ1/Никитин, Иван Саввич|Никитин, Иван Саввич]];<br />* [[БСЭ1/Кольцов, Алексей Васильевич|Кольцов, Алексей Васильевич]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1953|ВОВ=Работник}} |- | || В. А. Ковровцев ||* [[БСЭ1/Винтовка|Винтовка]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Коган. ||* [[БСЭ1/Племенное дело|Племенное дело]];<br />* [[БСЭ1/Симментальский скот|Симментальский скот]];<br />* [[БСЭ1/СССР. Животноводство|СССР. Животноводство]]|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Пётр Семёнович Коган]]''' || Коган, П. С., проф. (ист. лит.). ||* [[БСЭ1/Ахо, Юхани|Ахо, Юхани]];<br />* [[БСЭ1/Байрон, Джордж Гордон|Байрон, Джордж Гордон]];<br />* [[БСЭ1/Бальзак, Оноре, де|Бальзак, Оноре, де]];<br />* [[БСЭ1/Бальмонт, Константин Дмитриевич|Бальмонт, Константин Дмитриевич]];<br />* [[БСЭ1/Бельгийская литература|Бельгийская литература]];<br />* [[БСЭ1/Берне, Карл Людвиг|Берне, Карл Людвиг]];<br />* [[БСЭ1/Бодлер, Шарль|Бодлер, Шарль]];<br />* [[БСЭ1/Бомарше, Пьер Огюстен Карон|Бомарше, Пьер Огюстен Карон]];<br />* [[БСЭ1/Брандес, Георг Морис Коген|Брандес, Георг Морис Коген]];<br />* [[БСЭ1/Брюнетьер, Фердинанд|Брюнетьер, Фердинанд]];<br />* [[БСЭ1/Вайян-Кутюрье, Поль|Вайян-Кутюрье, Поль]] ''(и З.)'';<br />* [[БСЭ1/Ваккенродер, Вильгельм Генрих|Ваккенродер, Вильгельм Генрих]];<br />* [[БСЭ1/Вейскопф, Франц|Вейскопф, Франц]];<br />* [[БСЭ1/Верлен, Поль|Верлен, Поль]];<br />* [[БСЭ1/Витфогель, Карл Август|Витфогель, Карл Август]];<br />* [[БСЭ1/Гауптман, Гергарт|Гауптман, Гергарт]];<br />* [[БСЭ1/Гейне, Гейнрих|Гейне, Гейнрих]] ''(и Е. Ф. Книпович, В. К. Иков, С. А. Макашин.)'';<br />* [[БСЭ1/Доде, Альфонс|Доде, Альфонс]];<br />* [[БСЭ1/Дюма, Александр|Дюма, Александр]];<br />* [[БСЭ1/Дюма-сын, Александр|Дюма-сын, Александр]];<br />* [[БСЭ1/Зудерман, Герман|Зудерман, Герман]];<br />* [[БСЭ1/Эркман-Шатриан|Эркман-Шатриан]];<br />* [[БСЭ1/Юшкевич, Семен Соломонович|Юшкевич, Семен Соломонович]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1932}} |- | || Коган, Р. ||* [[БСЭ1/Заболеваемость|Заболеваемость]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Фаина Абрамовна Коган-Бернштейн]] || Коган-Бернштейн, Ф. А., (нов. зап. ист.). Ф. Роятов, Ф. Месин, Ф. М.; Ю. Месин ??. ||* [[БСЭ1/Веймар, Орест Эдуардович|Веймар, Орест Эдуардович]];<br />* [[БСЭ1/Ветрова, Мария Федосеевна|Ветрова, Мария Федосеевна]];<br />* [[БСЭ1/Вольский А.|Вольский А.]];<br />* [[БСЭ1/Ганди, Мохандас Карамчанд|Ганди, Мохандас Карамчанд]];<br />* [[БСЭ1/Доминиканская республика|Доминиканская республика]] ''(и И. Витвер.)'';<br /> * [[БСЭ1/Дублинское восстание 1916|Дублинское восстание 1916]];<br />* [[БСЭ1/Женское движение|Женское движение]];<br />* [[БСЭ1/Швейцария|Швейцария]];<br />* [[БСЭ1/Япония|Япония]] ''(и А. Григорьев, Л. Зиман, Д. Шморгонер, А. К., Н. Конрад, Ф. Месин, Е. Жуков, А. А., Н. Челяпов, А., К., К. Майстрах, В. Смагин и В. Орлов, О., Эйдус, А. Крючкова и Е. Плетнер.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1976|ВОВ=Работник}} |- | || В. Кодовилья. ||* [[БСЭ1/Бразилия|Бразилия]] ''(и Л. Д. Синицкий, А. Готалов-Готлиб, О. Иоффе, Ю. Роятов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Кожевников. ||* [[БСЭ1/Опыление|Опыление]] ''(и Н. Комаринский.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Кожевников. ||* [[БСЭ1/Зоологические музеи|Зоологические музеи]];<br />* [[БСЭ1/Зоологические сборы и коллекции|Зоологические сборы и коллекции]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Кожевников. ||* [[БСЭ1/Город|Город]] ''(и Г. М. Пригоровский, Е. А. Косминский, Ф. А. Ротштейн, С. В. Бахрушин, Э. М. Давидов, Л. Д. Синицкий, Д. М. Аронович, Н. Л. Мещеряков, Г. М. Михайлов, М. А. Петров, С. Р. Будкевич.)'';<br />* [[БСЭ1/Хатанга|Хатанга]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Ф. Кожевников. ||* [[БСЭ1/Право международное|Право международное]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Кожин. ||* [[БСЭ1/Ложная готика|Ложная готика]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Козаченко. ||* [[БСЭ1/Выговский, Иван|Выговский, Иван]];<br />* [[БСЭ1/Гадячская (Гадяцька) уния|Гадячская (Гадяцька) уния]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Генрих Абрамович Козлов]] || Г. Козлов ||* [[БСЭ1/Червонец|Червонец]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1981|ВОВ=Работник}} |- | || Д. Козловский. ||* [[БСЭ1/Орудия артиллерийские|Орудия артиллерийские]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Козминский. ||* [[БСЭ1/Горение|Горение]] ''(и А. В. Раковский, М. А. Павлов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Б. Козо-Полянский. ||* [[БСЭ1/Мимикрия|Мимикрия]];<br />* [[БСЭ1/Уродства у растений|Уродства у растений]];<br />* [[БСЭ1/Филогения (и филогенез)|Филогения (и филогенез)]] ''(и Б. Матвеев, М. Голенкин, Л. Курсанов.)'';<br />* [[БСЭ1/Цветок|Цветок]] ''(и В. Алехин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Козьмин. ? ||* [[БСЭ1/Иохельсон, Владимир Ильич|Иохельсон, Владимир Ильич]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Борис Павлович Козьмин]] || Козьмин, Б.П., (история) ||* [[БСЭ1/«Вольная русская типография»|«Вольная русская типография»]];<br />* [[БСЭ1/«Вольное слово»|«Вольное слово»]];<br />* [[БСЭ1/Гартинг, Аркадий Михайлович|Гартинг, Аркадий Михайлович]];<br />* [[БСЭ1/Елисеев, Григорий Захарович|Елисеев, Григорий Захарович]];<br />* [[БСЭ1/Зайцев, Варфоломей Александрович|Зайцев, Варфоломей Александрович]];<br />* [[БСЭ1/Земля и воля, тайное общество|Земля и воля, тайное общество]];<br />* [[БСЭ1/Михайловский, Николай Константинович|Михайловский, Николай Константинович]];<br />* [[БСЭ1/Нечаев, Сергей Геннадьевич|Нечаев, Сергей Геннадьевич]];<br />* [[БСЭ1/«Отечественные записки»|«Отечественные записки»]];<br />* [[БСЭ1/Полевой, Николай Алексеевич|Полевой, Николай Алексеевич]];<br />* [[БСЭ1/Полежаев, Александр Иванович|Полежаев, Александр Иванович]];<br />* [[БСЭ1/Помяловский, Николай Герасимович|Помяловский, Николай Герасимович]];<br />* [[БСЭ1/Слепцов, Василий Алексеевич|Слепцов, Василий Алексеевич]];<br />* [[БСЭ1/Чайковцы|Чайковцы]];<br />* [[БСЭ1/Южно-Российский союз рабочих|Южно-Российский союз рабочих]];<br />* [[БСЭ1/Южно-Русский рабочий союз, в Киеве|Южно-Русский рабочий союз, в Киеве]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1958|ВОВ=Работник}} |- | || К. Козьмин. ||* [[БСЭ1/Западная область|Западная область]] ''(и Э. Давыдов, В. Яковлев.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Козьмин; Н. Н. Козьмин. ||* [[БСЭ1/Бурято-Монгольская Автономная Советская Социалистическая Республика|Бурято-Монгольская Автономная Советская Социалистическая Республика]] ''(и Д. Иванов (Монгольский).)'';<br />* [[БСЭ1/Верхнеудинск|Верхнеудинск]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Ф. Козьмин. ||* [[БСЭ1/СССР. Всесоюзная коммунистическая партия (большевиков)|СССР. Всесоюзная коммунистическая партия (большевиков)]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Кокиев. ||* [[БСЭ1/Северо-Осетинская Автономная Советская Социалистическая Республика|Северо-Осетинская Автономная Советская Социалистическая Республика]] ''(и Е. Лукашова, Л. И., А. Шейнберг.)'';<br />* [[БСЭ1/Шапсуги|Шапсуги]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Василий Сергеевич Кокин]] || Кокин, В. С. (агрономия). ||* [[БСЭ1/Агрономическая помощь|Агрономическая помощь]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Коларов. ||* [[БСЭ1/Димитров, Георгий Михайлович|Димитров, Георгий Михайлович]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Колесников. ||* [[БСЭ1/Кварцевая лампа|Кварцевая лампа]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Андрей Николаевич Колмогоров]] || Колмогоров, А.Н., (математика ) ||* [[БСЭ1/Интерполяция, в математике и статистике|Интерполяция, в математике и статистике]];<br />* [[БСЭ1/Марков, Андрей Андреевич|Марков, Андрей Андреевич]];<br />* [[БСЭ1/Математика|Математика]];<br />* [[БСЭ1/Математическая индукция|Математическая индукция]];<br />* [[БСЭ1/Многомерное пространство|Многомерное пространство]];<br />* [[БСЭ1/Ориентация|Ориентация]];<br />* [[БСЭ1/Поверхность|Поверхность]];<br />* [[БСЭ1/СССР. Математика|СССР. Математика]] ''(и П. Александров.)'';<br />* [[БСЭ1/Средние величины|Средние величины]];<br />* [[БСЭ1/Уравнение|Уравнение]];<br />* [[БСЭ1/Фурье разложение|Фурье разложение]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1987|ВОВ=Работник}} |- | || А. Колосов. ||* [[БСЭ1/СССР. Религия и церковь в СССР|СССР. Религия и церковь в СССР]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Михаил Алексеевич Колосов]] || Колосов, М. А., проф. (акуш. и гинекол.). ||* [[БСЭ1/Бели|Бели]];<br />* [[БСЭ1/Беременность, у человека|Беременность, у человека]];<br />* [[БСЭ1/Бесплодие|Бесплодие]];<br />* [[БСЭ1/Близнецы|Близнецы]];<br />* [[БСЭ1/Внематочная беременность|Внематочная беременность]];<br />* [[БСЭ1/Выскабливание|Выскабливание]];<br />* [[БСЭ1/Гинекология|Гинекология]];<br />* [[БСЭ1/Эклампсия|Эклампсия]];<br />* [[БСЭ1/Яичник|Яичник]] ''(и И. Шмальгаузен.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1958|ВОВ=Работник}} (1878—1958) |- | || Н. Н. Колосовский. ||* [[БСЭ1/Дальневосточный край|Дальневосточный край]] ''(и В. А. Каменецкий, Н. Ильюхов и Ред.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Колтыпин. ||* [[БСЭ1/Промышленность|Промышленность]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Эрнест Яромирович Кольман]] || Кольман, Э. ||* [[БСЭ1/Дифференциал, в математике|Дифференциал, в математике]] ''(и С. Яновская.)'';<br />* [[БСЭ1/Задача математическая|Задача математическая]];<br />* [[БСЭ1/Знак математический|Знак математический]];<br />* [[БСЭ1/Экстремум|Экстремум]];<br />* [[БСЭ1/Эллиптические интегралы и функции|Эллиптические интегралы и функции]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1979}} |- | '''[[Николай Константинович Кольцов]]''' || Кольцов, Н. К., проф. (биология). ||* [[БСЭ1/Биология|Биология]] ''(и С. С-ль.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1940}} |- | || М. В. Комаринец. ||* [[БСЭ1/Аренда государственных промышленных предприятий|Аренда государственных промышленных предприятий]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Комарков. ||* [[БСЭ1/Изоляционные материалы|Изоляционные материалы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Николай Александрович Комарницкий|Николай Александрович Комарницкий]] || Н. Комарницкий ||* [[БСЭ1/Вишенник|Вишенник]];<br />* [[БСЭ1/Гуайюла|Гуайюла]];<br />* [[БСЭ1/Земляной орех|Земляной орех]];<br />* [[БСЭ1/Какао|Какао]] ''(и Ф. Церевитинов.)'';<br />* [[БСЭ1/Кедр|Кедр]] ''(и К. Покалюк.)'';<br />* [[БСЭ1/Кактусы|Кактусы]];<br />* [[БСЭ1/Кукуруза|Кукуруза]];<br />* [[БСЭ1/Листорасположение|Листорасположение]];<br />* [[БСЭ1/Лишайники|Лишайники]];<br />* [[БСЭ1/Метаморфоз|Метаморфоз]] ''(и Г. Шмидт.)'';<br />* [[БСЭ1/Морфология растений|Морфология растений]] ''(и М. Голенкин.)'';<br />* [[БСЭ1/Мускатник|Мускатник]];<br />* [[БСЭ1/Нанизм|Нанизм]];<br />* [[БСЭ1/Оплодотворение у растений|Оплодотворение у растений]];<br />* [[БСЭ1/Опыление|Опыление]] ''(и А. Кожевников.)'';<br />* [[БСЭ1/Пестик|Пестик]];<br />* [[БСЭ1/Пиреномицеты|Пиреномицеты]];<br />* [[БСЭ1/Плод, у растений|Плод, у растений]];<br />* [[БСЭ1/Половые клетки|Половые клетки]];<br />* [[БСЭ1/Половые органы|Половые органы]] ''(и В. Усков.)'';<br />* [[БСЭ1/Почка|Почка]];<br />* [[БСЭ1/Растение|Растение]];<br />* [[БСЭ1/Редукция, в биологии|Редукция, в биологии]] ''(и И. Шмальгаузен, Б. Матвеев.)'';<br />* [[БСЭ1/Самоопыление|Самоопыление]];<br />* [[БСЭ1/Соцветие|Соцветие]];<br />* [[БСЭ1/Сперматозоиды|Сперматозоиды]] ''(и Г. Шмидт.)'';<br />* [[БСЭ1/Споры|Споры]];<br />* [[БСЭ1/СССР. Ботаника|СССР. Ботаника]];<br />* [[БСЭ1/Старость|Старость]] ''(и А. Лунц.)'';<br />* [[БСЭ1/Сумчатые грибы|Сумчатые грибы]];<br />* [[БСЭ1/Трюфели|Трюфели]];<br />* [[БСЭ1/Цветение воды|Цветение воды]];<br />* [[БСЭ1/Чередование поколений|Чередование поколений]] ''(и Е. Павловский.)'';<br />* [[БСЭ1/Щавель|Щавель]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1962|ВОВ=Работник}} |- | || Н. Комаров. ||* [[БСЭ1/Холодильные машины|Холодильные машины]];<br />* [[БСЭ1/Холодильный шкаф|Холодильный шкаф]];<br />* [[БСЭ1/Холодные склады|Холодные склады]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Феликс Яковлевич Кон]]|| Кон, Ф. (экон.). || * [[БСЭ1/Аграрные реформы в буржуазных странах после империалистской войны|Аграрные реформы в буржуазных странах после империалистской войны]] ''(и [[Николай Леонидович Мещеряков|Н. Мещеряков]], [[Филипп Васильевич Бошкович|Ф. Бошкович]], [[Зигмас Ионович Ангаретис|З. Ангаретис]])'';<br />* [[БСЭ1/«Пролетариат», польская политическая партия|«Пролетариат», польская политическая партия]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Дмитрий Алексеевич Конашинский]]|| Д. Конашинский; Конашинский, Д. Н. (радиотехника). (Вероятно, опечатка в списке.) ||* [[БСЭ1/Альтернаторы высокой частоты|Альтернаторы высокой частоты]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Кондратьев. ||* [[БСЭ1/Возбужденное состояние атомов и молекул|Возбужденное состояние атомов и молекул]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Коновалов Дмитрий Григорьевич]] || Коновалов, Д. Г., проф. (ист. религий). || || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1947|ВОВ=Работник}} |- | || И. Коновалов. ||* [[БСЭ1/Единый финансовый план СССР|Единый финансовый план СССР]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Кононов. ||* [[БСЭ1/Нижне-Амурская область|Нижне-Амурская область]];<br />* [[БСЭ1/Хабаровск|Хабаровск]] ''(и Г. Рейхберг.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | || Н. Конрад. ||* [[БСЭ1/Журналы|Журналы]] ''(и Ф. Р., А. Киссин, Г.-Р., А. К., М. С., Л. Б., И. Толмадж, Папаян, В. О., В. Косинский, В. Г.)'';<br />* [[БСЭ1/Япония|Япония]] ''(и А. Григорьев, Л. Зиман, Д. Шморгонер, А. К., Ф. Месин, Е. Жуков, А. А., Н. Челяпов, А., К., К. Майстрах, В. Смагин и В. Орлов, Ф. М., О., Эйдус, А. Крючкова и Е. Плетнер.)'';<br />* [[БСЭ1/Японская литература|Японская литература]] ''(и Н. Фельдман.)'';<br />* [[БСЭ1/Японский театр|Японский театр]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | || Г. Конради. ||* [[БСЭ1/Глотание|Глотание]];<br />* [[БСЭ1/Дефекация|Дефекация]];<br />* [[БСЭ1/Калий|Калий]] ''(и А. Белопольский, А. Благовещенский, Д. Дружинин, В. Николаев.)'';<br />* [[БСЭ1/Кальций|Кальций]] ''(и А. Раковский, В. Николаев, А. Благовещенский, В. Зильберминц, А. Буш.)'';<br />* [[БСЭ1/Кровообращение|Кровообращение]];<br />* [[БСЭ1/Мозжечок|Мозжечок]];<br />* [[БСЭ1/Печень|Печень]] ''(и Я. Рапопорт, И. Шмальгаузен.)'';<br />* [[БСЭ1/Потоотделение|Потоотделение]];<br />* [[БСЭ1/Продолговатый мозг|Продолговатый мозг]] ''(и А. Земец.)'';<br />* [[БСЭ1/Хронаксия|Хронаксия]];<br />* [[БСЭ1/Хронические операции|Хронические операции]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | || Ф. Конради. ||* [[БСЭ1/Капсельные насосы|Капсельные насосы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Константинов. ||* [[БСЭ1/Диалектический материализм|Диалектический материализм]] ''(и А. Сараджев, Г. Адамян, А. Щеглов, Б. Быховский, В. Шевкин, М. Митин, В. Ральцевич, С. Лапшин, В. Егоршин, А. Максимов, Е. Ситковский.)'';<br />* [[БСЭ1/Каторга|Каторга]] ''(и М. Гернет.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Николай Александрович Константинов|Николай Александрович Константинов]] || Н. Константинов.<br>Н. А. Константинов. ||* [[БСЭ1/Индия|Индия]] ''(и А. Щукина, В. П., М. Косвен, В. Позин, И. Магидович и Ред., К. Михайлов и В. П., А. Осипов и В. П., А. Осипов и В. П-ин, В. Штейн, А. Золотарев, Н. Кун, Е. Беляев, Д. Сулейкин, Л. Бернс, А. Осипов, Б. Ф., Д. Горфин.)'';<br />* [[БСЭ1/Индия Нидерландская|Индия Нидерландская]] ''(и А. Губер.)'';<br />* [[БСЭ1/Индо-Китай Французский|Индо-Китай Французский]] ''(и В. Позин, В. Васильева.)'';<br />* [[БСЭ1/Калифорния, штат|Калифорния, штат]] ''(и Н. Баранский.)'';<br />* [[БСЭ1/Литва|Литва]] ''(и П. Глушаков.)'';<br />* [[БСЭ1/Румыния|Румыния]] ''(и А. Щукина, М. Жирмунский, Б. Данциг, П. М., Д. Горфин, М. Сергиевский, Д. Михальчи, Г. Недошивин.)'';<br />* [[БСЭ1/Тунис, государство|Тунис, государство]] ''(и В. Луцкий.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1958|ВОВ=работник}} |- | || А. А. Константинова. ||* [[БСЭ1/Браманте, Донато д'Анджело|Браманте, Донато д'Анджело]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Дмитрий Петрович Кончаловский]] || Кончаловский, Д. П., проф. (ист.). ||* [[БСЭ1/Испания|Испания]] ''(и Б. Добрынин, Г. Черданцев, Г. Кричевский, Б. Минлос, А. Штирнер, З. Партош, А. П.)'';<br />* [[БСЭ1/Помпеи|Помпеи]];<br />* [[БСЭ1/Римский форум|Римский форум]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1952}} |- | || Л. Копелев. ||* [[БСЭ1/Сюрреализм|Сюрреализм]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Копченова. ||* [[БСЭ1/Мышьяковые руды|Мышьяковые руды]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Копытин. ||* [[БСЭ1/Направленная антенна|Направленная антенна]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || П. Копытин. ||* [[БСЭ1/Центрально-Черноземная область|Центрально-Черноземная область]] ''(и Л. Ильинский.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Корейша. ||* [[БСЭ1/СССР. Медицина|СССР. Медицина]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Ю. Корельский. ||* [[БСЭ1/Балтийский вопрос|Балтийский вопрос]] ''(и А. И. Яковлев.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Кореневский. ||* [[БСЭ1/Испарители|Испарители]] ''(и И. Здановский.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Коренман. ||* [[БСЭ1/Микроанализ|Микроанализ]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Коржинский. ||* [[БСЭ1/Делительные аппараты|Делительные аппараты]];<br />* [[БСЭ1/Делительные машины|Делительные машины]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Ф. Коричонер. ||* [[БСЭ1/Даннеберг, Роберт|Даннеберг, Роберт]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Д. Коркмасов. ||* [[БСЭ1/Дагестанская Автономная Советская Социалистическая Республика (ДагАССР)|Дагестанская Автономная Советская Социалистическая Республика (ДагАССР)]] ''(и Б. Ф. Добрынин, Е. М. Шиллинг, А. А. Котов, В. Е. Столяров, Э. М. Давидов, А. Тахо-Годи. Исторический очерк составлен при участии: А. И. Муравьева, Д. Коркмасова, И. Алиева, П. Ковалева, И. Шовкринского.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Корнатовский. ||* [[БСЭ1/Юденича поход|Юденича поход]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Корнев. ||* [[БСЭ1/Германия|Германия]] ''(III. Исторический очерк — и Н. Лукин, К. Радек.)'';<br />* [[БСЭ1/Шейдеман, Филипп|Шейдеман, Филипп]];<br />* [[БСЭ1/Эрцебергер, Матиас|Эрцебергер, Матиас]]|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Константин Николаевич Корнилов]] || Корнилов, К. Н., проф. (психолог.). || || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1957|ВОВ=Работник}} |- | || И. Коробейников.(возможно к. э. н. Иван Иванович Коробейников)||* [[БСЭ1/Ссудный процент|Ссудный процент]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || С. Ф. Коробкин. ||* [[БСЭ1/Водоподъемные машины|Водоподъемные машины]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || С. Коровай. ||* [[БСЭ1/Водомеры|Водомеры]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Коровенко. ||* [[БСЭ1/Деткор|Деткор]];<br />* [[БСЭ1/Детские университеты|Детские университеты]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Евгений Александрович Коровин]] || Коровин, Е. А., проф. (междун. право). ||* [[БСЭ1/Агенты дипломатические|Агенты дипломатические]];<br />* [[БСЭ1/Аландские острова|Аландские острова]];<br />* [[БСЭ1/Ангария|Ангария]];<br />* [[БСЭ1/Арбитраж международный|Арбитраж международный]];<br />* [[БСЭ1/Брюссельская конференция 1874|Брюссельская конференция 1874]];<br />* [[БСЭ1/Верховенство территориальное|Верховенство территориальное]];<br />* [[БСЭ1/Военнопленные|Военнопленные]];<br />* [[БСЭ1/Вооруженный нейтралитет|Вооруженный нейтралитет]];<br />* [[БСЭ1/Гарантия международная|Гарантия международная]];<br />* [[БСЭ1/Грабарь, Владимир Эммануилович|Грабарь, Владимир Эммануилович]];<br />* [[БСЭ1/Дееспособность|Дееспособность]] ''(и С. Раевич.)'';<br />* [[БСЭ1/Джентиле, Альберик|Джентиле, Альберик]];<br />* [[БСЭ1/Женевские конвенции|Женевские конвенции]];<br />* [[БСЭ1/Капитуляции|Капитуляции]];<br />* [[БСЭ1/Экстерриториальность|Экстерриториальность]];<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1964|ВОВ=Работник}} |- | || В. Королев. ||* [[БСЭ1/Хлорирование|Хлорирование]] ''(и П. Сергеев.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | [[Автор:Фёдор Андреевич Королёв|Фёдор Андреевич Королёв]] || Ф. Королев. ||* [[БСЭ1/Международная практическая система электрических единиц|Международная практическая система электрических единиц]];<br />* [[БСЭ1/Метр, единица длины|Метр, единица длины]];<br />* [[БСЭ1/Метрические меры|Метрические меры]];<br />* [[БСЭ1/Микропроекция|Микропроекция]];<br />* [[БСЭ1/Микроскоп|Микроскоп]];<br />* [[БСЭ1/Микрофотография|Микрофотография]];<br />* [[БСЭ1/Напряжения деформации|Напряжения деформации]];<br />* [[БСЭ1/Отражение света|Отражение света]];<br />* [[БСЭ1/Пар водяной|Пар водяной]];<br />* [[БСЭ1/Плавление|Плавление]];<br />* [[БСЭ1/Поглощение света|Поглощение света]];<br />* [[БСЭ1/Полиморфизм|Полиморфизм]];<br />* [[БСЭ1/Преломление света|Преломление света]];<br />* [[БСЭ1/Разрешающая способность|Разрешающая способность]];<br />* [[БСЭ1/Рейнольдса число|Рейнольдса число]];<br />* [[БСЭ1/Рентгеновские трубки|Рентгеновские трубки]];<br />* [[БСЭ1/Свет|Свет]];<br />* [[БСЭ1/Скорость света|Скорость света]];<br />* [[БСЭ1/Скрытая теплота|Скрытая теплота]];<br />* [[БСЭ1/Спектр|Спектр]];<br />* [[БСЭ1/Трутона и Нобля опыт|Трутона и Нобля опыт]];<br />* [[БСЭ1/Тяготение|Тяготение]];<br />* [[БСЭ1/Удар|Удар]];<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1979|ВОВ=Работник}} |- | || А. Королева. ||* [[БСЭ1/Учредительное собрание, в России|Учредительное собрание, в России]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | || М. Корольков. ||* [[БСЭ1/Челябинск|Челябинск]] ''(и П. Степанов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- |[[Михаил Александрович Коростовцев]] || М. Коростовцев ||* [[БСЭ1/Нубия|Нубия]] ''(и [[Евгений Александрович Беляев|Е. Беляев]].)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1980|ГОДРЕАБИЛИТАЦИИ=1955}} |- | || И. Коротков. ||* [[БСЭ1/Перекопская операция|Перекопская операция]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | || Корсун, Н. (эконом. география), Москва; Н. Г. Корсун. ||* [[БСЭ1/Геджас|Геджас]] ''(и К. Малицкая.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Корсунский. ||* [[БСЭ1/Испанское искусство|Испанское искусство]] ''(и В. А. Гурко-Кряжин.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Корчагин. ||* [[БСЭ1/Передвижка зданий|Передвижка зданий]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | [[Алексей Алексеевич Коршун]] || Коршун, А. А. ||* [[БСЭ1/Бельгийское искусство|Бельгийское искусство]]<br />* [[БСЭ1/Венецианов, Алексей Гаврилович|Венецианов, Алексей Гаврилович]]<br />* [[БСЭ1/Венециановская школа|Венециановская школа]];<br />* [[БСЭ1/Вилль, Иоганн Георг|Вилль, Иоганн Георг]];<br />* [[БСЭ1/Гент, Голмен Уильям|Гент, Голмен Уильям]];<br />* [[БСЭ1/Геркомер, Губерт|Геркомер, Губерт]];<br />* [[БСЭ1/Гзель, Георг|Гзель, Георг]];<br />* [[БСЭ1/Данциг|Данциг]] ''(и А. Радо, С. Д. Сказкин.)'';<br />* [[БСЭ1/Русский музей|Русский музей]];<br />* [[БСЭ1/Садово-парковое искусство|Садово-парковое искусство]];<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} (03.07.1901 — после 1940) |- | || Л. Коршун. ||* [[БСЭ1/Халиловский металлургический комбинат|Халиловский металлургический комбинат]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | || Н. Коршун. ||* [[БСЭ1/Кипренский, Орест Абамович|Кипренский, Орест Абамович]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | '''[[Степан Васильевич Коршун]]''' || Коршун, С. В., проф. (бактериология), Москва. ||* [[БСЭ1/Вакцинация и вакцинотерапия|Вакцинация и вакцинотерапия]] ''(и В. А. Любарский, П. Н. Андреев.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1931}} |- | || А. Коршунов. ||* [[БСЭ1/Войлочное производство|Войлочное производство]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | [[Марк Осипович Косвен]] || Косвен, М. О., (этнография). ||* [[БСЭ1/Белуджи|Белуджи]] ''(и Л. Мсерианц.)'';<br />* [[БСЭ1/Гез|Гез]];<br />* [[БСЭ1/Гостеприимство|Гостеприимство]];<br />* [[БСЭ1/Жупа|Жупа]];<br />* [[БСЭ1/Задруга|Задруга]];<br />* [[БСЭ1/Индия|Индия]] ''(и А. Щукина, В. П., В. Позин, И. Магидович и Ред., К. Михайлов и В. П., А. Осипов и В. П., А. Осипов и В. П-ин, В. Штейн, А. Золотарев, Н. Кун, Е. Беляев, Д. Сулейкин, Л. Бернс, А. Осипов, Б. Ф., Н. Константинов, Д. Горфин.)'';<br />* [[БСЭ1/Обмен первобытный|Обмен первобытный]];<br />* [[БСЭ1/Община|Община]] ''(и [[Борис Фёдорович Поршнев|Б. Поршнев]].)'' ;<br />* [[БСЭ1/Ирокезы|Ирокезы]];<br />* [[БСЭ1/Кузенный брак|Кузенный брак]];<br />* [[БСЭ1/Культ предков|Культ предков]];<br />* [[БСЭ1/Матриархат|Матриархат]];<br />* [[БСЭ1/Многоженство|Многоженство]];<br />* [[БСЭ1/Моногамия|Моногамия]];<br />* [[БСЭ1/Морган, Льюис Генри|Морган, Льюис Генри]];<br />* [[БСЭ1/Негры|Негры]];<br />* [[БСЭ1/Огнепоклонничество|Огнепоклонничество]];<br />* [[БСЭ1/Охота, вид деятельности|Охота, вид деятельности]];<br />* [[БСЭ1/Палеолит|Палеолит]] ''(и А. Брюсов.)'';<br />* [[БСЭ1/Парный брак|Парный брак]];<br />* [[БСЭ1/Патриархальная теория|Патриархальная теория]];<br />* [[БСЭ1/Патриархат|Патриархат]];<br />* [[БСЭ1/Патронимия|Патронимия]];<br />* [[БСЭ1/Первобытная история|Первобытная история]];<br />* [[БСЭ1/Первобытная культура|Первобытная культура]];<br />* [[БСЭ1/Первобытно-общинный строй|Первобытно-общинный строй]];<br />* [[БСЭ1/Пиктография|Пиктография]];<br />* [[БСЭ1/Племя|Племя]];<br />* [[БСЭ1/Плужное земледелие|Плужное земледелие]];<br />* [[БСЭ1/Подсечно-огневое земледелие|Подсечно-огневое земледелие]];<br />* [[БСЭ1/Полиандрия|Полиандрия]];<br />* [[БСЭ1/Потлач|Потлач]];<br />* [[БСЭ1/Род, общественная форма|Род, общественная форма]];<br />* [[БСЭ1/Родство|Родство]];<br />* [[БСЭ1/Рыболовство|Рыболовство]];<br />* [[БСЭ1/Свайные постройки|Свайные постройки]] ''(и А. Брюсов.)'';<br />* [[БСЭ1/Семья|Семья]];<br />* [[БСЭ1/Сиу|Сиу]];<br />* [[БСЭ1/Собирательство|Собирательство]];<br />* [[БСЭ1/Стадо первобытное|Стадо первобытное]];<br />* [[БСЭ1/Табу|Табу]];<br />* [[БСЭ1/Тасманийцы|Тасманийцы]];<br />* [[БСЭ1/Тейлор, Эдуард|Тейлор, Эдуард]];<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1967|ВОВ=Работник}} |- | || В. Косинский. ||* [[БСЭ1/Журналы|Журналы]] ''(и Ф. Р., А. Киссин, Г.-Р., А. К., М. С., Л. Б., И. Толмадж, Н. Конрад, Папаян, В. О., В. Г.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | [[Автор:Евгений Алексеевич Косминский|Евгений Алексеевич Косминский]] || Косминский, Е. А., проф. (ист.). ||* [[БСЭ1/Аграрная история средних веков|Аграрная история средних веков]];<br />* [[БСЭ1/Армия спасения|Армия спасения]];<br />* [[БСЭ1/Бекингем|Бекингем]];<br />* [[БСЭ1/Бургундия|Бургундия]] ''(и Л. Д. Синицкий.)'';<br />* [[БСЭ1/Буржуазия|Буржуазия]] ''(и Е. К.??)'';<br />* [[БСЭ1/Вайц, Георг|Вайц, Георг]];<br />* [[БСЭ1/Великобритания|Великобритания]] ''(III. Исторический очерк — и Ф. А. Ротштейн.)'';<br />* [[БСЭ1/Вильгельм I Завоеватель|Вильгельм I Завоеватель]];<br />* [[БСЭ1/Вильгельм III Оранский|Вильгельм III Оранский]];<br />* [[БСЭ1/Виноградов, Павел Гаврилович|Виноградов, Павел Гаврилович]];<br />* [[БСЭ1/Возрождение|Возрождение]] ''(и Э. Фукс (Е. Fuchs, Berlin), Е. М. Браудо, А. А. Гвоздев, С. Л. Соболь.)'';<br />* [[БСЭ1/Голод|Голод]] ''(и Л. И. Мадьяр, С. Д. Мстиславский.)'';<br />* [[БСЭ1/Город|Город]] ''(и Г. М. Пригоровский, Ф. А. Ротштейн, С. В. Бахрушин, Э. М. Давидов, Л. Д. Синицкий, Д. М. Аронович, Н. Л. Мещеряков, Г. М. Михайлов, М. А. Петров, С. Р. Будкевич, М. Кожевников.)'';<br />* [[БСЭ1/Грановский, Тимофей Николаевич|Грановский, Тимофей Николаевич]];<br />* [[БСЭ1/Гуманизм|Гуманизм]];<br />* [[БСЭ1/Дворянство на Западе|Дворянство на Западе]];<br />* [[БСЭ1/Денежное хозяйство|Денежное хозяйство]] ''(и Е. К., Г. П.)'';<br />* [[БСЭ1/Джентри, в Англии|Джентри, в Англии]];<br />* [[БСЭ1/Дипломатика|Дипломатика]] ''(и А. Сперанский.)'';<br />* [[БСЭ1/Европа, часть света|Европа, часть света]] ''(и Е. Милановский, А. Григорьев, Г. Ковалевский, Л. Зиман, В. Бунак, ***, П. Преображенский, Ф. Потемкин.)'';<br />* [[БСЭ1/Елизавета Английская|Елизавета Английская]];<br />* [[БСЭ1/Жанна д’Арк|Жанна д’Арк]];<br />* [[БСЭ1/Женщина|Женщина]] ''(и М. Нестурх, П. Дьяконов, Т. Тюрина, П. Преображенский, А. Карасс.)'';<br />* [[БСЭ1/Иммунитет, феодальный институт|Иммунитет, феодальный институт]];<br />* [[БСЭ1/Феодализм|Феодализм]];<br />* [[БСЭ1/Фюстель де Куланж, Нюма Дени|Фюстель де Куланж, Нюма Дени]];<br />* [[БСЭ1/Эразм Роттердамский|Эразм Роттердамский]];<br />* [[БСЭ1/Эшли, Уильям Джемс|Эшли, Уильям Джемс]];<br />* [[БСЭ1/Ярмарки|Ярмарки]] ''(и К. Ш.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1959|ВОВ=Работник}} |- | [[Автор:Аркадий Александрович Космодемьянский|Аркадий Александрович Космодемьянский]] || А. Космодемьянский. ||* [[БСЭ1/Турбулентность|Турбулентность]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1988|ВОВ=Работник}} |- | || Косоротов, Н. М. (лит. Востока). ||* [[БСЭ1/Арабская литература|Арабская литература]]; <br />* [[БСЭ1/Арабский язык|Арабский язык]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Сергей Константинович Костинский|Сергей Константинович Костинский]] || Костинский, С. К., проф. (астрономия). ||* [[БСЭ1/Астрофотография|Астрофотография]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1936}} |- | [[Автор:Стефан Францевич Костржевский|Стефан Францевич Костржевский]] || С. Костржевский. ||* [[БСЭ1/Полиграфическая промышленность|Полиграфическая промышленность]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1986|ВОВ=Работник}} |- | || М. Костров. ||* [[БСЭ1/Реле|Реле]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. В. Костырко. ||* [[БСЭ1/Гипс|Гипс]] ''(и Л. В. Пустовалов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Алексей Николаевич Костяков]] || Костяков, А. Н., проф. (почвоведение), Москва. ||* [[БСЭ1/Дождевание|Дождевание]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1957|ВОВ=Работник}} |- | || А. Косыгин. ||* [[БСЭ1/Газ естественный|Газ естественный]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Косьминский. ||* [[БСЭ1/Хронология, в науке об истории|Хронология, в науке об истории]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || К. Котельников. ||* [[БСЭ1/Ярославль|Ярославль]] ''(и В. Лавров, Н. Брунов, М. Алпатов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Сергей Андреевич Котляревский]] || Котляревский С. А., (правоведение). ||* [[БСЭ1/Великая хартия вольностей|Великая хартия вольностей]];<br />* [[БСЭ1/Каноническое право|Каноническое право]] ''(и П. Гидулянов.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1939|ГОДРЕАБИЛИТАЦИИ=1956}} |- | || А. А. Котов. ||* [[БСЭ1/Дагестанская Автономная Советская Социалистическая Республика (ДагАССР)|Дагестанская Автономная Советская Социалистическая Республика (ДагАССР)]] ''(и Б. Ф. Добрынин, Е. М. Шиллинг, В. Е. Столяров, Э. М. Давидов, А. Тахо-Годи.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Григорий Иванович Котов]] || Г. И. Котов. ||* [[БСЭ1/Арабское искусство|Арабское искусство]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1942}} |- | || Е. Котова. ||* [[БСЭ1/Петергоф|Петергоф]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Кототишвили. ||* [[БСЭ1/Грузинская литература|Грузинская литература]] ''(и Г. Тавзарашвили.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Кочетов А. ||* [[БСЭ1/Жилище|Жилище]] ''(и С. Толстов, А. Башкиров, П. Лященко, А. Кочетов, Ц. Рысс, Н. Мещеряков, Д. Шейнис, А. Карасс, Н. Марковников, Н. М., Д. Аркин, Д. Горфин, Д. Г.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Кочешкова. ||* [[БСЭ1/Хакасская автономная область|Хакасская автономная область]] ''(и С. Токарев.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Я. П. Кошкин. ||* [[БСЭ1/Гольды|Гольды]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Хачатур Седракович Коштоянц|Хачатур Седракович Коштоянц]] || Коштоянц, Х. ||* [[БСЭ1/Желудок|Желудок]] ''(и И. Шмальгаузен, Г. Иванов.)'';<br />* [[БСЭ1/Животная теплота|Животная теплота]];<br />* [[БСЭ1/Сеченов, Иван Михайлович|Сеченов, Иван Михайлович]];<br />* [[БСЭ1/Физиология|Физиология]] ''(и И. Х.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1961|ВОВ=Работник}} |- | [[Сергей Васильевич Кравков]] || Кравков, С. В. (психология), Москва. ||* [[БСЭ1/Вкус|Вкус]] ''(и С. Л. Соболь.)'';<br />* [[БСЭ1/Восприятие|Восприятие]] ''(и П. Рудик.)'';<br />* [[БСЭ1/Дальтонизм|Дальтонизм]];<br />* [[БСЭ1/Зрение|Зрение]];<br />* [[БСЭ1/Освещение|Освещение]] ''(и Н. Данциг.)'';<br />* [[БСЭ1/Основные цвета|Основные цвета]]|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1951|ВОВ=Работник}} |- | || Г. Кравцев. ||* [[БСЭ1/Промышленность машиностроительная|Промышленность машиностроительная]] ;<br />* [[БСЭ1/Сельскохозяйственное машиностроение|Сельскохозяйственное машиностроение]] ''(и Н. Александров.)'';<br />* [[БСЭ1/Уральский завод тяжелого машиностроения им. Серго Орджоникидзе (УЗТМ)|Уральский завод тяжелого машиностроения им. Серго Орджоникидзе (УЗТМ)]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1951|ВОВ=Работник}} |- | || Н. Кравцов. ||* [[БСЭ1/Дубровницкая литература|Дубровницкая литература]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. П. Кравченко. ||* [[БСЭ1/Гидрометрические вертушки|Гидрометрические вертушки]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Д. Крайнов. ||* [[БСЭ1/Исторический музей (государственный)|Исторический музей (государственный)]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Кранцфельд, А. ||* [[БСЭ1/Желтая лихорадка|Желтая лихорадка]];<br />* [[БСЭ1/Фрамбезия|Фрамбезия]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || С. Н. Красильников. ||* [[БСЭ1/Военные снабжения|Военные снабжения]] ''(и К. Е. Горецкий.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Красин. ||* [[БСЭ1/Деревянное строительство|Деревянное строительство]] ''(и П. Воронцов-Вельяминов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Краснов. ||* [[БСЭ1/Термометрия|Термометрия]];<br />* [[БСЭ1/Термометры|Термометры]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Краснов. ||* [[БСЭ1/Офтальмология|Офтальмология]];<br />* [[БСЭ1/Офтальмоскопия|Офтальмоскопия]];<br />* [[БСЭ1/Ретинит|Ретинит]];<br />* [[БСЭ1/Слепота|Слепота]];<br />* [[БСЭ1/Трахома|Трахома]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Я. Красногорская. ||* [[БСЭ1/Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)|Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)]] ''(IV. Народное образование — и Е. Медынский, В. Струминский, А. Фомичев, А. Шейнберг, М. Малышев, В. Куличенко, В. Попов, Г. Казаков.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Красногорский, А. ||* [[БСЭ1/Заготовительные организации|Заготовительные организации]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Василий Александрович Краснокутский]] || Краснокутский В. А., (право) ||* [[БСЭ1/Римское право|Римское право]];<br />* [[БСЭ1/Сервитуты|Сервитуты]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1973|ВОВ=Работник}} |- | || Т. Красносельская. ||* [[БСЭ1/Стадийное развитие растений|Стадийное развитие растений]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Краснощеков. ||* [[БСЭ1/Кенаф|Кенаф]] ''(и М. Алтухов.)'';<br />* [[БСЭ1/Кендырь|Кендырь]] ''(и М. Алтухов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || С. М. Красный. ||* [[БСЭ1/Бетман-Гольвег, Теобальд, фон|Бетман-Гольвег, Теобальд, фон]];<br />* [[БСЭ1/Бланки, Луи Огюст|Бланки, Луи Огюст]];<br />* [[БСЭ1/Брюссельский конгресс 2-го Интернационала|Брюссельский конгресс 2-го Интернационала]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Красовский. ||* [[БСЭ1/Бивак|Бивак]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || П. Красовский. ||* [[БСЭ1/Воздушные тормаза|Воздушные тормаза]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Иван Андреевич Крастин]] || И. Крастин ||* [[БСЭ1/Народный суд|Народный суд]];<br />* [[БСЭ1/Народный судья|Народный судья]];<br />* [[БСЭ1/Обвиняемый|Обвиняемый]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1938}} |- | [[Игнатий Юлианович Крачковский]] || Крачковский, И. Ю., акад. (арабистика), Ленинград. || || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1951|ВОВ=Работник}} |- | || А. Крашенинников. ||* [[БСЭ1/Страхование|Страхование]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Крейнин. ||* [[БСЭ1/Ирак|Ирак]] ''(и Д.Шморгонер, Е. Поляков, Евг. Беляев.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Б. Крейцер. ||* [[БСЭ1/Охотничьи ружья|Охотничьи ружья]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || С. Кремков. ||* [[БСЭ1/Военная игра|Военная игра]] ''(и М. Петров.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Кренке. ||* [[БСЭ1/Регенерация, в биологии|Регенерация, в биологии]] ''(и Г. Шмидт.)'';<br />* [[БСЭ1/Химеры, в биологии|Химеры, в биологии]] ''(и А. Гайсинович.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. А. Крестовникова. ||* [[БСЭ1/Бактериофагия|Бактериофагия]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Крестовский. ||* [[БСЭ1/Центральные телефонные станции|Центральные телефонные станции]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Лев Мельхиседекович Кречетович]] || Кречетович, Л. М., проф. (ботан.). || * [[БСЭ1/Ископаемые организмы|Ископаемые организмы]] ''(и В. Меннер.)'';<br /> * [[БСЭ1/Кайнозойская эра|Кайнозойская эра]] ''(и Е. Милановский.)'';<br /> * [[БСЭ1/Каламиты|Каламиты]];<br /> * [[БСЭ1/Лист, орган растений|Лист, орган растений]];<br /> * [[БСЭ1/Палеоботаника|Палеоботаника]];<br /> * [[БСЭ1/Папоротники|Папоротники]];<br />* [[БСЭ1/Покрытосеменные|Покрытосеменные]];<br /> * [[БСЭ1/Псилотовые|Псилотовые]];<br /> * [[БСЭ1/Саговники|Саговники]];<br /> * [[БСЭ1/Семенные папоротники|Семенные папоротники]]; <br /> * [[БСЭ1/Семяпочка|Семяпочка]];<br /> * [[БСЭ1/Симбиоз|Симбиоз]] ''(и Г. Шмидт.)'';<br /> * [[БСЭ1/Симметрия|Симметрия]];<br /> * [[БСЭ1/Стебель|Стебель]];<br /> * [[БСЭ1/Тератология|Тератология]];<br /> * [[БСЭ1/Триасовый период (система)|Триасовый период (система)]] ''(и А. Мазарович.)'';<br /> * [[БСЭ1/Тычинка|Тычинка]];<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1956|ВОВ=Работник}} |- | [[Глеб Максимилианович Кржижановский]] || Крижижановский, Г. М. (энергетика) ||* [[БСЭ1/Электрификация|Электрификация]] ''(и бригада: В. Вейц, З. Ракоши, М. Грановская, И. Будницкий и Б. Кузнецов.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1959|ВОВ=Работник}} |- | || М. Кривицкий. ||* [[БСЭ1/Заработная плата|Заработная плата]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. Кривцова. ||* [[БСЭ1/Вустер, графство и город в Англии|Вустер, графство и город в Англии]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Крижановская, Н. ||* [[БСЭ1/Бассано|Бассано]];<br /> * [[БСЭ1/Гох, Питер, де|Гох, Питер, де]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Криницкий. ||* [[БСЭ1/Дюбуа-Реймон, Эмиль|Дюбуа-Реймон, Эмиль]] ''(и А. Самойлов.)'';<br /> * [[БСЭ1/Микробиология|Микробиология]];<br /> * [[БСЭ1/Натурфилософия|Натурфилософия]]|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Криницкий. ||* [[БСЭ1/Утководство|Утководство]] ''(и Г. Григорьев.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Крисс. ||* [[БСЭ1/Пигментные бактерии|Пигментные бактерии]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Лев Натанович Крицман]]''' || Крицман, Л. Н. (экономика). ||* [[БСЭ1/Безработица|Безработица]] ''(и M. H. Смит, Л. Е. Минц, С. Д. Мстиславский.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1938}} |- | || Г. Кричевский. ||* [[БСЭ1/Исландия|Исландия]] ''(и Б. Б., И. Магидович, Г. Александров.)'';<br /> * [[БСЭ1/Испания|Испания]] ''(и Б. Добрынин, Г. Черданцев, Д. Кончаловский, Г. Кричевский, Б. Минлос, А. Штирнер, З. Партош, А. П.)'';<br /> * [[БСЭ1/Уругвай|Уругвай]] ''(и Н. Думитрашко, В. Позин, Я. Марианский.)'';<br /> * [[БСЭ1/Филлиппины|Филлиппины]] ''(и М. Первухин, В. П., А. Губер.)'';<br /> * [[БСЭ1/Финляндия|Финляндия]] ''(и Б. В., Г. Дебец, С. М., В. Смирнов, А. Туоминен, В., А. Готалов-Готлиб, В. Савченко.)'';<br /> * [[БСЭ1/Франция|Франция]] ''(и Б. Добрынин, В. Позин, М. З., О. Вайнштейн, С. Сказкин, К. Добролюбский, Н. Лукин, Ф. Потемкин, А. Молок, С. Будкевич, Н. Галанза, С. К., В. Далин, Л. Балабанов, М. В. и С. К., С. Ашкенази, А. Пинкевич, Г. Вейсберг, Л. Сыркин.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Александра Ефимовна Кроль]] || Кроль, А. ||* [[БСЭ1/Бернини|Бернини]]; <br />* [[БСЭ1/Болонья, Джованни да|Болонья, Джованни да]]; <br />* [[БСЭ1/Верроккьо|Верроккьо]]; <br />* [[БСЭ1/Гарофало, живописец|Гарофало, живописец]]; <br />* [[БСЭ1/Дальбоно, Эдоардо|Дальбоно, Эдоардо]]; <br />* [[БСЭ1/Дезидерио да Сеттиньяно|Дезидерио да Сеттиньяно]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1978|ВОВ=Работник}} |- | || М. Кроль. ||* [[БСЭ1/Афазия|Афазия]]; <br />* [[БСЭ1/Невропатология|Невропатология]]; <br />* [[БСЭ1/Нервные болезни|Нервные болезни]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Кронман. ||* [[БСЭ1/Ефимов, Борис Ефимович|Ефимов, Борис Ефимович]]; <br />* [[БСЭ1/Уран, химический элемент|Уран, химический элемент]] ''(и Н. Добротин.)'';<br />* [[БСЭ1/Хартфильд, Джон|Хартфильд, Джон]]; <br />* [[БСЭ1/Экзотика|Экзотика]]; <br />* [[БСЭ1/Экспрессионизм|Экспрессионизм]] ''(и А. Запровская, П. Вейс.)''; <br />* [[БСЭ1/Юон, Константин Федорович|Юон, Константин Федорович]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Василий Тихонович Кротков]] || В. Кротков ||* [[БСЭ1/Фунт стерлингов|Фунт стерлингов]];<br />* [[БСЭ1/Чек|Чек]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1971|ВОВ=РАБОТНИК}} |- | || В. Кротов (возможно, опечатка, и это В. Кротков) ||* [[БСЭ1/Федеральная резервная система|Федеральная резервная система]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Александр Александрович Крубер]]''' || Крубер, А. А., проф. (географ.), А. К-р. ||* [[БСЭ1/Афганистан|Афганистан]] ''(и С. Д. Мстиславский, А. Снесарев.)'';<br />* [[БСЭ1/Балканский полуостров|Балканский полуостров]];<br />* [[БСЭ1/Беринг, Витус|Беринг, Витус]];<br />* [[БСЭ1/Антропогеография|Антропогеография]] ''(и [[Николай Николаевич Баранский|Н. Н. Баранский]].)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1941}} |- | [[Карл Адольфович Круг]] || Круг, К. А., проф. (электротехн.). ||* [[БСЭ1/Аккумуляторы|Аккумуляторы]] ''(и [[Александр Наумович Фрумкин|А. Фрумкин]], [[Николай Францевич Чарновский|Н. Чарновский]].)'';<br /> * [[БСЭ1/Безваттный ток|Безваттный ток]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1952|ВОВ=Работник}} |- | || В. Кружков; В. С. Кружков. ||* [[БСЭ1/Массаж|Массаж]];<br />* [[БСЭ1/Наркоз|Наркоз]];<br />* [[БСЭ1/Ожоги|Ожоги]];<br />* [[БСЭ1/Периостит|Периостит]];<br />* [[БСЭ1/Раны|Раны]];<br />* [[БСЭ1/Сталин|Сталин]] ''(и Александров Г. Ф., Галактионов М. Р., Митин М. Б., Мочалов В. Д., [[Пётр Николаевич Поспелов|Поспелов П. Н.]] [ИМЭЛ].)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Надежда Константиновна Крупская]]''' || Крупская Н. К., (политика) ||* [[БСЭ1/Воспитание|Воспитание]];<br />* [[БСЭ1/Детское самоуправление|Детское самоуправление]] ''(и С. Б.)'';<br />* [[БСЭ1/Политико-просветительная работа|Политико-просветительная работа]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1939}} |- | || В. Круть. ||* [[БСЭ1/Зализняк, Максим|Зализняк, Максим]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Крывелев. ||* [[БСЭ1/Равенство|Равенство]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[w:Крыленко, Николай Васильевич|Николай Васильевич Крыленко]]''' || Н. В. Крыленко; Н. Крыленко. ||* [[БСЭ1/Братанье|Братанье]];<br />* [[БСЭ1/Верховный трибунал|Верховный трибунал]];<br />* [[БСЭ1/Военные трибуналы|Военные трибуналы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1938|ГОДРЕАБИЛИТАЦИИ=1955}} |- | || О. Крыленко. ||* [[БСЭ1/Севастополь|Севастополь]] ''(и Э. Давыдов, А. Смирнов и М. Струве.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Крылов. ||* [[БСЭ1/Воронение|Воронение]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Крымский. ||* [[БСЭ1/Иемен|Иемен]] ''(и Д. Шморгонер, В. Петрин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Крючкова. ||* [[БСЭ1/Япония|Япония]] ''(и А. Григорьев, Л. Зиман, Д. Шморгонер, А. К., Н. Конрад, Ф. Месин, Е. Жуков, А. А., Н. Челяпов, А., К., К. Майстрах, В. Смагин и В. Орлов, Ф. М., О., Эйдус, Е. Плетнер.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Крючкович. ||* [[БСЭ1/Кирпичное производство|Кирпичное производство]] ''(и П. Будников.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Кряжин. ||* [[БСЭ1/СССР. Краеведение|СССР. Краеведение]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Крячко. ||* [[БСЭ1/СССР. Физическая культура|СССР. Физическая культура]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Михаил Ильич Кубанин]] || М. Кубанин. ||* [[БСЭ1/Антоновщина|Антоновщина]];<br />* [[БСЭ1/Григорьевщина|Григорьевщина]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1941|ГОДРЕАБИЛИТАЦИИ=1956}} |- | || Л. Кубаркин. ||* [[БСЭ1/Супергетеродин|Супергетеродин]];<br />* [[БСЭ1/Суперрегенеративный приёмник|Суперрегенеративный приёмник]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Виктор Львович Кубацкий]] || Кубацкий, В. Л. (муз.), Москва. ||* [[БСЭ1/Виолончель|Виолончель]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1970|ВОВ=Работник}} |- | || И. Кубиков; И. Н. Кубиков. ||* [[БСЭ1/Бибик, Алексей Павлович|Бибик, Алексей Павлович]];<br />* [[БСЭ1/Боборыкин, Петр Дмитриевич|Боборыкин, Петр Дмитриевич]];<br />* [[БСЭ1/Богданович, Ангел Иванович|Богданович, Ангел Иванович]];<br />* [[БСЭ1/Войтоловский, Лев Наумович|Войтоловский, Лев Наумович]];<br />* [[БСЭ1/Волков, Михаил Иванович|Волков, Михаил Иванович]];<br />* [[БСЭ1/Вольнов, Иван Егорович|Вольнов, Иван Егорович]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Александр Владиславович Кубицкий]]''' || Кубицкий, А. В., проф. (ист. философ.). ||* [[БСЭ1/Академия, основанная Платоном философская школа|Академия, основанная Платоном философская школа]];<br />* [[БСЭ1/Атом, в философии|Атом, в философии]];<br />* [[БСЭ1/Бруно, Джордано|Бруно, Джордано]];<br />* [[БСЭ1/Вечность|Вечность]];<br />* [[БСЭ1/Виртуальный|Виртуальный]];<br />* [[БСЭ1/Гедонизм|Гедонизм]];<br />* [[БСЭ1/Герметическая философия|Герметическая философия]];<br />* [[БСЭ1/Греция (древняя)|Греция (древняя)]] ''(и Г. М. Пригоровский, М. В. Немировский, Ф. А. Петровский, В. А. Штейн, С. Я. Лурье, С. И. Радциг, Ф. И. Шмит, Б. В. Варнеке, Игорь Глебов.)'';<br />* [[БСЭ1/Зенон, элеец|Зенон, элеец]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1937}} |- | || И. Кубланов. ||* [[БСЭ1/Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)|Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)]] ''(VII. Исторический очерк - и Л. Бычков.)'';<br />* [[БСЭ1/Трудовики|Трудовики]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Кудрин. ||* [[БСЭ1/Военкор|Военкор]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Кудрявцев. ||* [[БСЭ1/Калмыцкая автономная советская социалистическая республика|Калмыцкая автономная советская социалистическая республика]] ''(и И. Иванов, Э.Давыдов, М. Зевакин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || П. Кудрявцев. ||* [[БСЭ1/Рольганги|Рольганги]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Кудряшев. ||* [[БСЭ1/Турция|Турция]] ''(и С. Матвеев, С. Попова, И. Хибарин, Э. Давыдов, А. Миллер, Д. Горфин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Константин Васильевич Кудряшов]] || Кудряшов, К. ||* [[БСЭ1/Варяжский путь|Варяжский путь]];<br />* [[БСЭ1/Замосковный край|Замосковный край]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1962|ВОВ=Работник}} |- | || А. Кузин. ||* [[БСЭ1/Зимний моторный транспорт|Зимний моторный транспорт]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Кузмак. ||* [[БСЭ1/Сварка|Сварка]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Б. Кузнецов. ||* [[БСЭ1/Электрификация|Электрификация]] ''(и Г. Кржижановский и бригада: В. Вейц, З. Ракоши, М. Грановская, И. Будницкий.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Д. Кузнецов. ||* [[БСЭ1/Серная кислота|Серная кислота]];<br />* [[БСЭ1/Соляная кислота|Соляная кислота]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Е. Кузнецов. ||* [[БСЭ1/Катаморфизм|Катаморфизм]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Кузнецов. ||* [[БСЭ1/Термиты|Термиты]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Кузнецов.?? ||* [[БСЭ1/Чувашская автономная советская социалистическая республика (ЧАССР)|Чувашская автономная советская социалистическая республика (ЧАССР)]] ''(и В. Танаевский.)'';<br />* [[БСЭ1/Давильное дело|Давильное дело]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Автор:Константин Алексеевич Кузнецов|Константин Алексеевич Кузнецов]] || К. Кузнецов. ||* [[БСЭ1/Польская музыка|Польская музыка]];<br />* [[БСЭ1/Испанская музыка|Испанская музыка]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1953|ВОВ=Работник}} |- | [[Автор:Николай Яковлевич Кузнецов|Николай Яковлевич Кузнецов]] || Кузнецов, Н. Я. (энтомология), Ленинград; Н. Кузнецов, Н. К. ??. ||* [[БСЭ1/Веерницы|Веерницы]];<br>* [[БСЭ1/Веерокрылые|Веерокрылые]];<br />* [[БСЭ1/Двукрылые|Двукрылые]];<br />* [[БСЭ1/Жуки|Жуки]];<br />* [[БСЭ1/Моли|Моли]];<br />* [[БСЭ1/Муравьи|Муравьи]] ''(и И. Ежиков.)'';<br />* [[БСЭ1/Мухи|Мухи]];<br />* [[БСЭ1/Наездники|Наездники]];<br />* [[БСЭ1/Насекомые|Насекомые]];<br />* [[БСЭ1/Осы|Осы]];<br />* [[БСЭ1/Перепончатокрылые|Перепончатокрылые]];<br />* [[БСЭ1/Пчелы|Пчелы]];<br />* [[БСЭ1/Саранчёвые|Саранчёвые]];<br />* [[БСЭ1/Сетчатокрылые|Сетчатокрылые]];<br />* [[БСЭ1/Слепни|Слепни]];<br />* [[БСЭ1/Стрекозы|Стрекозы]];<br />* [[БСЭ1/Тутовый шелкопряд|Тутовый шелкопряд]];<br />* [[БСЭ1/Филлоксера|Филлоксера]];<br />* [[БСЭ1/Хермесы|Хермесы]];<br />* [[БСЭ1/Хлебная моль|Хлебная моль]];<br />* [[БСЭ1/Хлебный жук|Хлебный жук]];<br />* [[БСЭ1/Хрущи|Хрущи]];<br />* [[БСЭ1/Цикады|Цикады]];<br />* [[БСЭ1/Червецы|Червецы]];<br />* [[БСЭ1/Шина, в технике|Шина, в технике]];<br />* [[БСЭ1/Шмели|Шмели]];<br /> || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1948|ВОВ=Работник}} |- | [[Автор:Пётр Саввич Кузнецов|Пётр Саввич Кузнецов]] || П. Кузнецов. ||* [[БСЭ1/Транскрипция, в языкознании|Транскрипция, в языкознании]];<br />* [[БСЭ1/Украинский язык|Украинский язык]];<br />* [[БСЭ1/Энтомология|Энтомология]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1968|ВОВ=Работник}} |- | [[Автор:Сергей Иванович Кузнецов|Сергей Иванович Кузнецов]] || С. Кузнецов. ||* [[БСЭ1/pH|pH]] ''(и В. Вассерберг.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1987|ВОВ=Работник}} |- | || Ф. Е. Кузнецов. ||* [[БСЭ1/Швейцария|Швейцария]] ''(и Б. Добрынин, Ф. Платтен, Ф. Месин, Н. Челяпов, Л. Хорник, А. Готалов-Готлиб, З. Партош, Л. Сыркин.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Т. Кузнецова. ||* [[БСЭ1/Кетле, Адольф|Кетле, Адольф]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Дмитрий Васильевич Кузовков]] || Кузовков, Д. В., проф. (финансы). ||* [[БСЭ1/Акцизы|Акцизы]];<br />* [[БСЭ1/Амортизация налогов|Амортизация налогов]];<br />* [[БСЭ1/Безденежные расчеты|Безденежные расчеты]];<br />* [[БСЭ1/Бесплатное снабжение|Бесплатное снабжение]];<br />* [[БСЭ1/Винная монополия|Винная монополия]];<br />* [[БСЭ1/Вино, обложение|Вино, обложение]];<br />* [[БСЭ1/Военная прибыль (обложение)|Военная прибыль (обложение)]];<br />* [[БСЭ1/Государственное банкротство|Государственное банкротство]];<br />* [[БСЭ1/Государственное хозяйство|Государственное хозяйство]];<br />* [[БСЭ1/Государственные доходы|Государственные доходы]];<br />* [[БСЭ1/Двойное обложение|Двойное обложение]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Т. Кузьмина. ||* [[БСЭ1/Служебные собаки|Служебные собаки]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Константин Станиславович Кузьминский]]''' || Кузьминский, К. С. (иск. и полиграф), ''К. К.''. ||* [[БСЭ1/Агин, Александр Алексеевич|Агин, Александр Алексеевич]];<br />* [[БСЭ1/Болгарская литература|Болгарская литература]];<br />* [[БСЭ1/Энциклопедия|Энциклопедия]] ''(и А. Д., И. 3., Б. Д., М. Нечкина, Н. Мещеряков.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1940}} |- | || Л. Кузьмичева. ||* [[БСЭ1/Стихийность и сознательность|Стихийность и сознательность]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Валериан Владимирович Куйбышев]]''' || Куйбышев, В. В. (политика). || || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1935}} |- | || С. А. Кукель-Краевский. ||* [[БСЭ1/Волховстрой|Волховстрой]] ''(и И. И. Кандалов.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Л. Кулаковский. ||* [[БСЭ1/Диссонанс, в музыке|Диссонанс, в музыке]];<br />* [[БСЭ1/Ритм|Ритм]];<br />* [[БСЭ1/Цезура|Цезура]];<br />* [[БСЭ1/Этнография музыкальная|Этнография музыкальная]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Павел Николаевич Кулешов]]''' || Кулешов, П. Н., проф. (животноводство). ||* [[БСЭ1/Айрширский молочный скот|Айрширский молочный скот]];<br />* [[БСЭ1/Американский рысак|Американский рысак]];<br />* [[БСЭ1/Английская скаковая лошадь|Английская скаковая лошадь]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1936}} |- | || П. Куликов. ||* [[БСЭ1/Зернотрест|Зернотрест]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Куличенко. ||* [[БСЭ1/Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)|Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)]] ''(IV. Народное образование — и Е. Медынский, В. Струминский, А. Фомичев. Я. Красногорская, А. Шейнберг, М. Малышев, В. Попов, Г. Казаков.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || К. Кульбацкий. ||* [[БСЭ1/Многократное телефонирование и телеграфирование|Многократное телефонирование и телеграфирование]] ;<br />* [[БСЭ1/Телеграф|Телеграф]] ;<br />* [[БСЭ1/Телефон|Телефон]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Кульвановский. ||* [[БСЭ1/Врачебная этика|Врачебная этика]] ''(и А. Б. Шевелев.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Кульков. || * [[БСЭ1/Множественный склероз|Множественный склероз]] ;<br />* [[БСЭ1/Невралгия|Невралгия]];<br />* [[БСЭ1/Нистагм|Нистагм]] ;<br />* [[БСЭ1/Паралич|Паралич]] ;<br />* [[БСЭ1/Полиневрит|Полиневрит]] ;<br />* [[БСЭ1/Полиомиэлит|Полиомиэлит]] ;<br />* [[БСЭ1/Радикулит|Радикулит]] ;<br />* [[БСЭ1/Рассеянный склероз|Рассеянный склероз]] ;<br />* [[БСЭ1/Рефлексы|Рефлексы]] ;<br />* [[БСЭ1/Табес|Табес]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Г. Г. Кульман. ||* [[БСЭ1/Веялка|Веялка]] ''(и Е. И. Шлифштейн.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | '''[[Алексей Александрович Кулябко]]''' || Кулябко, А. А., проф. (НОТ). ||* [[БСЭ1/Анализ движений|Анализ движений]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1930}} |- | || К. Кулябко. ||* [[БСЭ1/Активация|Активация]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Г. Кулябко-Корецкий. ||* [[БСЭ1/Вольное экономическое общество|Вольное экономическое общество]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Куман. ||* [[БСЭ1/Украинская Советская Социалистическая Республика|Украинская Советская Социалистическая Республика]] ''(и Е. Лукашова, Е. Лавренко, И. Хибарин, А. Кауфман и Э. Давыдов, Д. Гинзбург и А. Лимонник, А. Богомолец, С. Бухало, С. Каган, В. Пичета, А. Савич.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Бела Кун]] || Кун, Бела (нов. зап. ист.), Москва. ||* [[БСЭ1/Венгрия|Венгрия]] ''(III. Исторический очерк — и А. Берей, А. Болгар, Бела Ландор, Евг. Варга IV. Рабочий класс — и П. Гайду, К. Биро. VI. Политический очерк — и Э. Мадарас.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1955}} |- | '''[[Николай Альбертович Кун]]''' || Кун, Н. А. (ист. религий). ||* [[БСЭ1/Адонис, божество|Адонис, божество]];<br />* [[БСЭ1/Аттис|Аттис]];<br />* [[БСЭ1/Бронзовый век|Бронзовый век]] ''(и В. Никольский.)'';<br />* [[БСЭ1/Вавилонская религия|Вавилонская религия]] ''(и Г. М. Пригоровский.)'';<br />* [[БСЭ1/Индия|Индия]] ''(и А. Щукина, В. П., М. Косвен, В. Позин, И. Магидович и Ред., К. Михайлов и В. П., А. Осипов и В. П., А. Осипов и В. П-ин, В. Штейн, А. Золотарев, Е. Беляев, Д. Сулейкин, Л. Бернс, А. Осипов, Б. Ф., Н. Константинов, Д. Горфин.)'';<br />* [[БСЭ1/Индуизм|Индуизм]];<br />* [[БСЭ1/История и историография|История и историография]] ''(и А. Щеглов, О. Добиаш-Рождественская, К. Добролюбский, Б. Вебер.)'';<br />* [[БСЭ1/Иран|Иран]];<br />* [[БСЭ1/Иранцы|Иранцы]];<br />* [[БСЭ1/Исфахан|Исфахан]];<br />* [[БСЭ1/Карфаген|Карфаген]];<br />* [[БСЭ1/Митра, божество|Митра, божество]];<br />* [[БСЭ1/Мифы и мифология|Мифы и мифология]];<br />* [[БСЭ1/Надписи|Надписи]] ''(и Н. Машкин.)'';<br />* [[БСЭ1/Палатин|Палатин]];<br />* [[БСЭ1/Пантеон, храмы|Пантеон, храмы]];<br />* [[БСЭ1/Перикл|Перикл]];<br />* [[БСЭ1/Персия|Персия]] ''(и С. Рудных, Г. Гуссейнов, Е. Беляев, А. Готалов-Готлиб, Д. Горфин.)'';<br />* [[БСЭ1/Скандинавская мифология|Скандинавская мифология]];<br />* [[БСЭ1/Спарта|Спарта]];<br />* [[БСЭ1/Фатимиды|Фатимиды]];<br />* [[БСЭ1/Финны|Финны]] ''(и Г. Дебец.)'';<br />* [[БСЭ1/Халифат|Халифат]];<br />* [[БСЭ1/Хетты|Хетты]] ''(и В. Струве.)'';<br />* [[БСЭ1/Цицерон, Марк Туллий|Цицерон, Марк Туллий]];<br />* [[БСЭ1/Цыгане|Цыгане]];<br />* [[БСЭ1/Эсхил|Эсхил]];<br />* [[БСЭ1/Черное море|Черное море]] ''(и [[Юлий Михайлович Шокальский|Ю. Шокальский]], Э. Давыдов, Я. Евстигнеев, Я. А., А. Евсеев.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1940}} |- | [[Соломон Давидович Кунисский]] || Кунисский, С. ||* [[БСЭ1/Бонапартизм|Бонапартизм]];<br />* [[БСЭ1/Восемнадцатое брюмера|Восемнадцатое брюмера]];<br />* [[БСЭ1/Друзья народа|Друзья народа]];<br />* [[БСЭ1/Жорес, Жан|Жорес, Жан]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Ростислав Владимирович Куницкий]] || Куницкий, Р. В. (астрон.). ||* [[БСЭ1/Меркурий, планета|Меркурий, планета]];<br />* [[БСЭ1/Небесные координаты|Небесные координаты]];<br />* [[БСЭ1/Системы мира|Системы мира]];<br />* [[БСЭ1/Созвездия|Созвездия]];<br />* [[БСЭ1/Солнечная система|Солнечная система]];<br />* [[БСЭ1/Спектрально-двойные звёзды|Спектрально-двойные звёзды]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1975}} |- | || А. Кункль. ||* [[БСЭ1/Гамов, Дмитрий Иванович|Гамов, Дмитрий Иванович]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || К. Купалов-Ярополк. ||* [[БСЭ1/Дрова|Дрова]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || К. Куписевич. ||* [[БСЭ1/Эвенкийские национальные округа|Эвенкийские национальные округа]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Курбатов, В. ||* [[БСЭ1/Бибиена|Бибиена]];<br />* [[БСЭ1/Версаль|Версаль]] ''(и С. Фрязинов.)''; <br />* [[БСЭ1/Виньола, Джакомо Бароцци|Виньола, Джакомо Бароцци]];<br />* [[БСЭ1/Воронихин, Андрей Никифорович|Воронихин, Андрей Никифорович]];<br />* [[БСЭ1/Гатчинский дворец и парк|Гатчинский дворец и парк]];<br />* [[БСЭ1/Гонзаго, Пьетро|Гонзаго, Пьетро]];<br />* [[БСЭ1/Детское Село|Детское Село]] ''(и С. Попова.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Христиан Иосифович Куре]] || Куре, Христиан (эстонск. лит.), Ленинград ||* [[БСЭ1/Вильде, Эдуард|Вильде, Эдуард]] ''(и Г. Пегельман.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1961|ВОВ=Работник}} |- | [[Альфред Курелла]] || А. Курелла ||* [[БСЭ1/Бернская конференция социалистических организаций молодежи|Бернская конференция социалистических организаций молодежи]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1975|ВОВ=Участник}} (1895-1975) |- | || А. Курилович. ||* [[БСЭ1/Камчатская область|Камчатская область]] ''(и П. Терлецкий.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Курицын. ||* [[БСЭ1/Хозрасчетная бригада|Хозрасчетная бригада]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Курош. ||* [[БСЭ1/Квадратичная форма|Квадратичная форма]];<br />* [[БСЭ1/Кватернионы|Кватернионы]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Лев Иванович Курсанов]] || Курсанов, Л. И., проф. (ботаника). ||* [[БСЭ1/Базидиальные грибы|Базидиальные грибы]];<br />* [[БСЭ1/Бентос|Бентос]] ''(и С. А. Зернов.)'';<br />* [[БСЭ1/Болезни растений|Болезни растений]];<br />* [[БСЭ1/Бурые водоросли|Бурые водоросли]];<br />* [[БСЭ1/Водоросли|Водоросли]];<br />* [[БСЭ1/Галлы, части растения|Галлы, части растения]];<br />* [[БСЭ1/Головня|Головня]];<br />* [[БСЭ1/Грибы|Грибы]];<br />* [[БСЭ1/Диатомовые водоросли|Диатомовые водоросли]];<br />* [[БСЭ1/Дрожжи|Дрожжи]];<br />* [[БСЭ1/Зеленые водоросли|Зеленые водоросли]];<br />* [[БСЭ1/Иммунитет у растений|Иммунитет у растений]];<br />* [[БСЭ1/Клетка|Клетка]] ''(и В. Карпов, А. Румянцев.)'';<br />* [[БСЭ1/Микология|Микология]];<br />** [[БСЭ1/Паразитизм|Паразитизм]];<br /> [[БСЭ1/Ржавчинные грибы|Ржавчинные грибы]] ''(и А. Бухгейм.)'';<br />* [[БСЭ1/Сапрофиты|Сапрофиты]];<br />* [[БСЭ1/Симбиогенез|Симбиогенез]];<br />* [[БСЭ1/Филогения (и филогенез)|Филогения (и филогенез)]] ''(и Б. Матвеев, М. Голенкин, Б. Козо-Полянский.)'';<br />* [[БСЭ1/Фитопатология|Фитопатология]] ''(и П. Свириденко.)'';<br />* [[БСЭ1/Функциональные болезни растений|Функциональные болезни растений]];<br />* [[БСЭ1/Хламидомонады|Хламидомонады]];<br />* [[БСЭ1/Хондриозомы|Хондриозомы]] ''(и А. Карпов.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1954|ВОВ=Работник}} |- | || В. Курский ||* [[БСЭ1/Енисей|Енисей]] ''(и В. Ламакин.)'';<br />* [[БСЭ1/Закавказское рыболовство|Закавказское рыболовство]];<br />* [[БСЭ1/Зверобойный промысел|Зверобойный промысел]];<br />* [[БСЭ1/Зимовальные пруды|Зимовальные пруды]];<br />* [[БСЭ1/Камбалы|Камбалы]];<br />* [[БСЭ1/Кета|Кета]];<br />* [[БСЭ1/Обь|Обь]] (''и [[Вениамин Петрович Семёнов-Тян-Шанский|В. Семенов-Тян-Шанский]] ''); <br />* [[БСЭ1/Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)|Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика (РСФСР)]] ''(III. Экономический очерк — и Э. Давыдов, Н. Никитин, А. Ракитников, Т. Хачатуров.)'';<br />* [[БСЭ1/Частиковая рыба|Частиковая рыба]];<br />* [[БСЭ1/Якутская автономная советская социалистическая республика (ЯАССР)|Якутская автономная советская социалистическая республика (ЯАССР)]] ''(и А. Григорьев, М. Расцветаев, В. Столяров, С. А. и П., Л. Мамет.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=|}} |- | || И. В. Курчатов. ||* [[БСЭ1/Выпрямители|Выпрямители]] ''(и В. П. Вологдин.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || И. Кусикьян. ||* [[БСЭ1/Марр, Николай Яковлевич|Марр, Николай Яковлевич]] ''(и С. Кацнельсон, Ф. Филин, Д. Эдинг.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || А. Куусинен. ||* [[БСЭ1/Дальстрём, Анна Мария Катарина|Дальстрём, Анна Мария Катарина]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Куфаев. ||* [[БСЭ1/Детские суды|Детские суды]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || М. П. Куфаев. ||* [[БСЭ1/Библиографические учреждения|Библиографические учреждения]] ''(и Н. Ф. Яницкий.)''|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Б. А. Куфтин; Б. Куфтин. ||* [[БСЭ1/Глинобитные постройки|Глинобитные постройки]] ''(и В. Д. Мачинский.)'';<br />* [[БСЭ1/Горцы|Горцы]];<br />* [[БСЭ1/Далай лама|Далай лама]];<br />* [[БСЭ1/Дарды|Дарды]];<br />* [[БСЭ1/Дигория|Дигория]]|| {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[Иван Антонович Кухаренко]] || Кухаренко, И. ||* [[БСЭ1/Животный уголь|Животный уголь]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Н. Кучин. ||* [[БСЭ1/Вали, Шах Мухаммед|Вали, Шах Мухаммед]];<br />* [[БСЭ1/Видьясагар, Исвар Чандра|Видьясагар, Исвар Чандра]];<br />* [[БСЭ1/Гуджерати|Гуджерати]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || В. Н. Кучумов; В. Кучумов. ||* [[БСЭ1/Гоминьдан|Гоминьдан]];<br />* [[БСЭ1/Китай|Китай]] ''(и Г. Грум-Гржимайло, М. Казанин, В. Г. и М. Т., В. Г., В. Рогов, Штейн, П. Гриневич, Б. Перлин, И. Яранцев, Л. Геллер, М. Абрамсон, С. Слепак, Д. Горфин. -- Статья написана сотрудниками Китайского кабинета Института мирового хозяйства и мировой политики АН СССР, под редакцией П. Мифа.)'' || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | || Х. Кушнарев. ||* [[БСЭ1/Движение, в музыке|Движение, в музыке]];<br />* [[БСЭ1/Двучастность|Двучастность]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=}} |- | [[w:Кюнер, Николай Васильевич|Николай Васильевич Кюне́р]] || Н. Кюнер. ||* [[БСЭ1/Буряты|Буряты]];<br />* [[БСЭ1/Индо-Китай|Индо-Китай]] ''(и Б. Добрынин.)'';<br />* [[БСЭ1/Монгольское искусство|Монгольское искусство]] || {{БСЭ1/АП-мини|ГОД=1955|ВОВ=Работник}} |} [[Категория:Викитека:Проект:БСЭ1:Списки авторов статей]] 9yrk2grrup3bdqmzkoxkla3wpdxxp41 14 1138214 5729192 4763119 2026-07-12T11:56:35Z Butko 139 Перемещение из [[Category:Грузия]] в [[Category:История Грузии]] с помощью «[[c:Help:Gadget-Cat-a-lot/ru|Cat-a-lot]]» 5729192 wikitext text/x-wiki [[Категория:Войны по алфавиту]] [[Категория:История Грузии]] [[Категория:Абхазия]] ma88dhbien6rgmmf01qu7ydaw9k9253 14 1143238 5729079 4818576 2026-07-11T18:30:10Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729079 wikitext text/x-wiki [[Категория:Медицина| ]] [[Категория:Словарные статьи по тематике|Медицина]] swgrowqtlpvt83e3p0kwcmspm9zcebj 0 1174986 5729035 5182294 2026-07-11T14:46:55Z Alex.Lavren2 135493 /* Статья 4 */ 5729035 wikitext text/x-wiki {{Отексте | НАЗВАНИЕ=Договор о ненападении между Союзом Советских Социалистических Республик и Польской Республикой | ПОДЗАГОЛОВОК= | ЧАСТЬ= | АВТОР= | НЕТ_АВТОРА= | ИЗЦИКЛА= | ИЗСБОРНИКА= | ДАТАСОЗДАНИЯ= 1932 | ДАТАПУБЛИКАЦИИ= | ИСТОЧНИК= Договор о ненападении между Союзом Советских Социалистических Республик и Польской Республикой. 25 июля 1932 г. // Документы внешней политики СССР. Том пятнадцатый. - М.: Политиздат. 1969. - С. 436-439. [https://docs.historyrussia.org/ru/nodes/111855-dogovor-o-nenapadenii-mezhdu-soyuzom-sovetskih-sotsialisticheskih-respublik-i-polskoy-respublikoy-25-iyulya-1932-g docs.historyrussia.org] | ДРУГОЕ= Текст на польск. языке: [[:c:File:Soviet-Polish Non-aggression pact 1932.pdf|Dziennik Ustaw RP 1932; Nr 115 Pos. 951]]{{ref-pl}} | ИЗОБРАЖЕНИЕ= | ОПИСАНИЕИЗОБРАЖЕНИЯ= | ПРЕДЫДУЩИЙ= | СЛЕДУЮЩИЙ= | КАЧЕСТВО= |СТИЛЬ = text |ЛИЦЕНЗИЯ = RusGov }} __TOC__ == Договор о ненападении между Союзом Советских Социалистических Республик и Польской Республикой == {{right|25 июля 1932 г.}} Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик, с одной стороны, и Президент Польской Республики, с другой, руководимые желанием сохранения существующего между их странами мира и убежденные в том, что сохранение между ними мира является значительным фактором в деле сохранения всеобщего мира, признавая, что [[:w:Рижский договор (1921)|Мирный договор от 18 марта 1921 года]] является, по-прежнему, основой их взаимных отношений и обязательств, будучи убеждены, что мирное разрешение международных споров и устранение всего, что противоречило бы нормальному состоянию отношений между государствами, является наиболее верным средством достижения намеченной цели, заявляя, что ни одно из принятых на себя каждой из сторон до настоящего времени обязательств не препятствует мирному развитию их взаимных отношений и не противоречит настоящему Договору, постановили заключить настоящий Договор с целью развития и дополнения [[Договор об отказе от войны в качестве орудия национальной политики|Договора, подписанного в Париже 27 августа 1928 года]] и введенного в жизнь [[Протокол о введении в действие Парижского договора от 27 августа 1928 года об отказе от войны в качестве орудия национальной политики|Протоколом, подписанным в Москве 9 февраля 1929 года]], и назначили с этой целью своих уполномоченных, а именно: Центральный Исполнительный Комитет Союза Советских Социалистических Республик — Николая Николаевича Крестинского, Члена Центрального Исполнительного Комитета Союза Советских Социалистических Республик, Заместителя Народного Комиссара по Иностранным Делам и Президент Польской Республики — господина Станислава Патека, Чрезвычайного Посланника и Полномочного Министра Польской Республики в Москве, которые по обмене своими полномочиями, найденными в добром и надлежащем виде, пришли к соглашению о нижеследующих постановлениях: === Статья 1 === Обе договаривающиеся стороны, констатируя, что они отказались от войны как орудия национальной политики в их взаимоотношениях, обязуются взаимно воздерживаться от всяких агрессивных действий или нападения одна на другую как отдельно, так и совместно с другими державами. Действием, противоречащим обязательствам настоящей статьи, будет признан всякий акт насилия, нарушающий целость и неприкосновенность территории или политическую независимость другой договаривающейся стороны, даже если бы эти действия были осуществлены без объявления войны и с избежанием всех ее возможных проявлений. === Статья 2 === В случае, если бы одна из договаривающихся сторон подверглась нападению со стороны третьего государства или группы третьих государств, другая договаривающаяся сторона обязуется не оказывать, ни прямо, ни косвенно, помощи и поддержки нападающему государству в продолжение всего конфликта. Если одна из договаривающихся сторон предпримет агрессию против третьего государства, то другая сторона будет вправе, без предупреждения, денонсировать настоящий Договор. === Статья 3 === Каждая из договаривающихся сторон обязуется не принимать участия ни в каких соглашениях, с агрессивной точки зрения явно враждебных другой стороне. === Статья 4 === Обязательства, упомянутые в статьях 1 и 2 настоящего Договора, не могут ни в коем случае ограничить или видоизменить международные права и обязательства, вытекающие для обеих договаривающихся сторон из соглашений, заключенных ими до вступления в силу сего Договора, поскольку эти соглашения не заключают в себе элементов агрессии. === Статья 5 === Обе договаривающиеся стороны, стремясь к улажению и разрешению, только при помощи мирных средств, всех споров и конфликтов, независимо от их природы или происхождения, которые могли бы возникнуть между ними, обязуются передавать спорные вопросы, в отношении которых в надлежащий период времени не могло быть достигнуто соглашения дипломатическим путем, на согласительную процедуру, согласно постановлениям конвенции о применении согласительной процедуры, каковая конвенция составляет неотъемлемую часть настоящего Договора и должна быть подписана отдельно и ратифицирована в возможно скорый срок совместно с Договором о ненападении. === Статья 6 === Настоящий Договор будет ратифицирован в возможно скорый срок и ратификационные грамоты будут обменены в городе Варшаве в течение тридцати дней со дня ратифицирования Союзом Советских Социалистических Республик и Польшей, после чего Договор вступит немедленно в силу. === Статья 7 === Договор заключается на три года с тем, что, поскольку одна из договаривающихся сторон не денонсирует его за шесть месяцев до истечения срока, срок действия Договора считается автоматически продленным на следующий двухлетний период{{Примечание ВТ|В 1934 году [[Протокол о продлении срока действия Договора о ненападении между Союзом Советских Социалистических Республик и Польской Республикой|продлён на десять лет, до 31 декабря 1945 года]]. <br> 17 сентября 1939 года Советский Союз объявил о прекращении действия договоров, заключенных между СССР и Польшей.}}. === Статья 8 === Настоящий Договор составлен на русском и польском языках, и оба текста будут считаться аутентичными. В удостоверение чего, поименованные выше Уполномоченные подписали настоящий Договор и приложили к нему свои печати. Учинено в Москве, в двух экземплярах, 25 июля 1932 года. {|border="0" width="100%" |'''Н. Крестинский''' |'''S. Patek''' |} === Протокол подписания № 1 === Договаривающиеся стороны заявляют, что Статья 7 Договора от 25 июля 1932 года не может быть толкуема таким образом, что истечение срока или денонсация до истечения срока согласно статье 7 могли бы иметь последствием ограничение или уклонение от исполнения обязательств, вытекающих из [[Договор об отказе от войны в качестве орудия национальной политики|Парижского договора 1928 года]]. Учинено в Москве, в двух экземплярах, 25 июля 1932 года. {|border="0" width="100%" |'''Н. Крестинский''' |'''S. Patek''' |} === Протокол подписания № 2 === Подписывая сего числа Договор о ненападении, обе стороны, обменявшись мнениями по поводу представленного советской стороной проекта согласительной конвенции, высказывают убеждение в отсутствии между сторонами существенных разногласий. Учинено в Москве, в двух экземплярах, 25 июля 1932 года. {|border="0" width="100%" |'''Н. Крестинский''' |'''S. Patek''' |} Договор ратифицирован: ЦИК СССР 27 ноября 1932 г., президентом Польской Республики 26 ноября 1932 г. Обмен ратификационными грамотами состоялся в Варшаве 23 декабря 1932 г. {{Примечания ВТ}} == См. также == * [[Протокол о продлении срока действия Договора о ненападении между Союзом Советских Социалистических Республик и Польской Республикой]] [[Категория:Договоры о ненападении]] [[Категория:Документы СССР 1932 года]] [[Категория:Договоры между СССР и Польшей]] 16qks6yh8ob9ef5xk7hqvu7fru0a88z 0 1198742 5729140 5664172 2026-07-12T00:27:40Z Baraban-uragan 121071 ссылки в примечаниях 5729140 wikitext text/x-wiki {{Отексте | АВТОР = [[Пётр Никитич Ткачёв|П. Н. Ткачёв]] | НАЗВАНИЕ = Женский вопрос | ПОДЗАГОЛОВОК = | ЧАСТЬ = | СОДЕРЖАНИЕ = | ИЗЦИКЛА = | ИЗСБОРНИКА = | ДАТАСОЗДАНИЯ = 25 июля 1868 | ДАТАПУБЛИКАЦИИ = 1869 | ПЕРВАЯПУБЛИКАЦИЯ = А. Дауль. Женский труд в применении к различным отраслям промышленной деятельности. Спб., Изд. Трубниковой и Стасовой, 1869 | ИСТОЧНИК = {{книга | заглавие = Ткачёв П. Н. Избр. соч.|ответственный=Ред., вступ. ст и прим. [[Автор:Борис Павлович Козьмин|Б. П. Козьмина]] |место = М.|издательство = Изд. политкаторжан|год = 1932|том = 1 }} [http://az.lib.ru/t/tkachew_p_n/text_1869_zhensky_vopros.shtml az.lib.ru] | ВИКИДАННЫЕ = <!-- id элемента темы --> | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИНОВОСТИ = | ВИКИСКЛАД = | ДРУГОЕ = | ОГЛАВЛЕНИЕ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = | КАЧЕСТВО = 3 <!-- оценка по 4-х бальной шкале --> | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ = | ДРУГИЕПЕРЕВОДЫ = | ЛИЦЕНЗИЯ = PD-Russia-expired | СТИЛЬ = text }}__NOEDITSECTION__ === Женский вопрос<ref>Статья «Женский вопрос» была помещена в качестве вступительной статьи к книге А. Дауля «Женский труд в применении к различным отраслям промышленной деятельности. Очерки 600 ремесл и занятий». ч. I. Переведена под редакцией Ткачёва. [[w:Женская издательская артель|Изд. Трубниковой и Стасовой]]. Петерб., 1869 год. {{pb}} Статье Ткачёва было предпослано следующее предисловие издательниц: {{pb}} «Предлагаемая книга выбрана нами для перевода и издана по двум причинам. С одной стороны, она знакомит читателей с состоянием различных отраслей промышленности, связанных с женским трудом; с другой — показывает, какую роль играют и какую могут играть женщины в этих сферах труда, — она выясняет практическую возможность расширения женских прав, приложимости женского труда к различным отраслям промышленной деятельности. Однако, эта книга, — богатая фактами и наблюдениями, страдает отсутствием рационального понимания женского вопроса во всей его широте и во всем его значении. Она обращает внимание только на одну сторону этого вопроса: на указание практической возможности для женщин добиться равного с мужчиною права на труд в промышленной сфере; но она упускает из виду те последствия, к каким может привести такая равноправность при данных условиях труда, и в какой степени осуществление её может способствовать полному и всестороннему разрешению женского вопроса. Чтобы дополнить этот важный недостаток книги, мы сочли нужным поместить в русском «здании вместо предисловия экономиста Вирта, помещённого в немецком оригинале, статью г. Ткачёва о женском вопросе, в которой, кроме исторических и статистических данных, могущих служить дополнением к данным, собранным автором книги, указано теоретическое и практическое значение мер, предлагаемых Даулем для разрешения женского вопроса, и определены те условия, при которых осуществление женской равноправности станет возможным не только в теории, но и на практике». {{pb}} Высказанное в статье Ткачёва мнение, что женский вопрос вызван не движением интеллектуального развития, а развитием определённых экономических принципов, шло вразрез с установившимися взглядами и вызвало возражение со стороны «Отечественных Записок», рецензент которых, обвинив Ткачёва в желании исключить женский вопрос из-под влияния умственного развития человечества, писал: «Таким образом, умственное развитие, которое справедливо считается двигателем прогресса, по мнению г. Ткачёва, в женском вопросе ровно ни при чём, а если и играет какую-нибудь роль, то столь ничтожную, что о ней не стоит упоминать. Все дело вытекает из развития экономических принципов, как будто умственное развитие людей не влияет на экономический строй жизни... как будто умственные, нравственные, политические, одним словом, все явления общественной жизни не находятся в неразрывной связи между собой и не обусловливают друг друга» («Отечественные Записки», 1869 г., № 1, стр. 110–111). {{pb}} По мнению автора рецензии, вопрос о равноправии женщин вытекает непосредственно из идеи труда. Как работница, женщина ничем не отличается от мужчины. Если она трудится, то ей должны быть предоставлены те же права, какими пользуются мужчины (там же, стр. 113–114). {{pb}} Ткачёв счёл необходимым ответить на рецензию «Отечественных Записок». Он сделал это в заметке «По поводу книги Дауля «Женский труд» и статьи моей «Женский вопрос». Заметка эта была напечатана им в № 1 «Дела» за 1869 год. Ткачёв находит необходимым подчеркнуть, что в статье своей «Женский вопрос» он проводил мысли, которым «всегда оставался верен». «Я полагаю, — писал Ткачёв,— что все явления политического, нравственного и интеллектуального мира в последнем анализе сводятся к явлениям экономического мира и экономической структуре общества, как выражается Маркс. Развитие и направление экономических начал обусловливает собою развитие и направление политических и социальных отношений вообще, кладёт свою печать на самый интеллектуальный процесс общества, на его мораль, на его политические и общественные воззрения. Отсюда, оставаясь верным этой исходной точке, я, встречаясь с каким-нибудь фактом, с каким-нибудь крупным явлением из общественной жизни, с какою-нибудь социальною теориею, с каким-нибудь нравственным правилом и воззрением, стараюсь прежде всего вывести его из данных экономических отношений, об’яснить его разными хозяйственными расчётами и соображениями. Отсюда для каждого, кроме рецензента «Отечественных Записок», должно быть понятно, почему с этой точки зрения мне должны казаться странными и недальновидными те историки, которые относят, например, французскую революцию к разрушительным началам вольнодумной философии XVIII века, тогда как с моей точки зрения самые эти разрушительные начала суть не более, как продукт, как результаты данных экономических отношений. Это не значит, что я отвергаю историческое значение идей и ставлю ни во что умственный прогресс; нет, это значит только, что я несколько иначе смотрю на историческую роль идей, чем смотрят на неё барды безграничного всемогущества человеческого интеллекта. Идея (я говорю, разумеется, об идеях из области общественных и нравственных наук) всегда является воплощением, выражением, если хотите, теоретическою реакциею какого-нибудь экономического интереса; прежде, чем она возникла, этот интерес уже существовал; она явилась для него и ради него. Справедливость этой мысли особенно ярко обнаруживается именно на философии XVIII века, и если бы рецензент был хоть сколько-нибудь знаком с предметом, о котором так отважно взялся толковать, то, вероятно, не счёл бы моей ссылки на эту философию за «неудачно выбранный пример». Для того, чтобы победить в практической жизни, экономический интерес нуждается в двух вещах: в материальной силе и в организации этой силы. Материальная сила представляется по большей части людьми невежественными и непроницательными, неспособными к стройной, целесообразной организации. Поэтому для победы того или другого общественного элемента необходимо, чтобы на его сторону стала часть интеллигентного меньшинства. Это интеллигентное меньшинство придаёт материальной силе соответствующую организацию и направляет её к определённей цели. Отсюда само собою становится понятным, как важна для социального прогресса вообще победа той или другой идеи. Распространение среди интеллигенции того или другого воззрения, той или другой морали. Отсюда само собою становится понятней и та роль, которую играют идеи в истории человеческого развития». «Вы говорите, — продолжает Ткачёв, обращаясь к рецензенту «Отечественных Записок»: — умственные, нравственные, политические, одним словом, все явления общественной жизни находятся в неразрывной связи между собой. Но я спрашиваю вас какая же это связь: связь ли это сосуществования или причинная связь? Если первая, то где же коренная причина, породившая все эти явления? Если вторая, то которое же из этих явлений следствие, которое причина? Ведь невозможно же, чтобы А было причиной В и в то же время В — причиною А. Одно, следовательно, из двух: или А есть следствие, а В — причина, или В есть следствие, а А — причина, — которое же из двух? Неужели вы не понимаете, что в этом и весь вопрос и что сказать: будто А обусловливает В., а В обусловливает А, — это значит сказать величайшую бессмыслицу, которую нельзя оправдать даже таким городническим либерализмом, как, например, эти идеи не про нас, нам рано знать то, что знают другие...» (стр. 63–64). С такой общей точки зрения на историческую роль идеи Ткачёв, по его словам, подошёл и к женскому вопросу. Он хотел рассмотреть этот вопрос не с точки зрения отвлечённой справедливости, не «с точки зрения физиолога или психолога», а «с точки зрения экономической». Другими словами, он хотел, «устранив всякие посторонние влияния, определить, каким образом одно только историческое развитие экономических начал, без всякого посредства умственного прогресса, привело современное общество к женскому вопросу». «Для того, чтобы рельефнее выставить зависимость женского вопроса от данных экономических отношении, — пояснял далее Ткачёв, — я счёл за лучшее представить параллельное развитие экономических начал и женского вопроса. Историческое развитие экономических начал, как всем известно, представляет собою три периода: период господства физической силы, период господства недвижимого капитала, период (современный нам) господства движимого капитала. Сообразно с этими тремя периодами могут быть разделены и все явления общественной и политической жизни, так как каждый из них клал на эти явления свой особый отпечаток, придавал им своеобразный характер и направление. Женский вопрос не может быть исключением, и он действительно не составляет исключения. Вот всё, что я хотел сказать в моей статье» (стр. 63 — 66). «...Смысл моей статьи следующий. Рассмотрев в самых общих чертах влияние экономического прогресса на положение женского вопроса в различные фазисы человеческой истории, я... пришёл к тому заключению, что в настоящее время экономическая равноправность мужчин и женщин вызывается с неизбежною необходимостью теми коренными экономическими началами, которые лежат в основе данного экономического status quo. С другой стороны, те же самые начала, которые требуют экономической равноправности женщин и мужчин, в случае удовлетворения этого требования, грозят такими последствиями, которые совершенно уничтожат эту равноправность. Женщины, допущенные на рынок труда на равных правах с мужчинами, понизят уровень заработной платы, увеличат бедность рабочего населения и усилят до крайних пределов развитие проституции. Таким образом, бедность и проституция — вот те последствия, которые грозят обществу в случае полного удовлетворения требований экономических начал, лежащих в основе этого общества». Это положение вскрывает «то самопротиворечие, до которого дошли данные экономические начала в их прогрессивном развитии». Но это противоречие — только частный вид общего противоречив, свойственного современному экономическому строю,— противоречия между «правом на труд и возможностью трудиться». Только при устранении этого основного противоречия может быть разрешён удовлетворительно и женский вопроса (стр. 68 — 69). «Я говорил в своей статье, продолжает Ткачёв, — что развитие экономических начал, изменив условия груда, заставило женщину требовать своих прав и изменило, таким образом, склад наших мыслей и чувств», что в настоящее время почти вся мыслящая часть человечества находит требования женщины вполне справедливыми и через это, разумеется, ещё более увеличивает их значение. Но это отношение к женскому вопросу интеллигенции я не считаю причиною, вызвавшею женский вопрос, а только следствием экономического развития. И вот потому-то, что я считаю экономический прогресс главным фактором, выкинувшим на свет божий женский вопрос, я только о нем и говорил в моей статье, не считая нужным говорить о других, побочных обстоятельствах, тоже вызванных им же и оказавших некоторое влияние на положение женщины (правильнее, женщины интеллигентного меньшинства)» (стр. 70). Рецензент «Отечественных Записок» стоял, как мы видели, на иной точке зрения: он отстаивал теорию перерождения человечества под влиянием идей". «Из грубого воина, — говорил он,— полного суеверия и предрассудков, из буржуа, требующего полной свободы человеческих действий, человек перерабатывается в работника». — «Вот неожиданное открытие и какое утешительное, — замечает по этому поводу Ткачёв, — под влиянием идей буржуа превращается в работника, и таким образом скоро наступит то вожделенное время, когда сами собою, под влиянием одного этого чудесного перерождения, исчезнут с лица земли лень, тунеядство, эгоизм, исчезнет буржуазия и водворится на земле царство работников... Уж не переродятся ли кстати тогда и глупые люди в умных и невежды в сведущих? Как бы это было выгодно для вас, г. рецензент!»</ref> === Никогда о женщинах не говорили так много, никогда права их не заявлялись с такой энергиею и настойчивостью, как теперь. Всякая сколько-нибудь развитая женщина считает своей обязанностью пропагандировать мысль о равноправности своей с мужчинами, всякий сколько-нибудь развитый и либеральный мужчина считает своим долгом согласиться с нею и помогать ей в её пропаганде. Пропаганда не ограничивается одними только теоретическими рассуждениями, — она стремится перейти в чисто практическую деятельность. В Америке, Англии, Франции, Германии, Испании и даже у нас, в России, принимаются разные практические меры для уравнения мужчин и женщин в экономической области труда, для доставления им средств к самостоятельному и независимому существованию. С этой целью устраиваются «общества для вспомоществования трудящимся женщинам», «союзы женщин», «женские мастерские», «выставки женских работ», «конторы для приискания работ нуждающимся женщинам», «ремесленные школы для женщин», «женские артели» и т. д. и т. д. В Америке, Англии, Германии, Швейцарии и в последнее время во Франции собираются митинги по поводу «женского вопроса», устраиваются постоянные с’езды женщин, — женские конференции для обсуждения способов практического осуществления женской равноправности. И все эти митинги и с’езды обыкновенно кончаются торжественным формулированием женских прав, постановлениями об устройстве обществ и контор для оказания помощи женскому труду, а иногда даже петициями о признании за женщинами законодательным порядком всех тех политических прав, которыми пользуются теперь одни только мужчины. Ещё недавно одна из таких петиций представлена была в английский парламент за подписью более нежели 20 000 лиц. В числе подписавшихся встречаются имена женщин и мужчин, принадлежащих к высшей английской аристократии. В Америке в некоторых штатах женщины уже почти достигли полной политической равноправности с мужчинами. Наконец, на этих, так сказать, днях при центральном комитете международного союза мира в Берне образовался центральный международный женский комитет, поставивший себе задачею, — как сказано в декларации центрального комитета, — добиваться всеми мерами осуществления практической равноправности женщин и мужчин во всех сферах человеческой деятельности и преимущественно в сфере экономической. Теоретическая пропаганда ведётся ещё с большею энергиею, чем практическая. По женскому вопросу образовалась целая обширная литература; ежегодно по поводу его исписывается бесчисленное множество книг и брошюр и издаются даже специальные журналы и газеты. Общественное мнение в Старом и Новом Свете явно высказывается в пользу женщин. Среди такого общего настроения умов, рядом с этим почти повсеместным признанием (в принципе, разумеется) женской равноправности, с этою страстною, энергическою деятельностью большинства образованных женщин, — каким-то странным диссонансом там и сям раздаётся голос небольшой кучки людей, стоящих как-то особняком и считающихся по всем другим вопросам крайними радикалами. Эти радикалы упорно отказываются петь в унисон со всеми о женских правах и женском труде и не перестают твердить вместе ультра-рутинёрами, что женщина должна быть только самкою и что круг её деятельности не должен выходить за пределы кухни, спальни и гостиной. На все насмешки, издевательства и хлёсткие фразы своих антагонистов — либералов — они отвечают фактами и цифрами. Они пророчат гибель рабочему классу, если женский труд будет допущен на равных правах конкурировать мужским; они предсказывают погибель всему обществу, если женский ум наравне с мужским будет призван к решению общественных и политических вопросов. Хотя некоторые из аргументов, приводимых ими в защиту своих мнений, имеют чисто гипотетический характер и лишены всякого фактического основания (вроде, например, аргумента об умственной несостоятельности женщин), но зато другие аргументы до того неопровержимы, потому что основаны на цифрах, что отвергать их значит возражать против очевидности, против самых простых и общеизвестных математических аксиом. Но если эти аргументы так глубоко истинны, что даже почти не допускают против себя никаких возражений, то не следует ли отсюда, что либералы-эмансипаторы, ратуя за право женщин, жестоко заблуждаются, что все «женские предприятия» и женские стремления — химеричны, бесплодны и неосуществимы и что «женский вопрос» не более не менее как мыльный пузырь, вздутый неизвестно кем и зачем? Если же это не так, если женский вопрос выдвинут на очередь существенными потребностями данной экономической жизни, если его решение в том направлении, в каком желают эмансипаторы, неизбежно и необходимо, то как же нам отделаться от аргументов радикалов? Кто же тут прав, кто не прав, кто заблуждается и кто идёт по прямой дороге? Как примирить эти два совершенно противоположны и, повидимому, одинаково верные мнения? Где искать выхода из тех противоречии, которые являются сами собою даже при самом поверхностном знакомстве с женским вопросом? Мы попытаемся указать здесь на те данные, которые могут послужить к решению этого вопроса; данные эти будут иметь строго фактический характер. Для нас теперь не имеют никакого значения нравственные аргументы, приводимые обыкновенно в изобилии защитниками и противниками женской эмансипации. Вопрос о справедливости женских притязаний, равно как и вопрос о женской правоспособности, в настоящую минуту нас нисколько не интересует. Как бы ни были теоретически решаемы эти вопросы, их решения никогда не будут иметь слишком заметного влияния на судьбу женщин и никогда не изменят их настоящего положения, если в самой жизни есть причины, делающие это изменение невозможным. Потому мы прежде всего обратимся к жизни, к практической действительности и посмотрим, как она ставит женский вопрос, как она его решает, какое она даёт ему направление. Есть люди, имеющие обыкновение все важные общественные перевороты об’яснять самыми неважными явлениями. Потому только, что эти явления им непосредственно предшествовали или с ними совпадали. Так некоторые историки приписывали переворот, произведённый в общественной жизни Франции французскою революциею, разрушительной (как они выражаются) философии XVIII века; рабочее движение 1848 года — учениям социалистов и т. п. Точно так же и теперь есть не мало таких мыслителей, которые рады побожиться, что не напиши такая-то или такой-то того-то и того-то, не явись такая-то женщина или такой-то мужчина,— так женского вопроса совсем бы и поднято не было, и что. следовательно, во всем виноваты беспокойные люди с их беспокойными теориями. Стоит только доказать тщету этих теорий и вредоносность этих людей, — и все опять придёт в прежнее положение, и все опять будет обстоять благополучно. Потому эти мыслители в эту сторону и напрягают все свои силы и всю свою деятельность; в своём ослеплении они не видят, что сражаются с ветряными мельницами и что их заряды не попадают в цель; они не понимают, что их силы и деятельность тратятся задаром и что если бы даже им удалось с математической ясностью доказать, что теории эмансипаторов нелепы до последней степени и что сами эмансипаторы развращены и безнравственны до nec plus ultra<ref>До крайних пределов. — ''Ред.''</ref>, — они все-таки не достигли бы своей цели и не заколотили бы в гроб женского вопроса. Жизнь сделала бы своё дело и сорвала бы крышку с гроба, как бы плотно её к нему ни привинтили. Глубокомысленные мыслители остались бы в дураках и только задаром поиздержались бы на гвозди. Не либеральные теории, не те или другие выдающиеся личности, даже не общее движение нашего интеллектуального развития породили и вызвали на свет божий женский вопрос. Он явился как неизбежное следствие, как роковая необходимость логического развития экономических принципов, лёгших в основу социального быта европейской цивилизации. Рассматривая историю развития этих принципов, мы видим, что они проходят три последовательные степени, три последовательные периода. В первый, период, который можно назвать периодом первобытной общественности или господства физической силы, преобладает экономическое равенство в самом грубом его виде; все равны друг другу по отношению к производству и потреблению; труд составляет для всех одинаковую тягостную обязанность, одинаковую роковую необходимость. Однако это, можно сказать, юридическое равенство в действительности не вполне соблюдается. Элемент физической силы постоянно более или менее нарушает его; более сильный старается освободиться от тяжёлой обязанности «в поте лица хлеб свой добывать», более слабый начинает мало-по-малу входить в роль слуги, в роль вьючного животного. Женщина, как существо более слабое, обременяется работою; у многих диких племён (как, например, у большей части негров, у австралийцев и т. п.) она даже не читается за человека; на неё смотрят как на низшее существо, как на домашнее животное. Иногда, впрочем, на неё не только возлагаются все домашние работы, но и работы вне дома, как-то: уход за скотом, сбор хлеба, приготовление одежды и пищи, постройка домов и т. п. В последнее время у нас появилось много сочинений и журнальных статей, в которых читатель может найти подробности о положении женщин у диких народов, и потому нам нет надобности распространяться здесь об этом предмете. Во втором периоде — периоде господства недвижимого капитала — отношения, существовавшие в первом периоде, радикально изменяются: элементом, регулирующим их, является теперь не физическая сила, а материальное благосостояние человека, — количество недвижимого капитала, находящегося в его обладании. Люди начинают различаться не по своей относительной силе, не по своим личным способностям, а по своему имуществу. При изменившемся регуляторе общественных отношений должно было измениться и положение женщин. Прежде, в первом периоде, они играли крайне унизительную роль в семье и вне семьи, потому что были физически слабы; но когда физическая сила перестала определять социальное положение человека тогда, разумеется, роль эта если не для всех, то, по крайней мере, для некоторых женщин совершенно переменилась. С них сняты были обязанности домашнего раба; им предоставлено было право располагать своим временем, как угодно; все те преимущества и все то благополучие, которые вытекали из обладания недвижимою собственностью, распространялись и на женщин; они, как и их отцы, братья и мужья, получили драгоценную привилегию жить на чужой счёт и, ничего не делая, иметь все в изобилии. Так как источники к существованию тунеядные. Собственники получали легко и без всякого личного труда и усилия, то они не имели ни малейшего основания свысока относиться к женщине-паразитке, не имели ни малейшего повода тяготиться ею и упрекать её куском хлеба. Отсюда об’ясняется та равноправность, которою пользовались женщины в период средних веков, равноправность, которая оспаривается у них в наш цивилизованный век и которая кажется и теперь ещё многим из нас каким-то странным анахронизмом, противоречащим естественным законам человеческой природы. А между тем анахронизм этот существовал и существовал несколько веков, и никто не находил его ни странным, ни неудобным, ни противоестественным. Уже во времена Тацита, говорит автор „La femme pauvre du XIX sicle“, женщины допускались к решению всех важных общественных вопросов, в совет свободных мужей; их голос имел решающее значение, девушки вотировали ранее стариков, и сенат, избранный с участием женщин, диктовал законы народу. Феодализм ещё более упрочил политическую равноправность между женщиною и мужчиною. Женщины были возводимы в звание дюшесс, перов, судей, посланниц и т. п. Вместе с землёю к ним переходили все права феодального сеньора, со всеми атрибутами широкой политической власти. Современные хроники говорят что женщины заправляли своими владениями с замечательным административным талантом. Трогательными красками описывает один современник скорбь аквитанцев по своей сеньорине Элеоноре, вышедшей замуж за Людовика VII; сеньорина, как оказывается из этого описания, была необыкновенно милостива к своим подданным, дала мудрые законы городским общинам и первая освободила торговлю от тяготевших над нею пошлин и стеснявших её привилегий. С таким же талантом управляла своими владениями сеньорина Дина Бретанская, супруга двух французских королей, и многие другие, о которых упоминают тогдашние хроникёры. Монтэнь утверждает, что женщины, наследовавшие перство, участвовали в юрисдикции перов на таких же правах, как и мужчины; они заседали даже в парламентах в качестве перов и при торжественных выходах и церемониях играли видные роли. Так, например, Моган — графиня Артуа и Бургоня — присутствовала, как пер, при коронации Филиппа V и держала над ним корону вместе с другими перами — мужчинами; она принимала участие во многих знаменитых процессах того времени, в том числе и в процессе графа Артура, где она присутствовала в качестве судьи. Вообще в средние века, особенности в XIII и XIV столетиях; право суда было одним из весьма обыкновенных атрибутов не только владетельных графинь и герцогинь, но даже и настоятельниц монастырей. Настоятельницы Ремиремона и их деканиссы творили суд и расправу во всем округе своего аббатства и выбирали, вместе с канонницами, депутатов в парламент. Хроники свидетельствуют, что судебная власть переходила часто по наследству даже к молодым девушкам, и они в качестве феодальных рыцарей торжественно заседали на судейских скамьях, в судейском платье и в судейских шляпах. Папы и короли всегда старались утверждать за женщинами их сеньоральные права и привилегии, тщательно оберегая их от насильственных притязаний властолюбивых сеньоров-мужчин. Так, например, когда соседний барон стал оспаривать у Эрменгарды, норбоннской виконтессы, право суда, король явился к ней на помощь и строго воспретил кому бы то ни было уклоняться от её юрисдикции. Точно так же папа Иннокентий III торжественно признал полную компетентность юрисдикции Элеоноры, основываясь, как он говорил, «на древнем, обычном французском праве». Пользуясь политическими правами, женщины не уклонялись и от обязанностей, вытекавших из этих прав: когда было нужно, они, не задумываясь, садились на коней, собирали своих вассалов и, предводительствуя ими, мужественно отражали нападения как внутренних, так и внешних врагов. В хрониках тогдашнего времени беспрестанно встречаются рассказы о геройской храбрости разных виконтесс, графинь и герцогинь, о их военных талантах и их трогательном патриотизме. Об одной, например, настоятельнице монастыря хроникёр отзывается таким образом: «Она была отличным полководцем, неустрашимым солдатом и милостивою повелительницей; мужество её воодушевляло гарнизон и ободряло и других женщин». В народной памяти французов долго сохранялись воспоминания о св. Женевьеве, дважды защитившей Париж, один раз от полчищ Аттилы, другой — от франков; о Гаэте (1081 г.), прославившейся в битвах с византийским императором Комненом; о виконтессе норбоннской (1128–1192 гг.), о которой лангедокская хроника говорит, что она отличалась столько же мужскими, столько и женскими добродетелями; о Фредегунде (593 г.) и о многих других. В крестовых походах женщины принимали весьма деятельное участие вместе с рыцарями-мужчинами. Арабский историк этих походов Эмод-Эддин рассказывает, например, об одной даме, которая, снарядив на свой счёт военный корабль и собрав своих вассалов ж числе 500 чел., отправилась во главе этого отряда в Палестину. Другой историк, Ивн-Аладир, повествуя об осаде С. Жан-д’Арк, упоминает о трёх женщинах-всадницах, попавшихся в плен к мусульманам. Сестра монахиня Бово, рассказывая об осаде Иерусалима Саладином, говорит о себе: «Я, по возможности, исполняла все обязанности солдата: бросала камни с вала, засыпала бреши и т. п.; одета я была как солдат, на голове моей была надета тяжёлая каска» и т. д. — Одним словом, средние века изобиловали женщинами-воинами, ничем не уступавшими мужчинам и отличавшимися не только в качестве простых солдат, но и в качестве полководцев, военачальников. Читателю, желающему ближе познакомиться с этими предметами, рекомендую прочесть книжку вышедшую в запрошлом году „Les femmes militaires de la France, depuis les temps les plus reculés jusqu’à nos jours, par A. Tranchond et Jules Jadimir“. Здесь помещены краткие биографии до 200 женщин, отличавшихся военными доблестями со времени галлов до первой империи. Мысль о политической равноправности женщин с мужчинами так мало была чужда тому времени, что даже в период упадка феодальной системы, — в тот период, когда значение земельной собственности стало значительно умаляться и круг политических прав, обусловливаемых ею, стал значительно суживаться, когда начинало образовываться и укрепляться бюрократически централизированное государство, — женщины не были устранены от общественной деятельности. Правда, права их, опиравшиеся к вытекавшие из феодального строя общества, были сильно ограничены; от них отнята была самостоятельная юрисдикция, они перестали заседать в парламентах, они перестали ходить в поход и т. п., — но зато им был открыт доступ в администрацию. Места почтмейстеров, контролёров, их помощников, сборщиков косвенных податей и т. п. сплошь да рядом были заняты женщинами; ещё во времена первой империи и реставрации можно было встретить сотни женщин, отправлявших эти должности в главных городах округов. К должностям архивариусов и библиотекарей женщины допускались на совершенно равных правах с мужчинами. И «они, — говорит г-жа Добие, — оказались весьма способными к отправлению этих обязанностей; наши юристы и до сих пор ещё с чувством благодарности вспоминают о г-же Колонн, занимавшей в начале нынешнего века место архивариуса в архиве Сенского департамента. Она занимала это место 42 года и составила себе громкую известность, благодаря своей удивительной памяти, находчивости и замечательному умению без труда отыскивать всякий требуемый документ среди груды запылённых фолиантов» („Femme pauvre“ etc., стр. 213). Точно так же на места смотрителей тюрем, богаделен, приютов для найдёнышей, исправительных и разных других благотворительных и карательных заведений женщины допускались наравне с мужчинами. Право занимать эти места, много раз признанное за ними королевскими декретами, женщины удержали до конца XVIII века, и ещё в 1789 г. две женщины, по свидетельству Бомарше, с большою славою управляли обширною тюрьмою La Force. Мемуары того времени сохранили нам имена многих женщин, с успехом фигурировавших в ролях адвокатов, посланников, и т. п. Для примера упомянем здесь хоть об известной девице д’Еон де Бомон, начавшей свою карьеру с должности адвоката, служившей потом по финансовому управлению в должности королевского цензора (сборщика податей), впоследствии поступившей на военную службу и, наконец, прославившейся на дипломатическом поприще — в качестве посланника при нескольких иностранных дворах<ref>[[w:Шевалье д’Эон|Д’Еон де Бомон]] – известный авантюрист XVIII века. Ткачёв ошибочно считает его женщиной. Д’Еон отличался женственной наружностью. В 1755 году французский король Людовик XV отправил его, переодетого женщиной, в Россию. Ему было поручено войти в непосредственное сношение с императрицею Елизаветой Петровной и установить тайную переписку между нею и Людовиком XV. Д’Еон удачно исполнил возложенную на него миссию. Кроме того, ему было поручено собирать сведения об отношениях России с другими государствами и о внутреннем её положении. Материал, собранный д’Еоном, был использован им в нескольких сочинениях, посвящённых русской политике, дипломатии и торговле, истории России и её статистике. Подробнее о д’Еоне де Бомоне см. в книге Карновича «Замечательные и загадочные личности XVIII и XIX столетий», Спб., 1884 г.</ref>. После её смерти осталось множество написанных ею сочинений, изданных в Лондоне в 1775 г. Мы считаем не лишним привести здесь заглавия некоторых из них, потому что по одним уже этим заглавиям читатель будет в состоянии судить, какие интересы волновали в то время женщину и как широка была сфера доступной ей деятельности. Одно из них называется Memoires sur mes diffrends aves M. le comte de Luerchy; в нем весьма толково и обстоятельно автор рисует существовавшие в то время политические отношения между Францией и Англиею, потому сочинение это и до настоящего времени не лишено большого исторического интереса. Другие сочинения носят следующий заглавия: Histoire des papes; Histoire politique de la Pologne; Memoires sur la Russie et son commerce avec l’Angleterre; Observations sur le royaume d’Angleterre, son gouvernement, ses grands officiers etc.; Memoires sur la régie des blés en France, les mendiants, le domaine des rois; sur toutes les parties des finances de France etc.; Situation de la France dans l’Inde avant la paix de 1760; Dailes sur l’Ecosse etc., и множество других сочинений, длинный список которых мог бы утомить и самого терпеливого читателя. Приведённых заглавий достаточно, чтобы показать разносторонность и обширность сведений г-жи д’Еон. Но могла ли бы г-жа д’Еон приобрести все эти разносторонние сведения, чувствовала ли бы она потребность приобретать их, если бы сфера женской деятельности ограничивалась в то время, как теперь, одной кухнею да спальнею, — если бы и тогда, как теперь, из женского воспитания было бы старательно выкинуто все то, что не имеет прямого, непосредственного отношения к отправлениям самочных функций женщины? Конечно, не могла бы, конечно, не чувствовала бы. Но в средние века женское образование ничем не отличалось от мужского. Все доступное мужчине считалось доступным и женщине; женщина изучала высшую математику и астрономию, писала на греческом языке оды, послания и учёные трактаты (Мария Стюарт, когда ей было всего только 12 лет, читала в Лувре длинный латинский трактат, написанный ею на заданную тему), писали рассуждения о сущности вещей, о боге и времени, двигали вперёд медицину, переводили римских юристов и комментировали Аристотеля. «Среди варваров, разделивших между собой остатки Римской империи, — говорит г-жа Добие, — женщины сберегли и сохранили в монастырях традиции науки первых веков христианской эры, и в нашей полудикой Франции, у наших грубых Меровингов, были открыты для женщин знаменитые школы в Арле и Пуатье». Женщины со всею свойственною им страстностью принялись тогда изучать и исследовать все, что в то время можно было изучать и исследовать. Скоро многие из них приобрели себе громкую славу, как замечательные учёные и как красноречивые профессора. На лекции Бертиллы, настоятельницы монастыря Шелле, стекались слушатели обоего пола не только со всей Галлии, но даже из соседних стран. Знаменитая настоятельница Пароклейского монастыря Элоиза прославилась своею школою, в которой она сама читала теологию, греческий и еврейский языки. Пример её нашёл себе много подражательниц и в других монастырях. Настоятельницы открывали высшие училища для женщин, и здесь женщинам сообщалась на греческом, латинском и еврейском языках вся мудрость того времени. Ещё в XVIII веке мы встречаем женщин, возбуждавших справедливое удивление и уважение всего образованного мира. Сестра Паскаля, помогавшая ему, как говорят, во всех его учёных работах, по своей разносторонней учёности и обширности сведений мало чем уступала этому талантливому мыслителю, совмещавшему в своей голове почти все знания, доступные его современникам. Не менее её знаменита была её современница, настоятельница Фонтеврского монастыря, переведшая на французский язык «Пир» Платона. Перевод этот, по свидетельству знатоков, ничем почти не уступает позднейшему переводу того же сочинения, сделанному Расином. Женщинам дозволено было посещать высшие школы и университеты наравне с мужчинами. Ещё во времена Росси можно было встретить в италианских университетах женщин, изучавших право и медицину. «Я имел счастие (в то время это уже считалось счастием), — говорит этот экономист, — знать таких женщин, одарённых обширными талантами и даже замечательным гением; в университете я сидел на одной скамье с женщинами, изучавшими право и медицину; вместе со мною степень доктора прав получила одна прехорошенькая дама», и т. д. (Rosei, „Cours d’econ. pol.“, p. 4). Далее он упоминает об одной женщине, читавшей в этом же университете лекции по греческой литературе. Росси слушал у ней курс и был очарован её учёностью, её блестящим образованием, живым умом и «её грациею». В других италианских университетах женщины точно так же допускались к профессуре; так, например, доктор прав Беттичиа Казадина читала лекции в знаменитом Болонском университете, Новелла и Бетина Кальдерини сменили на кафедре права, одна — отца, другая — мужа. И таких примеров можно бы было привести очень много, если бы мы не боялись утомить читателя длинными списками собственных имён. В Сорбонне женщины слушали курсы вместе с мужчинами, при учёных докторских диспутах для них устроены были особенные места в зале академии, и из записок Сен-Симона видно, что присутствие женщин в этом центре французского учёного образования считалось делом нисколько не предосудительным, а, напротив, весьма обыкновенным, и никому и в голову тогда не приходило видеть в этом нечто безнравственное и скандальное, нечто не совместное с общественным порядком и спокойствием. В университетах и коллегиях чаще всего можно было встретить женщин на медицинском факультете. На поприще медицинской теории и практики они уже издавна и с успехом конкурировали с мужчинами. Ещё в глубокой древности мы встречаем в Греции женщин, изучавших медицину и пользовавшихся славою отличных докторов. Так, например, известно, что очень много женщин-докторов вышло из семейства Асклепидов, потомков Эскулапа; жрицы Аргоса славились своими медицинскими познаниями. Когда же медицина вышла из-под опеки религии, когда она перестала составлять часть языческой теологии, тогда афинские законодатели дозволили каждой свободной женщине изучать медицину и лечить больных. В Риме, в особенности после покорения Греции, мы находим множество женщин — так называемых medicae, посвятивших себя изучению медицины, лечению больных. После падения Римской империи, среди наступившего периода мрака и невежества, италианские женщины все-таки не перестали заниматься медициною, и имена многих из этих женщин-докторов упоминаются рядом с именами знаменитейших докторов-мужчин. Они не уступали последним ни в практическом искусстве, ни в теоретической подготовке; в некоторых университетах они занимали кафедры, и много специальных сочинений по медицинской части принадлежит их перу. Когда Солернская академия была в апогее своего величия, толпы слушателей стекались в аудиторию женщины-профессора, читавшей там медицинский курс. Точно так же распространены были медицинские занятия среди женщин Галлии и древней Франции. Жены друидов были так искусны в этой науке, что друиды приносили к ним самых безнадёжных больных, твёрдо уверенные, что для них нет неизлечимых болезней. Когда же медицину перестали считать божественной наукою, а искусство лечить — сверхъестественным делом, когда её стали преподавать в университетах и коллегиях, французские женщины ревностно принялись изучать её и скоро могли соперничать с италианскими докторами. До наших дней сохранилась грамота, пожалованная в 1250 году одной женщине, служившей домашним доктором при Людовике IX во время крестового похода. Грамота эта восхваляет великие способности и неподражаемое искусство королевского медика и назначает ему, в знак королевской милости и в ознаменование его заслуг, пожизненную пенсию. Как обыкновенны были и каким всеобщим почётом и уважением пользовались в средние века женщины-доктора, это видно между прочим, из того, что во всех почти средневековых рассказах идеальная женщина непременно рисуется женщиною-медиком: такою изображают её бретонские песни; такою представляет её один знаменитый и в высшей степени характерный роман XIII века (Партенопеус-де-Блуа<ref>«Партенопеус де Блуа» — средневековый рыцарский роман, написанный в XIII веке на каталонском наречии. Сюжет его отчасти заимствован из романа Апулея об Амуре и Психее. Впервые этот роман был издан в 1488 году в Таррагоне, а не в 1834 году, как сообщает Ткачёв.</ref>, напечатан в первый раз в Париже гг. Кронели и Робертом в 1834 г.), героиня которого знала лечебные свойства всех трав и вылечивала всевозможные болезни. Во многих женских школах (напр., в Сен-Сире) элементарная медицина и хирургия считались обязательными пред Сметами. Почти каждая владетельная баронесса, графиня и т. п. знала медицину настолько, что могла пользовать своих подданных без помощи постороннего медика. Правда, эти знания не имели строго научного характера, однако практика этих женщин шла так удачно, что даже Парацельсий, отвергавший медицинские трактаты древних и медицину арабов, говорит, что ему не нужно никаких других наставников, кроме женщин с их опытною медициною. Но женщины, как мы сказали, славились не одною только медицинскою практикою, и в области теории они могли соперничать с мужчинами; так, г-жа Добие упоминает между прочим о г-же Клопион (актрисе), приобревшей себе огромную известность своими обширными познаниями в медицине, хирургии, фармацевтике и ботанике. До конца XVIII века мы ещё встречаемся с именами учёных женщин-докторов; известно, что г-жи Ролан и Жанлис занимались медициною и лечили больных. Г-жа Добие считает г-жу Жанлис одним из последних женщин-медиков, но самою последнею была известная г-жа Кастанье, получившая докторский диплом в 1794 году. Это был последний диплом, выданный женщине; после этого женщин-докторов уже не встречается, — да и мудрено было бы их встретить, когда им запрещено было слушать медицинские курсы и заниматься практикою. Медицина была об’явлена наукою, доступною для одних только мужчин. Та же история повторилась и с акушерством. Прежде эта отрасль медицины находилась исключительно в руках женщин. Законодательство древней Франции строго воспрещало мужчине заниматься акушерством, и церковь грозила ослушнику отлучением. Предоставив, таким образом, женщинам монополию в этой сфере занятий, правительство дало им также право пользовать вообще все женские и детские болезни. Чтобы они не злоупотребляли этой монополиею и этим правом, в корпорацию акушерок упускались только женщины, теоретически образованные и практически опытные. Желающие заниматься этим делом должны были выдержать обширный и трудный экзамен и прослушать несколько лет курсы практической и теоретической анатомии, присутствуя при рассечении трупов женщин и детей. В обществе они занимали такое же положение, как и врачи-мужчины. «При общественных церемониях, при официальных празднествах, — говорит г-жа Добие, — эти акушерки пользовались правами, равными с правами врачей, и в собраниях медицинских корпорации они сидели рядом с ними, в своих форменных костюмах и со своими значками. Акушерка французской королевы носила на тонне зелёную шапочку. Почётные отличия, которыми их удостаивало общество и правительство, основательность и обширность их сведений, огромное влияние, которым они, по праву, пользовались, — все это вместе взятое повело к тому, что мы имели до самой революции множество в высшей степени способных акушерок, пользовавшихся дружбою и доверием таких людей, как Севинье и Гриньоны. Ещё при Генрихе IV акушерка королевы Марии Медичи оставила после себя целые фолианты рукописей, свидетельствующих об её основательном знании своей профессии и об её необыкновенной (для того времени, разумеется) эрудиции. С её лёгкой руки и другие акушерки стали печатать и издавать свои сочинения; правда, теперь они устарели, потому что наука идёт вперёд, но если вспомнить, в каком положении находилась наука во времена Мольера, то как бы строго мы ни смотрели на эти работы женщин-докторов XVII и XVIII века, мы все-таки должны сознаться, что их знания стоят на одном уровне с познаниями мужчин, с тою только разницею, что ни одна из них не разражалась комическими проклятьями по поводу кровообращения, оспопрививания и др. открытий науки (стр. 357). Когда у женщины отнято было право слушать медицинские курсы, когда медицина из общечеловеческой науки обращена была в науку исключительно мужскую, тогда, очевидно, положение акушерок должно было измениться. Изменение это началось с того, что к акушерским занятиям были допущены мужчины (первый раз был призван акушер-мужчина к одной из любовниц Людовика XV, но против этого нововведения тогда все восстали, и оно привилось только уже впоследствии), сперва на равных правах с женщинами, потом им предоставлены были некоторые особые привилегии, и, наконец, женщины были совсем им подчинены. Акушерка утратила свою прежнюю самостоятельность и превратилась в простую и безгласную помощницу акушера. От них же отнято было право лечить женские и детские болезни и вместе с этим был сужен круг их познаний; от неё теперь не требуется ни прежнего теоретического образования, ни прежней практической опытности; зато она теперь и не пользуется прежним уважением и почётом; её общественное положение стало крайне непривлекательным, и в акушерки идут теперь только такие женщины, которым уже больше решительно некуда деваться. Все эти факты, число которых мы могли бы ещё более увеличить, если бы не боялись утомить наших читателей, весьма рельефно рисуют общественное положение женщины в период господства недвижимого капитала; все эти факты весьма красноречиво свидетельствуют, что в этот период женщина пользовалась несравненно большими правами, чем теперь, и что мысль о женской равноправности была менее чужда умам средневековых людей, нежели уму человека нашего столетия. Однако, всеми указанными выше правами и преимуществами обладали далеко не все женщины, — а только небольшая часть их, только те избранные, которые имели счастие принадлежать к привилегированному сословию собственников. Вся остальная масса жён щин и в этот, как и в предыдущий, период попрежнему исполнял роль вьючных животных; и благодаря их-то безустанному труду, их поту и крови, женщины высших сословий завладели теми правами, о которых мы говорили выше и которые почти уравнивали её с мужчиною. Но если не изменилось положение большинства женщин относительно труда и потребления, то зато оно до некоторой степени изменилось относительно мужчин, обречённых, подобно им, на крепостной труд, на вечное, безвыходное рабство. Прежде мужчина, пользуясь своею физическою силою, взваливая на плечи женщины все самые тяжёлые и неприятные работы; теперь явилась другая сила — сила капитала, перед которой должна была склониться физическая сила; новая сила стала теперь эксплоатировать старую с тою же беспощадной суровостью, с которой последняя эксплоатировала прежде женскую слабость, женское бессилие. Она сказала работнику: «Ты сильнее своей жены и дочери, ты больше можешь наработать, чем они, потому ты пойдёшь в поле, ты будешь сеять, пахать, собирать хлеб, — ты будешь свозить его и строить для него помещения, — ты будешь копать руды, приготовлять оружие, равнять горы, рыть каналы и т. д. и т. д., — а жена твоя и дочь пусть работают дома, они слабее тебя, и я хочу извлечь из их слабости все, что она может дать». Таким образом капитал распределил занятия между работником и работницею, между женщиною и мужчиною, совершенно беспристрастно, руководясь единственно соображениями о собственной выгоде и пользе. Благодаря атому новому распределению относительное положение мужчин и женщин рабочего класса уравнялось; от этого уравнения женщина, собственно говоря, ничего не выиграла, — она попрежнему обременена была работою до последней возможности; только теперь это обременение распространилось и на мужчину, он подведён был под одно с нею ярмо — вот и все. Однако, работая с нею под одним ярмом, мужчина все-таки не переставал сознавать, что его ноша все же тяжелее женской, что не будь его, владелец согнал бы со своей земли его жену и дочерей. Это сознание заставило его смотреть на женщину как на существо, до некоторой степени от него зависящее, ему подчинённое, так что равенство экономических условий, среди которых поставлены были в этот период работники мужчины и женщины, не повело к установлению той полной равноправности, которой можно было ожидать и которая до некоторой степени уже начала осуществляться в высших слоях общества. В рабочей семье женщина попрежнему играла второстепенную роль, и теперь, когда все почти время мужчина посвящал обязательному труду на владельца, её ведению были исключительно предоставлены домашние работы, домашнее хозяйство. Благодаря этому последнему обстоятельству мужчина хотя и смотрел на неё несколько свысока, но все-таки дорожил ею, как экономическою силою; женщина была необходима в хозяйстве, женщина смотрела за детьми, обшивала и одевала мужа, брата, сыновей и т. п., она смотрела за домом, занималась стряпнёю, пряжею; шитье и вязанье давали ей возможность досуг, остающийся от домашнего хозяйства, посвящать добыванию новых средств для поддержания всего семейства. В третьем периоде, — периоде преобладания движимого капитала над недвижимым, — положение женщины снова изменилось, и изменилось самым существенным образом. Характеристические особенности этого периода слишком общеизвестны, потому мы укажем здесь на них только в самых общих чертах. Во втором периоде обладание землёю давало собственнику право на труд всех тех, которые поселились на этой земле; с падением феодальной системы труд начинает освобождаться от этой крепостной зависимости, получает свободу и самостоятельность; прежде только недвижимая земельная собственность открывала человеку доступ ко всякого рода правам и привилегиям; прежде только человек, имеющий свободную землю, мог предводительствовать на войне, управлять во время мира, заседать в общегосударственных собраниях, занимать высшие государственные и духовные должности, производить суд и расправу и т. п. Когда же рядом с земледельческой промышленностью возникла промышленность торговая, ремесленная и мануфактурная, рядом с капиталом недвижимым возник капитал движимый, — тогда исключительные привилегии феодалов стали постепенно распространяться и на владельцев этой новой силы — на торговцев, ремесленников, банкиров, ростовщиков, фабрикантов и т. п. Высшее городское сословие получило разные льготы и права, купцы и ростовщики стали заправлять общественными делами, богатые буржуа засели в парламент, и потомки беглых и вольноотпущенных рабов возвысились до самых почётных и прибыльных должностей в государстве и церкви единственно благодаря своему богатству. Но что же создало это богатство, где был источник, породивший его? Свободный труд, получивший теперь независимое, самостоятельное значение. «Имей землю, и все остальное придёт само собою, без земли же — ты будешь нищ и бесправен», — так говорила экономическая мудрость феодального периода. «Трудись — и ты можешь сделаться всем, чем ты хочешь, без труда же ты умрёшь с голоду», — так говорит экономическая мудрость промышленного века. При таком новом значении труда он не мог оставаться в прежних условиях: он освободился от тяготевшего над ним рабства, от всех оков и нужд, стеснявших его в средние века. Каждый бросился к труду, каждый бежал на рынок со своим предложением, надеясь получить на этом рынке всевозможные блага. Но, увы, уже с самого начала эта конкуренция не представляла для всех одинаковых шансов успеха. Свободный труд, вступив в борьбу с привилегированною собственностью, с крепостным трудом, явился на поле битвы с большим запасом всевозможных привилегии; он хотел биться с феодализмом его же оружием. И, быть может, благодаря только этим привилегиям он выиграл своё дело, но зато эти же привилегии сосредоточили в одних руках обширные движимые капиталы, которые, разрушив зависимость труда от земли, поработили его движимому капиталу, поработили не юридически, а фактически. Труд сохранил и до сих пор сохраняет свою свободу, свою самостоятельность, но эта свобода и самостоятельность, как всем известно, фиктивны, номинальны. Повидимому, каждый трудящийся, являющийся на рынок со своими предложениями, имеет такой же шанс добиться успеха, как и все остальные конкуренты; повидимому, все здесь зависит от личных усилий и личной предприимчивости, но в сущности над всем рынком господствует привилегия движимого капитала, привилегия, приобретённая им ещё в первые моменты борьбы свободного труда с крепостным. В силу этой старой привилегии движимый капитал возрастал необыкновенно быстро, т.-е. быстро сосредоточивался в одних, немногих руках, которые и захватали себе всю торговую, ремесленную и фабричную промышленность. Труд, таким образом, из одной зависимости попал в другую. Движимый капитал, — этот, как выражаются экономисты, «кристаллизованный труд» прошедшего, — подчинил своему произволу труд настоящего. Подчинение это выражается в том, что капитал оценивает труд не по его действительной стоимости, а в интересах собственного барыша. А так как интерес барыша требует, чтобы труд ценился как можно дешевле, то заработная плата постоянно стремится опуститься до своего возможного minimum’a. Это обстоятельство вместе с тем значением, Которое получил в настоящее время труд, служит новым стимулом, заставляющим каждого работника стараться захватить в свои руки возможно большее количество труда. Трудясь, бедняк может надеяться достичь всего, чего ему хотелось; правда, благодаря привилегии капитала, он никогда ничего не достигал, — или достигал только в очень редких случаях, — но одна уже эта возможность надеяться заставляет его всецело отдаться труду; для него открыты все дороги, от него не требуется, повидимому, ничего такого, чему бы он не мог удовлетворить, от него не требуется, чтобы в его жилах текла особая кровь, чтобы его предки находились в близком родстве с богами или какими-нибудь героями древности, — от него требуется только труд, труд и вечный труд. Таким образом труд из роковой, тяжёлой обязанности, чем он был в первом периоде, из символа рабства и унижения, чем он был во втором периоде, — в третьем периоде стал правом, почётным правом. Только в третьем периоде заговорили о праве на труд, и это право считается настолько важным и драгоценным, что современная демократия ставит формальное торжественное признание его за каждым человеком необходимым условием осуществления своей программы. И в принципе это признание уже и состоялось, но, как известно, от теоретического признания до фактического применения ещё очень далеко. «Драгоценные права», вообще говоря, признаются людьми очень легко, — но на деле они осуществляются с большим трудом. Та же судьба постигла и «право на труд»; в действительности им пользуются немногие, хотя в теории оно признано за всеми; в действительности оно добывается человеком с бою, после долгих усилий, разочарований, неудачных попыток и т. п., тогда как в принципе оно принадлежит ему с той самой минуты, как он стал человеком. В первом периоде каждый старался трудиться как можно меньше, каждый старался взвалить свой труд на плечи своего соседа, во втором периоде труд считался роковым достоянием только подлых и низких людей, и оспаривать у них это достояние не могло притти в голову ни одному «благородному» человеку. В третьем же периоде все гоняются за трудом, каждый старается отнять его у своего соседа, каждый мечтает, как бы побольше захватить себе работы, как бы отбить её у своего ближнего. При таком взгляде на труд, роковым образом вытекающем из существующих экономических условий данного общественного быта, положение женщины, как мы оказали, должно было снова измениться, — и измениться, разумеется, не к лучшему. Когда труд был тяжёлою, неизбежною обязанностью, когда труд, был символом рабства и унижения, мужчина старался по возможности высвободиться из-под его ига, обременяя им женщину до последней крайности или, во всяком случае, не удаляя её с рынка труда, не воспрещая ей конкурировать с собою. Когда же труд сделался правом, — его не стало хватать для женщины; женщина должна была удалиться с рынка, и от неё отнята была возможность конкурировать с мужчиною. Это изменение особенно резко проявилось в верхних слоях общества, и в книге г-жи Добие „La femme pauvre du XIX siecle“ собрано много поучительных фактов весьма метко характеризующих его. Подробно разбирать здесь эти факты, разумеется, не место, — мы упомянем о некоторых из них, могущих дать приблизительное понятие о тех средствах, которые употреблялись в борьбе с женщиною за право на труд. Мы говорили выше, что в ХVIII веке и даже в начале XIX века женщины допускались во Франции к отправлению обязанностей почтмейстеров, контролёров и их помощников, сборщиков податей и т. п., но с первой четверти нынешнего столетия французское правительство предприняло целый ряд систематических мер с целью отнять у женщин право на занятие этих должностей, и уже в 1817 году Моршанжи с горестью писал: «В наш неблагодарный и эгоистический век за женщинами не хотят признать никаких прав. Согнанным с трона, отстранённым от всякого участия в общественных делах, признанным не способными отправлять общественные должности,— им только дозволяют продавать лотерейные билеты, торговать гербовой бумагой и табаком. Вот все, что считают возможным поручить им, — вот мера их способностей! Вот до чего умалились их права!» Правительство Людовика-Филиппа постановило, ничем однакоже не мотивируя этого постановления, что " женщины не должны быть назначаемы на места почтмейстеров в главные города округов, а также в те города и селения, где заседает суд первой инстанции или коммерческий суд«. Правительство Наполеона III подтвердило это постановление и дополнило его новым распоряжением, в силу которого женщинам воспрещалось занимать почтмейстерские места с окладом, превышающим 1000 фран., т.-е. 250 руб. в год. Средний оклад понижен до 850 франков, т.-е. до 212½ руб.; большинство же женщин получает теперь на этих местах не более 350 или 250 фр. в год, что составит на наши деньги от 87½ до 62½ руб. Получая такое ничтожное вознаграждение, они, однако, не освобождены ни от одной обязанности, возложенной на мужчину, получающего гораздо больше; за малейшее упущение по службе они караются так же строго, как и последние. Но это ещё не все. Чтобы создать новые препятствия для женщин, закон постановил, что по почтовому ведомству могут служить только женщины, имеющие от роду не менее 25 и не более 35 л.; их мужьям воспрещается заниматься торговлею или каким-нибудь ремеслом, равно как занимать какую-нибудь общественную должность. Это последнее запрещение лишает почти всех замужних женщин возможности поступать на службу, потому, во-первых, что у всех их мужья чем-нибудь да заняты, во-вторых, потому, что одного скудного жалованья жены решительно недостаточно для содержания семьи. Мало того, женщина, занимающая должность почтмейстера, не имеет права выйти замуж без особого разрешения начальства, которое в этом случае пользуется правом абсолютного veto, без об’яснения даже причин отказа. Все чиновники по выходе в отставку получают пенсии, соразмерные прежнему жалованью, но женщины-чиновницы составляют исключение из этого общего правила. Администрация, пользуясь их трудом, пока они в состоянии трудиться, не считает себя обязанной обеспечивать им кусок хлеба, когда силы оставят их и они не будут иметь возможности содержать своей работою себя и семью. Такие же тонкие уловки употребляла и до сих пор употребляет администрация для вытеснения женщин и из других сфер общественной и государственной деятельности. Так, например, выше мы упомянули, что в XVIII веке и даже в первое время первой империи женщины постоянно замещались на должности сборщиц косвенных податей или, правильнее, доходов с фискальных регалий. Но с первой четверти нашего столетия на эти должности стали назначаться почти исключительно мужчины, женщины же отстранялись под разными и совсем неблаговидными предлогами. В 1815 г. на 350 чел. сборщиков считалось только 30 женщин, а в 1840 г. — только три. Прежде на места хранителей и продавцов гербовой бумаги, равно как и на места при табачных складах почти сплошь назначались женщины, теперь же они исключительно замещаются одними мужчинами из отставных военных. Только самые незавидные из этих мест с нищенским окладом в 30 — 40 фр. (т. е. от 7½ до 10 руб.) в год великодушно оставлены женщинам. При складах гербовой бумаги мужчины получают от 1000 до 1700 фр. в год. женщины на тех же самых должностях никогда не получают более 1000 фр. В императорской типографии мужчина зарабатывает в день от 4 до 6 фр., женщина, работая столько же и даже более, получает только от 2 до 2 фр. 50 сант. Декретом 24 января 1860 г. начальство об’явило, что в случае болезни работник имеет право получать в день в виде пособия 1 фр. 50 сант., женщина же только 80 сант., как будто лечение женщины обходится вдвое дешевле лечения мужчины. Чтобы отстранить женщину от занятия должностей библиотекарей и архивариусов, администрация постановила, что эти должности могут быть замещаемы только лицами, прослушавшими трёхгодичный курс Ecole des Chartes, доступ в которую был строго воспрещён женщинам. Для занятия низших должностей при библиотеках и архивах требуется теперь учёная степень бакалавра словесных наук, но так как женщины не допускаются к соисканию этих учёных степеней, то и эта карьера для них закрыта. Приведённых примеров, мы полагаем, достаточно, чтобы показать читателю, какими способами устранялась женщина высших и средних классов от занятия общественных должностей<ref>Чтобы читатель не подумал, будто мы слишком преувеличили прежние права и современное бесправие женщин, мы приведём здесь мнение об этом предмете Лионской академии, которую, конечно, никак нельзя заподозреть в этом случае в пристрастии. Несколько лет тому назад академии назначила премию за лучшее сочинение по венскому вопросу, в котором бы указаны были практические меры для уравнения заработной платы мужчин и женщин и открыты бы были новые пути для женской деятельности. Об’являя об этой премии, учёный трибунал Лиона отозвался следующим образом о влиянии нашего прогресса на положение женщины: «Прогресс нашего времени вместо того, чтобы улучшить печальное положение женщины, старался, повидимому, только ухудшить его, вырывая у женщин каждый день те занятия и труды, которые прежде были их неот’емлемым достоянием. Это постепенное отнятие у женщины её прав, это постоянно возрастающее угнетение её, столь противное справедливости и человеческому достоинству, породило множество физических и нравственных зол, которые с каждым днём обнаруживаются теперь все яснее и яснее». После такого категорического заявления учёного трибунала никакие оптимистические соображения не могут иметь места, и мы должны принять за факт, что экономический прогресс не был прогрессом относительно общественного положения женщины и что наш век даёт ей в этом отношении гораздо менее, нежели предшествующие века. – ''Примечание Ткачёва''.</ref>. В последнее время мы замечаем однако в современном обществе противоположное движение, замечаем, что общественное мнение снова решительно становится на сторону женщины и требует возвращения ей её гражданских и политических прав. Многие государства опять начинают открывать для женщин доступ в администрацию, и в Америке уже можно встретить женщин-чиновников и скоро, быть может, женщина будет назначена посланницей ко двору одной из западно-европейских держав. Чем же об’яснить эту удивительную странность? Каким образом те же самые причины, которые прогнали женщину с рынка труда, который отняли у неё возможность конкурировать с мужчиною, снова влекут её на этот рынок, снова порождают конкуренцию мужского груда с женским? Чтобы об’яснить себе это явление, мы должны показать, какую перемену произвёл экономический прогресс в положении женщины низших, чернорабочих классов общества. В первое время третьего периода положение женщин-работниц изменилось очень мало; на обязанности её попрежнему лежали домашние работы; из ремесленных цехов она была исключена, и потому с развитием городской промышленности все резче и резче выступает наружу различие между её деятельностью и её образом жизни и деятельностью и образом жизни мужчин. Впрочем, это замечание относится только до горожан, в сёлах же и по уничтожении крепостного труда в положении женщины не произошло никакой перемены; только вследствие меньшей обеспеченности земледельца от неё потребовалась большая энергия в работе; заведуя домашним хозяйством, она должна была искать работу на стороне, так как без этого дополнительного заработка положение семьи не было достаточно гарантировано от всякого рода случайностей. Однако городская промышленность скоро дала себя почувствовать и деревенской женщине. Введение машин и постепенная замена ручного труда механическим во всех тех производствах, которыми занимались женщины, произвели самый радикальный переворот в её положении. О значении и характере этого переворота мы подробно говорили в другом месте («Влияние экономического прогресса на положение женщины и семьи»<ref>Статья Ткачёва «Влияние экономического прогресса на положение женщины и семьи», — или точнее, её пять первых глав, — была напечатана в №№ 1 и 2 «Женского Вестника» за 1866 год. Шестая глава была задержана цензурой; в архиве Главного управления по делам печати сохранились её корректурные гранки (дело 1866 г., № 104 о журнале «Женский Вестник», лл. 99 и сл.). Окончание же статьи до нас не дошло. Возможно, что оно и не было написано Ткачёвым, вследствие запрещения цензурой 6-й главы.</ref>), теперь же мы ограничимся указанием на него в самых общих чертах. Машинное производство нанесло окончательный удар средневековым формам экономического быта и, сосредоточив всю промышленность в нескольких центрах, почти совершенно расстроило и уничтожило рабочую семью; вследствие этого женщина утратила теперь своё прежнее значение, которое держалось главным образом семьёю; большую часть домашних работ отняла у неё фабрика, и она осталась без труда, — потеряла всякое право на самостоятельное существование, так как в наш век право на существование почти отождествляется с правом на труд. Это влияние машинного производства с большею или меньшею силой отразилось на всех классах общества, и во всех семьях женщины почувствовали перемену в своём положении. Прежде у них были полны руки работы, они не искали и не просили её, их насильно обременяли ею; теперь же они вдруг очутились почти без дела, прежде они могли смотреть на себя, как на весьма необходимых и полезных членов хозяйства, как на некоторую экономическую силу; теперь же они должны были сознаться, что стали паразитами, тяжёлою обузою мужей, отцов и братьев. Но в этот период, когда труд признается единственным правом на существование, паразитизм немыслим, невозможен. Он может являться в единичных случаях, в виде более или менее редких исключений, но он не может сделаться нормальным положением целой половины рода человеческого. При господствующей промышленной системе, где все определяет конкуренция, доля каждого конкурента определяется его личным трудом, личными усилиями; в большей же части случаев, при существующей низкой оценке труда, личный труд и усилия одного человека дают возможность удовлетворять только его личным потребностям, а не потребностям других лиц; потому при данных экономических условиях женщина не может жить на счёт мужчины, не может существовать без работы. Таким образом мы видим, что одна и та же экономическая причина вызвала два, повидимому, совершенно противоположные явления. Она сперва ограничила сферу женской деятельности домашнею работою, оттеснив её от общественных дел; потом, отняв у неё даже и домашнюю работу, она снова заставила её явиться на рынок общественного труда и начать конкуренцию с мужчиною. Эта конкуренция прежде всего началась в низших, чернорабочих классах общества, потому что, собственно говоря, одни только эти классы и находятся в настоящее время под исключительным господством принципа, составляющего душу третьего периода. Для высших классов общества право на существование далеко ещё не совпадает с правом на труд; у них ещё есть и другие права, завещанные им от предков и дающие нм иногда возможность прекрасно существовать, не шевеля пальцем о палец; но это остатки прошлого, и с каждым годом они все более и более ограничиваются. В низших слоях общества женщины, как мы говорили выше, занимались не только работою исключительно для дома, но и работали для продажи; с развитием фабричной промышленности и с отпадением от женщины домашних работ некоторые из них вынуждены были пойти на рынок мужского труда и с бою добывать себе работу; другие же исключительно занялись теми отраслями труда, на которые прежде смотрели только как на дополнительную работу; сюда относились, по преимуществу, шитье, вышивание, вязанье, тканье. Но каждое новое десятилетие ознаменовывалось новыми открытиями в области механики, новыми техническими усовершенствованиями, новыми практическими приспособлениями силы пара к производству разного рода предметов человеческого общежития, и с каждым таким открытием и усовершенствованием круг так называемых ручных работ становился все уже и уже. Ткацкий паровой станок понизил до такой степени заработок ткачей и ткачих, что они должны были бросить ручное тканье. Та же история повторилась и в более близкое к нам время в области швейных и вязальных работ. Изобретение швейной и вязальной машины повлияло самым гибельным образом на задельную плату ручных швей. Этого не отрицает даже и Дауль («Die Frauen-Arbeit etc.»), усматривающий в этом изобретении одни только хорошие стороны. В Англии с введением швейной машины заработки швеи опустились с 10 шил. в неделю до 3 — 4 шил. Подённая плата швеи не превышает на наши деньги 20 коп. в сутки, при чем она должна работать 16 — 18 часов; за шитье рубашки белошвейка получает теперь с небольшим 7 к., что составит в день. — полагая, что она может сшить 3 рубашки, — 21 коп. Во Франции ручная швея зарабатывает 1 фр. 25 сайт. Это maximum. обыкновенная плата не превышает 1 фр. Точно такие же понижения потерпела в меньшей только степени заработная плата вязальщиц и вышивальщиц. Защитники машин убеждают, однако, не смущаться этими временными понижениями и обращают главное внимание на то. что если теперь и понизилась цена на швейные, вязальные и т. п. предметы, приготовляемые на машине, то зато швеи, вязальщицы и т. п. на машинах получили возможность зарабатывать в несколько раз (от 4 до 10 раз) более, чем прежде, что, кроме того, машинный труд менее утомителен ручного и менее вреден для здоровья и что, наконец, машинное производство, понизив в значительной степени цену на белье и одежду, сделало эти предметы более доступными для рабочих классов. Вот главнейшие аргументы, приводимые обыкновенно в защиту машин их сторонниками (и повторяемые Даулем без всякой критики): так как они весьма распространены и принимаются большинством на веру, основывающуюся совсем не на ясном понимании дела, а просто на рутине, то мы считаем необходимым остановиться здесь на них и подвергнуть их тщательному анализу. Работая на машине, швея может заработать, положим, в 6 раз больше (см. об этом у Jules Simon’a „Ouvrire“. р. 251), чем работая на руках; если цена сработанных вещей понизилась в два раза, то и тогда все-таки заработная плата машинной швеи будет в три раза превышать заработную плату ручной. Если последняя получает в день 25 копеек, то первая заработает 75 коп. Но ведь известно, что заработная плата зависит, с одной стороны, от спроса, а с другой, от предложения труда. Как бы много различных вещей ни нарабатывала в день женщина, но если в её работе не нуждаются, то она все-таки получает менее, чем другая женщина, которая сработает в день гораздо меньшее количество вещей, но работа которой ищется. Не та польза, которую хозяин может извлечь из работницы, определяет её заработную плату, а число лиц, ищущих у него работы. Это экономическое правило упускается из виду защитниками машин; они забывают, что при увеличении производительности труда выигрывают всегда только хозяева, рабочие могут выиграть, а могут и проиграть. Выиграют они только в том случае, когда рядом с увеличившеюся производительностью труда увеличится и потребность в рабочих руках. Но это случай очевидно невозможный, каждое усовершенствование в области машинного производства не только увеличивает число предметов, которые могут быть изготовляемы в данное время, но и уменьшает число рук, потребных для изготовления этих предметов. На обыкновенной швейной машине среднего формата, употребляемой французскими швеями, в день можно сработать 18 рубашек; для управления машиной, завязывания узлов и т. п. нужно всего три работницы, следовательно, благодаря швейной машине, для производства 112 дюжины рубашек требуется теперь только три работницы, прежде же требовалось, по крайней мере, 6 человек, полагая, что каждая работница будет шить в день три рубашки, что почти невозможно. Следовательно, введение швейной машины будет иметь своим последствием уменьшение спроса на женский труд, т.-е. понижение его цены, так как предложение остаётся все то же. Говорят, что дешевизна вещей, изготовляемых на машине, в такой степени возвысит спрос на них, что все женские руки, занимающиеся теперь шитьём, найдут себе работу; если бы это могло действительно случиться, в таком случае положение женщин-швей нисколько не изменилось бы, так как не изменилось бы отношение между спросом и предложением. Но возможен ли этот случай? Если бы все швеи могли найти себе работу на машине, тогда число продуктов швейной промышленности внезапно увеличилось бы по самому умеренному счёту в четыре раза; такая огромная масса товара нашла ли бы себе сбыт на рынке? Указывают на «беднейшие классы», которые, будто бы, явились бы тогда на рынок в качестве покупщиков. Но ведь «беднейшие классы» издерживают в настоящее время решительно все, что они получают: следовательно, усилить спрос на швейные продукты они могли бы только тогда, когда расширились бы их собственные покупательные средства. Рабочий понесёт на рынок все ту же полушку, которую он носит и теперь; положим, что тогда он на эту полушку вместо одного платка получит два, но все-таки останутся два платка без покупателей. Если же фабрикант на одну полушку вместо двух платков даст четыре, т.-е. если он во столько же раз понизит рыночную цену своих вещей, во сколько машина увеличила производительность труда, и если он при этом не уменьшит заработную плату своих работниц, то он не извлечёт для себя никакой пользы из машины и не станет делать на неё никаких затрат. Следовательно, в самом лучшем и почти невозможном случае, положение женщин-швей после введения швейной машины насколько не улучшится, в случае же наиболее обыкновенном и вероятном оно должно ухудшиться {Мы говорим здесь о тех странах, в которых швейные машины не приготовляются туземными работниками и ввозятся из-за границы. В тех же государствах, где швейные машины приготовляются хотя вы даже только для домашнего обихода, выгнанное ими сокращение спроса на женский швейный труд вознаграждается очень скоро увеличением спроса женской работы в других отраслях труда. Это увеличение произойдёт вследствие того обстоятельства, что развитие машиностроительной промышленности, находящейся исключительно в ведении мужчин, привлечёт к себе много мужских рук из других отраслей фабричной промышленности, и сюда устремятся теперь швеи, оставшиеся без работы; так как их предложение будет вполне соответствовать спросу, то они и найдут себя здесь занятия, который вознаградит их за потерянную работу. Примечание Ткачёва.}. Но чем же, однако, об’яснить себе ту сравнительно высокую заработную плату, которую получают в настоящее время женщины, работающие на машине? Нам кажется, что об’яснить это весьма легко: во-первых, сравнивают её не с нормальной, а с теперешней же, следовательно, до крайности низкой платой ручных швей; во-вторых, уменье шить на машине весьма ещё не достаточно распространено среди рабочего населения (о чем свидетельствует и Дауль во многих местах своей „Frauen-Arbeit etc.“), и потому искусные машинистки естественно должны пользоваться некоторою премиею; в-третьих, — и что самое главное, — машинная работа ещё не окончательно вытеснила ручную, вследствие этого ценность швейных продуктов все ещё держится на весьма значительной высоте и нет слишком заметной причины в цене между вещами, изготовляемыми на машине и на руках. Потому машинное производство даёт огромные барыши и позволяет фабрикантам платить машинисткам несколько возвышенную плату для того, чтобы, с одной стороны, окончательно подорвать ручную работу, с другой — привлечь к шитью на машине возможно большее число рук. Защитники машин, в том числе и Дауль, полагают, что положение швей, имеющих возможность приобрести себе швейную машину, должно непременно улучшиться сравнительно с положением ручных швей; в доказательство они приводят цифры и точные вычисления. Против этих цифр и вычислений мы возражать не будем, мы не сомневаемся, что положение швей, имеющих машины, лучше положения швей, не имеющих машин. Но, во-первых, приобрести себе машину в состоянии только очень немногие работницы, да и то только что в первое время; с дальнейшими усовершенствованиями машины, она будет стоить все дороже и дороже, и машины менее дешёвые не будут в силах конкурировать с дорогими. Швейная работа, подобно ткацкой, сосредоточится в больших мастерских, и мелкие артели швей постепенно должны будут уничтожаться. Таково общее свойство машинного производства, оно постоянно стремится к централизации рабочих сил и капиталов. Уже и теперь применение пара к швейной машине должно весьма невыгодно отозваться на положении мелких швейных мастерских, в которых работы производятся на ручных машинах. Во-вторых, высокие заработки хозяек швейных машин, как мы говорили, об’ясняются сравнительною новизною этого производства и тем, что ручная работа не окончательно ещё вытеснена. Полагать же, будто швейная машина может надолго улучшить положение швей, это значит впадать в грубую ошибку относительно основных принципов данного экономического строя, это значит забывать самые элементарные начала господствующей экономической доктрины. Доктрина эта учит нас, что положение рабочих зависит от данного отношения капитала к труду, машины этих отношений нисколько не изменяют. Чего же ждут от них друзья рабочих? Что касается второго аргумента защитников машин, именно относительно гигиенического их значения, то мы хотя и готовы, вместе с доктором Рекламой, признать, что работа на машине не так губительно действует на здоровье швеи, как ручная работа, однако мы ещё не знаем, как отразится на нем машинное производство, когда оно сосредоточится в больших душных фабриках, а между тем такое сосредоточение совершенно неизбежно, и говоря о гигиеническом значении машин, мы непременно должны иметь его в виду. Кроме того, из того, что работа на машине полезнее для здоровья, чем работа на руках, ещё не следует, чтобы она вообще была полезна, как бы ни было велико число часов, проведённых за работою; потому друзья рабочих, как нам кажется, слишком рано поспешили возрадоваться. Третий аргумент, приводимый в защиту машинного производства, опять-таки обличает полнейшее невежество защитников относительно самых элементарных положений экономической науки. Эта наука, в лице лучших своих представителей, говорит нам, что при существующих отношениях капитала к труду средний уровень заработной платы всегда будет совпадать с средним уровнем самых необходимейших человеческих потребностей. Отсюда, как всякое повышение, так равно и всякое понижение цен на предметы первой необходимости (в том числе и одежду) вызывает соответствующее понижение или повышение заработной платы. Следовательно, что же выигрывает рабочий в случае падения на рынке цен на белье и одежду? Ровно ничего. Кто же выиграет? Выиграет только его хозяин. Итак, последовательное применение машин в тех сферах труда, которые по преимуществу находились в монополии v женщин и в которых преобладала ручная работа, изменило, но отнюдь не улучшило положения женщин. Изменило же оно его в двух отношениях. Во-первых, работа, сделавшись машинной, перестала быть исключительно женскою. Из данных, приводимых Даулем в его книге, видно, что шитьём на машине очень часто, а в некоторых производствах почти исключительно занимаются одни мужчины. Во-вторых, уменьшение спроса на женский труд в этих сферах промышленности заставило обратиться их в другие, где прежде работали исключительно одни только мужчины. Те же явления, только в слабейшей степени, вызвали машины и в высших слоях общества; подорвав значение женщины в семейном хозяйстве, лишив её возможности с какою-нибудь выгодою для себя заниматься ручными ремёслами, они и её заставили вступить в конкуренцию с мужчиною в тех отраслях труда, где она уже работала в период феодализма, откуда её уже раз изгнала мужская конкуренция в начале третьего периода. То да победа, естественным образом, должна была остаться за мужчиною, потому что у женщины была своя собственная неприкосновенная сфера деятельности, куда она могла удалиться и куда она действительно удалилась, безо всякого даже бою. И теперь, когда у неё отнята и эта сфера, теперь, когда с каждым днём положение паразита становится все безотраднее и невыносимее, теперь, когда право на труд все более и более начинает совпадать с правом на существование, теперь женщина не сойдёт с рынка без борьбы, и, что бы ей ни стоило, она вынесет эту борьбу, потому что она борется не за какие-нибудь отвлечённые теории, не за какие-нибудь абстрактные идеалы, не за какие-нибудь фантастические права, — нет, она борется за нечто крайне реальное, крайне живое, она борется за собственное существование. Не нужно быть пророком, чтобы предсказать, что она выйдет из этой борьбы победительницею. В сферах промышленного, механического труда женщина если не вполне, то, по крайней мере, вполовину достигла победы и добилась того же права на труд, которым пользуются и мужчины. К каким же результатам повела эта победа? Ответом на этот вопрос должны служить цифры теперешних заработков мужчин и женщин. В сочинении Дауля приведено очень много подобных цифр, но они относятся по преимуществу к заработкам американской женщины. Следующие данные, собранные нами из различных источников, имеют в виду, напротив, главным образом европейскую работницу. В Германии чулочная вязальщица получает за пару не более 5 грошей или 17 рейнских крейцеров, что составит на наши деньги около 15 коп., на работу их женщина, должна употребить, если не имеет никакого другого занятия, от двух до трёх дней; следовательно, её дневной заработок колеблется между 5 и 7½ коп.; кружевницы получают за локоть 3 гр. (около 3-х коп.); в день она может сработать всего пол-локтя, т. е. её дневной заработок равняется почти 1½ коп.; на фабрике женщина получает несколько более, именно от 2 до 3 тал. в неделю, что составит в день от 30 до 45 коп.; впрочем, это высшая плата, средний же уровень гораздо ниже. В Англии работа иголкою доставляет работнице за 16 — 18-часовой рабочий труд следующий заработок: швея получает от 3 до 4 шил. в неделю, что составит на наши деньги от 13 до 17 коп. в день; maximum заработка не превышает 7 шил., т.-е. 31 коп. в день; вязальщица зарабатывает от 12½ до 15 коп. На фабриках средняя заработная плата женщин от 3 — 4 шил. и почти нигде не превышает 7 шил. Относительно Франции мы можем сообщить следующие данные. Средняя заработная плата женщин на шёлковых, льняных и шерстяных фабриках равна в день 25 коп., иногда доходит до 35 и даже до 40 коп., иногда падает до 20 и 15 коп.; ткачиха получает 1 фр. 50 сант., что составит около 37½ коп. в день; сучильщицы шелка — 80 сант. (20 коп.), прядильщицы на шёлковых фабриках — 1 фр. 10 сант., на льняных — 1 фр. 50 сант., на шерстяных — 1 фр. 23 сант., на хлопчатобумажных — 1 фр., чесальщицы шерсти получают в Мюлльгаузене 1 фр. 15 сант., в Лилле — 1 фр. 25 сант., в Реймсе — 1 фр. 40 сант., в Седоне и Девилле — менее франка. Только в редких случаях задельная плата этих работниц возвышается до 1 фр. 75 сант. Мотальщицы едва зарабатывают 1 фр., maximum 1 фр. 25 сант., работая в день 13–14 часов. Средняя заработная плана портних не превышает 1 фр. 42 сант., и только в редких случаях доходит до 2 фр. Эту плату получают обыкновенно закройщицы или особенно искусные швеи. В провинциальных городах цена рабочего часа портнихи редко превышает 5 сант., так что, работая в сутки 12 часов, на может заработать только 15 коп. В Париже есть много портних, считающих 3 сант. в час (менее 1 коп.) красною ценою. Белошвейки получают ещё менее портних: цена их рабочего дня почти никогда не превышает 75 сант. (около 18 коп.). Так же скудны заработки кружевниц и вышивальщиц; так, в Диеппе кружевница, работая в сутки 15 часов, едва зарабатывает 25 сант., т.-е. 6½ коп. В Вогезах средняя заработная плата кружевниц равняется 80 сант. в день (20 коп.). Вышивальщица может заработать в день от 1 фр. 50 сант. до 2 фр. Однако, эта сравнительно высокая плата платится только за самое тонкое шитье, требующее большой чистоты, опрятности и умения; потому она доступна только для очень немногих. Обыкновенная вышивка оплачивается гораздо дешевле: вышивальщица, работающая почти целый день без отдыха, едва зарабатывает 20 — 30 сант. Немногим счастливее работницы и в других отраслях женского труда; средний подённый заработок их редко превышает 1 фр. в день. Если же некоторые из них и получают более, то зато значительную Часть года остаются совсем без работы. Так, например, позументщицы хотя и зарабатывают иногда в день от 1 фр. 50 сант. до 2 фр., зато в течение 4 месяцев в году сидят совсем без работы. Вышивальшицы по шёлку, бархату и сукну, получающие в день от 3 — 4 фр., остаются без работы 6 месяцев и т. п. Шляпочницы за выкройку дюжины шляп получают 35 сант.; в день же за крайними усилиями можно выкроить только 2 дюжины. Перчаточницы в провинции зарабатывают в день 90 сант., в Париже несколько более, но никогда не более 1 фр. 42 сант. При таких скудных заработках женщина-работница принуждена вести жизнь менее завидную, чем жизнь любой нищей. Работая с раннего утра до поздней ночи, подвергаясь всем губительным влияниям душной атмосферы, чрезмерного холода или жара, глотая пыль, вдыхая разные миазмы и т. п., она едва-едва в состоянии заработать себе кусок насущного хлеба. У Жюля Симона, в его „Ouvrire“ представлен бюджет работницы, получающей 2 фр. в день; из этого бюджета оказывается, что работница может ежедневно издерживать на пищу и питье не более 9 коп., что она должна жить в каком-нибудь сыром подвале или в какой-нибудь холодной мансарде, на отопление которой не может тратить более 1¼ коп. и т. п. А между тем 2 фр. считается теперь очень высокою заработною платою, и средний её уровень, как мы видели, стоит гораздо ниже этой цифры. В Англии жизнь стоит ещё дороже (в больших городах), чем в Париже. «В Париже, Лионе, Реймсе и друг, рабочие никогда не платят за своё помещение дороже 72–100 фр. в год, т.-е. 18–20 руб. В Лилле, Амиене, Сан-Кентене и друг., можно сплошь да рядом встретить такие квартиры, за которые платится 1 фр. или 75 сант., даже 30. 40 сант. Между тем, в Англии почти невозможно найти конуры, которая стоила бы менее 1 шил. в неделю; в Ливерпуле самые отвратительные подвалы ходят по 2 шил. в неделю, в Бренгаль-Грите, одном из самых отчаяннейших притонов лондонской нищеты, грязная, сырая комнатка в подвальном этаже стоит в неделю 2½ шил. («Влияние экономического прогресса на положение женщин и семьи»). Таким образом, более половины недельного заработка должно итти на покрытие издержек по помещению. Что же остаётся на пищу, одежду, отопление, освещение и на разные непредвиденные расходы? Два шил., т.-е. около 60 коп. в неделю! В Германии жизнь несколько подешевле, но зато и заработная плата там меньше. Итак, конкуренция, вызвав женщину на рынок промышленного труда, ограничила средства её существования до такой стене ни, что она едва в состоянии удовлетворять существеннейшим потребностям своего организма. Вследствие этого является преждевременная старость, истощение сил и физическое уродство; женщины рабочих классов больших промышленных городов худы, бледны, малорослы, румянец здоровья никогда не оживляет их щёк, лихорадочным огнём горят их глаза, средняя жизнь их редко превышает 17–20 лет, дети их такие же истощённые и худые, как они сами, половина их умирает, не дожив и до 5 лет. Постоянные лишения и недостаток пищи заставляют их искать утешения и поддержки в вине, которое ещё более способствует быстрому истощению их слабых организмов. У всех писателей, статистиков и экономистов, занимавшихся рабочим вопросом, можно найти обильные подтверждения указываемых нами фактов, и потому мы не станем здесь много распространяться об этом предмете. Упомянем только ещё об одном крайне невыгодном для рабочих последствии, вызванном конкуренцией) же женского труда. «Во всякой промышленности, — говорит Чапман („Report of Mr. Chapaman on Iorkschire“), — в которой вместе с мужчинами работают женщины и дети, цена на труд определяется ценою детского труда (где работают мужчины и женщины, ценою женского труда; вообще определяющею нормою служит плата рабочих, труд которых ценится всего дешевле) — и наоборот, во всех промышленностях, в которых женщины и дети не допущены к работе, заработная плата настолько велика, что даёт возможность прокормить целую семью рабочего». Потому с введением механического, машинного производства и с развитием конкуренции женского труда с мужским заработная плата мужчин понизилась, — понизилась если не абсолютно, то, по крайней мере, относительно цен на разные жизненные припасы, на квартиру и т. п., относительно потребностей рабочего, потребностей, развитых в нем своеобразными условиями промышленной жизни. Факт этого понижения неоспорим и доказывается, между прочим, сокращением средней жизни рабочего, уменьшением его роста, истощением, ослаблением его физических сил и т. п. В тех кварталах Лондона, которые по преимуществу населены рабочими, с трудом можно встретить человека, говорит один французский экономист, годящегося в солдаты. Об английских ткачах доктор Мичель говорит: «Телосложение их становится все слабее и слабее; все поколение приближается к росту лилипутов, старики их гораздо сильнее, чем молодые люди». Скоро то же самое можно будет сказать и обо всех рабочих: каждое новое поколение к уродствам и болезням, физическим и нравственным, унаследованным от отцов, прибавляет значительный запас благоприобретённых, который и передаёт вместе с отцовским наследством своему несчастному потомству. Таким образом, постепенно деградируется и вырождается раса рабочих. Совершенно, впрочем, опрометчиво предполагать, будто это обильное роковыми последствиями понижение заработной платы вызвано исключительно конкуренциею женского труда с мужским. Нет, едва ли ещё не в большей мере влияла на него конкуренция другого рода: конкуренция капиталистов-предпринимателей. Интерес капиталиста-предпринимателя требует возможно большего расширения предприятия, потому что только при производстве в крупных размерах он может вполне извлечь всю выгоду из машин, потому, наконец, что машины стремятся концентрировать промышленность в немногих, но очень больших центрах. Расширение же производства находится в прямой зависимости от сбыта его продуктов; чем больше сбыт, тем шире будет производство. Сбыт же в свою очередь обусловливается количеством покупателей или, правильнее, отношением капиталов, привлечённых на рынок для покупки данных продуктов, и количеством или величиною стоимости этих продуктов. Чем больше этих капиталов или чем ниже эта стоимость, тем обширнее сбыт. Отсюда естественно стремление капиталиста-предпринимателя должно состоять в том, чтобы понизить до возможной степени меновую стоимость своих продуктов или, что одно и то же, сократить издержки на их производство т.-е. уменьшить плату за труд, так как она составляет самую видную часть этих издержек и притом во го удобней может быть сокращаема. Следовательно, неизбежность понижения заработной платы логически вытекает из самых условий существующей системы производства, и влияние конкуренции женского труда имело в этом случае только второстепенное значение. Однако этого значения все-таки нельзя отрицать. На нем антагонисты женской эмансипации основывают все свои новейшие аргументы против экономического уравнения мужчин и женщин. Выходя из той совершенно верной мысли, что цена на труд зависит от числа соискателей его, они утверждают, что с привлечением женщин на тот рынок, где прежде господствовали одни мужчины, число соискателей должно увеличиться и следствием этого увеличения будет, во-первых, понижение, заработном платы, во-вторых, усиление проституции, так как часть женщин увидит себя в роковой необходимости устраниться с того рынка, на котором нужно выдержать ей ещё борьбу с мужчиною, на котором так трудно достаётся работа и так дёшево платят за неё. Отсюда антагонисты женской эмансипации выводят заключение, будто эта эмансипация, в конечном своём результате, ведёт к бедности, нищете и разврату, и что потому все меры, предпринимаемые с целью осуществить экономическую равноправность мужчин и женщин, бесполезны, вредны и даже безнравственны. Нужно быть крайне недальновидным, чтобы не видеть, что ни вод этот совсем не вытекает логически из тех фактов, на которых он основан. Мы признаем эти факты вполне и безусловно, но выведенное из них заключение мы считаем нелепым и даже бессмысленным. Все, что говорят факты — это только то, что при данных отношениях труда к капиталу, при господствующей системе экономических отношений, расширение женских прав, признание за женщиною права на труд должно сопровождаться некоторыми невыгодными социальными последствиями. Но разве сохранение status quo<ref>Существующего положения. – ''Ред.''</ref>, — если бы даже оно и было возможно, — не будет сопровождаться последствиями ещё более невыгодными, ещё более ужасными. Устранённая от работы, лишённая права на труд, там, где этим правом измеряется и определяется право на существование, обречённая, вследствие разных механических усовершенствований в системе производства, на вечный паразитизм, женщина превратится в рабу мужчины, сделается парием общества; экономическая подчинённость будет иметь своим последствием понижение уровня её умственного и нравственного развития, её умственное и нравственное растление, развитие в ней чисто животных наклонностей и инстинктов, грязный разврат и, следовательно, падение общественных нравов, разнузданность страстей, физическое истощение и вырождение европейской расы. Что же лучше? Можно ли колебаться в выборе? Но и выбора-то тут нет; расширение прав женщины требуется самой жизнью; это не плод досужей фантазии увлекающихся умов, разгорячённых голов. Против логики жизни итти невозможно. Восставать против женской эмансипации — значит не только пытаться удержать экономический прогресс, логическое развитие существующих экономических отношений; такие попытки не безрассудны и не невозможны, если раз доказано, что экономическое развитие следует по ложному, опасному пути; нет, это значит пытаться остановить прогресс человеческий, заставить ум человеческий не только не делать никаких новых открытий и усовершенствований в области химии, физики, механики, но и забыть старые, отказаться от своего прошлого, отказаться от тех элементарных понятий, которые выработаны и укреплены в нем вековою цивилизацией, которые пустили в нем глубокие корни и легли в основу его нравственного и социального миросозерцания. Только безумец может думать об осуществимости подобных попыток, только безумец может отважиться на борьбу с человеческим разумом. Следовательно, всякий препятствующий словом и делом практическому осуществлению равноправности женщин и мужчин действует не только против интересов женщины и всего общества, но и против здравого смысла; его деятельность не только вредна, но и нелепа, потому что она стремится к невозможной и неосуществимой цели. Но как же примириться с теми фактами, на которые указывают антагонисты женской эмансипации? Примиряться с ними не следует, но нужно только правильно понять их, чтобы убедиться, что апеллировать к ним антагонисты не имеют ни малейшего права. Факты эти показывают, что экономические начала, характеризующие сущность третьего периода, достигли теперь такого пункта, где они роковым образом должны впасть в самопротиворечие, — в самопротиворечие, которое делает невозможным их дальнейшее развитие и порождает хаос в практической жизни. Требуя, с одной стороны, чтобы каждый трудился, и обусловливая трудом право на существование, они в то же время ставят труд в такие условия, при которых он по мере своего распространения даёт все менее и менее возможности существовать. Экономическая жизнь говорит: только тот имеет право существовать, кто трудится, — но чем большее число лиц вздумает пред’явить свои права на труд, т.-е. чем больше будет предложений труда, тем он будет дешевле цениться и тем меньшему числу лиц он даст действительные средства к существованию. Таким образом, первое требование противоречит последнему положению и последнее положение уничтожает собою первое. Совместно существовать они не могут, — одно из них должно быть неверно, одно из них должно быть устранено, примирение невозможно. Но которое же? Первое положение налагает на всех обязанность трудиться; второе положение требует, чтобы трудилось как можно меньшее число лиц, угрожая в противном случае бедностью, нищетою, голодною смертью. Отказаться от первого требования человечество не может, потому что один труд даёт ему средства к существованию; но первое требование несовместимо со вторым, следовательно, оно неразумно, антисоциально; следовательно, те условия, в которые поставлен труд в Западной Европе, как противоречащие коренным основам общежития и не сообразные с истинным духом и направлением третьего периода, должны быть изменены и изменены таким образом, чтобы изгладилась дисгармония экономических отношений, чтобы противоположные начала экономической жизни слились в одно начало, способное внести любовь и гармонию в наш социальный быт. Указанные нами противоречия могут быть выражены таким образом: труд признается за право, присущее всем людям, с одной стороны, с другой — возможность пользоваться этим правом, пользоваться вполне и безусловно, предоставляется только очень немногим, избранный. Так что противоречие является главным образом между правом и возможностью; с особенной рельефностью отразилось оно в женском вопросе. Экономическая жизнь требует признания за женщиною права на труд и в то же время ограничивает возможность труда для неё, так что женский вопрос страдает тем же недугам, как и социальный вопрос вообще; пугаться этого и отказываться поэтому разрешать его, как делают антагонисты женской эмансипации, это значит торжественно признать полную разумность, неизбежность и логичность существующего экономического status quo со всеми его противоречиями и анахронизмами. Итак, женский вопрос, как и вопрос социальный, сводится к вопросу о том, как примирить право на труд (подразумевая под этим правом и право пользования всеми его продуктами, без чего оно не имеет никакого смысла) с возможностью для каждого практически осуществить это право. Очевидно, что подобное примирение только и мыслимо, только и возможно тогда, когда радикально изменится взгляд на труд, характеризующий третий период, когда труд выйдет из крепостной зависимости капитала, когда он не будет более измеряться его произвольной оценкой, когда в свою очередь и капитал утратит все свои привилегии, приобретённые им во время своего исключительного и безусловного господства. ''Июля 25, 1868 года.'' == Примечания == {{примечания}} [[Категория:Публицистика 1868 года]] [[Категория:Права женщин]] [[Категория:Пётр Никитич Ткачёв]] 2un8wd6tplmikds6tekkwkg2gpr6d98 0 1210174 5729138 5670523 2026-07-12T00:20:30Z Baraban-uragan 121071 опечатки, ссылка на википедию в примечании 5729138 wikitext text/x-wiki {{Отексте | АВТОР = Ариадна Владимировна Тыркова-Вильямс | НАЗВАНИЕ = Женский труд и проституция | ПОДЗАГОЛОВОК = | ЧАСТЬ = | СОДЕРЖАНИЕ = | ИЗЦИКЛА = | ИЗСБОРНИКА = | ДАТАСОЗДАНИЯ = | ДАТАПУБЛИКАЦИИ = 1910 | ПЕРВАЯПУБЛИКАЦИЯ = | ЯЗЫКОРИГИНАЛА = | НАЗВАНИЕОРИГИНАЛА = | ПОДЗАГОЛОВОКОРИГИНАЛА = | ПЕРЕВОДЧИК = | ДАТАПУБЛИКАЦИИОРИГИНАЛА = | ИСТОЧНИК = {{статья | автор = А. Тыркова | заглавие = Женскій трудъ и проституція | ссылка = https://viewer.rusneb.ru/ru/000199_000009_013445725?page=334 | язык = | ответственный = | издание = [[Русская мысль]]| тип = журнал | год = 1910 | месяц = | число = | том = | номер = 6 | страницы = 124–137}} | ВИКИДАННЫЕ = <!-- id элемента темы --> | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИНОВОСТИ = | ВИКИСКЛАД = | ДРУГОЕ = | ОГЛАВЛЕНИЕ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = | КАЧЕСТВО = 1 <!-- оценка по 4-х бальной шкале --> | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ = | ДРУГИЕПЕРЕВОДЫ = | ЛИЦЕНЗИЯ = PD-old | СТИЛЬ = text }} == Женский труд и проституция == <center>''Докдад, читанный на Первом всероссийском съезде для борьбы с торгом женщинами.''</center> Съезд, созванный для борьбы с торгом женщинами, должен выяснить и обсудить многообразные и сложные причины, порождающие ту социальную язву, которую обозначают страшным, и в то же время неясным, словом — проституция. Если даже подразумевать под этим термином только продажную женскую любовь, т. е. такие отношения, при которых женщина отдается мужчине не по влеченью, а ради материальных выгод, то и тогда нам придется включить в круги проституированных женщин не только тех, на чьем лице горит явная печать торга собой. Разве девушка, которая выходит замуж без любви, хладнокровно взвешивая служебное положенье или заработные способности мужа, не сравнивает себя с теми, кто по вечерам с робостью и бесстыдством бродит по улице, охотясь за мужскими вожделениями? А женщины и буржуазии, и аристократии, отдающиеся за плату, ради пополнения семейного бюджета, или в погоне за дорого стоящей элегантностью? Какое определение дать им? Но этих категорий проституирования я в своем докладе не хочу касаться. В современном обществе женская продажность приобрела громадные размеры и самые разнообразные формы, прокралась во все слои, втянула женщин не только разных классов, но и разной степени образования. И нет сомненья, что причины ее нельзя объяснять одной экономикой. Слабая воля, острое любопытство к жизни, отсутствие подлинных духовных интересов, жадность темперамента, наконец, та особая, прирожденная и усиленная тысячелетней культурой, женская пассивность, которая так охотно подчиняется мужской активности, — все это направляет в проституционный поток бесконечные и все растущие толпы женщин. Но рядом с этими психическими и физиологическими факторами есть экономические и социальные условия жизни вообще и женской жизни в особенности, — условия, питающие и вздувающие этот приток свежего женского товара. Их-то мне и хочется выяснить. Обстановка и содержание труда накладывают печать на всего человека. Его мысли и характер, радости и печали, сила и слабость, в значительной степени, образуются под влиянием его профессии, вернее того, куда и каким образом расходует он свою мускульную и мозговую энергию. И в этом отношении, за последнее столетие, европейская женщина пережила настоящую революцию. Если прежде она была рабски, почти насильно прикована к тесноте и замкнутости семейного очага и сообразно с этим выработала себе известный психологический склад, то теперь она также насильно выгоняется на рынок, в мастерскую, к фабричному станку, в контору, на службу и в конце концов на улицу. Те хозяйственные ценности, выработка которых прежде целиком лежала на Hausfrau разных классов, теперь производятся на фабрике, и женщина, оставаясь дома, не оправдывает своего существования. Общественное сознание еще слабо отдает себе отчет в этом перевороте, произошедшем в судьбе женщины. Старые понятия, старые оценки и мерки меняются медленнее, чем самый процесс жизни. И новые трудовые условия оказались совершенно неприспособленными ни к материнским функциям женщины, ни к ее образованно и воспитанию. Это создает целый ряд ненормальностей в семье, в положении матерей и детей, отражается на здоровье и воспитании подрастающих поколений и, наконец, усиливает исход женщин от нормальной жизни к проституции. Быстрый количественный рост самостоятельно зарабатывающих женщин настолько известный факт, что нет надобности приводить много цифр. В многообразных западных исследованиях можно найти все данные, все цифровые таблицы, подробно рисующие и этот рост, и положение женского труда. Зато все, что касается России, мало исследовано и скудно освещено. Приходится брать не общие, а отдельные сведения. Так, в интересном очерке профессора Левинсона-Лессинга «О занятиях женского населения г. С.-Петербурга» делается такой подсчет в С.-Петербурге на 100 рабочих мужчин рабочих женщин было в 1881 г. — 26,06, в 1890 г. — 33,69, а в 1900 г. — 39,36. В конторском труде наплыв женщин еще значительнее. Чертежниц и переписчиц в 1881 г. было на 100 мужчин 6,09 %, а в 1900 г. — 42,3 %. В последних отчетах фабричных инспекторов встречаются совершенно определенные указания на стремление предпринимателей заменять мужской труд женским. «Причины усиления женского труда, — большее трудолюбие, внимательность и воздержание (не пьют, не курят) и также уступчивость и меньшая требовательность их относительно заработной платы», пишет в отчете 1907 г. фабричный инспектор Владимирской губ. «Особенно быстрым темпом процесс этот пошел после забастовочного движения 1905 г. Предпочтение фабрикантами труда женского настолько велико, что есть уже фабрики, где женщины, с одной стороны, исполняют обязанности таскальщиков тяжестей, с другой, — занимают места младших конторских служащих, пртемщиков и т. д.», — говорит тот же инспектор в 1908 г. «Заменяя мужской труд женским, фабрика выгадывает на заработной плате и при уплатах вознаграждений за несчастные случаи. Кроме того, некоторые фабрики, как было отмечено и раньше, заменяют мужчин женщинами, как более спокойным и послушным элементом» (Московская губерн., 1908 г.). Фабричные инспектора предполагают, что фабриканты сами идут навстречу женской армии, благодаря дешевизне, уступчивости, меньшей требовательности женщин. Можно было бы иначе переставить —дешевизна, из которой вытекают и уступчивость, и нетребовательность, вот что до сих пор невыгодно отличает женский труд от мужского. Приходится сравнивать положение женщин па трудовом рынке с положением низших рас, негров или китайцев. Недаром, когда в начале XX века на шелковых фабриках Бадена спрос на женский труд превысил предложение, у фабрикантов возникла мысль выписать на смену женщинам японцев. Причины низкой оплаты женского труда должны интересовать не только трудящихся женщин всех состояний. Само собой разумеется, что дешевизна женщин одной непрерывной цепью тянется через жалкий заработок ткачихи, портнихи, горничной, к не менее жалкому жалованью учительницы, конторщицы, вплоть до оплаты женщин либеральных профессий. Но та же дешевизна влияет и на цену мужского труда, и немудрено, что рабочие, не отдающие себе отчета в связи причин и следствий, так долго и так упорпо воевали и воюют против женского вторжения. В отчете фабричного инспектора Черниговской губ. за 1908 г. говорится: «Трудом женщин фабрики заменяют труд подростков, а иногда и взрослых. Были попытки поставить женщин в качестве ткачихи на механических и ткацких станках суконной фабрики, причем сдельный заработок их оказался не меньше мужского, но ткачи просили владельцев фабрики не принимать женщин на работу». С другой стороны, рабочие организации, как западные, так и наши, начинают понимать, как важно для всего их класса изменение ценности женских рук и, втягивая мало-помалу женщин в свои ряды, эти организации в то же время вносят в программы ряд требований, связанных с охраной женского труда. Неравная оплата мужской и женской рабочей энергии чаще всего объясняется просто более приниженным положением женщины. Мужчина притеснитель; в качестве хозяина рынка он пользуется своим положением и дешевит женщину. Нечего и говорить, что это слишком поверхностное и одностороннее решение вопроса. Немецкая исследовательница Alice Salomon в своей крайне интересной работе Die Ursachen der ungleichen Entlohnung von Männer und Frauenarbeit постаралась на основании статистических и экономических данных, взятых главным образом из жизни Германии и Австрии, а отчасти и Англии, вскрыть как особенности, так и причины этого заработного неравенства. Она прежде всего устанавливает, что несомненно существует различие как в качественной, так и в количественной продуктивности мужчины и женщины. На лионских фабриках в то время, как мужчина разрезает два куска бархата, женщина разрезает только один. Там же, несмотря на равную сдельную плату, женщина вырабатывает только 70 % мужского заработка. В Англии, на шелковых фабриках, мужчина управляет сразу двумя ткацкими станками, а женщина одним. Неравная трудоспособность порождается не только разностью физических сил. Только в сельском хозяйстве, особенно там, где еще мало машин, выше всего ценится непосредственное мускульное усилие. В остальных отраслях труда, благодаря росту техники, требуются не столько физические, сколько психические свойства. И в них женщина тоже оказывается отличной от мужчины. Она менее догадлива, менее интеллигентна, наконец, она приходит на трудовой рынок не вооруженная ни опытом, ни знанием. Так, в ювелирном производстве, где особенно ясно, что оплата идет по линии умелости и интеллигентности, средняя цена мужского рабочего часа 39 пфеннигов, а женского — 22,8 пфеннигов. Женщинам поручается только наиболее грубая, а значит и хуже всего оплачиваемая работа. Делается это прежде всего потому, что женщины являются на работу без настоящей выучки, без тех навыков, которые больше всего ценятся работодателем. Мужчины-ювелиры учатся 4-5 лет. Женщины — 3 года, изредка 4. У них также нет возможности опытным путем достичь совершенства, так как большинство женщин остается на работе 3-3,5 года; потом они бросают мастерскую для выхода замуж или… для проституции. Только 13 % работниц продолжает работу и после 30 лет. Кратковременность женского труда и молодость работниц есть явление общее. В Германии из 1 000 работниц было 397 недостигших 20 лет, в Австрии — 570. (Цифры относятся к 1900 г.) Есть отрасли труда, где этот % еще больше. На бумажных фабриках Германии 66 % работниц моложе 24-х лет, и в этом производстве напльв дешевых женских рук делает даже часто машины ненужными. Иногда увеличение женского труда вызывается, напротив, установкой новых, легкоуправляемых машин. Венская анкета 1896 г. выяснила, что в шляпном производстве, благодаря новым машинам, не требующим ни опытности, ни силы, мужской труд почти вытеснен женским. Причем там, где мужчины зарабатывали 10—16 гульденов, женщины довольствуются 3—6 г. Очень характерна одна черточка, приведенная в той же анкете. В производстве готового платья мужская работа ценится почти втрое (женщина — 70 кр. — 1,30 гульденов, мужчина — 2,5-3 гульденов в день). За сверхурочные часы женщины получают обычную плату, а мужчины тройную против своей обычной. «Это потому, — объясняли хозяева, — что мужчины ценой стачки завоевали себе более высокую оплату сверхурочных часов». Высшие, лучше всего оплачиваемые, отрасли труда, металлургическая, машинная, полиграфическая промышленность, почти закрыты для женщин. На их долю остается работа, требующая меньшего искусства, но зато и самая дешевая. Клеймо дилетантизма и временности лежит на женской работе, понижая ее рыночную ценность. А предприниматели уже пользуются этим положением и извлекают из него крупную выгоду, удерживая на женский труд такие цены, дешевизна которых непропорциональна разнице в продуктивности мужского и женского труда. Так, на некоторых английских фабриках к ткачихам приставляют машиниста, который должен помогать им в управлении машинами. За это фабриканты сбавляют ткачихам от 15—50 %, хотя расход на помощника не превышает 2—3 %. В Эдинбурге наборщики получают за 1,000 слов 6 ¾ пенни. Наборщицы — 4 ½ пенни. Сами предприниматели признают, что лишние помощники, приставленные к женской работе, стоят ему 1 п. Откуда же остальные 19 % сбавки? Ответ ясен: сбавка эта создается общей дешевизной женщины. Это станет еще яснее, если мы из области физического труда перейдем к труду умственному, особенно к тем его областям, где работодателем является само государство. Среди не физических работниц первое, по количеству, место занимают приказчицы и конторщицы. По данным, приведенным в известной книге Лили Браун, «Женский вопрос», в 1900 г., в одном Берлине, было 365 тысяч приказчиц. Оплата их труда колеблется от 30—150 м. Но необходимый для прожития минимум, т. е. 60 марок в месяц, получают только 70 % из них. Остальные должны или жить в семье (на самом деле 100 тысяч приказчиц живет без семьи), или искать других способов пополнить свой бюджет. Эти другие способы станут еще очевиднее, если вспомнить, что от приказчицы требуется нарядность и что 71 % приказчиц в Берлине находится в возрасте от 15—21 года. Известный исследователь вопросов труда, Sidney Webb, выясняя особенности женского заработка, говорит: «Кроме ремесла и трудоспособности, женщины имеют возможность вынести еще на рьнок свое тело». И Alice Salomon права, когда приходит к такому выводу: «В конце концов нельзя не упомянуть, что девушки могут найти средство для удовлетворения своих потребностей при помощи проституции, что дает рабогодателям сознанную или неосознанную возможность понижать заработную плату женщин». Но если такова психология, таков расчет капиталиста-предпринимателя, то что же нам сказать, как объяснить поведение государства, которое повторяет по отношению к женщине все неравенства и несправедливости, существующие в частных предприятиях? В Англии телеграфистки получают от 16—40 шил. в неделю, а телеграфисты от 18—65 шил. Фабричные ипспектора 1000 ф. в в год, инспектрисы 500 ф. (причем им еще запрещается выходить замуж). В Австрии на почте женщины получают 40 % мужской оплаты. Если даже допустить, что 3 женщины работают за двоих мужчин, то и то окажется, что государство обсчитывает женщин на 27 %. Резче всего это сказывается в оценке учительского труда. Казалось бы, что именно здесь нет двух путей. Надо или признать женщин непригодными для важного и ответственного дела воспитания будущих поколений и тогда совсем не допускать их до учительских обязанностей, илп, раз такого отрицаяя не сущсствует, признать их равноценными. Но на самом деле государство остановилось на полпути. И в Англии, и в Германии учительницы получают ⅔ того, что получают учителя. Так, на всех ступенях общественной лестницы сохраняется одинаковое в своем неравенстве взаимоотношение между мужской и женской заработной платой. Немудрено, что западная женщина, которую большая экономическая теснота заставляет выдерживать большую конкуренцию, уже отдают себе отчет в теснейшей связи между интересами женщин всех классов и всех состояний. Все, что отличает, ухудшает, беднит женскую жизнь на Западе, все, что составляет особые, специально женские, трудности ее борьбы за существованье, в совершенно такой же мре относится и к русской женщине. Даже в еще большей мере. Если там необученность и более низкий техно-умственный уровень является источником женской дешевизны, то у нас эти культурно-образовательные условия еще хуже. По официальным данным ''Статистического Ежегодника''<ref>Издание 1909 г., но цифры общей грамотности относятся, по-видимому, к 1905 г., а школьные данные к 1903 г.</ref>, в России 32,6 % грамотных мужчин и 13,7 % грамотных женщин, а в некоторых губерниях, как, например, в Вологодской, этот процент падает еще ниже. Там 32,8 % грамотных мужчин и только 6,7 % грамотных женщин. Текущее школьное учение, подымая отчасти общий уровень грамотности, оставляет женскую отсталость почти в полной неприкосновенности. В начальных школах, в 1903 году, училось 71,9 % мальчиков и только 28,1 % девочек. В средних школах количество учеников того и другого пола почти равно. Зато в средних специальных школах, которые лучше и скорее вооружают учеников для заработка, обучается 163 000 мальчиков и всего 46 000 девочек. Высшие учебные заведения остаются в России до сих пор закрытыми для женщин. Общество оказалось вынужденным создать частные высшие женские школы, которые (за исключением медицинского института) не дают своим слушательницам всей полноты образовательных прав. Таким образом, мы вндим, что на всех стадиях учения, женщины не эанимают того места, которое они должны были бы занимать в виду требований, предъявляемых к ним жизнью. В то же время молодость работниц, так понижающая на них цену на Западе, является и у нас, в России, обычным явлением. По переписи 1897 г., в изготовлении одежды малолетние и подростки (до 15 лет) женского пола составляли 49,5 % всех рабочих. Во всех отраслях труда эта категория малолетних и подростков заполнена главным образом женской молодежью. В табачном производстве официально значится только 1 573 девушки моложе 15 лет. Но стоить заглянуть на любую фабрику, чтобы убедиться в неточности этой цифры, так как на этот промысел, где женщины составляют более 75 % всех рабочих, идут совсем юные девушки, почти дети. Табачное дело, так же как и текстильное, где тоже преобладает женский труд (в 1897 г. на 450 000 мужчин было 508 000 женщин; теперь эту цифру следует считать значительно больше), являются по оплате одними из самых неблагодарных отраслей труда. Немецкая анкета, выяснявшая положение замужних работниц, пришла к заключению, что для женского здоровья, точнее для материнских функций женщины, особенно вредны те промыслы, где женщина должна весь день стоять, или весь день сидеть. Как раз на табачных фабриках приходится все время работать сидя, а на ткацких стоя. Причем на табачных происходит отравление никотином, а на ткацких от постоянного сотрясения, особенно ощутительного на верхних этажах высоких корпусов, беременные женщины чаще всего не донашивают ребенка до срока. Говоря о вредных для женщин промыслах, не надо делать себе иллюзии. Почти все существующие формы труда вредны даже для мужского здоровья, а для женского и подавно. Фабрика, мастерская, беготня прислуги у частных хозяев, служба продавщицы или конторщицы, — все ставит женщину в самые тяжкие условия, идущие вразрез с материнством, к которому ее первоначально предназначила природа. Но все эти трудности усугубляются тем, что женщинам до сих пор предоставляются самые дешевые, самые неблагодарные виды труда. Мне пришлось побывать в прошлом году в Белостоке на двух суконных фабриках. Одна из них маленькая, не подчиненная фабричной инспекции. Это была не фабрика, а подлинный Дантов ад. В мрачном подвальном этаже, где под ногами хлюпала стекавшая со двора вода, пять или шесть женщин трепали старые суконные тряпки. Несмотря на открытые настежь окна и двери (это было в феврале), в воздухе носились густые тучи черной пыли. Она сплошь покрывала одежду, лица, руки работниц. Мне сказали, что передо мной молодые девушки. Но я видела только тощие груди, впалые щеки, мертвенное равнодушие в потухших глазах. Фабрика пожрала их молодость и не только молодость, но и жизнь. Ясно было, что чахотка уже овладела этими жалкими рабынями труда. На этой фабрике, с нищенской расценкой, работали почти исключительно женщины. Там же, в Белостоке, мне показали другую, иначе обставленную фабрику. Она помещалась не в старом, полуразвалившемся флигеле, а в новом, щеголеватом здании. Окна были большие, было сухо и светло, и если фабричный труд и здесь таил свои обычные отрицательные стороны, то все же не было никакого сравнения с первой зловонной ямой. Но здесь женщин не было видно. Только две-три старухи горбились над ткацкими станками. Это были, очевидно, старожилки фабрики. Представитель фабричной администрации, водивший нас по корпусам, пояснил, что сами рабочие настояли, чтобы женщин не принимали, так как они понижают цену. Общая русская скудость исследований и цифр не дает возможности должным образом установить очень важный для понимания положения женщины на трудовом рынке факт ненропорциональности между разницей в продуктивности и в оплате женского труда. Приходится брать отрывистые, отдельные сведения. Так, г-жа Глинская, в своем докладе «О службе женщин на железных дорогах»<ref>Напечатано в трудах [[w:Первый Всероссийский женский съезд|первого женского съезда]], так же как и другие доклады, на которые я ссылаюсь.</ref>, указала, что сторожа, охраняющие железнодорожный путь, получают 177 р. в год, а сторожихи, делающие буквально ту же работу, так же отвечающие за безопасность идущих мимо поездов, получают только 41 р. в год. Даже женщины-врачи, состоящие на службе у железных дорог, получают только две трети мужского жалованья, хотя, казалось бы, что они делают равный с мужчинами труд, так как им, в такой же степени как и мужчинам, доверяется и здоровье, и жизнь людей. Мне самой пришлось записать на одной из кубанских табачных фабрик такую расценку труда. Мастер, укладывающий табак в фунтики, получает 45 р. в месяц. Мастерица за ту же работу получает 15 р. По словам фабричной администрации, мужчина вырабатывает в день 12 ящиков, женщина — 7. Иначе говоря, продуктивность ее работы меньше в 1,7 раза, а оплата меньше в три раза. Различие станет еще очевиднее, если мы перейдем в такую область труда, где ценится не физическое усилие. Г. Гудван, исследовавший положение 26 000 одесских приказчиков, устанавливает средний заработок для мужчин 34 р. в месяц, для женщин — 13 р. Но это средняя цифра, а в той же Одессе 23 % приказчиц получают менее 10 р. А все конторщицы, машинистки, служащие, наполняющие правления железных дорог, банков, частных обществ, мировых учреждений, и получающие за свою одуряющую работу жалкие гроши? Здесь, как и в неравном жалованье женщин-врачей на железных дорогах, уже нельзя объяснить женской дешевизны ни разницей в подготовке, ни недостаточностью образовательного ценза. Сплошь и рядом девушка, окончившая институт, гимназию, или даже высшие курсы, получает меньше канцеляриста, прошедшого немудрую науку городского училища и, тоже не особенно мудрый, экзамен на чин. По данным Л. В. Авиловой<ref>Доклад ж. съезду «О службе женщин в правительственных и общественных учреждениях»</ref>, в небольших городах заработок чиновницы колеблется от 10—35 р. А иногда в казенных учреждениях попадается жалованье в — 6, 5, 3 р. в месяц. В крупных центрах вознаграждение немного выше, а именно от 15—60 р. Средней ценой для Петербурга надо считать 30 р. Громадное и прямое влияние на понижение женского чиновничьего заработка имеет ст. 156 устава о службе, закрывающая женщинам доступ на государственную службу. Девушки, вынужденные зарабатывать себе хлеб канцелярской работой, искусственно удерживаются государством на самых невыгодных, трудовых позициях. То же самое делает государство и в другом интеллигентском труде, в учительском, где, помимо различия в оплате учителей и учительниц, большое значение для женской дешевизны имеет то, что женщины заполняют только нижние ступеньки педагогической лестницы. Их принимают учительницами в низшие школы и в младшие классы гимназии, то есть как раз туда, где расценка труда наименее выгодна. Привычка дешевить женщину дает себя знать на каждом шагу. Когда французский парламент в текущем году обсуждал пенсии на старость, комиссия определила, что мужчине надо давать 417 фр., а женщине довольно 270. У нас в военном ведомстве, в 1902—05 г., заседала особая рабочая комиссия. Она высчитала минимальный месячный рабочий бюджет для мужчины в 21 р. (3 р. одежда, 4 р. квартира, 10 р. еда, 4 р. белье, мыло, табак и т. д.), для женщины в 17 р. Быть может, действительность и на самом деле научила женщин быть менее требовательными, сокращать свои расходы и желания. Но все-таки в громадном большинстве случаев заработок женщины значительно ниже ее бюджета. В Париже более ста тысяч портних, но только треть из них получает 900 фр., необходимые для сколько-нибудь сносного существования. В Вене только 40 % работниц может покрыть свои расходы своим заработком. Из немецких конторщиц 30 % получают меньше предельного бюджета, т. е. меньше 60 м. в месяц. По исследованию г-жи Фросиной, «Бюджет семейных работниц»<ref>Напечатано в трудах женского съезда.</ref>, выясняется, что, для не голодного прожития одинокой работницы в Петербурге, необходимо иметь по меньшей мере 20 р. в месяц. При этом еда такая: ½ ф. хлеба, булка, бутылка молока, чай, ½ ф. колбасы, иногда яйца. Горячая пища очень редко. И это еще считается недурным питанием. При таком бюджеге остается на одежду, считая белье и сапоги, 43 р. в год. Но ведь громадное большинство работниц не получает и 20 р. В тскстильном производстве заработок колеблется от 7—12—15 р. В табачном деле большинство работниц получает около 10 р. Заработок портних в белошвеек как будто больше, от 10—30 р. при хозяйских харчах. Зато у них есть полосы мертвого сезона, когда они буквально остаются на улице, на этой гостеприимной, всегда готовой принять молодую женщину, улице. В письмах, которые в ответ на анкету присылали в редакцию газеты Новая Русь приказчицы, так и говорилось: «Вечерними прогулками пополняется бюджет многих конторщиц, кассирш и других служащих». Да и как же иначе, если за 12—14-часовой рабочий день девушка получает от 6—18 р. (приказчицы в булочных), или от 10—15 р. (приказчицы в магазинах дешевого платья). Ведь одна квартира, если даже занимать одну комнату вдвоем, стоит не менее 6 р. Утрений чай и праздничная еда, при самом скромном счете, тоже обойдутся не менее пяти рублей. А где же взять деньги на платье? Ведь приказчица должна одеваться, как барьшня. Если фабричная работница тратит на одежду 43 р. в год, то приказчице оно должно стоить не менее 80—100 р. Если прибавить мелкие расходы, лечение, переписку, книги, хоть изредка театр или загородная поездка, то получится еще рубля три в месяц. Итого годовой расход не менее 280 р. Откуда же взять эти деньги тем, кто получает около 200 рублей в год, а то и меньше? Тот же периодический недочет мы найдем и в бюджете чиновницы. Даже если взять за средний заработок 35 р. (хотя было бы правильнее считать 30 р.), то человеку, имеющему самые скромные интеллигентские привычки, нет возможности свести концы с концами. В крупном центре комната стоит не менее 15 р. На питание, и то наполовину впроголодь, следует положить тоже не менее 15 р. На платье, на конки, на леченье, на так называемые культурные потребности остается 5 р. Сумма не только явно недостаточная, по прямо нищенская. Это несоответствие между самым тесным, самым урезанным бюджетом и возможным женским заработком, несоответствие, которое мы находим и в пролетарском и в интеллигентском женском труде, обыкновенно объясняют, точнее, оправдывают тем, что женщина не зарабатывает а только прирабатывает. Между тем и в этом отношении жизнь коренным образом изменила положение женщины. Количество браков так быстро падает, что прежняя надежная, семейная пристань становится для большинства девушек недостижимой. Да и качество брака изменилось, он все менее долговечен, и при расхождении женщина нередко должна находить самостоятельные средства для своего и детского существования. В Англии и Германии половина женщин брачного возраста не замужем. Соответственно с этим растёт количество внебрачных детей. В Вене и Париже одна треть, а в некоторых округах Германии даже половина новорожденных прижиты вне брака. Часть их родится в обстановке длительной связи, где отец и признает детей, и заботится о них. Но сколько таких, которые остаются исключительно на попечении и ответственности матери. Мы видели, как слабо общество вооружило женщину для экономической борьбы, как неравно и сурово относится само государство к интересам женщины-труженицы. Ей нечем прокормить даже себя одну, где же возьмет она средства для ребенка? И что мудреного, если в Германии, на те зеркальные и химические фабрики, где число мертворожденных особенно велико (65 %, а если прибавить детей умирающих в первый год рождения, то смело можно назвать эти промышленные заведения фабрикой ангелов), с наибольшей охотой идут девушки-матери. И что мудреного, если, сравнивая свою жизнь, убогую, холодную и голодную, лишенную радостей и развлечений, составляющих потребность всякого, а тем более молодого, человеческого существа, сравнивая свое тусклое прозябанье с ярким разгулом проститутки, девушка работница не видит никаких преимуществ на стороне своего честного труда. Молодость не заглядывает далеко. Быть может, там, впереди, ждут болезни, ждет бесприютная, униженная старость. Но разве те болезни, которыми награждают женщину фабрика, мастерская, контора, магазин, много лучше сифилиса? Разве она обеспечена чем-нибудь на старость, на время болезни? И тут, и там положение одинаково шаткое. Но улица манит возможностью насладиться всеми растущими соблазнами города. Наряды, театры, шум, опьянение, веселье, щедрое мужское общество. Легко говорить, что все это пошло, низменно, грязно. Но надо ли, возможно ли так строго ценить влечения и вкусы наименее культурных женских слоев населения, из которых главным образом вербуется проституционное войско, если несравненно более культурные мужчины, врачи, адвокаты, учителя, писатели добровольно и охотно опускаются в эту низину, проводить ночи, а иногда и дни, в этой пошлости и грязи? Ведь это они, ведь это потребители, поддерживают высокий спрос на продажное женское тело, а значит и на всю окружающую его атмосферу. Спрос настолько высокий, что та же самая табачница, за 8 руб. в месяц целыми днями глотавшая никотиновую пыль, что та же горничная, которая бегала по лестницам, подавала, прибирала, угождала, не зная ни покоя, ни отдыха, а главное не видя ни проблеска внимания к себе, что любая из самых неудачливых работииц может сразу, если только судьба снабдила ее некоторою привлекательностью, начать получать десятки рублей, а то и больше. И впереди ведь не только Калинкинская больница, — многие ли помнят о ней в начале? — но и простор самых неограниченных возможностей, так называемая карьера, которую, до сих пор, подавляющее большинство женщин может сделать только при помощи своей, так или иначе выраженной, так или иначе предложенной, женской привлекательности. И до тех пор, пока не изменятся общие условия женской работы, пока не начнется систематическая, планомерная борьба с рыночной дешевизной женщины, проституция будет широко раскрывать свои красные двери, предлагая соблазнительный исход из экономических, а подчас и из психологичсских затруднении. Борьба эта уже началась. Она идет двумя путями. Ве-первых, сами женщины выходят из прежней инертности и разобщенности. Былое равнодушие к общественности, эгоистический перевес семейных мелочей над широкими интересами мало-помалу уступают место сознанию своей связи, личной, кровной связи со всем государственным и социальным коллективом. Женщины учреждают отдельные союзы, входят в обще-политические и профессиональные организации, обединяют женскую раздробленную толпу, стараются расширить образовательные права и поднять воспитательный уровень женщин. Как только проснулись женщины, проснулось и законодательство, так долго оставлявшее в полном пренебрежении интересы матери, а значит и ребенка. Теперь необходимость государственного вмешательства, государственной охраны материнства уже сознана во всех культурных странах. Ночная работа запрещена женщинам в Англии, Франции, Швейцарии, Германии, Австрии, Голландии. В России такое запрещение было издано в 1885 г., а позднейшими разъяснениями и дополнениями почти анулировано. Обязательность отдыха, в связи с родами, признана в тех же странах и сверх того в Бельгии, Венгрии, Португалии, Швеции, Дании, Испании. Маленькая Португалия обязала заводы, где работает более 50 женщин, иметь ясли. В России никаких законов по охране материнства нет. А на Западе каждый год приносит все новые расширения государственных забот о женщине. Но женщина уже переросла время попечительства и опеки. Вынужденная наравне с мужчиной, хотя и не на равных с ним условиях, вести экономическую борьбу за жизнь, принимая активное участие в науке, в искусстве, в выработке культурных ценностей, она уже не может довольствоваться законами, которые будут писать для нее другие. Она должна сама принимать участие в их выработке, должна иметь возможность сама высказывать свои нужды и отстаивать свои требования. Отсюда и вырос международный женский лозунг, требующий избирательных прав для женщин. Есть у него и другой источник, другое, не скажу оправдание, но настояние. Исключительные политические права всегда создают чувство превосходства, вольное или невольное. Только подъемом всего правового и обычного положения женщины можно отучить человечество от мысли, что женщина сама по себе стоит дешевле мужчины, что бабе цена особая. Но для этого надо насадить новые привычки, понимание, новое чувство человеческого достоинства, не только в мужское, но и в женское сознание. Сделать это можно только при помощи старых, но все еще неосуществленных лозунгов свободы и равенства, которые, рано или поздно, придется распространить и на женщин. И чем раньше это произойдет, тем легче будет обществу бороться с проституцией, по крайней мере в той ее части, которая порождается тяжестью экономического и правового гнета. ''А. Тыркова.'' === Примечания === {{примечания}} [[Категория:Публицистика 1910 года]] [[Категория:Права женщин]] [[Категория:Публикации в журнале «Русская мысль»]] gx06w8sv2dk94q1klo949s6hdkn0z8i 5729141 5729138 2026-07-12T06:35:41Z Vladis13 49438 added [[Category:Сексология]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729141 wikitext text/x-wiki {{Отексте | АВТОР = Ариадна Владимировна Тыркова-Вильямс | НАЗВАНИЕ = Женский труд и проституция | ПОДЗАГОЛОВОК = | ЧАСТЬ = | СОДЕРЖАНИЕ = | ИЗЦИКЛА = | ИЗСБОРНИКА = | ДАТАСОЗДАНИЯ = | ДАТАПУБЛИКАЦИИ = 1910 | ПЕРВАЯПУБЛИКАЦИЯ = | ЯЗЫКОРИГИНАЛА = | НАЗВАНИЕОРИГИНАЛА = | ПОДЗАГОЛОВОКОРИГИНАЛА = | ПЕРЕВОДЧИК = | ДАТАПУБЛИКАЦИИОРИГИНАЛА = | ИСТОЧНИК = {{статья | автор = А. Тыркова | заглавие = Женскій трудъ и проституція | ссылка = https://viewer.rusneb.ru/ru/000199_000009_013445725?page=334 | язык = | ответственный = | издание = [[Русская мысль]]| тип = журнал | год = 1910 | месяц = | число = | том = | номер = 6 | страницы = 124–137}} | ВИКИДАННЫЕ = <!-- id элемента темы --> | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИНОВОСТИ = | ВИКИСКЛАД = | ДРУГОЕ = | ОГЛАВЛЕНИЕ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = | КАЧЕСТВО = 1 <!-- оценка по 4-х бальной шкале --> | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ = | ДРУГИЕПЕРЕВОДЫ = | ЛИЦЕНЗИЯ = PD-old | СТИЛЬ = text }} == Женский труд и проституция == <center>''Докдад, читанный на Первом всероссийском съезде для борьбы с торгом женщинами.''</center> Съезд, созванный для борьбы с торгом женщинами, должен выяснить и обсудить многообразные и сложные причины, порождающие ту социальную язву, которую обозначают страшным, и в то же время неясным, словом — проституция. Если даже подразумевать под этим термином только продажную женскую любовь, т. е. такие отношения, при которых женщина отдается мужчине не по влеченью, а ради материальных выгод, то и тогда нам придется включить в круги проституированных женщин не только тех, на чьем лице горит явная печать торга собой. Разве девушка, которая выходит замуж без любви, хладнокровно взвешивая служебное положенье или заработные способности мужа, не сравнивает себя с теми, кто по вечерам с робостью и бесстыдством бродит по улице, охотясь за мужскими вожделениями? А женщины и буржуазии, и аристократии, отдающиеся за плату, ради пополнения семейного бюджета, или в погоне за дорого стоящей элегантностью? Какое определение дать им? Но этих категорий проституирования я в своем докладе не хочу касаться. В современном обществе женская продажность приобрела громадные размеры и самые разнообразные формы, прокралась во все слои, втянула женщин не только разных классов, но и разной степени образования. И нет сомненья, что причины ее нельзя объяснять одной экономикой. Слабая воля, острое любопытство к жизни, отсутствие подлинных духовных интересов, жадность темперамента, наконец, та особая, прирожденная и усиленная тысячелетней культурой, женская пассивность, которая так охотно подчиняется мужской активности, — все это направляет в проституционный поток бесконечные и все растущие толпы женщин. Но рядом с этими психическими и физиологическими факторами есть экономические и социальные условия жизни вообще и женской жизни в особенности, — условия, питающие и вздувающие этот приток свежего женского товара. Их-то мне и хочется выяснить. Обстановка и содержание труда накладывают печать на всего человека. Его мысли и характер, радости и печали, сила и слабость, в значительной степени, образуются под влиянием его профессии, вернее того, куда и каким образом расходует он свою мускульную и мозговую энергию. И в этом отношении, за последнее столетие, европейская женщина пережила настоящую революцию. Если прежде она была рабски, почти насильно прикована к тесноте и замкнутости семейного очага и сообразно с этим выработала себе известный психологический склад, то теперь она также насильно выгоняется на рынок, в мастерскую, к фабричному станку, в контору, на службу и в конце концов на улицу. Те хозяйственные ценности, выработка которых прежде целиком лежала на Hausfrau разных классов, теперь производятся на фабрике, и женщина, оставаясь дома, не оправдывает своего существования. Общественное сознание еще слабо отдает себе отчет в этом перевороте, произошедшем в судьбе женщины. Старые понятия, старые оценки и мерки меняются медленнее, чем самый процесс жизни. И новые трудовые условия оказались совершенно неприспособленными ни к материнским функциям женщины, ни к ее образованно и воспитанию. Это создает целый ряд ненормальностей в семье, в положении матерей и детей, отражается на здоровье и воспитании подрастающих поколений и, наконец, усиливает исход женщин от нормальной жизни к проституции. Быстрый количественный рост самостоятельно зарабатывающих женщин настолько известный факт, что нет надобности приводить много цифр. В многообразных западных исследованиях можно найти все данные, все цифровые таблицы, подробно рисующие и этот рост, и положение женского труда. Зато все, что касается России, мало исследовано и скудно освещено. Приходится брать не общие, а отдельные сведения. Так, в интересном очерке профессора Левинсона-Лессинга «О занятиях женского населения г. С.-Петербурга» делается такой подсчет в С.-Петербурге на 100 рабочих мужчин рабочих женщин было в 1881 г. — 26,06, в 1890 г. — 33,69, а в 1900 г. — 39,36. В конторском труде наплыв женщин еще значительнее. Чертежниц и переписчиц в 1881 г. было на 100 мужчин 6,09 %, а в 1900 г. — 42,3 %. В последних отчетах фабричных инспекторов встречаются совершенно определенные указания на стремление предпринимателей заменять мужской труд женским. «Причины усиления женского труда, — большее трудолюбие, внимательность и воздержание (не пьют, не курят) и также уступчивость и меньшая требовательность их относительно заработной платы», пишет в отчете 1907 г. фабричный инспектор Владимирской губ. «Особенно быстрым темпом процесс этот пошел после забастовочного движения 1905 г. Предпочтение фабрикантами труда женского настолько велико, что есть уже фабрики, где женщины, с одной стороны, исполняют обязанности таскальщиков тяжестей, с другой, — занимают места младших конторских служащих, пртемщиков и т. д.», — говорит тот же инспектор в 1908 г. «Заменяя мужской труд женским, фабрика выгадывает на заработной плате и при уплатах вознаграждений за несчастные случаи. Кроме того, некоторые фабрики, как было отмечено и раньше, заменяют мужчин женщинами, как более спокойным и послушным элементом» (Московская губерн., 1908 г.). Фабричные инспектора предполагают, что фабриканты сами идут навстречу женской армии, благодаря дешевизне, уступчивости, меньшей требовательности женщин. Можно было бы иначе переставить —дешевизна, из которой вытекают и уступчивость, и нетребовательность, вот что до сих пор невыгодно отличает женский труд от мужского. Приходится сравнивать положение женщин па трудовом рынке с положением низших рас, негров или китайцев. Недаром, когда в начале XX века на шелковых фабриках Бадена спрос на женский труд превысил предложение, у фабрикантов возникла мысль выписать на смену женщинам японцев. Причины низкой оплаты женского труда должны интересовать не только трудящихся женщин всех состояний. Само собой разумеется, что дешевизна женщин одной непрерывной цепью тянется через жалкий заработок ткачихи, портнихи, горничной, к не менее жалкому жалованью учительницы, конторщицы, вплоть до оплаты женщин либеральных профессий. Но та же дешевизна влияет и на цену мужского труда, и немудрено, что рабочие, не отдающие себе отчета в связи причин и следствий, так долго и так упорпо воевали и воюют против женского вторжения. В отчете фабричного инспектора Черниговской губ. за 1908 г. говорится: «Трудом женщин фабрики заменяют труд подростков, а иногда и взрослых. Были попытки поставить женщин в качестве ткачихи на механических и ткацких станках суконной фабрики, причем сдельный заработок их оказался не меньше мужского, но ткачи просили владельцев фабрики не принимать женщин на работу». С другой стороны, рабочие организации, как западные, так и наши, начинают понимать, как важно для всего их класса изменение ценности женских рук и, втягивая мало-помалу женщин в свои ряды, эти организации в то же время вносят в программы ряд требований, связанных с охраной женского труда. Неравная оплата мужской и женской рабочей энергии чаще всего объясняется просто более приниженным положением женщины. Мужчина притеснитель; в качестве хозяина рынка он пользуется своим положением и дешевит женщину. Нечего и говорить, что это слишком поверхностное и одностороннее решение вопроса. Немецкая исследовательница Alice Salomon в своей крайне интересной работе Die Ursachen der ungleichen Entlohnung von Männer und Frauenarbeit постаралась на основании статистических и экономических данных, взятых главным образом из жизни Германии и Австрии, а отчасти и Англии, вскрыть как особенности, так и причины этого заработного неравенства. Она прежде всего устанавливает, что несомненно существует различие как в качественной, так и в количественной продуктивности мужчины и женщины. На лионских фабриках в то время, как мужчина разрезает два куска бархата, женщина разрезает только один. Там же, несмотря на равную сдельную плату, женщина вырабатывает только 70 % мужского заработка. В Англии, на шелковых фабриках, мужчина управляет сразу двумя ткацкими станками, а женщина одним. Неравная трудоспособность порождается не только разностью физических сил. Только в сельском хозяйстве, особенно там, где еще мало машин, выше всего ценится непосредственное мускульное усилие. В остальных отраслях труда, благодаря росту техники, требуются не столько физические, сколько психические свойства. И в них женщина тоже оказывается отличной от мужчины. Она менее догадлива, менее интеллигентна, наконец, она приходит на трудовой рынок не вооруженная ни опытом, ни знанием. Так, в ювелирном производстве, где особенно ясно, что оплата идет по линии умелости и интеллигентности, средняя цена мужского рабочего часа 39 пфеннигов, а женского — 22,8 пфеннигов. Женщинам поручается только наиболее грубая, а значит и хуже всего оплачиваемая работа. Делается это прежде всего потому, что женщины являются на работу без настоящей выучки, без тех навыков, которые больше всего ценятся работодателем. Мужчины-ювелиры учатся 4-5 лет. Женщины — 3 года, изредка 4. У них также нет возможности опытным путем достичь совершенства, так как большинство женщин остается на работе 3-3,5 года; потом они бросают мастерскую для выхода замуж или… для проституции. Только 13 % работниц продолжает работу и после 30 лет. Кратковременность женского труда и молодость работниц есть явление общее. В Германии из 1 000 работниц было 397 недостигших 20 лет, в Австрии — 570. (Цифры относятся к 1900 г.) Есть отрасли труда, где этот % еще больше. На бумажных фабриках Германии 66 % работниц моложе 24-х лет, и в этом производстве напльв дешевых женских рук делает даже часто машины ненужными. Иногда увеличение женского труда вызывается, напротив, установкой новых, легкоуправляемых машин. Венская анкета 1896 г. выяснила, что в шляпном производстве, благодаря новым машинам, не требующим ни опытности, ни силы, мужской труд почти вытеснен женским. Причем там, где мужчины зарабатывали 10—16 гульденов, женщины довольствуются 3—6 г. Очень характерна одна черточка, приведенная в той же анкете. В производстве готового платья мужская работа ценится почти втрое (женщина — 70 кр. — 1,30 гульденов, мужчина — 2,5-3 гульденов в день). За сверхурочные часы женщины получают обычную плату, а мужчины тройную против своей обычной. «Это потому, — объясняли хозяева, — что мужчины ценой стачки завоевали себе более высокую оплату сверхурочных часов». Высшие, лучше всего оплачиваемые, отрасли труда, металлургическая, машинная, полиграфическая промышленность, почти закрыты для женщин. На их долю остается работа, требующая меньшего искусства, но зато и самая дешевая. Клеймо дилетантизма и временности лежит на женской работе, понижая ее рыночную ценность. А предприниматели уже пользуются этим положением и извлекают из него крупную выгоду, удерживая на женский труд такие цены, дешевизна которых непропорциональна разнице в продуктивности мужского и женского труда. Так, на некоторых английских фабриках к ткачихам приставляют машиниста, который должен помогать им в управлении машинами. За это фабриканты сбавляют ткачихам от 15—50 %, хотя расход на помощника не превышает 2—3 %. В Эдинбурге наборщики получают за 1,000 слов 6 ¾ пенни. Наборщицы — 4 ½ пенни. Сами предприниматели признают, что лишние помощники, приставленные к женской работе, стоят ему 1 п. Откуда же остальные 19 % сбавки? Ответ ясен: сбавка эта создается общей дешевизной женщины. Это станет еще яснее, если мы из области физического труда перейдем к труду умственному, особенно к тем его областям, где работодателем является само государство. Среди не физических работниц первое, по количеству, место занимают приказчицы и конторщицы. По данным, приведенным в известной книге Лили Браун, «Женский вопрос», в 1900 г., в одном Берлине, было 365 тысяч приказчиц. Оплата их труда колеблется от 30—150 м. Но необходимый для прожития минимум, т. е. 60 марок в месяц, получают только 70 % из них. Остальные должны или жить в семье (на самом деле 100 тысяч приказчиц живет без семьи), или искать других способов пополнить свой бюджет. Эти другие способы станут еще очевиднее, если вспомнить, что от приказчицы требуется нарядность и что 71 % приказчиц в Берлине находится в возрасте от 15—21 года. Известный исследователь вопросов труда, Sidney Webb, выясняя особенности женского заработка, говорит: «Кроме ремесла и трудоспособности, женщины имеют возможность вынести еще на рьнок свое тело». И Alice Salomon права, когда приходит к такому выводу: «В конце концов нельзя не упомянуть, что девушки могут найти средство для удовлетворения своих потребностей при помощи проституции, что дает рабогодателям сознанную или неосознанную возможность понижать заработную плату женщин». Но если такова психология, таков расчет капиталиста-предпринимателя, то что же нам сказать, как объяснить поведение государства, которое повторяет по отношению к женщине все неравенства и несправедливости, существующие в частных предприятиях? В Англии телеграфистки получают от 16—40 шил. в неделю, а телеграфисты от 18—65 шил. Фабричные ипспектора 1000 ф. в в год, инспектрисы 500 ф. (причем им еще запрещается выходить замуж). В Австрии на почте женщины получают 40 % мужской оплаты. Если даже допустить, что 3 женщины работают за двоих мужчин, то и то окажется, что государство обсчитывает женщин на 27 %. Резче всего это сказывается в оценке учительского труда. Казалось бы, что именно здесь нет двух путей. Надо или признать женщин непригодными для важного и ответственного дела воспитания будущих поколений и тогда совсем не допускать их до учительских обязанностей, илп, раз такого отрицаяя не сущсствует, признать их равноценными. Но на самом деле государство остановилось на полпути. И в Англии, и в Германии учительницы получают ⅔ того, что получают учителя. Так, на всех ступенях общественной лестницы сохраняется одинаковое в своем неравенстве взаимоотношение между мужской и женской заработной платой. Немудрено, что западная женщина, которую большая экономическая теснота заставляет выдерживать большую конкуренцию, уже отдают себе отчет в теснейшей связи между интересами женщин всех классов и всех состояний. Все, что отличает, ухудшает, беднит женскую жизнь на Западе, все, что составляет особые, специально женские, трудности ее борьбы за существованье, в совершенно такой же мре относится и к русской женщине. Даже в еще большей мере. Если там необученность и более низкий техно-умственный уровень является источником женской дешевизны, то у нас эти культурно-образовательные условия еще хуже. По официальным данным ''Статистического Ежегодника''<ref>Издание 1909 г., но цифры общей грамотности относятся, по-видимому, к 1905 г., а школьные данные к 1903 г.</ref>, в России 32,6 % грамотных мужчин и 13,7 % грамотных женщин, а в некоторых губерниях, как, например, в Вологодской, этот процент падает еще ниже. Там 32,8 % грамотных мужчин и только 6,7 % грамотных женщин. Текущее школьное учение, подымая отчасти общий уровень грамотности, оставляет женскую отсталость почти в полной неприкосновенности. В начальных школах, в 1903 году, училось 71,9 % мальчиков и только 28,1 % девочек. В средних школах количество учеников того и другого пола почти равно. Зато в средних специальных школах, которые лучше и скорее вооружают учеников для заработка, обучается 163 000 мальчиков и всего 46 000 девочек. Высшие учебные заведения остаются в России до сих пор закрытыми для женщин. Общество оказалось вынужденным создать частные высшие женские школы, которые (за исключением медицинского института) не дают своим слушательницам всей полноты образовательных прав. Таким образом, мы вндим, что на всех стадиях учения, женщины не эанимают того места, которое они должны были бы занимать в виду требований, предъявляемых к ним жизнью. В то же время молодость работниц, так понижающая на них цену на Западе, является и у нас, в России, обычным явлением. По переписи 1897 г., в изготовлении одежды малолетние и подростки (до 15 лет) женского пола составляли 49,5 % всех рабочих. Во всех отраслях труда эта категория малолетних и подростков заполнена главным образом женской молодежью. В табачном производстве официально значится только 1 573 девушки моложе 15 лет. Но стоить заглянуть на любую фабрику, чтобы убедиться в неточности этой цифры, так как на этот промысел, где женщины составляют более 75 % всех рабочих, идут совсем юные девушки, почти дети. Табачное дело, так же как и текстильное, где тоже преобладает женский труд (в 1897 г. на 450 000 мужчин было 508 000 женщин; теперь эту цифру следует считать значительно больше), являются по оплате одними из самых неблагодарных отраслей труда. Немецкая анкета, выяснявшая положение замужних работниц, пришла к заключению, что для женского здоровья, точнее для материнских функций женщины, особенно вредны те промыслы, где женщина должна весь день стоять, или весь день сидеть. Как раз на табачных фабриках приходится все время работать сидя, а на ткацких стоя. Причем на табачных происходит отравление никотином, а на ткацких от постоянного сотрясения, особенно ощутительного на верхних этажах высоких корпусов, беременные женщины чаще всего не донашивают ребенка до срока. Говоря о вредных для женщин промыслах, не надо делать себе иллюзии. Почти все существующие формы труда вредны даже для мужского здоровья, а для женского и подавно. Фабрика, мастерская, беготня прислуги у частных хозяев, служба продавщицы или конторщицы, — все ставит женщину в самые тяжкие условия, идущие вразрез с материнством, к которому ее первоначально предназначила природа. Но все эти трудности усугубляются тем, что женщинам до сих пор предоставляются самые дешевые, самые неблагодарные виды труда. Мне пришлось побывать в прошлом году в Белостоке на двух суконных фабриках. Одна из них маленькая, не подчиненная фабричной инспекции. Это была не фабрика, а подлинный Дантов ад. В мрачном подвальном этаже, где под ногами хлюпала стекавшая со двора вода, пять или шесть женщин трепали старые суконные тряпки. Несмотря на открытые настежь окна и двери (это было в феврале), в воздухе носились густые тучи черной пыли. Она сплошь покрывала одежду, лица, руки работниц. Мне сказали, что передо мной молодые девушки. Но я видела только тощие груди, впалые щеки, мертвенное равнодушие в потухших глазах. Фабрика пожрала их молодость и не только молодость, но и жизнь. Ясно было, что чахотка уже овладела этими жалкими рабынями труда. На этой фабрике, с нищенской расценкой, работали почти исключительно женщины. Там же, в Белостоке, мне показали другую, иначе обставленную фабрику. Она помещалась не в старом, полуразвалившемся флигеле, а в новом, щеголеватом здании. Окна были большие, было сухо и светло, и если фабричный труд и здесь таил свои обычные отрицательные стороны, то все же не было никакого сравнения с первой зловонной ямой. Но здесь женщин не было видно. Только две-три старухи горбились над ткацкими станками. Это были, очевидно, старожилки фабрики. Представитель фабричной администрации, водивший нас по корпусам, пояснил, что сами рабочие настояли, чтобы женщин не принимали, так как они понижают цену. Общая русская скудость исследований и цифр не дает возможности должным образом установить очень важный для понимания положения женщины на трудовом рынке факт ненропорциональности между разницей в продуктивности и в оплате женского труда. Приходится брать отрывистые, отдельные сведения. Так, г-жа Глинская, в своем докладе «О службе женщин на железных дорогах»<ref>Напечатано в трудах [[w:Первый Всероссийский женский съезд|первого женского съезда]], так же как и другие доклады, на которые я ссылаюсь.</ref>, указала, что сторожа, охраняющие железнодорожный путь, получают 177 р. в год, а сторожихи, делающие буквально ту же работу, так же отвечающие за безопасность идущих мимо поездов, получают только 41 р. в год. Даже женщины-врачи, состоящие на службе у железных дорог, получают только две трети мужского жалованья, хотя, казалось бы, что они делают равный с мужчинами труд, так как им, в такой же степени как и мужчинам, доверяется и здоровье, и жизнь людей. Мне самой пришлось записать на одной из кубанских табачных фабрик такую расценку труда. Мастер, укладывающий табак в фунтики, получает 45 р. в месяц. Мастерица за ту же работу получает 15 р. По словам фабричной администрации, мужчина вырабатывает в день 12 ящиков, женщина — 7. Иначе говоря, продуктивность ее работы меньше в 1,7 раза, а оплата меньше в три раза. Различие станет еще очевиднее, если мы перейдем в такую область труда, где ценится не физическое усилие. Г. Гудван, исследовавший положение 26 000 одесских приказчиков, устанавливает средний заработок для мужчин 34 р. в месяц, для женщин — 13 р. Но это средняя цифра, а в той же Одессе 23 % приказчиц получают менее 10 р. А все конторщицы, машинистки, служащие, наполняющие правления железных дорог, банков, частных обществ, мировых учреждений, и получающие за свою одуряющую работу жалкие гроши? Здесь, как и в неравном жалованье женщин-врачей на железных дорогах, уже нельзя объяснить женской дешевизны ни разницей в подготовке, ни недостаточностью образовательного ценза. Сплошь и рядом девушка, окончившая институт, гимназию, или даже высшие курсы, получает меньше канцеляриста, прошедшого немудрую науку городского училища и, тоже не особенно мудрый, экзамен на чин. По данным Л. В. Авиловой<ref>Доклад ж. съезду «О службе женщин в правительственных и общественных учреждениях»</ref>, в небольших городах заработок чиновницы колеблется от 10—35 р. А иногда в казенных учреждениях попадается жалованье в — 6, 5, 3 р. в месяц. В крупных центрах вознаграждение немного выше, а именно от 15—60 р. Средней ценой для Петербурга надо считать 30 р. Громадное и прямое влияние на понижение женского чиновничьего заработка имеет ст. 156 устава о службе, закрывающая женщинам доступ на государственную службу. Девушки, вынужденные зарабатывать себе хлеб канцелярской работой, искусственно удерживаются государством на самых невыгодных, трудовых позициях. То же самое делает государство и в другом интеллигентском труде, в учительском, где, помимо различия в оплате учителей и учительниц, большое значение для женской дешевизны имеет то, что женщины заполняют только нижние ступеньки педагогической лестницы. Их принимают учительницами в низшие школы и в младшие классы гимназии, то есть как раз туда, где расценка труда наименее выгодна. Привычка дешевить женщину дает себя знать на каждом шагу. Когда французский парламент в текущем году обсуждал пенсии на старость, комиссия определила, что мужчине надо давать 417 фр., а женщине довольно 270. У нас в военном ведомстве, в 1902—05 г., заседала особая рабочая комиссия. Она высчитала минимальный месячный рабочий бюджет для мужчины в 21 р. (3 р. одежда, 4 р. квартира, 10 р. еда, 4 р. белье, мыло, табак и т. д.), для женщины в 17 р. Быть может, действительность и на самом деле научила женщин быть менее требовательными, сокращать свои расходы и желания. Но все-таки в громадном большинстве случаев заработок женщины значительно ниже ее бюджета. В Париже более ста тысяч портних, но только треть из них получает 900 фр., необходимые для сколько-нибудь сносного существования. В Вене только 40 % работниц может покрыть свои расходы своим заработком. Из немецких конторщиц 30 % получают меньше предельного бюджета, т. е. меньше 60 м. в месяц. По исследованию г-жи Фросиной, «Бюджет семейных работниц»<ref>Напечатано в трудах женского съезда.</ref>, выясняется, что, для не голодного прожития одинокой работницы в Петербурге, необходимо иметь по меньшей мере 20 р. в месяц. При этом еда такая: ½ ф. хлеба, булка, бутылка молока, чай, ½ ф. колбасы, иногда яйца. Горячая пища очень редко. И это еще считается недурным питанием. При таком бюджеге остается на одежду, считая белье и сапоги, 43 р. в год. Но ведь громадное большинство работниц не получает и 20 р. В тскстильном производстве заработок колеблется от 7—12—15 р. В табачном деле большинство работниц получает около 10 р. Заработок портних в белошвеек как будто больше, от 10—30 р. при хозяйских харчах. Зато у них есть полосы мертвого сезона, когда они буквально остаются на улице, на этой гостеприимной, всегда готовой принять молодую женщину, улице. В письмах, которые в ответ на анкету присылали в редакцию газеты Новая Русь приказчицы, так и говорилось: «Вечерними прогулками пополняется бюджет многих конторщиц, кассирш и других служащих». Да и как же иначе, если за 12—14-часовой рабочий день девушка получает от 6—18 р. (приказчицы в булочных), или от 10—15 р. (приказчицы в магазинах дешевого платья). Ведь одна квартира, если даже занимать одну комнату вдвоем, стоит не менее 6 р. Утрений чай и праздничная еда, при самом скромном счете, тоже обойдутся не менее пяти рублей. А где же взять деньги на платье? Ведь приказчица должна одеваться, как барьшня. Если фабричная работница тратит на одежду 43 р. в год, то приказчице оно должно стоить не менее 80—100 р. Если прибавить мелкие расходы, лечение, переписку, книги, хоть изредка театр или загородная поездка, то получится еще рубля три в месяц. Итого годовой расход не менее 280 р. Откуда же взять эти деньги тем, кто получает около 200 рублей в год, а то и меньше? Тот же периодический недочет мы найдем и в бюджете чиновницы. Даже если взять за средний заработок 35 р. (хотя было бы правильнее считать 30 р.), то человеку, имеющему самые скромные интеллигентские привычки, нет возможности свести концы с концами. В крупном центре комната стоит не менее 15 р. На питание, и то наполовину впроголодь, следует положить тоже не менее 15 р. На платье, на конки, на леченье, на так называемые культурные потребности остается 5 р. Сумма не только явно недостаточная, по прямо нищенская. Это несоответствие между самым тесным, самым урезанным бюджетом и возможным женским заработком, несоответствие, которое мы находим и в пролетарском и в интеллигентском женском труде, обыкновенно объясняют, точнее, оправдывают тем, что женщина не зарабатывает а только прирабатывает. Между тем и в этом отношении жизнь коренным образом изменила положение женщины. Количество браков так быстро падает, что прежняя надежная, семейная пристань становится для большинства девушек недостижимой. Да и качество брака изменилось, он все менее долговечен, и при расхождении женщина нередко должна находить самостоятельные средства для своего и детского существования. В Англии и Германии половина женщин брачного возраста не замужем. Соответственно с этим растёт количество внебрачных детей. В Вене и Париже одна треть, а в некоторых округах Германии даже половина новорожденных прижиты вне брака. Часть их родится в обстановке длительной связи, где отец и признает детей, и заботится о них. Но сколько таких, которые остаются исключительно на попечении и ответственности матери. Мы видели, как слабо общество вооружило женщину для экономической борьбы, как неравно и сурово относится само государство к интересам женщины-труженицы. Ей нечем прокормить даже себя одну, где же возьмет она средства для ребенка? И что мудреного, если в Германии, на те зеркальные и химические фабрики, где число мертворожденных особенно велико (65 %, а если прибавить детей умирающих в первый год рождения, то смело можно назвать эти промышленные заведения фабрикой ангелов), с наибольшей охотой идут девушки-матери. И что мудреного, если, сравнивая свою жизнь, убогую, холодную и голодную, лишенную радостей и развлечений, составляющих потребность всякого, а тем более молодого, человеческого существа, сравнивая свое тусклое прозябанье с ярким разгулом проститутки, девушка работница не видит никаких преимуществ на стороне своего честного труда. Молодость не заглядывает далеко. Быть может, там, впереди, ждут болезни, ждет бесприютная, униженная старость. Но разве те болезни, которыми награждают женщину фабрика, мастерская, контора, магазин, много лучше сифилиса? Разве она обеспечена чем-нибудь на старость, на время болезни? И тут, и там положение одинаково шаткое. Но улица манит возможностью насладиться всеми растущими соблазнами города. Наряды, театры, шум, опьянение, веселье, щедрое мужское общество. Легко говорить, что все это пошло, низменно, грязно. Но надо ли, возможно ли так строго ценить влечения и вкусы наименее культурных женских слоев населения, из которых главным образом вербуется проституционное войско, если несравненно более культурные мужчины, врачи, адвокаты, учителя, писатели добровольно и охотно опускаются в эту низину, проводить ночи, а иногда и дни, в этой пошлости и грязи? Ведь это они, ведь это потребители, поддерживают высокий спрос на продажное женское тело, а значит и на всю окружающую его атмосферу. Спрос настолько высокий, что та же самая табачница, за 8 руб. в месяц целыми днями глотавшая никотиновую пыль, что та же горничная, которая бегала по лестницам, подавала, прибирала, угождала, не зная ни покоя, ни отдыха, а главное не видя ни проблеска внимания к себе, что любая из самых неудачливых работииц может сразу, если только судьба снабдила ее некоторою привлекательностью, начать получать десятки рублей, а то и больше. И впереди ведь не только Калинкинская больница, — многие ли помнят о ней в начале? — но и простор самых неограниченных возможностей, так называемая карьера, которую, до сих пор, подавляющее большинство женщин может сделать только при помощи своей, так или иначе выраженной, так или иначе предложенной, женской привлекательности. И до тех пор, пока не изменятся общие условия женской работы, пока не начнется систематическая, планомерная борьба с рыночной дешевизной женщины, проституция будет широко раскрывать свои красные двери, предлагая соблазнительный исход из экономических, а подчас и из психологичсских затруднении. Борьба эта уже началась. Она идет двумя путями. Ве-первых, сами женщины выходят из прежней инертности и разобщенности. Былое равнодушие к общественности, эгоистический перевес семейных мелочей над широкими интересами мало-помалу уступают место сознанию своей связи, личной, кровной связи со всем государственным и социальным коллективом. Женщины учреждают отдельные союзы, входят в обще-политические и профессиональные организации, обединяют женскую раздробленную толпу, стараются расширить образовательные права и поднять воспитательный уровень женщин. Как только проснулись женщины, проснулось и законодательство, так долго оставлявшее в полном пренебрежении интересы матери, а значит и ребенка. Теперь необходимость государственного вмешательства, государственной охраны материнства уже сознана во всех культурных странах. Ночная работа запрещена женщинам в Англии, Франции, Швейцарии, Германии, Австрии, Голландии. В России такое запрещение было издано в 1885 г., а позднейшими разъяснениями и дополнениями почти анулировано. Обязательность отдыха, в связи с родами, признана в тех же странах и сверх того в Бельгии, Венгрии, Португалии, Швеции, Дании, Испании. Маленькая Португалия обязала заводы, где работает более 50 женщин, иметь ясли. В России никаких законов по охране материнства нет. А на Западе каждый год приносит все новые расширения государственных забот о женщине. Но женщина уже переросла время попечительства и опеки. Вынужденная наравне с мужчиной, хотя и не на равных с ним условиях, вести экономическую борьбу за жизнь, принимая активное участие в науке, в искусстве, в выработке культурных ценностей, она уже не может довольствоваться законами, которые будут писать для нее другие. Она должна сама принимать участие в их выработке, должна иметь возможность сама высказывать свои нужды и отстаивать свои требования. Отсюда и вырос международный женский лозунг, требующий избирательных прав для женщин. Есть у него и другой источник, другое, не скажу оправдание, но настояние. Исключительные политические права всегда создают чувство превосходства, вольное или невольное. Только подъемом всего правового и обычного положения женщины можно отучить человечество от мысли, что женщина сама по себе стоит дешевле мужчины, что бабе цена особая. Но для этого надо насадить новые привычки, понимание, новое чувство человеческого достоинства, не только в мужское, но и в женское сознание. Сделать это можно только при помощи старых, но все еще неосуществленных лозунгов свободы и равенства, которые, рано или поздно, придется распространить и на женщин. И чем раньше это произойдет, тем легче будет обществу бороться с проституцией, по крайней мере в той ее части, которая порождается тяжестью экономического и правового гнета. ''А. Тыркова.'' === Примечания === {{примечания}} [[Категория:Публицистика 1910 года]] [[Категория:Права женщин]] [[Категория:Публикации в журнале «Русская мысль»]] [[Категория:Сексология]] mw5f9cljh963u4d29vg4ddp8wkihd0v 0 1211167 5729139 5674683 2026-07-12T00:23:25Z Baraban-uragan 121071 ссылки в примечаниях 5729139 wikitext text/x-wiki {{Отексте | АВТОР = Сергей Сватиков | НАЗВАНИЕ = Русская студентка | ПОДЗАГОЛОВОК = (1860—1915) | ЧАСТЬ = | СОДЕРЖАНИЕ = | ИЗЦИКЛА = | ИЗСБОРНИКА = Путь студенчества | ДАТАСОЗДАНИЯ = | ДАТАПУБЛИКАЦИИ = 1916 | ПЕРВАЯПУБЛИКАЦИЯ = | ЯЗЫКОРИГИНАЛА = | НАЗВАНИЕОРИГИНАЛА = | ПОДЗАГОЛОВОКОРИГИНАЛА = | ПЕРЕВОДЧИК = | ДАТАПУБЛИКАЦИИОРИГИНАЛА = | ИСТОЧНИК = {{статья | автор = Сватиков С. Г. | заглавие = Русская студентка (1860—1915) | ссылка = https://viewer.rusneb.ru/ru/000199_000009_004213012?page=51 | язык = | автор издания = | издание = Путь студенчества | тип = сборник | место = М. | издательство = типография Г. В. Васильева | год = 1916 | том = | выпуск = | страницы = 90—111 }} | ВИКИДАННЫЕ = <!-- id элемента темы --> | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИНОВОСТИ = | ВИКИСКЛАД = | ДРУГОЕ = | ОГЛАВЛЕНИЕ = | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = | КАЧЕСТВО = 2 <!-- оценка по 4-х бальной шкале --> | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ = | ДРУГИЕПЕРЕВОДЫ = | ЛИЦЕНЗИЯ = PD-old | СТИЛЬ = text }} == Русская студентка == <center>(1860—1915)</center> С какого момента должно начинать историю высшего образования русской женщины? Вот вопрос, о котором еще недавно шел спор. Одни утверждали, что с 1869 г., когда основаны первые женские курсы в Москве и Петрограде (Лубянские и Аларчинские). Но, — возражали им, — эти курсы лишь фактически стали высшими, имея программу, собственно, средних учебных заведений. Другие говорили, что с 1872 г., когда в Москве учреждены были курсы пр. Герье, а в Петрограде — высшие медицинские курсы. Я полагаю, что неправы и те, и другие. Русская женщина появилась впервые на скамьях университета, наравне со студентами, осенью 1860 г. Правда, и раньше женщины посещали университет, бывая на публичных лекциях профессоров Московского университета в 20-х и 40-х гг. XIX в. и, даже, в XVIII веке. Проследить это обстоятельство в истории университета очень интересно, но оно не имеет отношения к нашей теме: нас интересуют не спорадические посещения публичных лекций, а систематические занятия в области высшего образования. Начало 60-х гг. не даром совпало с появлением русской женщины в университете. Это была эпоха крушения старого порядка, в особенности же, экономического строя старой России. До освобождения крестьян, в помещичьей России XVIII—XIX вв., русская женщина, даже высших слоев, мало нуждалась в высшем образовании. Были отдельные примеры блестящего образования, но масса не ощущала нужды в нем. Институты давали, собственно, не образование, а видимость его, краткие начатки наук, и воспитание, «приличествующее девице благородной». Положение девушки в семье было легче: лишний рот не мог обременить семью, жившую крепостным трудом и прокармливавшую, кроме своих, немало приживалок, родни и т. п. Получившие домашнее, довольно скудное образование, девушки выходили замуж за таких же мало образованных помещиков, чиновников. Институтки, не вышедшие замуж, могли пристраиваться гувернантками в более богатых семьях. Начало женского движения в Европе в 40-х гг., очень незначительное и там, мало отозвалось в России, равно как и лекции Грановского и других профессоров захватывали лишь немногие столичные семьи. Глубокое изменение основ помещичьего быта было результатом усложнения жиз­ни в николаевскую эпоху. Еще ранее началось крушение мелких дворянских хозяйств, возрастание задолженности дворянских имений, усиленная мобилизация земельной собственности после освобождения крестьян, переход земель в руки других сословий, уничто­жение дарового труда крестьян, невозможность конкурировать с крупными имениями, поставленными на более капиталистических основаниях, — все это влекло разорение мелкого дворянства, вытесняя его в города, создавая тот слой, который Н. В. Стасова назвала «помещичьим пролетариатом». Даже среднее дворянство почувствовало этот процесс. В этих семьях, хлынувших в город, взрослые дочери, без особой надежды выхода их замуж, скоро оказались в положении «лишних ртов», «дармоедок» и т. п. Общее вздорожание жизни затруднило браки между неимущими. Часто на хрупкие плечи девушки сваливалась тяжесть содержания разоренной семьи. Образование, в частности высшее, почувствовалось не как прихоть или роскошь, а как самая живая реальная потребность. Экономическая необходимость, холодная и неумолимая, требовала от русской интеллигентной девушки принять участие в общем труде семьи, добиваться заработка. Но и духовные побуждения были не менее сильны. Влияние проповеди Жорж Занд об освобождении женщины сыграло свою роль. Самая эпоха эта была проникнута борьбою за раскрепощение личности вообще, личности женщины в частности. Более или менее развитые девушки не желали уже быть гувернантками в чужом доме или приживалками в своей или чужой семье. Слухи о первых шагах женщин в области приложения женского труда, о первых проявлениях женского равенства волновали далекую провинцию; и столицы, где все это наблюдалось, казались землей обетованной. В эту именно эпоху подслушал Некрасов жалобу русской девушки и облек её в поэтическую форму: {{poemx1|| Отпусти меня, родная, Отпусти не споря!.. Я не травка полевая, Я взросла у моря… Не рыбачий парус малый — Корабли мне снятся… Отпусти меня, родная, На простор широкий… |}} Женские гимназии явились в результате требований, спроса на образование. Но для гимназий и женских школ нужны были учительницы, да и девушек не удовлетворяло уже одно среднее образование. Попытки преподавания в воскресных школах ясно подтвердили, что гимназии — мало. Многие мечтали о медицине, о естественных науках. Даже глупые барыньки, вроде Евдокии Кукшиной, которую Тургенев списал с натуры (с жены видного технолога, проф. К.), толковали о Гейдельберге, как о центре естественно-научных знаний. Это показывает, как сильно было желание учиться у девушек серьезных, если даже люди, далекие от к.-н. наук, начинали разговаривать о науке. Попытка проникнуть в университет должна была быть сделана. Первой студенткой была еще ныне здравствующая Наталия Иеронимовна Корсини (по мужу Утина)<ref>Как мало мы знаем свою историю, видно из того факта, что на [[w:Первый Всероссийский женский съезд|Всеросс. жен. съезде]] почтили вставанием память здравствующей и по ныне [[Автор:Наталья Иеронимовна Утина|H. И. Корсини]]</ref>. Второю — Антонина Петровна Блюммер, тоже здравствующая, живущая в Воронеже (по мужу Кравцова), за ними шли Мария Арсеньевна Богданова (Быкова), Екат. Иер. Корсини (Висковатова), Н. П. Суслова, М. А. Бокова (Обручева), Л. М. Коркунова (Манассеина) и др. Эти студентки Петроградского университета появились на скамьях его осенью 1860 г. с разрешения престарелого ректора, П. А. Плетнева, при содействии К. Д. Кавелина и др. профессоров, сочувствовавших этому. Одне посещали лекции юридического факультета, другие (большинство) — естественного, третьи — историко-филологического. Профессора встретили их, в общем, сочувственно, хотя далеко не все относились одинаково. Не все догадывались, что это — начало серьезного общественного движения; некоторые видели в этом простую моду. Один старичок, добродушно посмеиваясь, говорил студенткам: «Знаем, знаем, зачем поступили сюда! Женихов искать! Ну, что же, дело не плохое, давай Бог»!.. Естественник С. С. Куторга косо смотрел на присутствие женщин в аудитории и уси­ленно подчеркивал некоторые подробности, щекотливые для женщин, пускал в ход циничные простонародный выражения при объяснении простейших явлений, но дальше этого не пошел. Другой заявлял, что не может разрешить девушкам слушать лекции по… археологи, находя, что это «несовместимо с достоинством ученого учреждения, к которому он имеет честь принадлежать». Что касается администрации, то в ту эпоху она и появление женщин в университет приняла к сведению, как и многие другие тогдашние университетские «вольности». Студенчество отнеслось к этому же явлению, как к чему-то совершенно естественному, дружески и по товарищески. Конец, 50-х — начало 60-х гг. ознаменованы строжайшим отношением студенчества к поведению товарищей; малейшие проступки против студенческой этики вызывали резкий отпор. Взаимные отношенья мужской и женской молодости ни разу, в самой отдаленной форме, не послужили предметом товарищеского обсуждения, тем более, суда. В «Сборнике», издававшемся студентами Петроградского университета, во «Внутренней летописи» (вып. II, 1860 г.) студенты писали: «Живой интерес, возбужденный лекциями некоторых профессоров, снял с университета ту долю исключительного, изолированного учреждения, которая тяготела над ним. Мы с радостью увидели среди себя много лид, не принадлежавших к числу студентов, из среды всех сословий нашего отечества. Различием возраста, звания ''и пола'' лиц, посещающих лекции, университет наш все больше и больше приобретает то значение в обществе, которое, по праву, принадлежить ему»… Общество также не видело ничего предосудительного в факте появления женщины в университете. Это поражало, как новизна, но и только. Реакционные круги пока без­молвствовали. Что касается влияния студенток на университет, то оно было самое благоприятное. Жестокие университетские нравы, разгул и «свободоязычие», царившие в годы реакции и быстро исчезавшие в конце 50-х гг., окончательно стали казаться сном в 1861 г., и не без влияния женской молодежи, ее присутствия в университете. В начале 1862 г., Н. Г. Чернышевский, выходивший с Л. Ф. Пантелеевым с небольшого студенческого собрания, на котором были 2-3 студентки, сказал ему: — «А какие милые эти барышни! Большая разница против прежнего. В мое время в студенческой компании можно было бы встретить только публичных женщин»… Не вызвало появленье студенток и понижения уровня читаемых лекций. Л. Ф. Пантелеев с большою сердечностью вспоминает о вечерах у двух студенток того времени: H. И. Корсини и А. П. Блюммер. У первой собирался более тесный кружок личных друзей; у второй, кроме молодежи, иногда показывались Костомаров, А. Н. Пыпин, Воронов, Помяловский. И тут, и там за чайным столом возникали оживленные споры; всякий без опасливой оглядки высказывал свою мысль… В эту эпоху больших беспорядков 1861 г., добавлю я, кружок Блюммер, у которой собирались старосты (или как их называли «редакторы» студенческого сборника), сыграл большую роль. Не одним, разумеется, Петроградом ограничилось это движение. Первая просьба о допущении женщин слушать курс медицинского факультета, для приобретения впоследствии лекарского звания, поступила в 1861 г. в совет одного из провинциальных университетов. Медицинский Совет в Петрограде не находил с своей стороны препятствий к допущению женщин в университет и к лекарскому экзамену. Четыре университета присоединились к мнению Медицинского Совета. Между прочим, московский университет!» большинством всех ь против двух был против допущения. Первыми слушательницами. Медико-Хирургической Академии были: В. А. Кашеварова-Руднева, М. П. Суслова, М. А. Бокова и М. А. Богданова. Они проникли туда неофициально при содействии анатома Грубера и пр. И. М. Сеченова, а также П. Ф. Лесгафта, бывшего одним из виднейших поборников женского дела. Медички серьезно занимались по всем предметам, особенно, по анатомии и физиологии. Казалось, что медицинское образование русской женщины начинает упрочиваться. Тем более, что провинциальные университеты довольно ши­роко открыли двери для женщин, особенно в Киеве. Однако, скоро уже реакция, сметая «завоеванья» 1855—61 гг. в университет уничтожила и право женщин на высшее образование. Реакционные правила 31 мая 1861 г., преграждали доступ в университет и женщине. В беспорядках осенью 1861 г. женская молодежь приняла лишь косвенное участие, оказывая содействие студенческим старотями М. А. Богданова в день закрытия университета, когда молодежь собралась на дворе, сказала товарищам речь с штабеля дров, превращенного в трибуну, призывая их бороться за свои права. Этой речи ей не простили до конца ее жизни, не утверждая ее нигде по министерству нар. просв. А. П. Блюммер была арестована и выслана в Воронеж. Но не нужно думать, что первые студентки, принявши участие в беспорядках, явились причиной недоверия к женскому образованию. Судьба их была предрешена раньше, нежели они стали протестовать. Закрытие Петроградского университета на 2 года (по 1863 г.) подало учащейся молодежи мысль устроить в городской думе вольный университет для лиц обоего пола, с участием лучших профессоров. Лекции усердно посещались широкой массой молодежи, когда репрессия против проф. Павлова (за речь его о тысячелетии России) вызвала протест учащихся в форме закрытия вольного университета. В Киеве продолжали ходить на лекции слушательницы, не имевшие однако прав студенток, да в Медико-Хирургической Академии двери не были закрыты для уже поступивших. Университетский устав 1863 г. категорически воспретил прием женщин в университет, хотя, собственно, только Москва и Дерпт отозвались отрицательно, а Петроград, Казань, Харьков и Киев высказались положительно, причем последние 2 города за полное уравнение в правах на учение и ученые степени. Учрежденные в 1863 г., педагогические курсы при Мариинской гимназии не удовлетворяли молодежь, стремившуюся в университет. 11 мая 1864 г. военный министр, имея в виду что уставом Медико-Хирургической Академии прием женщин не предусмотрен, а уставом 1863 г., для университетов воспрещен даже для сторонних слушательниц, приказал: не допускать с 1864—65 учебного года лиц женского пола к присутствию ни при лекциях, ни при практических занятиях, за исключением г-жи Кашеваровой, за которую ходатайствовал оренбургский генерал-губернатор, желавший обеспечить врачом-женщиною женское мусульманское население края. Это был трагический период, когда вся традиция высшего женского образование сосредоточивалось на одной студентке-медичке. Период 1864—69 гг. был очень тяжел. Масса девушек, решительных и настойчивых, покидала родные семьи, уезжая в столицы в поисках образования и наталкиваясь здесь на запертые двери. В эту именно эпоху создался на Руси т. н. фиктивный брак, когда молодые люди давали своим знакомым девушкам свое имя (а вместе и отдельный паспорт), чтобы дать возможность отъезда на курсы тем, кому запрещали это родные. Каково было отношение многих родителей к этим естественным стремлениям молодежи в 60-х гг., если даже в 90-х гг., в Ярославле, мать Е. А. Дьяконовой бро­сила ей, совершеннолетней и независимой материально девушке, желавшей поехать на курсы: «Если хочешь стать женщиной известного поведения, то езжай»! Самый внешний вид девушек, желавших учиться и работать, был не похож на обычную внешность «барышни», предназначенной к выдаче замуж. Некогда было делать прически, да еще согласно меняющимся модам; нелепыми «мыслящей женщине» казались кринолины на обручах. Молодые девушки носили круглые шляпы-гарибальдийки, простые гладкие юбки, скромные кофточки. Некоторые курили, то ли во имя равенства с мужчиной, то ли гото­вясь к работе над трупами в анатомическом театре. Другие носили очки. И очки, и стриженые волосы, и костюм, все это вызывало злопыхательств реакции. Какой-то старец выпустил памфлет в стихах и укорял «нигилистку»: {{poemx1|| Ты отрезала чудную косу, Косу, роскошь заветную, прочь… И очки ты приставила к носу, Как Мартышка Крылова точь-в-точь!.. |}} Были неприятности и иного рода. В эпоху белого террора, после выстрела Каракозова, в женском образовании и труде заподозрили признаки социализма и нигилизма. В Нижнем и Москве два администратора приказывали ловить нигилисток на улицах, требовать в участке подписку, что станет одеваться по моде, а отказывающимся вручать… желтые билеты. Эта глупость была, впрочем, отменена высшим начальством. О девушках 60-х гг. Герцен сказал: «Эта фаланга — сама революция в 17 лет… огонь глаз смягчен очками, чтобы дать волю одному свету ума… Sans crinolines — идущие на смену Sans-culottes’aм» (так называл Герцен барынек предшествующей эпохи). Проф. Здекауер, Сеченов и С. П. Боткин указали русским девушкам на свободную Швейцарию. В том же 1864 г., когда закрылись двери Мед.-Хирургической академии, Н. П. Суслова отправилась на свои средства туда и поступила в число слушателей Цюрихского университета, а 14 дек. 1867 г. получила там же диплом доктора хирургии и акушерства. Так продолжена была традиция высшего образования русской женщины и проложена дорога для многих сотен и тысяч девушек, которым были закрыты двери аудиторий в России. По ее стопам двинулись те, кто имел материальную возможность ехать заграницу, в частности в Пизу, Берн, Гейдельберг, Кёнигсберг. Между тем оставшиеся в России продолжали свои хлопоты. Благодаря энергии Е. И. Конради, возбудившей вопрос о допущении женщин в университет на съезде естествоиспытателей в 1867 г., снова заговорили об этом в профессорских и общественных кругах. В марте и мае 1868 г. на имя ректора петроградского университета поступила петиция 400 женщин об устройстве курсов или лекций для женщин. Министерство нар. проев, в своем «Журнале» издевалось над безграмотностью, якобы, подписей под петицией. Д. А. Толстой бросил крылатые слова, что эти 400 дам — 400 баранов и что половина их записана в III отделении. Тем не менее, напор общественного мнения был слишком велик. Пришлось разрешить курсы исключительно для женщин, и в Петрограде, и в Москве. И такова была ирония судьбы, в то время, как студенты волновались, как раз в 1869 г., из-за права иметь свои организации (читальни, столовые и т. п.), из-за права сходок, министр нар. просв, разрешил курсы, все распоряжение которыми лежало на самих слушательницах. Сами слушательницы имели право избирать профессоров «с общего своего согласия» и вести учебные и хозяйственные дела курсов. Для них сходка была узаконена с первых же дней. Курсы эти, открывшиеся 31 мая 1869 г. в Москве, получили название Лубянских. Программа была утверждена применительно к программе мужских гимназий, но слушательницы мечтали сделать из них мостик к университету или Медико-Хирургической Академии, и им удалось, во всяком случае, приблизить фактически свою программу к университетской. Немного поспорили в начале, как себя именовать. Наконец, кто-то предложил название, которое оставалось на много лет: «курсистки». С октября 1869 г. курсы открылись, записалось 190 ч. В 1873 г. поступило лишь 103 ч., так как многих привлекли открывшиеся в 1872 г. курсы Герье. В сущности говоря, это был физико-математический факультет. Заветною мечтою большинства был университет. В Петрограде с 1 апр. 1869 г., открылись подобные же курсы, получившие название Аларчинских; те же права имели сходки слушательниц и их депутатки. 20-го янв. 1870 г. открылись сперва в квартире Д. А. Толстого, а потом в школе у Владимирской церкви, курсы для «лиц обоих полов», получившие кличку Владимирских. Состав их был очень пестрый: серьезно занимающиеся женщины, мечтавшие об университете; барыни, приезжавшие ради моды или из любопытства; подростки с маменьками; и даже полуобразованные девушки. Скоро, однако, серьезность лекций разогнала праздную публику. Уже в 1871 г. петербургский обер-полицеймейстер Ф. Ф. Трепов указывал на вред курсов, видя его «в развитии корпоративного духа между молодыми девицами»; это сказывается и во внешности: черные платья, остриженные волосы, очки — «все говорит о принадлежности к с.-петербургскому обществу нигилисток» (!!). Трепова смущало и отсутствие инспекции: «в антрактах мужчины и женщины долго прогуливаются по коридору в потемках» (!). Обер-полицеймейстер полагал — курсы закрыть, или оставить для одних женщин. Правительство не согласилось с ген. Треповым. Положительная сторона Владимирских курсов заключалась в том, что правительство и общество привыкли к типу студентки: одним она перестала внушать ужас, другим — благовение. Не все эти курсы просуществовали одинаковое время: Владимирские закрылись в 1875 г., чтобы уступить вскоре место Высшим Женским (Бестужевским). Лубянские курсы просуществовали 20 лет (до 1889 г.) и имели свое продолжение до 1900 г. под другим именем. Сочувствие профессуры к ним было чрезвычайное. На Аларчинских в Петрограде читал химию сам Менделеев, на Владимирских — Таганцев и Градовский, на Лубянских — лучшие физики и математики, и — по истории — Ключевский. В провинции также были сделаны попытки расширить и углубить женское образование. Пр. Лесгафт попытался поставить на широкую ногу Институт повивальных бабок Казанского земства при университете; и в сент. 1870 г. анатомическая аудитория впервые наполнилась жен­щинами. В 1868 г. движение обнаружилось и в Харькове. Известная затем по процессам 70-х гг. Елизавета Ковальская организовала в своем доме специально для женщин работниц лекции по истории и политической экономии, посещавшиеся более, чем 50 слушательницами; а когда ее курсы закрыла полиция, ездила с 2 дамами в Петроград к министру нар. просв, с ходатайством о допущении женщин в университет (оставшимся без удовлетворенья). Для всей России начало 70-х гг. было временем упадка настроения, усталости, разочарования. Поэт сказал о нем: {{poemx1|| Время классиков мертвящих, Мыслей, выбитых из норм, Двадцати комиссий спящих И изгаженных реформ… |}} А в среде женской молодежи шла неустанная работа, царило бодрое настроение. Киевский корреспондент Лаврова писал ему во «Вперед»: «женский элемент среди молодежи подает несравненно больше надежд. Здесь заметно хоть какое-нибудь стремление выйти из сонного и апатического состояния. На улице постоянно встречаешь молодых девушек с книгами и тетрадями, с озабоченным видом спешащих куда-то… Слышишь рассказы о том, как женщина заявила протест против рутины, или к. н. энергическим поступком вырвалась из-под опеки, наложенной на нее обществом или окружающими. Стремление к самостоятельности и знанию имело целью большею частью экономическую самостоятельность личности… Все их усилия направлялись на расширение своих прав на образование»… Трудно представить себе, сколько злобы, ненависти, клеветы пришлось преодолеть пионеркам женского движения не только со стороны реакции, но и со стороны окружающих. Еще в начале 60-х гг. пол-Петрограда бегало смотреть, как на чудо, на библиотекаршу в библиотеке Черкесова; а в Воронеже появленье студентки Блюммер, высланной из Петрограда, в партере театра (где до того сидели одни лишь мужчины) так потрясло сердца, что губернатор счел необходимым отрядить адъютанта, предложить ей место в ложе, лишь бы не были так ужасно потрясены основы общества тем, что девушка заняла место в креслах (!!). Той же А. П. Блюммер, искавшей заработка на месте приказчицы в книжном магазине, приезжий жандармский генерал отечески мягко и дружески указывал на то, какой это ужас, что девушка хочет служить в магазине. В начале 60-х гг. из московского университета уволили студента только за то, что сестра его пыталась, по примеру петроградских студенток, посещать лекции. Подозрительными для государственного порядка казались все женские артели (ассоциации), самое стремление к образованию казалось потрясением основ, а костюм без кринолина и стриженые волосы — внешним признаком „нигилизма“. Эпоха борьбы создала ряд выдающихся женщин. Последние шестидесятницы сходят теперь одна за другую в могилу, пронеся „сквозь строй“ жизни и свой внешний вид, и свою прямоту и резкость протестанток, и свою великую душевную красоту и бесконечную скромность. В связи с российским движением стоит цюрихская „история“. С основания университета до 1864 г. в Цюрихе были допущены к занятиям всего 2 женщины. С осени 1864 г. Кашеварова, а с осени 1865 г. Суслова были допущены к слушанию лекций по медицине и 4 семестра были единственными студентками Цюрихского университета. Зимою 1868 г. студенток всего 7, из них 4 русских зимою 1869 г. русских — 10 из общего числа 14-ти; летом 1872 г. 54 из 63; в зимний семестр 1873-74 гг. число имиматрикулированных русских студенток доходило до 104, из них 23 слушали математику и естественные науки, одна — юридические, и 80 — медицину. Подавляющее большинство русских девиц в Цюрихе слушали лекции в России, многие — по анатомии — у Грубера, который неофициально продолжал читать для женщин и после 1864 г. и давал (для заграницы) свидетельства о прослушанных курсах. Цюрихский университет, отвечая на запросы германских, отмечал „серьезное отношение к науке, искреннее желание трудиться, безукоризненное поведение“ русских студенток. Отношение профессоров было разнообразное: одни сочувствовали (Бюденгер, Клос, Розе и, особенно, Швейцер), другие относились недоверчиво и выжидательно, но все безукоризненно корректно. Весьма корректны были, поначалу, и студенты. Позже бывали иногда выходки против студенток, но больше мальчишеские, или возникавшие на почве конкуренции (места в аудитории, лаборатории и т. п.), нежели принципиальные. Мелкобуржуазная Швейцария с ее затхлыми общественными отношениями органически не могла понять и воспринять надлежащим образом пеструю студенческую массу, наехавшую из России. Богатых русских, соривших деньгами, уважали за богатство; бедная молодежь не могла этим импонировать. Странной казалась свобода товарищеских отношений; весь распорядок жизни был резко отличен от установившегося мелкомещанского уклада. Внутренняя жизнь Цюрихской колонии, состоявшей также и из мужской молодежи, била ключом. Здесь были представители всех тогдашних политических направлений: маленькая группа „нечаевцев“, значительное число бакунистов, много „лавристов“. Сам П. Л. Лавров переселился в Цюрих, издавал „Вперед“, читал лекции по философии, высшей математике, социологии. Русская читальня была центром колониальной жизни. Масса материальных лишений не смущала женскую молодежь. В Цюрихе вырабатывались врачи, а вместе с ними и революционеры. В воспоминаниях В. Н. Фигнер мы находим живое описание жизни русских студенток вообще и той группы, в частности, которой суждено было политическое му­ченичество (кружка С. Бардиной, Лидии Фигнер, двух Любатович, трех Субботиных, Александровой, Б. Каминской). В. Н. Фигнер рассказывает также о кружке студенток, желавших сравняться с мужчинами в уменье логически мыслить и говорить. Поэтому мужчины в него не допускались. Темами рефератов и прений были: теория Рикардо, закон Мальтуса, Кабэ и Сен-Симон, самоубийства и Стенька Разин. Спорили горячо. Этих девушек сроднила их нравственная чистота жизни, почти один уровень их умственного развития и стремления — путем развития приготовить из себя полезных и умелых борцов за освобождение порабощенных классов. Вполне естественно, однако было то обстоятельство, что за жизнью цюрихской колонии с неудовольствием следили охранительные элементы в России. 21 мая 1873 г. было опубликовано правительственное сообщение, говорившее о „неблагоприятных сведениях о русских женщинах в Цюрихе“: „Коневоды эмиграции избрали этот город центром революционной пропаганды“… В читальне читались революционные лекции. „Посещение сходок (швейцарских) рабочих стало обычным делом для девушек, даже не понимающих немецкого языка… Вовлеченные в политику девушки подпадают под влияние вожаков эмиграции и становятся их послушными орудиями… Другие увлекаются коммунистическими теориями свободной любви и под покровом фиктивного брака доходят до забвения основных начал нравственности и женского целомудрия до крайних пределов. Недостойное поведение русских женщин возбудило против них негодование местных жителей и даже квартирные хозяйки неохотно принимают их к себе; некоторые из этих девиц пали до того, что специально изучают ту отрасль акушерского искусства, которая во всех странах подвергается и каре уголовного закона, и презрению честных людей“… Правительство указывало на существование педагогических курсов Мариинского ведомства, на курсы в Петрограде и Москве, на врачебные курсы (откр. в 1872 г.) и давало обещание (не исполненное впоследствии) открыть подобные же курсы и при других университетах. Те, кто после 1 янв. 1874 г. будет слушать лекцию в Цюрихе, предупреждались, что, по возвращении в Россию, они не будут допускаемы к занятиям, требующим разрешения правительства, а также к к.-л. экзаменам. Редко когда реакция издавала столь антинациональный документ. Нужно ли говорить, насколько клеветническими изветами были утверждения о безнравственности студенток. Но приходилось подчиниться. Одне поехали в Берн, где открылись для студенток двери университета, другие в Париж, третьи вернулись в Россию. Отброшенный насильно от научной работы, эти последние всею душою отдались работе революционной, которая была ликвидирована „процессом 50-ти“. Известен отзыв Степняка-Кравчинского о женских образах, встающих в душе каждого, кто знает этот процесс. „Пред изумленной публикой прошли лучезарные фигуры девушек, который с спокойным взором и с детски безмятежной улыбкой на устах ушли туда, откуда нет возврата, где нет надежды — в центральные тюрьмы, на многолетнюю каторгу“. Таким образом был ликвидирован лишь один из центров заграничного университетского образования русской женщины. Зато создались другие: Берн, Кёнигсберг, Пиза, Лейпциг, Париж, Гельсингфорс увидели в своих стенах женскую молодежь из России. Да и на родине пришлось создать то, в чем так долго и упорно отказывали: высшие женские курсы университетского типа. Правда, в университет женщин не допустили, но в стене была пробита брешь созданием специально женских высших учебных заведений. В 1872 г. проф. В. И. Герье добился разрешения в Москве высших женских курсов с 2-х-годичным, а с 1879 г. с 3-х-годичным курсом. Первые 7 лет в программе курсов были и естественные науки, но с самого начала определился их характер историко-филологического факультета, закрепленный в 1879 г. Поступило туда в первый год 70 ч., в 1884-85 гг. число слушательниц достигло 256. В конце 80-х гг. они вынуждены были закрыться. Пр. Герье требовал от слушательницы материальной обеспеченности, находя, что необходимость зарабатывать средства к жизни в эпоху студенчества делает учащуюся неработоспособной в смысле курсовых; занятий. К тому же „дамское общество для содействия курсам“ не было разрешено. Несколько поз­же, 6 ноября 1872 г., было разрешено открыть в Петрограде женские медицинские курсы, вопрос о которых тщетно возбуждал Медицинский Совет в 1867-68 гг. В 1870 г. те же лица во главе с Гл. Медиц. Инсп. Козловым пошли иным путем. Истинным министром нар. просв. был в России в то время военный министр Д. А. Милютин, который разрешил открыть при Медико-Хирургической Академии „особый четырехгодичный курс для образования ученых акушерок“. Через 4 года „курс“ был преобразован в пятилетние женские врачебные курсы с полною программою медицинского факультета. По строгому экзамену принято было 89 чел., а за десять лет существования курсов было принято 959 чел. В числе первых поступивших была и дочь "Козлова, известная впоследствии как врач, последовательница Ломброзо, П. Н. Тарновская. Курсы могли осуществиться благодаря пожертвованию в 50 000 р. г-жи Л. А. Шанявской (Родственной). Можно утверждать, что требования, предъявленные к женщинам, были строже, нежели к студентам. Да и позже приходилось работать изо всех сил, хотя студенты и посмеивались над этим усердием, называя первых медичек „парфэтками и зубрилками“. Общество, собственно, высшие круги с ужасом говорили о медичках. Говорили, что они режут трупы по ночам, ходят с человеческими (!) костями в руках, носят в карманах внутренности и т. п. Назначение М. Г. Ермоловой почетной инспектриссой курсов успокоило умы, и отношенье к „pensionnat de M-me Ermolof“ стало гораздо снисходительнее. Многие родители успокоились в тревогах о „неприличии“ занятий в анатомическом театре, уверенные, что М. Г. Ермолова не позволит молодым девицам резать трупы мужчин и, в охранение чувства стыдливости, примет меры, чтобы трупы были одеты (!!). Первые приемы состояли из девушек вполне взрослых, совершеннолетних, зачастую прослушавших уже университетский курс за границей, а их строили в пары, на них шикала инспектрисса, как на институток, их обязывали носить форму и стягивать (стриженые) волосы сеточкой, представлять свидетельство о говении; им запрещалось аплодировать профессорам, курить и… ходить по коридору Академии. Последнее запрещение объяснялось боязнью, чтобы на территории Академии медички, упаси Боже, не имели общения со студентами. Целая история разыгралась из-за доноса, что при входе в Академию студент и медичка нежно попрощались друг с другом на „ты“. Оказалось после строгого расследования, что означенные нарушители предписаний были… родные брат и сестра. Скудно и тяжело жилось первым медичкам: немного было счастливиц, имевших 25 руб. в месяц. Обед за 25 коп. приходилось растягивать на 2 дня. Лечебные заведения, в которые их допускали для работы, были разбросаны по окраинам. Приходилось разъезжать на „кукушке“, набитой сверху донизу студентками, и уличные мальчишки кричали: „монашек с книжками везут, на какого святого собираете“? А взрослые добавляли: „ишь, выборгские царицы поехали“!.. Но все это вознаграждалось умственной пищей и духовным единением с профессорами, которые были не только прекрасными преподавателями, но и борцами за женское врачебное образование. Все же не легко при­шлось первому выпуску. Из 86 ч. — 12 умерло до окончания, из них 8 от чахотки. В войну 1877-78 гг. 25 чел. отправились со старшего (V-го) курса на войну, где, наряду с мужчинами, несли все тяготы работы не только в тылу, но и впереди, в госпиталях. Варвара Некрасова, работавшая над изучением средств борьбы с тифом, погибла от этой болезни, а Быстроумова не вынесла ужасов войны и помешалась, и вскоре умерла. Многие были представлены к боевым наградам. В 1876 г., по инициативе пр. Н. В. Сорокина, открылись высшие женские курсы в Казани, до 1897 г. по программе московских (Герье), с 1879 г. с разделением на 2 факультета: ист.-филологический и физ.-математический. Программа была составлена с явным желанием примирить специализацию высшого образование с целями общеобразовательными. Средства курсов были крайне скудны. За время существования на курсах перебывало 575 женщин, 200 окончило с дипломом. В 1878 г. высшие женские курсы возникли в Киеве, по инициативе г-ж Алексеевой, Антонович, Богоцкой и др., при ближайшем участии пр. С. С. Богоцкого и Иконникова. Здесь до 1886 г. перебывало 1098 слушательниц. В Одессе курсы были учреждены пр. Трачевским, но не получили развития. Наконец, в 1878 г. учреждены были, благодаря Трубниковой, Философовой, Стасовой, Мордвиновой, Тарновской, высшие женские курсы в Петрограде, существующие непрерывно 37 лет. Это счастье выпало на долю одного только этого женского высш. учебного заведения. Цель открытия курсов была, со стороны администрации, чисто полицейская: отвлечь женскую молодежь от заграничных университетов. Общество же, создавая курсы, мечтало о создании женских университетов. И на курсах, и в университетах были одинаковые программы, читали (по б. ч. бесплатно) те же профессора. Но по отношению к государству, это были (все время их существования и позже) частные учебные заведения, содержимые частными же обществами доставления средств. Не место здесь излагать историю петроградских курсов, которые, по справедливости, должны бы были носить имя „бекетовских“, а не „бестужевских“, так как главным создателем их был пр. А. Н. Бекетов, а отр. К. Н. Бестужев-Рюмин был поставлен во главе педагогического совета по желанию мин. нар. пр. гр. Д. А. Толстого. Впрочем и он много поработал для курсов. Постановку научного дела на курсах с самого начала мож­но назвать блестящей. Организованы они были в составе 2 факультетов: ист.-филологического и физико-математического. Заведывание курсами приняла на себя незабвенная Н. В. Стасова. Жизнь курсов текла в начале спокойно, если не считать истории по поводу памфлета пр. Цитовича против учащихся женщин. Этот господин, в полемике с Михайловским по вопросу, не имевшему никакого отношения к женскому образованию, позволил себе обрушиться с гнуснейшими обвинениями на студенток. Упрекая Михайловского и прогрессивных писателей, Цитович писал: «Вы… надолго искалечили не только нравственный облик, но даже наружный образ русской женщины… Вы развратили ее ум и растлили ее сердце. В этом уме была игривость — из нее сделали блудливость; в этом сердце было увлечение — его превратили в похоть. Она была способна на жертву — из нее сделали искательницу приключений; она живо соображала — ее научили бредить. Полюбуйтесь же на нее: мужская шапка, мужской плащ, грязные юбки, оборванное платье, бронзовый или зеленоватый цвет лица, подбородок вперед, в мутных глазах все: бесцельность, усталость, злоба, ненависть, запустение… По наружному виду какой-то гермафродит, по нутру подлинная дочь Каина… Она остригла волосы и не напрасно: ее мать так метила своих „гапок“ и палашек за „грех“… Гнусно „ухмыляясь“ насчет свободной любви, г. профессор писал: „понятно, что совместное посещение курсов и лекций обоими полами явилось неодолимой потребностью дня“… «После обработки анатомического препарата сообща, обыкновенно происходило „срывание созревшего плода“. Эта гнусность вызвала первые сходки и протесты на высш. женск. курсах. Над ними собиралась гроза. Но даже мин. нар. просв. гр. Толстой вступился за курсисток. Итак, к началу 80-х гг., если вопрос о совместном обучении был по-прежнему решен отрицательно, то женское высшее образование стояло уже на твердой почве. В главных университетских городах существовали или намечались высшие женские курсы, в Петрограде, кроме того, медицинские. Общество привыкло уже к учащейся женщине, дело ширилось и росло. Женская молодежь считала уже обычным заканчивать свое образование на курсах. В виду почти полного отсутствия поля деятельности для приложения знаний (кроме педагогического поприща) и в виду также высокого энтузиазма девушек, занятия их проникнуты были полным отсутствием карьеризма, желания получить диплом и т. п. Между тем, тяжкая реакция, обрушившаяся на Россию, повела почти к полному прекращению женского образования. История расскажет, какие влияния в сферах, в частности женские, повели к столь плачевным результатам, как почти полное прекращение высшего женского образования в России в 80-х гг. Дело началось с курсов врачебных. П. С. Ванновский, сменивший в 1881 г. Милютина на посту военного министра, нашел, что для военного министерства женские курсы не нужны и предложил их принять в к. н. другое ведомство. Конечно, министр нар. просвещ. не нашел у себя места для медичек, и с 1882 г. был прекращен прием, а через 5 лет последний выпуск покинул курсы. Петроградское общественное управление тоже не удосужилось принять курсы в свое ведение и лишь впоследствии стало центром для собирания средств на новое высшее женское медицинское учебное заведение. Теперь очередь была за высшими женскими курсами. Понятно, что ходатайства об учреждении курсов в Варшаве и Харькове, поступившие в 1881 г., не были удовлетворены. В 1886 г. в мае прекращен был прием на все существующие курсы. Тяжелый был это момент: курс за курсом кончали, а новых приемов не было. В 1889 г. должны были окончить курс слушательницы последнего приема, и полное прекращение женского высшего образования было бы неминуемо, если бы не чрезвычайные шаги устроительниц петроградских высших курсов пред Им. Александром III через дежурного генерала Черевина. Петроградоким курсам, и только им, разрешили дальнейшее существование при условии управления курсами назначенным от министерства директором, а не советом; назначения инспектриссы и 4 помощниц для надзора 1 за курсистками; установления комплекта для принимаемых слушательниц и устройства для них интерната; наконец, при условии упразднения естественно-исторического отделения. Пр. А. Н. Бекетов и Н. В. Стасова были устранены от заведования курсами, Все другие курсы прекратили свое существование. Остались лишь акушерские, петроградские педагогические, московские педагогические — общества воспитательницы и учительницы, ие носившие, в сущности,, характера высших, чисто профессиональные. Погибли и Лубянские кончали, курсы в Москве. Впрочем, лубянские курсистки нашли выходы в передаче имущества и денег Обществу Воспитательниц и Учительниц, которое за годы до того (в 1888 г.) организовало для своих членов коллективные уроки по истории и литературе. Таким образом, под именем коллективных уроков получились новые высшие женские курсы с 2 факультетами. Число слушательницы естественно-математического отделения не превышало 200—250, но когда оба отделения (литературно-историческое и естественно-математическое) объединились под попечительством одной и той же распорядительницы, ''общее число'' слушательниц (к концу 90-х гг.) достигло 1000 чел. Эта цифра была сочтена за величайший беспорядок и послужила поводом к закрытию курсов: 1000 учащихся женщины — и никакого контроля со стороны администрации, даже директора совсем не бы­ло. И здесь хозяйками дела были сами слушательницы, а так как общего собрания устраивать уже было нельзя, то выборы распорядительницы, и приписывалось полное отсутствие участия в беспорядках коллективных курсов. Это особенно сказалось в голодном году, когда призыв к общей сходке не имел успеха, хотя настроение молодежи было ничуть не спокойнее, нежели в других учебных заведениях. Так или иначе, коллективные курсы дали возможность продолжить и в Москве традиции высшего женского образования. Естественно, что кадры русских студенток в Швейцарии (в Цюрихе, Берне, Лозанне и Женеве) и в Париже — возросли громадно. Теперь поток стремящихся за границу девушек стал расти, не уменьшаясь даже в 1900-х гг., когда снова начался рост высших женских учебных заведений на родине. Буржуазная молодежь Швейцарии и Франции с трудом привыкла к присутствию русских женщин в аудитории. Появление скромно одетой девушки со стриженными волосами вызывало рев собравшихся, шарканье ногами в Германии, хоровые приветствия в Париже. Но стоило той же студентке купить модную, хотя бы дешевенькую шляпку, одеться, как все, принять окраску окружающей среды, как ее переставали замечать, к ней привыкли и — в романских странах, — познакомившись поближе, в ней начинали уважать труженика, доброго товарища и развитую женщину. Я не могу не напомнить, что именно в 80-х гг. Авг. Стриндберг, этот ярый женоненавистник, познакомившись с русскими студентками в Швейцарии, для них, единственно!, изменил своей мании, признавши — и по справедливости — в них человека в высшем смысле слова и идеал женщины. Этот поток рус­ской женской молодежи, непрерывно проходивший через университеты, сыграл немалую роль в истории западно-европейского женского движения, пробивая путь для местных более инертных женщин, давая мужчинам этих стран образец развитой мыслящей женщины, а не жены на показ, матери и кухарки. Это сказалось, между прочим, и в тех частых браках между наиболее передовыми людьми Европы и русскими студентками, которые наблюдались и во Франции, в Германии и — последние годы — в Италии. Жизнь русской студентки 90-х гг. нашла себе недурное отражение в записках Елизаветы Дьяконовой, этой глубоко-одинокой девушки, которая так много мечтала о лучшей доле русской женщины, но не смогла раствориться в живой и бодрой среде, окружившей ее женской молодежи. Историк русской женщины не забудет помянуть добрым словом Елизавету Дьяконову за ее борьбу во имя доступа женщин к высшему юридическому женских курсов в Петрограде, никогда не был осуществлен до конца. Мало-помалу возвратились в программу „подозрительные“ естественные науки; умный и добродушный назначенный директор закрыл глаза на сходки и т. п. вольности. С 1895 г. возобновился неограниченный прием на курсы, чтобы удержать женскую молодежь от поездок за границу. В 1895 г. был, после долголетних хлопот, утвержден, а в 1897 г. открыт 1 в Петрограде Женский Медицинский Институт. Снова начали открываться разные фельдшерские курсы, курсы новых языков и т. п. Жизнь властно требовала возрождения высшего женского образования. В 1900 г. пр. Герье снова добился открытия высших женских курсов в составе 2 факультетов в Москве. Молодежь начала 1900-х гг., заполнившая аудиторию курсов и института, ничем не отличалась по своим симпатиям и настроениям от мужской молодежи этого времени: Борьба марксизма и народничества, хождение в рабочие кварталы, возрождение философских, а затем чисто политических интересов, -все это волновало, увлекало и интересовало женскую учащуюся молодежь. Теперь сходки стали более частым явлением, равно как и участие в демонстрациях, как избиение курсисток и заключение их в тюрьмы. Администрация в Москве была неприятно удивлена в 1901 г. желанием задержанных на демонстрации курсисток разделить участь товарищей, но и разрешила им быть тоже заключенными в манеж. Недруги русской женщины по своему комментировали этот факт. Студенты увековечили его в песне: {{poemx1|| Ах как жаль мне курсовицу, Что одна в Манеж пошла. Отворите ей темницу, Дайте ей сиянье дня… |}} Это вовсе не значило согласия их с хулителями студенток. В течение долгих лет все студенческие сходки, требуя академической свободы, выставляли требование приема женщин в университеты. Осенью 1900 г., весною 1901 г. это требование настойчиво повторялось. Кн. Мещерский разразился в окт. 1901 г. статьею в „Гражданине“, в которой по-своему объяснял стремление женщин в университеты. Негодование общества было, столь велико, что мин. нар. пр. Ванновский не счел возможным запретить сходки протеста. Но он не счел возможным поднять вопрос о допущении женщин в уни­верситеты, и это было сделано профессурой и обществом после 1905 г., когда, с одной стороны, автономные советы стали принимать женщин вольнослушательницами, с другой стороны, общественный организации открыли ряд курсов. Женщины были приняты во все университеты, кроме Варшавского, — да и там пришлось позже создать курсы при университете, — и в три технические учебный заведения: Петроградский и Киевский Политехникумы и в Томский Технологический Институты В университеты было принято около 2 тысяч чел., а с техническими—до 2 с половиной тысяч женщин заняли места в аудиториях рядом со студентами. В конце 2-го года пребывания вольнослушательниц в мужских учебных заведениях мин. нар. проев. Шварц изгнал их оттуда; по возобновлении приема удалось вернуться всего 55 % принятых в начале. Преимущественно шли слушательницы на юридический и медицинский факультеты. Это показывало необходимость создания соответственных курсов и факультетов, и когда выяснилось, что наличному составу вольнослушательниц дозволят окончить университет, а новых не примут, открылись юридические факультеты на разных высших женских курсах, и специальные юридические курсы (Полторацкой, Песковской и др.). Отношение профес­суры было различное: в Петрограде, Москве, Юрьеве, Казани старались уравнять их со студентами не только в экзаменационных требованиях, но и в правах; в Одессе притесняли. Студенчество в массе отнеслось отлично, но были примеры и противоположна отношения. В Юрьеве наблюдались трения, хотя и незначительный, на почве конкуренции при получении лучших мест в аудиториях, тесном анатомическом театре, скудных и жалких вспомогательных учреждениях. В Юрьеве, на собрании студенческого медицинского общества в 1910 г. после моей лекции о женской учащейся молодежи, на ообеседовании со студентами и курсистками, мне пришлось услышать довольно резкие нападки студента-семинариста на буржуазность вольнослушательниц, их богатые (?) костюмы, на конкуренцию… Но это было исключение. Большинство с той и другой стороны засвидетельствовали добрые взаимные отношения. Хуже было в Одессе, где бывали выходки и весьма гнусные: так, однажды, группа академистов, выстроившись у выхода из аудитории, пропустила вольнослушательниц сквозь строй, осыпая их названием проституток и т. п. Все профессора засвидетельствовали высокое идеалистическое воодушевление вольнослушательниц. Это не — „дамская наука“ и работы их вовсе не — „дамское рукоделье“, — заявляли они неоднократно. Высшие женские курсы открылись в Харькове, Казани, Варшаве, Киеве, Юрьеве, Одессе, в Томске, Новочеркасске и даже в городе, лишенном пока университета (в Тифлисе). В Киеве, Харькове открылись женские медицинские институты. Во многих городах открылись частные высшие женские курсы, устроенные отдельными предприимчивыми (Раева в Петрограде; Лохвицкой-Скалон там же; Полторацкой, Песковской, Статкевича и Изачик в Москве, Невиандт в Харькове, Ростовцева в Юрьеве и т. д.). Сельскохозяйственное женское образование, на пользу которого долго трудился пр. Стебут, нашло себе, наконец, приют в форме Первых В. Жен. Сельскохоз. Курсов (т. н. Стебутовских), открытых в Петрограде в 1904 г., затем в Петроградских С.-Х. Курсов (для лиц обоего пола), открытых в 1906 г., Голицынских в Москве (1908 г.). Несколько женщин проникли и в Московский С.-Х. Институт (б. Петровско-Разумовскую Академию), но в виде исключения. В области технического образования, открылись сперва строительные и архитектурные курсы в Москве и Петрограде (до 1905 г.), а затем, благодаря усилиям А. П. Философовой, З. В. Ратьковой-Рожновой, П. Н. Ариан, проф. Белелюбского и Щукина, открылись Политехнические В. Ж. Курсы в Петрограде (1906 г.) в составе факультетов: архитектурного, инженерного, механического и химического. Молодые политехнички быстро создали себе славу отличных работников, и теперь является совершенно обычным факт работа их на практике не только на заводах, в лабораториях, но и на постройке железной дороги, мостов и т. п. Здесь не место излагать разные фазисы борьбы за уравнение женщины в правах по окончании высших женских курсов женщин-юристов, техников и т. д., но должно отметить, что в настоящее время женщина добилась права по окончании многих курсов, пока не всех, — держат государственные и дипломные экзамены и получать ученые степени. Теперь на очереди стоят два основных, все еще не разрешенных полностью, вопроса: во-первых уравнение женской средней школы с мужской, точнее, совместное обучение в средней школе с равными правами по окончании, во-вторых, тоже самое по отношению к выс­шей школе. Даже в эпоху последней борьбы министерства нар. просв. с женским образованием при Кассо оно вынуждено было допустить женщин на полных правах студентов в Томский университет. Логичный вывод ясен! Конечно, высшие женские курсы имеют полное право стать, наконец, и по имени женским университетом, о чем хлопочут в Петрограде профессора В. Ж. К. Но этого мало. Женский Медицинский Институт все более приходит к необходимости принимать мужчин и превратиться просто в Медицинский. Процесс идет с обеих сторон, и ничто не в силах остановить победы идеи совместного образования. Мероприятие гр. Игнатьева — это предпоследний шаг к полному открытию университета для женщин. За университетом откроют свои двери и все технические высшие учебные заведения… русская женщина стоит на пороге победы. Итак, женское высшее образование, оставаясь все время общественным делом, существующим на средства и по инициативе самого общества, сделало громадные завоевания. Число учащихся женщин достигло десятков тысяч человек. Спрашивается, какую же эволюцию пережил тип студентки. Сперва были подвижницы, борцы, и — иногда — даже мученицы идеи. Их упрекали в фанатизме, но это быль лишь высокий энтузиазм, сознательный и проникновенный. На смену им в 70—80-х гг. пришли труженицы, с трудом пробивавшие дорогу. Жизнь стирала острые углы; женщина упорно продолжала борьбу за свои права. Трудами этого поколения создано то,, что мы видим теперь. Новое поколение (1905—1915 гг.) является уже третьим по счету, совершенно своеобразным. Прежде всего это не единицы и не сотни, а тысячи. Теперь даже глухая провинция, даже очень отсталые общественный группы посылают своих дочерей заканчивать образование на курсы. Сами курсы приблизились географически, стали доступнее. Усиление элементов буржуазных несомненно. Если ранее это было результатом желаний правящих групп и усердия исполнителей (Раева в Петрограде, Герье в Москве), то теперь это — естественный факт. В 90-х гг. девиц из богатых семей, в модных платьях, прическах и шляпах звали насмешливо „кордебалетом“. Политически неопределенный, скорее реакционный, кордебалет редко посещал лекции, но in corpore являлся на сходки срывать забастовку и резолюции протеста. Затем кордебалет превратился в отделения академического союза, хотя и слабые в смысле влияния, но очень энергичные. Все же можно сказать, что академистки никогда не творили ничего такого, что учиняли академисты. Мирный академизм сделал прочные завоевания в среде женской молодежи. Что касается молодежи демократической, то надо поражаться энергией, которую проявила она, отстаивая студенческие организации не только от давления извне, но и от развала внутри. Курсистки всегда живо откликались на все общественный нужды. Вместе со студентами, непокладая рук, работали на голоде 1891 и 1898 гг. И в эпоху острой политической борьбы петроградские высшие курсы дали свои трагические жертвы, когда женщина вновь была уравнена с мужчиною в праве на смертную казнь. Повторяю, женская моло­дежь последнего десятилетия переживала одинаково все то же, что и мужская. И в ее учебной жизни все сильнее стала осуществляться специализация научной и практической подготовки. И в области политических симпатий и антипатий она раскололась на те же группы, что и студенчество. И в области социального состава слушательниц произошла дифференция, усложнение типических черт. И в ее работе сказался возрастающий практицизм, стремление, минуя общие вопросы, перейти к изучению практически необходимо. Прежний романтизм, прежняя идеализация умирают. Это — факт! Но, когда сравниваешь мужскую и женскую молодежь, видишь ясно и объективно, как высоко еще стоит чисто идеалистическое напряжение женской молодежи; сколь многие девушки стремятся к знанию ради знания, а не ради диплома; сколь многие ищут в науке не только средства к борьбе за жизнь, не только чистого наслаждения процессом мышления, но и возможности осознать свое новое „я“, выработать новую мораль, дать новое направление женскому уму и характеру. Не нужно идеализировать студентку и незачем пред нею преклоняться. Ее нужно уважать, в ней нужно видеть равноправного товарища в жизни, в науке и в борьбе. Даже средняя обыкновенная девушка, не ставящая себе высоких идеалов, упорно работающая во имя личных интересов, самым фактом своего высшего образования творить новую жизнь. Тем более ценна осмысленная, сознательная работа тех, чей ум и чье сердце выходят за пределы личных интересов, стремясь к новому жизненному строительству. На наших глазах создается тип новой женщины, свободной и независимой, и многие тысячи русских студенток сознательно и бессознательно участвуют в этом творчестве. Русской студентке необходимо теперь бороться за полное равенство в смысле уровня образования, за свободу научного познания и за единую, не мужскую или женскую, а общую и единую низшую, среднюю и высшую школу. И тогда окончательно можно будет говорить о русском студенчестве без различия пола. Наступление этого момента, б. м., ближе, чем кажется. Он придет тогда, когда мы приложим все свои силы к ускорению этого будущего. ''Сергей Сватиков.'' == Примечания == {{примечания}} [[Категория:Публицистика 1916 года]] [[Категория:Права женщин]] 8ao03ux9h0mj0641llkyswwf7gvqm17 10 1212323 5729027 5728782 2026-07-11T14:02:26Z Wlbw68 37914 5729027 wikitext text/x-wiki {{#switch:{{{1}}} |И. Абрамов = [[Автор:Исай Викторович Абрамов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Абрамов = [[Автор:Фёдор Иванович Абрамов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] | А. Абрикосов | А. А. = [[Автор:Алексей Иванович Абрикосов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Абросимов = [[Автор:Михаил Алексеевич Абросимов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Авдусин = [[Автор:Павел Павлович Авдусин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Аверкиева = [[Автор:Юлия Павловна Аверкиева|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Аверьев |А. Аверьев = [[Автор:Виктор Николаевич Аверьев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Агульник = [[Автор:Мордух Абрамович Агульник|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Адамчук = [[Автор:Владимир Андреевич Адамчук|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Александров | Александров Г. Ф. = [[Автор:Георгий Фёдорович Александров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Александров = [[Автор:Павел Сергеевич Александров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Алексеев/лингвистика = [[Автор:Василий Михайлович Алексеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Алексеев = [[Автор:Владимир Кузьмич Алексеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Алехин | В. Алёхин = [[Автор:Василий Васильевич Алехин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Алпатов = [[Автор:Владимир Владимирович Алпатов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Алпатов = [[Автор:Михаил Владимирович Алпатов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Алперс = [[Автор:Борис Владимирович Алперс|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Альтгаузен = [[Автор:Николай Фёдорович Альтгаузен|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Альтман = [[Автор:Владимир Владимирович Альтман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Ананьев = [[Автор:Борис Герасимович Ананьев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Андреев = [[Автор:Николай Николаевич Андреев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Андреев/литература = [[Автор:Николай Петрович Андреев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Аникст = [[Автор:Александр Абрамович Аникст|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Аничков = [[Автор:Николай Николаевич Аничков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Анохин = [[Автор:Пётр Кузьмич Анохин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Анощенко = [[Автор:Николай Дмитриевич Анощенко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Антипов-Каратаев = [[Автор:Иван Николаевич Антипов-Каратаев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Антонова = [[Автор:Валентина Ивановна Антонова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Аранович = [[Автор:Давид Михайлович Аранович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Аргунов = [[Автор:Николай Емельянович Аргунов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Арекелян = [[Автор:Арташес Аркадьевич Аракелян|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Арский = [[Автор:Игорь Владимирович Арский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Артамонов = [[Автор:Михаил Илларионович Артамонов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Артоболевский = [[Автор:Иван Иванович Артоболевский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Архангельский = [[Автор:Николай Андреевич Архангельский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Аршавский = [[Автор:Илья Аркадьевич Аршавский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Аршаруни = [[Автор:Аршалуис Михайлович Аршаруни|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Аскеров = [[Автор:Александр Александрович Аскеров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Асмус = [[Автор:Валентин Фердинандович Асмус|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Астапович = [[Автор:Игорь Станиславович Астапович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Астахов = [[Автор:Константин Васильевич Астахов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Бальзак = [[Автор:Софья Семёновна Бальзак|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Банк = [[Автор:Алиса Владимировна Банк|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Баранников = [[Автор:Алексей Петрович Баранников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Барон = [[Автор:Лазарь Израилевич Барон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Барон = [[Автор:Михаил Аркадьевич Барон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Барсуков = [[Автор:Александр Николаевич Барсуков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Бархаш = [[Автор:Исаак Меерович Бархаш|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Баскин = [[Автор:Марк Петрович Баскин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Батищев = [[Автор:Степан Петрович Батищев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Баумгарт = [[Автор:Карл Карлович Баумгарт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Бахарев = [[Автор:Александр Арсентьевич Бахарев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Бахтин = [[Автор:Александр Николаевич Бахтин (генерал)|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Баштан = [[Автор:Фёдор Андреевич Баштан|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Бахрушин = [[Автор:Сергей Владимирович Бахрушин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Белицер = [[Автор:Вера Николаевна Белицер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Белкин = [[Автор:Павел Васильевич Белкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Белов = [[Автор:Константин Петрович Белов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Белов = [[Автор:Фёдор Иванович Белов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Белькинд = [[Автор:Лев Давидович Белькинд|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Бельская = [[Автор:Татьяна Николаевна Бельская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Беляев = [[Автор:Виктор Михайлович Беляев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Беляев |Евг. Беляев = [[Автор:Евгений Александрович Беляев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Лев Семёнович Берг|Л. С. Берг|Л. Берг = [[Автор:Лев Семёнович Берг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Бердоносов = [[Автор:Михаил Владимирович Бердоносов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Березов | П. Берёзов = [[Автор:Павел Иванович Берёзов |{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Берестнев = [[Автор:Владимир Фёдорович Берестнев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ян Антонович Берзин|Я. Берзин = [[Автор:Ян Антонович Берзин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Беритов = [[Автор:Иван Соломонович Беритов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Беркенгейм = [[Автор:Борис Моисеевич Беркенгейм|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Берлянд = [[Автор:Елена Семёновна Берлянд-Чёрная|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Бернадинер = [[Автор:Бер Моисеевич Бернадинер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Бернандт = [[Автор:Григорий Борисович Бернандт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Бернштейн = [[Автор:Самуил Борисович Бернштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Бертельс | Е. Б./лингвистика= [[Автор:Евгений Эдуардович Бертельс|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Берцинский = [[Автор:Семён Моисеевич Берцинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Бессмертный = [[Автор:Борис Семёнович Бессмертный|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Билибин = [[Автор:Александр Фёдорович Билибин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Бирштейн = [[Автор:Яков Авадьевич Бирштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Благовещенский = [[Автор:Андрей Васильевич Благовещенский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Близняк = [[Автор:Евгений Варфоломеевич Близняк|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Блюменфельд = [[Автор:Виктор Михайлович Блюменфельд|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Бляхер = [[Автор:Леонид Яковлевич Бляхер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Бобринский = [[Автор:Николай Алексеевич Бобринский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Богданов = [[Автор:Алексей Алексеевич Богданов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Богданов = [[Автор:Борис Алексеевич Богданов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Боголюбов = [[Автор:Александр Николаевич Боголюбов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Боголюбский = [[Автор:Сергей Николаевич Боголюбский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Богоров = [[Автор:Вениамин Григорьевич Богоров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Богоявленский = [[Автор:Сергей Константинович Богоявленский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Богуславская = [[Автор:Евгения Яковлевна Бугославская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Боднарский = [[Автор:Митрофан Степанович Боднарский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Болдырев = [[Автор:Николай Иванович Болдырев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Болтинский = [[Автор:Василий Николаевич Болтинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Бончковский = [[Автор:Вячеслав Францевич Бончковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Борисяк = [[Автор:Алексей Алексеевич Борисяк|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. Ботвинкин = [[Автор:Олег Константинович Ботвинкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Бочкарёв = [[Автор:Валентин Николаевич Бочкарёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Брагинский = [[Автор:Иосиф Самуилович Брагинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Брадис = [[Автор:Владимир Модестович Брадис|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. М. Браудо = [[Автор:Евгений Максимович Браудо|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Брейтбург = [[Автор:Абрам Моисеевич Брейтбург|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Бриткин = [[Автор:Алексей Сергеевич Бриткин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Бродский = [[Автор:Николай Леонтьевич Бродский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Бронштейн = [[Автор:Вениамин Борисович Бронштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Бронштейн = [[Автор:Илья Николаевич Бронштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Брускин = [[Автор:Яков Моисеевич Брускин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Брюсов = [[Автор:Александр Яковлевич Брюсов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Будагян = [[Автор:Фаддей Ервандович Будагян|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Будников = [[Автор:Пётр Петрович Будников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Будницкий = [[Автор:Иосиф Моисеевич Будницкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Булатов = [[Автор:Сергей Яковлевич Булатов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Бурче = [[Автор:Фёдор Яковлевич Бурче|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Бугославский = [[Автор:Сергей Алексеевич Бугославский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Бункин = [[Автор:Николай Александрович Бункин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Бухгейм = [[Автор:Александр Николаевич Бухгейм|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Бухина = [[Автор:Вера Анатольевна Бухина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Быстров = [[Автор:Алексей Петрович Быстров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Л. Быховская|C. Быховская = [[Автор:Софья Львовна Быховская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Бычков = [[Автор:Лев Николаевич Бычков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Сергей Иванович Вавилов|С. Вавилов|С. В. = [[Автор:Сергей Иванович Вавилов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Вагнер = [[Автор:Виктор Владимирович Вагнер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Вайндрах |Г. В. = [[Автор:Григорий Моисеевич Вайндрах|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. Вайнштейн = [[Автор:Осип Львович Вайнштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |З. Василькова = [[Автор:Зинаида Григорьевна Василькова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Василевич = [[Автор:Глафира Макарьевна Василевич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Василенко = [[Автор:Виктор Михайлович Василенко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Васильев = [[Автор:Сергей Фёдорович Васильев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Вассерберг = [[Автор:Виктор Эммануилович Вассерберг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Васютин = [[Автор:Василий Филиппович Васютин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. В-ий |А. В. = [[Автор:Алексей Макарович Васютинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Вебер = [[Автор:Борис Георгиевич Вебер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Веймарн = [[Автор:Борис Владимирович Веймарн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Вейнгартен = [[Автор:Соломон Михайлович Вейнгартен|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Вейс = [[Автор:Всеволод Карлович Вейс|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Вейсберг = [[Автор:Григорий Петрович Вейсберг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Веселовский = [[Автор:Степан Борисович Веселовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Васецкий = [[Автор:Григорий Степанович Васецкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Виденек = [[Автор:Иван Иванович Виденек|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Визе = [[Автор:Владимир Юльевич Визе|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Виленкин = [[Автор:Борис Владимирович Виленкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Виленкин = [[Автор:Виталий Яковлевич Виленкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Виноградов = [[Автор:Виктор Владимирович Виноградов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Виноградов = [[Автор:Константин Яковлевич Виноградов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Винокур = [[Автор:Григорий Осипович Винокур|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Вишнев = [[Автор:Сергей Михайлович Вишнев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Владимирский = [[Автор:Василий Васильевич Владимирский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Вовси = [[Автор:Мирон Семёнович Вовси|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Войцицкий = [[Автор:Владимир Тимофеевич Войцицкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Волгин = [[Автор:Вячеслав Петрович Волгин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Волков = [[Автор:Анатолий Андреевич Волков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Волькенштейн = [[Автор:Михаил Владимирович Волькенштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Вольская = [[Автор:Вера Николаевна Вольская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Воронцов-Вельяминов = [[Автор:Борис Александрович Воронцов-Вельяминов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Воронцов-Вельяминов = [[Автор:Павел Алексеевич Воронцов-Вельяминов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Вотчал = [[Автор:Борис Евгеньевич Вотчал|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Вуйович = [[Автор:Воислав Вуйович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Вукс = [[Автор:Максим Филиппович Вукс|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Вул = [[Автор:Бенцион Моисеевич Вул|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Выропаев = [[Автор:Борис Николаевич Выропаев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Вышинский = [[Автор:Андрей Януарьевич Вышинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Вышинский = [[Автор:Пётр Евстафьевич Вышинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Габинский = [[Автор:Яков Осипович Габинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Гайнуллин | = [[Автор:Мидхат Фазлыевич Гайнуллин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Гайсинович | = [[Автор:Абба Евсеевич Гайсинович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. М. Галаган |А. Галаган = [[Автор:Александр Михайлович Галаган|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Галактионов | Галактионов М. Р. = [[Автор:Михаил Романович Галактионов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Галицкий = [[Автор:Лев Николаевич Галицкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Галкин = [[Автор:Илья Саввич Галкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Гальперин = [[Автор:Лев Ефимович Гальперин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Гальперин = [[Автор:Соломон Ильич Гальперин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Гарелин |Н. Г. |Н. Г-н = [[Автор:Николай Фёдорович Гарелин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Гейликман = [[Автор:Тевье Борисович Гейликман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Гейман | В. Гейман | = [[Автор:Борис Яковлевич Гейман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Геласимова = [[Автор:Антонина Николаевна Геласимова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Геллер = [[Автор:Самуил Юльевич Геллер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Гиляровский = [[Автор:Василий Алексеевич Гиляровский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Гинецинский = [[Автор:Александр Григорьевич Гинецинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Гинзбург = [[Автор:Семён Львович Гинзбург|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Гептнер = [[Автор:Владимир Георгиевич Гептнер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Гершензон = [[Автор:Наталья Михайловна Гершензон-Чегодаева|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Гершензон = [[Автор:Сергей Михайлович Гершензон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Гессен = [[Автор:Борис Михайлович Гессен|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Гиляревский = [[Автор:Сергей Александрович Гиляревский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Гинодман = [[Автор:Доба Менделевна Гинодман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Гиппиус = [[Автор:Евгений Владимирович Гиппиус|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Гиринис = [[Автор:Сергей Владимирович Гиринис|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Глаголев = [[Автор:Нил Александрович Глаголев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Гладштейн = [[Автор:Рахиль Моисеевна Гладштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Глек = [[Автор:Тимофей Павлович Глек|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Гливенко = [[Автор:Валерий Иванович Гливенко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Глоцер = [[Автор:Лев Моисеевич Глоцер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Глух = [[Автор:Михаил Александрович Глух|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Глухов = [[Автор:Михаил Михайлович Глухов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Глушаков = [[Автор:Пётр Иванович Глушаков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Говорухин = [[Автор:Василий Сергеевич Говорухин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Годнев = [[Автор:Тихон Николаевич Годнев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Гойхбарг = [[Автор:Александр Григорьевич Гойхбарг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Голенкин = [[Автор:Михаил Ильич Голенкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Голунский = [[Автор:Сергей Александрович Голунский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Голубев = [[Автор:Борис Александрович Голубев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Гольдберг = [[Автор:Георгий Александрович Гольдберг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Гольдфайль|Л. Г. = [[Автор:Леонид Густавович Гольдфайль|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Гольст = [[Автор:Леопольд Леопольдович Гольст|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Гольц = [[Автор:Екатерина Павловна Гольц|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Гопнер = [[Автор:Серафима Ильинична Гопнер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Горбов = [[Автор:Всеволод Александрович Горбов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Горелик = [[Автор:Габриэль Симонович Горелик|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Горелик = [[Автор:Яков Маркович Горелик|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Гориневская = [[Автор:Валентина Валентиновна Гориневская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Горкич = [[Автор:Милан Миланович Горкич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Горлачёв = [[Автор:Яков Дмитриевич Горлачёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Горфин = [[Автор:Давид Владимирович Горфин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Готалов-Готлиб = [[Автор:Артур Генрихович Готлиб|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Готье = [[Автор:Юрий Владимирович Готье|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Граков = [[Автор:Борис Николаевич Граков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Гракин = [[Автор:Иван Алексеевич Гракин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Гранде = [[Автор:Бенцион Меерович Гранде|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Гребенев = [[Автор:Алексей Иванович Гребенев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Греков = [[Автор:Борис Дмитриевич Греков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Гречишников = [[Автор:Владимир Константинович Гречишников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Гриб = [[Автор:Владимир Романович Гриб|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. А. Григорьев = [[Автор:Андрей Александрович Григорьев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Гришко = [[Автор:Николай Николаевич Гришко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Гроссман = [[Автор:Леонид Петрович Гроссман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Губер = [[Автор:Александр Андреевич Губер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Гудзий = [[Автор:Николай Каллиникович Гудзий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Гуковский = [[Автор:Матвей Александрович Гуковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Гурвич = [[Автор:Георгий Семёнович Гурвич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Гурвич = [[Автор:Леопольд Ильич Гурвич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Гуревич = [[Автор:Григорий Маркович Гуревич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ш. Гуревич = [[Автор:Шолом Израилевич Гуревич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Гурштейн = [[Автор:Арон Шефтелевич Гурштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Гурьянов = [[Автор:Евгений Васильевич Гурьянов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Гурьянова = [[Автор:Евпраксия Фёдоровна Гурьянова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Гуссейнов = [[Автор:Гейдар Наджаф оглы Гусейнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Гущин = [[Автор:Александр Сергеевич Гущин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Давиденков = [[Автор:Сергей Николаевич Давиденков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Данилевич = [[Автор:Лев Васильевич Данилевич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Данилевский = [[Автор:Виктор Васильевич Данилевский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Данилов = [[Автор:Сергей Сергеевич Данилов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Данциг = [[Автор:Борис Моисеевич Данциг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Данциг = [[Автор:Наум Моисеевич Данциг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Де-Лазари = [[Автор:Александр Николаевич Де-Лазари|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Дебец = [[Автор:Георгий Францевич Дебец|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Деборин = [[Автор:Абрам Моисеевич Деборин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Деборин = [[Автор:Григорий Абрамович Деборин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Делоне = [[Автор:Борис Николаевич Делоне|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Дембовский = [[Автор:Ян Дембовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Дементьев = [[Автор:Георгий Петрович Дементьев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Демидович | В. Демидович = [[Автор:Борис Павлович Демидович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Демьянов/музыка = [[Автор:Николай Иванович Демьянов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Демьянов/химия = [[Автор:Николай Яковлевич Демьянов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Денике = [[Автор:Борис Петрович Денике|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Денисов = [[Автор:Андрей Иванович Денисов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Денисова = [[Автор:Лидия Фёдоровна Денисова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Державин = [[Автор:Алексей Никитич Державин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Державин = [[Автор:Константин Николаевич Державин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Державин = [[Автор:Николай Севастьянович Державин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Джалиль = [[Автор:Муса Джалиль|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Джанашиа = [[Автор:Симон Николаевич Джанашиа|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Джервис | М. В. Джервис = [[Автор:Михаил Владимирович Джервис-Бродский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Дик = [[Автор:Николай Евгеньевич Дик|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Диканский = [[Автор:Матвей Григорьевич Диканский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Дмитриев = [[Автор:Сергей Сергеевич Дмитриев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. Добиаш-Рождественская = [[Автор:Ольга Антоновна Добиаш-Рождественская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Добров = [[Автор:Александр Семёнович Добров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Добровольский = [[Автор:Алексей Дмитриевич Добровольский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Добровольский = [[Автор:Виктор Васильевич Добровольский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Добротворский = [[Автор:Николай Митрофанович Добротворский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Добротин = [[Автор:Николай Алексеевич Добротин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Добрынин = [[Автор:Борис Фёдорович Добрынин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Добрынин = [[Автор:Николай Фёдорович Добрынин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Дорофеев = [[Автор:Сергей Васильевич Дорофеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Древинг = [[Автор:Елизавета Фёдоровна Древинг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Дробинский = [[Автор:Александр Иосифович Дробинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Дробинский = [[Автор:Константин Николаевич Дробинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Дроздовская = [[Автор:Екатерина Александровна Дроздовская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Дружинин = [[Автор:Николай Михайлович Дружинин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Дубнов = [[Автор:Яков Семёнович Дубнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Дульский = [[Автор:Пётр Максимилианович Дульский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Дурденевский = [[Автор:Всеволод Николаевич Дурденевский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Дурманов = [[Автор:Николай Дмитриевич Дурманов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Дынник = [[Автор:Михаил Александрович Дынник|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Евтихиев = [[Автор:Иван Иванович Евтихиев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Еголин = [[Автор:Александр Михайлович Еголин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Егоршин = [[Автор:Василий Петрович Егоршин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Ежиков | М. Ежиков = [[Автор:Иван Иванович Ежиков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Еленевская = [[Автор:Екатерина Васильевна Еленевская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Еленевский = [[Автор:Ричард Аполлинариевич Еленевский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Ефремов = [[Автор:Виктор Васильевич Ефремов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Жадовский = [[Автор:Анатолий Есперович Жадовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Жвирблянский = [[Автор:Юлий Маркович Жвирблянский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Жданко = [[Автор:Татьяна Александровна Жданко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Жданов = [[Автор:Герман Степанович Жданов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Жебрак = [[Автор:Моисей Харитонович Жебрак|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Живов = [[Автор:Марк Семёнович Живов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Жидков= [[Автор:Герман Васильевич Жидков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Жирмунский |М. Ж.= [[Автор:Михаил Матвеевич Жирмунский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Жирмунский= [[Автор:Семён Савельевич Жирмунский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Жолквер = [[Автор:Александр Ефимович Жолквер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Жук = [[Автор:Сергей Яковлевич Жук|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Жуков = [[Автор:Михаил Михайлович Жуков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Жураковский = [[Автор:Геннадий Евгеньевич Жураковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Заблудовский = [[Автор:Михаил Давидович Заблудовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Заборовский = [[Автор:Александр Игнатьевич Заборовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Загорчик = [[Автор:Матвей Михайлович Загорчик|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Зарянов = [[Автор:Иван Михеевич Зарянов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Заславский = [[Автор:Давид Иосифович Заславский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Захаров = [[Автор:Евгений Евгеньевич Захаров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Захваткин = [[Автор:Алексей Алексеевич Захваткин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Захер = [[Автор:Яков Михайлович Захер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Защук = [[Автор:Сергей Леонидович Защук|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Збарский = [[Автор:Борис Ильич Збарский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Звавич = [[Автор:Исаак Семёнович Звавич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Зеленина = [[Автор:Клавдия Алексеевна Зеленина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Зелинский = [[Автор:Корнелий Люцианович Зелинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Зельин = [[Автор:Константин Константинович Зельин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Земец = [[Автор:Анна Александровна Земец|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Зенкевич = [[Автор:Лев Александрович Зенкевич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Зимин = [[Автор:Пётр Николаевич Зимин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Зинич = [[Автор:Стефан Иосифович Зинич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Золотарев = [[Автор:Александр Михайлович Золотарёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Зотов = [[Автор:Алексей Иванович Зотов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Зоркий = [[Автор:Марк Соломонович Зоркий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Зубов = [[Автор:Николай Николаевич Зубов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Зутис = [[Автор:Ян Яковлевич Зутис|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Иванов = [[Автор:Иван Маркелович Иванов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Иванова = [[Автор:Александра Николаевна Иванова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Ивановский = [[Автор:Борис Александрович Ивановский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Ивановский |Вл. Ивановский = [[Автор:Владимир Николаевич Ивановский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Иващенко = [[Автор:Александр Фёдорович Иващенко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Иверонова = [[Автор:Валентина Ивановна Иверонова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Ивинг = [[Автор:Виктор Петрович Ивинг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Игнатов = [[Автор:Сергей Сергеевич Игнатов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Извеков = [[Автор:Борис Иванович Извеков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Ильин = [[Автор:Борис Владимирович Ильин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Ильин = [[Автор:Модест Михайлович Ильин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Ильичев = [[Автор:Леонид Фёдорович Ильичёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Иоффе = [[Автор:Абрам Фёдорович Иоффе|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Исакович = [[Автор:Ефим Абрамович Исакович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Исаченко = [[Автор:Борис Лаврентьевич Исаченко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Истомин = [[Автор:Александр Васильевич Истомин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Кабачник = [[Автор:Мартин Израилевич Кабачник|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Кабо = [[Автор:Рафаил Михайлович Кабо|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Каврайский = [[Автор:Владимир Владимирович Каврайский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Каган |В. К./математика = [[Автор:Вениамин Фёдорович Каган|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Кагаров = [[Автор:Евгений Георгиевич Кагаров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Каганов = [[Автор:Всеволод Михайлович Каганов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Казаков = [[Автор:Георгий Александрович Казаков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. К-ий = [[Автор:Исаак Абрамович Казарновский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Калабухов = [[Автор:Николай Иванович Калабухов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. А. Каменецкий |В. Каменецкий |В. Км. |В. К./география = [[Автор:Владимир Александрович Каменецкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Каменский = [[Автор:Григорий Николаевич Каменский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Каминский = [[Автор:Лев Семёнович Каминский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Каммари = [[Автор:Михаил Давидович Каммари|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Камшилов = [[Автор:Михаил Михайлович Камшилов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Канасков = [[Автор:Давид Романович Канасков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Капелюшников = [[Автор:Матвей Алкунович Капелюшников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Капица = [[Автор:Пётр Леонидович Капица|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Каплан = [[Автор:Аркадий Владимирович Каплан|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Капустинский = [[Автор:Анатолий Фёдорович Капустинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Капцов = [[Автор:Николай Александрович Капцов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Караваев = [[Автор:Николай Михайлович Караваев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Кара-Мурза = [[Автор:Георгий Сергеевич Кара-Мурза|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Карасева = [[Автор:Лидия Ефимовна Карасёва|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Карбышев = [[Автор:Дмитрий Михайлович Карбышев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Карев = [[Автор:Николай Афанасьевич Карев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Карева = [[Автор:Мария Павловна Карева|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Карелин = [[Автор:Дмитрий Борисович Карелин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Карлик = [[Автор:Лев Наумович Карлик|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Карпов |Вл. Карпов = [[Автор:Владимир Порфирьевич Карпов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Каррыев = [[Автор:Баймухамед Аталиевич Каррыев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Касаткин = [[Автор:Андрей Георгиевич Касаткин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Касрадзе = [[Автор:Константин Михайлович Касрадзе-Панасян|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Катренко = [[Автор:Дмитрий Алексеевич Катренко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Кафенгауз = [[Автор:Бернгард Борисович Кафенгауз|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Кафенгауз = [[Автор:Лев Борисович Кафенгауз|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Кацнельсон = [[Автор:Соломон Давидович Кацнельсон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Кашкин = [[Автор:Иван Александрович Кашкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Кекилов = [[Автор:Аман Кекилович Кекилов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Келдыш = [[Автор:Юрий Всеволодович Келдыш|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Келлер = [[Автор:Борис Александрович Келлер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Кефели = [[Автор:Тамара Яковлевна Кефели|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Кикодзе |В. Кикодзе = [[Автор:Баграт Иосифович Кикодзе|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Кикодзе = [[Автор:Платон Иосифович Кикодзе|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Кипшидзе = [[Автор:Давид Семёнович Кипшидзе|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Кириллов = [[Автор:Николай Иванович Кириллов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Киселев = [[Автор:Григорий Леонидович Киселёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Киселёв = [[Автор:Михаил Сергеевич Киселёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Киселев | Н. Киселёв = [[Автор:Николай Николаевич Киселёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Киселев = [[Автор:Сергей Петрович Киселёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Клеман = [[Автор:Михаил Карлович Клеман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Клемин = [[Автор:Иван Александрович Клемин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Кленова = [[Автор:Мария Васильевна Клёнова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Клевенский = [[Автор:Митрофан Михайлович Клевенский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Клейнер = [[Автор:Исидор Михайлович Клейнер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Клинковштейн = [[Автор:Илья Михайлович Клинковштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Клюшникова = [[Автор:Екатерина Степановна Клюшникова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Кобылина = [[Автор:Мария Михайловна Кобылина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Ковалев = [[Автор:Сергей Иванович Ковалёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Коваленко = [[Автор:Борис Игнатьевич Коваленко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Ковальчик = [[Автор:Евгения Ивановна Ковальчик|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Коган = [[Автор:Арон Яковлевич Коган|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. С. Коган |П. Коган = [[Автор:Пётр Семёнович Коган|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Кожевников = [[Автор:Александр Владимирович Кожевников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Кожевников = [[Автор:Фёдор Иванович Кожевников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Кожин = [[Автор:Николай Александрович Кожин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Козловский = [[Автор:Давид Евстафьевич Козловский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Козо-Полянский = [[Автор:Борис Михайлович Козо-Полянский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Козьмин = [[Автор:Борис Павлович Козьмин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Кокиев = [[Автор:Георгий Александрович Кокиев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Колмогоров = [[Автор:Андрей Николаевич Колмогоров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Комарницкий = [[Автор:Николай Александрович Комарницкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Кон = [[Автор:Феликс Яковлевич Кон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Конради = [[Автор:Георгий Павлович Конради|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Константинов |Н. А. Константинов = [[Автор:Николай Александрович Константинов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Кончаловский = [[Автор:Дмитрий Петрович Кончаловский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Копелев = [[Автор:Лев Зиновьевич Копелев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Копченова = [[Автор:Екатерина Васильевна Копченова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Копытин = [[Автор:Леонид Алексеевич Копытин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Коренман = [[Автор:Израиль Миронович Коренман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Королев |Ф. Королёв = [[Автор:Фёдор Андреевич Королёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Коростовцев = [[Автор:Михаил Александрович Коростовцев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Коротков = [[Автор:Иван Иванович Коротков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Корчагин = [[Автор:Вячеслав Викторович Корчагин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Коршун = [[Автор:Алексей Алексеевич Коршун|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Косвен = [[Автор:Марк Осипович Косвен|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Космодемьянский = [[Автор:Аркадий Александрович Космодемьянский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Костржевский = [[Автор:Стефан Францевич Костржевский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Х. Коштоянц = [[Автор:Хачатур Седракович Коштоянц|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Кравков = [[Автор:Сергей Васильевич Кравков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Кравцев = [[Автор:Георгий Георгиевич Кравцев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Краснов = [[Автор:Михаил Леонидович Краснов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Красногорская = [[Автор:Лидия Ивановна Красногорская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Краснокутский = [[Автор:Василий Александрович Краснокутский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Красносельская = [[Автор:Татьяна Абрамовна Красносельская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Крастин = [[Автор:Иван Андреевич Крастин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Крашенинников = [[Автор:Алексей Алексеевич Крашенинников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Кренке = [[Автор:Николай Петрович Кренке|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Кречетович = [[Автор:Лев Мельхиседекович Кречетович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Криницкий = [[Автор:Александр Иванович Криницкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Крисс = [[Автор:Анатолий Евсеевич Крисс|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Кроль = [[Автор:Михаил Борисович Кроль|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Крейцер = [[Автор:Борис Александрович Крейцер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Кружков = [[Автор:Виктор Алексеевич Кружков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] | Кружков В. С. = [[Автор:Владимир Семёнович Кружков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Крупская = [[Автор:Надежда Константиновна Крупская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Крывелев = [[Автор:Иосиф Аронович Крывелёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Кубаркин = [[Автор:Леонтий Владимирович Кубаркин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. В. Кубицкий|А. Кубицкий = [[Автор:Александр Владиславович Кубицкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Кузмак = [[Автор:Евсей Маркович Кузмак|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Кузнецов = [[Автор:Константин Алексеевич Кузнецов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Кузнецов |И. Кузнецов/энтомология = [[Автор:Николай Яковлевич Кузнецов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Кузнецов = [[Автор:Пётр Саввич Кузнецов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Кузнецов = [[Автор:Сергей Иванович Кузнецов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Кулаковский = [[Автор:Лев Владимирович Кулаковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Куличенко = [[Автор:Василий Федосеевич Куличенко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Кульбацкий = [[Автор:Константин Ефимович Кульбацкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Кульков = [[Автор:Александр Ефимович Кульков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Кун = [[Автор:Николай Альбертович Кун|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Куницкий = [[Автор:Ростислав Владимирович Куницкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Курсанов = [[Автор:Лев Иванович Курсанов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Курский = [[Автор:Владимир Иванович Курский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Кусикьян = [[Автор:Иосиф Карпович Кусикьян|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Кюнер = [[Автор:Николай Васильевич Кюнер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. М. Лавровский = [[Автор:Владимир Михайлович Лавровский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Лагунов = [[Автор:Георгий Леонтьевич Лагунов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Лазарев = [[Автор:Виктор Никитич Лазарев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Лайнер = [[Автор:Владимир Ильич Лайнер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Ландсберг = [[Автор:Григорий Самуилович Ландсберг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Лапин = [[Автор:Марк Михайлович Лапин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Лебедев = [[Автор:Владимир Иванович Лебедев (историк)|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Лебедев = [[Автор:Дмитрий Дмитриевич Лебедев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Левик = [[Автор:Борис Вениаминович Левик|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Левин = [[Автор:Иосиф Давыдович Левин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Левинсон-Лессинг = [[Автор:Владимир Францевич Левинсон-Лессинг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Левинштейн = [[Автор:Израиль Ионасович Левинштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Левицкий = [[Автор:Николай Арсеньевич Левицкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Левшин = [[Автор:Вадим Леонидович Лёвшин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Леонардов = [[Автор:Борис Константинович Леонардов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Леонов = [[Автор:Александр Кузьмич Леонов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Леонов = [[Автор:Борис Максимович Леонов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Леонов = [[Автор:Михаил Андреевич Леонов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Леонтович = [[Автор:Михаил Александрович Леонтович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Леонтьев = [[Автор:Алексей Николаевич Леонтьев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Лепинь = [[Автор:Лидия Карловна Лепинь|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Лепский = [[Автор:Семён Семёнович Лепский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Лесник = [[Автор:Самуил Маркович Лесник|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Лесников = [[Автор:Михаил Павлович Лесников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Летавет = [[Автор:Август Андреевич Летавет|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Ливанская = [[Автор:Фаня Владимировна Ливанская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Линде = [[Автор:Владимир Владимирович Линде|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Липецкер = [[Автор:Михаил Семёнович Липецкер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Лившиц = [[Автор:Наталия Наумовна Лившиц|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Линчевский = [[Автор:Вадим Павлович Линчевский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Липшиц = [[Автор:Сергей Юльевич Липшиц|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Лихарев = [[Автор:Борис Константинович Лихарев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Ложечкин = [[Автор:Михаил Павлович Ложечкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Лозовецкий = [[Автор:Владимир Степанович Лозовецкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Лозовский = [[Автор:Соломон Абрамович Лозовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Лойцянский = [[Автор:Лев Герасимович Лойцянский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Э. Локшин = [[Автор:Эфраим Юдович Локшин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Сергей Алексеевич Лопашев|С. Л. = [[Автор:Сергей Алексеевич Лопашев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Лужецкая = [[Автор:Алла Николаевна Лужецкая|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Лукашова |Е. Лукашева = [[Автор:Евгения Николаевна Лукашова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Лукомский = [[Автор:Владислав Крескентьевич Лукомский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Лукомский = [[Автор:Илья Генрихович Лукомский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Лукомский = [[Автор:Сергей Меерович Лукомский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Лунц = [[Автор:Альберт Максимович Лунц|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Лунц = [[Автор:Ефим Борисович Лунц|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Лурия = [[Автор:Александр Романович Лурия|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Лурье = [[Автор:Анатолий Исакович Лурье|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Луцкий = [[Автор:Владимир Борисович Луцкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Львов = [[Автор:Николай Александрович Львов (ботаник)|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Ляхницкий = [[Автор:Валериан Евгеньевич Ляхницкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Ляховский = [[Автор:Александр Илларионович Ляховский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Лященко = [[Автор:Пётр Иванович Лященко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Магидович = [[Автор:Иосиф Петрович Магидович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Мазарович = [[Автор:Александр Николаевич Мазарович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Майер |В. И. Майер = [[Автор:Владимир Иванович Майер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Макеев = [[Автор:Павел Семёнович Макеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Максимов = [[Автор:Александр Николаевич Максимов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Максимов = [[Автор:Николай Александрович Максимов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Малицкая = [[Автор:Ксения Михайловна Малицкая|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Малкин = [[Автор:Марк Моисеевич Малкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Малышев = [[Автор:Михаил Петрович Малышев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Маляров = [[Автор:Константин Лукич Маляров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Мариенбах = [[Автор:Лев Михайлович Мариенбах|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Марков |П. А. Марков | П. М./театр = [[Автор:Павел Александрович Марков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Марков/геология = [[Автор:Пётр Николаевич Марков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Маркова = [[Автор:Раиса Ивановна Маркова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Маркузон = [[Автор:Фёдор Давидович Маркузон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Маркушевич = [[Автор:Алексей Иванович Маркушевич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Мартынов = [[Автор:Иван Иванович Мартынов (музыковед)|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Марцинковский = [[Автор:Борис Израилевич Марцинковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Матвеев = [[Автор:Борис Степанович Матвеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Маца = [[Автор:Иван Людвигович Маца|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Мачинский = [[Автор:Алексей Владимирович Мачинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Машкин = [[Автор:Николай Александрович Машкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Медынский = [[Автор:Евгений Николаевич Медынский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Мейер/микология = [[Автор:Елена Игнатьевна Мейер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Мейер = [[Автор:Елизавета Александровна Мейер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Мейер = [[Автор:Константин Игнатьевич Мейер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Меликов = [[Автор:Владимир Арсеньевич Меликов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Мельников = [[Автор:Игорь Александрович Мельников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Мамонтова = [[Автор:Лидия Ивановна Мамонтова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Менделева = [[Автор:Юлия Ароновна Менделева|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Менжинский = [[Автор:Евгений Александрович Менжинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Меницкий = [[Автор:Иван Антонович Меницкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Мендельсон = [[Автор:Лев Абрамович Мендельсон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Меншуткин = [[Автор:Борис Николаевич Меншуткин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Метёлкин = [[Автор:Анатолий Иванович Метёлкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Мещеряков = [[Автор:Николай Леонидович Мещеряков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Мигаловский = [[Автор:Константин Александрович Мигаловский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Миллер = [[Автор:Борис Всеволодович Миллер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Миллер = [[Автор:Валентин Фридрихович Миллер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Минаев = [[Автор:Владислав Николаевич Минаев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Мирский = [[Автор:Дмитрий Петрович Святополк-Мирский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Мирчинк = [[Автор:Георгий Фёдорович Мирчинк|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Митин М. Б. = [[Автор:Марк Борисович Митин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Михайлов = [[Автор:Александр Александрович Михайлов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Михайлов = [[Автор:Фёдор Михайлович Михайлов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Михальчи = [[Автор:Дмитрий Евгеньевич Михальчи|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Мишулин = [[Автор:Александр Васильевич Мишулин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Мнева = [[Автор:Надежда Евгеньевна Мнёва|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Мовшенсон = [[Автор:Александр Григорьевич Мовшенсон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Моисеев = [[Автор:Сергей Никандрович Моисеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Молок = [[Автор:Александр Иванович Молок|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. Молчанова = [[Автор:Ольга Павловна Молчанова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Моргунов = [[Автор:Николай Сергеевич Моргунов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Мордвинов = [[Автор:Василий Константинович Мордвинов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Мороховец = [[Автор:Евгений Андреевич Мороховец|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Мотылева = [[Автор:Тамара Лазаревна Мотылёва|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Мочалов В. Д. = [[Автор:Василий Дмитриевич Мочалов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ш. Мошковский |Ш. Машковский = [[Автор:Шабсай Давидович Мошковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Сергей Дмитриевич Мстиславский|С. Д. Мстиславский |С. Мстиславский = [[Автор:Сергей Дмитриевич Мстиславский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Муратов = [[Автор:Михаил Владимирович Муратов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Мысовский = [[Автор:Лев Владимирович Мысовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Мышкин = [[Автор:Николай Филиппович Мышкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Настюков = [[Автор:Александр Михайлович Настюков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Невежина = [[Автор:Вера Михайловна Невежина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Недошивин = [[Автор:Герман Александрович Недошивин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |З. Неедлы = [[Автор:Зденек Неедлы|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Н-ов = [[Автор:Николай Васильевич Нелидов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Немыцкий = [[Автор:Виктор Владимирович Немыцкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Нестурх = [[Автор:Михаил Фёдорович Нестурх|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Нестьев = [[Автор:Израиль Владимирович Нестьев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Неустроев | Н. Неустроев = [[Автор:Владимир Петрович Неустроев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Н-а = [[Автор:Милица Васильевна Нечкина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Никитин = [[Автор:Николай Павлович Никитин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Никифоров = [[Автор:Борис Матвеевич Никифоров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Николаев = [[Автор:Михаил Петрович Николаев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. Николаев = [[Автор:Олег Владимирович Николаев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Н-ий|В. Н.|В. Никольский = [[Автор:Владимир Капитонович Никольский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Никольский = [[Автор:Константин Вячеславович Никольский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Никольский = [[Автор:Николай Михайлович Никольский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Никонов = [[Автор:Владимир Андреевич Никонов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Новикова = [[Автор:Анна Михайловна Новикова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Новицкий = [[Автор:Георгий Андреевич Новицкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Нович = [[Автор:Иоанн Савельевич Нович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Новоспасский = [[Автор:Александр Фёдорович Новоспасский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Нусинов = [[Автор:Исаак Маркович Нусинов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Образцов = [[Автор:Владимир Николаевич Образцов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Обручев = [[Автор:Владимир Афанасьевич Обручев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Овчинников = [[Автор:Александр Михайлович Овчинников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Огнев |Б. О. = [[Автор:Борис Владимирович Огнев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Огнёв | С. И. Огнев |С. О. = [[Автор:Сергей Иванович Огнёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Оголевец = [[Автор:Георгий Степанович Оголевец|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Ойфебах = [[Автор:Марк Ильич Ойфебах|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Окнов = [[Автор:Михаил Григорьевич Окнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Окунев = [[Автор:Леопольд Яковлевич Окунев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Олещук = [[Автор:Фёдор Несторович Олещук|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Ольденбург = [[Автор:Сергей Фёдорович Ольденбург|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Опарин = [[Автор:Александр Иванович Опарин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Орлов = [[Автор:Борис Павлович Орлов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Орлов = [[Автор:Сергей Владимирович Орлов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Осадчий =[[Автор:Пётр Семёнович Осадчий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Осипов =[[Автор:Александр Михайлович Осипов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Осницкая =[[Автор:Галина Алексеевна Осницкая|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Оснос =[[Автор:Юрий Александрович Оснос|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Островитянов =[[Автор:Константин Васильевич Островитянов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Павлов = [[Автор:Михаил Александрович Павлов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Павловский = [[Автор:Евгений Никанорович Павловский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Пазухин = [[Автор:Василий Александрович Пазухин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Пальмбах = [[Автор:Александр Адольфович Пальмбах|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Панов = [[Автор:Дмитрий Юрьевич Панов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Парамонов = [[Автор:Александр Александрович Парамонов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Паренаго = [[Автор:Павел Петрович Паренаго|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Парийский = [[Автор:Николай Николаевич Парийский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Партигул = [[Автор:Соломон Пинкасович Партигул|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Пассек = [[Автор:Татьяна Сергеевна Пассек|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Пашков = [[Автор:Анатолий Игнатьевич Пашков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Певзнер = [[Автор:Лея Мироновна Певзнер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Певзнер = [[Автор:Мануил Исаакович Певзнер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Первушин = [[Автор:Сергей Алексеевич Первушин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Перетерский = [[Автор:Иван Сергеевич Перетерский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Перцев = [[Автор:Владимир Николаевич Перцев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Песков = [[Автор:Николай Петрович Песков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Петров = [[Автор:Сергей Гаврилович Петров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Петровский = [[Автор:Владимир Алексеевич Петровский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Петрокас = [[Автор:Леонид Венедиктович Петрокас|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Пидгайный = [[Автор:Леонид Ерофеевич Пидгайный|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Пик = [[Автор:Вильгельм Пик|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Пиков = [[Автор:Василий Иванович Пиков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Первухин = [[Автор:Михаил Георгиевич Первухин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Перевалов = [[Автор:Викторин Александрович Перевалов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Петров = [[Автор:Александр Ильич Петров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. К. Пиксанов|Н. Пиксанов = [[Автор:Николай Кирьякович Пиксанов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Писарев = [[Автор:Иннокентий Юльевич Писарев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Писаревский = [[Автор:Дмитрий Сергеевич Писаревский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Пильник = [[Автор:Михаил Ефремович Пильник|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Пичета = [[Автор:Владимир Иванович Пичета|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Плисецкий= [[Автор:Марк Соломонович Плисецкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Плотников = [[Автор:Кирилл Никанорович Плотников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Побле= [[Автор:Дмитрий Иосифович Побле|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Погребной= [[Автор:Лаврентий Иванович Погребной|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Поддубский= [[Автор:Иван Васильевич Поддубский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Подорожный= [[Автор:Николай Емельянович Подорожный|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Позин| В. И. Позин| В. П.| В. П-ин = [[Автор:Владимир Иванович Позин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Познер = [[Автор:Виктор Маркович Познер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Покалюк = [[Автор:Карл Иосифович Покалюк|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Покровский = [[Автор:Константин Доримедонтович Покровский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Н. Покровский = [[Автор:Михаил Николаевич Покровский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Полак = [[Автор:Иосиф Фёдорович Полак|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Половинкин = [[Автор:Александр Александрович Половинкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Поляков = [[Автор:Григорий Петрович Поляков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Пономарев = [[Автор:Павел Дмитриевич Пономарёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Понтрягин = [[Автор:Лев Семёнович Понтрягин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Попов = [[Автор:Владимир Александрович Попов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Попов = [[Автор:Константин Михайлович Попов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Попов = [[Автор:Николай Владимирович Попов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Попов = [[Автор:Павел Николаевич Попов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Попова/музыка = [[Автор:Татьяна Васильевна Попова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Попова = [[Автор:Татьяна Григорьевна Попова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Поршнев = [[Автор:Борис Фёдорович Поршнев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Поспелов П. Н. = [[Автор:Пётр Николаевич Поспелов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Потемкин = [[Автор:Фёдор Васильевич Потёмкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Прасолов = [[Автор:Леонид Иванович Прасолов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Предводителев = [[Автор:Александр Саввич Предводителев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Преображенский = [[Автор:Борис Сергеевич Преображенский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Преображенский = [[Автор:Николай Алексеевич Преображенский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Пригоровский = [[Автор:Георгий Михайлович Пригоровский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Приоров = [[Автор:Николай Николаевич Приоров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Пробст = [[Автор:Абрам Ефимович Пробст|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Прунцов = [[Автор:Василий Васильевич Прунцов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Пуришев = [[Автор:Борис Иванович Пуришев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Путинцев = [[Автор:Фёдор Максимович Путинцев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Пучков = [[Автор:Александр Сергеевич Пучков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Пышнов = [[Автор:Владимир Сергеевич Пышнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Пятигорский = [[Автор:Моисей Гдальевич Пятигорский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Пятышева = [[Автор:Наталья Валентиновна Пятышева|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Радванский = [[Автор:Владимир Донатович Радванский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Радек = [[Автор:Карл Бернгардович Радек|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Радциг = [[Автор:Александр Александрович Радциг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Радциг = [[Автор:Николай Иванович Радциг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Радциг = [[Автор:Сергей Иванович Радциг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Р. = [[Автор:Сергей Иванович Раевич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Раздорский = [[Автор:Владимир Фёдорович Раздорский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Разенков = [[Автор:Иван Петрович Разенков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Раимов = [[Автор:Риф Мухсинович Раимов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Райко = [[Автор:Николай Васильевич Райко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Райхинштейн = [[Автор:Михаил Наумович Райхинштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Ракитников = [[Автор:Андрей Николаевич Ракитников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Раковский = [[Автор:Адам Владиславович Раковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Рамзаев = [[Автор:Дмитрий Александрович Рамзаев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Ранович = [[Автор:Абрам Борисович Ранович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Рапопорт = [[Автор:Яков Львович Рапопорт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Рау = [[Автор:Фёдор Андреевич Рау|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Рафалович = [[Автор:Иосиф Маркович Рафалович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Рафалькес = [[Автор:Соломон Борисович Рафалькес|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Рахманов = [[Автор:Виктор Александрович Рахманов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Редер = [[Автор:Дмитрий Григорьевич Редер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Резцова = [[Автор:Мария Васильевна Резцова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Рейхард|А. Рейхарт = [[Автор:Александр Юльевич Рейхардт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Ренчицкий = [[Автор:Пётр Николаевич Ренчицкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Рихтер = [[Автор:Гавриил Дмитриевич Рихтер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Ровнов = [[Автор:Алексей Сергеевич Ровнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Рогаль-Левицкий = [[Автор:Дмитрий Романович Рогаль-Левицкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Рогинская = [[Автор:Фрида Соломоновна Рогинская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Родов = [[Автор:Яков Иосифович Родов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Розенбаум = [[Автор:Натан Давидович Розенбаум|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Розенберг = [[Автор:Давид Иохелевич Розенберг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Розенталь = [[Автор:Марк Моисеевич Розенталь|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Розенштейн = [[Автор:Лазарь Ильич Розенштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Розенштейн/медицина = [[Автор:Лев Маркович Розенштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Рокицкий = [[Автор:Пётр Фомич Рокицкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Романовский = [[Автор:Всеволод Иванович Романовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Ростоцкий = [[Автор:Болеслав Норберт Иосифович Ростоцкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Ростоцкий = [[Автор:Иосиф Болеславович Ростоцкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Ротерт = [[Автор:Павел Павлович Роттерт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Ротштейн = [[Автор:Фёдор Аронович Ротштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. И. Рубин = [[Автор:Исаак Ильич Рубин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Рубинштейн = [[Автор:Николай Леонидович Рубинштейн (1897—1963)|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Рубинштейн/(1902—1952) = [[Автор:Николай Леонидович Рубинштейн (1902—1952)|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Ругг = [[Автор:Вениамин Маврикиевич Ругг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Рудных = [[Автор:Семён Павлович Рудных|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Румянцев = [[Автор:Алексей Всеволодович Румянцев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Рыбникова = [[Автор:Мария Александровна Рыбникова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Рывкинд = [[Автор:Александр Васильевич Рывкинд|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Рыжков = [[Автор:Виталий Леонидович Рыжков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Рытиков = [[Автор:Николай Александрович Рытиков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Рытов = [[Автор:Сергей Михайлович Рытов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Савинский = [[Автор:Дмитрий Васильевич Савинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Савич = [[Автор:Александр Антонович Савич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Самойло|А. С. = [[Автор:Александр Сергеевич Самойло|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Самойлов|А. С. = [[Автор:Александр Филиппович Самойлов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Санжеев = [[Автор:Гарма Данцаранович Санжеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Санина = [[Автор:Александра Васильевна Санина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Санталов = [[Автор:Арсений Алексеевич Санталов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Сахаров = [[Автор:Пётр Васильевич Сахаров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Свирин = [[Автор:Алексей Николаевич Свирин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Севин = [[Автор:Сергей Иванович Севин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Семёнов/стратонавт = [[Автор:Виктор Александрович Семёнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Семенов |В. Семёнов = [[Автор:Виктор Фёдорович Семёнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Семенов-Тян-Шанский |В. Семёнов-Тян-Шанский |В. Семёнов Тян-Шанский = [[Автор:Вениамин Петрович Семёнов-Тян-Шанский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Семенченко = [[Автор:Владимир Ксенофонтович Семенченко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Сергеев = [[Автор:Михаил Алексеевич Сергеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Сергеев/химик = [[Автор:Пётр Гаврилович Сергеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Сергеев/инженер = [[Автор:Пётр Сергеевич Сергеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Сергиевский = [[Автор:Максим Владимирович Сергиевский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Серейский = [[Автор:Александр Самойлович Серейский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Серейский = [[Автор:Марк Яковлевич Серейский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Сивков = [[Автор:Константин Васильевич Сивков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Сидоров = [[Автор:Алексей Алексеевич Сидоров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Сидорова = [[Автор:Вера Александровна Сидорова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. И. Силищенский|М. Силищенский = [[Автор:Митрофан Иванович Силищенский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Симкин = [[Автор:Соломон Маркович Симкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Синев = [[Автор:Пётр Иванович Синев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Синельников = [[Автор:Николай Александрович Синельников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Ситковский = [[Автор:Евгений Петрович Ситковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Сказкин|С. С. = [[Автор:Сергей Данилович Сказкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Скачков = [[Автор:Иван Иванович Скачков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Скрябин = [[Автор:Константин Иванович Скрябин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Скундина = [[Автор:Мария Генриховна Скундина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Славин = [[Автор:Владимир Ильич Славин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. В. Славин = [[Автор:Самуил Венедиктович Славин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Сливкер = [[Автор:Борис Юльевич Сливкер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Слоневский = [[Автор:Сигизмунд Иванович Слоневский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Смирнов = [[Автор:Александр Иванович Смирнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Смирнов = [[Автор:Василий Степанович Смирнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Смирнов = [[Автор:Николай Александрович Смирнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Смирнский = [[Автор:Василий Иванович Смирнский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Сморгонский = [[Автор:Леонид Михайлович Сморгонский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Смышляков = [[Автор:Василий Иванович Смышляков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Соболев = [[Автор:Николай Иванович Соболев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Соболев = [[Автор:Юрий Васильевич Соболев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. С-ль |С. Соболь = [[Автор:Самуил Львович Соболь|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Советкин = [[Автор:Фёдор Фролович Советкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Советов = [[Автор:Сергей Александрович Советов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Соколов = [[Автор:Иван Сергеевич Соколов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Соколов = [[Автор:Николай Сергеевич Соколов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |З. П. Соловьев = [[Автор:Зиновий Петрович Соловьёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Соловьёва = [[Автор:Валентина Александровна Соловьёва|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Сольский = [[Автор:Дмитрий Антонович Сольский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Сперанский = [[Автор:Александр Николаевич Сперанский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Сперанский = [[Автор:Георгий Несторович Сперанский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Спиваковский = [[Автор:Александр Онисимович Спиваковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Спиру = [[Автор:Василий Львович Спиру|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Спрыгина = [[Автор:Людмила Ивановна Спрыгина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Сретенский = [[Автор:Леонид Николаевич Сретенский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Стайковский = [[Автор:Аркадий Павлович Стайковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Сталин = [[Автор:Иосиф Виссарионович Сталин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Стальный = [[Автор:Вениамин Александрович Стальный|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Станков = [[Автор:Сергей Сергеевич Станков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Станчинский = [[Автор:Владимир Владимирович Станчинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Старицина = [[Автор:Павла Павловна Старицина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Стекольников = [[Автор:Илья Самуилович Стекольников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Степанов = [[Автор:Вячеслав Васильевич Степанов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ц. Степанян = [[Автор:Цолак Александрович Степанян|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. С. = [[Автор:Оскар Августович Степун|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Стоклицкая-Терешкович = [[Автор:Вера Вениаминовна Стоклицкая-Терешкович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Страментов = [[Автор:Андрей Евгеньевич Страментов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Страхов = [[Автор:Николай Михайлович Страхов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Страшун = [[Автор:Илья Давыдович Страшун|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Стрелков = [[Автор:Пётр Георгиевич Стрелков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Стрелецкий = [[Автор:Николай Станиславович Стрелецкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Стрельчук = [[Автор:Иван Васильевич Стрельчук|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Струмилин = [[Автор:Станислав Густавович Струмилин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Струминский = [[Автор:Василий Яковлевич Струминский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Субботин = [[Автор:Михаил Фёдорович Субботин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Суворов = [[Автор:Сергей Георгиевич Суворов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Сукачев = [[Автор:Владимир Николаевич Сукачёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Сулейкин = [[Автор:Дмитрий Александрович Сулейкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Сумароков = [[Автор:Виктор Павлович Сумароков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Суслов = [[Автор:Сергей Петрович Суслов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Сухарев = [[Автор:Владимир Иванович Сухарев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Сушкин = [[Автор:Гавриил Григорьевич Сушкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Сушкин = [[Автор:Пётр Петрович Сушкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Сыроечковский = [[Автор:Борис Евгеньевич Сыроечковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Сыромятников = [[Автор:Борис Иванович Сыромятников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Сысин = [[Автор:Алексей Николаевич Сысин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Сычевская = [[Автор:Валентина Ивановна Сычевская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Евг. Тагер = [[Автор:Евгений Борисович Тагер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Тайц = [[Автор:Михаил Юрьевич Тайц|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Тапельзон = [[Автор:Самуил Львович Тапельзон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Тарасевич = [[Автор:Лев Александрович Тарасевич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Тарасенков |Ан. Тарасенков = [[Автор:Анатолий Кузьмич Тарасенков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Тарасов = [[Автор:Всеволод Вячеславович Тарасов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Тарасов = [[Автор:Николай Иванович Тарасов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Тареев|Е. Т. = [[Автор:Евгений Михайлович Тареев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Тереношкин = [[Автор:Алексей Иванович Тереножкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Тарле = [[Автор:Евгений Викторович Тарле|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Таубман = [[Автор:Аркадий Борисович Таубман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Теплов = [[Автор:Борис Михайлович Теплов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Терентьев = [[Автор:Александр Петрович Терентьев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Терентьев = [[Автор:Фёдор Александрович Терентьев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Терновец = [[Автор:Борис Николаевич Терновец|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Тимирязев = [[Автор:Аркадий Климентьевич Тимирязев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Тимирязев = [[Автор:Климент Аркадьевич Тимирязев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Тимофеев = [[Автор:Леонид Иванович Тимофеев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Тихов = [[Автор:Гавриил Адрианович Тихов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Тихомирнов = [[Автор:Герман Александрович Тихомирнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Тихомиров = [[Автор:Евгений Иванович Тихомиров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Тихомиров = [[Автор:Михаил Николаевич Тихомиров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Тишбейн = [[Автор:Роман Робертович Тишбейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Токарев = [[Автор:Сергей Александрович Токарев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Токмалаев = [[Автор:Савва Фёдорович Токмалаев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Толчинский, А. А.|А. Т-ский = [[Автор:Анатолий Абрамович Толчинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Точильников = [[Автор:Гирш Моисеевич Точильников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Трайнин = [[Автор:Арон Наумович Трайнин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Транковский = [[Автор:Даниил Александрович Транковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. Трахтенберг = [[Автор:Орест Владимирович Трахтенберг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Трахтман = [[Автор:Яков Наумович Трахтман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Третьяков = [[Автор:Григорий Михайлович Третьяков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Т. = [[Автор:Мария Лазаревна Тронская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Троцкий = [[Автор:Иосиф Моисеевич Тронский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Трояновский = [[Автор:Александр Антонович Трояновский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Трубин = [[Автор:Константин Георгиевич Трубин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Трухин = [[Автор:Фёдор Иванович Трухин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Трушлевич = [[Автор:Виктор Иванович Трушлевич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Тудоровский = [[Автор:Александр Илларионович Тудоровский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ш. Турецкий = [[Автор:Шамай Яковлевич Турецкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Туркин = [[Автор:Владимир Константинович Туркин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Тутыхин = [[Автор:Борис Алексеевич Тутыхин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Тюляев = [[Автор:Семён Иванович Тюляев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Угрюмов = [[Автор:Павел Григорьевич Угрюмов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Удальцов = [[Автор:Иван Дмитриевич Удальцов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Уманский = [[Автор:Яков Семёнович Уманский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Уразов = [[Автор:Георгий Григорьевич Уразов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Усков = [[Автор:Борис Николаевич Усков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Ухтомский = [[Автор:Алексей Алексеевич Ухтомский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Фабелинский = [[Автор:Иммануил Лазаревич Фабелинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Фатуев = [[Автор:Роман Максимович Фатуев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Фёдоров = [[Автор:Владимир Григорьевич Фёдоров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Федоров-Давыдов |А. Фёдоров-Давыдов = [[Автор:Алексей Александрович Фёдоров-Давыдов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Федорович = [[Автор:Борис Александрович Федорович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Федченко = [[Автор:Борис Алексеевич Федченко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Фейгель = [[Автор:Иосиф Исаакович Фейгель|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Фесенко = [[Автор:Прокопий Ильич Фесенко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Фесенков = [[Автор:Василий Григорьевич Фесенков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Фигурнов = [[Автор:Пётр Константинович Фигурнов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Филатов = [[Автор:Владимир Петрович Филатов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Филимонов = [[Автор:Иван Николаевич Филимонов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Филин = [[Автор:Федот Петрович Филин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Филиппов = [[Автор:Михаил Иванович Филиппов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Филоненко-Бородич = [[Автор:Михаил Митрофанович Филоненко-Бородич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Ф—ко = [[Автор:Юрий Александрович Филипченко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Флинт = [[Автор:Евгений Евгеньевич Флинт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Флорин = [[Автор:Вильгельм Флорин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Фомичев = [[Автор:Андрей Петрович Фомичев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Фомина = [[Автор:Вера Александровна Фомина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Франк |Г. Ф. = [[Автор:Глеб Михайлович Франк|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Францов = [[Автор:Юрий Павлович Францев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Фрейман |А. Ф./лингвистика = [[Автор:Александр Арнольдович Фрейман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Фридман = [[Автор:Александр Александрович Фридман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Фриш = [[Автор:Сергей Эдуардович Фриш|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Фролов = [[Автор:Нил Спиридонович Фролов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Фронштейн |Р. Ф./медицина = [[Автор:Рихард Михайлович Фронштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Н. Фрумкин |А. Ф. = [[Автор:Александр Наумович Фрумкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Фрумов = [[Автор:Соломон Абрамович Фрумов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Хайкин = [[Автор:Семён Эммануилович Хайкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Халфин = [[Автор:Александр Менделевич Халфин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Хачатуров = [[Автор:Тигран Сергеевич Хачатуров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Хвойник |Игн. Хвойник = [[Автор:Игнатий Ефимович Хвойник|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Хвостов = [[Автор:Владимир Михайлович Хвостов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Хибарин = [[Автор:Иван Николаевич Хибарин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Хинчин = [[Автор:Александр Яковлевич Хинчин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Холин = [[Автор:Сергей Сергеевич Холин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Холодный = [[Автор:Николай Григорьевич Холодный|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Храмой = [[Автор:Александр Владимирович Храмой|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Хромов = [[Автор:Павел Алексеевич Хромов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Хромов = [[Автор:Сергей Петрович Хромов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Хухрина = [[Автор:Екатерина Владимировна Хухрина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Цейтлин = [[Автор:Александр Григорьевич Цейтлин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Цейтлин = [[Автор:Василий Михайлович Цейтлин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Церевитинов = [[Автор:Фёдор Васильевич Церевитинов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Цицин = [[Автор:Николай Васильевич Цицин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Цшохер = [[Автор:Вольдемар Оскарович Цшохер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Цыпкин | М. С. Цыпкин = [[Автор:Михаил Семёнович Цыпкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. Чаадаева = [[Автор:Ольга Нестеровна Чаадаева|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Чебоксаров = [[Автор:Николай Николаевич Чебоксаров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Чегодаев = [[Автор:Андрей Дмитриевич Чегодаев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Чельцов = [[Автор:Всеволод Сергеевич Чельцов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Чельцов = [[Автор:Михаил Александрович Чельцов-Бебутов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Чемоданов|Н. Ч. = [[Автор:Николай Сергеевич Чемоданов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Чемоданов = [[Автор:Сергей Михайлович Чемоданов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Черемных = [[Автор:Павел Семенович Черемных|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. М. Черемухин|А. Черемухин|А. Ч. = [[Автор:Алексей Михайлович Черёмухин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Черенков = [[Автор:Павел Алексеевич Черенков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Черенович = [[Автор:Станислав Янович Черенович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Черников = [[Автор:Павел Акимович Черников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Чернов = [[Автор:Александр Александрович Чернов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ф. Чернов = [[Автор:Филарет Филаретович Чернов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Черномордик = [[Автор:Ефим Яковлевич Черномордик|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Четвериков = [[Автор:Сергей Дмитриевич Четвериков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Чехов = [[Автор:Николай Владимирович Чехов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Чирвинский = [[Автор:Пётр Николаевич Чирвинский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Чистов = [[Автор:Борис Николаевич Чистов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Чорба = [[Автор:Николай Григорьевич Чорба|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Чичеров = [[Автор:Владимир Иванович Чичеров|{{#titleparts:{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}|1|1}}]] |А. Е. Чичибабин|А. Чичибабин|А. Ч./Чичибабин = [[Автор:Алексей Евгеньевич Чичибабин|{{#titleparts:{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}|1|1}}]] |Е. Шаблиовский = [[Автор:Евгений Степанович Шаблиовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Шайн = [[Автор:Григорий Абрамович Шайн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Шапиро/лингвистика = [[Автор:Абрам Борисович Шапиро|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Шапиро = [[Автор:Александр Яковлевич Шапиро|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Шапиро = [[Автор:Гавриил Семёнович Шапиро|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Шапошников = [[Автор:Владимир Николаевич Шапошников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Шатский = [[Автор:Николай Сергеевич Шатский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Шафранов = [[Автор:Борис Владимирович Шафранов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Шахназаров = [[Автор:Мушег Мосесович Шахназаров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Ш.|Е. Шварцман = [[Автор:Евсей Манасеевич Шварцман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Шведский = [[Автор:Иосиф Евсеевич Шведский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Шеварев = [[Автор:Пётр Алексеевич Шеварёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Шейнберг = [[Автор:Александр Ефимович Шейнберг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. Шекун = [[Автор:Олимпиада Алексеевна Шекун|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Гергард Густавович Шенберг|Г. Г. Шенберг = [[Автор:Гергард Густавович Шенберг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Шенк = [[Автор:Алексей Константинович Шенк|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Щерба = [[Автор:Лев Владимирович Щерба|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Шестаков = [[Автор:Андрей Васильевич Шестаков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Шибанов = [[Автор:Николай Владимирович Шибанов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Шийк = [[Автор:Андрей Александрович Шийк|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Шиллинг = [[Автор:Евгений Михайлович Шиллинг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Шилов = [[Автор:Николай Иванович Шилов|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Шифринсон = [[Автор:Борис Львович Шифринсон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Шкварников = [[Автор:Пётр Климентьевич Шкварников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Шлапоберский |В. Ш. = [[Автор:Василий Яковлевич Шлапоберский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Я. Шляхтер = [[Автор:Яков Израилевич Шляхтер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Шмальгаузен = [[Автор:Иван Иванович Шмальгаузен|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Шмидт = [[Автор:Георгий Александрович Шмидт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Шмидт|Дж. А. Шмидт|Дж. Шмидт = [[Автор:Джемс Альфредович Шмидт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |О. Шмидт = [[Автор:Отто Юльевич Шмидт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Шмырев = [[Автор:Валериан Иванович Шмырёв|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. Шнеерсон = [[Автор:Григорий Михайлович Шнеерсон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Шницер = [[Автор:Соломон Соломонович Шницер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Ю. Шокальский = [[Автор:Юлий Михайлович Шокальский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Шокин = [[Автор:Иван Николаевич Шокин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Ш.|Р. Шор = [[Автор:Розалия Осиповна Шор|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Е. Штаерман = [[Автор:Елена Михайловна Штаерман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Штейн = [[Автор:Виктор Морицович Штейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Р. Штейнман = [[Автор:Рафаил Яковлевич Штейнман|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Штейнпресс = [[Автор:Борис Соломонович Штейнпресс|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Штернфельд = [[Автор:Ари Абрамович Штернфельд|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Штокмар = [[Автор:Михаил Петрович Штокмар|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Штурм = [[Автор:Леонилла Дмитриевна Штурм|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Шубников = [[Автор:Алексей Васильевич Шубников|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Шулейкин. = [[Автор:Иван Дмитриевич Шулейкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Шульга-Нестеренко = [[Автор:Мария Ивановна Шульга-Нестеренко|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Шунков = [[Автор:Виктор Иванович Шунков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |У. Шустер = [[Автор:Ура Абрамович Шустер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Л. Шухгальтер = [[Автор:Лев Яковлевич Шухгальтер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Т. Щапова = [[Автор:Татьяна Фёдоровна Щапова|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Щербина = [[Автор:Владимир Родионович Щербина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Щукин = [[Автор:Иван Семёнович Щукин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Щукина = [[Автор:Мария Николаевна Щукина|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Шушаков = [[Автор:Андрей Семёнович Шушаков|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |З. Эвальд = [[Автор:Зинаида Викторовна Эвальд|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |З. Эггерт = [[Автор:Зинаида Карловна Эггерт|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Д. Эдинг = [[Автор:Дмитрий Николаевич Эдинг|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Эйнис = [[Автор:Владимир Львович Эйнис|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Эйхенбаум = [[Автор:Борис Михайлович Эйхенбаум|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Г. В. Эпштейн|Г. Эпштейн = [[Автор:Герман Вениаминович Эпштейн|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Эттингер = [[Автор:Павел Давыдович Эттингер|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Юзефович = [[Автор:Иосиф Сигизмундович Юзефович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |М. Юнович = [[Автор:Минна Марковна Юнович|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Юрковский = [[Автор:Александр Моисеевич Юрковский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Юшкевич = [[Автор:Адольф Павлович Юшкевич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |З. Явич = [[Автор:Залкинд Моисеевич Явич|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Яворская = [[Автор:Нина Викторовна Яворская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Якобсон = [[Автор:Пётр Васильевич Якобсон|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Яковкин = [[Автор:Авенир Александрович Яковкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |А. Яковлев = [[Автор:Алексей Иванович Яковлев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |К. Яковлев = [[Автор:Константин Павлович Яковлев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Яковлев = [[Автор:Николай Никифорович Яковлев|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |И. Якушкин = [[Автор:Иван Вячеславович Якушкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |В. Ямушкин = [[Автор:Василий Петрович Ямушкин|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Н. Яницкий = [[Автор:Николай Фёдорович Яницкий|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |С. Яновская = [[Автор:Софья Александровна Яновская|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Ярустовский = [[Автор:Борис Михайлович Ярустовский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |П. Ярчевский = [[Автор:Пётр Григорьевич Ярчевский|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |Б. Яфаров = [[Автор:Бекер Арифович Яфаров|{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}}]] |{{#titleparts:{{{1}}}|1|1}} }}<noinclude>{{doc-inline}} Возвращает вики-ссылку на страницу автора. Используется в [[:Шаблон:БСЭ1/Автор статьи в словнике]]. Вероятно стоит вынести сюда же список авторов из [[:Шаблон:БСЭ1/Автор]], чтобы не дублировать. Но там зачем-то используются точки. Принимает 1 параметр: инициалы автора. == См. также == * [[:Шаблон:БСЭ2/Авторы]] [[Категория:Шаблоны проектов]] </noinclude> nrqb43wbih0j3bwvozb4jied2lguw82 3 1220253 5729144 5726631 2026-07-12T07:11:16Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729144 wikitext text/x-wiki л__NOTOC__ <pre><nowiki> {{subst:L}} <!-- {{переведённая статья|uk||Перевод по состоянию на 12 июля 2026 года.}} {{Статья проекта США|уровень=III|важность=высокая}} --> {{Другие значения|}} {{НП-США |статус = [[Город (США)|Город]] |русское название = |оригинальное название = |изображение = |описание изображения = |герб = |флаг = |ширина герба = |ширина флага = |lat_dir = |lat_deg = |lat_min = |lat_sec = |lon_dir = |lon_deg = |lon_min = |lon_sec = |CoordScale = |штат = Джорджия |штат в таблице = Джорджия{{!}}Джорджия |вид округа = Округ |округ = |округ в таблице = {{!}} |вид общины = |община = |община в таблице = |внутреннее деление = |вид главы = |глава = |дата основания = |первое упоминание = |прежние имена = |статус с = |площадь = |высота центра НП = |климат = |официальный язык = английский |население = |год переписи = |плотность = |агломерация = |национальный состав = |конфессиональный состав = |этнохороним = |часовой пояс = |DST = |телефонный код = |почтовый индекс = |почтовые индексы = |автомобильный код = |вид идентификатора = |цифровой идентификатор = |сайт = |язык сайта = }} '''''' ({{lang-en|}}) — [[Список городов США с населением более 100 тысяч жителей|город]] и [[Административный центр округа (США)|административный центр]] ([[столица]]) [[Список округов США|округа]] [[|]] в [[Штат (США)|штате]] [[Джорджия]] в [[Соединённые Штаты Америки|Соединённых Штатах Америки]]. Согласно результатам [[Перепись населения США (2020)|переписи населения США]], проведённой в [[2020 год]]у, число жителей города составляло (на 1 апреля) {{num|}} человек, что заметно ьше (), чем было во время [[Перепись населения США (2010)|предыдущей переписи]] прошедшей в [[2010 год]]у ({{num|}} человек). == История == <!-- [[Файл:|thumb|слева|192px|{{center|}}]] В году поселение было инкорпорировано и включено в реестр штата {{iw|Генеральная Ассамблея Джорджии|Законодательным собранием штата Джорджия|uk|Генеральна асамблея штату Джорджія}}, благодаря чему некорпоративное сообщество официально получило статус [[Город (США)|города]] («''Сity of» / «Town of''»). С момента основания население города довольно уверенно росло каждое десятилетие со скоростью от ([[Перепись населения США ()|-е]]) до ([[Перепись населения США ()|-е]]); единственный раз, когда число горожан снизилось пришёлся на [[Перепись населения США ()|-е]] (). Своего пикового значения ( человек) население сообщества, в ходе десятилетних переписей, достигло во время [[Перепись населения США ()|переписи населения года]]. Исторический [[Даунтаун|центр города]] и несколько отдельных архитектурных объектов сообщества были занесены в [[Национальный реестр исторических мест США]]<ref>[https://www.nps.gov/subjects/nationalregister/index.htm Официальный сайт НРИМ США]{{ref|en}}.</ref>, что привлекает [[туризм|туристов]], чем способствует процветанию местной розничной торговли, сферы услуг и, как следствие, наполнению муниципальной казны. --> == География == <!-- [[Файл:|слева|192px|мини|{{center|Город на карте округа}}]] [[Файл:|thumb|слева|192px|{{center|Возрастная диаграмма <br> (составлена в 2000 году)}}]] Город расположен в центральной части округа [[|]] в американском штате [[Джорджия]], несколько [[Географический центр|географического центра]] округа. В соответствии с данными указанными на сайте центрального статистического органа страны — [[Бюро переписи населения США]], общая площадь города, расположенного на высоте около метров над [[Высота над уровнем моря|уровнем моря]], составляет --> == Климат == <!-- Согласно данным представленным [[Национальная метеорологическая служба|Национальной метеорологической службой США]] --> == См. также == * [[Список городов Джорджии по численности населения]] == Примечания == {{примечания}} == Ссылки == <!-- {{Родственные проекты}} * {{wikivoyage|}} --> * {{official website|}} * [ Официальный портал округа ], штат Джорджия, США{{ref|en}}. * {{commonscat-inline|}} {{Внешние ссылки}}{{^v}} {{Окружные центры Джорджии}} {{Джорджия}} {{US-geo-stub}} [[Категория:Города Джорджии]] [[Категория:Окружные центры Джорджии]] [[Категория:Населённые пункты округа (Джорджия)]] <!-- [[Категория:Города, названные в честь людей]] [[Категория:Появились в (с 1776 года) году в США]] [[Категория:Объекты, названные в честь людей]] [[Категория:Административные единицы, образованные в году]] [[Категория:Населённые пункты, основанные в году]] --> </nowiki></pre> ildbgfmw8crud2murr890hqovw205bh 104 1224031 5729146 5727654 2026-07-12T08:15:42Z Monedula 5 razr 5729146 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Monedula" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude><section begin="Урок XIV" /> {{nop}} [[Файл:Brandt Chinese Guide p 120a.png|800px|center]] {{^|2.5em}} [[Файл:Brandt Chinese Guide p 099a.png|200px|center]] <section end="Урок XIV" /> <section begin="Урок XV" /> {{heading|6|m=1.5em|{{razr|Урокъ}} XV.}} {| class="reader12" lang="{{КафаровПопов-язык1}}" | || || || || || 蝙 || 蝠{{КафаровПопов-запятая|2}} || || || || || |- |colspan="12" class="blankline"| |- | 出{{КафаровПопов-запятая|1}} || 晝 || 共 || 盟{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 也{{КафаровПопов-запятая}} || 吾 || 蝠 || 鳥{{КафаровПопов-запятая|2}} || 曰{{КафаровПопов-запятая}} || 蝙 || 常 || 鳥 |- | 必 || 見{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 斥{{КафаровПопов-запятая|4}} || 蝙 || 未 || 有 || 走 || 也{{КафаровПопов-запятая}} || 吾 || 蝠 || 中 || 與 |- | 以 || 故 || 之{{КафаровПопов-запятая}} || 蝠 || 幾 || 四 || 入 || 獸 || 有 || 飛 || 立{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 獸 |- | 夜{{КафаровПопов-запятая}} || 蝙 || 令 || 在 || 二 || 足{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 獸 || 勝{{КафаровПопов-запятая|4}} || 兩 || 入 || 鳥 || 鬨{{КафаровПопов-запятая|4,}} |- | || 蝠 || 不 || 側{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 族 || 固 || 羣{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 則 || 翼{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 鳥 || 勝{{КафаровПопов-запятая|4}} || 蝙 |- | || 之 || 得 || 遂 || 締 || 獸{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 曰{{КафаровПопов-запятая}} || 蝙 || 固 || 羣{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 則 || 蝠 |} {{^|2em}} {| class="reader12" lang="{{КафаровПопов-язык1}}" | || || || || || 小 || 鳥{{КафаровПопов-запятая|3}} || || || || || |- |colspan="12" class="blankline"| |- | 中{{КафаровПопов-запятая|1}} || 而 || 鳥 || 覆{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 天 || 閉 || 空 || 自 || 汝 || 籠 || 提 || 小 |- | 永 || 遷{{КафаровПопов-запятая|1}} || 曰{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 不 || 寒 || 居 || 曠{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 有 || 其 || 中 || 竹 || 鳥 |- | 受 || 之 || 我 || 如 || 風 || 籠 || 去 || 巢 || 來 || 潔 || 籠{{КафаровПопов-запятая|2}} || 飛 |- | 汝 || 可 || 擇 || 籠 || 雪 || 中{{КафаровПопов-запятая|1}} || 來 || 在 || 居{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 淨{{КафаровПопов-запятая|4}} || 以 || 集 |- | 之 || 也{{КафаровПопов-запятая|3,}} || 和 || 之 || 至{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 也{{КафаровПопов-запятая}} || 自 || 樹 || 小 || 食 || 手 || 樹 |- | 朿{{КафаровПопов-запятая|1}} || 若 || 暖 || 安 || 巢 || 女 || 如{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 上{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 鳥 || 物 || 招{{КафаровПопов-запятая|4}} || 上{{КафаровПопов-запятая|4,}} |- | 縛 || 居 || 之 || 適{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 將 || 童 || 不 || 四 || 曰{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 甘 || 之{{КафаровПопов-запятая}} || 女 |- | 矣{{КафаровПопов-запятая}} || 籠 || 所{{КафаровПопов-запятая|3}} || 小 || 傾 || 曰{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 願 || 顧 || 我 || 美{{КафаровПопов-запятая|3,}} || 曰{{КафаровПопов-запятая}} || 童 |} {{^|2em}} {| class="reader12 reader11" lang="{{КафаровПопов-язык1}}" | || || ||class="_right1"| 體 ||class="_right1"| 操 ||class="_right1"| 之 ||class="_right2"| 益{{КафаровПопов-запятая|4}} || || || || |- |colspan="12" class="blankline"| |- | 遂 || 月{{КафаровПопов-запятая|4}} || 某 || 之{{КафаровПопов-запятая}} || 羸 || 筋 || 操 || 任 || 生 || 師 || 某 |- | 日 || 食 || 生 || 久 || 弱{{КафаровПопов-запятая|4}} || 骨{{КафаровПопов-запятая|3,}} || 能 || 操{{КафаровПопов-запятая|1}} || 曰{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 命 || 生 |- | 壯{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 量 || 從{{КафаровПопов-запятая|2}} || 之 || 者{{КафаровПопов-запятая}} || 正 || 活 || 也{{КафаровПопов-запятая}} || 我 || 習 || 初 |- | || 大 || 之{{КафаровПопов-запятая}} || 必 || 爾 || 所 || 血 || 師 || 羸 || 體 || 入 |- | || 增{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 未 || 獲 || 曷 || 以 || 脈{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 曰{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 弱{{КафаровПопов-запятая|4}} || 操{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 學 |- | || 體 || 數 || 益{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 試{{КафаровПопов-запятая|4}} || 醫 || 强 || 體 || 不 || 某 || 堂{{КафаровПопов-запятая|2,}} |} {{^|2em}} <section end="Урок XV" /><noinclude><!-- --> {{колонтитул|120||121 {{smaller|16*}}}} <references /> </div></noinclude> t61yn4lxpckmk6ucghossah8ii3bfec 0 1225594 5729042 5728690 2026-07-11T15:21:19Z Vladis13 49438 5729042 wikitext text/x-wiki {{Отексте | АВТОР = Николай Алексеевич Некрасов | НАЗВАНИЕ = Кольцо маркизы, или Ночь в хлопотах | ПОДЗАГОЛОВОК = Водевиль в одном действии, переведённый с французского Н. Перепельским | ЧАСТЬ = | СОДЕРЖАНИЕ = | ИЗЦИКЛА = | ИЗСБОРНИКА = | ДАТАСОЗДАНИЯ = | ДАТАПУБЛИКАЦИИ = 1842 | ПЕРВАЯПУБЛИКАЦИЯ = | ЯЗЫКОРИГИНАЛА = | НАЗВАНИЕОРИГИНАЛА = | ПОДЗАГОЛОВОКОРИГИНАЛА = | ПЕРЕВОДЧИК = | ДАТАПУБЛИКАЦИИОРИГИНАЛА = | ИСТОЧНИК = {{ПСС Некрасова (1981—2000)|том=6|страницы=351—378}} | ВИКИДАННЫЕ = <!-- id элемента темы --> | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИНОВОСТИ = | ВИКИСКЛАД = | ДРУГОЕ = | ОГЛАВЛЕНИЕ = 1 | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = | КАЧЕСТВО = 1 <!-- оценка по 4-балльной шкале --> | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ = | ДРУГИЕПЕРЕВОДЫ = | ЛИЦЕНЗИЯ = PD-old | СТИЛЬ = text }} {{h2|Кольцо маркизы, или Ночь в хлопотах}} {{h4|Водевиль в одном действии, переведенный с французского Н. Перепельским}} {| class=personae |+ Действующие лица |- | {{razr2| Маркиз де Люси}}. |- | {{razr2| Маркиза Гортензия}}, его жена. |- | {{razr2|Мариетта}}, горничная маркизы. |- | {{razr2|Виконт Альфред}}, кавалерийский офицер. |- | {{razr2|Руже}}, садовник. |- | {{razr2|Пикар}}, слуга. |} {{rem|Действие происходит в Фонтенбло, на даче маркиза.}} {{rem|Театр представляет зал времен Людовика XV. Налево комната маркизы, направо комнаты маркиза и дверь в комнату Мариетты. Открытое окно, выходящее в сад; в окно видна верхняя часть приставленной к нему лестницы.}} <center>{{razr|Явление}} 1</center> {{rem|{{razr|Пикар}}, потом {{razr|Мариетта}}.}} {{rem|При поднятии занавеса на сцене пусто и темно. Пикар приносит два подсвечника с восковыми свечами и ставит их на столик под зеркалом.}} {{razr|Мариетта}} ''(в комнате налево).'' Это ты, Пикар? {{реплика|Пикар}} Да, я принес огня. {{реплика|Мариетта}} Барыня еще в саду? {{razr|Пикар}} ''(подходя к окну).'' Да… она прогуливается со своим кузеном. {{реплика|Мариетта}} А! {{razr|Пикар}} ''(смотря за окно).'' Ба! что ты там делаешь? разве можно подрезывать деревья в девять часов, при свете луны? {{razr|Руже}} ''(из сада).'' Делаю, что нужно… и не прошу мне указывать. {{реплика|Пикар}} По крайней мере, отодвинь лестницу. Что ты прислонил ее к самому окошку? {{реплика|Руже}} Отодвину, когда будет нужно. {{реплика|Пикар}} Какой сердитый человек! {{razr|Мариетта}} ''(входя).'' Кто? Руже?.. не правда ли?.. О, переменится, когда будет моим мужем! {{реплика|Пикар}} Едва ли!.. Вы ничего мне не прикажете? {{реплика|Мариетта}} Нет… я сама жду приказаний барыни. {{реплика|Пикар}} Она еще и не думает одеваться. А уж пора! В Фонтенбло беспрестанно приезжают кареты с знатными господами, все они разодеты так пышно… там сегодня придворный бал. {{реплика|Мариетта}} Маркиза не поедет туда; ей не с кем ехать, маркиз в Париже. {{реплика|Пикар}} Я думал, что она поедет с виконтом. {{реплика|Мариетта}} О! Маркиза не ездит на балы ни с кем, кроме мужа! {{реплика|Пикар}} Стало быть, во мне надобности не будет? {{реплика|Мариетта}} Да. {{реплика|Пикар}} Поужинаю и лягу спать! Добрый вечер! {{реплика|Мариетта}} Прощай! {{rem|Пикар уходит.}} <center>{{razr|Явление}} 2</center> {{razr|Мариетта}} ''(одна рассматривает свою работу).'' Надеюсь, что Руже будет доволен… галстух прелестный… и я сама его шила!.. ''(Вздыхая.)'' Мой жених не так хорош собой… но в муже, говорят, недостаток красоты ничего не значит… Притом маркиза хочет, чтоб я вышла замуж, и обещала устроить нашу будущность… она так добра ко мне… Да кончится ли у них сегодня эта прогулка? ''(Она подходит к окну.)'' Опять вместе!.. гм!.. Эти продолжительные прогулки, томные взоры, полуслова… О, я понимаю, что они значат… нехотя понимаю… такие вещи девушки чрезвычайно хорошо понимают… хоть никто их не учит. ''(Отходит от окна.)'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Не долго нас незнанье мучит; Чуть закипит огонь в крови, Сейчас же сердце нас научит Всем тайнам языка любви. Не верьте, если уверяем, Что не понять нам слов иных, А сами взоры потупляем, Краснеем при намеках злых. Притворство явно и безбожно! Зачем бы взоры потуплять? Того стыдиться невозможно, Что невозможно понимать! Нам всё понятно чрезвычайно, И существует под луной В шестнадцать лет одна лишь тайна… А иногда — и ни одной!..}} </poem> {{^|2ex}} {{noindent}}Ах! зачем Руже не так хорош, как виконт Альфред?.. или зачем я не маркиза? Тогда, может быть, я вышла бы за хорошенького офицерика. <center>{{razr|Явление}} 3</center> {{rem|{{razr|Руже и Мариетта}}.}} {{razr|Руже}} ''(на лестнице).'' Славно!.. очень хорошо!.. братец с сестрицей не расстаются!.. Я чрезвычайно доволен… А! Господин маркиз, вы говорите, что я дурен собой, рыж, как старая крыса… Вы говорите, что, когда я женюсь, то буду иметь неприятности, как внутренние, так и внешние… Тем лучше, участь моя будет одинакова с вашею,— а ведь вы маркиз, богач, брюнет!.. У вас волосы как у вороной лошади! всё пойдет как по маслу! {{razr|Мариетта}} ''(услыша последние слова).'' Что такое, Руже?.. что пойдет но маслу?.. а? да отвечай же!.. {{реплика|Руже}} Ничего… ничего… дело касается собственно до меня. {{реплика|Мариетта}} Верно, еще какие-нибудь проказы? Правду ли говорят, что ты зол, как… {{razr|Руже}} ''(прыгает через окно в комнату).'' Ну, ну!.. зол, как… скажи… я не рассержусь… О! никакое твое слово, никакое ругательство не рассердит меня! Назови меня свиньей, кротом, бараном, каким хочешь скотом назови, ''я'' всё снесу от тебя, моя невеста, моя жена! Да, жена! завтра наша свадьба! ''(С жаром.)'' Мариетта… завтра наша свадьба! и… {{реплика|Мариетта}} Завтра?.. боже мой!.. зачем так спешить? {{реплика|Руже}} Зачем спешить?.. Она еще спрашивает! прошу покорно! Я спешу по двум причинам… во-первых, потому… {{razr|Мариетта}} ''(с живостью).'' Руже… ''(Опускает глазки.)'' {{реплика|Руже}} Краснеть и опускать глазки тут не для чего… я не скажу ничего неприятного… Притом в наших обстоятельствах можно позволить себе… {{razr|Мариетта}} ''(ударяя его по рукам).'' Ничего нельзя позволить! {{реплика|Руже}} Во-вторых… Маркиз уж два месяца как уехал и, вероятно, скоро воротится, а мне хочется сыграть нашу свадьбу до его приезда. {{реплика|Мариетта}} Почему? {{реплика|Руже}} Он, пожалуй, расстроит нашу свадьбу… из сострадания ко мне… ха! ха! ха! В глазах его будет такой печальный пример… ''(Он подходит к окну.)'' Какая умилительная картина… я в восхищении!.. Чем предсказывать другим подобные вещи, вам, господин маркиз, лучше было бы подумать о себе… А вы понадеялись на свои черные волосы… Ха! ха! ха! Вот вам, черные волосы!.. {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Что он говорит? Неужели он во мне сомневается? {{razr|Руже}} ''(отходя от окна).'' Ах да! я забыл самое главное. ''(Шарит в кармане.)'' {{реплика|Мариетта}} Что такое? {{реплика|Руже}} Вот первое звено наших супружеских уз… кольцо… в подарок моей милой невесте, моей Мариетте. {{razr|Мариетта}} ''(рассматривая кольцо).'' Руже… Мариетта… {{реплика|Руже}} И два пылающие сердца… {{реплика|Мариетта}} Прелесть! {{реплика|Руже}} Кто? я прелесть? {{реплика|Мариетта}} Нет, кольцо. {{реплика|Руже}} Кольцо!.. Я думаю! его не стыдно носить хоть какой знатной госпоже; такое точно есть у маркизы. {{razr|Мариетта}} ''(надевая кольцо на палец).'' Ах! как чудесно!.. ''(Взяв и показывая галстух.)'' Я тоже готовлю тебе подарок. {{реплика|Руже}} Мне?.. ты?.. галстух! О, я задохнусь от восхищения! {{реплика|Мариетта}} Завтра он будет готов… {{реплика|Руже}} Тише!.. {{реплика|Мариетта}} Что такое? {{razr|Руже}} ''(показывая на сердце).'' Приложи твое ушко сюда. {{razr|Мариетта}} ''(наклоняясь).'' Ну что ж? {{реплика|Руже}} Слышишь? сердце бьется, как подстреленный воробей… ''(Он обнимает ее.)'' Вот какое восхитительное биение произвела ты во мне, Мариетта… А мне предсказывал маркиз, что ты меня бить будешь!.. неужли это правда?.. {{razr|Мариетта}} ''(с живостью).'' Тише!.. Маркиза! ''(Она переходит сцену.)'' <center>{{razr|Явление}} 4</center> {{rem|{{razr|Те же, Гортензия и Альфред}}.}} {{реплика|Гортензия}}. Нет, Альфред, вы напрасно тратите ваши убеждения. {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Он, кажется, об чем-то просит ее! {{реплика|Гортензия}} То, чего вы требуете от меня,— невозможно! {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' О! если только невозможно! {{razr|Гортензия}} ''(увидя Мариетту).'' А! Мариетта… ты здесь… нет ли писем из Парижа? {{реплика|Мариетта}} Нет, сударыня. {{razr|Гортензия}} ''(печально).'' Ах! ''(Мариетте.)'' Оставь нас. {{rem|Мариетта уходит и за нею уходит Руже.}} <center>{{razr|Явление}} 5</center> {{rem|{{razr|Гортензия и Альфред}}.}} {{реплика|Гортензия}} В восемь дней не написать ни одной строчки! {{реплика|Альфред}} Такая невнимательность непростительна, но она не удивляет меня… Маркиз — человек неблагодарный. {{реплика|Гортензия}} Я не могу… не хочу этому верить. {{реплика|Альфред}} Право, милая кузина, я не понимаю вас… как можно отказаться от такого невинного удовольствия! {{реплика|Гортензия}} Я отказываюсь! {{реплика|Альфред}} Бал будет блестящий. {{реплика|Гортензия}} Знаю. {{реплика|Альфред}} При дворе давно не было такого бала. {{реплика|Гортензия}} Не раздражайте моего любопытства! Я не могу быть сегодня на бале, каков бы он ни был! {{реплика|Альфред}} Отчего? Я не вижу никакой причины!.. Позовите вашу горничную и велите подать одеться… я покуда схожу домой и через четверть часа буду ожидать вас у двери парка со своей каретой. {{реплика|Гортензия}} Нет… нет и нет! {{реплика|Альфред}} Вы меня убиваете! {{реплика|Гортензия}} А мой муж… Что он скажет? Он такой ревнивец! что он скажет, если узнает, что в его отсутствие, без его позволения… {{реплика|Альфред}} Он сам виноват: обещал быть с вами на сегодняшнем бале… зачем же не сдержал слова? за это стоит его наказать. {{реплика|Гортензия}} Да, конечно… Но я уверена, что маркиз замешкался в Париже по делам своего полка, иначе он был бы теперь непременно здесь. {{реплика|Альфред}} Вы так думаете? {{реплика|Гортензия}} Нет никакого повода сомневаться. {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Нам узы брачные не скучны, Маркиз внимателен и мил. Когда мы были неразлучны, Всё о любви мне говорил. Теперь, с тех пор как мы не вместе, Он то же в письмах говорит. И — я ручаюсь — по приезде На дело то же подтвердит!}} </poem> {{^|2ex}} {{реплика|Альфред}} Счастливая уверенность! Мечта обманчивая, но утешительная! {{razr|Гортензия}} ''(с беспокойством).'' Мечта? Что вы хотите сказать? {{реплика|Альфред}} О! ничего… Вы мне не поверите. {{реплика|Гортензия}} Вы мучаете меня своими намеками… Разве нельзя сказать прямо?.. Ну! говорите, что вы знаете? {{реплика|Альфред}} Я получил письмо… {{реплика|Гортензия}} Письмо? {{реплика|Альфред}} От Октавия, моего приятеля, офицера, живущего в Париже. {{реплика|Гортензия}} Что ж он пишет вам? {{реплика|Альфред}} Глупости! {{реплика|Гортензия}} Говорите же! {{реплика|Альфред}} Он пишет, что дела полковника не так важны, как он говорил… и что в то время, как вы умираете со скуки в Фонтенбло, ваш любезный маркиз… {{razr|Гортензия}} ''(в сторону).'' Он меня обманывает? О… Так вам очень хочется, чтоб я была на бале?.. Ну что ж! а вы покажете мне письмо? {{реплика|Альфред}} А вы поедете? {{реплика|Гортензия}} Может быть! {{реплика|Альфред}} Но… {{реплика|Гортензия}} Письмо, сударь, письмо… {{реплика|Альфред}} Вот оно… вы видите? из Парижа! {{razr|Гортензия}} ''(задумчиво).'' Из Парижа! {{razr|Альфред}} ''(в сторону).'' Мой камердинер третьего дня подал его на почту! {{реплика|Гортензия}} Боже мой!.. я вся дрожу!.. {{реплика|Альфред}} Бросьте, милая кузина, не читайте! {{реплика|Гортензия}} О! неизвестность теперь для меня гораздо мучительнее. ''(Читая.)'' «Мой любезный Альфред»… {{реплика|Альфред}} Подальше… внизу страницы… {{razr|Гортензия}} ''(читая).'' «Восемь дней назад я писал тебе, что твой почтенный кузен, полковник де Люси…» А, так ваш друг писал вам и прежде?.. {{реплика|Альфред}} Несколько раз. Но я не говорил вам… {{razr|Гортензия}} ''(продолжая читать)'', «…де Люси, наконец покорился победоносным взорам прелестной баронессы… Она, гордая своей победой, везде является со своим пленником, прикованным к ее торжественной колеснице… Вчера еще на бале, в опере…» ''(Движение ревности.)'' А!.. {{razr|Альфред}} ''(взявши от нее письмо).'' Довольно… довольно, кузина. {{razr|Гортензия}} ''(сама с собой).'' Так вот в чем заключается множество дел, которыми он занят! Так вот за какой работой он просиживает целые ночи! И я ему верила!.. ''(Звонит.)'' {{razr|Альфред}} ''(в сторону.)'' Я торжествую! {{реплика|Гортензия}} {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Он жизнь ведет в пирах, неблагодарный! А я одна здесь плачу и грущу! Но дорог вам поступок ваш коварный, Его, маркиз, вовек я не прощу! В такую он придется вам монету, Какой ничем потом не искупить.}} </poem> {{^|2ex}} {{razr|Альфред}} ''(в сторону).'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| О, боже мой! я отдал бы полсвета, Чтоб эту мне монету получить!..}} </poem> {{^|2ex}} {{rem|Она звонит довольно долго, с нетерпением.}} <center>{{razr|Явление}} 6</center> {{rem|{{razr|Те же, Мариетта}}, потом {{razr|Руже}}.}} {{razr|Мариетта}} ''(вбегая).'' Что вам угодно, сударыня? {{реплика|Гортензия}} Скорей, Мариетта, приготовь мне домино и приходи в мою комнату одеть меня. {{реплика|Мариетта}} Вы изволите ехать на бал? {{реплика|Гортензия}} Да. {{реплика|Мариетта}} С маркизом? {{реплика|Гортензия}} Да иди же. {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' На бал… с Альфредом! ''(Она уходит налево).'' {{razr|Гортензия}} ''(Альфреду).'' Ваша тетушка и сестрица поедут с нами? {{реплика|Альфред}} Без сомнения!.. Теперь вы восхитительны!.. ''(Он целует ее руку.)'' {{razr|Руже}} ''(появляясь наверху лестницы).'' А!.. {{реплика|Альфред}} Что? {{реплика|Руже}} Маркиза звонить изволила? {{razr|Альфред}} ''(оборачиваясь).'' Что такое? {{реплика|Гортензия}} Ты зачем?.. Что ты там делаешь? {{реплика|Руже}} Я хотел отставить лестницу и вдруг услышал колокольчик… деринь-динь-динь-деринь… Звонили так шибко… я думал, что-нибудь очень нужно… вот и пришел поскорее. {{реплика|Гортензия}} Хорошо… ступай, ты мне не нужен. ''(Альфреду.)'' Не заставьте ждать себя. {{реплика|Альфред}} Я явлюсь сюда через десять минут. {{razr|Руже}} ''(хочет сойти).'' А! свидание! {{реплика|Гортензия}} {| class="wikitable" style="clear:left; background-color:white; border:hidden;" |- |rowspan="9"style="border-right:hidden;"|{{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Не замешкайтесь напрасно, Возвратитесь в пять минут! Маскарад и бал прекрасный При дворе нас нынче ждут. {{indent|-7}}{{реплика|Альфред}} Не замешкаюсь напрасно, Возвращуся в пять минут! Маскарад и бал прекрасный При дворе нас нынче ждут!}} </poem> |rowspan="9" style="border-right:hidden;"| {{rbrace|9}} |rowspan="9"| ''Вместе'' |- |} {{rem|Гортензия уходит в свои комнаты налево.}} {{razr|Альфред}} ''(сам с собою).'' Победа!.. она моя!.. А! мой милый кузен… вы воспользовались моим пребыванием в армии и похитили у меня ту, которую я любил!.. теперь моя очередь воспользоваться вашим отсутствием. ''(Уходит.)'' <center>{{razr|Явление}} 7</center> {{rem|{{razr|Руже}} (один, вскакивает через окно в комнату).}} {{реплика|Руже}} Через десять минут… они спешат по-курьерски!.. А! господин маркиз, как-то вы будете теперь посмеиваться надо мной! как-то будете говорить: «Не женись, рыжий дурак! ты дурен собой; жена тебе приставит рога!» Ха! ха! ха! Маркиза через десять минут назначила свидание… каково, господин умный маркиз с черными волосами?.. {{rem|В комнате Гортензии слышен колокольчик.}} <center>{{razr|Явление}} 8</center> {{rem|{{razr|Руже, Мариетта}} (несет домино и маленький ящичек с брильянтами).}} {{razr|Руже}} ''(останавливая Мариетту).'' Это что такое? {{razr|Мариетта}} ''(тихо, с таинственностью).'' Маркиза едет на бал. {{реплика|Руже}} На бал! {{реплика|Мариетта}} Да, с Альфредом. {{реплика|Руже}} Славно, славно!.. и свидание через десять минут… Браво! {{реплика|Мариетта}} Не задерживай меня… я тороплюсь… {{реплика|Руже}} Ах! подожди!.. право, как я увижу тебя, забываю всё на свете. {{реплика|Мариетта}} А что у тебя в руках? {{реплика|Руже}} Письмо к маркизе. {{реплика|Мариетта}} От маркиза? {{реплика|Руже}} Сегодня получено… Но не нужно теперь отдавать. Не то она, пожалуй, прочтет и не поедет на бал. {{реплика|Мариетта}} Тем лучше… Она идет! <center>{{razr|Явление}} 9</center> {{rem|{{razr|Те же и Гортензия}}.}} {{реплика|Гортензия}} Иди же, Мариетта, что ты там делаешь? {{реплика|Мариетта}} Письмо… из Парижа, сударыня. {{razr|Гортензия}} ''(с живостью).'' От маркиза!.. где оно? {{razr|Мариетта}} ''(Руже).'' Подай! {{razr|Руже}} ''(подавая письмо).'' Извольте, сударыня. ''(В сторону.)'' Жаль, раненько я проговорился. {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Если б письмо переменило ее намерение… ''(Она кладет домино и ящичек на кресла.)'' {{razr|Гортензия}} ''(читает).'' «Наконец, мой друг, дела мои кончены; я надеюсь сегодня выехать из Парижа и скоро буду подле моей Гортензии… разлука с тобой измучила меня!» {{razr|Руже}} ''(тихо Мариетте).'' Мне хотелось бы знать, что там написано. {{razr|Мариетта}} ''(Руже).'' Молчи! {{razr|Гортензия}} ''(размышляя).'' «Разлука с тобой измучила меня!..» А то, что сказал мне Альфред… письмо, которое он показал мне… {{реплика|Руже}} Эге! Она не слишком обрадовалась. {{razr|Мариетта}} ''(зажимая ему рот рукою).'' Да замолчишь ли ты? {{реплика|Гортензия}} В самом деле! он, может быть, раскаялся… что оставил здесь меня одну… О! боже мой! чему верить?.. что делать?.. Отправлюсь на бал! {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Нет, нет! мне лучше погодить: Для мести срок еще так длинен!.. Что, как начну теперь же мстить, А муж окажется невинен? Чем назовут поступок мой? Я от стыда сгорю в минуту. Тогда не муж передо мной, Я перед ним преступна буду!}} </poem> {{^|2ex}} {{noindent}}''(Громко.)'' Мариетта! {{razr|Мариетта}} ''(подходя).'' Что вам угодно, сударыня? {{реплика|Гортензия}} Я не буду одеваться. {{реплика|Мариетта}} Как? а бал?.. {{реплика|Гортензия}} Я не поеду! {{razr|Руже}} ''(в отдалении).'' Ну так и есть, маркиз запретил ей… как она вдруг стала печальна!.. если б… Альфред пришел утешить ее… {{реплика|Гортензия}} Руже! {{razr|Руже}} ''(подходя).'' Что угодно, сударыня? {{реплика|Гортензия}} Дождись Альфреда у ворот парка… и, когда он придет, скажи ему… что я нездорова… что у меня мигрень… словом, скажи, что я не могу его видеть. {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Не могу, не могу!.. Зачем так значительно сказала она: не могу! Что-то двусмысленно! {{реплика|Гортензия}} Ступай, Руже, ступай, мой друг! {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Друг?.. Я ей друг! Она мне льстит, ласкает меня, чтоб получше надуть! напрасный труд! она не может с ним видеться!.. Гм!.. как не поверить… Ах! бедненький маркиз!.. бедный маркиз! ''(Проходя мимо Мариетты.)'' Спокойной ночи. ''(Уходя.)'' Подумай обо мне! Мариетта… чудесные сны увидишь! <center>{{razr|Явление}} 10</center> {{rem|{{razr|Мариетта, Гортензия}}.}} {{razr|Гортензия}} ''(перечитывая письмо).'' Как долго тянется ночь!.. ''(Мариетте.)'' Который час? {{реплика|Мариетта}} Скоро одиннадцать, сударыня. {{реплика|Гортензия}} Как рано! ''(Она идет и, увидя домино, останавливается.)'' Этот наряд… я не надела его… я раздумала… А он, в то время как я обрекла себя на скуку одиночества, может быть, веселится в Париже… Но зачем я тревожу себя такими печальными мыслями?.. Чтоб отогнать от себя невольные подозрения, пойду перечитывать его письмо. ''(Она отворяет свою дверь.)'' {{реплика|Мариетта}} Вам не нужно меня, сударыня? {{реплика|Гортензия}} Нет. Мариетта… спи спокойно, дитя мое… Я хочу быть одна. ''(Она уходит.)'' <center>{{razr|Явление}} 11</center> {{rem|{{razr|Мариетта}} (одна).}} {{razr|Мариетта}} ''(одна).'' Письмо маркиза переменило ее намерения; тем лучше!.. Альфреду откажут — еще лучше!.. ''(Прислушиваясь.)'' А! Руже запирает решетку… он уж, верно, объяснился с Альфредом!.. Воображаю, как будет досадно обманутому волоките… Я уверена, со злости он убежит на бал, па который ему не удалось заманить маркизу. Прекрасно! Я очень рада!.. Однако пора всё это убрать… ''(Она рассматривает ящик с брильянтами.)'' Какие прекрасные брильянты!.. Завтра будут подписывать наш брачный контракт! если б я могла в них нарядиться!.. ''(Она идет посмотреть налево.)'' Маркиза в своих комнатах… я одна… никто не увидит… ''(Надевает ожерелье.)'' О! как мило!.. Сразу придает вид знатной дамы!.. ''(Берет серьги.)'' Во всё время, как я здесь… мне только приходится смотреть на эти прекрасные вещи… смотреть и только! ''(Вдевает серьги и смотрит.)'' Боже мой! как я теперь хороша! Жаль, что я не могу ехать на бал вместо маркизы… Я бы очаровала всех!.. Ах! наша участь печальна! для нас не существует никаких удовольствий! мы бедны! ''(Надевает домино, которое в продолжение предыдущих слов рассматривала.)'' Как будто оно для меня сделано! ''(Закрывается капюшоном.)'' Удивительно хорошо!.. {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Когда б Руже мой милый Был, как маркиз, богат, Я вечно б так ходила… Пленительный наряд! Под маской только трудно, Я думаю, дышать!}} </poem> {{^|2ex}} {{noindent}}''(Надевает маску, смотрится в зеркало, в испуге отскакивает, снимает маску и оглядывается вокруг себя.)'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Ах, что за призрак чудный, Куда мне убежать! ''(Смеясь.)'' Вот смех! я испугалась Ошибки препустой: Маркизой показалась Я вдруг себе самой! Скажите, неужели Я так мила, стройна, Что с модной в самом деле Маркизою сходна?}} </poem> {{^|2ex}} {{noindent}}Ах! как я бы веселилась на сегодняшнем бале!.. я бы кокетничала с Альфредом… ''(Снова надевает маску.)'' Здравствуй, beau masque!..<ref>* прекрасная маска ''(франц.).''</ref> Нехорошо, очень нехорошо: пользуясь отсутствием маркиза, вы строите куры его жене… Нет… он бы узнал меня!.. А может быть… не узнал бы… как знать… ''(Повторение последних четырех стихов куплета. Она останавливается и слушает.)'' Под окном кто-то шевелится… должно быть, Руже… Верно, свет в этой комнате показался ему подозрительным… Он так любопытен… Всё хочет видеть, всё знать… хорошо же, я прекрасно обману его. {{rem|Ночь.}} <center>{{razr|Явление}} 12</center> {{rem|{{razr|Мариетта, Альфред}}.}} {{реплика|Альфред}} Это она! {{rem|Мариетта гасит свечу.}} {{noindent}}Она погасила свечу! {{реплика|Мариетта}} Что? кто там?.. {{razr|Альфред}} ''(влезая в окно).'' Она хочет уйти от меня. {{реплика|Мариетта}} Это Альфред! {{реплика|Альфред}} Гортензия… милая Гортензия! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Он принимает меня за маркизу… Проберусь поскорее в свою комнату. ''(Сталкивается с Альфредом.)'' Ну, теперь я попалась! {{реплика|Альфред}} Зачем бежать от меня? {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Что мне сказать? {{реплика|Альфред}} Ваш нечаянный отказ… мигрень… насмешливый вид Руже — всё это показалось мне странным; и я, вопреки вашему приказанию, пробрался в сад… {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Как он дерзок! {{реплика|Альфред}} Я подошел к окну и увидел тень, которую тотчас узнало мое сердце… {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Узнало, да не совсем! {{реплика|Альфред}} И теперь я пришел спросить о причине вашего отказа. Скажите, ради бога, что заставило вас переменить ваше намерение? {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Как бы мне убежать от него! {{razr|Альфред}} ''(в сторону).'' Ее голос дрожит… она в испуге… нужно пользоваться такими обстоятельствами!.. ''(Громко.)'' Милая кузина! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону, со страхом).'' Ах! боже мой! {{реплика|Альфред}} Я не могу долее скрывать от вас моих; чувств… Я люблю вас, люблю всеми силами души моей. {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' А! так он не говорил еще этого маркизе! {{реплика|Альфред}} Я надеялся, что ваше сердце сочувствует моим страданиям, я думал, что вы сжалитесь надо мной… {{razr|Мариетта}} ''(немного отходя).'' У него голос гораздо лучше, чем у Руже! {{razr|Альфред}} ''(приближаясь).'' Я не многого прошу от вас… {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Чего ж он просит? {{реплика|Альфред}} Поедемте на бал! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Вот что! {{реплика|Альфред}} Чего вы боитесь?.. под маскою все женщины похожи одна на другую, не думаю, чтоб кто-нибудь мог узнать вас. {{razr|Мариетта}} ''(в сторону, улыбаясь).'' Даже и сам он не узнает! {{реплика|Альфред}} Среди толпы я буду только вас видеть, об вас только думать… О, какое блаженство! Я прижму к своему сердцу вашу обольстительную ручку, я обхвачу рукой вашу чудную талию. {{razr|Мариетта}} ''(еще отодвигаясь).'' Я думаю, и самой маркизе было бы приятно слышать такие нежности! {{реплика|Альфред}} {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Согласитесь! там отрадно Будет сердцу и душе!}} </poem> {{^|2ex}} {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Быть на бале мне приятно, Но что скажет мой Руже?}} </poem> {{^|2ex}} {{реплика|Вместе}} {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Бал хорош неимоверно! Что ж не ехать {{sfrac|вам|мне}} на бал? Всякий быть на нем, наверно, За блаженство бы считал!}} </poem> {{^|2ex}} {{razr|Альфред}} ''(приближаясь к ней).'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Если б смел я до отъезда…}} </poem> {{^|2ex}} {{razr|Мариетта}} ''(отскакивая в сторону).'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Что он хочет — ой! ой! ой! Я ведь, кажется, невеста, И не он жених ведь мой!}} </poem> {{^|2ex}} {{noindent}}''(Говорит.)'' Альфред! {{razr|Альфред}} ''(обнимает ее, несмотря на сопротивление).'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Ах! обнять вас так отрадно, Сладко сердцу и душе!}} </poem> {{^|2ex}} {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Это мне самой приятно, Но приятно ли Руже?}} </poem> {{^|2ex}} {{indent|5}}''(Повторение общего куплета.)'' {{razr|Руже}} ''(за кулисами).'' Извольте держаться за перила, господин маркиз, на лестнице темновато. {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Боже! {{реплика|Альфред}} Ах! черт возьми! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Голос Руже! {{razr|Альфред}} ''(сам с собой).'' Руже говорит с маркизом… Вот вовремя черт их принес! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Что-то будет! Я дрожу от страха! {{razr|Альфред}} ''(подходит к окну).'' Лестница отнята… бежать невозможно!.. А!.. вот дверь!.. ''(Уходя к Мариетте и таща ее за руку.)'' Идите в свои комнаты, Гортензия; но на память дайте мне кольцо с вашей божественной ручки, оно будет напоминать мне о лучшей минуте моей жизни ''(Обнимает ее.)'' {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Он меня обнимает! Ах! кольцо!.. ''(Громко.)'' Но, Альфред… {{реплика|Альфред}} Прости!.. прости!.. ''(Бросается в комнату направо и затворяет дверь.)'' {{реплика|Мариетта}} Как! он ушел в комнаты маркиза!.. Ах! мне нужно спасаться самой. ''(Уходит в свою комнату.)'' {{razr|Альфред}} ''(снова являясь).'' Я забыл шляпу. ''(Берет свою шляпу, потом уходит, в то время является Руже и видит, как Альфред затворяет дверь.)'' <center>{{razr|Явление}} 13</center> {{rem|{{razr|Маркиз, Руже}}.}} {{razr|Руже}} ''(сам с собою).'' А! он там! {{razr|Маркиз}} ''(входя).'' Что ты говоришь? {{razr|Руже}} ''(потирая ногу).'' Ничего! Я говорю: ой! ой! ой! ушиб ногу! {{реплика|Маркиз}} Не кричи, болван, разбудишь маркизу! {{razr|Руже}} ''(с насмешкой).'' О! я уверен, что маркиза еще не спит! {{реплика|Маркиз}} Ну вот, рассказывай тут! уж двенадцать часов. {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Все двери заперты на крючок… Я в пору отнял лестницу!.. он не уйдет! : {{razr|Маркиз}} ''(снимая плащ).'' Вот я и дома… А ты отчего до сих пор не лег спать? {{реплика|Руже}} Я исполнял свою должность: стерег сад. {{реплика|Маркиз}} Стерег сад! Ты бы поберег свои способности по этой части на будущее время: тебе надоест еще стеречь жену, когда ты женишься! {{реплика|Руже}} О, не опасайтесь, сударь!.. Я мастер своего дела. ''(С злобным видом посматривая вправо.)'' Я всё вижу, что здесь делается. {{реплика|Маркиз}} Впрочем, едва ли ты найдешь себе невесту… С твоей наружностью… {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Вот уж опять начал подтрунивать! ''(Громко.)'' Однако ж дело о моей свадьбе завтра кончится, господин маркиз. {{реплика|Маркиз}} Как? ты женишься? {{реплика|Руже}} На Мариетте!.. {{реплика|Маркиз}} Она наконец согласилась?.. Ах, бедный Руже! ты женишься! для чего?.. ха! ха! ха!.. {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Да, да… смейтесь себе, смейтесь!.. {{razr|Маркиз}} ''(приближаясь).'' Почему ж мне не смеяться? {{реплика|Руже}} Что вам угодно? {{реплика|Маркиз}} Что ты сказал? {{razr|Руже}} ''(со страхом).'' Я?.. А! да… я сказал, что то довольно подозрительный человек, кто приходит в полночь… {{реплика|Маркиз}} Ты не ожидал меня… а? {{реплика|Руже}} Правда, что… вас не ждали! {{реплика|Маркиз}} Я хотел поскорее удивить маркизу. {{реплика|Руже}} Прекрасная мысль! {{реплика|Маркиз}} Измучил лошадей, чтобы поспеть вовремя. {{реплика|Руже}} Да, в добрый час и поспели… {{реплика|Маркиз}} Но, к несчастью, опоздал! {{реплика|Руже}} Да, немножко… ''(Отворачивается и смеется.)'' {{реплика|Маркиз}} Бедная Гортензия!.. я обещал ехать с ней сегодня на бал… и если б не сломалась карета в четырех лье отсюда… {{реплика|Руже}} О! с мужьями всегда случаются такие обстоятельства! {{реплика|Маркиз}} Я больше часа прождал, пока ее починили… устал и умираю от голода. {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Все удовольствия зараз. ''(Громко.)'' Не угодно ли вам лечь спать, маркиз? {{реплика|Маркиз}} Ты с ума сошел, я хочу есть. {{реплика|Руже}} Прикажете подать ужин на вашу половину? {{реплика|Маркиз}} Мне и здесь хорошо… Принеси чего-нибудь… {{реплика|Руже}} Слушаюсь… сейчас принесу на вашу половину, сударь. {{реплика|Маркиз}} Да иди скорей! {{реплика|Руже}} Вам было бы спокойней на вашей половине. {{razr|Маркиз}} ''(сам с собою).'' В самом деле, почему ж я не ужинаю на своей половине? <center>{{razr|Явление}} 14</center> {{rem|{{razr|Те же, Мариетта}}.}} {{реплика|Мариетта}} Что там такое, Руже?.. Не звонила ли маркиза? {{реплика|Руже}} Нет; маркиз приехал. {{razr|Мариетта}} ''(притворяясь удивленной).'' Господин маркиз воротился!.. какое счастье!.. {{реплика|Маркиз}} Здравствуй, Мариетта. {{реплика|Мариетта}} Как маркиза будет вам рада, сударь!.. я думаю, вы не останетесь в этой зале? {{razr|Маркиз}} ''(удивленный).'' Что! как? и она тоже?.. {{реплика|Руже}} Вам, сударь, там будет гораздо спокойнее. {{реплика|Мариетта}} Вы пойдете к барыне. {{реплика|Руже}} У маркизы мигрень… ей нужно спокойствие! {{реплика|Мариетта}} Совсем нет; маркиза здорова, она будет бранить меня, если я не скажу о вашем приезде. {{реплика|Руже}} Не слушайте ее, сударь… идите в свои комнаты. {{реплика|Мариетта}} Не обращайте внимания на его слова… идите к маркизе. {{razr|Маркиз}} ''(в сторону).'' Странно!.. один хочет, чтоб я шел направо, а другая посылает меня налево; тут кроется какая-нибудь тайна. ''(Громко, наблюдая за Руже и Мариеттой.)'' Да, я пойду справиться о здоровье маркизы. {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Ну, слава богу! {{реплика|Маркиз}} А потом пойду на свою половину. {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Чудесно!.. молодчик-то не уйдет. {{razr|Маркиз}} ''(в сторону).'' Так и есть… у них какая-то тайна… ''(Громко.)'' Ну, Руже, ужин!.. {{реплика|Руже}} Сейчас, сударь. {{rem|Руже уходит. Мариетта также хочет уйти, маркиз останавливает ее.}} {{реплика|Мариетта}} Я пойду уведомить барыню. <center>{{razr|Явление}} 15</center> {{rem|{{razr|Мариетта, маркиз}}, потом {{razr|Руже}}.}} {{razr|Маркиз}} ''(строго).'' Останься; я тебе приказываю. {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Ах, боже мой! {{реплика|Маркиз}} Ты знаешь, что я люблю откровенность, скажи мне, что здесь происходило без меня. {{razr|Мариетта}} ''(в ужасе).'' Но, господин маркиз… здесь ничего не было, я ничего не знаю. ''(В сторону.)'' О, боже мой! {{реплика|Маркиз}} Меня не легко обмануть; всё прочел на ваших лицах… Ты и Руже… {{razr|Мариетта}} ''(забываясь).'' Руже? так и он тоже старается скрыть? {{реплика|Маркиз}} Прекрасно! ты еще не привыкла лгать; правда с первым словом сорвалась у тебя с языка… Не бойся, говори смело… что вы стараетесь скрыть? {{razr|Мариетта}} ''(в ужасе).'' О! нет! клянусь вам, господин маркиз, я не виновата… хоть все признаки говорят против меня… Сам виконт может сказать вам… {{razr|Маркиз}} ''(содрогаясь).'' Виконт?.. Кузен Гортензии!.. так он… {{реплика|Мариетта}} Тише!.. он там. ''(Показывает направо.)'' {{razr|Маркиз}} ''(приходя в себя).'' Он!.. ''(В сторону.)'' О, какая тайна открывается передо мною! {{razr|Руже}} ''(входя с подносом в руках).'' Ужин готов, сударь. ''(Ставит поднос на стол.)'' {{реплика|Маркиз}} Убирайся к черту со своим ужином! {{razr|Руже}} ''(с удивлением).'' Вам не угодно ужинать? {{реплика|Маркиз}} Нет, я говорю тебе… ступай вон… я задыхаюсь… ''(Ходит по сцене.)'' Как бы разъяснить дело? неужели маркиза?.. гром и молния! {{razr|Руже}} ''(тихо Мариетте).'' Что такое? {{реплика|Мариетта}} Не знаю! {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Аппетит отбило! видно, начал догадываться! {{razr|Маркиз}} ''(сам с собою).'' Нет… нет… снерва нужно всё узнать. ''(Руже.)'' Ты здесь еще! {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Как расходился! Задаст же он Альфреду! {{razr|Маркиз}} ''(в сторону).'' {| style="margin-left: initial;" |- |style="margin-top: -2ex;"|<poem style="margin-left: 5em;"> Ужель она мне изменила! Я на ногах едва стою! Ужель другому подарила Любовь жена моя свою! </poem> {{реплика|Руже}} ''(в сторону).'' <poem style="margin-left: 5em;"> Ему маркиза изменила! Теперь я будто б как в раю! Она мне случай подарила Смеяться в очередь свою. </poem> {{реплика|Мариетта}} ''(в сторону).'' <poem style="margin-left: 5em;"> Ах! это я всё накутила, Я на ногах едва стою! Пришлось за то, что пошутила, Мне плакать в очередь свою! </poem> | {{rbrace|13}} |rowspan="13"| ''Вместе'' |} {{rem|Руже хочет уйти, но переменяет намерение и скрывается в комнате направо.}} <center>{{razr|Явление}} 16</center> {{rem|{{razr|Маркиз, Мариетта}}.}} {{razr|Маркиз}} ''(с гневом).'' Мариетта! Я требую, чтоб ты сказала мне всю правду! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Что мне делать? Если я солгу — беда маркизе! если я скажу правду — беда мне! Меня, пожалуй, выгонят! {{razr|Маркиз}} ''(подходя к ней).'' Что ж, скажешь ли ты? Каким образом виконт попал сюда… в мои комнаты… в полночь? {{реплика|Мариетта}} Умоляю вас, сударь, не сердитесь!.. {{razr|Маркиз}} ''(возвышая голос).'' К кому он пришел? {{реплика|Мариетта}} Тише, ради бога, тише! если кто-нибудь услышит… {{реплика|Маркиз}} Какая мне нужда! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' А! какая мысль! Прекрасно! {{реплика|Маркиз}} Ну что ж? долго ли мне ждать? {{razr|Мариетта}} ''(с замешательством).'' Вы так благородны… так добры… вы не захотите погубить бедную девушку! {{razr|Маркиз}} ''(удивленный).'' Что?.. что ты говоришь?.. погубить тебя!.. {{реплика|Мариетта}} Да, сударь, да!.. Потому что, если услышит Руже… {{реплика|Маркиз}} Руже? {{реплика|Мариетта}} Завтра подписывают наш свадебный контракт… {{реплика|Маркиз}} Но какое отношение может иметь виконт… {{реплика|Мариетта}} Очень большое. Вот уж пятнадцать дней, как он меня везде преследует… Я сначала не слушала его… но он так упрям, начал грозить мне… я боялась за Руже… и, чтоб не раздражить виконта… сегодня вечером… когда барыня пошла на свою половину перечитывать ваши письма и думать об вас… {{реплика|Маркиз}} Она невинна! {{реплика|Мариетта}} О! да, сударь. ''(В сторону.)'' Он верит, слава богу! ''(Громко.)'' Я начала мечтать о завтрашней церемонии, как вдруг… окно отворяется… и передо мной… {{реплика|Маркиз}} Кто?.. Руже?.. {{razr|Мариетта}} ''(опуская глаза).'' Ах! нет… Другой! {{razr|Маркиз}} ''(улыбаясь).'' А! да… {{реплика|Мариетта}} Я так испугалась! {{реплика|Маркиз}} Ты бы позвала кого-нибудь, чтоб его вывела силой. {{реплика|Мариетта}} Я так испугалась, что не могла сказать ни одного слова. Притом я боялась разбудить маркизу, боялась, чтоб не пришел Руже… Он, пожалуй, подумал бы что-нибудь и раздумал жениться на мне… Такой ревнивец! Я стала умолять виконта, чтоб он скорее ушел, и вдруг услышала голос Руже и ваш… Виконт едва успел спрятаться на вашей половине… А я убежала в свою комнату. ''(В сторону.)'' Уф!.. {{razr|Маркиз}} ''(улыбаясь).'' Так Альфред к тебе приходил? {{реплика|Мариетта}} Да, господин маркиз. {{реплика|Маркиз}} Путешествие через окно в полночь — оно было совершено для тебя? {{реплика|Мариетта}} Да, господин маркиз. {{razr|Маркиз}} ''(хохоча).'' Ха! ха! ха! бедный Руже! А он сейчас называл себя мастером своего дела… вечером стерег сад, чтобы не забрались воры… ха! ха! ха! Я давно ему предсказывал такую участь! ха! ха! ха! Бедный Руже! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Чем-то всё это кончится? <center>{{razr|Явление}} 17</center> {{rem|{{razr|Те же и Гортензия}}.}} {{реплика|Гортензия}} Друг мой! {{реплика|Маркиз}} Милая Гортензия! ''(Обнимает.)'' Ты ждала меня? {{реплика|Гортензия}} Я думала, что ты приедешь утром, для сокращения времени я стала перечитывать твои письма; как вдруг услышала твой голос… побежала… Но чему ты так смеялся? {{реплика|Маркиз}} О! так, ничему… маленький анекдот, правда, очень забавный! {{реплика|Гортензия}} Расскажи ж мне его. {{реплика|Маркиз}} Сейчас… но я едва держусь на ногах от усталости, и как ты еще не спишь, так я без церемонии прошу тебя ужинать со мной… но не иначе как на твоей половине, если ты позволишь… {{реплика|Гортензия}} О да, конечно… у тебя, верно, есть много кой-чего рассказать!.. {{реплика|Маркиз}} А ты мне что-нибудь расскажешь? {{реплика|Гортензия}} Мне почти нечего рассказывать… кроме того, что я чуть не умерла со скуки без тебя и хотела уж ехать к тебе в Париж. {{razr|Маркиз}} ''(целуя ее руку).'' Милая! ''(В сторону).'' И я мог подумать, что она меня не любит! {{razr|Гортензия}} ''(в сторону).'' И я смела сомневаться в любви его! {{razr|Маркиз}} ''(показывая на поднос).'' Мариетта, снеси его на половину маркизы. {{реплика|Мариетта}} Слушаю, сударь. ''(Тихо маркизу.)'' Вы ничего не скажете? {{razr|Маркиз}} ''(тихо).'' Будь спокойна… я выдумаю что-нибудь другое. {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Так же, как я. {{razr|Маркиз}} ''(Гортензии).'' Кстати… что твой кузен? {{реплика|Гортензия}} Альфред?.. Я часто с ним виделась. {{razr|Маркиз}} ''(улыбаясь).'' А! он часто ходил сюда? {{реплика|Гортензия}} Почти всякий день, с тетушкой, или с сестрой… в твое отсутствие я не принимала никого, кроме их. {{rem|Гортензия уходит.}} {{razr|Маркиз}} ''(Мариетте).'' Где ключ от двери в парк? {{реплика|Мариетта}} В комнате маркизы на камине. {{реплика|Маркиз}} Я принесу тебе его; а ты выпусти Альфреда. ''(Уходит.)'' <center>{{razr|Явление}} 18</center> {{rem|{{razr|Мариетта, Руже}} (выходя справа, задыхается от смеха).}} {{razr|Мариетта}} ''(не видя Руже).'' Слава богу! и я, и маркиза вышли из воды сухи! ''(Увидя Руже.)'' Руже! {{реплика|Руже}} Ха! ха! ха! Как она добра… Только женщины могут быть так изобретательны. {{реплика|Мариетта}} Где ты был? {{реплика|Руже}} Я слышал всё… жертвовать собою для своей покровительницы… Это великодушно. {{реплика|Мариетта}} Да замолчи!.. ''(В сторону.)'' Он всё знает. {{rem|{{razr|Маркиз}} является и останавливается слушать.}} {{реплика|Руже}} А! так для тебя господин виконт совершил путешествие через окно, для тебя он оставил этот букет! Ха! ха! ха! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Какая неосторожность! {{реплика|Руже}} Так ты хотела с ним ехать сегодня в маскарад?.. так для тебя приготовлено домино? ты хотела надеть маску?.. ха! ха! ха! {{razr|Мариетта}} ''(в сторону).'' Да, я всё надевала. {{реплика|Руже}} Хитра, голубушка! всё свернула на себя!.. с больной головы да на здоровую… Нечего сказать, славно надула маркиза! уф!.. ''(Падает в кресла.)'' Право, я лопну от смеха… ха! ха! ха! {{rem|Маркиз производит шум за кулисами.}} {{razr|Мариетта}} ''(испугавшись).'' Тише! замолчи! {{rem|Руже очень серьезно встает при виде маркиза.}} <center>{{razr|Явление}} 19</center> {{rem|{{razr|Те же и маркиз}}.}} {{реплика|Маркиз}} Можете уйти… вы здесь не нужны. {{razr|Мариетта}} ''(тихо маркизу).'' А Альфред? {{реплика|Маркиз}} Я сам его выпровожу. Ну что ж? слышите или нет?.. Вон, я вам говорю! {{razr|Мариетта}} ''(уходя).'' Боже, новая беда! <center>{{razr|Явление}} 20</center> {{rem|{{razr|Маркиз}}, потом {{razr|Гортензия}}.}} {{razr|Маркиз}} ''(вне себя).'' Меня обмануть!.. О! Гортензия! ты дорого поплатишься за свой коварный обман… Но сперва нужно разделаться с виконтом. ''(Хочет идти направо.)'' {{реплика|Гортензия}} Что же, мой друг, ты оставил меня? {{razr|Маркиз}} ''(в сторону, держась за ручку двери).'' Сколько спокойствия и хладнокровия… Как ужасно она меня обманывает! {{razr|Гортензия}} ''(подходя к нему).'' Но ты не слышишь меня… что с тобой?.. {{реплика|Маркиз}} Вы еще смеете спрашивать! {{реплика|Гортензия}} Ах! боже мой!.. ты меня пугаешь! {{реплика|Маркиз}} Да! вам есть чего бояться, сударыня!.. Я убью его!.. он бесчестный человек… а что касается до вас… {{реплика|Гортензия}} Но, друг мой… что с тобой?.. зачем эти угрозы?.. отвечай!.. {{реплика|Маркиз}} Вы должны мне отвечать, а не я вам, сударыня!.. Где вы хотели провести эту ночь? {{razr|Гортензия}} ''(смешавшись).'' Эту ночь?.. {{реплика|Маркиз}} Да, пожалуйста, не придумывайте обмана… он будет бесполезен. {{razr|Гортензия}} ''(с живостью).'' Обман!.. вы не знаете меня, сударь… Я не умею обманывать! Вы меня спрашиваете, где я хотела провести эту ночь? {{реплика|Маркиз}} Да, сударыня, где и с кем? {{реплика|Гортензия}} На бале, с кузеном. {{реплика|Маркиз}} А! Вы сознаетесь! {{реплика|Гортензия}} Зачем же мне запираться?.. Его тетка и сестра хотели со мной ехать… и если я раздумала, так именно потому, что получила ваше письмо. В ваших глазах это преступление? {{реплика|Маркиз}} Но зачем же Альфред спрятался, услышав мой голос? {{реплика|Гортензия}} Альфред!.. спрятался!.. он ушел от меня в половине одиннадцатого… {{реплика|Маркиз}} Да, а потом возвратился через окно. {{реплика|Гортензия}} Ах! боже мой! {{реплика|Маркиз}} Кажется, этого довольно, сударыня? {{реплика|Гортензия}} Здесь есть какая-то тайна, которой я решительно не понимаю. Во всяком случае сомнения ваши неуместны. {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Я вам клялась быть верной до могилы, Вас горячо и пламенно любить, И у меня, поверьте, станет силы Святой обет мой свято сохранить! Стыдитесь!.. как? такие подозренья! Не изолью из сердца моего На них, маркиз, я даже и презренья, Они смешны — и больше ничего.}} </poem> {{^|2ex}} {{реплика|Маркиз}} Однако ж он там… в моих комнатах. {{реплика|Гортензия}} Там?.. пускай выйдет оттуда!.. пускай явится сюда… и я в вашем присутствии потребую от него объяснения… или нет… вы этому не поверите, я хочу оправдания, которое бы не оставило в вас никакого сомнения. {{razr|Маркиз}} ''(с удивлением).'' Сколько уверенности! {{razr|Гортензия}} ''(показывая налево).'' Идите туда, сударь; там никто не заметит вас, и он, полагая, что вы ушли, скажет мне всё откровенно… Замечайте наши взоры, наши жесты… {{реплика|Маркиз}} Но… {{реплика|Гортензия}} Я требую от вас этого!.. наше спокойствие, счастие всей жизни зависит, может быть, от этого объяснения. ''(Она ведет его к двери.)'' {{реплика|Маркиз}} Вы непременно хотите… хорошо, я согласен. ''(Он входит налево и оставляет дверь полузатворенною.)'' Что-то я узнаю? <center>{{razr|Явление}} 21</center> {{rem|{{razr|Маркиз}} (скрытый), {{razr|Гортензия}}, потом {{razr|Альфред}}.}} {{razr|Гортензия}} ''(подходит к двери направо и отворяет ее).'' Подите сюда!.. ''(Слушает; маркиз смотрит.)'' Я была в этом уверена… Это одна ошибка… ''(Маркиз хочет выйти на сцену, Гортензия останавливает его рукою и делает знак, чтоб он ушел.)'' Тише!.. я слышу шаги!.. ''(Она опять слушает. Альфред показывается.)'' Он! ''(Она невольно отступает.)'' {{razr|Альфред}} ''(тихим голосом, осматривается вокруг себя).'' Одна… наконец вы удалили его! {{razr|Гортензия}} ''(удивленная).'' Удалила?.. я!.. {{реплика|Альфред}} Я ушел в его комнаты, но дрожал за вас; сколько упреков посыпалось бы на вас, если б он узнал, что я там! {{реплика|Гортензия}} Уверяю вас, что я была очень спокойна. {{реплика|Альфред}} Счастье ваше, что, когда я входил сюда, вы загасили свечу. {{razr|Гортензия}} ''(в сторону).'' Я загасила свечу? {{реплика|Альфред}} Иначе проклятый огонь сгубил бы нас. {{razr|Гортензия}} ''(в сторону).'' Что он говорит? неужели всё это было!.. ''(Громко.)'' Но, сударь… {{реплика|Альфред}} О, успокойтесь, я сейчас уйду… я счастлив, что наконец сказал вам тайну моего сердца… я чувствовал, как ваша рука дрожала в моей… {{реплика|Гортензия}} Замолчите, сударь… вы хорошо знаете, что этого ничего не было! боже мой! вам это приснилось! Альфред, скажите, ведь это шутка? {{rem|Движение удивленного Альфреда.}} {{noindent}}Ради бога, не шутите так ужасно!.. {{реплика|Альфред}} О! божественная кузина!.. вы хотите отнять у меня даже воспоминание об этой сладкой минуте!.. Но пусть будет по-вашему… я замолчу… и сейчас уйду… но, по крайней мере, унесу с собой этот драгоценный залог… {{реплика|Гортензия}} Что вы хотите сказать еще?.. {{реплика|Альфред}} Это кольцо, которое вы подарили мне… оно будет услаждать разлуку с вами. {{razr|Маркиз}} ''(выходя).'' Нет! черт возьми! это уж слишком. {{реплика|Альфред}} Маркиз! {{реплика|Маркиз}} {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Трепещу я от волненья! Честь моя посрамлена! Не снесу я оскорбленья, Кровь омыть его должна!}} </poem> {{^|2ex}} {{реплика|Альфред}} } ''Вместе'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Успокойтесь от волненья, Литься кровь здесь не должна! Ваша честь — без оскорбленья, Ваше имя — без пятна.}} </poem> {{^|2ex}} {{реплика|Гортензия}} {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Сердце бьется от волненья, Грудь тоскою стеснена, Из пустого подозренья Кровь пролиться здесь должна!}} </poem> {{^|2ex}} <center>{{razr|Явление}} 22</center> {{rem|{{razr|Те же, Руже}}, потом {{razr|Мариетта}}.}} {{razr|Руже}} ''(вошел во время пения и, стоя у двери, потирает руки'', — ''в сторону).'' Гром разразился!.. славно… славно… {{razr|Маркиз}} ''(Альфреду, с гневом).'' Вы понимаете, милостивый государь, что не можете долго носить кольцо маркизы… отдайте мне его… сейчас… сию минуту… {{razr|Альфред}} ''(скидая кольцо и показывая ему).'' Вот оно!.. {{razr|Гортензия}} ''(показывая свое).'' Вы ошибаетесь, сударь, вот оно! {{реплика|Маркиз и Альфред}} Что это значит? {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Как, у обеих одинаковые кольца? {{реплика|Альфред}} Но от кого ж я получил? {{razr|Мариетта}} ''(выходя из своей комнаты с маскою и домино маркизы).'' От меня, господии виконт! {{rem|Все оборачиваются.}} {{razr|Руже}} ''(в сторону).'' Вот тебе раз,— что за история! {{реплика|Мариетта}} Когда барыня не думала с вами ехать на бал, я шутя примеряла на себя ее наряд… Альфред ''(в сторону).'' Какой я болван! {{razr|Руже}} ''(в сторону, смеясь).'' Ба! она опять надуть его хочет! Что за плутовка моя невеста! {{razr|Маркиз}} ''(нерешительно).'' Не знаю, что и думать!.. чему верить?.. {{реплика|Мариетта}} Если господин маркиз потрудится рассмотреть мое кольцо, то сейчас увидит, что я говорю правду. {{razr|Руже}} ''(пораженный).'' Как?.. что?.. {{razr|Мариетта}} ''(показывая кольцо).'' Видите — вычеканено: Руже, Мариетта. {{razr|Маркиз}} ''(взявши кольцо).'' И два пылающие сердца! {{реплика|Руже}} Ай! ай! ай! это мое кольцо! я узнал его! {{razr|Маркиз}} ''(смеясь).'' Ха! Ха!.. так это была Мариетта!.. бедный Руже! {{razr|Гортензия}} ''(смотря на Альфреда).'' Моя горничная! {{razr|Альфред}} ''(в сторону).'' О! как я смешон! {{razr|Руже}} ''(падая на кресло).'' Опять смеется! О, я готов с ума сойти. {{razr|Маркиз}} ''(тихо Альфреду).'' А всё-таки ведь вы не для Мариетты пришли сюда… ха! ха! ха! {{реплика|Альфред}} Но, мой кузен… я… {{реплика|Маркиз}} О! я буду великодушен… вы и так довольно наказаны. {{razr|Альфред}} ''(в сторону).'' Гм!.. если б я знал, что это Мариетта!.. {{razr|Руже}} ''(встает и подходит к Мариетте).'' Недостойная!.. обманщица! фи! мамзель, фи! {{реплика|Мариетта}} Ты знаешь всю правду, Руже! {{razr|Руже}} ''(опуская голову).'' Всю правду!.. легко сказать — приятная правда! Это платье… кольцо… право, господин маркиз, уж не правду ли вы говорили, что мне не надо жениться?.. Что, если… ей-богу, не знаю, на что решиться… {{реплика|Гортензия}} Если б я была на твоем месте… {{реплика|Руже}} Что бы вы сделали, госпожа маркиза… что бы вы сделали? {{реплика|Гортензия}} Спроси у маркиза… он тебе скажет… {{razr|Маркиз}} ''(взявши руку Гортензии).'' Я бы махнул рукой и с уверенностью закрыл глаза; для счастья это необходимо!.. {{razr|Руже}} ''(закрывая глаза).'' Ну и я закрою глаза. ''(Берет за руку Мариетту.)'' {{реплика|Маркиз}} И прекрасно! Руже, посвети господину виконту! {{razr|Руже}} ''(взявши подсвечник).'' С удовольствием, господин маркиз, с большим удовольствием… ''(Тихо маркизу.)'' И если прикажете, так, пожалуй, сломлю ему и шею. {{реплика|Маркиз}} Тише! {{rem|Виконт кланяется и уходит к средней двери, бросает последний взгляд на Мариетту и грозит пальцем Руже.}} {{реплика|Хор}} {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Конец сомненьям и беда{{Акут}}м, Исчезли наши все печали.}} </poem> {{^|2ex}} {{razr|Маркиза}} ''(к публике).'' {{^|-2ex}} <poem> {{поле слева|5em| Но веселей бы было нам, Когда б вдобавок вы сказали, Что, нашим критикам назло, «Кольцо» на сцене обжилося: У нас изрядно с рук сошло И всем вам на руку пришлося!}} </poem> {{^|2ex}} {{примечания|title=}} [[Категория:Пьесы]] [[Категория:Николай Алексеевич Некрасов]] [[Категория:Литература 1842 года]] a4tarjwz09fox1ptrm70bpf4wiipf3q 104 1225677 5729145 5727646 2026-07-12T08:11:32Z Monedula 5 доделано 5729145 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Monedula" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{heading|6|m=1.5em|{{razr|Урокъ}} XVI.}} {| class="reader12" lang="{{КафаровПопов-язык1}}" |- | || || || ||class="_right1"| 不 ||class="_right1"| 識 ||class="_right2"| 字{{КафаровПопов-запятая|4}} || || || || || |- |colspan="12" class="blankline"| |- | 至 || 曰{{опечатка2|｡|{{КафаровПопов-запятая}}}} || 上 || 援{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 阱 || 牆 || 人 || 阱{{КафаровПопов-запятая|3,}} || 牆 || 阱 || 獵 || 山 |- | 此 || 吾 || 書 || 旣 || 傷 || 下{{КафаровПопов-запятая|4}} || 不 || 行 || 上 || 以 || 人 || 有 |- | 哉{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 苟 || 告{{КафаровПопов-запятая|4}} || 出{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 足{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 誤 || 識 || 人 || 曰{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 伺{{КафаровПопов-запятая|4}} || 謀 || 虎{{КафаровПопов-запятая|3,}} |- | || 知 || 之{{КафаровПопов-запятая}} || 人 || 大 || 蹴{{КафаровПопов-запятая|4}} || 字{{КафаровПопов-запятая|4}} || 止 || 下 || 之{{КафаровПопов-запятая}} || 捕 ||lang="{{КафаровПопов-язык1|2}}"| 害 |- | || 書{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 乃 || 指 || 呼 || 之{{КафаровПопов-запятая}} || 者{{КафаровПопов-запятая}} || 步{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 有 || 大 || 虎{{КафаровПопов-запятая|3,}} || 人 |- | || 豈 || 歎{{КафаровПопов-запятая|4}} || 牆 || 求 ||lang="{{КафаровПопов-язык1|4}}"| 墜 || 過 || 鄕 || 虎 || 書 || 設 || 畜{{КафаровПопов-запятая|4,}} |} {{^|2em}} {| class="reader12 reader11" lang="{{КафаровПопов-язык1}}" |- | || || || ||class="_right1"| 承 ||class="_right2"| 宮{{КафаровПопов-запятая|1}} || || || || || |- |colspan="11" class="blankline"| |- | 遂 || 輙 || 遂 || 役 || 入 || 憇{{КафаровПопов-запятая|4}} || 承 || 講 || 有 || 八{{КафаровПопов-запятая|1}} || 承 |- | 成 || 勤 || 爲 || 學 || 請 || 焉{{КафаровПопов-запятая}} || 宮 || 授{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 徐 || 歳 || 宮 |- | 通 || 學{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 諸 || 中{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 於 || 聞 || 驅 || 弟 || 子 || 爲 || 少 |- | 人{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 於 || 生 || 子 || 子 || 誦 || 豕 || 子 || 盛{{КафаровПопов-запятая|4}} || 人 || 孤 |- | || 是 || 拾 || 盛 || 盛{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 聲 || 過 || 數 || 者{{КафаровПопов-запятая}} || 牧 || 家 |- | || 數 || 薪{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 許{{КафаровПопов-запятая|3}} || 願 || 而 || 其 || 百 || 設 || 豕{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 貧{{КафаровПопов-запятая|2,}} |- | || 年{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 暇 || 之{{КафаровПопов-запятая}} || 執 || 樂{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 門{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 人{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 學 || 鄉 || 年 |} {{^|2em}} {| class="reader12 reader11" lang="{{КафаровПопов-язык1}}" |- | || || || ||class="_right1"| 中 ||class="_right2"| 國{{КафаровПопов-запятая|2}} || || || || || |- |colspan="11" class="blankline"| |- | 不 || 爲 || 傳 || 是{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 以 || 古 || 地 || 千 ||lang="{{КафаровПопов-язык1|4}}"| 廣 || 東{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 我 |- | 愛 || 中 || 以 || 食 || 來{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 國{{КафаровПопов-запятая|2}} || 球 || 年 || 博{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 氣 || 中 |- | 中 || 國 || 及 || 於 || 居 || 也{{КафаровПопов-запятая}} || 上 || 前{{КафаровПопов-запятая|2}} || 人 || 候 || 國 |- | 國{{КафаровПопов-запятая|2}} || 之 || 吾 || 是{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 於 || 自 || 最 || 文 || 民 || 溫 || 居 |- | 也{{КафаровПопов-запятая}} || 人{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 身{{КафаровПопов-запятая|1,}} || 世 || 是{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 我 || 有 ||lang="{{КафаровПопов-язык1|4}}"| 化 || 繁 || 和{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 亞 |- | || 安 || 吾 || 世 || 衣 || 遠 || 名 || 己 || 夥{{КафаровПопов-запятая|3,}} || 土 || 洲 |- | || 可 ||旣 || 相 || 於 || 祖 || 之 || 開 || 五 || 地 || 之 |} {{^|2em}} {| class="reader12" lang="{{КафаровПопов-язык1}}" |- | || || || || ||class="_right2"| 驢{{КафаровПопов-запятая|2}} || || || || || || |- |colspan="12" class="blankline"| |- | 畏 || 畏 || 今{{КафаровПопов-запятая|1}} || 而 || 數 || 極 || 將 ||lang="{{КафаровПопов-язык1|4}}"| 虎{{КафаровПопов-запятая|3,}} || 以 || 喜 || 之 || 驢 |- | 爾{{КафаровПопов-запятая|2}} || 虎{{КафаровПопов-запятая|3,}} || 日 || 嘲{{КафаровПопов-запятая|1}} || 里 || 大 || 就 || lang="{{КафаровПопов-язык1|4}}"| 虎 || 威 || 得 || 無 || 蒙 |- | 矣{{КафаровПопов-запятая}} || 猶 || 乎{{КафаровПопов-запятая}} || 之 || 不 || 鳴{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 而 || 以 || 羣 || 計{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 敢 || lang="{{КафаровПопов-язык1|4}}"| 虎 |- | || 昨 || 今 || 曰{{КафаровПопов-запятая}} || 敢 || 棄 || 與 || 爲 || 獸{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 時 || 近{{КафаровПопов-запятая|4}} || 皮{{КафаровПопов-запятая}} |- | || 日 || 日 || 爾 || 息{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 皮 || 遊{{КафаровПопов-запятая|2,}} || 同 || 一 || 時 || 者{{КафаровПопов-запятая}} || 羣 |- | || 獸 || 爾 || 亦 || 狐 || 而 || 驢 || 類{{КафаровПопов-запятая|4}} || 日 || 出 || 驢 || 獸 |- | || 之 || 之 || 有 || 見 || 遁{{КафаровПопов-запятая|4,}} || 駭 || 也{{КафаровПопов-запятая}} || 遇 || 行{{КафаровПопов-запятая|2}} || 自 || 畏{{КафаровПопов-запятая|4}} |} {{heading|5|m=1.5em|Объясненіе словъ.}} <div class="noindent"> 1. {{КафаровПопов-формат1|lang=4|虎}}{{fsp}}''xу''³ (141) — тигръ. {{КафаровПопов-формат1|畜}}{{fsp}}''чу''⁴ (102) — домашній скотъ; кормить, воспитывать. {{КафаровПопов-формат1|獵}}{{fsp}}''лѣ'' (94/187) — охотникъ, охотиться. {{КафаровПопов-формат1|謀}}{{fsp}}''моу''² (149/554) — умышлять, задумывать. {{КафаровПопов-формат1|阱}}{{fsp}}''цзинъ''³ (170/141) — дыра, ловушка, волчья яма. {{КафаровПопов-формат1|伺}}{{fsp}}''сы''⁴ (''цы''⁴) (9/672) — подкарауливать, шпіонить. {{КафаровПопов-формат0|止步}}{{fsp}}''чжи-бу''⁴ — останавливаться, быть осторожнымъ. {{КафаровПопов-формат1|鄕}}{{fsp}}''сянъ''¹ (163) — село, деревня; родина. {{КафаровПопов-формат0|鄕人}}{{fsp}}''сянъ''¹-''жэнь'' — крестьянинъ. {{КафаровПопов-формат1|蹴}}{{fsp}}''цу''⁴ (157/152) — наталкиваться, натыкаться. {{КафаровПопов-формат1|歎}}{{fsp}}''тань''⁴ (76) — вздыхать. {{КафаровПопов-формат1|{{опечатка2|茍|苟}}}}{{fsp}}''гоу''³ (140) — если; готовый; незначительный. {{КафаровПопов-формат1|哉}}{{fsp}}''цзай''¹ (30/152) — ч‑ца восклицанія, удивленія или сомнѣнія. (см. урокъ 18 отд. граммат.). 2. {{КафаровПопов-формат1|承}}{{fsp}}''чэнъ''² (64) — получать, держать, заключать въ себѣ; признавать. {{КафаровПопов-формат1|宮}}{{fsp}}''гунъ''¹ (40) — дворецъ, храмъ, школа, жилище. {{КафаровПопов-формат0|承宮}}{{fsp}}''Чэнъ-гунъ''¹ — собственное имя. {{КафаровПопов-формат1|孤}}{{fsp}}''гу''¹ (39) — сирота, одинокій. {{КафаровПопов-формат1|貧}}{{fsp}}''пинь''¹ (154) — бѣдный. {{КафаровПопов-формат1|牧}}{{fsp}}''му''⁴ (93) —пасти скотъ; завѣдывать. {{КафаровПопов-формат1|豕}}{{fsp}}''ши''⁴ (152) — свинья. {{КафаровПопов-формат0|徐子盛}}{{fsp}}''Сюй-цзы-шэнъ''⁴ — соб. имя. {{КафаровПопов-формат1|授}}{{fsp}}''шоу''⁴ (64/657) — давать, передавать. {{КафаровПопов-формат0|講授}}{{fsp}}''цзянъ-шоу''⁴ — обучать. {{КафаровПопов-формат0|弟子}}{{fsp}}''ди-цзы''³ — ученики. {{КафаровПопов-формат1|驅}}{{fsp}}''цюй''¹ (187/210) — гнать, прогонять. {{КафаровПопов-формат1|憩{{опечатка2|､|､|пропущена пунктуация}}憇}}{{fsp}}''цзѣ''² (61) — отдыхать. {{КафаровПопов-формат1|誦}}{{fsp}}''сунъ''⁴ (149/892) — читать нараспѣвъ, декламировать. {{КафаровПопов-формат1|請}}{{fsp}}''цинъ''³ (149/134) — просить, приглашать. {{КафаровПопов-формат1|執}}{{fsp}}''чжи''³ (32) — держать, хватать, управлять, состоять. {{КафаровПопов-формат1|役}}{{fsp}}''и''⁴ (60) — служитель, слуга. {{КафаровПопов-формат0|執役}}{{fsp}}''чжи-и''⁴ — быть въ услуженіи. </div><noinclude><!-- --> <references /> {{колонтитул|130||131}} </div></noinclude> pz4zsvk7nn7q6g8biweteermfwywxj8 104 1225934 5729152 5728877 2026-07-12T08:49:25Z KleverI 1083 5729152 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№19}}'''{{xl|№ 19. Вареники съ творогомъ.}}'''</center> Замѣсить крутое лапшаное тѣсто на 1 яйцѣ, 1 {{comment|чайн.|чайной}} ложкѣ соли и {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакане}} холодной воды; раскатать какъ можно тоньше и нарѣзать косыми четвероугольниками. Положить подъ гнетъ творогъ; когда вода вытечетъ, растереть его съ 1 яйцомъ, сметаною, {{frac|1|3}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахару, {{frac|1|2}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли, накладывать на средину каждаго четвероугольника и защипывать такъ, чтобы вышли треугольники. Между тѣмъ вскипятить соленую воду и, когда она будетъ кипѣть бѣлымъ ключомъ, опустить въ нее [[w:Вареники|вареники]] и держать до тѣхъ поръ, пока не всплывутъ наверхъ; тогда выбрать ихъ [[w:Дуршлаг|дуршлакомъ]], сложить въ глубокое блюдо и облить масломъ и сметаной. Можно не рѣзать тѣста на четвероугольники а, раскатавъ въ тонкій пластъ, наложить кучками вдоль одного края на 2 пальца отъ него творогъ, накрыть тѣстомъ, обжать каждую кучку, вырѣзать рѣзцомъ или стаканомъ полулунные пирожки (см. [[../../Отдел XI/ДО#184|стр.&nbsp;184]]). <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Яицъ 2 шт.</p> <p class{{=}}"recLine">Муки 1 — полтора фунта.</p> <p class{{=}}"recLine">Творогу 1 — полтора фунта.</p> <p class{{=}}"recLine">Полторы {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Сметаны {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">Масла полфунта.</p> <p class{{=}}"recLine">Мелкаго сахару {{frac|1|3}} {{comment|стак.|стакана}}</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№20}}'''{{xl|№ 20. {{razr|Колдуны}}.}}'''</center> Взять поровну {{comment|почечнаго жиру|Жировой ткани, которая обволакивает почки у животных}} и мякотной говядины, вынуть жилы и перепонки, изрубить все вмѣстѣ, всыпать |{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№19}}'''{{xl|№ 19. Вареники с творогом.}}'''</center> Замесить крутое лапшаное тесто на 1 яйце, 1 {{comment|чайн.|чайной}} ложке соли и {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакане}} холодной воды; раскатать как можно тоньше и нарезать косыми четырехугольниками. Положить под гнет творог; когда вода вытечет, растереть его с 1 яйцом, сметаной, {{frac|1|3}} {{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара, {{frac|1|2}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли, накладывать на середину каждого четырехугольника и защипывать так, чтобы вышли треугольники. Между тем вскипятить соленую воду и, когда она будет кипеть белым ключом, опустить в нее [[w:Вареники|вареники]] и держать до тех пор, пока не всплывут наверх; тогда выбрать их [[w:Дуршлаг|дуршлагом]], сложить в глубокое блюдо и облить маслом и сметаной. Можно не резать тесто на четырехугольники, а, раскатав в тонкий пласт, наложить кучками вдоль одного края на 2 пальца от него творог, накрыть тестом, обжать каждую кучку, вырезать резцом или стаканом полулунные пирожки (см. [[../Отдел XI#184|стр.&nbsp;184]]). <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Яиц 2 шт.</p> <p class{{=}}"recLine">Муки 1 — полтора фунта.</p> <p class{{=}}"recLine">Творога 1 — полтора фунта.</p> <p class{{=}}"recLine">Полторы {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Сметаны {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">Масла полфунта.</p> <p class{{=}}"recLine">Мелкого сахара {{frac|1|3}} {{comment|стак.|стакана}}</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№20}}'''{{xl|№ 20. {{razr|Колдуны}}.}}'''</center> Взять поровну {{comment|почечный жир|Жировой ткани, которая обволакивает почки у животных}} и мякотную говядину, вынуть жилы и перепонки, изрубить всё вместе, всыпать}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 6jku6bi7jmaxr94uvzwgh20c87koiq2 104 1226059 5729052 5728791 2026-07-11T17:16:38Z Vladis13 49438 5729052 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} Есть основанія полагать, что въ Олонецкой, Архангельской и нѣкоторыхъ другихъ сѣверныхъ губерніяхъ слово ''русалка'' также неизвѣстно; но прямыхъ свидѣтельствъ о томъ мы пока не имѣемъ. По замѣчанію {{razr|Снегирева}}, русалки у великоруссовъ „извѣстны то подъ именемъ ''чертей, водящихся въ тихомъ омутѣ'', то ''водяныхъ'', то ''лѣшихъ'', то подъ настоящимъ именемъ“<ref>{{Razr|Снегиревъ}}. Русск. простонар. праздники, IV, 11—12.</ref>. Даже у малоруссовъ, которые вообще знаютъ о русалкахъ гораздо больше, нежели великоруссы, въ нѣкоторыхъ мѣстахъ слово ''русалка'' совсѣмъ не извѣстно. Такъ, напр., въ Подольской губ., Ольгопольскомъ у., въ Гайсинскомъ, Брацлавскомъ и другихъ уздахъ къ Волыни нѣтъ слова русалка“<ref>[[w:Свидницкий, Анатолий Патрикеевич|{{Razr|Ан. Свидницкій}}]], Великдень у подолянъ (Основа, 1861, т. IV. октябрь, с. 44).</ref>. Ниже мы приводимъ {{razr|другія народныя названія для русалокъ}}, каковы: купалка, водяница или водяная, шутовка, чертовка, хитка, лѣшачиха, лобаста; почти вездѣ, гдѣ отмѣчены эти названія, слово русалка народному языку не свойственно. Е. А. {{Razr|Ляцкій}} отмѣтилъ бѣлорусскія (изъ Минской губ.) названія для русалокъ: ''водяницы'' и ''купалки''<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 30 и 37: Представленія бѣлорусса о нечистой силѣ.</ref>.—Слово ''купалка'', ''купалочка'' весьма употребительно въ бѣлорусскихъ купальскихъ пѣсняхъ. {{Razr|Носовичъ}} въ своемъ словарѣ поясняетъ это слово так: „дѣвица, которую изъ своей среды избираютъ дѣвицы же, участницы купальныхъ забавъ, первенствующею или царицею плясокъ, бываемых въ ночь передъ днемъ Рождества Іоанна Крестителя“<ref>[[w:Носович, Иван Иванович|{{Razr|И. И. Носовичъ}}]], Словарь бѣлорусскаго нарѣчія. Спб. 1870, с. 260—Тамъ же купалишъ—мужескій родъ къ купалкѣ, и ''купала''—названіе для обоихъ полов.</ref>. Въ пѣснях: {{poemx1||„Сядзиць ''Купалка'' на плоцѣ, Уся яе голоука у злоцѣ, Да просиць у Бога погоды…“ {{indent-em|-1.6}}„Ходзиць ''Купалка'' по вулицы, {{indent-em|-1.6}}Просиць Иллище сабѣ на игрыце…“ „Шла ''Купалка'' сяломъ, сяломъ, Давала дзѣукамъ чаломъ, чаломъ; Дзѣуки Купалки не спознали, Чаломъ Купалки не оддавали“<ref>Сборн. [[w:II Отделение Императорской Академии наук|II Отдѣл. Ак. Н.]], т. 41, 1887 г., с. 219, 224 и 230: Бѣлорусскій сборникъ.</ref>.}} Въ русальскихъ обрядахъ (см. [[../Глава 6/ДО|гл.&nbsp;6]]) мы встрѣчаемъ вполнѣ соотвѣтствующую ''„русалку“'' — избранную дѣвицу въ вѣнкѣ, которая изображаетъ собою русалку и носитъ это названіе. |{{nop}} Есть основания полагать, что в Олонецкой, Архангельской и некоторых других северных губерниях слово ''русалка'' также неизвестно; но прямых свидетельств о том мы пока не имеем. По замечанию {{razr|Снегирева}}, русалки у великоруссов „известны то под именем ''чертей, водящихся в тихом омуте'', то ''водяных'', то ''леших'', то под настоящим именем“<ref>{{Razr|Снегирев}}. Русск. простонар. праздники, IV, 11—12.</ref>. Даже у малоруссов, которые вообще знают о русалках гораздо больше, нежели великоруссы, в некоторых местах слово ''русалка'' совсем не известно. Так, напр., в Подольской губ., Ольгопольском у., в Гайсинском, Брацлавском и других уздах к Волыни нет слова русалка“<ref>[[w:Свидницкий, Анатолий Патрикеевич|{{Razr|Ан. Свидницкий}}]], Великдень у подолян (Основа, 1861, т. IV. октябрь, с. 44).</ref>. Ниже мы приводим {{razr|другие народные названия для русалок}}, каковы: купалка, водяница или водяная, шутовка, чертовка, хитка, лешачиха, лобаста; почти везде, где отмечены эти названия, слово русалка народному языку не свойственно. Е. А. {{Razr|Ляцкий}} отметил белорусские (из Минской губ.) названия для русалок: ''водяницы'' и ''купалки''<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 30 и 37: Представления белорусса о нечистой силе.</ref>. — Слово ''купалка'', ''купалочка'' весьма употребительно в белорусских купальских песнях. {{Razr|Носович}} в своем словаре поясняет это слово так: „девица, которую из своей среды избирают девицы же, участницы купальных забав, первенствующею или царицею плясок, бываемых в ночь перед днем Рождества Иоанна Крестителя“<ref>[[w:Носович, Иван Иванович|{{Razr|И. И. Носович}}]], Словарь белорусского наречия. Спб. 1870, с. 260 — Там же купалиш — мужеский род к купалке, и ''купала'' — название для обоих полов.</ref>. В песнях: {{poemx1||„Сядзиць ''Купалка'' на плоце, Уся яе голоука у злоце, Да просиць у Бога погоды…“ {{indent-em|-1.6}}„Ходзиць ''Купалка'' по вулицы, {{indent-em|-1.6}}Просиць Иллище сабе на игрыце…“ „Шла ''Купалка'' сялом, сялом, Давала дзеукам чалом, чалом; Дзеуки Купалки не спознали, Чалом Купалки не оддавали“<ref>Сборн. [[w:II Отделение Императорской Академии наук|II Отдел. Ак. Н.]], т. 41, 1887 г., с. 219, 224 и 230: Белорусский сборник.</ref>.}} В русальских обрядах (см. [[../Глава 6|гл.&nbsp;6]]) мы встречаем вполне соответствующую ''„русалку“'' — избранную девицу в венке, которая изображает собою русалку и носит это название.}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 0tpxzau7ggs0kip83v2klcd1ir2jaeu 5729053 5729052 2026-07-11T17:24:11Z Vladis13 49438 Откат правок [[Special:Contributions/Vladis13|Vladis13]] ([[User talk:Vladis13|обс.]]) к версии [[User:Baraban-uragan|Baraban-uragan]] 5728791 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} Есть основанія полагать, что въ Олонецкой, Архангельской и нѣкоторыхъ другихъ сѣверныхъ губерніяхъ слово ''русалка'' также неизвѣстно; но прямыхъ свидѣтельствъ о томъ мы пока не имѣемъ. По замѣчанію {{razr|Снегирева}}, русалки у великоруссовъ „извѣстны то подъ именемъ ''чертей, водящихся въ тихомъ омутѣ'', то ''водяныхъ'', то ''лѣшихъ'', то подъ настоящимъ именемъ“<ref>{{Razr|Снегиревъ}}. Русск. простонар. праздники, IV, 11—12.</ref>. Даже у малоруссовъ, которые вообще знаютъ о русалкахъ гораздо больше, нежели великоруссы, въ нѣкоторыхъ мѣстахъ слово ''русалка'' совсѣмъ не извѣстно. Такъ, напр., въ Подольской губ., Ольгопольскомъ у., въ Гайсинскомъ, Брацлавскомъ и другихъ уздахъ къ Волыни нѣтъ слова русалка“<ref>[[w:Свидницкий, Анатолий Патрикеевич|{{Razr|Ан. Свидницкій}}]], Великдень у подолянъ (Основа, 1861, т. IV. октябрь, с. 44).</ref>. Ниже мы приводимъ {{razr|другія народныя названія для русалокъ}}, каковы: купалка, водяница или водяная, шутовка, чертовка, хитка, лѣшачиха, лобаста; почти вездѣ, гдѣ отмѣчены эти названія, слово русалка народному языку не свойственно. Е. А. {{Razr|Ляцкій}} отмѣтилъ бѣлорусскія (изъ Минской губ.) названія для русалокъ: ''водяницы'' и ''купалки''<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 30 и 37: Представленія бѣлорусса о нечистой силѣ.</ref>.—Слово ''купалка'', ''купалочка'' весьма употребительно въ бѣлорусскихъ купальскихъ пѣсняхъ. {{Razr|Носовичъ}} въ своемъ словарѣ поясняетъ это слово так: „дѣвица, которую изъ своей среды избираютъ дѣвицы же, участницы купальныхъ забавъ, первенствующею или царицею плясокъ, бываемых въ ночь передъ днемъ Рождества Іоанна Крестителя“<ref>[[w:Носович, Иван Иванович|{{Razr|И. И. Носовичъ}}]], Словарь бѣлорусскаго нарѣчія. Спб. 1870, с. 260—Тамъ же купалишъ—мужескій родъ къ купалкѣ, и ''купала''—названіе для обоихъ полов.</ref>. Въ пѣснях: {{poemx1||„Сядзиць ''Купалка'' на плоцѣ, Уся яе голоука у злоцѣ, Да просиць у Бога погоды…“ {{indent-em|-1.6}}„Ходзиць ''Купалка'' по вулицы, {{indent-em|-1.6}}Просиць Иллище сабѣ на игрыце…“ „Шла ''Купалка'' сяломъ, сяломъ, Давала дзѣукамъ чаломъ, чаломъ; Дзѣуки Купалки не спознали, Чаломъ Купалки не оддавали“<ref>Сборн. [[w:II Отделение Императорской Академии наук|II Отдѣл. Ак. Н.]], т. 41, 1887 г., с. 219, 224 и 230: Бѣлорусскій сборникъ.</ref>.}} Въ русальскихъ обрядахъ (см. [[../../Глава 6/ДО|гл.&nbsp;6]]) мы встрѣчаемъ вполнѣ соотвѣтствующую ''„русалку“'' — избранную дѣвицу въ вѣнкѣ, которая изображаетъ собою русалку и носитъ это названіе. |{{nop}} Есть основания полагать, что в Олонецкой, Архангельской и некоторых других северных губерниях слово ''русалка'' также неизвестно; но прямых свидетельств о том мы пока не имеем. По замечанию {{razr|Снегирева}}, русалки у великоруссов „известны то под именем ''чертей, водящихся в тихом омуте'', то ''водяных'', то ''леших'', то под настоящим именем“<ref>{{Razr|Снегирев}}. Русск. простонар. праздники, IV, 11—12.</ref>. Даже у малоруссов, которые вообще знают о русалках гораздо больше, нежели великоруссы, в некоторых местах слово ''русалка'' совсем не известно. Так, напр., в Подольской губ., Ольгопольском у., в Гайсинском, Брацлавском и других уздах к Волыни нет слова русалка“<ref>[[w:Свидницкий, Анатолий Патрикеевич|{{Razr|Ан. Свидницкий}}]], Великдень у подолян (Основа, 1861, т. IV. октябрь, с. 44).</ref>. Ниже мы приводим {{razr|другие народные названия для русалок}}, каковы: купалка, водяница или водяная, шутовка, чертовка, хитка, лешачиха, лобаста; почти везде, где отмечены эти названия, слово русалка народному языку не свойственно. Е. А. {{Razr|Ляцкий}} отметил белорусские (из Минской губ.) названия для русалок: ''водяницы'' и ''купалки''<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 30 и 37: Представления белорусса о нечистой силе.</ref>. — Слово ''купалка'', ''купалочка'' весьма употребительно в белорусских купальских песнях. {{Razr|Носович}} в своем словаре поясняет это слово так: „девица, которую из своей среды избирают девицы же, участницы купальных забав, первенствующею или царицею плясок, бываемых в ночь перед днем Рождества Иоанна Крестителя“<ref>[[w:Носович, Иван Иванович|{{Razr|И. И. Носович}}]], Словарь белорусского наречия. Спб. 1870, с. 260 — Там же купалиш — мужеский род к купалке, и ''купала'' — название для обоих полов.</ref>. В песнях: {{poemx1||„Сядзиць ''Купалка'' на плоце, Уся яе голоука у злоце, Да просиць у Бога погоды…“ {{indent-em|-1.6}}„Ходзиць ''Купалка'' по вулицы, {{indent-em|-1.6}}Просиць Иллище сабе на игрыце…“ „Шла ''Купалка'' сялом, сялом, Давала дзеукам чалом, чалом; Дзеуки Купалки не спознали, Чалом Купалки не оддавали“<ref>Сборн. [[w:II Отделение Императорской Академии наук|II Отдел. Ак. Н.]], т. 41, 1887 г., с. 219, 224 и 230: Белорусский сборник.</ref>.}} В русальских обрядах (см. [[../Глава 6|гл.&nbsp;6]]) мы встречаем вполне соответствующую ''„русалку“'' — избранную девицу в венке, которая изображает собою русалку и носит это название.}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> sogjmxmv8aadyyygisq7kz747yamoc5 5729135 5729053 2026-07-11T23:53:04Z Baraban-uragan 121071 /* Вычитана */ добавлена ссылка на источник 5729135 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} Есть основанія полагать, что въ Олонецкой, Архангельской и нѣкоторыхъ другихъ сѣверныхъ губерніяхъ слово ''русалка'' также неизвѣстно; но прямыхъ свидѣтельствъ о томъ мы пока не имѣемъ. По замѣчанію {{razr|Снегирева}}, русалки у великоруссовъ „извѣстны то подъ именемъ ''чертей, водящихся въ тихомъ омутѣ'', то ''водяныхъ'', то ''лѣшихъ'', то подъ настоящимъ именемъ“<ref>{{Razr|Снегиревъ}}. Русск. простонар. праздники, IV, 11—12.</ref>. Даже у малоруссовъ, которые вообще знаютъ о русалкахъ гораздо больше, нежели великоруссы, въ нѣкоторыхъ мѣстахъ слово ''русалка'' совсѣмъ не извѣстно. Такъ, напр., въ Подольской губ., Ольгопольскомъ у., въ Гайсинскомъ, Брацлавскомъ и другихъ уздахъ къ Волыни нѣтъ слова русалка“<ref>[[w:Свидницкий, Анатолий Патрикеевич|{{Razr|Ан. Свидницкій}}]], Великдень у подолянъ (Основа, 1861, т. IV. октябрь, с. 44).</ref>. Ниже мы приводимъ {{razr|другія народныя названія для русалокъ}}, каковы: купалка, водяница или водяная, шутовка, чертовка, хитка, лѣшачиха, лобаста; почти вездѣ, гдѣ отмѣчены эти названія, слово русалка народному языку не свойственно. Е. А. {{Razr|Ляцкій}} отмѣтилъ бѣлорусскія (изъ Минской губ.) названія для русалокъ: ''водяницы'' и ''купалки''<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 30 и 37: Представленія бѣлорусса о нечистой силѣ.</ref>.—Слово ''купалка'', ''купалочка'' весьма употребительно въ бѣлорусскихъ купальскихъ пѣсняхъ. {{Razr|Носовичъ}} въ своемъ словарѣ поясняетъ это слово так: „дѣвица, которую изъ своей среды избираютъ дѣвицы же, участницы купальныхъ забавъ, первенствующею или царицею плясокъ, бываемых въ ночь передъ днемъ Рождества Іоанна Крестителя“<ref>[[w:Носович, Иван Иванович|{{Razr|И. И. Носовичъ}}]], Словарь бѣлорусскаго нарѣчія. Спб. 1870, с. 260—Тамъ же купалишъ—мужескій родъ къ купалкѣ, и ''купала''—названіе для обоихъ полов.</ref>. Въ пѣснях: {{poemx1||„Сядзиць ''Купалка'' на плоцѣ, Уся яе голоука у злоцѣ, Да просиць у Бога погоды…“ {{indent-em|-1.6}}„Ходзиць ''Купалка'' по вулицы, {{indent-em|-1.6}}Просиць Иллище сабѣ на игрыце…“ „Шла ''Купалка'' сяломъ, сяломъ, Давала дзѣукамъ чаломъ, чаломъ; Дзѣуки Купалки не спознали, Чаломъ Купалки не оддавали“<ref>Сборн. [[w:II Отделение Императорской Академии наук|II Отдѣл. Ак. Н.]], т. 41, 1887 г., с. 219, 224 и 230: [https://archive.org/details/Jeudakim_Ramanau.Bielorusskij_sbornik_v_9_vyp._._Vyp._4_Skazki_kosmohonicieskije_i_kulturnyje.pdf/ Бѣлорусскій сборникъ].</ref>.}} Въ русальскихъ обрядахъ (см. [[../../Глава 6/ДО|гл.&nbsp;6]]) мы встрѣчаемъ вполнѣ соотвѣтствующую ''„русалку“'' — избранную дѣвицу въ вѣнкѣ, которая изображаетъ собою русалку и носитъ это названіе. |{{nop}} Есть основания полагать, что в Олонецкой, Архангельской и некоторых других северных губерниях слово ''русалка'' также неизвестно; но прямых свидетельств о том мы пока не имеем. По замечанию {{razr|Снегирева}}, русалки у великоруссов „известны то под именем ''чертей, водящихся в тихом омуте'', то ''водяных'', то ''леших'', то под настоящим именем“<ref>{{Razr|Снегирев}}. Русск. простонар. праздники, IV, 11—12.</ref>. Даже у малоруссов, которые вообще знают о русалках гораздо больше, нежели великоруссы, в некоторых местах слово ''русалка'' совсем не известно. Так, напр., в Подольской губ., Ольгопольском у., в Гайсинском, Брацлавском и других уздах к Волыни нет слова русалка“<ref>[[w:Свидницкий, Анатолий Патрикеевич|{{Razr|Ан. Свидницкий}}]], Великдень у подолян (Основа, 1861, т. IV. октябрь, с. 44).</ref>. Ниже мы приводим {{razr|другие народные названия для русалок}}, каковы: купалка, водяница или водяная, шутовка, чертовка, хитка, лешачиха, лобаста; почти везде, где отмечены эти названия, слово русалка народному языку не свойственно. Е. А. {{Razr|Ляцкий}} отметил белорусские (из Минской губ.) названия для русалок: ''водяницы'' и ''купалки''<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 30 и 37: Представления белорусса о нечистой силе.</ref>. — Слово ''купалка'', ''купалочка'' весьма употребительно в белорусских купальских песнях. {{Razr|Носович}} в своем словаре поясняет это слово так: „девица, которую из своей среды избирают девицы же, участницы купальных забав, первенствующею или царицею плясок, бываемых в ночь перед днем Рождества Иоанна Крестителя“<ref>[[w:Носович, Иван Иванович|{{Razr|И. И. Носович}}]], Словарь белорусского наречия. Спб. 1870, с. 260 — Там же купалиш — мужеский род к купалке, и ''купала'' — название для обоих полов.</ref>. В песнях: {{poemx1||„Сядзиць ''Купалка'' на плоце, Уся яе голоука у злоце, Да просиць у Бога погоды…“ {{indent-em|-1.6}}„Ходзиць ''Купалка'' по вулицы, {{indent-em|-1.6}}Просиць Иллище сабе на игрыце…“ „Шла ''Купалка'' сялом, сялом, Давала дзеукам чалом, чалом; Дзеуки Купалки не спознали, Чалом Купалки не оддавали“<ref>Сборн. [[w:II Отделение Императорской Академии наук|II Отдел. Ак. Н.]], т. 41, 1887 г., с. 219, 224 и 230: [https://archive.org/details/Jeudakim_Ramanau.Bielorusskij_sbornik_v_9_vyp._._Vyp._4_Skazki_kosmohonicieskije_i_kulturnyje.pdf/ Белорусский сборник].</ref>.}} В русальских обрядах (см. [[../Глава 6|гл.&nbsp;6]]) мы встречаем вполне соответствующую ''„русалку“'' — избранную девицу в венке, которая изображает собою русалку и носит это название.}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> c3bg7jki1hnrz6i9uk7qd9h7kjn93ap 104 1226077 5729091 5728805 2026-07-11T19:35:23Z Baraban-uragan 121071 добавлен якорь в сноску 5729091 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} Замѣчательно близко къ обыкновеннному представленію о русалкѣ рисуется у бѣлоруссовъ Минской губ. образъ жены лѣшаго, т. н. ''лѣшихи'': „У лѣшихъ есть жены, ''лѣшихи'', имѣющія видъ обыкновенныхъ женщинъ съ распущенными волосами, въ которые вплетены зеленыя вѣтви. Это души загубленныхъ лѣшимъ ''дѣвушекъ'', которыя ''прокляты были родителями'' или подняли на нихъ руку. По ночамъ онѣ „хитаютца“, т. е. качаются на вѣтвяхъ деревьевъ, а на день вмѣстѣ съ лѣшими уходятъ подъ землю, гдѣ живутъ въ „палацѣ“—дворцѣ“<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 36, ст. [[w:Ляцкий, Евгений Александрович|{{razr|Ляцкаго}}]] (Минск. губ.).</ref>. Это сходство Минскихъ лѣсовихъ съ русалками для насъ вполне понятно. Хотя наблюдатель и не говоритъ прямо о томъ, что эти лѣсовихи—русалки, вышедшія замужъ за лѣшихъ, но изъ дальнайшаго изложенія слѣдуетъ именно такой выводъ: „проклятыя родителями дѣвушки" въ той же самой мѣстности считаются русалками (с. 37). Значитъ, по мужу онѣ становятся лѣшихами. Другія русалки делаются женами водяныхъ (с. 37). ''Лобаста'', это названіе для русалокъ извѣстно въ Астраханской губ.<ref>{{razr|Зеленинъ}}, Опис. рукописей, 66 (Енотаевск. у.).</ref> и на Кавказѣ<ref>{{razr|Т. Рогожинъ}}, Нѣчто изъ вѣрованій, повѣрій и обычаевъ жителей ст. Червленой, Кизлярскаго отд. (Сборн. матер. для опис. Кавк. XVI, 1893, с. 63).</ref>, а по Далю<ref>[[w:Даль, Владимир Иванович|{{razr|В. И. Даль}}]], [[w:Толковый словарь живого великорусского языка|Толковый словарь]], подъ сл. албастый и лопастый.</ref>) также и въ Вятской губ. Даль знаетъ его еще въ видахъ: ''албаста'' и ''лопаста''.—Это названіе, въ противоположность предшествующимъ, не славянскаго корня, а восточнаго. У турецкихъ народовъ и у персовъ широко распространенъ миѳологическій образъ ''албасты'', образъ далеко не привлекательный, съ обыкновенными русалками имѣющій мало общаго<ref>{{razr|В. А. Гордлевскій}}. Изъ османской демонологіи (Этн. Обозр. 1914, № 1-2, с. 4). О русской лобастѣ см. ниже [[§45|§ 45]].</ref>. Особнякомъ стоятъ среди народныхъ названій русалки: {{razr|навка}} или мавка и {{razr|лоскотуха}} или лоскотовка, лоскотница, лоскотарка. Это не синонимы слова русалка, а названія для особыхъ разрядовъ русалокъ. Относительно слова мавка (навка) это несомнѣнно; относительно же слова лоскотуха это еще нѣсколько спорно. Малор. ''ма́вка'', ''на́вка''—„дитя женскаго пола, умершее некрекрещеннымъ и превратившееся въ русалку“<ref>[[w:Гринченко, Борис Дмитриевич|{{razr|Гринченко}}]]. [[w:Словарь украинского языка (Гринченко)|Словарь украинск. языка]], II, 395; срв. [[w:Чубинский, Павел Платонович|{{razr|Чубинскій}}]], {{comment|Тр. экспед.|Труды этнографическо-статистической экспедиціи въ западно-русскій край}} III, 186.</ref>. Такъ называютъ малоруссы разрядъ русалокъ, происшедшихъ изъ маленькихъ дѣтей („потерчатъ“). Согласно съ этимъ значеніемъ, слово ''мавка'' можно было бы роднить съ прилагательнымъ малый. Но у насъ уже давно {{перенос|при|нято}} |{{nop}} Замечательно близко к обыкновеннному представлению о русалке рисуется у белоруссов Минской губ. образ жены лешего, т. н. ''лешихи'': „У леших есть жены, ''лешихи'', имеющие вид обыкновенных женщин с распущенными волосами, в которые вплетены зеленые ветви. Это души загубленных лешим ''девушек'', которые ''прокляты были родителями'' или подняли на них руку. По ночам они „хитаютца“, т. е. качаются на ветвях деревьев, а на день вместе с лешими уходят под землю, где живут в „палаце“ — дворце“<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 36, ст. [[w:Ляцкий, Евгений Александрович|{{razr|Ляцкого}}]] (Минск. губ.).</ref>. Это сходство Минских лесових с русалками для нас вполне понятно. Хотя наблюдатель и не говорит прямо о том, что эти лесовихи — русалки, вышедшие замуж за леших, но из дальнайшего изложения следует именно такой вывод: „проклятые родителями девушки" в той же самой местности считаются русалками (с. 37). Значит, по мужу они становятся лешихами. Другие русалки делаются женами водяных (с. 37). ''Лобаста'', это название для русалок известно в Астраханской губ.<ref>{{razr|Зеленин}}, Опис. рукописей, 66 (Енотаевск. у.).</ref> и на Кавказе<ref>{{razr|Т. Рогожин}}, Нечто из верований, поверий и обычаев жителей ст. Червленой, Кизлярского отд. (Сборн. матер. для опис. Кавк. XVI, 1893, с. 63).</ref>, а по Далю<ref>[[w:Даль, Владимир Иванович|{{razr|В. И. Даль}}]], [[w:Толковый словарь живого великорусского языка|Толковый словарь]], под сл. албастый и лопастый.</ref>) также и в Вятской губ. Даль знает его еще в видах: ''албаста'' и ''лопаста''. — Это название, в противоположность предшествующим, не славянского корня, а восточного. У турецких народов и у персов широко распространен мифологический образ ''албасты'', образ далеко не привлекательный, с обыкновенными русалками имеющий мало общего<ref>{{razr|В. А. Гордлевский}}. Из османской демонологии (Этн. Обозр. 1914, № 1-2, с. 4). О русской лобасте см. ниже [[§45|§ 45]].</ref>. Особняком стоят среди народных названий русалки: {{razr|навка}} или мавка и {{razr|лоскотуха}} или лоскотовка, лоскотница, лоскотарка. Это не синонимы слова русалка, а названия для особых разрядов русалок. Относительно слова мавка (навка) это несомненно; относительно же слова лоскотуха это еще несколько спорно. Малор. ''ма́вка'', ''на́вка'' — „дитя женского пола, умершее некрекрещенным и превратившееся в русалку“<ref>[[w:Гринченко, Борис Дмитриевич|{{razr|Гринченко}}]]. [[w:Словарь украинского языка (Гринченко)|Словарь украинск. языка]], II, 395; срв. [[w:Чубинский, Павел Платонович|{{razr|Чубинский}}]], {{comment|Тр. экспед.|Труды этнографическо-статистической экспедиции в западно-русский край}} III, 186.</ref>. Так называют малоруссы разряд русалок, происшедших из маленьких детей („потерчат“). Согласно с этим значением, слово ''мавка'' можно было бы роднить с прилагательным малый. Но у нас уже давно {{перенос|при|нято}} }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 1qw6g3q9pwnzks4gg8oxcrvk8md670e 5729094 5729091 2026-07-11T19:36:15Z Baraban-uragan 121071 исправление 5729094 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} Замѣчательно близко къ обыкновеннному представленію о русалкѣ рисуется у бѣлоруссовъ Минской губ. образъ жены лѣшаго, т. н. ''лѣшихи'': „У лѣшихъ есть жены, ''лѣшихи'', имѣющія видъ обыкновенныхъ женщинъ съ распущенными волосами, въ которые вплетены зеленыя вѣтви. Это души загубленныхъ лѣшимъ ''дѣвушекъ'', которыя ''прокляты были родителями'' или подняли на нихъ руку. По ночамъ онѣ „хитаютца“, т. е. качаются на вѣтвяхъ деревьевъ, а на день вмѣстѣ съ лѣшими уходятъ подъ землю, гдѣ живутъ въ „палацѣ“—дворцѣ“<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 36, ст. [[w:Ляцкий, Евгений Александрович|{{razr|Ляцкаго}}]] (Минск. губ.).</ref>. Это сходство Минскихъ лѣсовихъ съ русалками для насъ вполне понятно. Хотя наблюдатель и не говоритъ прямо о томъ, что эти лѣсовихи—русалки, вышедшія замужъ за лѣшихъ, но изъ дальнайшаго изложенія слѣдуетъ именно такой выводъ: „проклятыя родителями дѣвушки" въ той же самой мѣстности считаются русалками (с. 37). Значитъ, по мужу онѣ становятся лѣшихами. Другія русалки делаются женами водяныхъ (с. 37). ''Лобаста'', это названіе для русалокъ извѣстно въ Астраханской губ.<ref>{{razr|Зеленинъ}}, Опис. рукописей, 66 (Енотаевск. у.).</ref> и на Кавказѣ<ref>{{razr|Т. Рогожинъ}}, Нѣчто изъ вѣрованій, повѣрій и обычаевъ жителей ст. Червленой, Кизлярскаго отд. (Сборн. матер. для опис. Кавк. XVI, 1893, с. 63).</ref>, а по Далю<ref>[[w:Даль, Владимир Иванович|{{razr|В. И. Даль}}]], [[w:Толковый словарь живого великорусского языка|Толковый словарь]], подъ сл. албастый и лопастый.</ref>) также и въ Вятской губ. Даль знаетъ его еще въ видахъ: ''албаста'' и ''лопаста''.—Это названіе, въ противоположность предшествующимъ, не славянскаго корня, а восточнаго. У турецкихъ народовъ и у персовъ широко распространенъ миѳологическій образъ ''албасты'', образъ далеко не привлекательный, съ обыкновенными русалками имѣющій мало общаго<ref>{{razr|В. А. Гордлевскій}}. Изъ османской демонологіи (Этн. Обозр. 1914, № 1-2, с. 4). О русской лобастѣ см. ниже [[#§45|§ 45]].</ref>. Особнякомъ стоятъ среди народныхъ названій русалки: {{razr|навка}} или мавка и {{razr|лоскотуха}} или лоскотовка, лоскотница, лоскотарка. Это не синонимы слова русалка, а названія для особыхъ разрядовъ русалокъ. Относительно слова мавка (навка) это несомнѣнно; относительно же слова лоскотуха это еще нѣсколько спорно. Малор. ''ма́вка'', ''на́вка''—„дитя женскаго пола, умершее некрекрещеннымъ и превратившееся въ русалку“<ref>[[w:Гринченко, Борис Дмитриевич|{{razr|Гринченко}}]]. [[w:Словарь украинского языка (Гринченко)|Словарь украинск. языка]], II, 395; срв. [[w:Чубинский, Павел Платонович|{{razr|Чубинскій}}]], {{comment|Тр. экспед.|Труды этнографическо-статистической экспедиціи въ западно-русскій край}} III, 186.</ref>. Такъ называютъ малоруссы разрядъ русалокъ, происшедшихъ изъ маленькихъ дѣтей („потерчатъ“). Согласно съ этимъ значеніемъ, слово ''мавка'' можно было бы роднить съ прилагательнымъ малый. Но у насъ уже давно {{перенос|при|нято}} |{{nop}} Замечательно близко к обыкновеннному представлению о русалке рисуется у белоруссов Минской губ. образ жены лешего, т. н. ''лешихи'': „У леших есть жены, ''лешихи'', имеющие вид обыкновенных женщин с распущенными волосами, в которые вплетены зеленые ветви. Это души загубленных лешим ''девушек'', которые ''прокляты были родителями'' или подняли на них руку. По ночам они „хитаютца“, т. е. качаются на ветвях деревьев, а на день вместе с лешими уходят под землю, где живут в „палаце“ — дворце“<ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 36, ст. [[w:Ляцкий, Евгений Александрович|{{razr|Ляцкого}}]] (Минск. губ.).</ref>. Это сходство Минских лесових с русалками для нас вполне понятно. Хотя наблюдатель и не говорит прямо о том, что эти лесовихи — русалки, вышедшие замуж за леших, но из дальнайшего изложения следует именно такой вывод: „проклятые родителями девушки" в той же самой местности считаются русалками (с. 37). Значит, по мужу они становятся лешихами. Другие русалки делаются женами водяных (с. 37). ''Лобаста'', это название для русалок известно в Астраханской губ.<ref>{{razr|Зеленин}}, Опис. рукописей, 66 (Енотаевск. у.).</ref> и на Кавказе<ref>{{razr|Т. Рогожин}}, Нечто из верований, поверий и обычаев жителей ст. Червленой, Кизлярского отд. (Сборн. матер. для опис. Кавк. XVI, 1893, с. 63).</ref>, а по Далю<ref>[[w:Даль, Владимир Иванович|{{razr|В. И. Даль}}]], [[w:Толковый словарь живого великорусского языка|Толковый словарь]], под сл. албастый и лопастый.</ref>) также и в Вятской губ. Даль знает его еще в видах: ''албаста'' и ''лопаста''. — Это название, в противоположность предшествующим, не славянского корня, а восточного. У турецких народов и у персов широко распространен мифологический образ ''албасты'', образ далеко не привлекательный, с обыкновенными русалками имеющий мало общего<ref>{{razr|В. А. Гордлевский}}. Из османской демонологии (Этн. Обозр. 1914, № 1-2, с. 4). О русской лобасте см. ниже [[#§45|§ 45]].</ref>. Особняком стоят среди народных названий русалки: {{razr|навка}} или мавка и {{razr|лоскотуха}} или лоскотовка, лоскотница, лоскотарка. Это не синонимы слова русалка, а названия для особых разрядов русалок. Относительно слова мавка (навка) это несомненно; относительно же слова лоскотуха это еще несколько спорно. Малор. ''ма́вка'', ''на́вка'' — „дитя женского пола, умершее некрекрещенным и превратившееся в русалку“<ref>[[w:Гринченко, Борис Дмитриевич|{{razr|Гринченко}}]]. [[w:Словарь украинского языка (Гринченко)|Словарь украинск. языка]], II, 395; срв. [[w:Чубинский, Павел Платонович|{{razr|Чубинский}}]], {{comment|Тр. экспед.|Труды этнографическо-статистической экспедиции в западно-русский край}} III, 186.</ref>. Так называют малоруссы разряд русалок, происшедших из маленьких детей („потерчат“). Согласно с этим значением, слово ''мавка'' можно было бы роднить с прилагательным малый. Но у нас уже давно {{перенос|при|нято}} }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> ni2a0yrvelt7eb50hgharbosdtuthwr 104 1226088 5729105 5728824 2026-07-11T20:11:33Z Baraban-uragan 121071 ссылка на источник 5729105 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|молодая вдова Марина утопилась въ Волгѣ, отъ любви къ Ивану Курчавому, и стала русалкой<ref>{{razr|Д. Н. Садовниковъ}}, Сказки и преданія Самарск. края. Спб. 1884, с. 387, № 124; [https://viewer.rusneb.ru/ru/000202_000006_717032|B291881F-B7AE-4ADB-8867-B5CBB74B13A8?page=405&rotate=0&theme=white Марина-русалка].</ref>. Въ Пошехоньѣ: „въ русалокъ обращаются души утопленницъ и некрещенныхъ дѣтей“<ref>Этн. Обозр. 1901, № 4, с. 89.</ref>. Въ Воронежской губ.: „всѣ младенцы женскаго пола, родившіеся мертвыми, умершіе безъ крещенія, а также утопленницы обращаются въ русалокъ“<ref>Воронежскій Литературный Сборникъ, вып. І. Воронежъ, 1861, с. 378</ref>. По {{razr|С. Максимову}}, это общее великорусское повѣрье: „русалки—людскія дѣти, умершія некрещенными, либо потонувшія или утопившіяся дѣвушки“<ref>{{razr|Максимовъ}}, Нечистая, невѣдомая и крестная сила. 103.</ref>. Въ Жиздринскомъ у. Калужской губ.: „русалки—это похищенныя у матерей дѣти, преимущественно некрещенныя“<ref>Этн. Обозр. 1892, № 2-3, с. 213.</ref>. Въ Донской области: русалки—некрещеныя дѣти<ref>{{razr|Н. Антиповъ}}, Изъ Каменской станицы ({{comment|Донск. Обл. Вѣдом.|Донскія областные Вѣдомости}} 1871, № 84).</ref>. „Во многихъ мѣстахъ великороссіи думаютъ, что русалки, это—дѣти, обмѣненныя въ то время, когда роженицу оставляютъ одну въ банѣ, и она лежитъ безъ креста, а ребенокъ подлѣ нея спитъ некрещеннымъ“<ref>{{razr|С. В. Максимовъ}}, Нечистая, невѣдомая и крестная сила. Спб. 1903, с. 103.</ref>. Особнякомъ стоитъ сказаніе, записанное свящ. {{razr|Доброзраковымъ}} въ селѣ Ульяновкѣ, Лукояновскаго у. Нижегородской губ.: при сотвореніи міра Богомъ, діаволъ, подражая Богу, началъ бить одним камнемъ о другой, и изъ осколковъ явились домовые, лѣшіе, ''русалки'' и подобныя имъ существа<ref>{{razr|Зеленинъ}}, Опис. рукописей, 742; срв. {{razr|Снегиревъ}}, Русск. простонародн. праздники, IV, 5.</ref>. Изъ бѣлорусскихъ свидѣтельствъ особенно любопытно для насъ сообщеніе одного наблюдателя изъ села Юриновки, Новгородсеверскаго у., Черниговской губерніи, который прямо называетъ русалокъ „людьми, умершими ненатуральною смертью“; онъ пишетъ: „Всѣ юриновцы вѣрятъ, что впродолженіе зеленой недѣли ходятъ русалки—люди, ''умершіе ненатуральною смертью''; если эти русалки поймаютъ человѣка, то защекочутъ его до смерти“<ref>{{razr|Богуславскій}}, Село Юриновка въ историч. и этнограф. отношеніяхъ (Черниговск. Губ. Вѣд., 1885, № 21, с. 174).</ref>. |молодая вдова Марина утопилась в Волге, от любви к Ивану Курчавому, и стала русалкой<ref>{{razr|Д. Н. Садовников}}, Сказки и предания Самарск. края. Спб. 1884, с. 387, № 124; Марина-русалка.</ref>. В Пошехонье: „в русалок обращаются души утопленниц и некрещенных детей“<ref>Этн. Обозр. 1901, № 4, с. 89.</ref>. В Воронежской губ.: „все младенцы женского пола, родившиеся мертвыми, умершие без крещения, а также утопленницы обращаются в русалок“<ref>Воронежский Литературный Сборник, вып. І. Воронеж, 1861, с. 378</ref>. По {{razr|С. Максимову}}, это общее великорусское поверье: „русалки — людские дети, умершие некрещенными, либо потонувшие или утопившиеся девушки“<ref>{{razr|Максимов}}, Нечистая, неведомая и крестная сила. 103.</ref>. В Жиздринском у. Калужской губ.: „русалки — это похищенные у матерей дети, преимущественно некрещенные“<ref>Этн. Обозр. 1892, № 2-3, с. 213.</ref>. В Донской области: русалки — некрещеные дети<ref>{{razr|Н. Антипов}}, Из Каменской станицы ({{comment|Донск. Обл. Ведом.|Донские областные Ведомости}} 1871, № 84).</ref>. „Во многих местах великороссии думают, что русалки, это — дети, обмененные в то время, когда роженицу оставляют одну в бане, и она лежит без креста, а ребенок подле нее спит некрещенным“<ref>{{razr|С. В. Максимов}}, Нечистая, неведомая и крестная сила. Спб. 1903, с. 103.</ref>. Особняком стоит сказание, записанное свящ. {{razr|Доброзраковым}} в селе Ульяновке, Лукояновского у. Нижегородской губ.: при сотворении мира Богом, диавол, подражая Богу, начал бить одним камнем о другой, и из осколков явились домовые, лешие, ''русалки'' и подобные им существа<ref>{{razr|Зеленин}}, Опис. рукописей, 742; срв. {{razr|Снегирев}}, Русск. простонародн. праздники, IV, 5.</ref>. Из белорусских свидетельств особенно любопытно для нас сообщение одного наблюдателя из села Юриновки, Новгородсеверского у., Черниговской губернии, который прямо называет русалок „людьми, умершими ненатуральною смертью“; он пишет: „Все юриновцы верят, что в продолжение зеленой недели ходят русалки — люди, ''умершие ненатуральною смертью''; если эти русалки поймают человека, то защекочут его до смерти“<ref>{{razr|Богуславский}}, Село Юриновка в историч. и этнограф. отношениях (Черниговск. Губ. Вед., 1885, № 21, с. 174).</ref>. }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> kxn9nnx95mal2dhhl9ytzed6f7rwuoy 5729106 5729105 2026-07-11T20:12:09Z Baraban-uragan 121071 5729106 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|молодая вдова Марина утопилась въ Волгѣ, отъ любви къ Ивану Курчавому, и стала русалкой<ref>{{razr|Д. Н. Садовниковъ}}, Сказки и преданія Самарск. края. Спб. 1884, с. 387, № 124; [https://viewer.rusneb.ru/ru/000202_000006_717032|B291881F-B7AE-4ADB-8867-B5CBB74B13A8?page=405&rotate=0&theme=white Марина-русалка].</ref>. Въ Пошехоньѣ: „въ русалокъ обращаются души утопленницъ и некрещенныхъ дѣтей“<ref>Этн. Обозр. 1901, № 4, с. 89.</ref>. Въ Воронежской губ.: „всѣ младенцы женскаго пола, родившіеся мертвыми, умершіе безъ крещенія, а также утопленницы обращаются въ русалокъ“<ref>Воронежскій Литературный Сборникъ, вып. І. Воронежъ, 1861, с. 378</ref>. По {{razr|С. Максимову}}, это общее великорусское повѣрье: „русалки—людскія дѣти, умершія некрещенными, либо потонувшія или утопившіяся дѣвушки“<ref>{{razr|Максимовъ}}, Нечистая, невѣдомая и крестная сила. 103.</ref>. Въ Жиздринскомъ у. Калужской губ.: „русалки—это похищенныя у матерей дѣти, преимущественно некрещенныя“<ref>Этн. Обозр. 1892, № 2-3, с. 213.</ref>. Въ Донской области: русалки—некрещеныя дѣти<ref>{{razr|Н. Антиповъ}}, Изъ Каменской станицы ({{comment|Донск. Обл. Вѣдом.|Донскія областные Вѣдомости}} 1871, № 84).</ref>. „Во многихъ мѣстахъ великороссіи думаютъ, что русалки, это—дѣти, обмѣненныя въ то время, когда роженицу оставляютъ одну въ банѣ, и она лежитъ безъ креста, а ребенокъ подлѣ нея спитъ некрещеннымъ“<ref>{{razr|С. В. Максимовъ}}, Нечистая, невѣдомая и крестная сила. Спб. 1903, с. 103.</ref>. Особнякомъ стоитъ сказаніе, записанное свящ. {{razr|Доброзраковымъ}} въ селѣ Ульяновкѣ, Лукояновскаго у. Нижегородской губ.: при сотвореніи міра Богомъ, діаволъ, подражая Богу, началъ бить одним камнемъ о другой, и изъ осколковъ явились домовые, лѣшіе, ''русалки'' и подобныя имъ существа<ref>{{razr|Зеленинъ}}, Опис. рукописей, 742; срв. {{razr|Снегиревъ}}, Русск. простонародн. праздники, IV, 5.</ref>. Изъ бѣлорусскихъ свидѣтельствъ особенно любопытно для насъ сообщеніе одного наблюдателя изъ села Юриновки, Новгородсеверскаго у., Черниговской губерніи, который прямо называетъ русалокъ „людьми, умершими ненатуральною смертью“; онъ пишетъ: „Всѣ юриновцы вѣрятъ, что впродолженіе зеленой недѣли ходятъ русалки—люди, ''умершіе ненатуральною смертью''; если эти русалки поймаютъ человѣка, то защекочутъ его до смерти“<ref>{{razr|Богуславскій}}, Село Юриновка въ историч. и этнограф. отношеніяхъ (Черниговск. Губ. Вѣд., 1885, № 21, с. 174).</ref>. |молодая вдова Марина утопилась в Волге, от любви к Ивану Курчавому, и стала русалкой<ref>{{razr|Д. Н. Садовников}}, Сказки и предания Самарск. края. Спб. 1884, с. 387, № 124; [https://viewer.rusneb.ru/ru/000202_000006_717032|B291881F-B7AE-4ADB-8867-B5CBB74B13A8?page=405&rotate=0&theme=white Марина-русалка].</ref>. В Пошехонье: „в русалок обращаются души утопленниц и некрещенных детей“<ref>Этн. Обозр. 1901, № 4, с. 89.</ref>. В Воронежской губ.: „все младенцы женского пола, родившиеся мертвыми, умершие без крещения, а также утопленницы обращаются в русалок“<ref>Воронежский Литературный Сборник, вып. І. Воронеж, 1861, с. 378</ref>. По {{razr|С. Максимову}}, это общее великорусское поверье: „русалки — людские дети, умершие некрещенными, либо потонувшие или утопившиеся девушки“<ref>{{razr|Максимов}}, Нечистая, неведомая и крестная сила. 103.</ref>. В Жиздринском у. Калужской губ.: „русалки — это похищенные у матерей дети, преимущественно некрещенные“<ref>Этн. Обозр. 1892, № 2-3, с. 213.</ref>. В Донской области: русалки — некрещеные дети<ref>{{razr|Н. Антипов}}, Из Каменской станицы ({{comment|Донск. Обл. Ведом.|Донские областные Ведомости}} 1871, № 84).</ref>. „Во многих местах великороссии думают, что русалки, это — дети, обмененные в то время, когда роженицу оставляют одну в бане, и она лежит без креста, а ребенок подле нее спит некрещенным“<ref>{{razr|С. В. Максимов}}, Нечистая, неведомая и крестная сила. Спб. 1903, с. 103.</ref>. Особняком стоит сказание, записанное свящ. {{razr|Доброзраковым}} в селе Ульяновке, Лукояновского у. Нижегородской губ.: при сотворении мира Богом, диавол, подражая Богу, начал бить одним камнем о другой, и из осколков явились домовые, лешие, ''русалки'' и подобные им существа<ref>{{razr|Зеленин}}, Опис. рукописей, 742; срв. {{razr|Снегирев}}, Русск. простонародн. праздники, IV, 5.</ref>. Из белорусских свидетельств особенно любопытно для нас сообщение одного наблюдателя из села Юриновки, Новгородсеверского у., Черниговской губернии, который прямо называет русалок „людьми, умершими ненатуральною смертью“; он пишет: „Все юриновцы верят, что в продолжение зеленой недели ходят русалки — люди, ''умершие ненатуральною смертью''; если эти русалки поймают человека, то защекочут его до смерти“<ref>{{razr|Богуславский}}, Село Юриновка в историч. и этнограф. отношениях (Черниговск. Губ. Вед., 1885, № 21, с. 174).</ref>. }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> g9buepvg3ogtgte3dpav81i41uuwt6m 104 1226091 5729136 5728827 2026-07-11T23:54:09Z Baraban-uragan 121071 ссылка на источник 5729136 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} Бѣлоруссы Минской губ. о русалкахъ говорятъ, что „очень часто это бываютъ ''проклятыя родителями дѣвушки'', не заслужившія при жизни прощенія“ <ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 37, ст. {{razr|Ляцкаго}}.</ref>. Русалки—людскія дочери, проклятыя родителями еще въ материнской утробѣ, умершія некрещенными, а также молодыя утопленницы. „Душа самоубійцы становится русалкою, поступающею подъ суровую власть водяника, съ которымъ принуждена вести ненавистную связь“<ref>[[w:Никифоровский, Николай Яковлевич|{{razr|Никифоровскій}}]], [[Нечистики (Никифоровский)|Сводъ простонародныхъ въ Витебской Бѣлоруссіи сказаній о нечистой силѣ]] (Виленск. Временникъ, II, 1907, с. 79 и 85).</ref>. „Русалки суть души утопленницъ, мертворожденныхъ, или же дѣтей, умершихъ некрещенными“<ref>Жив. Стар. 1903, № 4, с. 474, Смол. губ., ст. [[w:Добровольский, Владимир Николаевич|{{razr|В. Н. Добровольскаго}}]]</ref>. Русалки—маленькія дѣвочки, умершія до крещенія (Минская губернія)<ref>{{razr|Зеленинъ}}, Опис. рукописей, 692—3.</ref>. У бѣлоруссовъ Гродненской губ. „существуетъ повѣріе, что души дѣтей, умершихъ до крещенія, превращаются въ русалокъ“<ref>[[w:Богданович, Адам Егорович|{{razr|Богдановичъ}}]], Пережитки древн. міросозерц. у бѣлор. 77.</ref>. „Русалки—души младенцевъ, погребенныхъ некрещеными, скитающіяся въ видѣ дѣвъ по землѣ“<ref>Этн. Обозр. 1908, № 1, с. 163, ст. {{razr|А. Петропавловскаго}} изъ Бѣлоруссіи.</ref>. „По вѣрованію крестьянъ Мозырскаго у., Минской губ., русалки происходятъ оттого, что матка, „приспитъ“ ребенка, или оттого, что ребенокъ умретъ безъ крещенія“. „Русалки зъ нехращеныхъ дзяцей" (Горецк. у., Игумн. у.), „а може изъ вѣдзьмау“<ref>{{comment|Сборн. II Отд. И. Ак. Н.|Сборник II Отделения Императорской Академии Наук}}, т. 72, 1902, № 4, с. 316–318.</ref>. „Яны (русалки), кажуць, съ скидушывъ: якъ баба не доносиць, ци такъ мертваго родзиць—ето ужу йна! Иншія дзейкаюць, бытцамъ яны съ присыпушивъ; ды нѣ. Присыпушъ—ето подмѣнъ“<ref>[[w:Романов, Евдоким Романович|{{razr|Е. Р. Романовъ}}]], [https://archive.org/details/Jeudakim_Ramanau.Bielorusskij_sbornik_v_9_vyp._._Vyp._4_Skazki_kosmohonicieskije_i_kulturnyje.pdf/ Бѣлорусскій Сборникъ], вып. IV, с. 217.</ref>. Переходимъ къ {{razr|малорусскимъ повѣрьямъ}}. Малоруссы Пинскаго у., Минской губ., „русалками считаютъ ''самоубійцъ''“ <ref>[[w:Булгаковский, Дмитрий Гаврилович|{{razr|Булгаковскій}}]], Пинчуки, 189.</ref>. „Въ Малороссіи народъ вѣритъ, что въ русалокъ обращаются умершія некрещеныя дѣти и {{razr|утопленницы}}“<ref>[[w:Известия Общества любителей естествознания|Изв. Общ. Любит. Естествозн., Антроп. и Этногр]]. CXII, 1906, с. 223, ст. [[w:Линёва, Евгения Эдуардовна|{{razr|Линевой}}]] о Полт. губ.</ref>. Русалки—{{перенос|утоплен|ницы}} |{{nop}} Белоруссы Минской губ. о русалках говорят, что „очень часто это бывают ''проклятые родителями девушки'', не заслужившие при жизни прощения“ <ref>Этн. Обозр. 1890, № 4, с. 37, ст. {{razr|Ляцкого}}.</ref>. Русалки — людские дочери, проклятые родителями еще в материнской утробе, умершие некрещенными, а также молодые утопленницы. „Душа самоубийцы становится русалкою, поступающею под суровую власть водяника, с которым принуждена вести ненавистную связь“<ref>[[w:Никифоровский, Николай Яковлевич|{{razr|Никифоровский}}]], [[Нечистики (Никифоровский)|Свод простонародных в Витебской Белоруссии сказаний о нечистой силе]] (Виленск. Временник, II, 1907, с. 79 и 85).</ref>. „Русалки суть души утопленниц, мертворожденных, или же детей, умерших некрещенными“<ref>Жив. Стар. 1903, № 4, с. 474, Смол. губ., ст. [[w:Добровольский, Владимир Николаевич|{{razr|В. Н. Добровольского}}]]</ref>. Русалки — маленькие девочки, умершие до крещения (Минская губерния)<ref>{{razr|Зеленин}}, Опис. рукописей, 692—3.</ref>. У белоруссов Гродненской губ. „существует поверие, что души детей, умерших до крещения, превращаются в русалок“<ref>[[w:Богданович, Адам Егорович|{{razr|Богданович}}]], Пережитки древн. миросозерц. у белор. 77.</ref>. „Русалки — души младенцев, погребенных некрещеными, скитающиеся в виде дев по земле“<ref>Этн. Обозр. 1908, № 1, с. 163, ст. {{razr|А. Петропавловского}} из Белоруссии.</ref>. „По верованию крестьян Мозырского у., Минской губ., русалки происходят оттого, что матка, „приспит“ ребенка, или оттого, что ребенок умрет без крещения“. „Русалки з нехращеных дзяцей" (Горецк. у., Игумн. у.), „а може из ведзьмау“<ref>{{comment|Сборн. II Отд. И. Ак. Н.|Сборник II Отделения Императорской Академии Наук}}, т. 72, 1902, № 4, с. 316–318.</ref>. „Яны (русалки), кажуць, с скидушыв: як баба не доносиць, ци так мертвого родзиць — ето ужу йна! Иншие дзейкаюць, бытцам яны с присыпушив; ды не. Присыпуш — ето подмен“<ref>[[w:Романов, Евдоким Романович|{{razr|Е. Р. Романов}}]], [https://archive.org/details/Jeudakim_Ramanau.Bielorusskij_sbornik_v_9_vyp._._Vyp._4_Skazki_kosmohonicieskije_i_kulturnyje.pdf/ Белорусский Сборник], вып. IV, с. 217.</ref>. Переходим к {{razr|малорусским поверьям}}. Малоруссы Пинского у., Минской губ., „русалками считают ''самоубийц''“ <ref>[[w:Булгаковский, Дмитрий Гаврилович|{{razr|Булгаковский}}]], Пинчуки, 189.</ref>. „В Малороссии народ верит, что в русалок обращаются умершие некрещеные дети и {{razr|утопленницы}}“<ref>[[w:Известия Общества любителей естествознания|Изв. Общ. Любит. Естествозн., Антроп. и Этногр]]. CXII, 1906, с. 223, ст. [[w:Линёва, Евгения Эдуардовна|{{razr|Линевой}}]] о Полт. губ.</ref>. Русалки — {{перенос|утоплен|ницы}} }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 5g6z6wr3fc247ai3r2aunodbahlaabl 0 1226138 5729057 5728828 2026-07-11T17:33:33Z Dmitry Korchemny 61161 5729057 wikitext text/x-wiki {{GHGheader| | ЧАСТЬ = Указательное местоимение | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = }} {{GHGpar-heading|34|Указательное местоимение}} {{GHGmargin-letter|34|a}} <div align="center"> {| | ед. ч. | м. р. | ''этот'' | {{GHGheb|text=זֶה}}<ref>Во многих языках в указательных местоимениях встречается начальный дентальный элемент, близкий к ''d'', который связывают с дейктической функцией; иногда он чередуется с сибилянтом. Ср. арам. {{GHGheb|text=דֵּן}}, {{GHGheb|text=דֵּךְ|translate=этот}}, {{GHGheb|text=דָּא}}, {{GHGheb|text=דָּךְ|translate=эта}}; санскр. ''sa, sā, tat''; гот. ''sa, sô, thata''; нем. ''da; der, die, das'' и англ. ''the, this, that'' и т. д. См. J. Barth, {{GHGcite|title=Zum semit. Demonstr. ''ḏ''}} в {{GHGcite|title={{abbr|ZDMG.|Zeitschrift der deutschen morgenländischen Gesellschaft, Lpz. 1846 ff., since 1903 ed. by A. Fischer.}}}} Bd. 59, S. 159 ff. и 633 ff.; {{GHGcite|title=Sprachwiss. Untersuchungen zum Semit.}}, Lpz. 1907, S. 30 ff. [См. {{GHGcite|title={{abbr|Lexicon|A Hebrew and English Lexicon of the Old Testament, based on the Thesaurus and Lexicon of Gesenius, by F. Brown, S. R. Driver, and C. A. Briggs, Oxford, 1906.}}}}, s. v. {{GHGheb|text=זֶה}}, и арам. {{GHGheb|text=דא}}, {{GHGheb|text=די}}.]</ref> |- | | ж. р. | ''эта'' | {{GHGheb|text=זֹאת}} ({{GHGheb|text=זֹה}}, {{GHGheb|text=זוֹ}})<ref>То, что {{GHGheb|text=זֶה}} может употребляться для обозначения женского рода, невозможно доказать ни на основании {{GHGbible-ref|book=Ju|chapter=16|verse=28}}, ни на основании явно испорченного места в {{GHGbible-ref|book=Jos|chapter=2|verse=17}}.</ref> |- | мн. ч. | | ''эти'' | {{GHGheb|text=אֵ֫לֶּה}} (редко {{GHGheb|text=אֵל}}) |} </div> <!-- {{GHGmargin-letter|34|b}} Замечание 1. Форма женского рода {{GHGheb|text=זֹאת}} безусловно произошла из {{GHGheb|text=זָאת}}, путем перехода перовоначального ''â'' в ''ô'' (т. к. {{GHGheb|text=זָא}} = {{GHGheb|text=זֶה}}, ср. араб. هذ ''hâ-ḏâ'' «этот», а {{GHGheb|text=ת}} — окончание женского рода, {{GHGpar|80}}), а формы {{GHGheb|text=זֹה}}, {{GHGheb|text=זוֹ}}, обе редкие,<ref>{{GHGheb|text=זֹה}} — в {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=6|verse=19}} и в семи других местах; {{GHGheb|text=זוֹ}} только в {{GHGbible-ref|book=Hos|chapter=7|verse=16}}, {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=132|verse=12}}.</ref> сократились из {{GHGheb|text=זֹאת}}. В {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=132|verse=12}} {{GHGheb|text=זוֹ}} употребляется как относительное местоимение, см. ниже, {{GHGheb|text=זוּ}}. В {{GHGbible-ref|book=Jer|chapter=26|verse=6}}, кетив, {{GHGheb|text=הַזּאֹתָה}} (с артиклем и указательным суффиксом {{GHGheb|text=־ָה}}) встречается вместо {{GHGheb|text=זֹאת}}. Формы {{GHGheb|text=אֵלֶּה}} и {{GHGheb|text=אֵל}} являются множественным числом от {{GHGheb|text=זֶה}} и {{GHGheb|text=זֹאת}} с точки зрения употребления, но не этимологически. Форма {{GHGheb|text=אֵל}} встречается только в Пятикнижии (но не в самаритянской версии), {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=19|verse=8.25}}, {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=26|verse=3.4|hidebook=1}}, и т. д. (8 раз), всегда с артиклем: {{GHGheb|text=הָאֵל}} [так же {{GHGheb|text=אֵלֶּה}}, {{GHGheb|text=הָאֵלֶּה}} — часто], и в {{GHGbible-ref|book=1 Ch|chapter=20|verse=8}} без артикля [см. Driver к {{GHGbible-ref|book=Dt|chapter=4|verse=42}}].<ref>Согласно Kuenen (см. выше, {{GHGpar|2|n}}) и Driver к Lev {{GHGbible-ref|book=Dt|chapter=18|verse=27|hidebook=1}} в издании Библии Гаупта, это {{GHGheb|text=אֵל}} возникло из-за ошибки в огласовании. Оно восходит ко времени, когда гласный второго слога еще не обозначался гласной буквой и позднейшие переписчики ошибочно опускали {{GHGheb|text=ה}}. В финикийском оно писалось как {{GHGheb|text=אל}}, но произносилось ''ily'' согласно Плавту, {{GHGcite|title=Пуниец}}, v, 1, 9.</ref> Как в единственном, так и во множественном числе оно может относиться как к предметам, так и к людям. {{GHGmargin-letter|34|b}} Rem. 1. The feminine form {{GHGheb|text=זֹאת}} has undoubtedly arisen from {{GHGheb|text=זָאת}}, by obscuring of an original ''â'' to ''ô'' (for {{GHGheb|text=זָא}} = {{GHGheb|text=זֶה}} cf. the Arab. ''hâ-ḏâ'', ''this'', masc.; for {{GHGheb|text=ת}} as the feminine ending, § 80), and the forms {{GHGheb|text=זֹה}}, {{GHGheb|text=זוֹ}}, both of which are rare,<ref>{{GHGheb|text=זֹה}} {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=6|verse=19}}, and in seven other places; {{GHGheb|text=זוֹ}} only in {{GHGbible-ref|book=Hos|chapter=7|verse=16}}, {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=132|verse=12}}.</ref> are shortened from {{GHGheb|text=זֹאת}}. In {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=132|verse=12}} {{GHGheb|text=זוֹ}} is used as a ''relative'', cf. {{GHGheb|text=זוּ}} below. In {{GHGbible-ref|book=Jer|chapter=26|verse=6}}, {{GHGterm|K^ethîbh}}, {{GHGheb|text=הַזּאֹתָה}} (with the article and the demonstrative termination {{GHGheb|text=־ָה}}) is found for {{GHGheb|text=זֹאת}}. The forms {{GHGheb|text=אֵלֶּה}} and {{GHGheb|text=אֵל}} are the plurals of {{GHGheb|text=זֶה}} and {{GHGheb|text=זֹאת}} by usage, though not etymologically. The form {{GHGheb|text=אֵל}} occurs only in the Pentateuch (but not in the Samaritan text), {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=19|verse=8.25}}, {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=26|verse=3.4|hidebook=1}}, &c. (8 times), always with the article, {{GHGheb|text=הָאֵל}} [as well as {{GHGheb|text=אֵלֶּה}}, {{GHGheb|text=הָאֵלֶּה}} frequently], and in {{GHGbible-ref|book=1 Ch|chapter=20|verse=8}} without the article [cf. Driver on {{GHGbible-ref|book=Dt|chapter=4|verse=42}}].<ref>According to Kuenen (cf. above, {{GHGpar|2|n}}) and Driver, on Lev {{GHGbible-ref|book=Dt|chapter=18|verse=27|hidebook=1}} in Haupt’s Bible, this {{GHGheb|text=אֵל}} is due to an error of the punctuators. It goes back to a time when the vowel of the second syllable was not yet indicated by a vowel letter, and later copyists wrongly omitted the addition of the {{GHGheb|text=ה}}. In Phoenician also it was written {{GHGheb|text=אל}}, but pronounced ''ily'' according to Plautus, ''Poen'', v, 1, 9.</ref> Both the singular and the plural may refer to things as well as persons. {{GHGmargin-letter|34|c}} Замечание 2. В сочетании с предлогами для обозначения косвенных падежей, мы находим {{GHGheb|text=לָזֶה|translate=этому}} (о {{GHGheb|text=לָ}} см. {{GHGpar|102|g}}), {{GHGheb|text=לְזֹאת}}, {{GHGheb|text=לָזֹאת|translate=этой}}, {{GHGheb|text=לְאֵ֫לֶּה}}, {{GHGheb|text=לָאֵ֫לֶּה|translate=этим}}; {{GHGheb|text=אֶת־זֶה|translate=этого}}, {{GHGheb|text=אֶת־זֹאת|translate=эту}}, {{GHGheb|text=אֶת־אֵ֫לֶּה|translate=этих}}, также без {{GHGheb|text=אֶת־}}, даже ''перед'' глаголом {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=75|verse=8}}, и т. д. Следует также отметить {{GHGheb|text=מְחִיר זֶה|translate=его цена}} ({{GHGbible-ref|book=1 K|chapter=21|verse=2}}), и т. д. {{GHGmargin-letter|34|c}} 2. In combination with prepositions to denote the oblique case we find {{GHGheb|text=לָזֶה|translate=to this}} (cf. for {{GHGheb|text=לָ}}, {{GHGpar|102|g}}), {{GHGheb|text=לְזֹאת}}, {{GHGheb|text=לָזֹאת|translate=to this}} (fem.), {{GHGheb|text=לְאֵ֫לֶּה}}, {{GHGheb|text=לָאֵ֫לֶּה|translate=to these}}; {{GHGheb|text=אֶת־זֶה|translate=hunc}}, {{GHGheb|text=אֶת־זֹאת|translate=hanc}}, {{GHGheb|text=אֶת־אֵ֫לֶּה|translate=hos}}, also without {{GHGheb|text=אֶת־}}, even ''before'' the verb {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=75|verse=8}}, &c. Note also {{GHGheb|text=מְחִיר זֶה|translate=pretium huius}} ({{GHGbible-ref|book=1 K|chapter=21|verse=2}}), &c. {{GHGmargin-letter|34|d}} 2. Вторичная форма {{GHGheb|text=זוּ}} встречается только в поэзии, и почти всегда как относительное местоимение [см. {{GHGcite|title={{abbr|Lexicon|A Hebrew and English Lexicon of the Old Testament, based on the Thesaurus and Lexicon of Gesenius, by F. Brown, S. R. Driver, and C. A. Briggs, Oxford, 1906.}}}}, s. v.]. Как и {{GHGheb|text=אֲשֶׁר}} ({{GHGpar|36}}) оно употребляется для всех чисел и родов. {{GHGmargin-letter|34|d}} 2. The secondary form {{GHGheb|text=זוּ}} occurs only in poetic style, and mostly for the relative, like our ''that'' for ''who'' [see {{GHGcite|title={{abbr|Lexicon|A Hebrew and English Lexicon of the Old Testament, based on the Thesaurus and Lexicon of Gesenius, by F. Brown, S. R. Driver, and C. A. Briggs, Oxford, 1906.}}}}, s. v.]. Like {{GHGheb|text=אֲשֶׁר}} ({{GHGpar|36}}), it serves for all numbers and genders. {{GHGmargin-letter|34|e}} Замечание 1. Это местоимение принимае артикль ({{GHGheb|text=הַזֶּה}}, {{GHGheb|text=הַזֹּאת}}, {{GHGheb|text=הָאֵ֫לֶּה}}, {{GHGheb|text=הָאֵל}}) следуя тем же правилам, что и для прилагательных, см. {{GHGpar|126|u}}; напр. {{GHGheb|text=הָאִישׁ הַזֶּה|translate=этот человек}}, но {{GHGheb|text=זֶה הָאִישׁ|translate=вот человек}}. {{GHGmargin-letter|34|e}} Rem. 1. This pronoun takes the article ({{GHGheb|text=הַזֶּה}}, {{GHGheb|text=הַזֹּאת}}, {{GHGheb|text=הָאֵ֫לֶּה}}, {{GHGheb|text=הָאֵל}}) according to the same rule as adjectives, see {{GHGpar|126|u}}; e.g. {{GHGheb|text=הָאִישׁ הַזֶּה|translate=this man}}, but {{GHGheb|text=זֶה הָאִישׁ|translate=this is the man}}. {{GHGmargin-letter|34|f}} Замечание 2. Более редкими вторичными формами с усиленной указательной функцией, являются {{GHGheb|text=הַלָּזֶה}} {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=24|verse=65}}, {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=37|verse=19|hidebook=1}}; {{GHGheb|text=הַלֵּ֫זוּ}} ж. р. {{GHGbible-ref|book=Ez|chapter=36|verse=35}}; и укороченное {{GHGheb|text=הַלָּז}}, иногда м. р., как в {{GHGbible-ref|book=Ju|chapter=6|verse=20}}, {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=17|verse=26}}, {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=23|verse=17}}, {{GHGbible-ref|book=Zc|chapter=2|verse=8}}, {{GHGbible-ref|book=Dn|chapter=8|verse=16}}, иногда {{GHGterm|fem.}}, {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=4|verse=25}}: см. {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=14|verse=1}} [и {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=20|verse=19|hidebook=1}} LXX; см. Комментарии и Kittel]. {{GHGmargin-letter|34|f}} 2. Rarer secondary forms, with strengthened demonstrative force, are {{GHGheb|text=הַלָּזֶה}} {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=24|verse=65}}, {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=37|verse=19|hidebook=1}}; {{GHGheb|text=הַלֵּ֫זוּ}} {{GHGterm|fem.}} {{GHGbible-ref|book=Ez|chapter=36|verse=35}}; and shortened {{GHGheb|text=הַלָּז}}, sometimes {{GHGterm|masc.}}, as in {{GHGbible-ref|book=Ju|chapter=6|verse=20}}, {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=17|verse=26}}, {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=23|verse=17}}, {{GHGbible-ref|book=Zc|chapter=2|verse=8}}, {{GHGbible-ref|book=Dn|chapter=8|verse=16}}, sometimes {{GHGterm|fem.}}, {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=4|verse=25}}: cf. {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=14|verse=1}} [and {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=20|verse=19|hidebook=1}} LXX; see Commentaries and Kittel]. {{GHGmargin-letter|34|g}} 3. The personal pronouns of the 3rd person also often have a demonstrative sense, see {{GHGpar|136}}. {{GHGmargin-letter|34|g}} Замечание 3. Личные местоименя 3-го л. часто тоже имеют значение указательных, см. {{GHGpar|136}}. --> {{примечания|title=}} [[Категория:Еврейская грамматика (Гезениус; Корчемный)]] i7gggpp4edrdoydlgsvyb7082t04ien 5729069 5729057 2026-07-11T18:18:06Z Dmitry Korchemny 61161 5729069 wikitext text/x-wiki {{GHGheader| | ЧАСТЬ = Указательное местоимение | ПРЕДЫДУЩИЙ = | СЛЕДУЮЩИЙ = }} {{GHGpar-heading|34|Указательное местоимение}} {{GHGmargin-letter|34|a}} '''1.''' Указательное местоимение: <div align="center"> {| | ед. ч. | м. р. | ''этот'' | {{GHGheb|text=זֶה}}<ref>Во многих языках в указательных местоимениях встречается начальный дентальный элемент, близкий к ''d'', который связывают с дейктической функцией; иногда он чередуется с сибилянтом. Ср. арам. {{GHGheb|text=דֵּן}}, {{GHGheb|text=דֵּךְ|translate=этот}}, {{GHGheb|text=דָּא}}, {{GHGheb|text=דָּךְ|translate=эта}}; санскр. ''sa, sā, tat''; гот. ''sa, sô, thata''; нем. ''da; der, die, das'' и англ. ''the, this, that'' и т. д. См. J. Barth, {{GHGcite|title=Zum semit. Demonstr. ''ḏ''}} в {{GHGcite|title={{abbr|ZDMG.|Zeitschrift der deutschen morgenländischen Gesellschaft, Lpz. 1846 ff., since 1903 ed. by A. Fischer.}}}} Bd. 59, S. 159 ff. и 633 ff.; {{GHGcite|title=Sprachwiss. Untersuchungen zum Semit.}}, Lpz. 1907, S. 30 ff. [См. {{GHGcite|title={{abbr|Lexicon|A Hebrew and English Lexicon of the Old Testament, based on the Thesaurus and Lexicon of Gesenius, by F. Brown, S. R. Driver, and C. A. Briggs, Oxford, 1906.}}}}, s. v. {{GHGheb|text=זֶה}}, и арам. {{GHGheb|text=דא}}, {{GHGheb|text=די}}.]</ref> |- | | ж. р. | ''эта'' | {{GHGheb|text=זֹאת}} ({{GHGheb|text=זֹה}}, {{GHGheb|text=זוֹ}})<ref>То, что {{GHGheb|text=זֶה}} может употребляться для обозначения женского рода, невозможно доказать ни на основании {{GHGbible-ref|book=Ju|chapter=16|verse=28}}, ни на основании явно испорченного места в {{GHGbible-ref|book=Jos|chapter=2|verse=17}}.</ref> |- | мн. ч. | | ''эти'' | {{GHGheb|text=אֵ֫לֶּה}} (редко {{GHGheb|text=אֵל}}) |} </div> <div style="font-size: 90%"> {{GHGmargin-letter|34|b}} Замечание 1. Форма женского рода {{GHGheb|text=זֹאת}}, несомненно, произошла из {{GHGheb|text=זָאת}} путем перехода первоначального ''â'' в ''ô'': {{GHGheb|text=זָאת}} состоит из {{GHGheb|text=זָא}} (= {{GHGheb|text=זֶה}} — ср. араб. هٰذَا ''hâ-ḏâ'' «этот») и {{GHGheb|text=ת}}, окончания женского рода ({{GHGpar|80}}). Формы {{GHGheb|text=זֹה}} и {{GHGheb|text=זוֹ}}, обе редкие,<ref>{{GHGheb|text=זֹה}} — в {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=6|verse=19}} и в семи других местах; {{GHGheb|text=זוֹ}} только в {{GHGbible-ref|book=Hos|chapter=7|verse=16}}, {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=132|verse=12}}.</ref> возникли в результате ее сокращения. В {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=132|verse=12}} {{GHGheb|text=זוֹ}} употребляется как относительное местоимение; см. ниже, {{GHGheb|text=זוּ}}. Вместо {{GHGheb|text=זֹאת}} в {{GHGbible-ref|book=Jer|chapter=26|verse=6}} в кетиве встречается {{GHGheb|text=הַזּאֹתָה}} — с артиклем и указательным суффиксом {{GHGheb|text=־ָה}}. Формы {{GHGheb|text=אֵלֶּה}} и {{GHGheb|text=אֵל}} с точки зрения употребления являются множественным числом от {{GHGheb|text=זֶה}} и {{GHGheb|text=זֹאת}}, но не этимологически. Форма {{GHGheb|text=אֵל}} встречается только восемь раз в Пятикнижии (в еврейском, но не в самаритянском тексте): {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=19|verse=8.25}}, {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=26|verse=3.4|hidebook=1}} и т. д.; всегда с артиклем — {{GHGheb|text=הָאֵל}} [также {{GHGheb|text=אֵלֶּה}}, {{GHGheb|text=הָאֵלֶּה}} — часто], а в {{GHGbible-ref|book=1 Ch|chapter=20|verse=8}} — без артикля [см. Driver к {{GHGbible-ref|book=Dt|chapter=4|verse=42}}].<ref>Согласно Kuenen (см. выше, {{GHGpar|2|n}}) и Driver (к Lev {{GHGbible-ref|book=Dt|chapter=18|verse=27|hidebook=1}} в издании Библии Гаупта), это {{GHGheb|text=אֵל}} возникло из-за ошибки в огласовке. Оно восходит ко времени, когда гласный второго слога еще не обозначался гласной буквой, и позднейшие переписчики ошибочно опускали {{GHGheb|text=ה}}. В финикийском оно писалось как {{GHGheb|text=אל}}, но, согласно Плавту, {{GHGcite|title=Пуниец}}, v, 1, 9, произносилось ''ily''.</ref> Как единственное, так и множественное число может относиться не только к людям, но и к предметам. </div> <!-- {{GHGmargin-letter|34|c}} Замечание 2. В сочетании с предлогами для обозначения косвенных падежей, мы находим {{GHGheb|text=לָזֶה|translate=этому}} (о {{GHGheb|text=לָ}} см. {{GHGpar|102|g}}), {{GHGheb|text=לְזֹאת}}, {{GHGheb|text=לָזֹאת|translate=этой}}, {{GHGheb|text=לְאֵ֫לֶּה}}, {{GHGheb|text=לָאֵ֫לֶּה|translate=этим}}; {{GHGheb|text=אֶת־זֶה|translate=этого}}, {{GHGheb|text=אֶת־זֹאת|translate=эту}}, {{GHGheb|text=אֶת־אֵ֫לֶּה|translate=этих}}, также без {{GHGheb|text=אֶת־}}, даже ''перед'' глаголом {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=75|verse=8}}, и т. д. Следует также отметить {{GHGheb|text=מְחִיר זֶה|translate=его цена}} ({{GHGbible-ref|book=1 K|chapter=21|verse=2}}), и т. д. {{GHGmargin-letter|34|c}} 2. In combination with prepositions to denote the oblique case we find {{GHGheb|text=לָזֶה|translate=to this}} (cf. for {{GHGheb|text=לָ}}, {{GHGpar|102|g}}), {{GHGheb|text=לְזֹאת}}, {{GHGheb|text=לָזֹאת|translate=to this}} (fem.), {{GHGheb|text=לְאֵ֫לֶּה}}, {{GHGheb|text=לָאֵ֫לֶּה|translate=to these}}; {{GHGheb|text=אֶת־זֶה|translate=hunc}}, {{GHGheb|text=אֶת־זֹאת|translate=hanc}}, {{GHGheb|text=אֶת־אֵ֫לֶּה|translate=hos}}, also without {{GHGheb|text=אֶת־}}, even ''before'' the verb {{GHGbible-ref|book=Ps|chapter=75|verse=8}}, &c. Note also {{GHGheb|text=מְחִיר זֶה|translate=pretium huius}} ({{GHGbible-ref|book=1 K|chapter=21|verse=2}}), &c. {{GHGmargin-letter|34|d}} 2. Вторичная форма {{GHGheb|text=זוּ}} встречается только в поэзии, и почти всегда как относительное местоимение [см. {{GHGcite|title={{abbr|Lexicon|A Hebrew and English Lexicon of the Old Testament, based on the Thesaurus and Lexicon of Gesenius, by F. Brown, S. R. Driver, and C. A. Briggs, Oxford, 1906.}}}}, s. v.]. Как и {{GHGheb|text=אֲשֶׁר}} ({{GHGpar|36}}) оно употребляется для всех чисел и родов. {{GHGmargin-letter|34|d}} 2. The secondary form {{GHGheb|text=זוּ}} occurs only in poetic style, and mostly for the relative, like our ''that'' for ''who'' [see {{GHGcite|title={{abbr|Lexicon|A Hebrew and English Lexicon of the Old Testament, based on the Thesaurus and Lexicon of Gesenius, by F. Brown, S. R. Driver, and C. A. Briggs, Oxford, 1906.}}}}, s. v.]. Like {{GHGheb|text=אֲשֶׁר}} ({{GHGpar|36}}), it serves for all numbers and genders. {{GHGmargin-letter|34|e}} Замечание 1. Это местоимение принимае артикль ({{GHGheb|text=הַזֶּה}}, {{GHGheb|text=הַזֹּאת}}, {{GHGheb|text=הָאֵ֫לֶּה}}, {{GHGheb|text=הָאֵל}}) следуя тем же правилам, что и для прилагательных, см. {{GHGpar|126|u}}; напр. {{GHGheb|text=הָאִישׁ הַזֶּה|translate=этот человек}}, но {{GHGheb|text=זֶה הָאִישׁ|translate=вот человек}}. {{GHGmargin-letter|34|e}} Rem. 1. This pronoun takes the article ({{GHGheb|text=הַזֶּה}}, {{GHGheb|text=הַזֹּאת}}, {{GHGheb|text=הָאֵ֫לֶּה}}, {{GHGheb|text=הָאֵל}}) according to the same rule as adjectives, see {{GHGpar|126|u}}; e.g. {{GHGheb|text=הָאִישׁ הַזֶּה|translate=this man}}, but {{GHGheb|text=זֶה הָאִישׁ|translate=this is the man}}. {{GHGmargin-letter|34|f}} Замечание 2. Более редкими вторичными формами с усиленной указательной функцией, являются {{GHGheb|text=הַלָּזֶה}} {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=24|verse=65}}, {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=37|verse=19|hidebook=1}}; {{GHGheb|text=הַלֵּ֫זוּ}} ж. р. {{GHGbible-ref|book=Ez|chapter=36|verse=35}}; и укороченное {{GHGheb|text=הַלָּז}}, иногда м. р., как в {{GHGbible-ref|book=Ju|chapter=6|verse=20}}, {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=17|verse=26}}, {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=23|verse=17}}, {{GHGbible-ref|book=Zc|chapter=2|verse=8}}, {{GHGbible-ref|book=Dn|chapter=8|verse=16}}, иногда {{GHGterm|fem.}}, {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=4|verse=25}}: см. {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=14|verse=1}} [и {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=20|verse=19|hidebook=1}} LXX; см. Комментарии и Kittel]. {{GHGmargin-letter|34|f}} 2. Rarer secondary forms, with strengthened demonstrative force, are {{GHGheb|text=הַלָּזֶה}} {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=24|verse=65}}, {{GHGbible-ref|book=Gn|chapter=37|verse=19|hidebook=1}}; {{GHGheb|text=הַלֵּ֫זוּ}} {{GHGterm|fem.}} {{GHGbible-ref|book=Ez|chapter=36|verse=35}}; and shortened {{GHGheb|text=הַלָּז}}, sometimes {{GHGterm|masc.}}, as in {{GHGbible-ref|book=Ju|chapter=6|verse=20}}, {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=17|verse=26}}, {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=23|verse=17}}, {{GHGbible-ref|book=Zc|chapter=2|verse=8}}, {{GHGbible-ref|book=Dn|chapter=8|verse=16}}, sometimes {{GHGterm|fem.}}, {{GHGbible-ref|book=2 K|chapter=4|verse=25}}: cf. {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=14|verse=1}} [and {{GHGbible-ref|book=1 S|chapter=20|verse=19|hidebook=1}} LXX; see Commentaries and Kittel]. {{GHGmargin-letter|34|g}} 3. The personal pronouns of the 3rd person also often have a demonstrative sense, see {{GHGpar|136}}. {{GHGmargin-letter|34|g}} Замечание 3. Личные местоименя 3-го л. часто тоже имеют значение указательных, см. {{GHGpar|136}}. --> {{примечания|title=}} [[Категория:Еврейская грамматика (Гезениус; Корчемный)]] nesje4yx0o367nvd9xkhye3hhvbarcl 104 1226148 5729153 5728891 2026-07-12T08:49:54Z KleverI 1083 5729153 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|изъ котораго сдѣлать лепешечки; поджарить ихъ на сковородѣ въ 2 {{comment|ложк.|ложках}} масла. Подаются съ сахаромъ, корицей и сметаною. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 {{comment|ф.|фунта}} творогу.</p> <p class{{=}}"recLine">3 {{comment|лож.|ложки}} сметаны.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана муки.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">3 яйца.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|лож.|ложки}} сахара.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|лож.|ложки}} масла.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№26}}'''{{xl|№ 26. Сырники вареные.}}'''</center> Приготовляются такъ же, какъ и [[#№25|жареные]]. Опустить на 10 минутъ въ кипящую воду, вынуть дуршлаковою ложкою. Взять {{frac|3|4}} стакана сметаны, {{frac|1|1|2}}&nbsp;ложки масла, облить ими сырники, посыпать сахаромъ и корицей и поставить въ печь на нѣсколько минуть. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">На самые сырники тоже, что для [[#№25|предыдущихъ]].</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} ложки масла.</p> {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахара.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана сметаны.</p> <p class{{=}}"recLine">1 чайную ложку мелкой корицы.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№27}}'''{{xl|№ 27. Клецки гречневыя.}}'''</center> Взять 5 {{comment|лож.|ложек}} растопленнаго масла, вскипятить съ 2 {{comment|стак.|стаканами}} сливокъ, молока или воды, положить 1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли, всыпать, мѣшая, 4 стакана гречневой муки и бить {{перенос|весел|кой}} |из которого сделать лепешечки; поджарить их на сковороде в 2 {{comment|ложк.|ложках}} масла. Подаются с сахаром, корицей и сметаной. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 {{comment|ф.|фунта}} творога.</p> <p class{{=}}"recLine">3 {{comment|лож.|ложки}} сметаны.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана муки.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">3 яйца.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|лож.|ложки}} сахара.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|лож.|ложки}} масла.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№26}}'''{{xl|№ 26. Сырники вареные.}}'''</center> Приготовляются так же, как и [[#№25|жареные]]. Опустить на 10 минут в кипящую воду, вынуть дуршлаговой ложкой. Взять {{frac|3|4}} стакана сметаны, {{frac|1|1|2}}&nbsp;ложки масла, облить ими сырники, посыпать сахаром и корицей и поставить в печь на несколько минуть. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">На сами сырники то же, что для [[#№25|предыдущих]].</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} ложки масла.</p> {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана сметаны.</p> <p class{{=}}"recLine">1 чайную ложку мелкой корицы.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№27}}'''{{xl|№ 27. Клецки гречневые.}}'''</center> Взять 5 {{comment|лож.|ложек}} растопленного масла, вскипятить с 2 {{comment|стак.|стаканами}} сливок, молока или воды, положить 1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли, всыпать, мешая, 4 стакана гречневой муки и бить {{перенос|весел|кой}}}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> g03ienau2njikv7h4u2ffprxr4rg695 104 1226153 5729154 5728896 2026-07-12T08:50:13Z KleverI 1083 5729154 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{перенос2|весел|кой}} минуты 3. Когда тѣсто остынетъ, вбить 3 яйца, вскипятить стакановъ 10—12 воды съ солью, опускать [[w:Клёцки|клецки]] {{comment|чайн.|чайной}} ложкою, обмакивая ее въ {{comment|холодн.|холодную}} воду. Когда будутъ готовы, выбрать дуршлаковою ложкою и подать съ поджареннымъ масломъ и лукомъ. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">4 {{comment|стак.|стакана}} гречневой муки.</p> <p class{{=}}"recLine">4 ложки сливокъ, молока или воды.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|чайн.|чайные}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} фунта коровьяго масла.</p> <p class{{=}}"recLine">3 яйца.</p> <p class{{=}}"recLine">2—3 луковицы.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№28}}'''{{xl|№ 28. Вареники съ капустою (постные).}}'''</center> Взять 2 стакана шинкованной капусты, перемыть ее въ холодной водѣ, отжать, отварить въ водѣ, откинутъ на рѣшето, дать остыть, положить въ нее {{nobr|2—3}} ложки прованскаго масла, поджареннаго съ 2 изрубленными луковицами, прибавить немного перцу и мускатнаго орѣха, размѣшать (капусту можно также поджарить въ маслѣ). Приготовить постное лапшаное тѣсто, надѣлать маленькихъ пирожковъ, отварить ихъ въ соленой водѣ и окинуть на дуршлакъ (см. [[#№19|№ 19]]), или поджарить въ постномъ маслѣ. Поджарить прованское масло съ 2 изрубленными луковицами, облить имъ вареники и подавать. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">4 стакана {{comment|шинков.|шинкованной}} капусты.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} {{comment|ф.|фунта}} прованскаго или горчичнаго масла.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли.</p> <p class{{=}}"recLine">4—5 луковицъ.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Мелкаго мускатнаго орѣха и перцу по {{frac|1|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки.</p> <p class{{=}}"recLine">На тѣсто: 1 фунтъ муки и 1 {{comment|стол.|столовую}} ложку постнаго масла.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> |{{перенос2|весел|кой}} минуты 3. Когда тесто остынет, вбить 3 яйца, вскипятить стаканов 10—12 воды с солью, опускать [[w:Клёцки|клецки]] {{comment|чайн.|чайной}} ложкой, обмакивая ее в {{comment|холодн.|холодную}} воду. Когда будут готовы, выбрать дуршлаговой ложкой и подать с поджаренным маслом и луком. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">4 {{comment|стак.|стакана}} гречневой муки.</p> <p class{{=}}"recLine">4 ложки сливок, молока или воды.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|чайн.|чайные}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} фунта коровьего масла.</p> <p class{{=}}"recLine">3 яйца.</p> <p class{{=}}"recLine">2—3 луковицы.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№28}}'''{{xl|№ 28. Вареники с капустой (постные).}}'''</center> Взять 2 стакана шинкованной капусты, перемыть ее в холодной воде, отжать, отварить в воде, откинут на решето, дать остыть, положить в нее 2—3 ложки прованского масла, поджаренного с 2 изрубленными луковицами, прибавить немного перца и мускатного ореха, размешать (капусту можно также поджарить в масле). Приготовить постное лапшаное тесто, наделать маленьких пирожков, отварить их в соленой воде и окинуть на дуршлаг (см. [[#№19|№&nbsp;19]]), или поджарить в постном масле. Поджарить прованское масло с 2&nbsp;изрубленными луковицами, облить им вареники и подавать. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">4 стакана {{comment|шинков.|шинкованной}} капусты.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} {{comment|ф.|фунта}} прованского или горчичного масла.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли.</p> <p class{{=}}"recLine">4—5 луковиц.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Мелкого мускатного ореха и перца по {{frac|1|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки.</p> <p class{{=}}"recLine">На тесто: 1 фунт муки и 1 {{comment|стол.|столовую}} ложку постного масла.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center>}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 65z1reqq12q89mrzilcok6l82lcv5o7 104 1226200 5729096 5728968 2026-07-11T19:37:23Z Baraban-uragan 121071 исправление 5729096 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} {{indent-em|1.6}}{{якорь|§42}}§ 42. Народное русское воззрѣніе по вопросу о происхожденіи русалокъ (свидѣтельства о чемъ мы въ большомъ обиліи привели только что выше, [[#§41|§ 41]]) весьма ясное и опредѣленное: русалки суть женищины и дѣти, умершія преждевременно несчастною смертью. Но изслѣдователей нашихъ такое разрѣшеніе вопроса никогда не удовлетворяло, и они искали иного. Въ 1849-мъ году нашъ знаменитый историкъ, {{razr|С. М. Соловьевъ}}, писалъ: „''Русалки'' вовсе не суть рѣчныя или какія бы то ни было нимфы; имя ихъ не происходитъ отъ русла, но отъ ''русый'' (свѣтлый, ясный); русалки суть не иное что, какъ {{razr|души умершихъ}}, выходящія весною насладиться оживленною природою. Народъ теперь вѣритъ, что русалки суть души младенцевъ, умершихъ безъ крещенія; но когда славяне умирали некрещеными, то души ихъ всѣ должны были становиться русалками?… Русальныя игры суть игры въ честь мертвыхъ… Кромѣ русалокъ, души умершихъ, мертвецы, были извѣстны еще подъ именемъ ''Навья''“<ref>[[w:Соловьёв, Сергей Михайлович|{{razr|С. М. Соловьевъ}}]]. Очеркъ нравовъ, обычаевъ и религіи славянъ, преимущественно восточныхъ, во времена языческія (Арх. Калач. I, изд. 2-ое. Спб. 1876, с. 36, 37 и 40).</ref>. Мнѣніе нашего знаменитаго этнографа, {{razr|А. Н. Аѳанасьева}}, весьма близко къ приведенному взгляду историка Соловьева. „Русскіе поселяне убѣждены, что русалки суть души младенцевъ, умершихъ некрещеными, а также утопленицъ, удавленицъ и вообще женщинъ и девицъ, самопроизвольно лишившихъ себя жизни, слѣдовательно души неудостоенныхъ погребенія. Но когда все были язычники и не знали ни крещенія, ни христіанскаго погребенія, тогда всякая душа ''сопричислялась къ русалкамъ''. Это древнее вѣрованіе удержано народною памятью за дѣтьми и утопленницами—во первыхъ потому, что такия души олицетворялись малютками, а во вторыхъ потому, что русалки признавались обитательницами водъ. Дѣвицы, бросающіяся съ горя и отчаянія въ воду, подхватываются русалками и поступаютъ въ среду этихъ водяныхъ нимфъ, подобно тому, какъ у литовцевъ такія утопленницы превращаются въ ундинъ. Младенцевъ мертворожденныхъ или скончавшихся безъ крещенія русалки похищаютъ изъ могильныхъ ямъ и уносятъ въ свои воды; онѣ крадутъ ихъ даже изъ-подъ порога избы… И многія другія черты указываютъ на отождествленіе русалокъ съ душами усопшихъ“<ref>[[w:Афанасьев, Александр Николаевич|{{razr|Аѳанасьевъ}}]], [[w:Поэтические воззрения славян на природу|Поэтическія воззрѣнія славянъ на природу]]. Т. III. М. 1869, с. 240—241 и 243.</ref>. |{{nop}} {{indent-em|1.6}}{{якорь|§42}}§ 42. Народное русское воззрение по вопросу о происхождении русалок (свидетельства о чем мы в большом обилии привели только что выше, [[#§41|§ 41]]) весьма ясное и определенное: русалки суть женищины и дети, умершие преждевременно несчастною смертью. Но исследователей наших такое разрешение вопроса никогда не удовлетворяло, и они искали иного. В 1849-м году наш знаменитый историк, {{razr|С. М. Соловьев}}, писал: „''Русалки'' вовсе не суть речные или какие бы то ни было нимфы; имя их не происходит от русла, но от ''русый'' (светлый, ясный); русалки суть не иное что, как {{razr|души умерших}}, выходящие весною насладиться оживленною природою. Народ теперь верит, что русалки суть души младенцев, умерших без крещения; но когда славяне умирали некрещеными, то души их все должны были становиться русалками?.. Русальные игры суть игры в честь мертвых… Кроме русалок, души умерших, мертвецы, были известны еще под именем ''Навья''“<ref>[[w:Соловьёв, Сергей Михайлович|{{razr|С. М. Соловьев}}]]. Очерк нравов, обычаев и религии славян, преимущественно восточных, во времена языческие (Арх. Калач. I, изд. 2-ое. Спб. 1876, с. 36, 37 и 40).</ref>. Мнение нашего знаменитого этнографа, {{razr|А. Н. Афанасьева}}, весьма близко к приведенному взгляду историка Соловьева. „Русские поселяне убеждены, что русалки суть души младенцев, умерших некрещеными, а также утоплениц, удавлениц и вообще женщин и девиц, самопроизвольно лишивших себя жизни, следовательно души неудостоенных погребения. Но когда все были язычники и не знали ни крещения, ни христианского погребения, тогда всякая душа ''сопричислялась к русалкам''. Это древнее верование удержано народною памятью за детьми и утопленницами — во первых потому, что такие души олицетворялись малютками, а во вторых потому, что русалки признавались обитательницами вод. Девицы, бросающиеся с горя и отчаяния в воду, подхватываются русалками и поступают в среду этих водяных нимф, подобно тому, как у литовцев такие утопленницы превращаются в ундин. Младенцев мертворожденных или скончавшихся без крещения русалки похищают из могильных ям и уносят в свои воды; они крадут их даже из-под порога избы… И многие другия черты указывают на отождествление русалок с душами усопших“<ref>[[w:Афанасьев, Александр Николаевич|{{razr|Афанасьев}}]], [[w:Поэтические воззрения славян на природу|Поэтические воззрения славян на природу]]. Т. III. М. 1869, с. 240—241 и 243.</ref>. }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> psldx5sunus4w2fgkpvbd6w7p6hkhei 0 1226209 5729020 2026-07-11T12:54:38Z Rita Rosenbaum 62685 Новая: «{{Словарная статья |НАЗВАНИЕ= |ВИКИДАННЫЕ=Q1038910 |КАЧЕСТВО= }} '''Сельская поземельная община в России.''' Говоря о С. п. о., не только в обыденной речи, но и в научной литературе сплошь и рядом смешивают совершенно различные вещи, и это обстоятельство значительно осложн...» 5729020 wikitext text/x-wiki {{Словарная статья |НАЗВАНИЕ= |ВИКИДАННЫЕ=Q1038910 |КАЧЕСТВО= }} '''Сельская поземельная община в России.''' Говоря о С. п. о., не только в обыденной речи, но и в научной литературе сплошь и рядом смешивают совершенно различные вещи, и это обстоятельство значительно осложняет выяснение существа вопроса о С. п. о. Смешивают, прежде всего, сельскую О., как ''административную'', как ''земельную'' и как ''податную'' единицу. Между тем, административная О. не имеет, по существу, ничего общего с земельною — первая представляет собой явление из области государственного и административного права, вторая — из области гражданского права, экономики и этнографии; во Франции и Германии административная О. представляет собой один из основных элементов государственного и административного строя, тогда как о земельной О. во Франции нет и речи, в Германии сохранились лишь кое-какие ее следы. Больше общего С. п. о. имеет с податною; С. п. о. весьма обычно является и податною, — но и здесь связь отнюдь не является необходимою — С. п. о. может существовать, не будучи обложенною податями, с другой же стороны податная община может совершенно не быть земельною общиной. В настоящей статье будет трактоваться исключительно ''земельная'' О., о податных же ее функциях будет говориться лишь постольку, поскольку они органически слиты с земельными. Однако, и понятие ''земельной'' О. еще не отличается достаточною определенностью: одни, говоря о сельской поземельной О., имеют в виду, непременно, О.-''собственницу'', другие говорят только об ''общинном владении'' и пользовании землею, независимо от того, является ли О. собственницей владеемых ею земель. В действительности между общинною собственностью и общинным владением нет органической связи — общинное владение существует у сибирских крестьян и инородцев, владеющих землей на праве постоянного пользования; оно существовало у государственных крестьян европейской России и тогда, когда права их на надельную землю характеризовались законом не как полное право собственности. В соответствии с этим сельская земельная О. будет трактоваться в этой статье не как вид земельной собственности, а как ''форма владения и пользования'' землею, — как ''союз, владеющий и распоряжающийся землею'', независимо от того, принадлежит ли ему право собственности, или же это право принадлежит государству, частному лицу — помещику и т. п.; вместе с тем, — как союз, ''регулирующий'' или, во всяком случае, ''имеющий право регулировать пользование'' землей, при чем самое пользование может либо быть общим, либо распределяться между участниками общинного союза распоряжением О. С земельною О. в полном смысле этого слова мы имеем дело лишь тогда, когда О. так или иначе ''осуществляет свое право регулировать'' пользование землей. Где и поскольку это право еще не начало осуществляться, мы имеем дело с еще ''слагающеюся'', зарождающеюся О.; где оно уже перестало осуществляться, мы имеем дело с ''замершею'' или ''замирающею'' О. ''Происхождение русской С. п. о.'' Вопрос о происхождении русской О. является одним из наиболее спорных вопросов русской истории, в значительной мере осложняясь благодаря отмеченному выше, весьма обычному, смешению поземельной и административной общины, — О., как формы собственности и как формы владения землею. Правда, то, повидимому, бесспорное положение этнографии, что коллективное владение землею — поскольку речь могла быть, вообще, о ''владении'', а не о простом ''пользовании'', — владение племен, родов и больших семей, у большинства народов предшествовало индивидуальному поземельному владению, является общепризнанным и по отношению к нашей стране; оно вполне подтверждается наблюдениями над земельным бытом русских кочевников и племен, стоящих на еще более примитивных ступенях хозяйственного развития (охотники, рыболовы и оленеводы севера европейской России и Сибири). Но этим не предрешается вопрос о происхождении ''современной'' русской земельной общины. Спорным является, прежде всего, вопрос, выросла ли русская земельная О. как продукт эволюции первобытных форм родового быта, или же она возникла из какого-либо иного источника. Представители так наз. теории ''родового быта'' (Эверс, Рейц, Соловьев, Кавелин, Блюменфельд) полагают, что земля составляла, первоначально, собственность родового союза и находилась в распоряжении родоначальника. Конечно, и в этой форме собственность на землю появилась сравнительно поздно — первоначально предметами общей родовой собственности были только движимые имущества. Земля, в виду ее изобилия, находилась лишь в фактическом пользовании родового союза, которое, при широком просторе, могло оставаться неотграниченным от пользования других таких же союзов; с таким неразграниченным пользованием родовых союзов мы и до сих пор встречаемся у кочевников, по отношению к имеющимся в изобилии угодьям. Лишь позднее, когда размножение населения и сокращение земельного простора вызывают столкновения из-за земли, последняя становится предметом собственности; из родового владения землею образуется, с одной стороны, ''земельная'' О., с другой, — из него выделяются родовые имущества служилых людей. Сторонники теории общинного быта (К. Аксаков, Беляев, Лешков, позднее Соколовский и др.) полагают, что род и родовое владение распались у славян еще до занятия ими территории нынешней России и сменились ''территориальною'' или ''соседскою'' общиной, основанием которой было не родство, а ''сожительство'' и порождаемые им соседские отношения; союз, связавший славян в этнографическое единство, вместе с тем стеснил и ограничил частную собственность и с первой минуты оседлости породил в русской земле общинное землевладение. С этим спорным вопросом неразрывно сплетается вопрос о самопроизвольном, так сказать, или искусственном происхождении современной русской земельной О., — вопрос, является ли она продуктом некоторой ''самостоятельной, шедшей изнутри, эволюции'' форм крестьянского землевладения и землепользования, или же представляет собою форму, ''созданную государством и помещиками'', главным образом, в интересах отбывания государственных и владельческих платежей и повинностей. В этом виде вопрос о происхождении русской С. п. о. был впервые поставлен Б. Н. Чичериным в 1856 г. Поводом к выступлению Чичерина послужило замечание, сделанное Тенгоборским, в его известной книге о производительных силах России, по поводу крестьянских переделов: „эта система дележа коренится в совершенно патриархальном устройстве наших О. Она основана на первоначальной идее единства О. и равенства прав каждого члена на соответствующую долю земли, принадлежащей О.“ Выступая с решительным возражением против такого взгляда, Чичерин исходил из нижеследующего определения: „Существенные черты нынешнего общинного владения заключаются: 1) в равном наделе О. всех ее членов и в переделе земель для уничтожения возникшего неравенства, 2) в отсутствии права свободного распоряжения как отдельными участками, так и всею общинною землею“. Как он прямо говорит в другом месте: „тягло, как единица рабочих сил, на которую накладывается подать“, есть „понятие основное для всего нынешнего общинного быта“. С. п. о., для Чичерина, — это, значит, прежде всего ''тяглая, податная'' О., не патриархальная, не родовая, а ''государственная''. По аналогии с другими славянскими племенами, Чичерин допускает, что и у русских славян первоначально существовала родовая, патриархальная собственность. С появлением князей и дружины и с захватом ими земли, прежняя родовая патриархальная собственность исчезает, и родовая О. превращается во ''владельческую'' — в О. пришлых людей, сидящих на земле владельца. Эти владельческие О. могли иметь весьма разнообразное устройство, но во всяком случае земля не была совокупным владением О., а разделялась на отдельные участки — жеребья, имевшие свой определенный обычаем размер. О. призывала новых поселенцев на опустевшие жеребья, распределяла между жеребьями подати и повинности, соразмерно их величине и качеству, следила за отправлением повинностей — этим и ограничивалось участие О. в поземельном владении; переход земли по наследству, отдача ее внаем и отчуждение происходили без всякого участия О. О., вместе с тем, утратила свои административные и судебные функции, — она перестала, вообще, быть союзом лиц, связанных общим происхождением и общими интересами, и сделалась союзом лиц, связанных единственно общими повинностями в пользу землевладельца — патриархальная О. превратилась в тяглую, владельческую. С течением времени она утрачивает, по Чичерину, и этот характер — из поземельной и владельческой она становится ''сословною'' и ''государственною'', и вместе с тем в этой тяглой О. водворяется душевое, передельное, пользование землею: раз крестьяне были прикреплены к земле и к тяглу, они уже не имели возможности уйти из О., и наступившее, под влиянием прироста населения, утеснение в земле и увеличение тягости обложения заставило их, под прямым воздействием помещичьей и правительственной власти, прибегнуть к переделу земли, сначала по тяглам, а потом — по душам; конечно, душевой способ передела мог появиться только по введении, при Петре Великом, подушной подати. По указу о подушной подати все еще остававшиеся свободными крестьяне (однодворцы, черносошные, ясашные и пр.) вошли в разряд государственных, в противоположность помещичьим, и под влиянием того же указа у них установилось общее владение землею с соразмерным с податною раскладкой распределением ее между отдельными членами. Окончательный распорядок поземельного владения О. был установлен уже при Екатерине II известными межевыми инструкциями 1766 г. В конечном же результате „настоящее устройство сельских О. вытекло из сословных обязанностей, наложенных на земледельцев с конца XIV века, и преимущественно из укрепления их к местам жительства и из разложения податей на души“; наша сельская О. „не образовалась сама собой из естественного союза людей, а устроена правительством под непосредственным влиянием государственных начал“. Решительным противником формулированного, таким образом, Чичериным учения о государственном происхождении русской сельской О. выступил, первым, И. Д. Беляев. „По сравнению с взглядами Чичерина, взгляды Беляева кажутся простыми, прямолинейными, пожалуй, даже наивными. Нечуждый славянофильства, Беляев видел в О. исконно-русское учреждение, возвышающее нас над всеми западно-европейскими народами“ (П. Г. Архангельский). Он находил корни русской О. „в самом духе народа, в складе русского ума, который не любит и не понимает жизни вне О.“. Основные черты общинного строя, по Беляеву, существовали еще до Рюрика, и, таким образом, передельная О. середины XIX в. непосредственно связывается, в его построении, с патриархальным строем. Впрочем, эта русская патриархальная О. уже не была родовою: родовая О., по Беляеву, разрушилась еще до прихода варягов, благодаря расселению русских между финнами и латышами. На место родовой О. явилась О. договорная, в которую сами варяги были приглашены на договорных началах. Общины остались при существовавшем до призвания варягов свободном владении землею, которое образовалось путем групповой заимки незанятой, ничьей земли: при этом общинном владении хозяин участка земли владел землею, пока состоял сам в О., а оставляя О., он лишался и права на землю. В противоположность мнению Чичерина, Беляев полагал, что значение древнерусской О. не было только финансовым и хозяйственным и не ограничивалось раздачей пустующих жеребьев вновь приходящим крестьянам. О. защищала свои земли против посягательств посторонних, подавала челобитные, вообще была хозяином своих земель. На землях, нерозданных в вотчины и поместья, О. сохранила свои земельные права и после того, как они обратились в черные или государственные; эти земли Беляев и считает колыбелью современной русской О., тогда как на частновладельческих землях О. приняла чисто административный характер. Земля в черных О. была общинною собственностью: О. могла ее продавать, тогда как отдельный крестьянин мог перепродавать только свое право пользования ею. В XIV—XVI вв. это пользование было бессрочным и даже наследственным, под условием лишь отбывания „тягла“ по мирским раскладкам. В XVI в., как утверждает и доказывает Беляев, О. была уже тождественна с О. середины XIX в., производившей уравнительные переделы. Таким образом, и схема Чичерина, и схема Беляева построены на смешении земельной и административной О. Но в противоположность Чичерину, все таки пытавшемуся проследить некоторую эволюцию форм русской сельской О., Беляев знает только две конечных формы: первобытный, неограниченный захват в эпоху первоначального заселения страны — и передельную общину; „такое странное, на первый взгляд, представление объясняется, кажется, не столько предвзятою мыслью, сколько состоянием тогдашних знаний об общинном землевладении“ (Архангельский). Чичерин и Беляев были родоначальниками тех двух школ или направлений, о которых было упомянуто выше. Из числа приверженцев теории самопроизвольного развития современной земельной О. нужно назвать, особенно, Блюменфельда и Соколовского. Будучи сходными с точки зрения ''самопроизвольности'' эволюции О., взгляды этих двух исследователей во всем остальном представляются до полярности противоположными. Г. Ф. Блюменфельд воспринял формулированную Ф. И. Леонтовичем, в применении к политическому быту, общинно-задружную теорию, которую еще К. Н. Бестужев-Рюмин распространил на земельные отношения. Исходною формою общественного развития славян служила, по этой теории, ''семейная'' О. (вервь, задруга), связанная общим происхождением и сожительством. Из этих семейных элементов уже создавались О. территориальные. По Блюменфельду, задруга встречается на пространстве всей русской истории; она и была коренною формой славянского и в частности русского быта. Из задруг, по мере их размножения, выделялись новые задруги, и путем колонизации возникал целый ''союз задруг'', составлявший территориальную О., господствующим типом которой была О., слагавшаяся из совокупности мелких задруг-хуторов, связанных интересами религии, защиты от врагов, торговли и жительства на одной территории, и составлявших, каждая, вполне самостоятельную земельную единицу. Совокупность таких территориальных О. составляла более крупные союзы, также складывавшиеся по типу задруги, лежавшему в основе всего народного быта. Таким образом, путем постепенной колонизации, образовались на севере волостные О.; в других местностях волостная О. не успевает развиться, и слагается замкнутая деревенская О., при чем право общинника на земельный участок подчиняется праву О. на переделы. Таким образом, ни правительство, ни помещичья власть ''не создали'' О. — они ''только помогли'' ей взять верх над индивидуализмом. По П. А. Соколовскому „в доземледельческий период общинное землевладение среди русских племен было обычною формой земельных отношений“, и „зародыш О. таится в дали доисторических времен, от которых русский земледелец унаследовал готовыми общинные инстинкты“. Примыкая к Беляеву и в резкое отличие от Блюменфельда, Соколовский полагает, что происхождения О. нельзя искать ни в семье, ни в договоре, ни в круговой поруке за повинности, — общинные формы вынесены русским народом, ''именно как общинные'', из глубины времен. Подобно другим народам, земля у русских славян, в начале их истории, принадлежала группам из нескольких селений; такое значение, повидимому, имела, наряду с судебно-административным, вервь Русской Правды. В последующее время такими союзами селений, связанными общинным владением землей, были волости (погосты, губы), позднее в большей части России они потеряли поземельное значение; поземельный характер волость сохранила только на севере России. Формы такой волостной О. были весьма разнообразны: в одних случаях земля принадлежала целой волости, в других группе селений — селу с деревнями, иногда нескольким деревням без центрального села; иногда внутри волостной О. выделялись подчиненные ей союзы из нескольких селений, сообща владевших какою-либо частью угодий, в пользовании которою другие селения уже не участвовали; иногда существовала связь и между двумя волостями. В изображении этой „путаницы владений“ Соколовский стоит на вполне твердой почве — рисуемая им картина очень близка к той, которая позднее выяснилась, уже в более конкретном виде, на основании данных, главным образом, сибирских исследований. Слабою стороною его воззрений является разделяемое им с многими другими исследователями конца XIX в. стремление построить земельные отношения внутри О. до-петровского периода на основании аналогии с современными общинно-земельными порядками крестьян европейской России: уже для XVI в. он рисует картину переделов, во всем существенном сходную с наблюдавшеюся в XIX в., — количественное и качественное уравнение земельных долей, путем нарезки их узкими полосами в приблизительно равнокачественных клиньях и т. п. Из числа сторонников теории государственного происхождения современной русской О. необходимо назвать В. И. Сергеевича и П. Н. Милюкова. Первый без оговорок принимает взгляд Чичерина, поскольку он „приписывает возникновение О. правительственным мероприятиям, a потому и называет ее государственной“. Крестьянские общинные земли, — по убеждению Сергеевича, — результат конфискации государством у частных лиц (новгородских владельцев) их земель, которые затем предоставлялись крестьянам в прекарное владение. Единство О. создавалось оброком, который возлагался на целое крестьянское общество волости или нескольких волостей; благодаря этому „в крестьянских обществах возникают общие дела по управлению оказавшимися в их владении землями и угодьями“, при чем „общий оброк, налагаемый отдельно на целый ряд сел и деревень, должен был повести к равномерному распределению угодий между разными селами и деревнями. На этом и останавливаются успехи общинного землевладения в до-петровской Руси; равные наделы тяглецов и периодические переделы земель по их числу составляют последствие подушной подати“, — в до-петровскую же эпоху „каждый крестьянин брал участок таких размеров, какие ему были нужны. Повинности распределялись по земле, а не земля нарезалась для платы повинностей“. — По убеждению П. Н. Милюкова, „не только нет возможности вывести современную О. из каких-либо первобытных общественных форм, но даже есть полная возможность показать ее позднее, сравнительно, происхождение и раскрыть создавшие ее причины. По существу своему русская О., — по убеждению Милюкова, — есть принудительная организация, связывающая своих членов круговым обязательством в исправности отбывания лежащих на ней платежей и повинностей и обеспечивающая себе эту исправность уравнением повинностей с платежными средствами каждого члена“. Эта тяглая О. превращается в хозяйственную, земельную, прежде всего, на землях частных собственников, у крепостных крестьян; затем, уже позднее, „правительство старается распространить этот обычай и на свободное крестьянство русских окраин“, и в конечном результате „русская О. есть поздний и в разных местностях разновременный продукт владельческого и правительственного влияния“. К тому же выводу, в результате тщательной работы над крестьянскими документами архангельского севера, пришла известная исследовательница А. Я. Ефименко: и для нее „наша поземельная О… продукт относительно позднего времени, заключительное звено длинного исторического процесса“, — положение, с которым, замечу здесь же, нельзя не согласиться; но вместе с тем О. — „плод внешнего воздействия“. Еще в XIV, приблизительно, веке на севере господствовала задруга; земля была собственностью семейных коммун (печища); печище обнимало возделанную землю, пахотную и сенокос, обычно с промысловыми угодьями. С течением времени печище дробится и делится между его членами, но остается, в поземельном отношении, сложным целым. Каждый участник дележа получает не определенный участок, а лишь ''право на долю'' во всех полях, покосах и угодьях. В этом сущность открытого г-жею Ефименко „долевого владения“. Из этой сущности вытекала „необходимость передела или уравнения“; но передел сводился к ''качественному'' уравнению долей, которые оставались неизменными по величине и на которые каждый дольщик имел право собственности. Не будучи, в то же время, и чисто личным, долевое владение заключало в себе, как в зародыше, элементы и общинные и индивидуалистические; при одних обстоятельствах могли получить преобладание первые, при других вторые. К открытию долевого владения г-жа Ефименко пришла, как видно из сказанного, на основании местного исследования, — но свои выводы распространила на всю территорию древней Руси. При этом в центре, на владельческих землях, долевая деревня, „где совладельцы не могут по произволу распоряжаться своими долями и где величина доли обусловливалась исключительно хозяйственными силами“ крестьянина, уже ''ближе подходит к общине'', с прикреплением же порядчиков к земле „долевое землевладение необходимо превращается в общинное“; значит, О. в центре России является результатом прикрепления крестьян, и начало ее, следовательно, никак не восходит выше конца XVI или начала XVII ст. На черносошном севере, благодаря ослаблению родовых связей, вторжению в деревню посторонних элементов, но больше всего — благодаря размножению населения и земельной тесноте преобладание получили ''индивидуалистические'' элементы долевого владения. К XVIII в. здесь всецело господствует личное землевладение с его естественными результатами: концентрацией земли и обезземелением части населения. Но правительство объявляет землю государственною собственностью, а затем межевые инструкции Екатерины II и дальнейшие мероприятия, уже начала XIX в., являются „декретами конвента“, насаждающими и на севере общинное владение с уравнительными переделами. Если во взглядах Беляева и его последователей немалую роль играли определенные теоретические представления, к которым так или иначе подыскивались или подгонялись показания документов, то последователи Чичерина уже всецело стоят на почве исторических документов: „Не находя в актах категорических указаний на самопроизвольную эволюцию крестьянского землевладения и землепользования и, наоборот, в изобилии встречая там следы административного и владельческого воздействия“, они „во всеоружии исторических данных утверждают, что не могло быть того, о чем молчат акты“ (Архангельский). „Отсутствие в новгородских писцовых книгах — говорит Сергеевич — указаний на землевладение крестьянских О. имеет решающее значение по вопросу о земельной собственности крестьянских О.“ Вопрос о собственности мы устранили из нашего рассмотрения. Но даже то „прекарное владение“, которое принадлежало крестьянам? ''Кому'' принадлежало это прекарное владение? целой О. или отдельным крестьянам? „По писцовым книгам — отвечает Сергеевич, — отдельные участки показаны за отдельными крестьянами; ''они'', надо полагать, и суть владельцы этих участков, а не О.“ А. Я. Ефименко упоминает о некоторых намеках и указаниях актов, дающих основание предполагать существование на севере свободных черных О. Но против этого предположения — говорит она — „стоит грозная и несокрушимая твердыня писцовых книг. Исключительное значение этих документов для решения вопросов этого рода не может подлежать никакому спору, никакому сомнению. Писцовые же книги не дают ни малейших оснований предполагать такие О. черных людей“. ''Сибирские исследования, как „живая история“ О.'' Можно ли, однако, признавать документы ''достаточным'' и ''решающим'' материалом для восстановления истории О., — вообще, для воссоздания исторической картины внутренней жизни народа? Уже обще-методологические соображения (Бернгейм и др.) наводили на отрицательный ответ на такой вопрос. В применении, собственно, к вопросу об О. ограниченная роль источников документального характера была еще в 1879 г. определенно подчеркнута М. М. Ковалевским, отметившим, что „повседневные явления общественной жизни менее всего останавливают на себе внимание законодателей, и регулирующие их обычаи не входят вовсе в составляемые ими своды, продолжая жить попрежнему во внутренних распорядках отдельных общин, родов и семей“. Из историков, трактовавших вопрос о происхождении русской О., аналогичная мысль впервые была формулирована М. Ф. Владимирским-Будановым: в 1905 г., в полемике с Сергеевичем, он определенно высказал, что „отсутствие исторических документов, свидетельствующих в пользу О., не означает еще отсутствия самой О. в древней Руси“. Однако, такая „переоценка ценностей“ (Архангельский) сделалась возможной только в самое последнее время, благодаря произведенным в конце 80-х и в 90-х гг. прошлого столетия местным исследованиям, главным образом, сибирской О., „вскрывшим перед всеми ее „живую историю“. Как замечает П. Г. Архангельский, „до сибирских исследований ни у историков, ни у экономистов не было, да и не могло быть отчетливого и детального представления о процессах зарождения и сложения земельной О.; не было потому, что процессы эти, крайне сложные и разнообразные, нигде нельзя было наблюдать, кроме Сибири и некоторых других многоземельных окраин России. Представить себе эти процессы a priori, во всех их стадиях, не было никакой возможности“, а потому „ранние историки, не имея достаточно точного и конкретного представления об этих процессах, должны были или отрицать их, приписывая правительству роль всемогущего творца и создателя земельных отношений народа, или настаивать на полной неподвижности крестьянского землевладения в течение всей русской истории“. Со времени „ранних историков“, и чисто историческое изучение русской О. подвинулось вперед, но ''больших'' успехов оно сделать не могло, пока историкам и исследователям типа А. Я. Ефименко приходилось либо воссоздавать историческую картину на основании отрывочных и односторонних показаний документов, либо брать аналогии из современных средне- и северно-русских земельных распорядков, соответствующих совсем иной ступени земельной эволюции. Некоторое предвосхищение той картины эволюции форм землевладения и землепользования, какая рисуется при свете „живой истории“ сибирских исследований, мы находим только у А. С. Лаппо-Данилевского, который в 1894 г. нарисовал такую схему: „происхождение крестьянской О. следует объяснять расширением круга родовых отношений, в пределы которого стали мало-по-малу входить посторонние элементы; общность экономических интересов выражалась в существовании общинной поземельной собственности, которая, с постепенным переходом прав собственности к великому князю, мало-по-малу сменилась потомственным поземельным владением. Неопределенные границы этой собственности вызывали захватный способ землевладения; в кое-каких местностях, более населенных, при ближайшем определении границ поземельных владений О., он превращался в общинное землевладение, со свойственными ему краткосрочными или долгосрочными переделами“. Сибирские исследования касаются, в главной своей массе, сибирских крестьян, затем — туземцев кочевого и полукочевого типа, главным образом, киргиз и бурят. Результаты были сведены воедино автором этой статьи и несколько позднее К. Р. Качоровским и сопоставлены с фактами, относящимися к некоторым окраинным местностям европейской России и к Закавказью. Значение этих исследований велико уже потому, что они относятся к местностям, по плотности населения и земельному простору как бы воспроизводящим давнее прошлое коренных областей страны. Оно еще повышается благодаря, во-1-х, тому, что исследователи, нередко, имели возможность сопоставлять свои непосредственные наблюдения с относящимся к тем же фактам документальным материалом, и во-2-х, тому, что исследовалось не только русское, но и туземное население. Для методологии вопроса о происхождении русской земельной О., особенно важно ''первое'' из этих двух обстоятельств: оно позволило установить громадную роль ''фикции'' в том документальном материале, каким приходится пользоваться при историческом изучении О., не говоря уже о неизбежной неполноте и односторонности этого материала. История О., как она обычно трактуется, „имеет дело не с конкретными фактами, а со ''свидетельствами'' о фактах, не с живыми людьми, а с мертвыми документами. Она знает то, что засвидетельствовано документами, и не знает, ''не может знать'' того, что совершилось, не оставив за собой документального следа; и с этою особенностью приходится особенно считаться, когда мы имеем дело с историческим изучением экономической жизни масс, притом в такой поголовно безграмотной стране, как Россия… Основанное на документах“ — ''на одних'' документах — „историческое изучение может давать, в подобного рода вопросах, только обрывки знания, обрывки, дающие не только крайне неполную, но и ''неизбежно одностороннюю'' картину“: документы, чаще всего, возникают в те моменты, когда жизнь О., вообще земельные отношения в деревне, выходят из нормы и, тем самым, вызывают вмешательство судебной или административной власти. „Происходили ли в О. какие-либо события, не вызванные вмешательством администрации или суда и, в свою очередь, его не вызвавшие, или нет, — такие события, в виде правила, ''не могли'' оставить документальных следов, и потому отсутствие таких следов не может служить доказательством ни существования, ни несуществования соответственных событий“. ''Могли'', но при нормальном течении вещей, при мирных внутриобщинных отношениях, тоже вовсе ''не должны были'' непременно, оставить письменный след такие крупные и резкие факты, как коренной передел уже переделявшихся ранее пашен, или как самопроизвольный переход О. от вольных форм пользования к переделу, произошедший в виде некоторого скачка. И вовсе ''не могли'' оставить документального следа, при мирном течении дел, каждогодные переделы покосов, а тем более — разнообразные промежуточные формы между вольным пользованием и переделом, а равно все те отводы, отрезки, прирезки, ограничения свободного захвата пахотных земель, из которых слагается жизнедеятельность ''слагающейся'' общины (см. ниже). Напротив — всякое вмешательство власти более или менее неизбежно оставляет документальный след; и притом не только такое вмешательство, которое ''оказало'' существенное влияние на положение вещей, но и такое, которое ''осталось безрезультатным'', или на которое население реагировало тем или другим ''фиктивным'' актом (напр., оставшимся без исполнения приговором), или которое лишь сопутствовало событию, уже наступавшему независимо от такого вмешательства. В конечном результате документальный материал „неизбежно будет чрезвычайно односторонним и необходимо будет, поэтому, давать не только неполное, но и неправильное, однобокое представление о действительном ходе эволюции форм русского крестьянского землевладения“. Основная трудность исторического изучения русской О. — в отсутствии возможности истолковывать показания документов при помощи свидетельств того, что историческая методология называет историческим преданием. Между тем, „живая история“ „открывает перед нами полную возможность подобного рода интерпретации, так как располагает, кроме тоже неполного и тоже иногда неясного документального материала, весьма обширным описательным материалом местных экспедиционных исследований; этот материал может служить проверкою документов, и сопоставление с ним проливает яркий свет на их значение“. Указания „живой истории“ по существу вопроса вытекают, прежде всего, из того обстоятельства, что сибирские исследования охватили ''не только русское'', но и ''туземное'' население. У этого последнего были найдены частью очень сходные с русскими (у бурят), частью более или менее своеобразные формы как слагающейся, так и уже сложившейся О., при чем лишь в некоторых случаях можно предполагать какое-либо влияние примера русских крестьян; в других случаях такая возможность исключается своеобразием туземных форм О.; еще в других, при наличности подходящих для того условий, эволюция О. у туземцев (бурят) ''обогнала'' таковую же эволюцию у русских крестьян. А все это показывает, что на земельную О. нельзя смотреть, как на какое-то специфически ''русское'' явление, вытекающее из особенностей ''русского'' духа. Дальнейшие указания „живой истории“ относятся к вопросу о связи современной земельной О. с некогда существовавшими формами родового быта. Последний и до сих пор очень силен у инородцев, особенно у киргизов. У сибирских крестьян следов родового быта нет, но в некоторых местностях широко распространены „однопородные деревни“, происшедшие путем естественного размножения и раздела одной или немногих семей первоначальных поселенцев. И вот, у туземцев разнообразные группировки, частью территориальные, частью артельные, из которых постепенно слагается О., слагаются внутри более или менее крупных родовых групп; но это все — ''не родовые'' группы, как таковые, а группы, связанные совместным жительством или общностью трудовых затрат (орошение, городьба), и ''не род'', а ''соседство'' или ''трудовые затраты'' являются их объединяющим началом. По отношению к русскому населению ни малейших указаний на то, чтобы „однопородность“, или более обычная „разнопородность“, или даже просто сбродный характер населения, тоже очень обычный в Сибири, как-либо отражались на формах землевладения и на их эволюции, на темпе и последовательности перехода от до-общинных к общинным формам. А отсюда ясный вывод: „однопородность“, семейная или родовая связь, отнюдь не представляет собой необходимого признака, не является существенною предпосылкой О. По существу своему эта последняя является никак ''не родовою или семейною'' О. и не продуктом ее эволюции, а ''соседскою'' группой, связанною сожительством и чисто экономическими интересами. Сибирские исследования рисуют и процесс ''сложения'' О., как владеющего и распоряжающегося землею субъекта, и процесс ''развития форм общинного владения и пользования'' землею. Сельская О. в тесном смысле этого слова — О.-селение, как оказывается, не есть такая исконная или во всяком случае издавняя земельная ячейка, которая в себе и из себя вырабатывала бы общинное право и общинные формы пользования и распоряжения землею. У туземцев, киргиз и бурят, исследованием обнаружены общинные порядки, и не обнаружено О., как целостной земельной единицы, — у них имеются лишь разнообразные, пестрые по объему, составу и задачам общинные группировки: совместная жизнь и совместное использование угодий, иногда совместные затраты труда, создают известные общие хозяйственные потребности и необходимость в примирении сталкивающихся интересов, в урегулировании пользования угодьями. Эта потребность объединяет иногда более узкую, иногда более широкую группу, которая и берет на себя выполнение известных хозяйственных или землеуравнительных функций. Для разных целей возникают самые разнообразные группировки, нередко взаимно-пересекающиеся и скрещивающиеся так, что каждый индивид или каждая мелкая селитебная группа может принадлежать к весьма разнообразным по объему и составу группировкам. He орган, община, создает функцию — общинные порядки, а, наоборот, — каждый вид этой функции создает для себя соответственный орган, соответственную общинную группировку. И так как сами общинные функции у туземного, кочевого и полукочевого, населения еще не достигли полной законченности и определенности, то не вполне выработался и орган: мы имеем дело именно с ''общинными группировками, а не с окончательно сложившеюся О.'' To же у сибирских крестьян. У них существует и вполне сложившаяся, и еще слагающаяся сельская земельная О. Поскольку она является сложившеюся, в виде О.-селения, она является продуктом разложения гораздо более обширных союзов. Эти более обширные союзы — ''частью'' О.-волости. Но волостные О. — отнюдь ''не необходимое'' звено в эволюции О. в Сибири, a скорее случайный эпизод, обусловленный государственным межеванием сибирских земель в волостные дачи. Естественный процесс развития О. сибирских крестьян аналогичен таковому же процессу у туземного населения. Отдельные индивиды (заимщики) и селитебные группы — селения — вступают между собой в известные отношения на почве пользования теми или другими угодьями. Пока практически-безграничный простор устраняет поводы для столкновений из-за землепользования, эти отношения представляют собой просто „путаницу владений“, без каких бы то ни было определенных границ. При надвигающемся „утеснении“ за регулирование землепользования берется каждая из тех бесконечно пестрых групп, в которые население объединяется по чисто хозяйственным мотивам и внутри которых индивиды сталкиваются и соприкасаются между собой на почве пользования тем или другим угодьем, даже видом известного угодья, так что каждая селитебная группа и каждый отдельный крестьянин, в отношении пользования разными видами угодий, может принадлежать к нескольким, разнообразным по объему и составу бытовым союзам. Где имело место волостное межевание, там оно давало перевес элементам общности пользования входящих в состав волости селений и на некоторое время задерживало, — но именно только задерживало, естественный процесс обособления землевладения и землепользования. По мере того, как вырабатываются и одерживают верх общинно-уравнительные формы, волость оказывается слишком громоздким союзом, волостной передел — слишком обременительною операцией. И внутри волостных дач, и при неограниченной межами путанице владений постепенно выступает на первый план тесная соседская связь, объединяющая жителей одного селения, и из разлагающегося волостного единства или из пестрой „путаницы владений“ выкристаллизовывается О.-селение, замкнутая вовне и объединенная внутри, совместно владеющая и распоряжающаяся всеми видами угодий, ''сельская община''. И у крестьян, таким образом, ''не в О. слагаются общинные порядки, a сама О. слагается вместе с этими последними''; не орган вырабатывает функцию, a функция создает приспособленный для ее выполнения орган. Полнее выработавшимся и яснее определившимся у крестьян общинным функциям отвечает окончательно сложившийся земельный орган — замкнутая селенная О. Что касается, затем, до самого процесса сложения ''общинно-уравнительных форм'', то первоначальные его стадии стоят в тесной связи с процессом заселения страны, а дальнейшие фазы протекают параллельно с обусловливаемым тем же основным движущим фактором — ''сгущением населения'', процессом перехода от первобытного залежного хозяйства к непрерывной обработке земли по типу парового зернового хозяйства. Типичный сибирский процесс расселения — это процесс образования ''заимок'' (аналог украинского хутора или севернорусского починка), которые разрастаются в селения либо исключительно путем естественного размножения, либо чаще — путем постепенного приселения других семей. Селения, разросшиеся из заимок, в свою очередь выделяют из себя новые заимки. Образование заимки, этой первичной формы поселения, сопровождается вольною „заимкой“, „занятием“ угодий — первичною формою землевладения и землепользования. Единичный заимщик беспрепятственно „занимает“, захватывает в свое пользование никем не занятые и не оспариваемые у него угодья. To же самое продолжается, пока просторно, и тогда, когда заимка разрослась в селение: каждый может свободно „занимать“ где и сколько ему нужно, потому что всем просторно, никто никого не стесняет, земли всем хватает. И вот, на этой почве развивается ''неограниченный захват'', как первоначальная, зачаточная форма пользования. По отношению к пашням (также и к лесным покосам, требующим предварительной расчистки) первобытная заимка облекается в форму длящегося прочного захвата, который хотя и имеет, принципиально, трудовые корни, но фактически обосновывает исключительное право владения и пользования землею ''независимо от действительной затраты труда'': однажды „зачерченная“ или, вообще, захваченная пашня остается исключительным достоянием захватившего, хотя бы он не начинал ее распахивать или же забросил ее в залежь. Иначе обстоит дело по отношению к покосам, не требовавшим предварительной расчистки — главным образом луговым или степным: здесь пользование не обусловливается предварительною затратою труда и не предполагает сколько-нибудь длительной связи, — значит, нет почвы для прочного захвата; первобытною формою пользования такими сенокосами является иногда, просто, свободное пользование — коси где хочешь и сколько хочешь; иногда — захват, путем „закашивания“, на данный сенокосный период. В той и другой форме захват открывает простор для самой резкой неуравнительности распределения угодий, — в этом отношении первобытный захват не отличается от личной собственности на землю; длящийся захват пашен или расчищенных сенокосов представляет с последнею еще и то сходство, что заимщик имеет не только неограниченное право пользования и владения, но и ''право распоряжения'' входящими в состав его „заимки“ или „занятия“ угодьями, до продажи включительно. Все это в совокупности побуждало и посейчас побуждает многих (см. ниже) признавать „заимочное“ право за полное право собственности заимщика. Однако, сибирские исследователи единодушно видят в заимке ''не собственность'', a именно ''только захват'', который терпят и с которым мирятся потому, что он никого не стесняет: самый последний бедняк ''мог бы'' если бы „хватало силы“, занять под пашню и сенокос столько же земли, сколько занято у первого богача, и, значит, обширные „занятия“ последнего никому не мешают и никого не ограничивают в столь же свободном захвате. По мере сгущения населения, все лучшие по качеству и легкие для разработки земли, мало-по-малу оказываются занятыми, a свободными остаются только плохие по качеству и трудные для разработки. При таком положении вещей неограниченный захват становится стеснительным для массы. Начинается борьба, в результате которой, шаг за шагом, входят в обычай все более и более ощутительные ограничения свободной заимки; постепенно налагаясь одно на другое, они постепенно приводят к все более ясно выраженным, все более выработанным формам уравнительного землепользования. По отношению к пашням сначала отсекаются ''чисто-захватные'' элементы: установляются, постепенно сокращаются и в конце концов совершенно исчезают ''сроки'' исключительного владения зачерченными пашнями и залежами, — в конце концов остается ''чисто-трудовое'' право на обрабатываемую землю, начинающееся и кончающееся с началом и концом ее обработки; это — ''ограниченный захват''. Следующая ступень — ''отводы'': „общество“ присваивает себе право ''санкционировать, разрешать'' трудовой захват, и разрешает его, конечно, только более нуждающимся. Отводы практикуются, сначала, только в случае споров между несколькими желающими, но постепенно становятся общим правилом. В дальнейшем из простых отводов пустолежащих площадей вырабатываются ''отводы-отрезки'' от тех, у кого захвачено слишком много, в пользу тех, кому негде взять земли для распашки. Сначала единичные, в особенно резких случаях больших захватов, отводы учащаются и постепенно сглаживают („как стругом“) все более резкие неравенства. В конце концов, в практику входят сначала частные, a потом и ''общие поравнения'' — грубая форма передела, при которой общего обмера пашен не производится, a отрезки и прирезки производятся, как правило, на глаз. Отсюда уже один шаг к точному переделу. Другой путь эволюции к уравнительному пользованию пашнями — ''общий'' передел между всеми общественниками, но не всех, a только ''некоторой части'' пашен: иногда в передел пускаются лучшие по почве урочища, или подворные, в силу этого особенно ценные для настаивающей на переделе бедноты; иногда — „гладкие“ пашни, т. е. не требовавшие предварительной расчистки, и т. п.; по отношению же к остальным пашням еще более или менее долгое время продолжает действовать захватное право. Аналогична, по существу, эволюция пользования покосами, не требовавшими предварительной расчистки. Исчезает обычай „закоса“ на данный сенокосный период, и, значит, краткосрочный захват переходит в абсолютно-вольное пользование. Появляются разные ограничения, с целью, главным образом, оградить бедноту от „стеснения“ более сильными общественниками: запрещают выходить на сенокос с поденщиками, иногда прямо определяют число косцов, какое может выпустить каждая раскладочная единица. В дальнейшем из вольного сенокошения, путем едва заметных переходов, развивается ежегодный передел одним из обычных в Сибири способов, в основе которых лежит субъективная оценка отдельных участков (см. ниже); бывает, что передел производится только при плохом урожае трав, когда в покосе ощущается стеснение, тогда как при хорошем урожае еще косят вольно. Таков, в самых общих чертах, процесс перехода от первобытных захватных форм основными угодьями к общинно-уравнительному пользованию. Основным двигателем этого процесса является обусловливаемое частью естественным приростом населения, частью приселениями, частью механическим сокращением общей площади землевладения (отрезки под переселенческие участки и т. п.) „утеснение“ — сужение земельного простора. Роль таких факторов, как закон, податные обязанности, административное воздействие, представляется незначительною, случайною. Закон, вообще, лишь очень мало вмешивался в земельные отношения сибирских крестьян и инородцев, поскольку же вмешивался, фактические земельные распорядки (особенно у инородцев) имеют очень мало общего с его велениями. Наличность податных обязанностей мирилась с любыми формами землепользования, стремление же крестьян привести податное бремя в соответствие с размерами пользования землею выражалось, пока не наступала соответственная степень „утеснения“, ''не в разделе угодий'' пропорционально платежам, a ''в разверстке платежей'' пропорционально пользованию угодьями (см. у Чичерина!). Вмешательство администрации проявлялось иногда в очень определенной форме. Особенное значение имело последовавшее в 1884 г. сенатское разъяснение о ''праве'' крестьян переделять землю, не ожидая XI ревизии (см. ниже), на местах претворившееся в ''предписания'' произвести уравнение земли. В Тобольской губернии оно действительно вызвало, но в громадном большинстве ''не первые'', a вторые, третьи и т. д. переделы. В некоторых местностях той же Toбольской губернии, a также в одном районе Иркутской и в малоземельных местностях Забайкалья за предписаниями, действительно, последовали первые переделы, — но передел здесь уже назревал и был разве лишь несколько ускорен вмешательством властей. В ряде случаев крестьяне прямо отказывались постановлять приговоры о переделе или, постановив, оставляли их без исполнения. Наконец, во всей Томской, в Енисейской, почти во всей Иркутской и в значительной части Тобольской губернии предписания и вовсе не имели никаких последствий, если не считать произведенных местами перераскладок платежей по посевам и скоту, — землепользование осталось захватным. Конечный вывод исследователей, — что распоряжения начальства „в иных местах являются последним толчком к осуществлению давно назревшей потребности в поравнении“, a затем „жизнь О. продолжает итти своим путем. Там же, где потребности в уравнительном землепользовании еще нет, циркуляры очень редко приводят к действительным поравнениям“ (M. А. Кроль). Воздействие администрации, значит, в лучшем случае „отражается только ''на темпе'' эволюции: там, где внутренний процесс развития форм землепользования не успел подготовить почвы для перехода к душевому пользованию, — там администрация, несмотря на все свои старания, не могла добиться никакого результата“ (A. А. Чупров). Можно сказать больше: вмешательство администрации ''и вообще не могло играть никакой роли'' во всех тех, только что вкратце охарактеризованных, молекулярных процессах, из которых слагался процесс перехода от захватных к уравнительным формам: „в мелкоступенчатой лестнице последовательно-сменявшихся форм землепользования не было перерыва, в котором могло бы поместиться административное воздействие в качестве ''не случайного'', помогающего или ускоряющего момента, a ''органического'', творческого фактора“. В значительной мере то же применимо и к выясненным гг. В. В., В. И. Семевским, А. Я. Ефименко на основании документальных данных фактам вмешательства закона и администрации в земельные отношения севера европейской России. И здесь вмешательства администрации являлись, в значительной мере, откликом на происходившую внутри О. борьбу; сами распоряжения властей нередко исходят из уже сложившейся практики общинно-уравнительного пользования; где они попадали на неподготовленную почву, они, сплошь и рядом, оставались мертвою буквой; мероприятия правительства были столь непоследовательны и противоречивы, что уже поэтому не могли оказать существенного воздействия на народную жизнь. Наконец, нельзя не отметить, что по всему северу, ''несмотря'' на екатерининские межевые инструкции и на все старания администрации начала XIX в., захватные формы продержались, по отношению к расчисткам, до второй половины этого столетия, и значительная часть их была закреплена землеустройством в качестве подворных владений. Таким образом и на севере европейской России административное воздействие отнюдь не сыграло решающей роли. В противность мнению некоторых исследователей (напр., г. В. В.), автор этой статьи полагает, однако, что почва для такого рода воздействий на европейском севере была, в те времена, еще мало подготовлена — и ''именно поэтому'' эти воздействия остались, в значительной мере, безрезультатными. ot4789ywr1w98pzc7ovkka17f758a6z 5729185 5729020 2026-07-12T11:49:22Z Rita Rosenbaum 62685 5729185 wikitext text/x-wiki {{Словарная статья |НАЗВАНИЕ= |ВИКИДАННЫЕ=Q1038910 |КАЧЕСТВО= }} '''Сельская поземельная община в России.''' Говоря о С. п. о., не только в обыденной речи, но и в научной литературе сплошь и рядом смешивают совершенно различные вещи, и это обстоятельство значительно осложняет выяснение существа вопроса о С. п. о. Смешивают, прежде всего, сельскую О., как ''административную'', как ''земельную'' и как ''податную'' единицу. Между тем, административная О. не имеет, по существу, ничего общего с земельною — первая представляет собой явление из области государственного и административного права, вторая — из области гражданского права, экономики и этнографии; во Франции и Германии административная О. представляет собой один из основных элементов государственного и административного строя, тогда как о земельной О. во Франции нет и речи, в Германии сохранились лишь кое-какие ее следы. Больше общего С. п. о. имеет с податною; С. п. о. весьма обычно является и податною, — но и здесь связь отнюдь не является необходимою — С. п. о. может существовать, не будучи обложенною податями, с другой же стороны податная община может совершенно не быть земельною общиной. В настоящей статье будет трактоваться исключительно ''земельная'' О., о податных же ее функциях будет говориться лишь постольку, поскольку они органически слиты с земельными. Однако, и понятие ''земельной'' О. еще не отличается достаточною определенностью: одни, говоря о сельской поземельной О., имеют в виду, непременно, О.-''собственницу'', другие говорят только об ''общинном владении'' и пользовании землею, независимо от того, является ли О. собственницей владеемых ею земель. В действительности между общинною собственностью и общинным владением нет органической связи — общинное владение существует у сибирских крестьян и инородцев, владеющих землей на праве постоянного пользования; оно существовало у государственных крестьян европейской России и тогда, когда права их на надельную землю характеризовались законом не как полное право собственности. В соответствии с этим сельская земельная О. будет трактоваться в этой статье не как вид земельной собственности, а как ''форма владения и пользования'' землею, — как ''союз, владеющий и распоряжающийся землею'', независимо от того, принадлежит ли ему право собственности, или же это право принадлежит государству, частному лицу — помещику и т. п.; вместе с тем, — как союз, ''регулирующий'' или, во всяком случае, ''имеющий право регулировать пользование'' землей, при чем самое пользование может либо быть общим, либо распределяться между участниками общинного союза распоряжением О. С земельною О. в полном смысле этого слова мы имеем дело лишь тогда, когда О. так или иначе ''осуществляет свое право регулировать'' пользование землей. Где и поскольку это право еще не начало осуществляться, мы имеем дело с еще ''слагающеюся'', зарождающеюся О.; где оно уже перестало осуществляться, мы имеем дело с ''замершею'' или ''замирающею'' О. ''Происхождение русской С. п. о.'' Вопрос о происхождении русской О. является одним из наиболее спорных вопросов русской истории, в значительной мере осложняясь благодаря отмеченному выше, весьма обычному, смешению поземельной и административной общины, — О., как формы собственности и как формы владения землею. Правда, то, повидимому, бесспорное положение этнографии, что коллективное владение землею — поскольку речь могла быть, вообще, о ''владении'', а не о простом ''пользовании'', — владение племен, родов и больших семей, у большинства народов предшествовало индивидуальному поземельному владению, является общепризнанным и по отношению к нашей стране; оно вполне подтверждается наблюдениями над земельным бытом русских кочевников и племен, стоящих на еще более примитивных ступенях хозяйственного развития (охотники, рыболовы и оленеводы севера европейской России и Сибири). Но этим не предрешается вопрос о происхождении ''современной'' русской земельной общины. Спорным является, прежде всего, вопрос, выросла ли русская земельная О. как продукт эволюции первобытных форм родового быта, или же она возникла из какого-либо иного источника. Представители так наз. теории ''родового быта'' (Эверс, Рейц, Соловьев, Кавелин, Блюменфельд) полагают, что земля составляла, первоначально, собственность родового союза и находилась в распоряжении родоначальника. Конечно, и в этой форме собственность на землю появилась сравнительно поздно — первоначально предметами общей родовой собственности были только движимые имущества. Земля, в виду ее изобилия, находилась лишь в фактическом пользовании родового союза, которое, при широком просторе, могло оставаться неотграниченным от пользования других таких же союзов; с таким неразграниченным пользованием родовых союзов мы и до сих пор встречаемся у кочевников, по отношению к имеющимся в изобилии угодьям. Лишь позднее, когда размножение населения и сокращение земельного простора вызывают столкновения из-за земли, последняя становится предметом собственности; из родового владения землею образуется, с одной стороны, ''земельная'' О., с другой, — из него выделяются родовые имущества служилых людей. Сторонники теории общинного быта (К. Аксаков, Беляев, Лешков, позднее Соколовский и др.) полагают, что род и родовое владение распались у славян еще до занятия ими территории нынешней России и сменились ''территориальною'' или ''соседскою'' общиной, основанием которой было не родство, а ''сожительство'' и порождаемые им соседские отношения; союз, связавший славян в этнографическое единство, вместе с тем стеснил и ограничил частную собственность и с первой минуты оседлости породил в русской земле общинное землевладение. С этим спорным вопросом неразрывно сплетается вопрос о самопроизвольном, так сказать, или искусственном происхождении современной русской земельной О., — вопрос, является ли она продуктом некоторой ''самостоятельной, шедшей изнутри, эволюции'' форм крестьянского землевладения и землепользования, или же представляет собою форму, ''созданную государством и помещиками'', главным образом, в интересах отбывания государственных и владельческих платежей и повинностей. В этом виде вопрос о происхождении русской С. п. о. был впервые поставлен Б. Н. Чичериным в 1856 г. Поводом к выступлению Чичерина послужило замечание, сделанное Тенгоборским, в его известной книге о производительных силах России, по поводу крестьянских переделов: „эта система дележа коренится в совершенно патриархальном устройстве наших О. Она основана на первоначальной идее единства О. и равенства прав каждого члена на соответствующую долю земли, принадлежащей О.“ Выступая с решительным возражением против такого взгляда, Чичерин исходил из нижеследующего определения: „Существенные черты нынешнего общинного владения заключаются: 1) в равном наделе О. всех ее членов и в переделе земель для уничтожения возникшего неравенства, 2) в отсутствии права свободного распоряжения как отдельными участками, так и всею общинною землею“. Как он прямо говорит в другом месте: „тягло, как единица рабочих сил, на которую накладывается подать“, есть „понятие основное для всего нынешнего общинного быта“. С. п. о., для Чичерина, — это, значит, прежде всего ''тяглая, податная'' О., не патриархальная, не родовая, а ''государственная''. По аналогии с другими славянскими племенами, Чичерин допускает, что и у русских славян первоначально существовала родовая, патриархальная собственность. С появлением князей и дружины и с захватом ими земли, прежняя родовая патриархальная собственность исчезает, и родовая О. превращается во ''владельческую'' — в О. пришлых людей, сидящих на земле владельца. Эти владельческие О. могли иметь весьма разнообразное устройство, но во всяком случае земля не была совокупным владением О., а разделялась на отдельные участки — жеребья, имевшие свой определенный обычаем размер. О. призывала новых поселенцев на опустевшие жеребья, распределяла между жеребьями подати и повинности, соразмерно их величине и качеству, следила за отправлением повинностей — этим и ограничивалось участие О. в поземельном владении; переход земли по наследству, отдача ее внаем и отчуждение происходили без всякого участия О. О., вместе с тем, утратила свои административные и судебные функции, — она перестала, вообще, быть союзом лиц, связанных общим происхождением и общими интересами, и сделалась союзом лиц, связанных единственно общими повинностями в пользу землевладельца — патриархальная О. превратилась в тяглую, владельческую. С течением времени она утрачивает, по Чичерину, и этот характер — из поземельной и владельческой она становится ''сословною'' и ''государственною'', и вместе с тем в этой тяглой О. водворяется душевое, передельное, пользование землею: раз крестьяне были прикреплены к земле и к тяглу, они уже не имели возможности уйти из О., и наступившее, под влиянием прироста населения, утеснение в земле и увеличение тягости обложения заставило их, под прямым воздействием помещичьей и правительственной власти, прибегнуть к переделу земли, сначала по тяглам, а потом — по душам; конечно, душевой способ передела мог появиться только по введении, при Петре Великом, подушной подати. По указу о подушной подати все еще остававшиеся свободными крестьяне (однодворцы, черносошные, ясашные и пр.) вошли в разряд государственных, в противоположность помещичьим, и под влиянием того же указа у них установилось общее владение землею с соразмерным с податною раскладкой распределением ее между отдельными членами. Окончательный распорядок поземельного владения О. был установлен уже при Екатерине II известными межевыми инструкциями 1766 г. В конечном же результате „настоящее устройство сельских О. вытекло из сословных обязанностей, наложенных на земледельцев с конца XIV века, и преимущественно из укрепления их к местам жительства и из разложения податей на души“; наша сельская О. „не образовалась сама собой из естественного союза людей, а устроена правительством под непосредственным влиянием государственных начал“. Решительным противником формулированного, таким образом, Чичериным учения о государственном происхождении русской сельской О. выступил, первым, И. Д. Беляев. „По сравнению с взглядами Чичерина, взгляды Беляева кажутся простыми, прямолинейными, пожалуй, даже наивными. Нечуждый славянофильства, Беляев видел в О. исконно-русское учреждение, возвышающее нас над всеми западно-европейскими народами“ (П. Г. Архангельский). Он находил корни русской О. „в самом духе народа, в складе русского ума, который не любит и не понимает жизни вне О.“. Основные черты общинного строя, по Беляеву, существовали еще до Рюрика, и, таким образом, передельная О. середины XIX в. непосредственно связывается, в его построении, с патриархальным строем. Впрочем, эта русская патриархальная О. уже не была родовою: родовая О., по Беляеву, разрушилась еще до прихода варягов, благодаря расселению русских между финнами и латышами. На место родовой О. явилась О. договорная, в которую сами варяги были приглашены на договорных началах. Общины остались при существовавшем до призвания варягов свободном владении землею, которое образовалось путем групповой заимки незанятой, ничьей земли: при этом общинном владении хозяин участка земли владел землею, пока состоял сам в О., а оставляя О., он лишался и права на землю. В противоположность мнению Чичерина, Беляев полагал, что значение древнерусской О. не было только финансовым и хозяйственным и не ограничивалось раздачей пустующих жеребьев вновь приходящим крестьянам. О. защищала свои земли против посягательств посторонних, подавала челобитные, вообще была хозяином своих земель. На землях, нерозданных в вотчины и поместья, О. сохранила свои земельные права и после того, как они обратились в черные или государственные; эти земли Беляев и считает колыбелью современной русской О., тогда как на частновладельческих землях О. приняла чисто административный характер. Земля в черных О. была общинною собственностью: О. могла ее продавать, тогда как отдельный крестьянин мог перепродавать только свое право пользования ею. В XIV—XVI вв. это пользование было бессрочным и даже наследственным, под условием лишь отбывания „тягла“ по мирским раскладкам. В XVI в., как утверждает и доказывает Беляев, О. была уже тождественна с О. середины XIX в., производившей уравнительные переделы. Таким образом, и схема Чичерина, и схема Беляева построены на смешении земельной и административной О. Но в противоположность Чичерину, все таки пытавшемуся проследить некоторую эволюцию форм русской сельской О., Беляев знает только две конечных формы: первобытный, неограниченный захват в эпоху первоначального заселения страны — и передельную общину; „такое странное, на первый взгляд, представление объясняется, кажется, не столько предвзятою мыслью, сколько состоянием тогдашних знаний об общинном землевладении“ (Архангельский). Чичерин и Беляев были родоначальниками тех двух школ или направлений, о которых было упомянуто выше. Из числа приверженцев теории самопроизвольного развития современной земельной О. нужно назвать, особенно, Блюменфельда и Соколовского. Будучи сходными с точки зрения ''самопроизвольности'' эволюции О., взгляды этих двух исследователей во всем остальном представляются до полярности противоположными. Г. Ф. Блюменфельд воспринял формулированную Ф. И. Леонтовичем, в применении к политическому быту, общинно-задружную теорию, которую еще К. Н. Бестужев-Рюмин распространил на земельные отношения. Исходною формою общественного развития славян служила, по этой теории, ''семейная'' О. (вервь, задруга), связанная общим происхождением и сожительством. Из этих семейных элементов уже создавались О. территориальные. По Блюменфельду, задруга встречается на пространстве всей русской истории; она и была коренною формой славянского и в частности русского быта. Из задруг, по мере их размножения, выделялись новые задруги, и путем колонизации возникал целый ''союз задруг'', составлявший территориальную О., господствующим типом которой была О., слагавшаяся из совокупности мелких задруг-хуторов, связанных интересами религии, защиты от врагов, торговли и жительства на одной территории, и составлявших, каждая, вполне самостоятельную земельную единицу. Совокупность таких территориальных О. составляла более крупные союзы, также складывавшиеся по типу задруги, лежавшему в основе всего народного быта. Таким образом, путем постепенной колонизации, образовались на севере волостные О.; в других местностях волостная О. не успевает развиться, и слагается замкнутая деревенская О., при чем право общинника на земельный участок подчиняется праву О. на переделы. Таким образом, ни правительство, ни помещичья власть ''не создали'' О. — они ''только помогли'' ей взять верх над индивидуализмом. По П. А. Соколовскому „в доземледельческий период общинное землевладение среди русских племен было обычною формой земельных отношений“, и „зародыш О. таится в дали доисторических времен, от которых русский земледелец унаследовал готовыми общинные инстинкты“. Примыкая к Беляеву и в резкое отличие от Блюменфельда, Соколовский полагает, что происхождения О. нельзя искать ни в семье, ни в договоре, ни в круговой поруке за повинности, — общинные формы вынесены русским народом, ''именно как общинные'', из глубины времен. Подобно другим народам, земля у русских славян, в начале их истории, принадлежала группам из нескольких селений; такое значение, повидимому, имела, наряду с судебно-административным, вервь Русской Правды. В последующее время такими союзами селений, связанными общинным владением землей, были волости (погосты, губы), позднее в большей части России они потеряли поземельное значение; поземельный характер волость сохранила только на севере России. Формы такой волостной О. были весьма разнообразны: в одних случаях земля принадлежала целой волости, в других группе селений — селу с деревнями, иногда нескольким деревням без центрального села; иногда внутри волостной О. выделялись подчиненные ей союзы из нескольких селений, сообща владевших какою-либо частью угодий, в пользовании которою другие селения уже не участвовали; иногда существовала связь и между двумя волостями. В изображении этой „путаницы владений“ Соколовский стоит на вполне твердой почве — рисуемая им картина очень близка к той, которая позднее выяснилась, уже в более конкретном виде, на основании данных, главным образом, сибирских исследований. Слабою стороною его воззрений является разделяемое им с многими другими исследователями конца XIX в. стремление построить земельные отношения внутри О. до-петровского периода на основании аналогии с современными общинно-земельными порядками крестьян европейской России: уже для XVI в. он рисует картину переделов, во всем существенном сходную с наблюдавшеюся в XIX в., — количественное и качественное уравнение земельных долей, путем нарезки их узкими полосами в приблизительно равнокачественных клиньях и т. п. Из числа сторонников теории государственного происхождения современной русской О. необходимо назвать В. И. Сергеевича и П. Н. Милюкова. Первый без оговорок принимает взгляд Чичерина, поскольку он „приписывает возникновение О. правительственным мероприятиям, a потому и называет ее государственной“. Крестьянские общинные земли, — по убеждению Сергеевича, — результат конфискации государством у частных лиц (новгородских владельцев) их земель, которые затем предоставлялись крестьянам в прекарное владение. Единство О. создавалось оброком, который возлагался на целое крестьянское общество волости или нескольких волостей; благодаря этому „в крестьянских обществах возникают общие дела по управлению оказавшимися в их владении землями и угодьями“, при чем „общий оброк, налагаемый отдельно на целый ряд сел и деревень, должен был повести к равномерному распределению угодий между разными селами и деревнями. На этом и останавливаются успехи общинного землевладения в до-петровской Руси; равные наделы тяглецов и периодические переделы земель по их числу составляют последствие подушной подати“, — в до-петровскую же эпоху „каждый крестьянин брал участок таких размеров, какие ему были нужны. Повинности распределялись по земле, а не земля нарезалась для платы повинностей“. — По убеждению П. Н. Милюкова, „не только нет возможности вывести современную О. из каких-либо первобытных общественных форм, но даже есть полная возможность показать ее позднее, сравнительно, происхождение и раскрыть создавшие ее причины. По существу своему русская О., — по убеждению Милюкова, — есть принудительная организация, связывающая своих членов круговым обязательством в исправности отбывания лежащих на ней платежей и повинностей и обеспечивающая себе эту исправность уравнением повинностей с платежными средствами каждого члена“. Эта тяглая О. превращается в хозяйственную, земельную, прежде всего, на землях частных собственников, у крепостных крестьян; затем, уже позднее, „правительство старается распространить этот обычай и на свободное крестьянство русских окраин“, и в конечном результате „русская О. есть поздний и в разных местностях разновременный продукт владельческого и правительственного влияния“. К тому же выводу, в результате тщательной работы над крестьянскими документами архангельского севера, пришла известная исследовательница А. Я. Ефименко: и для нее „наша поземельная О… продукт относительно позднего времени, заключительное звено длинного исторического процесса“, — положение, с которым, замечу здесь же, нельзя не согласиться; но вместе с тем О. — „плод внешнего воздействия“. Еще в XIV, приблизительно, веке на севере господствовала задруга; земля была собственностью семейных коммун (печища); печище обнимало возделанную землю, пахотную и сенокос, обычно с промысловыми угодьями. С течением времени печище дробится и делится между его членами, но остается, в поземельном отношении, сложным целым. Каждый участник дележа получает не определенный участок, а лишь ''право на долю'' во всех полях, покосах и угодьях. В этом сущность открытого г-жею Ефименко „долевого владения“. Из этой сущности вытекала „необходимость передела или уравнения“; но передел сводился к ''качественному'' уравнению долей, которые оставались неизменными по величине и на которые каждый дольщик имел право собственности. Не будучи, в то же время, и чисто личным, долевое владение заключало в себе, как в зародыше, элементы и общинные и индивидуалистические; при одних обстоятельствах могли получить преобладание первые, при других вторые. К открытию долевого владения г-жа Ефименко пришла, как видно из сказанного, на основании местного исследования, — но свои выводы распространила на всю территорию древней Руси. При этом в центре, на владельческих землях, долевая деревня, „где совладельцы не могут по произволу распоряжаться своими долями и где величина доли обусловливалась исключительно хозяйственными силами“ крестьянина, уже ''ближе подходит к общине'', с прикреплением же порядчиков к земле „долевое землевладение необходимо превращается в общинное“; значит, О. в центре России является результатом прикрепления крестьян, и начало ее, следовательно, никак не восходит выше конца XVI или начала XVII ст. На черносошном севере, благодаря ослаблению родовых связей, вторжению в деревню посторонних элементов, но больше всего — благодаря размножению населения и земельной тесноте преобладание получили ''индивидуалистические'' элементы долевого владения. К XVIII в. здесь всецело господствует личное землевладение с его естественными результатами: концентрацией земли и обезземелением части населения. Но правительство объявляет землю государственною собственностью, а затем межевые инструкции Екатерины II и дальнейшие мероприятия, уже начала XIX в., являются „декретами конвента“, насаждающими и на севере общинное владение с уравнительными переделами. Если во взглядах Беляева и его последователей немалую роль играли определенные теоретические представления, к которым так или иначе подыскивались или подгонялись показания документов, то последователи Чичерина уже всецело стоят на почве исторических документов: „Не находя в актах категорических указаний на самопроизвольную эволюцию крестьянского землевладения и землепользования и, наоборот, в изобилии встречая там следы административного и владельческого воздействия“, они „во всеоружии исторических данных утверждают, что не могло быть того, о чем молчат акты“ (Архангельский). „Отсутствие в новгородских писцовых книгах — говорит Сергеевич — указаний на землевладение крестьянских О. имеет решающее значение по вопросу о земельной собственности крестьянских О.“ Вопрос о собственности мы устранили из нашего рассмотрения. Но даже то „прекарное владение“, которое принадлежало крестьянам? ''Кому'' принадлежало это прекарное владение? целой О. или отдельным крестьянам? „По писцовым книгам — отвечает Сергеевич, — отдельные участки показаны за отдельными крестьянами; ''они'', надо полагать, и суть владельцы этих участков, а не О.“ А. Я. Ефименко упоминает о некоторых намеках и указаниях актов, дающих основание предполагать существование на севере свободных черных О. Но против этого предположения — говорит она — „стоит грозная и несокрушимая твердыня писцовых книг. Исключительное значение этих документов для решения вопросов этого рода не может подлежать никакому спору, никакому сомнению. Писцовые же книги не дают ни малейших оснований предполагать такие О. черных людей“. ''Сибирские исследования, как „живая история“ О.'' Можно ли, однако, признавать документы ''достаточным'' и ''решающим'' материалом для восстановления истории О., — вообще, для воссоздания исторической картины внутренней жизни народа? Уже обще-методологические соображения (Бернгейм и др.) наводили на отрицательный ответ на такой вопрос. В применении, собственно, к вопросу об О. ограниченная роль источников документального характера была еще в 1879 г. определенно подчеркнута М. М. Ковалевским, отметившим, что „повседневные явления общественной жизни менее всего останавливают на себе внимание законодателей, и регулирующие их обычаи не входят вовсе в составляемые ими своды, продолжая жить попрежнему во внутренних распорядках отдельных общин, родов и семей“. Из историков, трактовавших вопрос о происхождении русской О., аналогичная мысль впервые была формулирована М. Ф. Владимирским-Будановым: в 1905 г., в полемике с Сергеевичем, он определенно высказал, что „отсутствие исторических документов, свидетельствующих в пользу О., не означает еще отсутствия самой О. в древней Руси“. Однако, такая „переоценка ценностей“ (Архангельский) сделалась возможной только в самое последнее время, благодаря произведенным в конце 80-х и в 90-х гг. прошлого столетия местным исследованиям, главным образом, сибирской О., „вскрывшим перед всеми ее „живую историю“. Как замечает П. Г. Архангельский, „до сибирских исследований ни у историков, ни у экономистов не было, да и не могло быть отчетливого и детального представления о процессах зарождения и сложения земельной О.; не было потому, что процессы эти, крайне сложные и разнообразные, нигде нельзя было наблюдать, кроме Сибири и некоторых других многоземельных окраин России. Представить себе эти процессы a priori, во всех их стадиях, не было никакой возможности“, а потому „ранние историки, не имея достаточно точного и конкретного представления об этих процессах, должны были или отрицать их, приписывая правительству роль всемогущего творца и создателя земельных отношений народа, или настаивать на полной неподвижности крестьянского землевладения в течение всей русской истории“. Со времени „ранних историков“, и чисто историческое изучение русской О. подвинулось вперед, но ''больших'' успехов оно сделать не могло, пока историкам и исследователям типа А. Я. Ефименко приходилось либо воссоздавать историческую картину на основании отрывочных и односторонних показаний документов, либо брать аналогии из современных средне- и северно-русских земельных распорядков, соответствующих совсем иной ступени земельной эволюции. Некоторое предвосхищение той картины эволюции форм землевладения и землепользования, какая рисуется при свете „живой истории“ сибирских исследований, мы находим только у А. С. Лаппо-Данилевского, который в 1894 г. нарисовал такую схему: „происхождение крестьянской О. следует объяснять расширением круга родовых отношений, в пределы которого стали мало-по-малу входить посторонние элементы; общность экономических интересов выражалась в существовании общинной поземельной собственности, которая, с постепенным переходом прав собственности к великому князю, мало-по-малу сменилась потомственным поземельным владением. Неопределенные границы этой собственности вызывали захватный способ землевладения; в кое-каких местностях, более населенных, при ближайшем определении границ поземельных владений О., он превращался в общинное землевладение, со свойственными ему краткосрочными или долгосрочными переделами“. Сибирские исследования касаются, в главной своей массе, сибирских крестьян, затем — туземцев кочевого и полукочевого типа, главным образом, киргиз и бурят. Результаты были сведены воедино автором этой статьи и несколько позднее К. Р. Качоровским и сопоставлены с фактами, относящимися к некоторым окраинным местностям европейской России и к Закавказью. Значение этих исследований велико уже потому, что они относятся к местностям, по плотности населения и земельному простору как бы воспроизводящим давнее прошлое коренных областей страны. Оно еще повышается благодаря, во-1-х, тому, что исследователи, нередко, имели возможность сопоставлять свои непосредственные наблюдения с относящимся к тем же фактам документальным материалом, и во-2-х, тому, что исследовалось не только русское, но и туземное население. Для методологии вопроса о происхождении русской земельной О., особенно важно ''первое'' из этих двух обстоятельств: оно позволило установить громадную роль ''фикции'' в том документальном материале, каким приходится пользоваться при историческом изучении О., не говоря уже о неизбежной неполноте и односторонности этого материала. История О., как она обычно трактуется, „имеет дело не с конкретными фактами, а со ''свидетельствами'' о фактах, не с живыми людьми, а с мертвыми документами. Она знает то, что засвидетельствовано документами, и не знает, ''не может знать'' того, что совершилось, не оставив за собой документального следа; и с этою особенностью приходится особенно считаться, когда мы имеем дело с историческим изучением экономической жизни масс, притом в такой поголовно безграмотной стране, как Россия… Основанное на документах“ — ''на одних'' документах — „историческое изучение может давать, в подобного рода вопросах, только обрывки знания, обрывки, дающие не только крайне неполную, но и ''неизбежно одностороннюю'' картину“: документы, чаще всего, возникают в те моменты, когда жизнь О., вообще земельные отношения в деревне, выходят из нормы и, тем самым, вызывают вмешательство судебной или административной власти. „Происходили ли в О. какие-либо события, не вызванные вмешательством администрации или суда и, в свою очередь, его не вызвавшие, или нет, — такие события, в виде правила, ''не могли'' оставить документальных следов, и потому отсутствие таких следов не может служить доказательством ни существования, ни несуществования соответственных событий“. ''Могли'', но при нормальном течении вещей, при мирных внутриобщинных отношениях, тоже вовсе ''не должны были'' непременно, оставить письменный след такие крупные и резкие факты, как коренной передел уже переделявшихся ранее пашен, или как самопроизвольный переход О. от вольных форм пользования к переделу, произошедший в виде некоторого скачка. И вовсе ''не могли'' оставить документального следа, при мирном течении дел, каждогодные переделы покосов, а тем более — разнообразные промежуточные формы между вольным пользованием и переделом, а равно все те отводы, отрезки, прирезки, ограничения свободного захвата пахотных земель, из которых слагается жизнедеятельность ''слагающейся'' общины (см. ниже). Напротив — всякое вмешательство власти более или менее неизбежно оставляет документальный след; и притом не только такое вмешательство, которое ''оказало'' существенное влияние на положение вещей, но и такое, которое ''осталось безрезультатным'', или на которое население реагировало тем или другим ''фиктивным'' актом (напр., оставшимся без исполнения приговором), или которое лишь сопутствовало событию, уже наступавшему независимо от такого вмешательства. В конечном результате документальный материал „неизбежно будет чрезвычайно односторонним и необходимо будет, поэтому, давать не только неполное, но и неправильное, однобокое представление о действительном ходе эволюции форм русского крестьянского землевладения“. Основная трудность исторического изучения русской О. — в отсутствии возможности истолковывать показания документов при помощи свидетельств того, что историческая методология называет историческим преданием. Между тем, „живая история“ „открывает перед нами полную возможность подобного рода интерпретации, так как располагает, кроме тоже неполного и тоже иногда неясного документального материала, весьма обширным описательным материалом местных экспедиционных исследований; этот материал может служить проверкою документов, и сопоставление с ним проливает яркий свет на их значение“. Указания „живой истории“ по существу вопроса вытекают, прежде всего, из того обстоятельства, что сибирские исследования охватили ''не только русское'', но и ''туземное'' население. У этого последнего были найдены частью очень сходные с русскими (у бурят), частью более или менее своеобразные формы как слагающейся, так и уже сложившейся О., при чем лишь в некоторых случаях можно предполагать какое-либо влияние примера русских крестьян; в других случаях такая возможность исключается своеобразием туземных форм О.; еще в других, при наличности подходящих для того условий, эволюция О. у туземцев (бурят) ''обогнала'' таковую же эволюцию у русских крестьян. А все это показывает, что на земельную О. нельзя смотреть, как на какое-то специфически ''русское'' явление, вытекающее из особенностей ''русского'' духа. Дальнейшие указания „живой истории“ относятся к вопросу о связи современной земельной О. с некогда существовавшими формами родового быта. Последний и до сих пор очень силен у инородцев, особенно у киргизов. У сибирских крестьян следов родового быта нет, но в некоторых местностях широко распространены „однопородные деревни“, происшедшие путем естественного размножения и раздела одной или немногих семей первоначальных поселенцев. И вот, у туземцев разнообразные группировки, частью территориальные, частью артельные, из которых постепенно слагается О., слагаются внутри более или менее крупных родовых групп; но это все — ''не родовые'' группы, как таковые, а группы, связанные совместным жительством или общностью трудовых затрат (орошение, городьба), и ''не род'', а ''соседство'' или ''трудовые затраты'' являются их объединяющим началом. По отношению к русскому населению ни малейших указаний на то, чтобы „однопородность“, или более обычная „разнопородность“, или даже просто сбродный характер населения, тоже очень обычный в Сибири, как-либо отражались на формах землевладения и на их эволюции, на темпе и последовательности перехода от до-общинных к общинным формам. А отсюда ясный вывод: „однопородность“, семейная или родовая связь, отнюдь не представляет собой необходимого признака, не является существенною предпосылкой О. По существу своему эта последняя является никак ''не родовою или семейною'' О. и не продуктом ее эволюции, а ''соседскою'' группой, связанною сожительством и чисто экономическими интересами. Сибирские исследования рисуют и процесс ''сложения'' О., как владеющего и распоряжающегося землею субъекта, и процесс ''развития форм общинного владения и пользования'' землею. Сельская О. в тесном смысле этого слова — О.-селение, как оказывается, не есть такая исконная или во всяком случае издавняя земельная ячейка, которая в себе и из себя вырабатывала бы общинное право и общинные формы пользования и распоряжения землею. У туземцев, киргиз и бурят, исследованием обнаружены общинные порядки, и не обнаружено О., как целостной земельной единицы, — у них имеются лишь разнообразные, пестрые по объему, составу и задачам общинные группировки: совместная жизнь и совместное использование угодий, иногда совместные затраты труда, создают известные общие хозяйственные потребности и необходимость в примирении сталкивающихся интересов, в урегулировании пользования угодьями. Эта потребность объединяет иногда более узкую, иногда более широкую группу, которая и берет на себя выполнение известных хозяйственных или землеуравнительных функций. Для разных целей возникают самые разнообразные группировки, нередко взаимно-пересекающиеся и скрещивающиеся так, что каждый индивид или каждая мелкая селитебная группа может принадлежать к весьма разнообразным по объему и составу группировкам. He орган, община, создает функцию — общинные порядки, а, наоборот, — каждый вид этой функции создает для себя соответственный орган, соответственную общинную группировку. И так как сами общинные функции у туземного, кочевого и полукочевого, населения еще не достигли полной законченности и определенности, то не вполне выработался и орган: мы имеем дело именно с ''общинными группировками, а не с окончательно сложившеюся О.'' To же у сибирских крестьян. У них существует и вполне сложившаяся, и еще слагающаяся сельская земельная О. Поскольку она является сложившеюся, в виде О.-селения, она является продуктом разложения гораздо более обширных союзов. Эти более обширные союзы — ''частью'' О.-волости. Но волостные О. — отнюдь ''не необходимое'' звено в эволюции О. в Сибири, a скорее случайный эпизод, обусловленный государственным межеванием сибирских земель в волостные дачи. Естественный процесс развития О. сибирских крестьян аналогичен таковому же процессу у туземного населения. Отдельные индивиды (заимщики) и селитебные группы — селения — вступают между собой в известные отношения на почве пользования теми или другими угодьями. Пока практически-безграничный простор устраняет поводы для столкновений из-за землепользования, эти отношения представляют собой просто „путаницу владений“, без каких бы то ни было определенных границ. При надвигающемся „утеснении“ за регулирование землепользования берется каждая из тех бесконечно пестрых групп, в которые население объединяется по чисто хозяйственным мотивам и внутри которых индивиды сталкиваются и соприкасаются между собой на почве пользования тем или другим угодьем, даже видом известного угодья, так что каждая селитебная группа и каждый отдельный крестьянин, в отношении пользования разными видами угодий, может принадлежать к нескольким, разнообразным по объему и составу бытовым союзам. Где имело место волостное межевание, там оно давало перевес элементам общности пользования входящих в состав волости селений и на некоторое время задерживало, — но именно только задерживало, естественный процесс обособления землевладения и землепользования. По мере того, как вырабатываются и одерживают верх общинно-уравнительные формы, волость оказывается слишком громоздким союзом, волостной передел — слишком обременительною операцией. И внутри волостных дач, и при неограниченной межами путанице владений постепенно выступает на первый план тесная соседская связь, объединяющая жителей одного селения, и из разлагающегося волостного единства или из пестрой „путаницы владений“ выкристаллизовывается О.-селение, замкнутая вовне и объединенная внутри, совместно владеющая и распоряжающаяся всеми видами угодий, ''сельская община''. И у крестьян, таким образом, ''не в О. слагаются общинные порядки, a сама О. слагается вместе с этими последними''; не орган вырабатывает функцию, a функция создает приспособленный для ее выполнения орган. Полнее выработавшимся и яснее определившимся у крестьян общинным функциям отвечает окончательно сложившийся земельный орган — замкнутая селенная О. Что касается, затем, до самого процесса сложения ''общинно-уравнительных форм'', то первоначальные его стадии стоят в тесной связи с процессом заселения страны, а дальнейшие фазы протекают параллельно с обусловливаемым тем же основным движущим фактором — ''сгущением населения'', процессом перехода от первобытного залежного хозяйства к непрерывной обработке земли по типу парового зернового хозяйства. Типичный сибирский процесс расселения — это процесс образования ''заимок'' (аналог украинского хутора или севернорусского починка), которые разрастаются в селения либо исключительно путем естественного размножения, либо чаще — путем постепенного приселения других семей. Селения, разросшиеся из заимок, в свою очередь выделяют из себя новые заимки. Образование заимки, этой первичной формы поселения, сопровождается вольною „заимкой“, „занятием“ угодий — первичною формою землевладения и землепользования. Единичный заимщик беспрепятственно „занимает“, захватывает в свое пользование никем не занятые и не оспариваемые у него угодья. To же самое продолжается, пока просторно, и тогда, когда заимка разрослась в селение: каждый может свободно „занимать“ где и сколько ему нужно, потому что всем просторно, никто никого не стесняет, земли всем хватает. И вот, на этой почве развивается ''неограниченный захват'', как первоначальная, зачаточная форма пользования. По отношению к пашням (также и к лесным покосам, требующим предварительной расчистки) первобытная заимка облекается в форму длящегося прочного захвата, который хотя и имеет, принципиально, трудовые корни, но фактически обосновывает исключительное право владения и пользования землею ''независимо от действительной затраты труда'': однажды „зачерченная“ или, вообще, захваченная пашня остается исключительным достоянием захватившего, хотя бы он не начинал ее распахивать или же забросил ее в залежь. Иначе обстоит дело по отношению к покосам, не требовавшим предварительной расчистки — главным образом луговым или степным: здесь пользование не обусловливается предварительною затратою труда и не предполагает сколько-нибудь длительной связи, — значит, нет почвы для прочного захвата; первобытною формою пользования такими сенокосами является иногда, просто, свободное пользование — коси где хочешь и сколько хочешь; иногда — захват, путем „закашивания“, на данный сенокосный период. В той и другой форме захват открывает простор для самой резкой неуравнительности распределения угодий, — в этом отношении первобытный захват не отличается от личной собственности на землю; длящийся захват пашен или расчищенных сенокосов представляет с последнею еще и то сходство, что заимщик имеет не только неограниченное право пользования и владения, но и ''право распоряжения'' входящими в состав его „заимки“ или „занятия“ угодьями, до продажи включительно. Все это в совокупности побуждало и посейчас побуждает многих (см. ниже) признавать „заимочное“ право за полное право собственности заимщика. Однако, сибирские исследователи единодушно видят в заимке ''не собственность'', a именно ''только захват'', который терпят и с которым мирятся потому, что он никого не стесняет: самый последний бедняк ''мог бы'' если бы „хватало силы“, занять под пашню и сенокос столько же земли, сколько занято у первого богача, и, значит, обширные „занятия“ последнего никому не мешают и никого не ограничивают в столь же свободном захвате. По мере сгущения населения, все лучшие по качеству и легкие для разработки земли, мало-по-малу оказываются занятыми, a свободными остаются только плохие по качеству и трудные для разработки. При таком положении вещей неограниченный захват становится стеснительным для массы. Начинается борьба, в результате которой, шаг за шагом, входят в обычай все более и более ощутительные ограничения свободной заимки; постепенно налагаясь одно на другое, они постепенно приводят к все более ясно выраженным, все более выработанным формам уравнительного землепользования. По отношению к пашням сначала отсекаются ''чисто-захватные'' элементы: установляются, постепенно сокращаются и в конце концов совершенно исчезают ''сроки'' исключительного владения зачерченными пашнями и залежами, — в конце концов остается ''чисто-трудовое'' право на обрабатываемую землю, начинающееся и кончающееся с началом и концом ее обработки; это — ''ограниченный захват''. Следующая ступень — ''отводы'': „общество“ присваивает себе право ''санкционировать, разрешать'' трудовой захват, и разрешает его, конечно, только более нуждающимся. Отводы практикуются, сначала, только в случае споров между несколькими желающими, но постепенно становятся общим правилом. В дальнейшем из простых отводов пустолежащих площадей вырабатываются ''отводы-отрезки'' от тех, у кого захвачено слишком много, в пользу тех, кому негде взять земли для распашки. Сначала единичные, в особенно резких случаях больших захватов, отводы учащаются и постепенно сглаживают („как стругом“) все более резкие неравенства. В конце концов, в практику входят сначала частные, a потом и ''общие поравнения'' — грубая форма передела, при которой общего обмера пашен не производится, a отрезки и прирезки производятся, как правило, на глаз. Отсюда уже один шаг к точному переделу. Другой путь эволюции к уравнительному пользованию пашнями — ''общий'' передел между всеми общественниками, но не всех, a только ''некоторой части'' пашен: иногда в передел пускаются лучшие по почве урочища, или подворные, в силу этого особенно ценные для настаивающей на переделе бедноты; иногда — „гладкие“ пашни, т. е. не требовавшие предварительной расчистки, и т. п.; по отношению же к остальным пашням еще более или менее долгое время продолжает действовать захватное право. Аналогична, по существу, эволюция пользования покосами, не требовавшими предварительной расчистки. Исчезает обычай „закоса“ на данный сенокосный период, и, значит, краткосрочный захват переходит в абсолютно-вольное пользование. Появляются разные ограничения, с целью, главным образом, оградить бедноту от „стеснения“ более сильными общественниками: запрещают выходить на сенокос с поденщиками, иногда прямо определяют число косцов, какое может выпустить каждая раскладочная единица. В дальнейшем из вольного сенокошения, путем едва заметных переходов, развивается ежегодный передел одним из обычных в Сибири способов, в основе которых лежит субъективная оценка отдельных участков (см. ниже); бывает, что передел производится только при плохом урожае трав, когда в покосе ощущается стеснение, тогда как при хорошем урожае еще косят вольно. Таков, в самых общих чертах, процесс перехода от первобытных захватных форм основными угодьями к общинно-уравнительному пользованию. Основным двигателем этого процесса является обусловливаемое частью естественным приростом населения, частью приселениями, частью механическим сокращением общей площади землевладения (отрезки под переселенческие участки и т. п.) „утеснение“ — сужение земельного простора. Роль таких факторов, как закон, податные обязанности, административное воздействие, представляется незначительною, случайною. Закон, вообще, лишь очень мало вмешивался в земельные отношения сибирских крестьян и инородцев, поскольку же вмешивался, фактические земельные распорядки (особенно у инородцев) имеют очень мало общего с его велениями. Наличность податных обязанностей мирилась с любыми формами землепользования, стремление же крестьян привести податное бремя в соответствие с размерами пользования землею выражалось, пока не наступала соответственная степень „утеснения“, ''не в разделе угодий'' пропорционально платежам, a ''в разверстке платежей'' пропорционально пользованию угодьями (см. у Чичерина!). Вмешательство администрации проявлялось иногда в очень определенной форме. Особенное значение имело последовавшее в 1884 г. сенатское разъяснение о ''праве'' крестьян переделять землю, не ожидая XI ревизии (см. ниже), на местах претворившееся в ''предписания'' произвести уравнение земли. В Тобольской губернии оно действительно вызвало, но в громадном большинстве ''не первые'', a вторые, третьи и т. д. переделы. В некоторых местностях той же Toбольской губернии, a также в одном районе Иркутской и в малоземельных местностях Забайкалья за предписаниями, действительно, последовали первые переделы, — но передел здесь уже назревал и был разве лишь несколько ускорен вмешательством властей. В ряде случаев крестьяне прямо отказывались постановлять приговоры о переделе или, постановив, оставляли их без исполнения. Наконец, во всей Томской, в Енисейской, почти во всей Иркутской и в значительной части Тобольской губернии предписания и вовсе не имели никаких последствий, если не считать произведенных местами перераскладок платежей по посевам и скоту, — землепользование осталось захватным. Конечный вывод исследователей, — что распоряжения начальства „в иных местах являются последним толчком к осуществлению давно назревшей потребности в поравнении“, a затем „жизнь О. продолжает итти своим путем. Там же, где потребности в уравнительном землепользовании еще нет, циркуляры очень редко приводят к действительным поравнениям“ (M. А. Кроль). Воздействие администрации, значит, в лучшем случае „отражается только ''на темпе'' эволюции: там, где внутренний процесс развития форм землепользования не успел подготовить почвы для перехода к душевому пользованию, — там администрация, несмотря на все свои старания, не могла добиться никакого результата“ (A. А. Чупров). Можно сказать больше: вмешательство администрации ''и вообще не могло играть никакой роли'' во всех тех, только что вкратце охарактеризованных, молекулярных процессах, из которых слагался процесс перехода от захватных к уравнительным формам: „в мелкоступенчатой лестнице последовательно-сменявшихся форм землепользования не было перерыва, в котором могло бы поместиться административное воздействие в качестве ''не случайного'', помогающего или ускоряющего момента, a ''органического'', творческого фактора“. В значительной мере то же применимо и к выясненным гг. В. В., В. И. Семевским, А. Я. Ефименко на основании документальных данных фактам вмешательства закона и администрации в земельные отношения севера европейской России. И здесь вмешательства администрации являлись, в значительной мере, откликом на происходившую внутри О. борьбу; сами распоряжения властей нередко исходят из уже сложившейся практики общинно-уравнительного пользования; где они попадали на неподготовленную почву, они, сплошь и рядом, оставались мертвою буквой; мероприятия правительства были столь непоследовательны и противоречивы, что уже поэтому не могли оказать существенного воздействия на народную жизнь. Наконец, нельзя не отметить, что по всему северу, ''несмотря'' на екатерининские межевые инструкции и на все старания администрации начала XIX в., захватные формы продержались, по отношению к расчисткам, до второй половины этого столетия, и значительная часть их была закреплена землеустройством в качестве подворных владений. Таким образом и на севере европейской России административное воздействие отнюдь не сыграло решающей роли. В противность мнению некоторых исследователей (напр., г. В. В.), автор этой статьи полагает, однако, что почва для такого рода воздействий на европейском севере была, в те времена, еще мало подготовлена — и ''именно поэтому'' эти воздействия остались, в значительной мере, безрезультатными. В исторической литературе данные и выводы сибирских исследований были полнее всего восприняты и использованы Н. П. Павловым-Сильванским. Он считает, что сибирские исследования „бросают луч яркого света в темную даль первобытного времени. Они освещают по-новому не только вопрос о происхождении русской О., но и важнейший вопрос социологии о происхождении земельной собственности и общинного землевладения“. Сибирские наблюдения — „живая история“, и показания этой живой истории „сходятся с данными наших исторических источников“. Эти последние приводят Павлова-Сильванского прежде всего к убеждению, конечно правильному, что общинно-''передельное'' владение не могло быть исконною формою и в европейской России. В Сибири и на европейских окраинах „оно появляется через сотню, двести, триста и много больше лет после начала колонизации страны, в зависимости от того, когда наступает земельное утеснение. Из этого ясно, что общинно-передельное землевладение не представляет собою некоей исконной формы землевладения, как неправильно думали раньше“. Переделы широко распространены в центральной России в XVIII и XVII вв.; о них много известий из XVI в., a первое известие о переделах относится к 1500 г. „Однако, эта почтенная древность переделов в центральной России все-таки не дает основания полагать, что они здесь были искони“… В центральной России в древнейшее время был такой период, когда хозяйственные условия заселения страны были одинаковы или сходны с условиями колонизации Сибири, юга или востока в последние три столетия, „и, значит, не могло быть и речи о каком-либо утеснении — необходимом условии переделов“. Передельная О. и в европейской России была результатом продолжительной эволюции, главным двигателем которой было утеснение. Исходным ее пунктом является вольный захват, по известной формуле: „куда топор, коса и coxa ходили“. Но, вопреки мнению окраинных исследователей, Павлов-Сильванский отождествляет захват с ''полною частною собственностью'' на землю: „такой ''особой'' формы землевладения — говорит он — нет, a есть только владение землей ''как собственностью'', по праву первого захвата, так же как по праву наследства, покупки, мены и так далее“. Однако, разногласие это имеет чисто словесный характер: оно не мешает Павлову-Сильванскому констатировать ''естественный'' и ''постепенный'' переход этой собственности в общинно-уравнительное владение. Над этою собственностью с самого начала была „высшая территориальная власть мира“. Она „сначала ничем не стесняет частных собственников в их наследственных правах на землю и в их новых заимках… Затем, во имя общего блага союза, она ограничивает это право захвата, усиливаясь в отношении незанятых земель, a на следующей ступени развития налагает некоторое ограничение и на занятые земли, посягая на право собственности. Из этих ограничений и вырастает высшее ограничение собственности — общий передел земель“. Как уже отмечено, вопрос о „собственности“ или ином юридическом характере захвата имеет — раз в дальнейшем принимается естественная эволюция к уравнительному пользованию — скорее словесное значение. Нельзя, однако, не отметить, что переход ''от собственности'' к уравнительным формам не мог произойти без тяжелого перелома, a этот перелом не мог не оставить следа в источниках; a с другой стороны, выводить постепенное ограничение собственности из власти О. как территориального союза — это значит впадать в обычное у более ранних историков смешение земельной О. с административною или политическою. Ступени переходного процесса в О. европейской России, по Павлову-Сильванскому, те же, что и в Сибири: ограничения захвата; отводы, которые, „так же, как раньше право захвата, дают право собственности“; затем — „ограничения собственности“: „1) ограничения ''права распоряжения'', 2) отрезки земли, частные поравнения, т. е. частичная экспроприация“, и в конце концов — общий передел. Так. обр. сложение О. в существе своем — самопроизвольный процесс, основным двигателем которого является утеснение. Что касается до внешних воздействий, то Павлов-Сильванский признает „решительною ошибкой“ взгляд Чичерина, что передельная О. создана подушною податью, ибо „душа“ явилась только новою единицею разверстки, сменив тягло. Воз действие правительственной и помещичьей власти представляется Павлову-Сильванскому не необходимым, но и далеко не маловажным фактором эволюции О.: почти во всех местностях, для которых имеются исторические указания, „первые переделы появляются под более или менее сильным воздействием правительства“: в одних случаях „переделы оказываются навязанными населению, и усиленное давление администрации является их главною причиной. Рядом с этим, во множестве случаев, переделы возникают не под давлением администрации, a только под некоторым воздействием ее распоряжений. И во многих случаях переделы возникают даже не под прямым воздействием правительства, когда, например, оно предписывает уравнять не земли, a податную раскладку, a О. в связи с этим приступают к уравнению земель“. Воздействие администрации Павлов-Сильванский понимает чрезвычайно широко — он усматривает таковое и в простом „отказе правительства от охраны права собственности“, который „оказывает могущественное влияние на исход борьбы двух партий“. Приблизительно то же и у помещиков: и „владельческая О., наравне с государственной, может приступить к переделу земель: 1) самостоятельно, 2) под некоторым воздействием господина, 3) по приказанию господина“. По мнению автора этой статьи, Павлов-Сильванский первый из историков стал на правильный путь интерпретирования исторического материала при помощи „живой истории“ О. Однако, спорный вопрос о происхождении русской О. и сейчас еще далеко не может считаться разрешенным. He может считаться разрешенным даже вопрос о методе изучения эволюции О. Одни, как Архангельский, видят в исследованиях окраинной О. как бы „словарь, с помощью которого только и можно понять язык документов“, и полагают, что, восполняя односторонний материал письменных источников показаниями „живой истории“ О., исследователь имеет все шансы найти истину“. Другие, как M. А. Дьяконов, признают „далеко не разъясненным“ вопрос, в какой мере установленная окраинными исследователями формула эволюции „является обусловленной местными географическими, экономическими и культурными условиями, и как широко она может быть распространена за пределы исследованных районов“. „Повидимому бесспорным — говорит М. А. Дьяконов — является только зависимость смены стадий от степени земельного простора, и только. Действие же, в означенных пределах, других разнообразных этнографических и социальных сил и влияний представляется едва лишь намеченным и очень мало изученным и потому спорным“. ''Русская сельская земельная О. после 1861 года''. Каково бы ни было происхождение О., — но факт, что к моменту освобождения помещичьих крестьян и аналогичных актов, упразднивших лично-зависимое положение других разрядов крестьян (1861—1866 г.г.), С. п. о. с ее характернейшим признаком — уравнительными переделами — имела вполне сложившийся вид. He подлежит сомнению и то, что власть помещиков и администрации (над государственными крестьянами) наложила на О. своеобразный отпечаток и придала ей характер, в значительной мере, ''крепостной, тяглой'' О. У крепостных крестьян землей распоряжался помещик; О. служила для него лишь средством исправно получать повинности с крестьян, и к этой задаче были всецело приспособлены общинно-уравнительные порядки. Государственные крестьяне пользовались значительно большею свободой в распоряжении землей; но так как оклады подушной подати исчислялись по ревизским душам, то и уравнительные переделы земли приурочивались к ревизиям, и ревизская душа была обычною единицею распределения повинностей и земли. Ко времени выработки начал крестьянской реформы в руководящих слоях русского общества и, частью, в литературе (см. ниже) уже успели обнаружиться, по отношению к передельной О., до противоположности различные взгляды, которые нашли себе отражение и в подготовительных работах по выработке положений 19 февраля. Из губернских дворянских комитетов одни предлагали безусловно воспретить переделы, как вредные и для „рационального хозяйства“, и вообще для развития в народе трудолюбия и других нравственных качеств. Другие допускали передел только при убыли населения и т. п. экстренных случаях, по приговорам, постановленным значительным большинством и с утверждения надлежащей власти. Третьи предоставляли передел всецело усмотрению самих крестьян. В редакционных комиссиях преобладал отрицательный взгляд на О. В пользу сохранения ее приводились соображения, в значительной мере, фискально-полицейского характера: признавалось, что „народу нужна еще сильная власть, которая заменила бы власть помещика“, что „без мира помещик не собрал бы своих доходов, a правительство — своих податей и повинностей“. Ожидали, с другой стороны, что влияния лучших и трудолюбивейших крестьян, если оно будет несколько ограждено законом, достаточно для постепенного искоренения переделов там, где они особенно вредны. В конце концов решено было, что вопрос об О.… „должен быть предоставлен естественному ходу вещей“. Община была сохранена, но положения 19 февраля 1861 г. не только дозволяют каждому крестьянскому обществу, по приговору, постановленному ⅔ голосов, заменять общинное владение подворным, не допуская обратного перехода, но признают за каждым отдельным общинником право на выход из общины с землею (см. ниже). По положениям 19 февраля „общинным называется то обычное пользование, при котором земля, по приговору мира, ''переделяется'' или ''распределяется'' (курс. в тексте закона) между крестьянами: по душам, тяглам или иным способом; a повинности, положенные за землю, отбываются за круговою порукой“. Таким образом, круговая порука положения 19 февраля рассматривается как органический признак О. Мирская земля — это та, которая отведена, за установленные повинности, в собственность или постоянное пользование сельского общества, которое заведует ею в лице сельского схода, составленного из всех крестьян-домохозяев и выборных сельских должностных лиц. В действительности, однако, О. далеко не всегда совпадает с административным сельским обществом: фактически в состав одного „общества“ нередко (особенно в местностях с преобладанием очень мелких селений) входит по нескольку земельных О., иногда же на несколько земельных О. распадается и одно селение (у бывших помещичьих крестьян, если в одной деревне жили крестьяне разных помещиков); и наоборот — поземельную О. образуют, нередко, несколько или даже много „обществ“ — даже целая волость. Для такого рода случаев разъяснениями сената признан непредусмотренный законом особый „''селенный'' сход“, который ведает дела О., тогда как ''сельские'' сходы продолжают ведать дела административного характера. В литературе вопроса, со времени исследований В. И. Орлова, установилось деление О. на три вида: 1) ''простые'' О., состоящие из ''одного'' селения; 2) ''раздельные'' — несколько земельных О., усадьбы которых составляют одно селение, и 3) ''составные'' О., состоящие из нескольких селений, владеющих и распоряжающихся землею сообща — разновидность их составляют ''волостные'' О. В громадном большинстве случаев более или менее крупные составные О. фактически владеют сообща лишь сенокосными и лесными угодьями, a также выпасом, пашни же фактически находятся во владении отдельных селений; это более или менее неизбежно при хозяйстве с удобрением, когда каждое селение должно иметь свои пахотные поля около себя. Угодья, состоящие в ''фактическом'' общем владении ''всей'' составной О., в одних составных О. распределяются общим сходом всех селений или его доверенными непосредственно между домохозяевами и без различия селений. В других общий сход или его доверенные установляют лишь долю данного угодья, причитающуюся, по общей разверстке, каждому селению; эта доля отводится каждому селению в натуре, a затем распределяется между домохозяевами деревенским сходом, которому, обыкновенно, предоставляется полная свобода выбора основания разверстки. Окончательный раздел составной, „однопланной“ О. на односеленные О. или выход из нее отдельных селений до недавнего времени допускался лишь при выраженном на общем сходе согласии ''каждого'' из входящих в составную О. селений, выраженном ⅔ голосов, a иначе — лишь по постановлению суда. Значительно облегченные правила установлены для раздела „однопланных“ О. положением о землеустройстве 29 мая 1911 г. (см. ''[[../Землеустройство|землеустройство]]''). Это нужно признать весьма целесообразным, в виду естественного стремления таких О. к разложению (см. выше, стлб. 36). По единодушным отзывам губернских совещаний (см. ниже) 1896 г., в землепользовании О., состоящих из нескольких селений, происходят постоянные неурядицы и столкновения, порождающие бесконечные тяжбы в судах. И даже независимо от этого, „многоселенный механизм оказывается в большинстве случаев настолько тяжеловесным, что даже среди сторонников общинного начала встречаются лица, сочувствующие распадению сложных О.“ (A. А. Чупров). Количественно общинное землевладение было в европейской России, и в частности в коренных русских губерниях, решительно преобладающею формою. Из общего количества крестьянских земель в 50 губерниях коренной России в общинном владении состояло, по официальным данным, 80.159 тыс. дес., в подворном лишь 22.260 тыс. десятин; численность населения в обществах с общинным владением определялась в 6.387 тыс., с подворным в 1.875 тыс. дворов. Общинное владение охватывает всю великорусскую область, новороссийские губернии, по официальному счету (но не фактически) и белорусский край; подворное владение господствует в малороссийских, югозападных, литовских, фактически и в белорусских губерниях; подворно владеют землей и некоторые особые разряды крестьян (напр., четвертные владельцы) в великорусских губерниях. Эти официальные цифры далеко не разрешают однако вопроса о действительной распространенности и жизненности О. и в частности — о действительной распространенности главного проявления жизнедеятельности О. — переделов. Условия крестьянской реформы были в этом отношении весьма неблагоприятны для О., особенно у бывших помещичьих крестьян. Для последних сразу установлен был выкуп. По действительному своему смыслу это был ''выкуп'' общиною ''повинностей'' за землю. Между тем, у домохозяев, получивших наделы при выходе на волю и плативших соответственную долю выкупа, естественно складывалось представление, что они выкупают, каждый для себя, в вечное владение, ''ту землю'', которою они раньше пользовались от передела до передела; такое представление подкреплялось тем соображением, что крестьянину, проплатившему выкуп в течение двух-трех десятилетий, было „обидно“ отдавать при переделе выкупавшуюся ''его'' платежами землю. Бывшие государственные крестьяне были переведены на выкуп только в 1880 г., а до тех пор продолжали платить оброчную подать. Но так как переоброчки и переделы искони связывались с ревизиями, то у них сложилось представление, что передел ''и не может'' иметь места иначе, как при ревизии, и что, впредь до новой ревизии, „ревизские души“ имеют освященное авторитетом закона и неотъемлемое право на надел. И это неправильное представление о значении ревизии и ревизской души, и тем более представление о выкупе земли „для себя“, в личную собственность, очень укрепляли позицию тех имеющихся в каждой О. элементов, для которых передел был бы невыгоден. В бывших помещичьих О. ставился даже принципиальный вопрос: о возможности переделов ''в будущем''. В первое время после X ревизии (1858 г.) и после выхода крестьян на волю, пока распределение земли между домохозяйствами приблизительно соответствовало их семейному составу, или пока несоответствие, во всяком случае, не было еще слишком резко; пока, притом, земля была дешева и ее легко было арендовать, друг у друга или на стороне, вопроса о переделе и не возникает. „Когда крестьяне начинают заметно чувствовать невыгодные последствия неравномерного распределения земли, у них возникает вопрос о ревизии и более или менее нетерпеливое ее ожидание“ (В. В.). Затем ставится вопрос о „самовольной ревизии“, — начинается борьба за передел, при чем позиция противников передела укрепляется сомнениями ''в законности'' передела без ревизии. Борьба с обеих сторон принимает очень острые, иногда даже насильственные формы. Крестьяне решаются на уравнение земли „с опаской, иногда с оговоркой, что в случае ревизии они готовы произвести новый передел; иногда считают благоразумным не записывать приговора и даже не говорить о нем посторонним“ (В. В.). С течением времени в крестьянскую среду проникает сознание, что передел законен и без ревизии — не малую роль здесь сыграло сенатское разъяснение 1884 г. (см. выше, столб. 40). Перевес постепенно переходит на сторону желающих передела; к 80-м годам прошлого столетия переделы в большей части местностей с общинным владением входят в обычный порядок вещей; с другой же стороны явственно обозначаются местности, где земля ''не'' переделяется, где, значит, О. замерла и существует только номинально. Исчерпывающих сведений о передельных и беспередельных О. нет. По подсчету собранных земскою статистикою данных, произведенному К. Р. Качоровским и опубликованному П. Вениаминовым, по 35 губерниям и в этих губерниях — по 191 уезду из общего числа 358, приблизительно с 22 милл. душ (из общего числа 57 милл. душ во всех 50 губ. коренной России), в 64% или почти в двух третях общин имели и имеют место правильные переделы, и, след., общины эти вполне жизнедеятельны. В 24%, т.-е. почти в ¼ всех О., переделов совершенно не бывало с отмены крепостного права, и наделы переходят по наследству, a след., эти О. могут быть признаны окончательно замершими; в остальных 12% О. либо констатирована борьба за передел, либо наблюдаются более или менее частые скидки и накидки наделов, и потому эти О. нужно признать, во всяком случае, слабыми — может-быть, замирающими, a может-быть, напротив, еще могущими жить. На долю жизнедеятельных О. приходится 77%, более ¾, на долю замерших всего 13%, т.-е. несколько более ⅛, на долю слабых общин 10% общего числа ''семей'' в подсчитанных О. Уже эта разница в процентах О. и семей наводит на одно из обстоятельств, влияющих на жизненность или, наоборот, на замирание О. — ''размер'' О.: более крупные О., говоря вообще, более жизненны, чем очень мелкие; это отчасти оттого, что влияние чресполосицы и т. п. неудобств пользования, являющихся одним из мотивов к переделу, в больших О. ощущается сильнее, отчасти потому, что „крупные села представляют более выгодные для появления и распространения идеи передела социально-психологические условия“ (В. В.) — большее абсолютное число лиц, страдающих от неравномерного распределения земли. Еще условие — ''размер наделов'': „большая величина надела, повидимому, благоприятствует равнению, так как при этом условии крестьяне, участки которых подлежат при переделе сокращению, во многих случаях получат, все-таки, достаточно земли для того, чтобы занять свою рабочую силу“, a потому не так энергично протестуют против передела (В. В.); с другой же стороны, при очень малом наделе и у обделенных землей слабеют стимулы добиваться передела. Уже оба эти обстоятельства должны были более благоприятствовать переделам у бывших государственных, нежели у бывших помещичьих крестьян; у первых и селения, в общем, крупнее, и, главное, наделы больше. Еще важнее отмеченное выше влияние выкупа, который у государственных был введен позднее, когда идея передела успела более укорениться, и потому не оказал у них такого влияния на крестьянскую психологию. В конечном результате, по подсчетам Качоровского, вполне жизнедеятельные О. составляют у бывших государственных 83%, около ⅚, у бывших помещичьих — всего 51%, половину всего числа О.; соответственные % семей у первых 91, у вторых 56%. Абсолютно-замершие О. у первых составляют всего 11%, т. е. ⅑, у вторых 34%, т. е. целую треть всех О. Соответственные проценты по числу семей — 4 и 28%; первая из этих цифр, по сравнению с процентом беспередельных О., особенно отчетливо свидетельствует о влиянии размера селений. Как распределяются „живые“ и „замершие“ О. территориально, — об этом по имеющимся материалам нельзя составить себе отчетливого представления. С почти совершенно замершею О. мы имеем дело, несомненно, в Псковской губернии: здесь, по учету земских статистиков, число „живых“ О. было не более 10%; приблизительно то же самое можно, повидимому, сказать о таких губерниях, как Смоленская или Новгородская. Конечно, и приведенные выше общие цифры имеют лишь приблизительное значение: значение это не безусловно даже по отношению к коренным переделам, которые могли наступить в О., где их не было раньше, и, напротив, прекратиться в О., которые сосчитаны как передельные; самое отсутствие передела может быть следствием не замирания О., a действия закона 8 ноября 1893 г. (см. ниже). С другой стороны, жизнедеятельность О. не исчерпывается коренными переделами пашни, которые только и усчитаны в приведенных цифрах, — при отсутствии их жизнедеятельность О. может проявляться в переделах сенокосов, в частных переделах, в пользовании второстепенными угодьями и т. д. По этим же причинам не могут иметь решающего значения и данные о выдаче „удостоверительных актов“ по закону 14 июня 1914 г. (см. ниже); значение этих данных умаляется еще и тем обстоятельством, что решение вопроса о состоявшемся переходе к подворному владению предоставлено этим законом земским начальникам, компетентность которых в данном вопросе более чем сомнительна. Так или иначе, „живая“ О. — лишь та, которая в той или другой форме осуществляет землераспределительную функцию. Где О. ее ''еще'' не осуществляет, как в Сибири (см. выше, столб. 36/40), мы имеем дело со ''слагающеюся'' О.; где она ее ''уже'' не осуществляет, мы имеем дело с ''замершею'', может-быть временно, может-быть навсегда. Имеем ли мы дело с временным или окончательным замиранием — это далеко не всегда можно категорически решить; даже если постановлен законный приговор о переходе к подворному владению, это тоже еще не имеет решающего значения, потому что такие приговоры, нередко, составлялись без ясного сознания их действительного смысла, и нередки случаи, когда переделы продолжались и после такого приговора. Поскольку землераспределительная функция осуществляется, надо прежде всего выяснить ''принципы распределения'', иначе сказать — способы земельно-податных разверсток, a затем остановиться на ''технике распределения земли'' между членами О. Как установлено со времени В. И. Орлова, вопрос о характере разверстки всецело предрешается тем обстоятельством, что вместе с землею между общественниками распределяются и лежащие на О. платежи и повинности. Между тем, тягость последних весьма различна. Весьма различна и доходность той доли общинной земли, вообще той совокупности земельных и иных прав, которые входят в состав так наз. „души“. Где ''доходность'' „души“ ''превышает тягость платежей'' и повинностей, там „держать душу“ выгодно, надел является „кормильцем“, и борьба за передел носит характер борьбы ''за землю'': каждый стремится получить или сохранить как можно больше „душ“, потому что сильному хозяину земля при аренде обошлась бы дороже, a слабый может сдать ненужную ему землю и получить этим путем излишек сверх того, что ему приходится платить. Наоборот — если ''тягость платежей'' и повинностей ''превышает рентную доходность'' земли (т.-е. ту сумму, какую можно выручить путем сдачи в аренду всей „души“ или, по отдельности, всех входящих в состав ее угодий), то надел становится „разорителем“, и борьба за передел принимает характер борьбы ''против наделения землею'': сильному хозяину нет расчета брать „души“, потому что он дешевле может заарендовать нужные ему угодья, слабому — потому что вырученная от сдачи сумма не покроет платежей. С такого рода положением вещей приходится считаться при двоякого рода обстоятельствах: при широком просторе, на редконаселенных окраинах, где население не в силах обработать всю имеющуюся в его распоряжении землю и последняя, поэтому, крайне дешева; и при чрезмерно-высоком обложении, какое было установлено, в частности, для большинства бывших помещичьих крестьян, благодаря крайне высоким, для своего времени, выкупным оценкам. Вытекающее отсюда положение вещей может, в свою очередь, осложняться плохим качеством земли, недостатком удобрительных средств, предпочтением населения к промыслам и т. п.; но центр тяжести — все-таки в чрезмерно высоких нормах выкупных платежей, в виду чего К. Р. Качоровский не без известного основания выделяет такого рода земельно-платежные отношения в особую форму: общинно-выкупного владения, которую рассматривает „как своеобразное уклонение от чистой и действительной общинно-передельной формы“. К этому основному мотиву — соотношению доходности надела и платежей, привходит другой: влияние ''ревизского счета'', вытекающее из того, что реформа 1861 г. и вообще наделение крестьян были произведены после ревизии 1858 г., и в основу исчисления надела было положено известное число душ, „которые, как действительные, живые души, и записывались в документы на право пользования землей“ (И. Н. Миклашевский). Для момента наделения ревизские души были естественными единицами внутриобщинной разверстки земли и платежей, и лишь с течением времени, по мере того, как действительный состав населения расходился с ревизским, ревизская душа стала заменяться другими разверсточными единицами. Мы имеем таким образом, прежде всего, ''ревизскую'' разверстку. „В течение целых, по крайней мере, 10, 15, 20 лет после ревизии эта разверстка представляет собой не что иное, как просто наделение всего взрослого мужского населения“, т.-е. разверстку по рабочим силам (Качоровский). Но „через 25, 30, 35 лет после ревизии эта разверстка все более теряет характер рабочей разверстки и превращается в наделение стариков, с полным лишением земли нарождающихся и выделяющихся в новые хозяйства“. При таких условиях, ревизский принцип означает одно из двух: либо утверждается „''ревизско-наследственное''“ владение, О. замирает, и земля фактически переходит в подворное владение тех семей, которым она была отведена при первом после ревизии переделе, по действительному числу в них ревизских душ; либо производятся переделы по ''живым ревизским'' душам, при которых земля переделяется между все уменьшающимся числом „душ“ 10-ой ревизии, оставшихся в живых к моменту данного передела, с полным обделением все возрастающего большинства. В остающихся жизнеспособными О. ревизская разверстка не может удержаться в чистом виде. Если повинности превышают доходность надела, несение их становится не под силу семьям, где ревизские работники умерли или состарились, a также обедневшим, — приходится „сваливать“, снимать с них надел-„разоритель“ и „наваливать“ его на подрастающих работников или на более состоятельные семьи; быстрое разложение ревизской раскладки неизбежно, потому что ''сама О.'' заинтересована в том, чтобы не давать накапливаться недоимкам. В случаях обратного рода, когда происходит борьба ''за'' землю, ревизские „державцы“, нередко, по многу лет не идут ни на какие уступки требованиям „малолетских душ“. Уступки сначала облекаются то в форму передачи освобождающихся за смертью „ревизских душ“ земельно-податных долей „малолетам“, в порядке их возрастного старшинства, то в форму раздела всей совокупности освободившихся ревизских наделов между всеми малолетами, достигшими определенного возраста, так что в О. одновременно существуют „ревизские“, большие, и „малолетские“, меньшие наделы; немало встречается и других переходных форм. С течением времени, где раньше, где позже, ревизская разверстка в жизнедеятельной О. должна исчезнуть и смениться разверсткой либо по рабочему, либо по потребительному принципу. Естественно, что рабочие разверстки практикуются там и до тех пор, где и пока надел не окупает повинностей и, значит, держатель „души“ должен ''выработать'' недостающую часть лежащих на наделе платежей; напротив, потребительные разверстки уместны, где надел является „''кормильцем''“, — распределение „кормильцев“ естественно производить по числу тех, кого нужно кормить, и в то же время каждый, при таких условиях, естественно, стремится получить возможно большее число долей участия в выгодах надела. Чистый тип разверстки по трудовому принципу — разверстка по числу мужских душ рабочего возраста, обычно от 16 или 17 до 60 лет, — очень сходен с тягловою разверсткой крепостных времен. По числу работников производятся коренные переделы, a в промежутках между переделами производятся „свалки-навалки“; общественники, выходящие из рабочего возраста, освобождаются от надела-„разорителя“, и наделы „наваливаются“ на подрастающую молодежь. Где обременительность платежей заставляет особенно тщательно соразмерять наделение с рабочею силой, там наделяют уже и подростков, с 12, 10 лет и даже раньше, но лишь ''частями'' „душ“, и с выходящих из рабочего возраста снимают, сначала, половину или вообще — часть надела. Близки по смыслу к рабочим разверстки „по возможности“, иначе — „по хозяйственной силе“, и разверстки „по согласию“. Качоровский объединяет их в один тип: „по хозяйственной силе“. Но действительный смысл их совершенно различный: разверстки „по возможности“, „по силе“, практикуются там, где тягость повинностей особенно велика, где крестьянин несет их „с пуста“ и где, поэтому, не всякому взрослому работнику под силу их выработать; повинности и с ними надел „наваливаются“ „силком“ на более состоятельных, у кого много скота, хорошие заработки и т. п. Напротив, разверстка „по согласию“ практикуется там, где разница между платежами и доходностью надела „не так велика или даже где она почти исчезает“, — где поэтому земля „тяжела лишь для слабых, a не для сильных дворов“ (Качоровский): сильный двор больше выручает с надела и потому „добросогласно“ берет за себя надел, тогда как слабый, который с него мог бы меньше выручить, так же „добросогласно“ от него отказывается. Где доходность надела решительно перевешивает платежи, там, как сказано, практикуются ''потребительные'' разверстки, и чаще всего — разверстка ''на все мужские души'' без различия возраста. В преобладании этого типа потребительных разверсток при первых после реформы переделах „проявилась дореформенная привычка к общим переделам при ревизиях“, которые оставили порефорненной О., главным образом О. бывших государственных крестьян, „и готовую единицу уравнительного распределения земли — живую наличную мужскую душу“: ревизская душа ведь и была ''наличною'' в момент передела. Однако, во-1-х, потребительными единицами являются ведь не одни только мужские, a души обоего пола, и во-2-х, детская „душа“ имеет совсем другое потребительное значение, чем взрослая. Разверстка на все мужские души была, таким образом, весьма выгодна для семей с более или менее решительным преобладанием мужского пола, в особенности для многодетных, и напротив — менее выгодна для семей с преобладанием взрослых, a тем более — с преобладающим женским составом. И вот, с одной стороны, вводятся „''дробные''“ разверстки, т.-е. такие, которые, до известной степени, считаются с возрастом членов наделяемых семей, наделяя малолетних не в полной, a в уменьшенной по сравнению с взрослыми пропорции, a с другой стороны появляется и упрочивается право на надел не только мужских, но и ''женских'' душ: сначала наделение женщин допускается в виде исключения, по отношению к определенным категориям женщин, затем появляется и полная потребительная разверстка „по едокам“ обоего пола. Наконец, появляется и максимально-уравнительная разверстка: по душам обоего пола, но с принятием в расчет и возраста членов наделяемых семей. Таковы главнейшие типы выработавшихся в русской О. земельно-платежных разверсток. Ясно, что у разных разрядов крестьян должны преобладать разные типы разверсток: у бывших государственных, и по объективным условиям, и в силу исторически-сложившейся привычки, должны преобладать потребительные, в частности разверстка на все мужские души, у бывших помещичьих — рабочие, т. е. по своему смыслу, тягловые разверстки. И в самом деле: по подсчетам Качоровского — Вениаминова, на долю главнейших типов разверсток приходятся такие проценты О.: {| class="dtable plain" |-class=mini ! || colspan="2"|у бывших |-class=mini ! || {{rot|государ-<br>ствен-<br>ных}} || {{rot|поме-<br>щичь-<br>их}} |- |{{dcn|разверстки по рабочим силам}} || 12 || 19 |- |{{dcn|неустановившиеся принципы, разверстка „по нужде“, или смешанная по едокам и работникам}} || 7 || 9 |- |{{dcn|разверстка по всем мужским душам}} || 27 || 8 |- |{{dcn|по едокам обоего пола}} || 15 || 6 |} У бывших государственных, в самом деле, решительно преобладают потребительные разверстки. Менее решительно преобладание трудовых разверсток у бывших помещичьих крестьян, но это объясняется тем, что приведенные сведения относятся главным образом к 1897—1902 гг., когда с момента освобождения крестьян прошло 35—40 лет. Между тем за это время ценность земли сильно возросла, в некоторых местностях в несколько раз; a неизбежным следствием такого повышения ценности земли должен был быть, в „живых“ О., переход от способов разверстки, соответствующих наделу-„разорителю“, к способам, соответствующим наделу-„кормильцу“. Такой переход неоднократно констатировался, как массовый факт; окончательно он установлен, опять-таки, подсчетами Качоровского — Вениаминова. Вот результаты подсчета по 66 уездам, где земские исследования, впервые произведенные в 80-х гг., были повторены между 1897 и 1902 гг.; они дадут попутно представление и о темпе „оживания“ замершей после 1861 г. О. {| class="dtable plain" |-class=mini ! || {{rot|80-е<br>годы}} || {{rot|1897—<br>1902 г.}} |- |{{dcn|ревизские беспередельн. О., или с частичными поправками к ревизской разверстке}} || 65 || 12 |- |{{dcn|ревизская разверстка с частыми свалками-навалками}} || 9 || 2 |- |{{dcn|переделы по рабоч. силе}} || 9 || 8 |- |{{dcn|переделы по наличн. мужск. душам}} || 11 || 59 |- |{{dcn|переделы по едокам обоего пола}} || 6 || 19 |} Весьма интересны и приводимые Качоровским — Вениаминовым данные по нескольким отдельным губерниям. По Саратовской губернии имеются данные за 1870, 1880, 1890 и 1900 гг. Процент ревизско-беспередельных О. упал с 1870 по 1900 г. с 42 до 16, процент ревизских О. с частными поправками с 22 до 17, процент О. с рабочею разверсткой с 32 до 22; О. с разверсткой по наличным мужским душам и по едокам было в 1870 г. всего 1%, в 1880 г. тоже еще только 5, в 1890 г. уже 23, в 1900 г. 41%. Во Владимирской губернии процент ревизско-беспередельных О. в 70-х гг. был 69%, в 1902 г. всего 5%, процент О. с свалками-навалками душ упал с 4 до 1%; процент О. с разверсткой по наличным мужским душам возрос с 11 до 41%, с разверсткой по едокам с 7 до 12%, — но сильно возрос также, именно с 2 до 41%, процент О. с рабочею разверсткой. По Московской губернии имеются данные для конца 70-х и для конца 90-х гг. — проценты О. в каждый из этих двух моментов следующие: ревизско-беспередельных 47 и 6, ревизских с частными переделами 26 и 17, по рабочим силам 23 и 53, по наличным мужским душам 2 и 5, по едокам обоего пола 2 и 19%. Во всех трех губерниях, таким образом, резко сократилось количество О. с ревизской разверсткой и резко возросло количество О. с потребительными разверстками; но в Саратовской, земледельческой губернии — процент О. с рабочею разверсткой резко понизился, тогда как в двух промышленных, Московской и Владимирской, он так же резко увеличился: промышленный характер этих губерний понижает интерес населения к земле, a вместе с тем и ценность последней. Переходим теперь собственно к ''способам пользования землею''. Они, естественно, различны по отношению к ''разным видам угодий'', в соответствии с хозяйственным характером каждого из них. Усадебная земля, по закону, даже и при общинном владении состоит в потомственном владении проживающего в данном дворе семейства, передается по наследству и лишь при выморочности поступает в распоряжение общества. Передел усадеб, по закону, значит, не возможен. Фактически, однако, закон не соблюдается: не говоря уже о заимочных и хуторских усадьбах в Сибири и на южных окраинах, которые, с уничтожением первобытных захватных форм (см. выше, столб. 37/39), подвергаются сносу по распоряжению О., не особенною редкостью являются и переделы или общее — уравнение усадеб. Иногда переделы стоят в связи с новою распланировкою селений (особенно после больших пожаров), иногда они производятся О. с чисто землеуравнительными целями. В случаях последнего рода обыкновенно изменяется ''только размер'', но ''не местонахождение'' усадьбы, и притом в порядке чаще частных, a не общих переделов — отрезки частей больших усадеб с целью образования усадеб для прибылых дворов. Сравнительно чаще подвергаются общему поравнению ''приусадебные'' земли — конопляники; в местностях, где развито огородничество как промысел — огороды и т. п. ''Пахотные земли'' и ''сенокосы'' в сложившейся О. подвергаются переделу — передел этих двух видов угодий, и в частности пашни, является существеннейшим признаком сложившейся и жизнедеятельной О. По отношению к пашням надо различать ''общие'' или ''коренные'' переделы, при которых производится переразверстка пашни ''между всеми'' членами О., обычно связанная с новою нарезкою полос, и ''частные'', при которых в разверстку поступает лишь более или менее незначительная часть пашни, распределяемая между небольшою частью домохозяев, a большая часть пахотных наделов остается нетронутой. Частные переделы чаще всего происходят в связи с свалкою-навалкою душ, значит, по преимуществу там, где надел является „разорителем“. В местностях, где наделом дорожат, частные переделы вызываются лишь необходимостью уменьшить чресполосность, происходящую вследствие семейных разделов, сопровождаемых и разделом пахотного надела, или появлением выморочных участков, на которые, при такого рода условиях, всегда имеется много желающих. От переделов надо отличать ''пережеребьевки'', т. е. новые разверстки полос, ''не сопровождаемые изменением величины'' наделов отдельных домохозяев. Такие пережеребьевки или „качественные переделы“ не характерны для общинного владения — они возможны и при долевом (см. выше), и при типичном подворно-наследственном владении. Они вызываются необходимостью в уменьшении чресполосности, стремлением уравнять обнаружившееся после коренного передела качественное неравенство в распределении пашни и т. п. В дальнейшем речь будет итти только о ''коренных, количественных'' переделах, т.-е. связанных с изменением размера долей отдельных общинников. Первый и весьма важный вопрос здесь — о ''сроках'' коренных переделов. В дореформенное время у помещичьих крестьян в этом отношении, вообще, не могло установиться каких-либо традиций, потому что положение в тягло и исключение из тягла зависели целиком от соображений помещика и производились по мере подрастания новых и выбытия из строя старых тяглецов. У государственных переделы были строго приурочены к ревизиям. Когда пошла, в 80-х гг., полоса первых переделов, проявились две противоположных тенденции: чисто хозяйственные соображения побуждали назначать для следующего передела определенные сроки, при чем желание избегнуть связанных с переделом неудобств и затруднений побуждало к установлению возможно продолжительных сроков, a ожидание ревизии побуждало крестьян либо вовсе не установлять срока следующего передела, либо установлять возможно более короткие сроки. Однако, уже в 80-х гг. обнаружилось, в массе, предпочтение к более продолжительным срокам. В книге В. В. подсчитаны данные о сроках переделов по 23 уездам и 1.611 О. Из этих 1.611 О. только в 199 передел произведен был на срок менее шести лет, только в восьми — менее трех лет; в 511 О. были назначены сроки от 6 до 9, в 689 О. от 10 до 12 лет, в 93 О. — свыше 12 лет, в 93 О. не было назначено определенного срока. Наиболее распространенные сроки оказались: 6 лет (375 случ.), 10 лет (334 случ.) и 12 лет (354 случ.); из более продолжительных сроков сравнительно часто встречается 15-летний (55 случ.); если не считать круглой цифры 10, все наиболее обычные сроки являются ''кратными трех'', соответственно трехпольному полевому обороту. Весьма важными являются и различия в географическом распространении кратких и более продолжительных сроков: уже г. В. В. констатировал, что „краткие сроки… особенно часты в обществах восточных и частью южных степей (почти не удобряющих землю); общины центральной полосы назначают обыкновенно длинные сроки для переделов“. ''Самая техника'' распределения пахотной земли между подлежащими наделению разверсточными единицами слагается как равнодействующая двух моментов: „наделения всех членов О. равноценными участками“ и „возможного удовлетворения сельскохозяйственных целей“ — те и другие требования, в значительной мере, противоречат друг другу (В. В.). При сколько-нибудь заметной разнокачественности земли, равномерность наделения может быть достигнута одним из двух способов: либо путем „восполнения качественных недостатков известных участков соответствующим увеличением их площади“, либо „разделением угодья, по качеству и расстоянию от усадьбы, на крупные части, в каждой из которых должны получить доли все совладельцы“ (В. В.). В ''коренной России'' общераспространенным является этот последний способ. При трехполье, пашню каждому общественнику надо, прежде всего, отвести в каждом из трех полей. Затем, великорусская О. стремится дать каждому домохозяину ''равное количество равноценной земли''; так как ценность земли определяется не только качеством (почва, рельеф, склон и пр.), но и расстоянием от усадьбы (момент, играющий особенно важную роль при хозяйстве с удобрением), то в целях достижения уравнительности разбивают пахотную землю, в каждом поле, на большее или меньшее (в зависимости от степени пестроты и растянутости пашен) число возможно однокачественных участков, по возможности правильной геометрической формы (ярусы, столбы, коны, прясла, и проч.), число которых колеблется от одного до двадцати и более в каждом из трех полей, и затем на каждую разверсточную единицу отводится по полосе в каждом участке. Разбивка участков на полосы производится при помощи веревки, лаптя и т. п. способами, нередко имеющими мало общего с геометрией, но дающими, по удостоверению наблюдателей, весьма точные результаты. Таким образом, надел каждого домохозяина составляется из более или менее значительного количества (обычно несколько десятков, нередко до 50—60, иногда до 90—100 и даже более) полос, которые, естественно, тем у́же, чем больше число участков, на которые были разбиты общинные поля. В черноземной, главным образом степной и полустепной полосе, раздробленность пахотных наделов несравненно меньше, нежели в центрально-черноземной и особенно в нечерноземной полосе. Эта разница объясняется, с одной стороны, большею пестротою почв на севере, с другой — существованием трехпольных смен, требующим отвода пашни, обязательно, в каждом из трех полей, поскольку же речь идет о местностях с навозным удобрением — и необходимостью особенно тщательного уравнения надельных полос по расстоянию от усадеб. Самый передел, обычно, производится ''не'' непосредственно между домохозяевами; последние предварительно разбиваются на небольшие, равные по числу разверсточных единиц, группы — „осьмаки“, „десятки“, „жеребьи“; если О. очень велика, то из нескольких таких мелких групп составляются более крупные группы — „выти“ и т. п. Каждый „ярус“ или „столб“ делится по жребию, сначала между „вытями“, затем внутри каждой „выти“ между „осьмаками“ или „десятками“, и потом уже внутри каждой мелкой группы между отдельными домохозяевами; окончательный раздел внутри осьмака или десятка совершается либо тоже по жребию, „либо добросогласно“, по усмотрению и в зависимости от удобства участников. Такая двух- или даже трехстепенная система передела облегчает самую операцию распределения долей между общественниками и дает возможность, до известной степени, уменьшить ту дробность и чресполосность пахотных наделов, которая является неизбежным следствием описанного способа нарезки полос. Дальнейшее уменьшение чресполосности достигается, в известных пределах, путем добровольных соглашений, связанных с обменами полос и т. п. Тем не менее, дробность наделов, связанная с узкополосицей и чресполосицей, остается неизбежным спутником описанного великорусского способа передела. Вредное ее влияние усугубляется (не составляющим уже специфической особенности О.) общим выпасом скота в полевых сменах, необходимыми последствиями которого являются: обязательный для всех соучастников общего выпаса (в средней России трехпольный, в степной полосе тот или иной толочный) севооборот и так называемая принудительная обработка, т.-е. обязательное соблюдение сроков начала посева и окончания уборки хлебов, взмета пара и т. п., установляемых в соответствии, прежде всего, с требованиями общего выпаса общественного скота. Чресполосица и мелкополосица, сопровождаемые общеобязательным севооборотом и принудительною обработкой — характерные черты великорусской, и главным образом ''среднерусской'', О. Уже в южнорусских степях эти характерные черты наблюдаются в гораздо более слабой степени или даже отсутствуют; в Херсонской губернии, напр., подавляющее большинство О. отводило землю не более чем в четырех, довольно значительная часть О. — даже в одном или в двух сплошных участках. Совершенно отсутствуют перечисленные характерные черты в сибирской О. (гл. обр. в южной половине Тобольской губ. и в Забайкалье). Здесь нет общих смен, нет обязательного севооборота и принудительной обработки. Техника переделов направлена, прежде всего, к ''избежанию дробления'' пашен: пахотный пай отводится обычно в трех и не более чем в четырех сортах, и, следов., в каждом сорте отводятся более или менее крупные, достаточно широкие полосы. Жеребьевка совершенно не употребительна — принятые в Сибири способы передела могут быть сведены к двум главным типам. Один — передел „по старине“ или отрезкою излишков: „старожители“ отдают только оказавшуюся излишнею, „по новому расчислению“, часть своей „старины“ и сохраняют все остальное. Другой — разнообразные виды „набоя“ или „торга“: нечто в роде аукциона, в результате которого достигается ''субъективная равноценность'' пахотных паев: недостатки качества уравновешиваются прибавкой количества. Первый тип, менее уравнительный, но зато более отвечающий хозяйственным требованиям (см. ниже), практикуется в местностях с более однокачественными, второй — с более пестрыми пахотными землями. По отношению к ''сенокосам'' (поскольку они не являются расчистками и, в качестве таковых, не изъяты из передела) общераспространен ''ежегодный'' передел: пользование сенокосом не предполагает предварительной затраты труда на обработку, след., не требует длящейся связи человека с землей; с другой стороны, укос на отдельных сенокосных урочищах, a след. и хозяйственная ценность их, меняется от года к году, в зависимости от изменчивых метеорологических условий (дожди, таяние снегов, речные разливы). В силу этого последнего обстоятельства разбивку сенокосов на приблизительно однокачественные участки приходится производить каждый год заново, a затем полосы в каждом таком участке распределяются между домохозяевами, обыкновенно в том же двух- или трехстепенном порядке, как и в пахотных „столбах“ или „ярусах“. Общераспространенным в европейской России способом передела является нарезка в каждом из участков равновеликих полос, которые и разбираются по жребию. В Сибири такой порядок встречается лишь как исключение, притом более или менее исключительно по отношению к заливным лугам, в виду их сравнительной однородности. Господствуют в Сибири, по отношению к сенокосам, очерченные выше приемы передела „набоем“ или „торгом“, обеспечивающие субъективную равноценность сенокосных паев; иногда та же цель достигается еще более упрощенными способами, непосредственно примыкающими к очерченным выше способам регулированного захвата. По отношению к ''выгонам'' передел в натуре, конечно, не может иметь места. В местностях, где скотоводство у крестьян не имеет больших размеров и самостоятельного значения, каждый крестьянин выпасывает на отдельных выгонах и в общих пахотных сменах весь свой скот, и только те из крестьян, которые торгуют скотом, должны платить О. за разрешение его выпаса. В местностях с большим скотоводством такая же неограниченная свобода выпаса существует лишь до тех пор, пока не чувствуется „утеснения“. Раз нет безграничного простора, вводится „поскотинная разверстка“ или „расположка скотского выпаса“-уравнение пользования выгонами ''путем платежа'' за избыточный скот. О. определяет число голов скота, на выпас которого имеет право каждая разверсточная единица; за избыточное число владельцы облагаются сбором в установленном О. размере с каждой головы: обычно сбор этот поступает в пользу О., — реже он выплачивается тем однообщественникам, у кого скота ''не хватает'' до нормы, так что получается как бы аренда соответственной доли общего права на выпас. По отношению к общинным ''лесам'' неограниченно-свободное пользование существует и там, где лес еще имеется ''в избытке'', и там, где, наоборот, лес настолько опустошен, что ''потерял всякую ценность''. Уравнение пользования лесом производится обычно не путем передела лесной площади, a путем ежегодного, или раз в несколько лет раздела разрешаемого О. к рубке количества лесных материалов. В Сибири, особенно в западной, широко распространено уравнительное пользование лесом в форме переделов самой лесной площади. Так как О. при этом обычно считается с лесоохранительными соображениями, требующими, очевидно, возможно прочного владения лесными участками, то к лесам чаще, нежели к пашням, применяется передел „по старшинству“ (столб. 67); даже там, где „малолетам“ удается добиться более выгодного для них передела „набоем“ или „торгом“, почти всегда, при этом, предоставляются известные преимущества прежним держателям сохранившихся в хорошем виде лесных участков, но зато, нередко, установляются и известные репрессивные меры (напр., оставление на собственной вырубке) по отношению к тем, кто в виду предстоящего передела опустошил слишком большую часть своего старого участка. ''Спор об общине''. Вопрос об О. поднимался в русской литературе еще в XVIII веке, но почин для более серьезной его разработки был сделан немецким бароном [[../Гакстгаузен, Франц Людвиг Мария Август|Гакстгаузеном]] (''см.'') в его сочин. „О внутреннем состоянии России и в особенности об ее сельских распорядках“ (1847). Гакстгаузен приписывал О. неизмеримые выгоды. В русской О. — полагал он — „лежит столь крепкая общественная сила, что в России нет и не может быть пролетариата, пока существует О. Последнюю, поэтому, следует хранить от разрушения, устраняя лишь те неудобства, которые вызываются ею в технике земледелия“. Взгляд Гакстгаузена на О. был, таким образом, продиктован чисто-практическими соображениями, связываясь с общими консервативно-дворянскими тенденциями этого писателя. Наиболее сильное впечатление он произвел, однако, на славянофилов, которые поставили его в основу своего общественно-философского мировоззрения и связали его со своими идеями всемирно-исторического предназначения славянства. В их представлении О. — искони-славянское и специфически-русское учреждение, органическое проявление присущего русскому народу общинного духа, среда, где может получить осуществление идеал христианской любви, высшее, истинное начало, которому уже не предстоит найти нечто высшее себя, a предстоит только преуспевать, очищаться и возвышаться; „общинное начало есть основа, грунт всей русской истории, прошедшей, настоящей и будущей; семена и корни всего великого, возносящегося на поверхности, глубоко зарыты в его плодотворной глубине, и никакое дело, никакая теория, отвергающая эту основу, не достигнет цели, не будет жить“. Славянофилы не отрицают, что переделы связаны с известными хозяйственными неудобствами, но не считают общность земель противною усовершенствованию хлебопашества; они ожидают, что при полном развитии О. главный ее недостаток — частые переделы — будет устранен, и общим явлением станет 20 или 30-летнее владение. Из западных форм земельного быта одна, английская, ведет к концентрации богатства и образованию безземельного пролетариата; другая, французская, — к бесконечному дроблению собственности и к разъединенности, связанной не только с ущербом для производства, но и с полным оскудением нравственных и умственных сил. Русская сельская О., соединяя экономические выгоды той и другой формы и предохраняя от пролетариата, есть лучшая школа для народа, в которой приобретается нравственное воспитание. От земледельческой О. совершенно естественный переход к промышленной, как ее естественному развитию; артельные формы, распространившиеся именно среди общинного крестьянства, — связующее звено между земледельческою и промышленною О. (Хомяков). Формулированный Гакстгаузеном и воспринятый славянофилами взгляд на О. встретил решительные возражения и с исторической (см. выше) и с социально-экономической точки зрения. Отрицательный взгляд на О. был впервые формулирован в литературе в конце 50-х гг. XIX века проф. И. В. Вернадским в его журнале „Экономический Указатель“, последовательно проводившем либерально-манчестерскую точку зрения, в частности на вопросы землевладения. Здесь появилась и сыгравшая, в свое время, большую роль статья главного инспектора сельского хозяйства на юге России Д. М. Струкова, где общинное владение признавалось, вместе с обязательным крепостным трудом и с исключительным правом дворянства на владение землею, главными тормозами для прогрессивного движения России. Общинное землевладение, для Струкова, есть пережиток первобытного кочевого состояния племен, могущий держаться лишь при самом ограниченном образовании и недостаточном развитии промышленности. При существующем плохом хозяйстве, земля в состоянии обеспечить нужды едва половины населения, тогда как другая должна искать заработков на стороне. Между тем, при общинном владении улучшение хозяйства возможно лишь в ограниченной степени, тогда как факт улучшения крестьянами усадебных мест, состоящих в их исключительном пользовании, ясно показывает, что земледелец, даже и при низкой степени образованности, ''может'' довести землю до высокой степени плодородия, лишь бы ему в этом не мешало общественное пользование. Горячими защитниками О. явились, напротив, выступившие на сцену около того же времени первые представители научного социализма в России, во главе с Н. Г. Чернышевским, положившим начало радикально-народническому крылу сторонников О. Чернышевский не только доказывал полную совместимость О. с успехами сельского хозяйства, — он признавал О. единственным, при достижении более высокой степени экономического развития, средством избавить страну и огромную часть населения от бедствий, связанных с батрачеством и нищетою. Все возражения против О. сводятся к одному только ее проявлению — ежегодному переделу земли, и вполне устраняются при переделе на продолжительные сроки и при вознаграждении общественников, от которых отходит часть земли, за сделанные улучшения. Чернышевский не видит в О. специфически-русского явления; она сохранилась в России благодаря особо невыгодным обстоятельствам нашего исторического развития. Но раз она сохранилась, то было бы крайне нерассчетливо не воспользоваться противоядием против страданий пролетариата, порождаемых современным экономическим развитием. О. ценна и как залог будущего. По Гегелю, всякий предмет определяется сначала в своей общности, затем различается во множественности своих моментов и, наконец, через это различение замыкается в себе, как целое; так и общинное землевладение есть первобытная форма земельных отношений, за которою следует частная собственность, чтобы вновь уступить место О. высшего типа. Высшая степень развития, при известных условиях, может быть достигнута, минуя промежуточный момент, — современная О. может, при благоприятных условиях, непосредственно превратиться в идеальную О., минуя фазу частной собственности. Таким образом, уже в дореформенное время появились зачатки тех разнообразных взглядов на О., которые все имеют своих представителей и до настоящего времени: консервативное, славянофильское и народническо-социалистическое направление сторонников О., либерально-манчестерское и чисто-агрономическое направление ее противников, — все эти разнообразные направления отразились, как мы отчасти видели, и на работах местных комитетов и редакционных комиссий, подготовлявших крестьянскую реформу. Все эти направления, кроме, пожалуй, славянофильского, продолжают разрабатываться в литературе и посейчас, — но в 90-х гг. прошлого столетия к ним присоединяется еще новое, социал-демократическое, или марксистское. По этой теории путь к лучшему социальному строю идет через капитализм и капиталистическую дифференциацию; спутником последней является образование пролетариата, который является и необходимым элементом капиталистической промышленности, и главным носителем социального прогресса. Дифференциация и связанное с нею образование пролетариата неизбежно в силу неотвратимого хода социальной эволюции. Поскольку О. приписывается способность противодействовать дифференциации и пролетаризации, это неосуществимо, ибо пролетаризация и дифференциация идут быстрым темпом и при О. Сама современная О. не имеет ничего общего с идеальной О., как ее рисуют себе ее народнические сторонники. Это, вместе с тем, и нежизненное явление; это — крепостная О., скрепленная государственным и крепостным тяглом, и, несмотря на поддержку правительственной власти, находящаяся в состоянии полного разложения, — которое сторонники рассматриваемого направления констатируют, как факт. В конечном результате то или другое, положительное или отрицательное отношение к О. причудливым образом переплетается с самыми разнообразными политическими течениями и социально-экономическими взглядами. В вопросе об О. разные теоретические схемы и партийные программы преломлялись в высшей степени разнообразно и своеобразно. Начатая Н. Г. Чернышевским 40 лет тому назад горячая защита возможности и желательности сохранения О. в России продолжается, в числе многих других, К. П. Победоносцевым; наоборот, в самое последнее время на необходимости уничтожения О. настаивали, с одной стороны, ново-марксисты, отрицающие ее как оплот „мещанства“, „мелкобуржуазного строя“ и т. п., a с другой — некоторые представители бюрократических сфер, опасавшиеся, что „социалистические инстинкты нашли себе место в О.“; что „если России суждено когда-нибудь пережить потрясения, вызванные стихийными движениями народных масс, то почин в этом деле будет принадлежать массе аграрной и т. д. и т. д.“ (Качоровский). Среди решительных сторонников О. можно выделить, с одной стороны, группу консервативных (Победоносцев) или аполитических (Тернер, Кошелев, Ходский) сторонников О. — аполитических в том смысле, что положительное отношение к О. не связывается у них органически с тою или другою общественно-политическою программой. Основные мотивы их защиты О. — крайне низкий уровень благосостояния нашего крестьянства, при котором „только общинное хозяйство может обеспечить крестьянина от нищеты и бездомовности или в самой нищете отдалить опасность голодной смерти“ (Победоносцев); значение О., как наилучшего и в наших условиях единственного средства сохранения возможно многочисленного и сильного крестьянского населения — основного условия процветания и силы народа и государства (Тернер). Одни из представителей этого типа склонны вовсе отрицать вредное влияние О. на крестьянское хозяйство и считают, что О. нужно не только сохранить в настоящем, но и охранять от разрушения в будущем. Другие признают наличность вредного влияния О. на крестьянское земледелие, считая лишь, что выгоды ее с административной и социальной точки зрения перевешивают ее неудобства; решительно возражая против насильственного обращения общинных земель в частную собственность, они не видят в О. и задатков развития, и не только не считают нужным задерживать ее разложения, но даже прямо признают желательность постепенного прекращения главного проявления жизнедеятельности О. — переделов (Тернер). С другой стороны надо выделить ведущую свое начало от Чернышевского группу радикально-народнических сторонников О., для которых современная О. ценна, главным образом, как зародыш будущей О. высшего типа; они верят в жизнеспособность О. и в способность ее к прогрессивному развитию как в социальном, так и в производственном смысле; сводят к минимуму вредное влияние общинно-передельных форм на крестьянское земледелие, относя его на счет не О. как таковой, a тех или других, постепенно устраняемых внутренним развитием самой О., частных недостатков этих форм. Из более ранних представителей этого течения надо назвать A. С. Посникова, давшего наиболее полную и всесторонюю теоретическую разработку вопроса о влиянии общинных порядков на крестьянское хозяйство, и В. В. (В. П. Воронцова) — известного теоретика экономического народничества, давшего капитальную сводную работу по О. в Европ. России; из более новых — К. Р. Качоровского, создавшего целую школу (Огановский, Вениаминов) горячих сторонников и в то же время — исследователей О. В их работах с чрезвычайною яркостью развивается взгляд на О., как на форму, эволюция которой должна непосредственно привести к социальному преобразованию; их большой заслугою является выполненная по инициативе и под руководством К. Р. Качоровского громадная работа в области фактического изучения О., результаты которой, к сожалению, до сих пор опубликованы лишь в незначительной части. И среди противников О. можно выделить, с одной стороны, консервативных или политически-индифферентных (К. Ф. Головин, A. С. Ермолов, A. А. Билимович и мн. др.), с другой стороны — окрашенных в разные оттенки социал-демократического или марксистского течения (А. Е. Лосицкий, П. П. Маслов, И. В. Чернышов, C. Н. Прокопович). Как особый оттенок первого из этих двух течений можно отметить то, которое, до переворота 1917 г., можно было назвать современно-бюрократическим, и представители которого являлись и видными представителями враждебной О. земельной политики самодержавного правительства (В. И. Гурко, A. А. Риттих, А. П. Никольский, А. А. Кофод и др.). Очень различны при этом и те практические выводы, которые делаются из принципиально-отрицательного отношения к О. Так, A. А. Билимович, будучи решительным противником О., весьма критически относится к правительственным мероприятиям, направленным к насильственному ее разрушению. A. А. Кофод признает, что недостатки русской передельной О. в значительной мере свойственны и общесменному подворному владению, a потому не придает упразднению О., самому по себе, существенного значения. Против насильственного уничтожения О. высказывался и A. А. Риттих, — разложение последней должно быть предоставлено его естественному течению; но именно в качестве соответствующего этому естественному течению он уже в 1902 г. предлагал ряд мер, которые через несколько лет после того были проведены в жизнь П. А. Столыпиным. A. Е. Лосицкий в земельной политике последнего видит лишь формальное завершение уже в значительной мере завершившегося естественного процесса. Если, теперь, систематизировать те аргументы, которые приводятся за и против О., то они могут быть разбиты, прежде всего, на две главных категории: аргументов ''социального'' и ''техническо-экономического'' и ближайшим образом — ''сельскохозяйственного'' порядка. Главное и основное преимущество О., ради которого многие из ее сторонников готовы даже мириться с теми или другими слабыми ее сторонами и неблагоприятными последствиями, — это то, что она обеспечивает за каждым членом О. некоторое, соответствующее его потребностям и его рабочей силе, хотя с течением времени и уменьшающееся, количество земли, чем и спасает страну и народ от бедствий пролетариата. Между тем, это обстоятельство особенно важно в условиях нашей страны, где обезземеливающееся, в массе, население не могло бы найти достаточного приложения своему труду в обрабатывающей промышленности, и где, поэтому, обезземеленье, для весьма многих, было бы равносильно невозможности существовать. Сторонники О. знают, что существование О. и даже переделы не устраняют обеднения известной части общинного населения, забрасывания земледельческого хозяйства и даже фактической пролетаризации путем передачи наделов и т. п. Но они подчеркивают, что при существовании О. элементы, почему-либо временно порвавшие с землей, при улучшении своих личных обстоятельств или изменении общей обстановки в сторону, благоприятствующую возврату к земледелию, ''могут вернуться'' к земле и получить надел, и что это происходит, местами и по временам, в более или менее широком масштабе. При общинном землевладении земля не может стать предметом гражданского оборота и спекуляции и навсегда остается в руках того класса, который обрабатывает ее личным трудом. Сторонники О. не игнорируют и того факта, что современные общинные порядки далеки от идеала, — что многое в области общинно-земельных распорядков делается под влиянием насилия, подкупа, вина и т. п., что общинное право, сплошь и рядом, „пропивается оптом и в розницу“ (Качоровский). Но это все, в глазах их, частности, объясняемые неблагоприятною для развития общинных инстинктов общею обстановкою крестьянства. В общем правиле, однако, и сейчас в основе землеуравнительных порядков лежат альтруистические инстинкты и требования справедливости. Переделы совершаются отнюдь не исключительно под чисто-эгоистическим давлением элементов, расчитывающих выиграть от передела; передел проходит только благодаря тому, что за него подает голос более или менее значительная часть тех, кому он безразличен; за передел обычно голосуют даже некоторые из тех, кому он невыгоден: „уравнительное землепользование — как бы страхование крестьян и их детей от потери земли, от обезземеленья. И так как крестьянин желает, чтобы ему был доступ к земле для прокормления от нее, то он соглашается, пока, поступиться частью своего надела, лишь бы его дети и он сам не остались без земли, когда она им всего нужнее — когда едоков в семье прибавится“ (Вениаминов). Если, значит, современная О., во многих отношениях, соответствует еще низкой ''степени'' (по терминологии H. К. Михайловского) развития права, то она, во всяком случае, является представительницей весьма высокого ''типа'', представляющего собой гармоническую комбинацию двух основных начал народного права — „''права труда''“ и „''права на труд''“; более того — „синтез права, в котором в известных сочетаниях слиты и альтруизм, и эгоизм, и идеал, и интерес“ (Качоровский). При таком взгляде на О. совершенно естественно видеть в ней готовую форму, которая, при известных условиях, может непосредственно перейти в высшую, идеальную форму — всенародной трудовой О. Само собою ясно, что в глазах ''консервативных'' противников О. именно это являлось едва ли не главным аргументом ''против'' О., значение которого особенно усилилось в их глазах со времени аграрного движения 1902—1906 гг., когда лево-народнические сторонники О. прямо подчеркивали, что именно „общинные порядки содействовали объединению крестьян в одну дружную трудовую семью“ (Вениаминов). Противники О. из социал-демократического лагеря, как было отмечено, решительно не соглашаются видеть в современной О. организацию, из которой могли бы развиться высшие формы общественного устройства: современная О. для них — не более как пережиток первобытных форм, к будущим же высшим формам общество может приити не иначе, как пройдя чрез горнило капиталистического развития. Они совершенно отрицают самую способность О. противодействовать обезземеленью крестьянства и образованию пролетариата. О., в лучшем случае, обеспечивает за своими членами право на ''один'' из элементов земледельческого хозяйства — землю. Но хозяйство на земле невозможно без ''другого'' элемента — ''капитала'', и раз известная часть крестьянства его не имеет, она ''должна'' так или иначе порвать фактическую связь с землей. Если О. мешает сделать это открыто, этим лишь порождаются известные способы обхода существующих юридических норм, земля ликвидируется на сугубо невыгодных для ликвидирующих условиях, и пролетаризация крестьянской массы, связанная, на другом конце, с образованием сельской буржуазии, идет своим чередом, несмотря на существование О. Далее, противники О. утверждают, что поскольку О. могла бы задержать процесс пролетаризации и фактически все-таки до известной степени замедляет его, роль ее является в высшей степени вредною. Она вредна прежде всего для тех, кто остается в деревне: для ведущих свое хозяйство и, след., нуждающихся в сбыте его продуктов, потому что замедляет образование в городах больших покупательских рынков, a для вынужденных продавать свой труд — тем, что привязывает население к деревне и способствует понижению заработной платы, в то же время содействуя столь невыгодному для самостоятельных крестьян повышению арендных цен. Поскольку О. привязывает или привязывала бы население к земле, роль ее вредна и с другой, более широкой точки зрения: никакая страна не может и не должна оставаться чисто-земледельческою, — интересы страны повелительно требуют развития капиталистической обрабатывающей промышленности; последняя требует значительного контингента специализированных рабочих, — a между тем О., поскольку она задерживает или замедляет пролетаризацию, препятствует образованию такого контингента. Таково же, приблизительно, отношение противников О. и к вопросу о специфической роли и значении О. в борьбе с обезземеленьем, как таковым, и с концентрацией земли. Они подчеркивают и доказывают, во-1-х, что и подворное владение вовсе не имеет сколько нибудь необходимым последствием массового обезземеленья крестьянских масс; доказательство — устойчивость французского или западно-германского крестьянского землевладения, a также крестьянского землевладения в наших районах подворного владения. Они утверждают, во-2-х, что и при О. происходит, фактически, массовое обезземеленье одних и концентрация общинной земли в руках других, — a при таких условиях возможность открытой ликвидации связи с О. была бы в прямых интересах самих обезземеливающихся. Поскольку же О., в самом деле, способствует равномерному распределению, такое равномерное распределение, при быстром росте населения, ведет к распылению земли на доли, по своему ничтожному размеру неспособные обеспечить существование крестьянина; „О. обусловливает собой равенство всех, но равенство ''пред нищетой''; она дает всем достаточно земли, чтобы не умереть, но не достаточно, чтобы жить, и обрекает все население на полуголодное существование“ (цит. по A. А. Чупрову). Приведенные соображения непосредственно связываются с соображениями более общего порядка, — именно, что существование О. ведет, вообще, к принижению личности крестьянина и к стеснению ее свободы, в чем усматривается одно из наиболее вредных для экономического и социального прогресса условий русской жизни. В основе ''собственно этого'' обвинения, предъявляемого О., лежит однако, несомненное недоразумение: поскольку крестьянин был, в самом деле, связан в свободе передвижения и выбора занятий, это обусловливалось не существованием земельной О., a ''круговою порукою, паспортною системою'', вообще всем сословным характером русского государственного строя; и уже, конечно, окончательно неправильно относить на счет О., как это делает, напр., А. П. Никольский, такие, направленные к ограничению свободы личности крестьянина, мероприятия, как ограничение семейных разделов (закон 1886 г.), введение института земских начальников и т. п. Те аргументы противников О., которые мы отнесли к категории аргументов технико-экономического и, ближайшим образом, сельскохозяйственного порядка, могут быть сведены к такой общей формуле: „лишая отдельных крестьян права собственности на землю, общинное владение ставит сельское хозяйство в условия, противные основным требованиям рациональной экономии; вместе с тем, подчиняя каждого крестьянина порядкам общего севооборота, она устраняет всякую возможность инициативы отдельных личностей и тем самым тормозит усовершенствование крестьянского хозяйства“ (Тернер). Наиболее принципиальное значение имеет, разумеется, ''первое'' из приведенных соображений. Здесь подчеркивается, прежде всего, незыблемость личной собственности на землю, и, в противоположность ей, неустойчивость землепользования отдельного общинника, — неустойчивость, не исчезающая окончательно и в беспередельных О., где все-таки, рано или поздно, при той или иной конъюнктуре, может случиться передел. Неустойчивость эта признается ''сама по себе'', независимо от каких бы то ни было частных недостатков общинно-передельного владения, коренным недостатком О., как таковой. Ей приписывается крайне вредное влияние на всю, так сказать, хозяйственную психологию общинника. Тогда как собственность — по старинному изречению — на камне выращивает хлеб, общинное землевладение, благодаря своей неустойчивости, самую лучшую землю может обратить в пустыню или во всяком случае обесценить ее. По своей общности и абстрактности этот аргумент не может быть опровергнут — но в таком общем виде он и недоказуем. Более конкретный характер имеет то соображение, что при подворном владении, — какова бы ни была чересполосица и мелкополосица, „каждый чересполосный участок подворника остается неизменным как в отношении его размера, так и местоположения“ (Риттих). Поскольку речь идет о местоположении, к этому аргументу придется вернуться, когда будет итти речь о конкретных технических недостатках О. Поскольку речь идет о неизменности размера, это соображение связывается с тем, что всякий передел связан с уменьшением размера землепользования некоторой части домохозяев, a след., с потрясением сложившихся хозяйств и с обесценением более или менее значительной доли капитала, находившего себе применение на отрезываемых участках; однако, потрясение хозяйств, при возможности надельной и вненадельной аренды, никогда не бывает слишком резким, и та доля капитала, которая остается у части домохозяев без применения, за уменьшением наделов, всегда может получить применение на арендованной земле. Упреки более частного характера, делаемые передельной О., непосредственно вытекают из данной выше характеристики общинно-передельных порядков, — из нее же до известной степени вытекают и те возражения, которые могут быть предъявлены против этих упреков. В наименьшей степени может быть относим к О. упрек в чересполосице и мелкополосице. Даже и противники О. (Риттих, Кофод и др.) признают, что этот недостаток не в меньшей мере свойствен и подворному владению в западной России и Малороссии: „хотя общинник, как необеспеченный постоянством своего землепользования, в сравнении с подворником и находится в худшем хозяйственном положении, все же чересполосность землепользования и неизбежная ее спутница — общность полевого хозяйства, которые составляют главное препятствие к его улучшению, в одинаковой мере дают себя чувствовать как при общинном, так и при подворном владении“ (Кофод). Отпадает и другой упрек О., — якобы являющиеся ее необходимыми спутниками обязательный севооборот и принудительная обработка. С одной стороны, в Сибири и частью в южной России передельная О. не знает ни того, ни другого. С другой, то и другое существует, в тех же формах, и при подворно-чересполосном владении. В данном пункте мы, наоборот, имеем дело с ''преимуществом'' О.: она имеет легкую возможность устранить своим приговором сложившийся тип обязательного севооборота и заменить его другим или открыть общественникам полную свободу пользования наделами, — первое в весьма широких размерах происходит везде, где совершается переход от трехпольного к травопольному хозяйству (см. ниже); напротив, при подворном владении, где требовалось бы соглашение всех заинтересованных собственников, это почти невозможно без государственного вмешательства. Менее определенно решается вопрос о преимуществе общинного или, наоборот, подворного владения в деле борьбы с чресполосностью: сторонники О. утверждают, что в противоположность подворному владению, где меры в этом направлении не могут быть приняты иначе, как по единогласному решению всех участников чресполосности, О. имеет много сравнительно легких способов для ее уменьшения; именно с этою целью, нередко, предпринимаются жеребьевки, иногда, по крайней мере отчасти, и коренные переделы. Противники О. утверждают, что О. не пользовалась или во всяком случае очень мало пользовалась этими способами, — тогда как, наоборот, в некоторых районах подворного владения (Литва и Белоруссия, частью юго-западный край) подворники по собственной инициативе принимали, в данном направлении, весьма решительные меры, включительно до перехода на хутора (см. ''[[../Землеустройство|землеустройство]]''). Наиболее характерным признаком сложившейся и живой О. является, как мы видели, передел, и в соответствии с этим наиболее острым спорным пунктом является вопрос ''о влиянии переделов''. Противники О. утверждают, что переделы, особенно при коротких сроках, крайне гибельны для культуры: они, прежде всего, исключают возможность коренных улучшений надельной земли (лесные расчистки, осушка и орошение пашен и покосов и т. п.) и интенсивных видов культуры (садоводство, огородничество, виноградарство и пр.), требующих значительных единовременных затрат капитала и, значит, могущих окупиться лишь по истечении продолжительного времени. Они дурно отражаются даже на обыкновенных полевых культурах: отдельному общественнику нет расчета делать затрат труда или материальных средств, если плоды их могут достаться не ему, a другому; между тем такая опасность при краткосрочных переделах, а тем более при переделах без определенного срока, есть всегда, при переделах же на более продолжительные сроки она наступает в последние годы перед переделом. Эта опасность в черноземной полосе является серьезным тормозом к введению навозного удобрения, a во всяких вообще условиях заставляет лучших и более состоятельных хозяев „равняться по слабейшим“, т. е. избегать избыточных, сверх принятого в данной О. среднего уровня, затрат на удобрение, усиленную обработку земли и т. п. В доказательство этих положений до недавнего времени приводились, главным образом, факты более интенсивного использования неподлежащих переделу приусадебных земель, на которых — поскольку речь идет о местностях общинного владения — всецело сосредоточиваются интенсивные культуры (сады и огороды); затем — ссылки на, действительно, весьма плохое состояние ежегодно переделяемых общинных покосов. В новейшее время противники О. черпают факты для своей аргументации из сравнения хозяйства на землях, оставшихся в О., с хозяйством отрубников и хуторян (см. ''[[../Землеустройство|землеустройство]]''). Сторонники О. усматривают „главное заблуждение противников… в том, что они полагают, что ''культура следует за формою владения'', между тем как в действительности происходит противное…: ''не культура следует за формой владения, a форма землевладения следует за культурой''“ (Тернер). Говоря конкретнее: вредные для культуры и тормозящие ее прогресс формы О., и в частности формы переделов, существуют лишь там и постольку, где и поскольку население ''еще не сознало'' старых, несовершенных способов культуры и необходимости перехода к новым, или где такой переход тормозится существующими объективными условиями. Переделы несомненно вредны и несовместимы с удобрением и т. п., если они краткосрочны и если старые владельцы не вознаграждаются за неуспевшие окупиться улучшения. Но, с одной стороны, как доказал A. С. Посников, то же самое имеет место при нерегулированной краткосрочной аренде. Главное же, краткосрочные переделы практикуются именно в тех местностях черноземной полосы, где потребность в удобрении еще не назрела; там, где она назрела, или где удобрение уже общепринято, переделы производятся более или менее исключительно на достаточно продолжительные сроки, — значит, „не краткосрочность владения служит причиною элементарности культуры, а, напротив того, элементарность культуры обусловливает сокращенные сроки“. Далее, по мере распространения улучшенных способов обработки земли, требующих добавочных затрат, О. начинает принимать меры к ограждению интересов отдельных общественников путем оставления их на улучшенных полосах или вознаграждения их за не окупившиеся затраты; на севере и в Сибири расчищенные, осушенные и т. п. земли на продолжительное время изъемлются от передела; О. считается и с интересами таких культур, как садоводство, огородничество и т. п., либо, опять-таки, не распространяя передела на занятые такими культурами земли, либо (как в Московской губернии) практикуя такие способы уравнения пользования, которые вполне совместимы с особенностями такого рода культур. Остается, наконец, стеснение в О. инициативы отдельных хозяев в переходе к улучшенным системам полеводства, связанным с изменением числа полевых смен и т. п. Конечно, при существовании общих смен такое стеснение инициативы действительно существует. Но, как было уже указано, общие смены и общесменное хозяйство не являются необходимым спутником О. и широко распространены при подворном владении. A затем, даже и при существовании общесменного хозяйства, личная инициатива может проявляться и, как показывает история русского травосеяния, широко проявляется, и на вненадельной аренде, и на общинных землях, не входящих в передел — главным образом на приусадьбах. При наличности убедительного примера или агрономического воздействия; О., как показывает история того же травосеяния, сама берет на себя инициативу коренной ломки хозяйственных порядков, сначала, в виде опыта, на особых участках вне общих смен („угловое травосеяние“), a затем, когда опыт оказался удачным (иногда и сразу), производит такую ломку на всем пространстве общинной земли — от трехпольных переходит к многопольным сменам травопольного хозяйства. Поскольку, таким образом, общинные порядки в некоторой степени все же стесняют личную инициативу в коренных улучшениях хозяйства, они зато оказывают прогрессивное давление на инертную массу, раз только сознана и опытом доказана целесообразность данного коренного улучшения. Это справедливо, притом не только по отношению к травосеянию и т. п. коренным улучшениям, но и по отношению к унаваживанию и улучшенной обработке: и здесь О. имеет возможность оказывать и, нередко, оказывает давление на инертные или нерадивые элементы, ставя их при переделе в нарочито-невыгодные условия и, наоборот, создавая особо выгодные условия для более рачительных и прогрессивных хозяев. Решающим же аргументом в глазах сторонников О. является, в данном вопросе, тот несомненный факт, что хозяйство в большинстве подворных районов (Малороссия, юго-западный край) стоит не только не на высшей, но, наоборот, на более низкой ступени эволюции, нежели в общинной России, и что как раз в одном из районов общинной России, промышленном, наблюдается наиболее коренная массовая ломка крестьянского хозяйства — переход от трехполья к травопольному хозяйству. Автор этой статьи не может вдаваться в подробное изложение своих личных взглядов в данном споре. Он считает однако, что вся совокупность аргументов противников О., которые отнесены к категории технико-экономических, не может иметь решающего значения. Спор может итти о преимуществах ''отрубного и хуторского'' владения, a никак ''не подворного владения, как такового''. О., в значительной мере, доказала свою приспособляемость к запросам сельскохозяйственной культуры, и трудно сказать, как далеко она пошла бы в этом направлении, если бы крестьянство было поставлено в лучшие экономические и культурные условия. Слабее позиция сторонников О. в вопросе о ''социальной'' роли О. — Едва ли можно отрицать тот факт, что О. оказалась не в состоянии устранить или существенно задержать фактического обезземеленья многочисленных элементов населения. Какова могла бы быть ее роль в нормальной эволюции к лучшим социальным формам — об этом можно только гадать, и при созданном сначала земельною политикою самодержавия, a затем — наступившею после переворота 1917 г. разрухою деревни положении вещей такого рода гадания бесполезны. ''Законодательство об О. после 1861 г.'' Мы видели, что составители положений 19-го февраля относились к О., в общем, отрицательно и сохранили ее исключительно по фискально-полицейским соображениям. При этом они не только предоставили каждому обществу, при наличности большинства в ⅔, заменять общинное владение подворно-наследственным, но признали за каждым общинником право выхода из О. с землею: ст. 165 Пол. о выкупе, в связи с ст. 36 Общего положения, предоставляла каждому домохозяину внести причитающуюся на его землю долю оставшейся непогашенною части выкупной ссуды, после чего О. обязывалась выделить ему соответствующий сделанному взносу участок в личную собственность. Борьба двух течений: одного, стремившегося к сохранению О. или во всяком случае не допускавшего ее преждевременного разрушения, и другого, желавшего если не совершенного уничтожения О., то во всяком случае возможного ограничения ее уравнительно-передельной функции, нашла себе особенно рельефное выражение в двух, изданных в одном и том же 1893 г., законах, из которых один был направлен к сохранению О., другой — к ограничению и бюрократическому регулированию ее жизнедеятельности: первый — это закон „о некоторых мерах к предупреждению отчуждения крестьянских земель“, второй — закон 8-го июня о крестьянских переделах. Закон 14-го декабря формально ограничил, a фактически сделал невозможным применение ст. 165 Положения о выкупе. Статья эта в первое время по выходе крестьян на волю имела лишь весьма ограниченное применение; в конце 70-х и особенно в 80-х гг. случаи выхода из О. по 165 ст. начали учащаться, отчасти под влиянием разговоров о переделах, отчасти потому, что, за выплатой очередных платежей за несколько лет, требовалось вносить уже значительно меньшую, в каждом данном случае, сумму, a в то же время возрастание земельных цен повысило ценность выкупавшейся надельной земли. По сведениям, собранным министерством внутренних дел в 1891 г., к этому времени выкуплено было из состава О. 181.897 душевых наделов, пространством в 888 тыс. десят., и можно было предвидеть, что по мере дальнейшего повышения ценности земли и уменьшения остающейся непогашенною части выкупной ссуды выдел по 165 ст. будет становиться все более выгодным для выделяющихся из О., a след. учащаться. Самые цели выдела были весьма разнообразны: желание предотвратить грозящую в случае передела опасность отрезки части надельной земли, продажа выкупленной земли более состоятельным однообщественникам или посторонним лицам (которые, в таких случаях, давали и деньги для досрочного выкупа), и главное — желание освободиться от ответственности по круговой поруке; выделявшиеся для этой последней цели, по большей части, даже не требовали выдела земли к одному месту и продолжали подчиняться общинным распорядкам. Какова бы однако ни была прямая цель — выдел, во всяком случае, имел последствием освобождение от круговой поруки. A так как выделялись, в массе, более состоятельные крестьяне, то это ослабляло и, в случае умножения выделов, грозило окончательно свести к нулю фискальное значение круговой поруки. Эта последняя, в то время, продолжала еще считаться необходимою, a потому правительство и сочло необходимым принять меры к сокращению, или фактически — к прекращению выделов по 165 статье. Это и являлось главною целью издания закона 14-го декабря. Была еще и другая цель — поставить под контроль правительства допускавшуюся положениями о крестьянах продажу и залог надельной земли целыми обществами, которая, в иных случаях, могла повести к обезземеленью крестьян или во всяком случае к низведению размеров их надела до явно недостаточного уровня, a вместе с тем, опять-таки, и к понижению их податной способности. В соответствии с этою двоякою целью, зак. 14 дек. 1893 г. допускает продажу надельных земель целыми обществами лишь по приговору, постановленному большинством ⅔, и притом лишь по утверждении приговора губернским крестьянским присутствием, а при цене участка свыше 500 руб., лишь с разрешения министров вн. дел и финансов. Досрочный выкуп надельной земли отдельными домохозяевами, впредь до уплаты выкупной ссуды, поставлен в зависимость от согласия общества, и при том на таких условиях, какие будут указаны в приговоре схода. Безусловно воспрещен залог надельной земли, a продавать участки подворно-наследственного владения разрешено лишь лицам, приписанным или приписывающимся к сельским обществам. На этих последних постановлениях, как не имеющих прямого отношения к вопросу об О., здесь нет надобности останавливаться. Что касается до досрочного выкупа, то естественно, что желающим выделяться не удавалось добиться согласия обществ, a потому выделы совершенно или почти совершенно прекратились: еще в 1893 г. сумма сделанных взносов достигала почти миллиона, a в 1896 г. было внесено уже всего 44 тыс. руб. Содержание зак. 8 июня 1893 г. было подсказано главн. образ. соображениями о вредном влиянии частых и неурегулированных переделов на крестьянское хозяйство; не посягая на существование О., как земельно-податного союза, он ограничивает переделы и ставит их под контроль администрации. Существенные постановления этого закона сводятся к следующему: переделы допускаются только коренные, и притом на срок не менее 12 лет, — до срока новый передел может последовать лишь в исключительных случаях, и не иначе как с особого разрешения губернского присутствия. Крестьянам, каким либо способом улучшившим свою землю, надел предоставляется, при переделе, по возможности в прежнем месте, в случае же отобрания улучшенной земли при переделе заинтересованные домохозяева получают вознаграждение за понесенный ущерб. В промежутках между переделами участки отдельных домохозяев не могут быть отбираемы обществом ни целиком, ни по частям, за исключением случаев смерти, увольнения из общества, безвестной отлучки, отказа самого домохозяина от пользования землею и податной неисправности; постановление это если не уничтожало, то во всяком случае крайне ограничивало возможность ''частных'' переделов. Самый приговор о коренном переделе действителен лишь в случае утверждения его уездным съездом земских начальников, которому предоставляется отказать в утверждении в случаях не только незаконности, но и „явного ущерба для сельского общества“ или „нарушения законных прав отдельных его членов“, — утверждение или неутверждение приговора ставится, таким образом, в полную зависимость от усмотрения уездного съезда. В основных мыслях, положенных в основу закона 8-го июня, немало правильного: желательно, конечно, и устранение слишком частых переделов, и оставление хозяев, улучшивших землю, на улучшенных ими полосах (сибирский передел „по старшинству“), или вознаграждение их за отходящую при переделе землю. Но та бюрократическая регламентация, в которую вылились эти основные мысли, была неудачна. Закон, прежде всего, ставил жизнедеятельность О. в полную зависимость от усмотрения того или другого случайного состава подлежащего съезда. Затем, механически-установленный 12-летний срок передела был, в одних условиях, слишком продолжительным, при других толкал на переделы там, где правильные переделы уже успели выйти из употребления. Общины, почему либо не могшие получить согласия администрации на производство передела, нередко, продолжали пользоваться землей по прежней разверстке, не утверждая ее новым приговором — при таких условиях новый передел мог наступить, можно сказать, каждый день, и землепользование уже окончательно утрачивало всякую устойчивость. Запрещавшиеся законом 8-го июня частные переделы были, при известной совокупности условий, настолько жизненною потребностью, что земским начальникам, нередко, приходилось „подводить вызываемую необходимостью скидку или накидку под тот или иной пункт статьи, при помощи, иногда, крайне распространительного толкования“ (Тернер); вопреки закону продолжали производиться, в особенности в местностях с общесменным толочным хозяйством, неизбежные при таком хозяйстве пережеребьевки. Борьба между двумя течениями — благоприятствовавшим сохранению О. и враждебным ей, продолжалась. В течение еще почти целого десятилетия перевес оставался на стороне первого из этих двух течений, носителями которого в бюрократической среде были, главным образом, более консервативные и даже реакционные элементы. Это нашло себе выражение, между прочим, и в предпринятых в середине 90-х гг. работах по пересмотру крестьянского законодательства. Для подготовки необходимого при пересмотре фактического материала и для выяснения местных взглядов на вопрос были образованы особые губернские совещания, смешанного, бюрократически-дворянского состава. Совещаниям этим был, между прочим, поставлен вопрос, не замечается ли массового стремления крестьян к переходу от О. к подворному владению, о встречаемых при этом препятствиях и о влиянии такого перехода на благосостояние крестьян. Значительное большинство совещаний отозвалось, что стремления к переходу нет, — исключение составили бессарабское, могилевское, витебское, орловское, харьковское и черниговское совещания, при чем одно лишь витебское совещание без оговорок констатировало повышение благосостояния крестьян при переходе к подворному владению. В результате работ по пересмотру был выработан проект нового „положения о крестьянах“, в основе которого, наряду с неприкосновенностью сословного строя и охранением крестьянской патриархальной семьи, лежит сохранение О. и неотчуждаемость наделов; выход из О. разрешался, по проекту, только при общих переделах, и притом не иначе как с выселением на отрубной участок. Уже в то время, однако, из консервативных кругов той же бюрократии и дворянства исходили указания на опасности, связанные с „социалистическими тенденциями“ О.; в 1893 г. министр двора гр. И. И. Воронцов-Дашков предостерегал имп. Александра III, что в России революция может выйти из крестьянства, которое сплачивается миром и в нем сознает свою силу. Это консервативно-антиобщинное течение получило решающее влияние, когда начались, в 1902 г., аграрные беспорядки, постепенно развившиеся в широкое революционно-аграрное движение 1905—6 гг. Это течение встретилось с другим течением, которое можно назвать либерально-антиобщинным течением, нашедшим себе выражение в работах учрежденного под председательством С. Ю. Витте, в 1902 г., особого совещания о нуждах сельскохозяйственной промышленности и в отзывах большинства его местных комитетов. „Большинство комитетов более или менее определенно стало на сторону противников О.; весьма значительное меньшинство решительно заявило себя сторонником этой формы землевладения, a не малое число отказалось подвести итоги выгодным и невыгодным сторонам общинного строя и не высказалось категорически ни за, ни против О. (A. А. Чупров). Что касается до желательного, в будущем, отношения к О. законодательства и правительственной политики, то „единственная черта, в которой сходится большинство комитетов, это нежелание без крайней необходимости ломать установившиеся порядки и отсутствие веры в целесообразность неизбежно-схематической регламентации сложных жизненных отношений“. При этом, однако, „большая часть комитетов, высказавшихся по вопросу об О., считает желательным более или менее решительное содействие со стороны государства переходу от общинного землевладения к подворному, хотя бы, например, в виде облегчения условий выхода из О. для отдельных крестьян, тяготящихся принадлежностью к общинному союзу“. Ряд комитетов, напротив, „выражает пожелание, чтобы О. была оказываема государством деятельная поддержка“, и „немалое число“ желает „решение вопроса, быть О. или не быть, предоставить жизни“. В результате обусловленного, в значительной мере, аграрно-революционным движением усиления в правительственных сферах реакционного течения, особое совещание было закрыто, не выработав окончательных предположений по вопросу о формах крестьянского землевладения. Но о весьма неблагоприятных для О. взглядах руководящих лиц особого совещания дает достаточно ясное представление отмеченная выше (столб. 82) книга А. А. Риттиха, который написал ее в качестве управляющего делами совещания и ближайшего сотрудника его председателя, С. Ю. Витте. Таким образом неблагоприятные для О. течения возобладали и в реакционно-консервативном, и в либеральном лагере. К этому присоединилось обстоятельство, сведшее к нулю прежнюю фискальную заинтересованность правительства в сохранении О., уничтожение круговой поруки. Считать ли последнюю органическим элементом О. или навязанным ей придатком, — ''для правительства'', при крайней слабости его административно-податного аппарата, О. была ценна, прежде всего, как носитель круговой ответственности за крестьянские платежи, — как, хотя и весьма несовершенный, но зато дешевый аппарат для их взимания. В 1899 г. круговая порука была отменена по отношению к подворным владельцам и к обществам менее 60 рев. душ, закон же 12 марта 1903 г. окончательно упразднил круговую поруку и признал податною единицею отдельного домохозяина; тогда же раздавались весьма авторитетные голоса, напр., H. К. Бржеского, что отмена круговой поруки за поземельные платежи должна иметь своим логическим последствием и упразднение общности владения самою землею. Наконец, произошло еще событие, значительно ускорившее наступление окончательно-неблагоприятного для О. поворота: отмена выкупных платежей, манифестом 3 ноября 1905 г. По существу выкупные платежи уже вовсе не связаны с существом О. Но исторически О., как она узаконена положениями 19 февраля, была несомненно связана с выкупными платежами. Представители враждебных О. течений проводили ту точку зрения, что пореформенная О. не более, как чисто-фискальный институт, обеспечивавший уплату выкупа; с прекращением выкупных платежей, земля выкуплена крестьянами; в О., как фискальном институте, надобности больше нет, и потому она может быть беспрепятственно ликвидирована. Представители этого течения считают притом, что земля выкупалась отдельными домохозяевами ''для себя''; с „прощением“ остатка выкупных платежей, земля окончательно выкуплена ''ими'', a след. каждый из них имеет индивидуальное право на эту выкупленную ''им'' или его правопредшественниками землю, — этот взгляд послужил принципиальною основой указа 9 ноября 1906 г. Решающее значение имело, однако, созревшее в правительственных сферах убеждение в необходимости бороться с революционно-социальными тенденциями крестьянства, очаг и опору которых стали видеть в О. „Ось внутренней политики“ перемещается. Она опирается на „такой распорядок хозяйственного строя, который держался бы на начале частной собственности и на уважении к собственности других“. В крестьянине стараются пробудить фанатизм собственника, который должен охранять и неприкосновенность поместного землевладения. О. объявляется „принудительным союзом, в котором личность крестьянина совершенно бесправна“. Сохранение такого порядка после отмены выкупных платежей признается не имеющим никакого основания. „Для ускорения процесса выхода из О. и усиления его политического эффекта выдел производится в размере фактического землепользования двора, при чем излишки надельных земель сравнительно с семейным составом передаются им на особо льготных условиях, в виде премии за выход“ (Лосицкий). В последних словах отчетливо формулированы наиболее существенные черты указа 9 ноября 1906 г., который, как и сменивший его закон 14 июня 1910 г., объявил все непеределявшиеся более 24 л. общины перешедшими к подворно-наследственному владению, был непосредственно направлен к разрушению О. Способствовало ее разрушению и положение о землеустройстве 29 мая 1911 г. — важнейшим его видом является ''единоличное'' землеустройство, связанное, в местностях общинного владения, с переходом от О. к единоличному владению (см. ''[[../Землеустройство|землеустройство]]''). Оценка земельной политики эпохи Столыпина всецело зависит от отношения к О. и от общих взглядов на желательную экономическую и социальную эволюцию России. Защитники О. и сторонники, хотя бы только индифферентного, отношения к ней, резко осуждали и осуждают указ 9 ноября и закон 14 июня, видя в них „растерзание общины“ не только вредное по своим социальным последствиям, но и связанное с ничем неоправдываемым нарушением законных прав остающегося в О. большинства. К землеустройству в более широком смысле резко отрицательно относятся лишь наиболее решительные сторонники и поклонники О., более же умеренные относятся к землеустройству без принципиального отрицания и осуждают лишь излишнюю шаблонность и некоторую насильственность его проведения. Противники О. из правительственного лагеря готовы были признавать указ 9 ноября „вторым 19 февраля“ и видят в нем лишь непосредственное развитие положений 1861 г. Сложнее отношение к новейшему земельному законодательству противников О. из социал-демократического лагеря. При рассмотрении указа 9 ноября в государственной думе социал-демократы заняли по отношению к позиции большинства резко оппозиционное положение. В ломке О. они видели лишь „перемену системы эксплуатации крестьянства“; такой ответ на поставленный в 1905 г. во всю ширину аграрный вопрос партия признавала недопустимым и требовала для его решения выдержанной системы экономическо-политических реформ. Поэтому она отвергала целиком „проект земельной комиссии“ (Лосицкий), из которого потом вышел закон 14 июня, — но в то же время „принципиально признавала свободный выход из О. с землей и даже без согласия общества „экономически целесообразным и политически необходимым“ (он же). В литературе социал-демократического направления находит себе выражение главным образом эта последняя точка зрения, и указ 9 ноября признается не „разрушением“, a последним актом „распадения О.“ Эта точка зрения последовательно проводится в работах A. Е. Лосицкого, который, в обоснование ее, ссылается на те же выше приведенные данные по Псковской, Витебской и Новгородской губерниям, совершенно игнорируя данные Качоровского — Вениаминова, говорящие о жизненности О. в большей части общинной России. Диаметрально-противоположною была и оценка возможных практических последствий антиобщинной политики новейшего времени, в первое время по издании указа. Для тех, кто видел в указе лишь последний акт „распадения“ О., не могло быть в данном вопросе никаких сомнений. Сторонники О., или, по крайней мере, многие из них, верили в способность О. выжить, несмотря даже на насильственное вмешательство государственной власти. „Если общинные порядки — писал еще в 1896 г. Ф. Г. Тернер, по поводу проектов упразднения О., расселения на хутора и т. п., — проявляются даже в районе подворного владения, то можно ли сомневаться в их самобытной силе в районе великороссийского общинного владения, — мыслимо ли, чтобы великороссийские крестьяне-общинники согласились когда-либо переселиться из деревни на обособленные участки, отдельные хутора, чтобы они отказались от общественной деревенской жизни“. Ta же уверенность в „самобытной силе О.“ высказывалась, и когда был издан указ 9 ноября: предполагалось, что О. в себе самой найдет силу, чтобы побороть, хотя бы и поддержанные силою указа, центробежные тенденции. Ссылались на категорические отказы сходов удовлетворить требования выделов, на отказы крестьян, в ряде уездов, выбирать членов в землеустроительные комиссии, на полученные крестьянскими депутатами ряда губерний наказы добиваться отмены указа 9 ноября, — и делался вывод, что „крестьяне защищают общинные порядки сообща, держась друг за друга“ (Вениаминов), и, значит, смогут их отстоять. Такие надежды не имели под собой, конечно, твердой почвы: О. — не гармоническое целое, которое, ''как целое'', боролось бы против тех или иных воздействий извне, a среда, где происходит борьба диаметрально противоположных интересов, опирающихся: одни на „право труда“, другие — на „право на труд“ (Качоровский), подкрепленное притом правом внесенного выкупа. И легко было предвидеть, что могущественная поддержка государственной власти даст враждебному О. течению решительный перевес и поведет если не к уничтожению, то во всяком случае к весьма решительным успехам процесса распадения О. Так, конечно, и случилось, — хотя ''точно'' судить, как велики эти успехи, не представляется возможным. Цифры огромны. По подсчетам A. Е. Лосицкого, число дворов, окончательно укрепивших за собой наделы, определялось на 1 сент. 1913 г. в 1331 тыс., a число ходатайствовавших об укреплении — в 1855 т.; главная масса их сосредоточивается в черноземной полосе и в некоторых из более южных губерний нечерноземной. О переходе на хутора и отруба в местностях с общинным землевладением возбудило ходатайства, на 1 янв. того же года, 1439 тыс. дворов, и для 642 тыс. дворов отрубно-хуторское землеустройство было вполне закончено — главная масса дворов этой категории приходится на северо-западные, южные степные и на Самарскую губернии. Наконец, установленные законом 14 июня 1910 г. удостоверительные акты об уже совершившемся переходе к подворному владению были, на 1 сент. 1913 г., затребованы для 2044 тыс. и выданы 1391 тысяче дворов, при чем район официально констатированного фактического замирания О. обнимает весь запад общинной полосы России, с некоторыми непосредственно-примыкающими к нему центрально-черноземными и центрально-промышленными губерниями. В общем итоге своих подсчетов A. Е. Лосицкий насчитывает до 2494 тыс. бывших общинных дворов, перешедших к личной собственности с сохранением чересполосицы, 642 тыс. перешедших на хутора и отруба, 808 тыс. дворов, ходатайствовавших об установлении личной собственности с сохранением чресполосицы, и 797 тыс. дворов, ходатайствовавших о переходе на хутора и отруба, — с присоединением же к этим цифрам вероятного результата кампании 1913 г. принимает „число бывших общинных дворов, уже перешедших к личной собственности или имеющих перейти к индивидуальному владению в ближайшем будущем“, равным, к 1914 г., по крайней мере 5044 тыс., т. е. 36% общего числа крестьянских дворов. He подлежит сомнению, что количественные результаты „антиобщинного“ законодательства 1906—1911 гг. и в самом деле чрезвычайно велики. Но трудно сказать, в какой мере они укладываются в приведенные цифры: с одной стороны, угроза требованием „укрепления“ в значительной мере уничтожает самую возможность переделов, а след., должна была привести к прекращению жизнедеятельности если не всех, то во всяком случае весьма многих О., продолжающих числиться таковыми. С другой, формальное упразднение О. далеко не всегда равносильно фактическому ее уничтожению. Даже и формально законченный выдел хуторов и отрубов, a тем более формально доведенное до конца „укрепление“, может оказаться, в той или другой мере, фиктивным и не безусловно устраняет возможности возвращения к общинным порядкам. Тем менее имеет решающее значение выдача удостоверительных актов: с одной стороны, самый факт беспередельности, при ненадежности официальной регистрации, не может быть признан твердо установленным; с другой, нет возможности сказать, где переделы прекратились естественно, и где они задерживались вооруженною законом 8 ноября 1893 г. администрациею; наконец, отсутствие коренных переделов отнюдь не равносильно полному прекращению жизнедеятельности О. С другой стороны, простая выдача удостоверительного акта уже окончательно не имеет решающего значения и не может воспрепятствовать — если бы сложились подходящие для того условия — возобновлению жизнедеятельности О. Каковы, при таких условиях, ''реальные'' количественные успехи земельного законодательства 1906—1911 г.г. в деле ликвидации О. — об этом автор настоящей статьи не решается гадать. ''Что они велики'' — это несомненно. О С. п. о. в других странах см. ''[[../Эволюция собственности|эволюция земельной собственности]]''. <small>{{razr|Литература}}. ''Гакстгаузен'', „Исследования внутренних отношений народной жизни и в особ. сельских учреждений России“ (1847/52), пер. с нем. 1869; ''Беляев'', „Крестьяне на Руси“ (1860); ''Чичерин'', „Обзор историч. развития сельской О. в России“ (1865); ''Соколовский'', „Экономический быт земледельч. населения России и колонизация юго-вост. степей“; ''его же'', „Очерк истории сельской О. на севере России“ (1877); ''Ефименко'', „Исследования народной жизни“ (1884); ''Лучицкий'', „Сябры и сябриное землевлад. в Малороссии“; ''его же'', „Сборник материалов по истории общественных земель и угодий в левобережной Украйне XVIII в.“ (1884); ''его же'', „Займанщина и формы заимочного владения в Малороссии“ („Юрид. Вестн.“ 1890); ''Клаус'', „Наши колонии“ (1869); ''Кауфман'', „Русская О. в процессе ее зарождения и роста“ (1908); ''Блюменфельд'', „О формах землевладения в древней Руси“ (1884); ''Владимирский-Буданов'', „Формы крестьян. землевладения в западн. России XVI в.“ (Киевский сборник, 1892); ''Дьяконов'', „Очерки по истории сельского населения в Московском государстве“ (1898); ''Сергеевич'', „Древности русского права. Землевладение“ (1903); ''Милюков'', „Очерки по истории русской культуры“; ''Лаппо-Данилевский'', „Организация прямого обложения в Москов. государстве“ (1890); ''Рожков'', „Сельское хозяйство Москов. Руси в XVI в.“ (1899); ''Павлов-Сильванский'', „Феодализм в удельной Руси“ (1910); ''В. В.'', „Крестьянская О.“ (в сборн. „Итоги экон. исследования России“, т. I. 1892); ''его же'', „К истории О. в России“ (1902); ''Чернышевский'', „Критика философских предубеждений против общинн. владения“ („Соврем.“ 1858, Собр. соч. т. III и IV); ''Кавелин'', „Общинное владение“ (1876); ''Keussler'', „Zur Geschichte u. Kritik des bäuerlichen gemeindebesitzes in Russland“ (3 т., 1876—87); ''Посников'', „Общинное землевладение“ (2 т. 1875/78); „Сборник материалов для изучения сельской поземельной О.“ (1880); ''Орлов'', „Формы крестьянского землевладения в Московской губ.“ (в Сб. стат. свед. по Моск. губ., 1879); ''Елиазаров'', „Исследов. по истории учрежд. в Закавказье. Земельная О.“; ''B. Постников'', „Южно-русское крестьян. хозяйство“ (1891); ''Кауфман'', „Крестьянская О. в Сибири“ (1897); „Материалы по исслед. Забайкальск. обл.“ (X вып., о формах землепользования, ''Кроля''); ''Швецов'', „Горный Алтай“; ''Щербина'', „Земельн. О. кубанск. казаков“; ''Бородин'', „Уральск. каз. войско“; ''Харузин'', „Казацкие О. на Дону“; ''Качоровский'', „Русская О.“ (1900, 2-ое изд. 1906); ''Вениаминов'', „Крестьянская О.“ (1908); ''Пешехонов'', статьи в „Русск. Богат.“ и „Русск. Записк.“; ''Риттих'', „Зависимость крестьян от О. и мира“ (1903); ''Никольский'', „Земля, О. и труд“ (1902); ''A. A. Чупров'', статья „Общинное землевладение“ в „Нуждах деревни по трудам сельскохоз. комитетов“ (т. II, 1904); ''его же'', „Die Feldgemeinschaft“ (Strassb. 1902); ''Тернер'', „Государство и землевладение“ (т. II, 1896); ''Лосицкий'', „Распадение О.“ (1912).</small> {{ЭСГ/Автор|А. Кауфман}} mq6x3hxzwksrqnyt5r4g140sp44icbr 104 1226210 5729021 2026-07-11T13:52:10Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729021 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} — Кочегары и машинисты! От вас зависит наше спасение. Я надеюсь, что судно разовь{{ё}}т предельный ход. И сейчас же распорядился: — Все по своим местам! Как только «Изумруд» ринулся на прорыв сквозь блокаду, на н{{ё}}м заработал беспроволочный телеграф, перебивая самой усиленной искрой переговоры японцев. Чтобы облегчить крейсер, командир решил пожертвовать правым якорем вместе с канатом. Последовало распоряжение расклепать канат. Две тысячи пудов железа, с грохотом свалившись за борт, исчезли в пучине моря. В боевой рубке стрелка машинного телеграфа стояла против слов «Полный впер{{ё}}д!». Казалось, крейсер напрягал последние силы, дрожа всем своим изящным корпусом. Все, кто находился наверху, видели, что неприятельские снаряды уже не долетают до него, и с любовью смотрели на своего отважного командира. В их представлении сейчас его коренастая фигура, напоминающая норвежского шкипера, была овеяна ореолом романтики водных просторов и поэзии увлекательных приключений на море. Ведь только в фантазии, только в гр{{ё}}зах мог представиться такой случай, какой выпал на долю «Изумруда», — он вырвался из кольца неприятельской эскадры на свободу. И командир Ферзен тв{{ё}}рдо в{{ё}}л его опять на родину. Это были упоительные минуты как для самого начальника, так и для его подчин{{ё}}нных, минуты сознания правильного решения в боевой обстановке. Но главный герой ничем не выдавал своего торжества, и это ещ{{ё}} больше возвеличивало его в глазах команды. Заложив руки за спину, он прохаживался теперь по мостику, спокойный и уверенный, словно вышел на судне в обычный мирный рейс. Он только один раз через переговорную трубу спросил машинное отделение: — Как держится пар? Ему ответили: — Давление двести пятьдесят фунтов. Машинные и кочегарные отделения, несмотря на беспрерывное действие вентиляторов, наполнились невыносимым жаром. Людям трудно было дышать. Мокрые от пота, они работали в одних только брюках — наполовину голые. Теперь их не нужно было ни понукать, ни<noinclude><!-- --> <references /> <center>137</center> </div></noinclude> lwwbp49wz1q5jpqawxfah0noszxv85f 104 1226211 5729023 2026-07-11T13:55:25Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729023 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>упрашивать. Они сами понимали свою ответственность и вкладывали в дело вс{{ё}}, что могли. Строевые матросы, назначенные в помощь кочегарам, подносили уголь из запасных ям. Чаще обычного открывались огненные пасти топок, глотая топливо, подбрасываемое кочегарами. Как-то по-особенному, словно захл{{ё}}бываясь, гудели поддувала. От сильного давления пара дрожали и шипели верхние паропри{{ё}}мные коллекторы. За перегородками, в других отделениях, голоса людей заглушались яростным движением машин. Командир Ферзен, находясь на мостике, по-прежнему не терял своего душевного равновесия. Его подчин{{ё}}нные работали отлично. Он хорошо знал свой корабль. Предельная скорость, какую дал «Изумруд» на испытаниях, была двадцать четыре узла. Но теперь, казалось, он превысил эту норму и, поглощая пространство, летел впер{{ё}}д, как птица, вырвавшаяся из западни. Гнавшиеся за ним неприятельские суда, отставая, исчезли за горизонтом. Это было во втором часу дня. Впереди сияло свободное море. «Изумруд», взявший сначала курс на зюйд-ост, постепенно склонился на норд-ост. Но тут с командиром Ферзеном случилось что-то необъяснимое. Он начал терять самообладание, словно надломился от непомерной тяжести. В его глазах появилась тревога. Он беспокойно оглядывал горизонт. Не было видно ни одного дымка. Но вс{{ё}} мрачнее становилось лицо командира. В пятом часу, узнав, что запасы угля ограничены, он распорядился убавить ход до двадцати узлов. Через несколько минут произошла авария в четв{{ё}}ртой кочегарке. Те, кто находился ближе к ней, услышали такой сильный треск, словно взорвался снаряд. Это лопнула паровая магистраль, питавшая все кормовые вспомогательные механизмы и рулевую машину. Из образовавшегося отверстия с р{{ё}}вом повалил пар, наполняя помещение горячей влагой. Четыре кочегара, спасаясь от бедствия, повалились на железный настил. На судне поднялась паника. Офицеры и матросы спешили к четв{{ё}}ртой кочегарке и останавливались перед трапом, как перед пропастью. Снизу, волнуясь, поднимались клубы серого пара. Никто не знал, что делать.<noinclude><!-- --> <references /> <center>138</center> </div></noinclude> dvd949gkex65oybrpj0rkm5ju8iv4xt 104 1226212 5729025 2026-07-11T14:00:37Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729025 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>Не мог помочь этому и прибежавший сюда на несгибающихся ногах барон Ферзен. Он только ахал и хватал себя за голову. Кто-то из офицеров подсказал ему, что прежде всего необходимо выключить рулевую машину и перейти на ручной штурвал. Сейчас же это было сделано. Крейсер ш{{ё}}л впер{{ё}}д пятнадцатиузловым ходом. Явился кочегар Гемакин и, не спрашивая разрешения командира, начал кричать на матросов: — Что же вы стоите? Скорее давайте мне несколько рабочих платьев. Я их надену на себя. Приготовьте мешки, чтобы окутать мне лицо и голову. Дельфины! Козлы! Поворачивайтесь скорее! Несколько человек сорвались с места. Вскоре было доставлено Гемакину вс{{ё}}, что он требовал. Он быстро напяливал на себя спецовки. Командир не спускал с него глаз, словно хотел запомнить всякую мелочь в действиях этого человека. Спустя минуты две Гемакин, с окутанной мешками головой, в парусиновых рукавицах, облитый холодной водою, кубарем свалился по трапу вниз. Его примеру последовал один из машинистов, захватив с собою необходимые инструменты. Через полчаса авария была ликвидирована. Два героя и четыре кочегара, находившиеся внизу, отделались л{{ё}}гкими ожогами. Казалось бы, что жизнь на «Изумруде» должна пойти нормальным порядком. Но барон Ферзен не переставал нервничать. Наступила ночь. Корабль одиноко пробирался сквозь тьму во Владивосток. Командир не ложился ни на одну минуту. Не спали и его подчин{{ё}}нные. После полуночи один из сигнальщиков заявил, что впереди слева мелькают огни. Быть может, ему только показалось это, потому что никто их больше не видел. Однако командир немедленно приказал сменить курс вправо. Так шли час-полтора и опять легли на прежний курс. Чем дальше уходил «Изумруд» от опасности, тем больше командир терял самообладание. К вечеру следующего дня, то есть 16 мая, он превратился в изд{{ё}}ргавшегося неврастеника. Когда противник был на виду, он знал, что нужно было предпринять. Но теперь сияющая пустота моря, казалось, пугала его больше, чем неприятельские корабли. Люди с изумлением вглядывались в него и не верили своим глазам: по мостику метал-<noinclude><!-- --> <references /> <center>139</center> </div></noinclude> 2frhimpalm0076ga5yckr59h869aafl 104 1226213 5729028 2026-07-11T14:05:42Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729028 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>ся не прежний волевой командир, а жалкий трус, случайно нарядившийся в капитанскую форму. Прошлой ночью он никак не мог дождаться дня, а теперь ему хотелось, чтобы скорее наступила тьма. Ему вс{{ё}} мерещилось, что сейчас он будет настигнут неприятельскими судами. До Владивостока с избытком хватило бы угля, но по приказанию командира ломали на судне дерево и жгли в топках. Он начал вмешиваться в дела штурмана, лейтенанта Полушкина, утверждая, что курс им взят неверно. Полушкин, кончивший академию, прекрасно знал свою специальность, но он был тихий и застенчивый человек. Сквозь пенсне он удивл{{ё}}нно смотрел на взъерошенного командира, не смея возражать ему. Вблизи родных берегов своим непонятным страхом командир Ферзен заразил сначала офицеров, а потом и всю команду. Все стали ждать смертного часа. Кончилось это тем, что «Изумруд» проскочил мимо Владивостока и направился в бухту св. Владимира. Командир Ферзен, как бы оправдываясь перед своими офицерами, бормотал, что для крейсера это будет лучше. Подходы к Владивостоку, вероятно, минированы. Если бы направились в этот порт, то могли бы взлететь на воздух от русской же мины. Была и ещ{{ё}} одна опасность — туда скорее всего направились японские корабли, чтобы перехватить путь «Изумруду». Так или иначе, но крейсеру, при недостаче угля, предстояло пройти лишних сто восемьдесят миль. Это была первая ошибка. К бухте св. Владимира приблизились ночью 17 мая. Командир вдруг решил перейти в залив св. Ольги. Но здесь почему-то он наш{{ё}}л стоянку неудобной. А может быть, на него повлияло сообщение боцманмата Смирнова, только что рассказавшего ему, как до войны в этот залив нередко заходили японские корабли. Командир замотал головою, словно изгоняя из своего воображения страшные призраки, и снова направил крейсер в бухту св. Владимира. Было темно. Перед людьми стояла задача найти себе временный приют в этой дикой и малознакомой местности. Если бы командир сохранил спокойствие духа, то он, вероятно, не рискнул бы сейчас входить в такую бухту. Тихая погода давала возможность «Изумруду» продержаться в море до утра. О присутствии японцев здесь не могло быть и речи. Не настолько<noinclude><!-- --> <references /> <center>140</center> </div></noinclude> hekcjlg1cjby17v2073s9x8np7s382k 104 1226214 5729029 2026-07-11T14:10:00Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729029 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>они были невежественны, чтобы разыскивать крейсер, ушедший за двое суток неизвестно куда. Это было бы так же нелепо, как нелепо разыскивать блоху, исчезнувшую в копне сена. Однако командир, потерявший перспективу действия и трезвость ума, торопился скорее скрыться в бухте. Вход в бухту был довольно широк. Но командир почему-то приказал направить судно не посредине пролива, а около левого берега. Крейсер ш{{ё}}л пятнадцатиузловым ходом. Слева, совсем близко, обрисовался в темноте мыс Орехова. Матросы на верхней палубе обрадовались, увидев родную землю. Кончались их мытарства. Мечта превратилась в явь. Лотовый правого борта выкрикнул: — Глубина десять сажен! Вслед за ним лотовый левого борта возвестил: — Глубина четыре сажени! Только что успели повернуть ручку машинного телеграфа на «тихий ход», как «Изумруд» дрогнул от толчка и заскрежетал всем своим железным днищем. Люди попадали. Многие думали, что под ними взорвалась мина. Крейсер сразу остановился, беспомощно накренился на правый борт под углом 40−50° и, казалось, готов был свалиться совсем. Во всех его отделениях внезапно оборвался говор людей. В зловещей тишине барон Ферзен завопил: — Полный назад! Полный назад! Но сколько машины ни работали, крейсер, севший на каменную гряду мыса Орехова, не двигался с места. Пробовали заводить верп, но и это не помогло: крейсер сидел плотно, словно был прикован к мели. Это была вторая ошибка. Особой беды ещ{{ё}} не было в том, что крейсер сел на камни, тем более что течи в его днище нигде не обнаружили. Можно было бы дождаться следующего прилива воды, чтобы сняться с камней; можно было бы разгрузить судно и таким образом избавиться от аварии; наконец, можно было бы вызвать по телеграфу помощь из Владивостока, а крейсер приготовить к взрыву, на случай появления противника. Но барон Ферзен, на круглом лице которого дрожали белобрысые бакенбарды, дал иное распоряжение, выкрикивая:<noinclude><!-- --> <references /> <center>141</center> </div></noinclude> ji0kqpms48id39hjlj8qoa8dtwep8mv 104 1226215 5729030 2026-07-11T14:13:33Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729030 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} — Японцы находятся где-нибудь поблизости! Каждую минуту они могут накрыть нас! Я не хочу, чтобы «Изумруд» достался им! Немедленно все части его привести негодность и приготовить судно к взрыву! На крейсере поднялась необычайная суматоха. Вс{{ё}}, что можно было расклепать и снять, полетело за борт, а то, что не тонуло и поддавалось огню, жгли в топках. В бухте утопили все мелкие пушки, замки с более крупных орудий и часть пулем{{ё}}тов. Разбивали молотками вспомогательные механизмы, компасы, штурвалы, приборы управления огн{{ё}}м. Барон Ферзен считал себя добросовестным человеком и не хотел, чтобы какое-нибудь добро попало в руки японцам. Он даже потерял голос и с пеной на губах только хрипел, подгоняя своих подчин{{ё}}нных в их разрушительной работе. А те, словно во время пожара, бегали по трапам снизу наверх, сверху вниз, бестолково метались по разным отделениям. Железный корпус судна стонал от грохота и человеческих выкриков. Такого аврала «Изумруд» не испытывал со дня своего рождения. Если бы на это посмотреть со стороны, то непременно пришлось бы сделать заключение, что у всего экипажа острый психоз. Наступило тихое майское утро. Над горизонтом медленно всплывало солнце, лаская загорелые лица моряков. Теперь люди были заняты другой работой: на шлюпках спешно свозили с корабля винтовки, оставшиеся пулем{{ё}}ты, продукты, посуду для еды, походную кухню, свои вещи. Люди, изнур{{ё}}нные постоянной тревогой за свою жизнь, казалось, не замечали лучезарного великолепия весны на морском берегу. Некоторые, наваливаясь на в{{ё}}сла, настороженно поглядывали в сторону Тихого океана. Но их привлекала не красота искрящейся водной равнины (похоже, что она была усыпана солнечной пылью), а паническая тревога: не видно ли дымков неприятельских кораблей? На «Изумруде» осталось только несколько человек: старший офицер Паттон-Фантон-де-Верайон, боцман Куликов, минные квартирмейстеры Тейбе и Григорьев и радиотелеграфист Собешкин. Им было поручено приготовить крейсер к взрыву. А остальные офицеры и матросы находились уже на берегу, за версту от судна.<noinclude><!-- --> <references /> <center>142</center> </div></noinclude> c3jhxgz2cvals626b1fvn3b0p58pt8o 104 1226216 5729031 2026-07-11T14:17:47Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729031 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>Во главе с бароном Ферзеном они забрались на гору и, построившись во фронт, стали ждать. Широко распрост{{ё}}рлось, обдавая теплом, голубое небо, ослепительно сияли, уходя до самого горизонта, воды океана. В солнечных лучах зеленели кудрявые вершины сопок. Это ещ{{ё}} больше угнетало людей, подавленных тяжестью противоречивых переживаний: с одной стороны — родная земля в весеннем наряде, с другой — такой порочный конец после героического подвига. Только теперь сознание моряков как будто стало проясняться, и они с глубокой скорбью всматривались в знакомые очертания корабля, приговор{{ё}}нного к уничтожению. На вершине другой горы, ближе к «Изумруду», появился красный флаг, означавший: «Бикфордов шнур подожж{{ё}}н». Напряжение моряков нарастало. Бледные, с пепельными губами, они имели такой вид, как будто сами были обречены к расстрелу. Раздался взрыв в носовом патронном погребе. Поднялся столб дыма. Когда он рассеялся, люди увидели свой корабль, как казалось издали, целым и невредимым. Следующим взрывом оторвало всю корму. Громадное пламя, разбрасывая в разные стороны куски железа и обломки дерева, высоко подняло к небу ч{{ё}}рное облако. Раскатистым эхом откликнулись горы. Содрогнулись моряки, словно лишились не судна, а близкого друга, не раз спасавшего их жизни. Три с половиной сотни пар человеческих глаз смотрели туда, где вместо красавца «Изумруда» чадил на камнях изуродованный железный скелет корабля. На н{{ё}}м догорали остатки деревянных частей. Он вс{{ё}} ещ{{ё}} продолжал осыпать бухту стальным дожд{{ё}}м крупных и мелких осколков. Это рвались снаряды, до которых добирался огонь. Полчаса длилась похоронная канонада, и потом наступила такая тишина, как будто оцепенели и люди и вся природа. Это была третья ошибка. {{^}} Началась сухопутная жизнь. Изумрудовцы передвинулись ближе к складу вещей. Барон Ферзен, не смея взглянуть в глаза своих подчин{{ё}}нных, объявил: — Команде можно обедать и отдыхать. И сам уш{{ё}}л, якобы приискать место для лагеря.<noinclude><!-- --> <references /> <center>143</center> </div></noinclude> p9tklg0bdbhekqlps3l3eu868i8z5me 104 1226217 5729032 2026-07-11T14:22:22Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729032 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} За горою, чтобы воображаемые японцы не увидели с моря дым, запылали костры. На е{{ё}} вершине часовые следили за морским горизонтом. Пока кок Дидуренко приготовлял в походной кухне обед, усталые и осиротелые моряки, как лунатики, бродили по берегу бухты. Обед прош{{ё}}л без обычных шуток и смеха. Ночью над затихшим лагерем небо загорелось зв{{ё}}здами. Вблизи опушки леса, прямо на земле, всхрапывая и посвистывая носами, раскинулись человеческие тела. Это был первый сон со дня Цусимского боя, первый отдых людей, переживших смертный побег из плена, последний ночной аврал и бессмысленную катастрофу крейсера. Так продолжалось до двух часов ночи, когда весь лагерь внезапно был поднят на ноги. Это внесли переполох часовые. Они прибежали с горы и, задыхаясь от волнения, сообщили страшную новость: — В бухту вошли два японских миноносца. А у входа в бухту остановились два крейсера. Вс{{ё}} это мы видели собственными глазами. Японцы хотят высадить десант. В лагере никто и не подумал встретить неприятельский десант ружейным и пулем{{ё}}тным огн{{ё}}м. У каждого было лишь одно желание — бежать скорее отсюда. Старший офицер, выстраивая команду фронтом, отдавал распоряжения тихо, почти ш{{ё}}потом. Матросам было разрешено взять только винтовки с патронами и по две банки консервов, оставив все остальные вещи на берегу бухты. Стараясь не шуметь, колонны людей направились к заливу св. Ольги. На пути нашли барона Ферзена, который на ночь приютился в китайской фанзе. Разбуженный, он выскочил наружу и дрожащим голосом заговорил: — Мои предположения оправдались. Я был уверен, что японцы найдут нас. Поэтому-то я и торопился скорее взорвать крейсер. Взяли проводниками китайцев и пошли дальше, подгоняемые страхом. С рассветом изумрудовцы взошли на высокую гору, откуда долго рассматривали бухту и море. К удивлению всех, не только в бухте, но и дальше, на вс{{ё}}м водном пространстве, не оказалось ни военных кораблей, ни дымков. Барон Ферзен смущ{{ё}}нно объяснил: — Должно быть, японцы успели уйти. Кочегар Кабелецкий буркнул:<noinclude><!-- --> <references /> <center>144</center> </div></noinclude> eazy5je246qxl34si8vku8yr3j3rqt2 102 1226218 5729034 2026-07-11T14:45:04Z Wlbw68 37914 Новая: «{{Обавторе | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ= | ФАМИЛИЯ = Кекилов | ИМЕНА = Аман Кекилович | ВАРИАНТЫИМЁН = | ОПИСАНИЕ = советский туркменский учёный, поэт и прозаик, педагог, народный писатель Туркменской ССР (1967), доктор филологических наук, академик, заслуженный деят...» 5729034 wikitext text/x-wiki {{Обавторе | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ= | ФАМИЛИЯ = Кекилов | ИМЕНА = Аман Кекилович | ВАРИАНТЫИМЁН = | ОПИСАНИЕ = советский туркменский учёный, поэт и прозаик, педагог, народный писатель Туркменской ССР (1967), доктор филологических наук, академик, заслуженный деятель науки Туркменской ССР (1972), автор текста первого Государственного Гимна Туркменской ССР | ДРУГОЕ = | ДАТАРОЖДЕНИЯ = | МЕСТОРОЖДЕНИЯ = | ДАТАСМЕРТИ = | МЕСТОСМЕРТИ = | ИЗОБРАЖЕНИЕ = | ВИКИДАННЫЕ = | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИСКЛАД = | ВИКИЛИВРУ = | ЭСБЕ = | Google = }} == Библиография == === Книги === * Любовь : Поэма / Аман Кекилов ; Пер. с туркм. Г. Оболдуева ; Под ред. П. Скосырева. - [Москва] : Совет. писатель, 1948 (тип. № 3 Упр. изд-в и полиграфии Исполкома Ленгорсовета). - 87 с.; 16 см. * Золотые сети : Сказки [в стихах] : [Для детей] / Пер. с туркм. А. Тарковского. - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1955. - 55 с.; 22 см. * Пастух и падишах : Сказка : [В стихах] : [Для младш. школьного возраста] / Пер. с туркм. А. Тарковского ; [Ил.: С. Куприянов]. - Москва : Детгиз, 1955. - 40 с. : ил.; 22 см. * Молланепес. Зохре и Тахир : [Дестан] / Молланепес ; В переводе с туркм. Т. Озерской и А. Тарковского ; [Вступ. статья А. Кекилова]. - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1956. - 185 с., 4 л. ил.; 21 см. * Жизнь и творчество Молланепеса : в 2-х т. : диссертация ... доктора филологических наук : 10.00.00. - Ашхабад, 1958. - 492 с. + Прил. (Краткий текст дастана "Зохре-Тахир" Молланепеса. 241 с.; 3 с. портр., факс.). * Жизнь и творчество Молланепеса : Автореферат дис. на соискание ученой степени доктора филологических наук / М-во высш. образования СССР. Азербайдж. гос. ун-т им. С. М. Кирова. - Ашхабад : [б. и.], 1959. - 29 с.; 22 см. * История туркменской литературы . - Ашхабад : Изд-во Акад. наук Туркм. ССР, 1961. - 7 с.; 22 см. - (Вопросы советской науки/ Акад. наук Туркм. ССР). * Туркменский юмор / Пер. с туркм. [О. Довлетовой и Н. Желниной] ; [Предисл. проф. Б. А. Каррыева]. - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1961. - 134 с. : ил.; 21 см. * Туркменский юмор / Пер. с туркм. [О. Довлетовой и Н. Желниной] ; [Предисл. проф. Б. А. Каррыева]. - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1962. - 134 с. : ил.; 21 см. * Великий лирик. [Молланепес] . - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1963. - 210 с. : ил., портр.; 21 см. * Любовь : Роман в стихах / Пер. с туркм. Ю. Гордиенко. - Москва : Сов. писатель, 1965. - 218 с.; 16 см. * Исследование туркменской литературы и устного народного творчества . - Ашхабад : Ылым, 1971. - 6 с.; 22 см. - (Вопросы советской науки/ АН ТССР. Ин-т языка и литературы им. Махтумкули; 23). * Золотые сети : Сказки-поэмы : [Пер. с туркм. : Для мл. шк. возраста] / Аман Кекилов ; [Худож. А. Салин]. - Ашхабад : Магарыф, 1979. - 63 с. : цв. ил.; 24 см. * Любовь : [Роман] / Аман Кекилов; [Худож. В. Сейитмедов]. - Ашхабад : Магарыф, 1988. - 296,[2] с. : ил.; 20 см. === Книги на иных языках === * Гимн Туркменской ССР. Туркменистан Совет Социалистик Республикасынын довлет гимни : Для хора с оркестром / Сазы Вели Мухадовынкы; Созлери Аман Кекиловынкы. - Москва : Музгиз, 1949. - 8 с. * Гимн Туркменской ССР. Туркменистан Совет Социалистик Республикасынын довлет гимни = Ден хукуклы халклармызын достлугы : Клавир для хора с ф.-п. / Созлери Аман Кекиловынкы; Сазы Вели Мухадовынкы. - Москва : Музгиз, 1949. - 6 с. * Махтумкули (1733-1798). Магоымгулының парасатлы сөзлери = Афоризмы Махтумкули / чапа тайярлан Мәти Кесәев ; Аман Кекиловың редакциясы билен ; Түркменистан ССР ылымлар академиясы, Магтымгулы адындакы эдебият институты. - Ашгабат : Түркменистан дөвлет неширяты, 1959. - 50, [2] с.; 18 см. * Гимн Туркменской Советской Социалистической Республики : Для хора без указания состава с сопровожд. ф.-п. / Текст А. Кекилова и авт. коллектива; Муз. В. Мухатова. - Ашхабад : Туркменистан, 1978. - [4] с. === Энциклопедические статьи === {{#categorytree:Словарные статьи Амана Кекиловича Кекилова|mode=pages}} == Ссылки == * Аман Кекилович Кекилов (1912-1974) / Гос. б-ка ТССР им. Карла Маркса; Библиогр. сост. А. Абдыевым и С. А. Манунцевой. - Ашхабад : Ылым, 1982. - 101 с. : 1 л. портр.; 16 см. - (Материалы к биобиблиографии ученых Туркменистана. ; / АН ТССР, Центр. науч. б-ка. Вып. 14; ;). {{АП|ГОД=1974|ВОВ=Работник}} [[Категория:Писатели СССР]] [[Категория:Писатели на русском языке]] [[Категория:Авторы первого издания БСЭ]] [[Категория:Писатели России]] [[Категория:Писатели на туркменском языке]] [[Категория:Писатели Туркмении]] 18kduj30zcorepnvlxni8o55sgh0iam 5729046 5729034 2026-07-11T15:33:02Z Wlbw68 37914 иллюстрация 5729046 wikitext text/x-wiki {{Обавторе | НЕОДНОЗНАЧНОСТЬ= | ФАМИЛИЯ = Кекилов | ИМЕНА = Аман Кекилович | ВАРИАНТЫИМЁН = | ОПИСАНИЕ = советский туркменский учёный, поэт и прозаик, педагог, народный писатель Туркменской ССР (1967), доктор филологических наук, академик, заслуженный деятель науки Туркменской ССР (1972), автор текста первого Государственного Гимна Туркменской ССР | ДРУГОЕ = | ДАТАРОЖДЕНИЯ = | МЕСТОРОЖДЕНИЯ = | ДАТАСМЕРТИ = | МЕСТОСМЕРТИ = | ИЗОБРАЖЕНИЕ = Аман Кекилович Кекилов.jpg | ВИКИДАННЫЕ = | ВИКИПЕДИЯ = | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИСКЛАД = | ВИКИЛИВРУ = | ЭСБЕ = | Google = }} == Библиография == === Книги === * Любовь : Поэма / Аман Кекилов ; Пер. с туркм. Г. Оболдуева ; Под ред. П. Скосырева. - [Москва] : Совет. писатель, 1948 (тип. № 3 Упр. изд-в и полиграфии Исполкома Ленгорсовета). - 87 с.; 16 см. * Золотые сети : Сказки [в стихах] : [Для детей] / Пер. с туркм. А. Тарковского. - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1955. - 55 с.; 22 см. * Пастух и падишах : Сказка : [В стихах] : [Для младш. школьного возраста] / Пер. с туркм. А. Тарковского ; [Ил.: С. Куприянов]. - Москва : Детгиз, 1955. - 40 с. : ил.; 22 см. * Молланепес. Зохре и Тахир : [Дестан] / Молланепес ; В переводе с туркм. Т. Озерской и А. Тарковского ; [Вступ. статья А. Кекилова]. - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1956. - 185 с., 4 л. ил.; 21 см. * Жизнь и творчество Молланепеса : в 2-х т. : диссертация ... доктора филологических наук : 10.00.00. - Ашхабад, 1958. - 492 с. + Прил. (Краткий текст дастана "Зохре-Тахир" Молланепеса. 241 с.; 3 с. портр., факс.). * Жизнь и творчество Молланепеса : Автореферат дис. на соискание ученой степени доктора филологических наук / М-во высш. образования СССР. Азербайдж. гос. ун-т им. С. М. Кирова. - Ашхабад : [б. и.], 1959. - 29 с.; 22 см. * История туркменской литературы . - Ашхабад : Изд-во Акад. наук Туркм. ССР, 1961. - 7 с.; 22 см. - (Вопросы советской науки/ Акад. наук Туркм. ССР). * Туркменский юмор / Пер. с туркм. [О. Довлетовой и Н. Желниной] ; [Предисл. проф. Б. А. Каррыева]. - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1961. - 134 с. : ил.; 21 см. * Туркменский юмор / Пер. с туркм. [О. Довлетовой и Н. Желниной] ; [Предисл. проф. Б. А. Каррыева]. - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1962. - 134 с. : ил.; 21 см. * Великий лирик. [Молланепес] . - Ашхабад : Туркменгосиздат, 1963. - 210 с. : ил., портр.; 21 см. * Любовь : Роман в стихах / Пер. с туркм. Ю. Гордиенко. - Москва : Сов. писатель, 1965. - 218 с.; 16 см. * Исследование туркменской литературы и устного народного творчества . - Ашхабад : Ылым, 1971. - 6 с.; 22 см. - (Вопросы советской науки/ АН ТССР. Ин-т языка и литературы им. Махтумкули; 23). * Золотые сети : Сказки-поэмы : [Пер. с туркм. : Для мл. шк. возраста] / Аман Кекилов ; [Худож. А. Салин]. - Ашхабад : Магарыф, 1979. - 63 с. : цв. ил.; 24 см. * Любовь : [Роман] / Аман Кекилов; [Худож. В. Сейитмедов]. - Ашхабад : Магарыф, 1988. - 296,[2] с. : ил.; 20 см. === Книги на иных языках === * Гимн Туркменской ССР. Туркменистан Совет Социалистик Республикасынын довлет гимни : Для хора с оркестром / Сазы Вели Мухадовынкы; Созлери Аман Кекиловынкы. - Москва : Музгиз, 1949. - 8 с. * Гимн Туркменской ССР. Туркменистан Совет Социалистик Республикасынын довлет гимни = Ден хукуклы халклармызын достлугы : Клавир для хора с ф.-п. / Созлери Аман Кекиловынкы; Сазы Вели Мухадовынкы. - Москва : Музгиз, 1949. - 6 с. * Махтумкули (1733-1798). Магоымгулының парасатлы сөзлери = Афоризмы Махтумкули / чапа тайярлан Мәти Кесәев ; Аман Кекиловың редакциясы билен ; Түркменистан ССР ылымлар академиясы, Магтымгулы адындакы эдебият институты. - Ашгабат : Түркменистан дөвлет неширяты, 1959. - 50, [2] с.; 18 см. * Гимн Туркменской Советской Социалистической Республики : Для хора без указания состава с сопровожд. ф.-п. / Текст А. Кекилова и авт. коллектива; Муз. В. Мухатова. - Ашхабад : Туркменистан, 1978. - [4] с. === Энциклопедические статьи === {{#categorytree:Словарные статьи Амана Кекиловича Кекилова|mode=pages}} == Ссылки == * Аман Кекилович Кекилов (1912-1974) / Гос. б-ка ТССР им. Карла Маркса; Библиогр. сост. А. Абдыевым и С. А. Манунцевой. - Ашхабад : Ылым, 1982. - 101 с. : 1 л. портр.; 16 см. - (Материалы к биобиблиографии ученых Туркменистана. ; / АН ТССР, Центр. науч. б-ка. Вып. 14; ;). {{АП|ГОД=1974|ВОВ=Работник}} [[Категория:Писатели СССР]] [[Категория:Писатели на русском языке]] [[Категория:Авторы первого издания БСЭ]] [[Категория:Писатели России]] [[Категория:Писатели на туркменском языке]] [[Категория:Писатели Туркмении]] oi2c2hkrttvi0t7dmky2sii1ec9y0df 104 1226219 5729036 2026-07-11T14:59:56Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729036 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} — Скорее всего, они во сне представились нашим часовым. Лейтенант Романов добавил: — Обычная галлюцинация перепуганных людей, а нам и в голову не пришло проверить их сообщения. К вечеру, пробираясь охотничьими тропами, изумрудовцы пришли в село Киевлянка, расположенное близ залива св. Ольги. Через несколько дней сюда же были перевезены их вещи и продукты. Здесь моряки прожили более тр{{ё}}х недель. У многих сложилось впечатление, что барон Ферзен по каким-то соображениям нарочно задерживается в этом селе<ref>В 1906 году царь наградил барона Ферзена за храбрость золотым оружием.</ref>. От владивостокского коменданта, генерала Казбека, было получено телеграммой предписание закупать скот и гнать его до ближайшей железнодорожной станции. Командир поручил это дело боцману Куликову. Тот с радостью взялся за такую выгодную для него операцию. От безделья не только команда, но и офицеры постепенно разлагались. Среди них только один человек не поддавался распущенности — прапорщик по механической части Шандренко. Он держался уедин{{ё}}нно, мало с кем разговаривал, и никто не подозревал, что этот упрямый украинец вед{{ё}}т дневник. Но если бы кто из офицеров заглянул в эту маленькую в коричневом перепл{{ё}}те, сильно потр{{ё}}панную книжечку, то приш{{ё}}л бы в негодование и задохнулся бы от ярости, читая страшные строки<ref>Эта маленькая книжечка имеется в мо{{ё}}м цусимском архиве.</ref>. Вот что прапорщик Шандренко писал от 21 мая: «Удивительно то, что теперь выискивают некоторые господа оправдание относительно взрыва крейсера. Дело дошло теперь до того, что хотят вс{{ё}} свалить на машину: якобы потому и во Владивосток не попали. А ведь это наглая ложь. И я громко заявил протест, на что старший офицер заметил, что необходимо всем показывать одинаково. Но я с этим не согласен, буду говорить, что было!..» От 22 мая: «Если бог даст, возвратимся мы все благополучно на родину, то вранья будет по горло. А истина опять будет неизвестна для России. Я хочу сказать, что тунеядцы и бездельники опять возьмут безнаказанно все вы-<noinclude><!-- --> <references /> <center>145</center> </div></noinclude> 95yyonojcxxacaao8ymxx0ggn6w81tp 104 1226220 5729037 2026-07-11T15:03:18Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729037 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>дающиеся места и снова поведут Россию к разорению и гибели. Печально и жутко!..» От 30 мая: «Мы чувствуем, что командир боится идти во Владивосток, боится попасть на батареи и выжидает здесь — авось, мир будет заключ{{ё}}н. Мне так противно вс{{ё}} это, что если бы я мог уйти, то уш{{ё}}л бы как можно скорее от этих кровопийц нашей родины. О, как я ненавижу их! Все до того подлы, что считают поступок с крейсером „Изумруд“ вполне правильным и даже себя вполне в герои зачисляют. Об орденах Георгия мечтают». Наконец, 9 июня изумрудовцы двинулись в дал{{ё}}кий путь. Шли пешком, гнали с собою около двухсот голов рогатого скота. Раньше дикая природа Приморья привлекала красотой зел{{ё}}ных долин и лесистых сопок. Но теперь ходьба по этим бездорожным местам оказалась чрезвычайно изнурительной. Крутизна подъ{{ё}}мов на горы, быстрые речки, болотные топи часто создавали для путешественников с трудом преодолеваемые препятствия. Но идти было нужно. Деревни попадались редко. Ночевали под открытым небом. Не всегда можно было достать подводы для раненых и больных. Здоровые попеременно несли их на самодельных носилках. Менялась погода, то обжигая людей зноем, то поливая дожд{{ё}}м. Многие из команды, будучи ещ{{ё}} на корабле, поизносили свою обувь. Этим пришлось отмерять пространство в лаптях и босиком. Некоторые матросы не успели второпях захватить с судна собственные вещи и оделись в зипуны или пиджаки, купленные у крестьян. В общем, вся эта ватага воинов напоминала французов, бежавших в 1812 году из России. Барон Ферзен, словно стараясь забыть о погибшем крейсере, разговаривал только о скотине. С какой-то непомерной жадностью фермера он в каждом селении увеличивал е{{ё}} численность. По-видимому, это успокаивало его совесть. Недели через три стадо разрослось до пятисот голов. Стадо ревело, прося корму. Шедшие впереди горнисты, по распоряжению начальства, играли сигнал на привал. Для этого выбирали травянистые луга с речкой. Часть людей пасла скотину, а остальные, раскинувшись табором, отдыхали. И снова изумрудовцы поднимались<noinclude><!-- --> <references /> <center>146</center> </div></noinclude> 6ktgdkwtsr9tj5dq8cmgmmwby7k11ee 104 1226221 5729038 2026-07-11T15:07:52Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729038 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>в поход. Теперь они шли без всякого строя, разбившись на кучки и вытянувшись длинной вереницей. Дорога вела через горные перекаты, обходила стремнины, спускалась вниз, извивалась вдоль речек, увеличивая расстояние. По сторонам виднелись мрачные ущелья. Для свежего глаза непривычны были та{{ё}}жные дебри. От нанятых проводников моряки узнавали о лесных породах. Среди могучих тополей, мелколистных кл{{ё}}нов, коренастых и приземистых лип, остроконечных пихт и елей попадались корейские кедры с тупыми, словно срезанными вершинами. По южным склонам гор разместились монгольский дуб и ч{{ё}}рная бер{{ё}}за. Ближе к речкам, на влажных лощинах, нашли себе приют ольшаник с т{{ё}}мно-зел{{ё}}ной и липкой листвой, высокоствольный тальник. Под крупными кронами деревьев заполнили землю всевозможные кустарники: пахнущий смолою багульник, маньчжурская лещина, колючий чубышник, душистый жасмин, а там, где был доступ солнечным лучам, обильно произрастал виноград. В лесных зарослях, окутанных вьющимися актинидиями и лимонником, можно было проходить только звериными тропами. Люди страдали от обилия комара, а ещ{{ё}} больше от сибирского гнуса. Эта мелкая мошкара тучами носилась в воздухе, облепляя лица, попадая в рот, в ноздри, в глаза. Скотину, помимо того, донимали слепни и овод. Спасаясь от них, она бросалась в чащу леса. Матросы с руганью гонялись за животными, обдирая одежду и тело о колючки чубышника. Лейтенант Романов, помогавший пастухам, с горечью признавался им: — Никогда в жизни я не думал, что прид{{ё}}тся мне быть в роли загонщика скота. Радиотелеграфист Собешкин никак не мог забыть о самосуде, учин{{ё}}нном своими моряками над «Изумрудом». — Когда я стал поджигать бикфордов шнур, так у меня руки дрожали. Мне казалось, что вместе с начальством и я совершаю преступление. Кочегар Кабелецкий возмущался: — Надо бы нам тогда арестовать командира, а крейсер попытаться самим снять с камней. Другие ему возражали: — Ну и пошли бы все в тюрьму.<noinclude><!-- --> <references /> <center>147</center> </div></noinclude> 4qx4sk7hkbgsadprz57o74xicb1yyvc 104 1226222 5729040 2026-07-11T15:18:50Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729040 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} Дисциплина в отряде падала. Она и не могла долго держаться. Сорок два дня длился этот обидный поход. Как бесприютные бродяги, матросы шли, проклиная свою долю, злые и отчаянные, с дерзкими мыслями. Начинался разлад между начальством и командой. Матросы ложились и вставали уже без переклички. Офицеры чувствовали перед ними страх и старались держаться около караула, вооруж{{ё}}нного винтовками. На железнодорожной станции Океанская опустели все дома. Жители, старые и малые, высыпали на широкую улицу, обсаженную тополями. Ещ{{ё}} издали они увидели длинное облако пыли, пронизанное лучами предвечернего солнца. Казалось, что это приближается к станции какая-то грозная сила. Но вскоре представилось небывалое зрелище. Шагая напоследок в ногу, показались моряки, оборванные, одетые в странные наряды, до женских кацавеек включительно. Одни были босы, другие кое-как обмотали себе ноги сырыми бычьими шкурами, а сверху — вер{{ё}}вками. Из-за мозолей среди воинов немало было хромых. За ними с тоскливым р{{ё}}вом двигалось огромнейшее стадо рогатого скота. Известно, насколько быки и коровы не любят длительного путешествия, а от надоедливых насекомых они нервничают и раздражаются. При виде деревни, они бегом бросаются в не{{ё}}, надеясь найти там отдых и покой. Так было и здесь. Вступая в пос{{ё}}лок при станции Океанская, многочисленный гурт ринулся врассыпную к домам. Голоса людей смешались с мычанием скотины. Это кричали матросы, исполнявшие роль пастухов. С дубинами или арапниками, надрываясь от ругани, они преграждали путь разбегающимся животным и теснили их в общую массу обреч{{ё}}нных голов. Местные жители, прочитав на фуражках надпись «Изумруд», посмеивались: — Должно быть, надоело им плавать. — Да, корабль на скотину променяли. На станции Океанская скотина была сдана генералу Шушинскому. Барон Ферзен получил от него благодарность. Мучения для моряков кончились. Они могли отдыхать, уносясь дальше уже на поезде. Во Владивосток изумрудовцы прибыли ночью. Начальство местного гарнизона, словно в насмешку, встретило их с музыкой, как настоящих героев.<noinclude><!-- --> <references /> <center>148</center> </div></noinclude> jzx0mghld0ypnn5mu5kwrc5rj5vlaqo 14 1226223 5729041 2026-07-11T15:19:22Z Wlbw68 37914 Новая: «{{DEFAULTSORT:Кекилов, Аман Кекилович}} [[Категория:Категории авторов]]» 5729041 wikitext text/x-wiki {{DEFAULTSORT:Кекилов, Аман Кекилович}} [[Категория:Категории авторов]] krdmhld3oczi1t4k5e7wacvhtuxul2y 6 1226224 5729045 2026-07-11T15:32:36Z Wlbw68 37914 {{Изображение | Описание = Аман Кекилович Кекилов | Автор = неизвестен | Время создания = 1969 | Источник =https://starina.net/m/KMAPLG | Лицензия = }} {{Обоснование добросовестного использования | статья = Автор:Аман Кекилович Кекилов | цель = ил. | заменяемость = нет | прочее = }} 5729045 wikitext text/x-wiki == Краткое описание == {{Изображение | Описание = Аман Кекилович Кекилов | Автор = неизвестен | Время создания = 1969 | Источник =https://starina.net/m/KMAPLG | Лицензия = }} {{Обоснование добросовестного использования | статья = Автор:Аман Кекилович Кекилов | цель = ил. | заменяемость = нет | прочее = }} sxdqunts3r17u8lxhsd9qetjgg65nb4 104 1226225 5729047 2026-07-11T15:46:15Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729047 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} Новые впечатления нахлынули на людей, но эти впечатления не могли заглушить того, что произошло в бухте св. Владимира. Навсегда врезались в их память пустынные берега бухты и гулкие взрывы, превратившие «Изумруд» в бесформенную, дымящуюся развалину. М{{ё}}ртвый, он далеко остался позади на камнях, никому уже не нужный из его команды. Но следующие поколения моряков, заплывая в бухту и заглядывая на торчащий из воды изуродованный остов крейсера, ещ{{ё}} долго будут говорить о том, до какого безумия может довести паника на войне. {{heading|24|7. Люди боевых традиций|id=s7}} Броненосец береговой обороны «Адмирал Ушаков» ночью отстал от отряда Небогатова и ш{{ё}}л самостоятельно во Владивосток. В ходовой рубке у штурвала стоял широколицый рулевой, стараясь не сбиться с курса норд-ост 23°. Корабль проходил мимо острова Дажелет, где уцелевшая часть 2‑й эскадры попала в западню. Весть об этом ещ{{ё}} не дошла до «Ушакова», и ему предстояла неизбежная встреча с японцами. Но можно было заранее сказать, что его участь не будет похожа на участь кораблей небогатовского отряда. На этом броненосце были люди иных взглядов на военный долг, вдохновляемые своим командиром. Сказывалось на них влияние и ещ{{ё}} одного человека, который сам отсутствовал, но великое имя его было для лучших моряков олицетворением мужества и славы русского оружия. {{^}} В конце апреля выдался ясный день. Спокойно зыбились воды океанских просторов с лучезарными далями. Залитый лучами тропического солнца, соблюдая кильватерный строй, легко и плавно покачивался военный корабль. Низкобортный, однотипный с «Сенявиным» и «Апраксиным», он особенно выделялся двумя высокими трубами, извергавшими толстые клубы дыма. Завитки дыма, поднимаясь в голубую высь, таяли и напоминали морякам л{{ё}}гкие облачка дал{{ё}}кой родины. Это был броненосец береговой охраны «Адмирал Ушаков».<noinclude><!-- --> <references /> <center>149</center> </div></noinclude> 4j95b41966c1dx21pi3ut0sdt8g2iac 104 1226226 5729048 2026-07-11T16:06:50Z Baraban-uragan 121071 /* Вычитана */ 5729048 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР| этого миѳологическаго образа: насъ же въ данномъ случаѣ занимаетъ главным образомъ только одинъ вопросъ—о принадлежности русалокъ къ заложнымъ покойницамъ. № 1. Послѣ смерти Одесскаго протоіерея Николая Ивановича {{razr|Соколова}} были напечатаны его „воспоминанія и автобіографія“. Дѣтство свое о. Соколовъ провелъ въ {{razr|Орловской}} губ., гл. обр. с. Спасскомъ, {{razr|Мценскаго}} у. (въ первой половинѣ XIX в.). По воспоминаніямъ своего дѣтства, авторъ рисуетъ также и мѣстное народное воззрѣніе на русалокъ. Въ Троицынъ день завивали вѣнки, угощались въ лѣсу, кумились въ вѣнкахъ, стоя подъ аркою связанныхъ вѣтвей, но „спѣшили оставить лѣсъ до заката солнца потому, что съ ночи Троицына да на цѣлую недѣлю {{razr|лѣсомъ}} овладѣвали ''русалки''. Это—молодыя существа женскаго пола, ходятъ голыя, безъ обуви и безъ покрова на головѣ. Тѣло у нихъ бѣлое, какъ снѣг; лицо свѣтлое, какъ восходящая луна; волосы красновато-свѣтлые съ длинными локонами разстилаются по плечамъ. Онѣ легки, какъ пух, быстро перебѣгаютъ отъ дерева къ дереву, перескакиваютъ съ вѣтви на вѣтвь и, качаясь на вѣтвяхъ, чистымъ и нѣжнымъ голосом альта зовутъ подругъ: „кума, кума! приходи!“ Дѣвокъ и молодыхъ жещинъ не любятъ и, когда увидятъ какую въ лѣсу, нападаютъ на нее, срываютъ одежду и вѣтвями прогоняютъ изъ лѣса. Но мужчинъ съ хохотомъ окружаютъ, рвутъ одежды, пока совершенно не сдѣлаютъ голыми, потомъ сзади хватаютъ подъ мышки, щекотаніемъ приводятъ ихъ въ хохотъ и щекотятъ до тѣхъ поръ, пока они не падаютъ въ обморокъ. Тогда, осыпая ихъ поцѣлуями, берутъ на руки и неводиками приносятъ въ домъ и полагаютъ на ихъ постели, а женатаго—къ женѣ подъ бокъ. Стариковъ же и старухъ русалки не любятъ и прячутся; имъ доводится слышать только голоса русалокъ и видѣть, какъ вѣтви колеблются подъ пими, когда онѣ качаются. Одному изъ отважныхъ молодыхъ людей сильно захотѣлось видѣть русалокъ. Чтобы избѣжать щекотанія ихъ, ему посовѣтовали обратиться напередъ къ знахарю. Вотъ какой рецептъ далъ ему знахарь: „когда настанетъ ночь и всѣ лягутъ спать, и ты ляжь на своей постели и не спи, пока всѣ не заснутъ. Когда всѣ захрапятъ, ты поднимись, раздѣнься до гола и надѣнь два креста: одинъ на грудь, другой на спину. Русалки оттого пападаютъ сзади, а не спереди, что боятся креста на груди; а какъ у тебя будетъ висѣть крестъ и на спинѣ, и притомъ ты будешь голъ, то онѣ будутъ играть съ тобой, |этого мифологического образа: нас же в данном случае занимает главным образом только один вопрос — о принадлежности русалок к заложным покойницам. № 1. После смерти Одесского протоиерея Николая Ивановича {{razr|Соколова}} были напечатаны его „воспоминания и автобиография“. Детство свое о. Соколов провел в {{razr|Орловской}} губ., гл. обр. с. Спасском, {{razr|Мценского}} у. (в первой половине XIX в.). По воспоминаниям своего детства, автор рисует также и местное народное воззрение на русалок. В Троицын день завивали венки, угощались в лесу, кумились в венках, стоя под аркою связанных ветвей, но „спешили оставить лес до заката солнца потому, что с ночи Троицына да на целую неделю {{razr|лесом}} овладевали ''русалки''. Это — молодые существа женского пола, ходят голые, без обуви и без покрова на голове. Тело у них белое, как снег; лицо светлое, как восходящая луна; волосы красновато-светлые с длинными локонами расстилаются по плечам. Они легки, как пух, быстро перебегают от дерева к дереву, перескакивают с ветви на ветвь и, качаясь на ветвях, чистым и нежным голосом альта зовут подруг: „кума, кума! приходи!“ Девок и молодых жещин не любят и, когда увидят какую в лесу, нападают на нее, срывают одежду и ветвями прогоняют из леса. Но мужчин с хохотом окружают, рвут одежды, пока совершенно не сделают голыми, потом сзади хватают под мышки, щекотанием приводят их в хохот и щекотят до тех пор, пока они не падают в обморок. Тогда, осыпая их поцелуями, берут на руки и неводиками приносят в дом и полагают на их постели, а женатого — к жене под бок. Стариков же и старух русалки не любят и прячутся; им доводится слышать только голоса русалок и видеть, как ветви колеблются под пими, когда они качаются. Одному из отважных молодых людей сильно захотелось видеть русалок. Чтобы избежать щекотания их, ему посоветовали обратиться наперед к знахарю. Вот какой рецепт дал ему знахарь: „когда настанет ночь и все лягут спать, и ты ляжь на своей постели и не спи, пока все не заснут. Когда все захрапят, ты поднимись, разденься до гола и надень два креста: один на грудь, другой на спину. Русалки оттого пападают сзади, а не спереди, что боятся креста на груди; а как у тебя будет висеть крест и на спине, и притом ты будешь гол, то они будут играть с тобой, }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> kkp1m4j30yu6mbg0dn4czp7af6s8tan 104 1226227 5729049 2026-07-11T16:22:57Z Baraban-uragan 121071 /* Вычитана */ 5729049 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|но до тебя не коснутся“. Парень строго выполнилъ наставленія знахаря. Онъ легъ первый и притворился спящимъ; когда полегло все семейство и заснуло, онъ—долой съ себя рубашку, надѣлъ два креста, так что одинъ висѣлъ на груди, другой на спинѣ, и шмыгъ изъ дому черезъ огородъ, коноплянникъ, ниву—духомъ перелетѣлъ въ лѣсъ. Смотритъ: множество русалокъ! Однѣ качаются по вѣтвямъ, другія водятъ хороводы, иныя поютъ, хохочутъ. Онѣ всѣ были голыя. Тѣла ихъ были бѣлы, какъ снѣгъ; лица сіяли, какъ полная луна; волосы свѣтло-огненные кудрями падали по плечамъ. Парень остолбенѣлъ от страха и восторга. Долго онъ любовался красотою русалокъ, граціозными движеніями, пріятными и звонкими голосами и неподдѣльнымъ восторгомъ и веселіемъ ихъ. Вдругъ русалки затихли и стали неподвижны. Онѣ почуяли духъ человѣка и, взглянувъ въ ту сторону, гдѣ стоялъ парень, вдругъ бросились къ нему съ хохотомъ и рукоплесканіями и окружили его. Каждая хотѣла обнимать и цѣловать парня, но руки и губы не прикасались къ нему. Каждая забѣгала назадъ и старалась схватить подъ мышки, чтобы щекотаніемъ расположить его къ хохоту и веселью; но опять руки ихъ не прикасались къ парню. Тогда парень ободрился; онъ самъ началъ играть съ ними, старался схватить которую-нибудь, но руки его не прикасались къ ней. Онъ пѣлъ и плясалъ съ русалками цѣлую ночь. Къ утру онѣ заманили парня въ кусты на густую и высокую траву и стали качаться по травѣ. Имъ послѣдовалъ и парень. Но вдругъ крестъ, висѣвшій на спинѣ, спалъ съ него. Русалки схватили его сзади подъ мышки и начали щекотать. Онъ хохоталъ до тѣхъ поръ, пока не упалъ замертво. Тогда чуялось ему, что русалки положили его на вѣтви и несли его молча. Вынесли изъ лѣсу; вотъ несутъ его черезъ ниву, коноплянникъ, дворъ, внесли въ избу и, надѣвъ на него рубашку и порты, кладутъ на постелю. Затѣмъ уходятъ и уносятъ вѣтви. Парню все еще слышался вдали хохотъ и пѣсни русалокъ. Наконецъ, онъ заснулъ глубокимъ сномъ. Его едва могъ разбудить отецъ крикомъ: „покуда ты будешь дрыхнуть? вставай! ужъ солнце взошло!“—Объ этой ночи парня у русалокъ знали и разсказывали не только жители нашего села, но и жители сосѣднихъ селѣ. Если бы сдѣлать объ этомъ событіи повальный обыскъ, то подтвердили бы не только крестьяне, но и помѣщики ихъ“. „Послѣ ''Семицкой недѣли'' въ лѣсу уже не бываетъ русалокъ. Одни говорятъ, что онѣ поднимаются вверхъ и живутъ ''на облакахъ''; другіе думаютъ, что онѣ скрываются ''подъ землею'' и спятъ тамъ остальное время года; а иные думаютъ, будто онѣ переселяются ''въ'' |но до тебя не коснутся“. Парень строго выполнил наставления знахаря. Он лег первый и притворился спящим; когда полегло все семейство и заснуло, он — долой с себя рубашку, надел два креста, так что один висел на груди, другой на спине, и шмыг из дому через огород, коноплянник, ниву — духом перелетел в лес. Смотрит: множество русалок! Одни качаются по ветвям, другие водят хороводы, иные поют, хохочут. Они все были голые. Тела их были белы, как снег; лица сияли, как полная луна; волосы светло-огненные кудрями падали по плечам. Парень остолбенел от страха и восторга. Долго он любовался красотою русалок, грациозными движениями, приятными и звонкими голосами и неподдельным восторгом и веселием их. Вдруг русалки затихли и стали неподвижны. Они почуяли дух человека и, взглянув в ту сторону, где стоял парень, вдруг бросились к нему с хохотом и рукоплесканиями и окружили его. Каждая хотела обнимать и целовать парня, но руки и губы не прикасались к нему. Каждая забегала назад и старалась схватить под мышки, чтобы щекотанием расположить его к хохоту и веселью; но опять руки их не прикасались к парню. Тогда парень ободрился; он сам начал играть с ними, старался схватить которую-нибудь, но руки его не прикасались к ней. Он пел и плясал с русалками целую ночь. К утру они заманили парня в кусты на густую и высокую траву и стали качаться по траве. Им последовал и парень. Но вдруг крест, висевший на спине, спал с него. Русалки схватили его сзади под мышки и начали щекотать. Он хохотал до тех пор, пока не упал замертво. Тогда чуялось ему, что русалки положили его на ветви и несли его молча. Вынесли из лесу; вот несут его через ниву, коноплянник, двор, внесли в избу и, надев на него рубашку и порты, кладут на постелю. Затем уходят и уносят ветви. Парню все еще слышался вдали хохот и песни русалок. Наконец, он заснул глубоким сном. Его едва мог разбудить отец криком: „покуда ты будешь дрыхнуть? вставай! уж солнце взошло!“ — Об этой ночи парня у русалок знали и рассказывали не только жители нашего села, но и жители соседних селе. Если бы сделать об этом событии повальный обыск, то подтвердили бы не только крестьяне, но и помещики их“. „После ''Семицкой недели'' в лесу уже не бывает русалок. Одни говорят, что они поднимаются вверх и живут ''на облаках''; другие думают, что они скрываются ''под землею'' и спят там остальное время года; а иные думают, будто они переселяются ''в'' }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> g3jqs9dk8y5xhp5emsvqas051ihf64z 104 1226228 5729050 2026-07-11T16:47:48Z Baraban-uragan 121071 /* Вычитана */ 5729050 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|''рѣки''. Но послѣднее мнѣніе никѣмъ не принимается въ Орловский губерніи: каждому извѣстно, что въ водѣ рѣкъ живетъ Водяной, который принимаетъ въ свои объятія всякаго утопленника и задерживаетъ его, не давая ему жить на воздухѣ… Говорили еще, будто русалки, оставивъ лѣсъ, долго еще остаются на нивахъ и безмолвно катаются въ волнахъ нивы. Но это ложь: на поляхъ есть ''Полевой''“<ref>{{razr|Н. И. Соколовъ}}, Воспоминанія ([https://archive.org/details/Kievskaya_Staryna_1882-1906/Kievskaya_Staryna_1906.pdf Кіевск. Стар. 1906, № 3—4], с. 292)</ref>. № 2. „Пошелъ онъ (плотникъ Гаврила) ''въ лѣсъ'' по орѣхи, и заблудился. Не можетъ найти дороги; а ужъ почь на дворѣ. Вот, и присѣлъ онъ подъ дерево. Задремалъ и слышитъ вдругъ: кто-то его зоветъ. Смотритъ—никого. Онъ опять задремалъ,—опять зовут. Онъ опять глядитъ, глядитъ: а передъ нимъ на вѣткѣ русалка сидит, качается и его къ себѣ зоветь, а сама помираетъ со смѣху, смѣется. А мѣсяць-то свѣтилъ сильно, все видно. Вотъ, зоветъ она его, и такая сама вся свѣтленькая, бѣленькая сидитъ на вѣткѣ, словно плотичка какая или пескарь. Гаврила-то такъ и обмеръ, а она, знай, хохочетъ да его все къ себѣ этакъ рукой зоветь. Ужъ Гаврила было и встал послушался было русалки, да знать, Господь его надоумилъ: на себя кресть. А ужъ какъ ему было трудно крестъ-то класть; рука, просто, какъ каменная, не ворочается. Какъ положилъ кресть, русалочка-то и смѣяться перестала, да вдругъ какъ заплачет. Плачетъ она, глаза волосами утираетъ, а волоса у нея зеленые, что твоя копопля.—„Чего ты, лѣсное зелье, плачешь?„—“Не креститься бы тебѣ, человѣче, жить бы тебѣ со мной на воселіи до конца дней; а плачу я, убиваюсь оттого, что ты крестился; да не я одна убиваться буду: убивайся же и ты до конца дней“. Тутъ она пропала, а Гарилѣ тотчасъ и понятственно стало, какъ ему изъ лѣсу выйти. А только съ тѣхъ поръ вотъ онъ все невеселый ходитъ. — Да какъ же это можетъ этакая лѣсная ''нечисть'' христіанскую душу испортить?! Защекотать она его хотѣла. Это ихнее дѣло, этихъ русалок-то. А, вѣдь, вотъ и здѣсь должны быть русалки? Нѣтъ, здесь мѣсто чистое, вольное. Одно: рѣка близко“<ref>{{razr|И. С. Тургеневъ}}, [[w:Записки охотника|Записки охотника]]. Бъжинъ лугъ. (Разговоръ крестьянскихъ мальчиковъ Орловской губ.).</ref>. № 3. Въ {{razr|Калужской}} губ. „къ русалкамъ относятъ женщин, наложившихъ на себя руки. Получивъ въ свое владѣніе подобную |''реки''. Но последнее мнение никем не принимается в Орловский губернии: каждому известно, что в воде рек живет Водяной, который принимает в свои объятия всякого утопленника и задерживает его, не давая ему жить на воздухе… Говорили еще, будто русалки, оставив лес, долго еще остаются на нивах и безмолвно катаются в волнах нивы. Но это ложь: на полях есть ''Полевой''“<ref>{{razr|Н. И. Соколов}}, Воспоминания ([https://archive.org/details/Kievskaya_Staryna_1882-1906/Kievskaya_Staryna_1906.pdf Киевск. Стар. 1906, № 3—4], с. 292)</ref>. № 2. „Пошел он (плотник Гаврила) ''в лес'' по орехи, и заблудился. Не может найти дороги; а уж почь на дворе. Вот, и присел он под дерево. Задремал и слышит вдруг: кто-то его зовет. Смотрит — никого. Он опять задремал, — опять зовут. Он опять глядит, глядит: а перед ним на ветке русалка сидит, качается и его к себе зоветь, а сама помирает со смеху, смеется. А месяць-то светил сильно, все видно. Вот, зовет она его, и такая сама вся светленькая, беленькая сидит на ветке, словно плотичка какая или пескарь. Гаврила-то так и обмер, а она, знай, хохочет да его все к себе этак рукой зоветь. Уж Гаврила было и встал послушался было русалки, да знать, Господь его надоумил: на себя кресть. А уж как ему было трудно крест-то класть; рука, просто, как каменная, не ворочается. Как положил кресть, русалочка-то и смеяться перестала, да вдруг как заплачет. Плачет она, глаза волосами утирает, а волоса у нее зеленые, что твоя копопля. — „Чего ты, лесное зелье, плачешь?„ — “Не креститься бы тебе, человече, жить бы тебе со мной на воселии до конца дней; а плачу я, убиваюсь оттого, что ты крестился; да не я одна убиваться буду: убивайся же и ты до конца дней“. Тут она пропала, а Гариле тотчас и понятственно стало, как ему из лесу выйти. А только с тех пор вот он все невеселый ходит. — Да как же это может этакая лесная ''нечисть'' христианскую душу испортить?! Защекотать она его хотела. Это ихнее дело, этих русалок-то. А, ведь, вот и здесь должны быть русалки? Нет, здесь место чистое, вольное. Одно: река близко“<ref>{{razr|И. С. Тургенев}}, [[w:Записки охотника|Записки охотника]]. Бъжин луг. (Разговор крестьянских мальчиков Орловской губ.).</ref>. № 3. В {{razr|Калужской}} губ. „к русалкам относят женщин, наложивших на себя руки. Получив в свое владение подобную }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 5si2mg73blk2495scrnugmu3407zdhn 5729051 5729050 2026-07-11T17:06:37Z Baraban-uragan 121071 опечатки 5729051 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|''рѣки''. Но послѣднее мнѣніе никѣмъ не принимается въ Орловский губерніи: каждому извѣстно, что въ водѣ рѣкъ живетъ Водяной, который принимаетъ въ свои объятія всякаго утопленника и задерживаетъ его, не давая ему жить на воздухѣ… Говорили еще, будто русалки, оставивъ лѣсъ, долго еще остаются на нивахъ и безмолвно катаются въ волнахъ нивы. Но это ложь: на поляхъ есть ''Полевой''“<ref>{{razr|Н. И. Соколовъ}}, Воспоминанія ([https://archive.org/details/Kievskaya_Staryna_1882-1906/Kievskaya_Staryna_1906.pdf Кіевск. Стар. 1906, № 3—4], с. 292)</ref>. № 2. „Пошелъ онъ (плотникъ Гаврила) ''въ лѣсъ'' по орѣхи, и заблудился. Не можетъ найти дороги; а ужъ ночь на дворѣ. Вот, и присѣлъ онъ подъ дерево. Задремалъ и слышитъ вдругъ: кто-то его зоветъ. Смотритъ—никого. Онъ опять задремалъ,—опять зовут. Онъ опять глядитъ, глядитъ: а передъ нимъ на вѣткѣ русалка сидит, качается и его къ себѣ зоветь, а сама помираетъ со смѣху, смѣется. А мѣсяць-то свѣтилъ сильно, все видно. Вотъ, зоветъ она его, и такая сама вся свѣтленькая, бѣленькая сидитъ на вѣткѣ, словно плотичка какая или пескарь. Гаврила-то такъ и обмеръ, а она, знай, хохочетъ да его все къ себѣ этакъ рукой зовет. Ужъ Гаврила было и встал послушался было русалки, да знать, Господь его надоумилъ: положилъ на себя крестъ. А ужъ какъ ему было трудно крестъ-то класть; рука, просто, какъ каменная, не ворочается. Какъ положилъ крестъ, русалочка-то и смѣяться перестала, да вдругъ какъ заплачет. Плачетъ она, глаза волосами утираетъ, а волоса у нея зеленые, что твоя копопля.—„Чего ты, лѣсное зелье, плачешь?„—“Не креститься бы тебѣ, человѣче, жить бы тебѣ со мной на веселіи до конца дней; а плачу я, убиваюсь оттого, что ты крестился; да не я одна убиваться буду: убивайся же и ты до конца дней“. Тутъ она пропала, а Гарилѣ тотчасъ и понятственно стало, какъ ему изъ лѣсу выйти. А только съ тѣхъ поръ вотъ онъ все невеселый ходитъ. — Да какъ же это можетъ этакая лѣсная ''нечисть'' христіанскую душу испортить?! Защекотать она его хотѣла. Это ихнее дѣло, этихъ русалок-то. А, вѣдь, вотъ и здѣсь должны быть русалки? Нѣтъ, здесь мѣсто чистое, вольное. Одно: рѣка близко“<ref>{{razr|И. С. Тургеневъ}}, [[w:Записки охотника|Записки охотника]]. Бъжинъ лугъ. (Разговоръ крестьянскихъ мальчиковъ Орловской губ.).</ref>. № 3. Въ {{razr|Калужской}} губ. „къ русалкамъ относятъ женщин, наложившихъ на себя руки. Получивъ въ свое владѣніе подобную |''реки''. Но последнее мнение никем не принимается в Орловский губернии: каждому известно, что в воде рек живет Водяной, который принимает в свои объятия всякого утопленника и задерживает его, не давая ему жить на воздухе… Говорили еще, будто русалки, оставив лес, долго еще остаются на нивах и безмолвно катаются в волнах нивы. Но это ложь: на полях есть ''Полевой''“<ref>{{razr|Н. И. Соколов}}, Воспоминания ([https://archive.org/details/Kievskaya_Staryna_1882-1906/Kievskaya_Staryna_1906.pdf Киевск. Стар. 1906, № 3—4], с. 292)</ref>. № 2. „Пошел он (плотник Гаврила) ''в лес'' по орехи, и заблудился. Не может найти дороги; а уж ночь на дворе. Вот, и присел он под дерево. Задремал и слышит вдруг: кто-то его зовет. Смотрит — никого. Он опять задремал, — опять зовут. Он опять глядит, глядит: а перед ним на ветке русалка сидит, качается и его к себе зоветь, а сама помирает со смеху, смеется. А месяць-то светил сильно, все видно. Вот, зовет она его, и такая сама вся светленькая, беленькая сидит на ветке, словно плотичка какая или пескарь. Гаврила-то так и обмер, а она, знай, хохочет да его все к себе этак рукой зовет. Уж Гаврила было и встал послушался было русалки, да знать, Господь его надоумил: положил на себя крест. А уж как ему было трудно крест-то класть; рука, просто, как каменная, не ворочается. Как положил крест, русалочка-то и смеяться перестала, да вдруг как заплачет. Плачет она, глаза волосами утирает, а волоса у нее зеленые, что твоя копопля. — „Чего ты, лесное зелье, плачешь?„ — “Не креститься бы тебе, человече, жить бы тебе со мной на веселии до конца дней; а плачу я, убиваюсь оттого, что ты крестился; да не я одна убиваться буду: убивайся же и ты до конца дней“. Тут она пропала, а Гариле тотчас и понятственно стало, как ему из лесу выйти. А только с тех пор вот он все невеселый ходит. — Да как же это может этакая лесная ''нечисть'' христианскую душу испортить?! Защекотать она его хотела. Это ихнее дело, этих русалок-то. А, ведь, вот и здесь должны быть русалки? Нет, здесь место чистое, вольное. Одно: река близко“<ref>{{razr|И. С. Тургенев}}, [[w:Записки охотника|Записки охотника]]. Бъжин луг. (Разговор крестьянских мальчиков Орловской губ.).</ref>. № 3. В {{razr|Калужской}} губ. „к русалкам относят женщин, наложивших на себя руки. Получив в свое владение подобную }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 2lrgn6r81kzoehm62o0gdr3w6k9lggb 5729097 5729051 2026-07-11T19:38:20Z Baraban-uragan 121071 исправление 5729097 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|''рѣки''. Но послѣднее мнѣніе никѣмъ не принимается въ Орловский губерніи: каждому извѣстно, что въ водѣ рѣкъ живетъ Водяной, который принимаетъ въ свои объятія всякаго утопленника и задерживаетъ его, не давая ему жить на воздухѣ… Говорили еще, будто русалки, оставивъ лѣсъ, долго еще остаются на нивахъ и безмолвно катаются въ волнахъ нивы. Но это ложь: на поляхъ есть ''Полевой''“<ref>{{razr|Н. И. Соколовъ}}, Воспоминанія ([https://archive.org/details/Kievskaya_Staryna_1882-1906/Kievskaya_Staryna_1906.pdf Кіевск. Стар. 1906, № 3—4], с. 292)</ref>. № 2. „Пошелъ онъ (плотникъ Гаврила) ''въ лѣсъ'' по орѣхи, и заблудился. Не можетъ найти дороги; а ужъ ночь на дворѣ. Вот, и присѣлъ онъ подъ дерево. Задремалъ и слышитъ вдругъ: кто-то его зоветъ. Смотритъ—никого. Онъ опять задремалъ,—опять зовут. Онъ опять глядитъ, глядитъ: а передъ нимъ на вѣткѣ русалка сидит, качается и его къ себѣ зоветь, а сама помираетъ со смѣху, смѣется. А мѣсяць-то свѣтилъ сильно, все видно. Вотъ, зоветъ она его, и такая сама вся свѣтленькая, бѣленькая сидитъ на вѣткѣ, словно плотичка какая или пескарь. Гаврила-то такъ и обмеръ, а она, знай, хохочетъ да его все къ себѣ этакъ рукой зовет. Ужъ Гаврила было и встал послушался было русалки, да знать, Господь его надоумилъ: положилъ на себя крестъ. А ужъ какъ ему было трудно крестъ-то класть; рука, просто, какъ каменная, не ворочается. Какъ положилъ крестъ, русалочка-то и смѣяться перестала, да вдругъ какъ заплачет. Плачетъ она, глаза волосами утираетъ, а волоса у нея зеленые, что твоя копопля.—„Чего ты, лѣсное зелье, плачешь?„—“Не креститься бы тебѣ, человѣче, жить бы тебѣ со мной на веселіи до конца дней; а плачу я, убиваюсь оттого, что ты крестился; да не я одна убиваться буду: убивайся же и ты до конца дней“. Тутъ она пропала, а Гарилѣ тотчасъ и понятственно стало, какъ ему изъ лѣсу выйти. А только съ тѣхъ поръ вотъ онъ все невеселый ходитъ. — Да какъ же это можетъ этакая лѣсная ''нечисть'' христіанскую душу испортить?! Защекотать она его хотѣла. Это ихнее дѣло, этихъ русалок-то. А, вѣдь, вотъ и здѣсь должны быть русалки? Нѣтъ, здесь мѣсто чистое, вольное. Одно: рѣка близко“<ref>{{razr|И. С. Тургеневъ}}, [[w:Записки охотника|Записки охотника]]. Бѣжинъ лугъ. (Разговоръ крестьянскихъ мальчиковъ Орловской губ.).</ref>. № 3. Въ {{razr|Калужской}} губ. „къ русалкамъ относятъ женщин, наложившихъ на себя руки. Получивъ въ свое владѣніе подобную |''реки''. Но последнее мнение никем не принимается в Орловский губернии: каждому известно, что в воде рек живет Водяной, который принимает в свои объятия всякого утопленника и задерживает его, не давая ему жить на воздухе… Говорили еще, будто русалки, оставив лес, долго еще остаются на нивах и безмолвно катаются в волнах нивы. Но это ложь: на полях есть ''Полевой''“<ref>{{razr|Н. И. Соколов}}, Воспоминания ([https://archive.org/details/Kievskaya_Staryna_1882-1906/Kievskaya_Staryna_1906.pdf Киевск. Стар. 1906, № 3—4], с. 292)</ref>. № 2. „Пошел он (плотник Гаврила) ''в лес'' по орехи, и заблудился. Не может найти дороги; а уж ночь на дворе. Вот, и присел он под дерево. Задремал и слышит вдруг: кто-то его зовет. Смотрит — никого. Он опять задремал, — опять зовут. Он опять глядит, глядит: а перед ним на ветке русалка сидит, качается и его к себе зоветь, а сама помирает со смеху, смеется. А месяць-то светил сильно, все видно. Вот, зовет она его, и такая сама вся светленькая, беленькая сидит на ветке, словно плотичка какая или пескарь. Гаврила-то так и обмер, а она, знай, хохочет да его все к себе этак рукой зовет. Уж Гаврила было и встал послушался было русалки, да знать, Господь его надоумил: положил на себя крест. А уж как ему было трудно крест-то класть; рука, просто, как каменная, не ворочается. Как положил крест, русалочка-то и смеяться перестала, да вдруг как заплачет. Плачет она, глаза волосами утирает, а волоса у нее зеленые, что твоя копопля. — „Чего ты, лесное зелье, плачешь?„ — “Не креститься бы тебе, человече, жить бы тебе со мной на веселии до конца дней; а плачу я, убиваюсь оттого, что ты крестился; да не я одна убиваться буду: убивайся же и ты до конца дней“. Тут она пропала, а Гариле тотчас и понятственно стало, как ему из лесу выйти. А только с тех пор вот он все невеселый ходит. — Да как же это может этакая лесная ''нечисть'' христианскую душу испортить?! Защекотать она его хотела. Это ихнее дело, этих русалок-то. А, ведь, вот и здесь должны быть русалки? Нет, здесь место чистое, вольное. Одно: река близко“<ref>{{razr|И. С. Тургенев}}, [[w:Записки охотника|Записки охотника]]. Бежин луг. (Разговор крестьянских мальчиков Орловской губ.).</ref>. № 3. В {{razr|Калужской}} губ. „к русалкам относят женщин, наложивших на себя руки. Получив в свое владение подобную }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> jdi1angbcu9nhig17g56xrj6hymebsn 104 1226229 5729054 2026-07-11T17:27:48Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729054 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} По мостику тяж{{ё}}лой и уверенной поступью прохаживался, покуривая папиросу, высокий и плечистый рыжеватый моряк. Его полнокровное лицо с раздвоенным подбородком, с большими медно-красными усами было спокойно. Во всей могучей фигуре моряка, в его осанке и решительных движениях было что-то властное и покоряющее. Среди своих людей он слыл героем моря, мужественным человеком с большими страстями. А глядя на него со стороны, можно было подумать, что это прохаживается после удачной добычи типичный корсар. Эта роль на сцене подошла бы ему по внешности без всякого грима, если только сбросить с его крупного носа круглые очки. Но таким он только казался. На самом же деле, это был замечательный командир судна — капитан 1‑го ранга Владимир Николаевич Миклуха-Маклай, родной брат знаменитого русского путешественника и первого исследователя островов Микронезии. Миклуха-Маклай был незаурядным человеком, обладал большими знаниями по военно-морской тактике. Правда, нехоженых путей в новые земли он не открыл, как его брат, но много плавал на разных кораблях и считался опытным моряком. Его не прельщало повышение в чинах. Боевой, он стремился скорее попасть на войну. Особенно ему хотелось сразиться с японцами. Он хорошо их знал, долгое время плавая командиром на пароходе Добровольного флота «Владивосток» у берегов Японии. Впервые он попал на корабль, будучи ещ{{ё}} гимназистом. Море увлекло Миклуху-подростка: он поступил в Морской кадетский корпус. Там он примкнул к передовой молод{{ё}}жи и состоял членом «Китоловного общества», распространявшего запрещ{{ё}}нную литературу. Об этом узнало Третье отделение и произвело у Миклухи обыск. С этого дня и до окончания Морского корпуса он находился под подозрением. Но и впоследствии он продолжал поддерживать связь с лейтенантом Сухановым и другими революционерами-моряками и хранил у себя на квартире нелегальную литературу. Миклуха всегда отличался храбростью. Служа во время турецкой войны на пароходе, обращ{{ё}}нном в крейсер, он однажды дн{{ё}}м, стоя на вахте, заметил на горизонте неприятельский броненосец. Не спросив разре-<noinclude><!-- --> <references /> <center>150</center> </div></noinclude> k18qequth6omo65xz765w9nw0meqm7v 104 1226230 5729055 2026-07-11T17:31:20Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729055 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>шения командира, он изменил курс и пош{{ё}}л прямо навстречу противнику. В это время вышел на палубу командир. Он немедленно отправил Миклуху под арест, а сам повернул корабль на обратный курс. Родом Миклуха происходил из запорожских казаков. В детстве он был очень драчлив, не спускал обид мальчикам старше себя и часто приходил домой сам избитый и изодранный. Вспыльчивостью он отличался и в старшем возрасте. В приморском городе Николаеве у него произошло столкновение с офицером, оскорбившим его жену. Офицер был чином старше Миклухи. Но Миклуха по своей горячности не утерпел и дал оскорбительную оплеуху, зная напер{{ё}}д, что за такой поступок ему грозит военный суд. А физически он был очень сил{{ё}}н: крестился двухпудовой гирей и в шутку не раз, ухватившись за заднее колесо, останавливал одноконную повозку. Можно представить, какой тяж{{ё}}лый удар получил его противник, но Миклуха избег военного суда. По телеграфу он попросил свою мать, проживавшую в Петербурге, подать задним числом на «высочайшее имя» прошение об отставке. Отставка была принята, и он судился как штатский человек. Миклуха отделался штрафом в двадцать пять рублей. В отставке Миклуха прослужил несколько лет — сперва старшим офицером, потом командиром корабля Добровольного флота на Дальнем Востоке. Призвание опять влекло его в военный флот. В 1882 году он вернулся в Петербург и, снова поступив на военно-морскую службу, плавал на кораблях в Ч{{ё}}рном море. И здесь он скоро проявил себя смелым моряком. Был такой случай. В Севастопольской бухте стояло боевое судно особой конструкции, построенное по проекту адмирала Попова. Оно было круглое, как колесо, и быстро пов{{ё}}ртывалось, что повышало боевые качества этой плавучей батареи. Броненосец назывался «Адмирал Попов». Он имел очень низкие борта, передвигался медленно, как черепаха. Командиры боялись выходить на н{{ё}}м в море, думая, что он сразу затонет в случае шторма. Каждый из них, узнав, что будет приказ о переводе этого странного судна из Севастополя в Николаев для достройки, заранее под разными предлогами списывался с него на берег. И только Миклуха-Маклай, когда был<noinclude><!-- --> <references /> <center>151</center> </div></noinclude> muurc77hbabjrsccdewuacpv020qqtw 104 1226231 5729056 2026-07-11T17:32:42Z Baraban-uragan 121071 /* Вычитана */ 5729056 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|женскую душу, главный начальникъ злыхъ духовъ даетъ повелѣніе {{razr|варить}} ее въ котлѣ, съ разными снадобьями и зельями, отчего женщина дѣлается необыкновенною красавицею и ''вѣчноюною''; онѣ живутъ обыкновенно въ рѣкахъ, а съ Тройцына дня до Петрова странствуютъ по землѣ, витаютъ въ лѣсахъ, избирая себѣ пріютомъ старыя деревья, особенно дубы; качаются на древесныхъ сучьяхъ, разматываютъ пряжу, похищая ее у поселянокъ, которыя ложатся спать безъ молитвы.—Воображеніе народа рисуетъ русалокъ нагими и съ распущенными волосами. Русалки {{razr|ненавидятъ женщинъ}} и прельщаютъ мужчинъ. Ни одинъ мужчина не можетъ устоять противъ ослѣпительной ихъ красоты, и при первомъ взглядѣ влюбляется. Лѣтъ 80 тому назадъ одинъ крестьянинъ былъ очарованъ прелестями русалки. Страсть его продолжалась болѣе десяти лѣтъ. Ни одинъ знахарь не могъ исцѣлить его. Однажды, когда топилась печь, парень увидѣлъ въ огнѣ предметъ своей любви. Вообразивъ, что его возлюбленная горитъ, и желая ее спасти, онъ бросился въ топившуюся печь и погибъ. Шестая недѣля послѣ Пасхи, т. е. недѣля передъ Тройцынымъ днемъ, извѣстна подъ именемъ ''русальской''. По преданію, она получила свое названіе оттого, что русалки посвящаютъ ее своимъ забавамъ и увеселеніямъ, празднуютъ свои {{razr|свадьбы}}, качаются на деревьяхъ, плаваютъ, кружатся и поютъ свои пѣсни. Только исключительно въ продолженіе этой недѣли русалки {{razr|видимы}} для человѣка. Въ это-то время онѣ и стараются заманить въ свои сѣти парней, съ которыми потомъ и проводятъ часы полдня и полуночи“<ref>М. {{razr|Попроцкій}}. Калужская губернія, II, 1864, с. 158—159.</ref>. № 4. „Кромѣ лѣшихъ, въ нашихъ (Чернскаго у. {{razr|Тульск}}. губ.) ''въ лесах'' водятся еще русалки, но ихъ теперь стало меньше и не такъ стали онѣ опасны для человѣка… Русалки въ лѣсу или качаются на ветвяхъ березы, или сидятъ подъ деревомъ съ корзинками въ рукахъ, въ которыхъ носятъ ягоды, орѣхи, бублики, калачи, и этимъ заманиваютъ къ себѣ маленькихъ ребятъ и защекочиваютъ, а потомъ и радуются. Во время цвѣтенія хлѣба русалки гуляютъ во ржи. Похожи онѣ на дѣвушекъ, ''красивы'' станомъ и лицомъ, съ распущенными длинными зелеными волосами и одежды не имѣютъ. Чтобы избавиться отъ русалокъ, надо очертить кругъ около тебя и закрестить, или же взять ''кочергу'' и на ней подъѣхать къ нимъ. Въ первомъ случаѣ онѣ не переступятъ запрещенной черты и  |женскую душу, главный начальник злых духов дает повеление {{razr|варить}} ее в котле, с разными снадобьями и зельями, отчего женщина делается необыкновенною красавицею и ''вечноюною''; они живут обыкновенно в реках, а с Тройцына дня до Петрова странствуют по земле, витают в лесах, избирая себе приютом старые деревья, особенно дубы; качаются на древесных сучьях, разматывают пряжу, похищая ее у поселянок, которые ложатся спать без молитвы. — Воображение народа рисует русалок нагими и с распущенными волосами. Русалки {{razr|ненавидят женщин}} и прельщают мужчин. Ни один мужчина не может устоять против ослепительной их красоты, и при первом взгляде влюбляется. Лет 80 тому назад один крестьянин был очарован прелестями русалки. Страсть его продолжалась более десяти лет. Ни один знахарь не мог исцелить его. Однажды, когда топилась печь, парень увидел в огне предмет своей любви. Вообразив, что его возлюбленная горит, и желая ее спасти, он бросился в топившуюся печь и погиб. Шестая неделя после Пасхи, т. е. неделя перед Тройцыным днем, известна под именем ''русальской''. По преданию, она получила свое название оттого, что русалки посвящают ее своим забавам и увеселениям, празднуют свои {{razr|свадьбы}}, качаются на деревьях, плавают, кружатся и поют свои песни. Только исключительно в продолжение этой недели русалки {{razr|видимы}} для человека. В это-то время они и стараются заманить в свои сети парней, с которыми потом и проводят часы полдня и полуночи“<ref>М. {{razr|Попроцкий}}. Калужская губерния, II, 1864, с. 158—159.</ref>. № 4. „Кроме леших, в наших (Чернского у. {{razr|Тульск}}. губ.) ''в лесах'' водятся еще русалки, но их теперь стало меньше и не так стали они опасны для человека… Русалки в лесу или качаются на ветвях березы, или сидят под деревом с корзинками в руках, в которых носят ягоды, орехи, бублики, калачи, и этим заманивают к себе маленьких ребят и защекочивают, а потом и радуются. Во время цветения хлеба русалки гуляют во ржи. Похожи они на девушек, ''красивы'' станом и лицом, с распущенными длинными зелеными волосами и одежды не имеют. Чтобы избавиться от русалок, надо очертить круг около тебя и закрестить, или же взять ''кочергу'' и на ней подъехать к ним. В первом случае они не переступят запрещенной черты и  }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> f8s4cnmd6uutwthqpogajr08m1crpgs 104 1226232 5729058 2026-07-11T17:35:40Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729058 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>назначен на него командиром, не испугался выполнить приказ. Миклуха хорошо знал современный паровой корабль. Будучи в течение нескольких лет старшим офицером на броненосце «Двенадцать апостолов», он пользовался там заслуженным авторитетом. Но в парусном деле он доходил до виртуозности. Ему особенно нравился шлюпочный спорт. На гонках он всегда брал призы. Однажды во время свежего ветра на броненосце «Двенадцать апостолов», стоявшем на якоре, между офицерами загорелся спор, можно ли в такую погоду обойти эскадру на парусной шлюпке. Все офицеры пришли к заключению, что нельзя. Тогда Миклуха предложил им пари. Он отправился в путь на баркасе. Почти весь экипаж броненосца с замиранием сердца и в то же время с каким-то восторгом следил, как Миклуха блестяще огибает эскадру под одними только парусами, без руля. Но больше всего поразило людей то, что он в{{ё}}л свой баркас кормою впер{{ё}}д. На корабль он вернулся в установленное время и выиграл пари. В обыденной жизни Миклуха был суетлив, криклив, любил ругнуться, но как только наступала опасность — шторм, аврал или те угрожающие неожиданности, которые так свойственны практике морской жизни, — он каменел. В такие тяж{{ё}}лые минуты от него никто уже не слышал ни крика, ни бессмысленной брани, ни лишних слов. Он преображался, являя собою образец выдержки и спокойной рассудительности. По своим способностям он должен был бы командовать лучшим, новейшим корабл{{ё}}м, а не маленьким броненосцем береговой обороны. Но Миклуха, ничего не имевший общего с затхлой обстановкой царского режима, загубил свою карьеру только тем, что посмел остаться самим собою перед лицом начальства. Его затирали по службе и давали ему в командование плохонькие суда, особенно после одного случая. На парусном крейсере, которым командовал Миклуха, был адмиральский смотр. Шло учение по смене марселей, и вс{{ё}} под руководством командира делалось превосходно. На мостике, рядом с Миклухой, стоял адмирал. Этому заядлому чиновнику мало было того, что корабль находился в порядке, ему хотелось, чтобы коман-<noinclude><!-- --> <references /> <center>152</center> </div></noinclude> bjf9ctknf8cy3sr1f0i4wooy3cntv1l 104 1226233 5729059 2026-07-11T17:39:25Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729059 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>дир лебезил и угодничал перед его высокой особой. На это Миклуха был неспособен. Он стоял в независимой позе, с удовлетворением наблюдая ч{{ё}}ткое выполнение его приказаний матросами. Адмирал, взглянув на него, почувствовал внезапное раздражение и, не зная, к чему придраться, грубо буркнул: — Что это у вас делается на правом ноке? Миклуха хладнокровно, но с явной иронией ответил: — А вы, ваше превосходительство, взгляните, что делается на левом ноке. Никто и никогда так не смел разговаривать с адмиралом. На секунду он оторопел, а потом впал в ярость и закричал: — Что я слышу?! Я не в шутки с вами играю! Вс{{ё}} вижу! Это не корабль, а… Адмирал ввернул неприличное выражение и закончил фразу грубой бранью. Миклуха сверкнул очками, глядя на него в упор: — Здесь не трактир, ваше превосходительство, а военный корабль его величества. И вы не ломовой извозчик. Я прошу вас выражаться здесь, нНа мостике, как надлежит русскому адмиралу и воспитанному человеку. После этого Миклуха уже не мог продвигаться впер{{ё}}д по службе. С тех пор прошло много лет, но годы не изменили характер Миклухи-Маклая. Он остался таким же горячим и бесстрашным. Нового в н{{ё}}м замечалось только то, что он стал больше нервничать. Вероятно, на него действовала спешность посылки 3‑й эскадры, е{{ё}} неподготовленность. Иногда он впадал в такое раздражение, что, казалось, не в силах был сдержать себя. В такие минуты от него не раз попадало провинившимся в ч{{ё}}м-нибудь матросам. Случалось, что он ткн{{ё}}т в лицо матросу культяпой правой рукой (пальцы у него были оторваны случайным выстрелом из охотничьего ружья) и тут же сконфузится, и тем дело кончалось. Хотя Миклуха и делал это в запальчивости сам, но он не позволял так поступать своим офицерам. Он даже преследовал тех из них, которые плохо относились к матросам. Миклуха пользовался большим уважением всей команды и офицеров, — те и другие верили в него, как в лучшего боево-<noinclude><!-- --> <references /> <center>153</center> </div></noinclude> bj60dfzy4nibe1cb2l53mnqk5pd93tt 104 1226234 5729060 2026-07-11T17:43:18Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729060 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>го командира. Броненосец под его руководством был вполне подготовлен к встрече с противником. Прохаживаясь под тентом по мостику, Миклуха выкуривал одну папироску за другой и изредка останавливался, задумчиво глядя сквозь очки впер{{ё}}д. Там шли корабли. На флагманском броненосце, где находился адмирал Небогатов, поднимались и спускались сигнальные флаги. Лучистое тропическое солнце немилосердно накаляло горячим зноем верхнюю палубу. На мостик поднимался, медленно передвигая толстые ноги, старший офицер капитан 2‑го ранга Мусатов, полнотелый блондин, среднего роста, с небольшой гладко расч{{ё}}санной бородкой. Ходил он вразвалку, как селезень, и при виде его матросы издали подшучивали: «Баркас плыв{{ё}}т». Приблизившись к командиру, Мусатов вытянулся перед ним, приложил руку к козырьку и заговорил: — Владимир Николаевич! Офицеры с радостью узнали, что мы скоро соединимся с эскадрой Рожественского. Вдобавок некоторые повышены в чинах. В честь этих событий мы решили устроить праздничный обед с шампанским, и мне поручено просить вас сегодня в кают-компанию. — Благодарю вас, Александр Александрович. С удовольствием приду разделить с вами компанию за столом. Момент вышел самый подходящий для этого. Кстати, нам нужно будет поговорить кой о ч{{ё}}м. На баке группа матросов убирала палубу. От природы угрюмый и сосредоточенный человек, квартирмейстер Василий Прокопович молча наблюдал за ними. Около людей, похрюкивая, разгуливал п{{ё}}стрый боров. Матросы избаловали его сахаром, поэтому он всегда ходил за ними, выпрашивая подачку. И сейчас он не отставал от них, изнывая от жары. Прокопович долго смотрел на борова хозяйским глазом и распорядился облить его водой. Один из матросов вооружился шлангом. С треском забила прохладная струя, под которую боров с удовольствием подставлял бока. — Сюда… Калган, скорей… Только тебя не хвата-ло! — крикнул один из матросов. Каштановая дворняжка, любимица всей команды, виляя лихо закорюченным на спину пушистым хвостом,<noinclude><!-- --> <references /> <center>154</center> </div></noinclude> a3rw48zd3w9mrxuc96wmoeue30r4ww0 104 1226235 5729061 2026-07-11T17:47:55Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729061 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>обежала людей, обнюхивая каждого из них и осторожно сторонясь лужи воды на палубе. Облитый боров пош{{ё}}л в сторону кормы, но ему преградил дорогу Калган. В игривой позе он остановился перед ним, с любопытством разглядывая тяж{{ё}}лую, неповоротливую тушу животного. Без всякой злобы, словно только для порядка, собака раза два тявкнула на борова, а тот на это тряхнул длинными ушами, попятился назад и уставился на не{{ё}} маленькими и сонными, в белых ресницах, глазами. В загородке, прося корма, повизгивали ещ{{ё}} две свиньи. Они принадлежали к китайской породе и отличались злобностью. Поэтому на палубу их не выпускали. Оставив в покое борова, Калган подбежал и к ним, носом потянул в себя воздух, но тут же замотал головой от запаха свиного навоза и расчихался. Точно обходя свои владения, Калган направился к большой деревянной клетке с утками. Они встретили его беспокойным кряканьем. А он, потешно повернув голову набок, долго вглядывался в них, как бы дожидаясь, когда они замолкнут. Но утки, надрываясь, крякали часто и по-весеннему неу{{ё}}мно. Калган с подскоком громко один раз тявкнул на них, словно приказал им не шуметь, и побежал дальше от них по палубе. На баке, тихо разговаривая между собою, появились минно-артиллерийский содержатель — квартирмейстер Илья Воробь{{ё}}в и боцман Григорий Митрюков. Вдруг Воробь{{ё}}в разразился таким смехом, что затряслась вся его здоровенная фигура. Он вынул из кармана лист почтовой бумаги и, повернув к боцману смуглое с крупными чертами лицо, заговорил: — Ты не веришь, что у Звягина столько же ума в голове, сколько у нищего денег в кармане. А я удивляюсь, как это такого человека в кондукторы произвели. Вот полюбуйся, какими делами занимается мой непосредственный начальник. Сегодня утром я в арсенале убирался. Смотрю — под кле{{ё}}нкой письмо. Слушай, что Звягин пишет жене. Прокопович, а за ним и матросы обернулись к разговаривавшим и прислушались. А Воробь{{ё}}в, широко улыбаясь, начал читать: — «Милая Маруся. Бриллиант мой чистой воды. Пишу тебе из дал{{ё}}ких стран. Плыв{{ё}}м уже мимо Китая. Мно-<noinclude><!-- --> <references /> <center>155</center> </div></noinclude> nloupmq1sc7kuky1b47pst553l9hlxk 104 1226236 5729062 2026-07-11T17:53:38Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729062 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>го насмотрелся я на невиданных людей и земель. Я ведь теперь дослужился до больших чинов и стал вроде как армейский полковник. И такое же большое получаю жалованье. Мне от всех поч{{ё}}т. Много стало у меня подчин{{ё}}нных. Но есть у меня Воробь{{ё}}в — противный человек. Я его скоро выгоню. И вестового дали мне. Он мне чистит ботинки и одежду. А я его бью и вс{{ё}} по морде…» Боцман, русый плотный человек, с выдающейся впер{{ё}}д грудью, откинулся назад и громким хохотом прервал чтение, приговаривая и давясь от приступов смеха: — Ах, хвастунишка. Трус несчастный. Вот распотешил, пьянчужка, как балаганщик на ярмарке. Все смеялись, кроме Прокоповича, который мрачно протянул: — Полковник, лыком шитый. — Мы теперь разыграем его высокоблагородие, — добавил Воробь{{ё}}в. Засвистала дудка, и раздалась команда: — Вино наверх. Матросы разбежались на обед. Воробь{{ё}}в и Митрюков направились к корме. На шкафуте они встретили кондуктора Звягина. Это был невысокий тщедушный человек с острым, как птичий клюв, носом. Он ш{{ё}}л развинченной походкой и намеревался прошмыгнуть мимо, но Воробь{{ё}}в остановил его, протянул руку с письмом и с нарочитой почтительностью сказал: — Не знаю, как вас теперь величать, но не вы ли случайно обронили это? Звягин, беря бумагу, со злобой посмотрел на Воробь{{ё}}ва. Губы самозванного полковника задрожали, и на щеках выступили красноватые пятна. Он прошипел: — Пакостник отверженный. И быстро засеменил к люку под хохот боцмана и Воробь{{ё}}ва. В кают-компании буфетчик Егор Сорокин и вестовые заканчивали приготовления к торжественному обеду. Это помещение, расположенное в кормовой части корабля, было светлое и занимало место во всю ширину броненосца. Световой люк на потолке и иллюминаторы по бортам были открыты: в них проникали лучи тропического солнца, играя светотенями на белой эмали стен и пере-<noinclude><!-- --> <references /> <center>156</center> </div></noinclude> neluvop60dh76d4ixsxl201z897g0h6 104 1226237 5729063 2026-07-11T17:58:48Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729063 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>борок. Длинный стол, обращ{{ё}}нный концами к бортам, был накрыт чистой скатертью и тесно заставлен посудой, бутылками, стаканами, бокалами и рюмками. Отражение солнца сверкало на хрустале и стекле разноцветными бл{{ё}}стками. С правого борта ч{{ё}}рным глянцем отсвечивало пианино, а с левого стоял диван. К носовой переборке были прикреплены полубуфет с мраморной доской, уставленной закусками, и книжный шкаф. В сторону кормы у переборки, отделявшей кают-компанию от командирской каюты, ничего не стояло. Е{{ё}} украшал только один большой портрет. Из широкой рамы красного дерева строго глядели умные глаза старика в военно-морской форме павловских врем{{ё}}н. На полотне масляными красками был изображ{{ё}}н по пояс знаменитый русский флотоводец — адмирал Ф. Ф. Ушаков, славное имя которого носил броненосец. С левого плеча адмирала спускалась на правый бок широкая красная муаровая лента ордена Александра Невского, грудь его была в крестах, зв{{ё}}здах и орденах — самых высших знаках отличия за боевые заслуги перед родиной, в руках он держал подзорную трубу. Больше всего в портрете поражало живое и мужественное выражение лица этого замечательного человека, непревзойд{{ё}}нного в сво{{ё}} время стратега и тактика морских войн. Моряки знали ещ{{ё}} одну удивительную особенность этого великолепного портрета: откуда ни зайди, хоть справа, хоть слева, глаза Ушакова всегда были обращены на зрителя. И сейчас, когда офицеры собирались в кают-компанию на обед, каждого из них, входившего в дверь, адмирал как будто встречал пристальным взглядом. По традициям неписаного этикета люди рассаживались на определ{{ё}}нные свои места: в конце стола — старший офицер, справа от него — командир, слева — старшие специалисты, а дальше — младшие офицеры. Все они были в чистых белых кителях. Обед был приготовлен из свежего мяса и домашней птицы, что не часто случалось в походе. Настроение у всех было приподнятое. Люди радовались, что скоро встретятся с эскадрой Рожественского. Раньше они предполагали, что им, пяти небогатовским кораблям, прид{{ё}}тся самостоятельно пробиваться во Владивосток. В который уже раз опять на разные лады обсуждали пред-<noinclude><!-- --> <references /> <center>157</center> </div></noinclude> s1bta4hdcife7bq2u5w7i3u1na3mwbp 104 1226238 5729064 2026-07-11T18:03:25Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729064 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>стоящую встречу с японцами. Но в речах теперь было больше бодрости и уверенности в победе, после того как стало известно, что эскадры скоро соединятся. Другие не скрывали трудностей, доказывая, что японский флот встретит их у своих берегов и что он в два раза сильнее русской эскадры. Командир Миклуха-Маклай, обычно скупой на слова, сегодня как-то особенно повеселел и разговорился. Памятливый и начитанный, он мог в ударе обворожить интересной беседой. Обращаясь ко всем присутствующим, командир с воодушевлением заговорил: — Господа, поздравляю вас с новыми известиями. И не будем сейчас спорить о том, кто кого сильнее или слабее. Будем помнить одно — мы, военные моряки, солдаты. Наша задача — сражаться, до конца защищать честь свой родины и, если потребуется, умереть. Но все вы знаете, что представляет наша эскадра и как она снаряжалась. B помощь второй эскадре нас послали под давлением общественного мнения. И наш корабль, которым я имею честь командовать, никогда не предназначался в столь дальнее плавание. Но вс{{ё}} равно — сражаться мы будем. За этим идем. А в истории морских войн — об этом я именно сегодня хочу напомнить — было множество примеров, когда количественно слабейшие били сильнейших. Миклуха молча посмотрел на висевший в кают-компании портрет Ф. Ф. Ушакова и взволнованно продолжал, играя густыми медно-красными бровями: — Господа, в ч{{ё}}м же секрет таких побед? Взгляните, как пристально смотрит на нас сейчас Ф{{ё}}дор Ф{{ё}}дорович. Всем нам нужно брать пример с этого замечательного человека. Каждый из нас будет храбрым в бою, чтобы иметь честь прямо, без смущения глядеть ему в глаза. Сколько раз и с каким блистательным успехом Ф{{ё}}дор Ф{{ё}}дорович в боях командовал русскими эскадрами. При каждой встрече русской эскадры с турецкой полумесяц падал перед андреевским флагом. Военный гений Ф{{ё}}дора Ф{{ё}}доровича приводил турок в трепет. При н{{ё}}м Россия была полной хозяйкой всего Ч{{ё}}рного моря. А потом международная политика сложилась так, что самому Ушакову пришлось защищать турок. Он вдребезги растрепал в Средиземном море французов. Русские<noinclude><!-- --> <references /> <center>158</center> </div></noinclude> hr3yxhuq3tm01tp5ms2wf2n0n3a7yma 104 1226239 5729070 2026-07-11T18:19:28Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729070 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>корабли под его началом брали подряд их приморские города. Миклуха-Маклай встал с поднятым стаканом. Все присутствующие за столом последовали его примеру. Указывая на портрет адмирала на стене, командир вместо тоста сказал: — Господа, дадим же здесь Ф{{ё}}дору Ф{{ё}}доровичу честное слово русских воинов, что при встрече с японцами будем биться до последней возможности. Эта боевая встреча в худшем случае будет несчастной, но во всяком случае славной для нас и достойной высокой чести того имени, которое носит наш корабль. Чокнувшись, люди выпили и уселись за еду. В продолжение обеда разговор об Ушакове возобновлялся несколько раз. С увлечением то командир, то офицеры вспоминали вычитанные из книг разные случаи из жизни и деятельности адмирала. Они наперебой приводили примеры замечательных подвигов его эскадры в Средиземном море, в Италии, Греции, на берегах Ионического и Адриатического морей, где русские моряки являлись избавителями народов от иноземного ига. Боевая биография Ушакова действительно была незаурядна. Ф{{ё}}дор Ф{{ё}}дорович Ушаков родился в 1745 году. На родине, в Темниковском уезде, Тамбовской губернии, от родителей ему досталось наследство в 19 ревизских душ. Помещик он был захудалый. Но Россию он любил очень и своими победами прославил е{{ё}} на морях. Это был самостоятельный адмирал, создатель русской морской тактики. В войнах с турками на Ч{{ё}}рном море и с французами на Средиземном море он одержал ряд блестящих побед. Турки прозвали его «Ушак-паша». А турчанки его именем припугивали балующихся детей. Крепость на острове Корфу в Средиземном море всегда считалась неприступной. И только перед русскими моряками 20 февраля 1799 года она не могла устоять. Это была одна из самых громких побед русского флота, окончательно утвердившая во вс{{ё}}м мире имя Ушакова как великого флотоводца. В тот момент другой великий, но сухопутный русский полководец, Суворов, действовал в Северной Италии против французов. Узнав о победе Ушакова, он сказал так: «Жалею, что при взятии Кор-<noinclude><!-- --> <references /> <center>159</center> </div></noinclude> fhrh33msna6c5aqc65dnqczdvwy8phz 14 1226240 5729073 2026-07-11T18:22:42Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 Новая: «[[Категория:Военная энциклопедия (Сытин, 1911—1915)]] [[Категория:Медицина|* ВЭС]]» 5729073 wikitext text/x-wiki [[Категория:Военная энциклопедия (Сытин, 1911—1915)]] [[Категория:Медицина|* ВЭС]] j7tshbwmpttc2hu1ngj6gfs4jwr1jjg 5729074 5729073 2026-07-11T18:24:51Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729074 wikitext text/x-wiki [[Категория:Военная энциклопедия (Сытин, 1911—1915)]] [[Категория:Медицина|*ВЭС]] 0r813k95hob3z4ahpd4gh5xrd0dwlf2 5729076 5729074 2026-07-11T18:26:03Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729076 wikitext text/x-wiki [[Категория:Военная энциклопедия (Сытин, 1911—1915)|Медицина]] [[Категория:Медицина|*ВЭС]] 0lr135ejz2p2qik147t2o5f8971chxz 5729078 5729076 2026-07-11T18:29:27Z Schekinov Alexey Victorovich 3291 5729078 wikitext text/x-wiki [[Категория:Военная энциклопедия (Сытин, 1911—1915)|Медицина]] [[Категория:Словарные статьи о медицине]] gc5nwq2jq9qtb7ihgfxhuswxsgbxxd2 104 1226241 5729075 2026-07-11T18:25:12Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729075 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>фу не был хотя бы мичманом…» О своих действиях на море Ушаков всегда писал Суворову. Однажды, передавая пакет от Ушакова Суворову, немецкий офицер назвал адмирала «господин адмирал фон Ушаков». В гневе он крикнул на немца: «Возьми себе слово „фон“ и передавай его кому хочешь, только не мне. А победителя турецкого флота и потрясшего Дарданеллы называй по-русски: „Ф{{ё}}дор Ф{{ё}}дорович Ушаков“». И английский адмирал Нельсон тогда же писал Ушакову: «От всей души поздравляю ваше превосходительство со взятием Корфу и могу уверить вас, что слава оружия верного союзника столько же дорога мне, как и слава моего государя…» Едва ли он искренне восхищался победами Ушакова, потому что, как союзник России в войне с Францией, Нельсон нисколько не помог русскому флоту. В 1799 году два великих флотоводца встретились в Палермо. Нельсон тв{{ё}}рдо рассчитывал, что Ушаков расшаркается перед ним и станет покорным орудием в интересах Англии. Но самоуверенный англичанин обманулся в своих ожиданиях. Случилось другое: от природы умный, самостоятельный, русский адмирал не уронил достоинства России и ревниво оберегал интересы своей родины. Разочарованный Нельсон в письме к леди Гамильтон отзывался об Ушакове, что он держит себя очень высоко и что под его вежливой наружностью скрывается медведь. Ушаков был единственным соперником по славе с знаменитым Нельсоном. Но в старой России Ушаков не пользовался такой широкой известностью, как Нельсон в Англии. В Англии каждый школьник знает этого адмирала. А у нас, кроме морских офицеров, мало кто знал о народном герое — Ушакове. Одна или две книги — вот и вс{{ё}}, что было написано о нем. Цари не очень ценили Ушакова. Им не нравилась его самостоятельность, поэтому Ушаков не подош{{ё}}л ко двору. Из него не вышел «лукавый царедворец». Так и вынужден был он, шестидесяти двух лет, полный сил, уйти в отставку и уехать к себе в тамбовскую деревню, где и умер в 1817 году. Незаслуженно забытый в царской России русский адмирал был любимым героем в Греции. От острова Итаки ему была преподнесена выбитая медаль, на которой Ушаков был изображ{{ё}}н в доспехах древнегреческого<noinclude><!-- --> <references /> <center>160</center> </div></noinclude> b769hapcd7iqb82mgxq12mz2g2zt3ez 104 1226242 5729077 2026-07-11T18:28:33Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729077 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>воина с надписью: «Одиссей». На другой медали, полученной им от греков, вокруг его портрета было написано: «Знаменитый почитаемый Ф{{ё}}дор Ф{{ё}}дорович Ушаков, главный русский флотоводец»; на обороте значилось: «Кефалония всех Ионических островов спасителю». В Италии Ушаков прославился не только военной доблестью, но и мудрой политикой. Итальянцы были восхищены героизмом русских моряков. Десанты Ушакова 3 июня 1799 года взяли Неаполь, а в ноябре того же года участвовали в занятии Рима. Это было огромное торжество русского оружия. Впечатлительные южане, освобожд{{ё}}нные от французов, с любопытством разглядывали северных мужественных воинов и приветствовали их криками восторга. Боевая жизнь адмирала навсегда останется гордостью русских моряков. Под его командованием русский флот был непобедим, а потери в людях были баснословно ничтожны. Достаточно сказать, что в продолжение всего похода 1799 года, когда эскадра Ушакова одержала много громких побед на Средиземном море, она потеряла только четыреста человек. И самое замечательное было то, что из пятидесяти тр{{ё}}х боевых кампаний на море, сделанных Ушаковым за всю жизнь, в сорока тр{{ё}}х он командовал непосредственно сам и ни одного сражения не проиграл. Вс{{ё}} это было хорошо известно офицерам броненосца «Ушаков». Во время похода среди них не раз поднимался разговор о знаменитом адмирале. Ни на одном корабле он не пользовался такой любовью, как здесь. Это была заслуга командира. При каждом удобном случае Миклуха прививал своим офицерам военные идеи и боевые традиции непобедимого флотоводца. Такие беседы об Ушакове всем очень нравились. Они как будто отвечали тем мыслям, сомнениям и вопросам, которые занимали людей в долгом походе. В этом же духе воспитывалась и вся команда броненосца. К концу обеда в кают-компании все были особенно веселы. Буфетчик Егор Сорокин и вестовые уже разносили ч{{ё}}рный кофе, но разговор об Ушакове не прекращался. Возбужд{{ё}}нный речами и раскрасневшийся от<noinclude><!-- --> <references /> <center>161</center> </div></noinclude> bu1faorythcs5chk36zogyplk7yenbt 104 1226243 5729080 2026-07-11T18:32:41Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729080 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>вина, старший офицер Мусатов громко заговорил, перебивая шум голосов: — Господа, мне особенно врезался в память такой характерный штрих из жизни Ушакова. Даже в пылу сражения его не покидало не только мужество, но и чувство юмора. В тысяча семьсот девяносто первом году, отправляясь из Константинополя в поход, адмирал Саид Али дал султану клятву — привести пленником Ушакова. Молва об этом дошла до русского адмирала. Рассердившийся Ф{{ё}}дор Ф{{ё}}дорович в сражении у мыса Калиакрии тридцать первого июля нарочно стремился захватить корабль с адмиралом Саид Али. Обрезая в бою корму турецкого адмиральского судна, Ушаков с юта громко закричал: «Саид, бездельник! Я отучу тебя давать такие обещания». Действительно, господа, в этом сражении турецкий флот был наголову разбит. Особенно пострадал адмиральский корабль Саид Али. И только ночь спасла бахвала от плена. Громкий смех и аплодисменты покрыли этот рассказ Мусатова. Все были возбуждены и веселы. Улыбался и командир. Казалось, люди забыли все невыносимые трудности дал{{ё}}кого похода и давней разлуки с родиной, словно этот обед происходил не в открытом море на военном корабле, идущем навстречу неприятелю, а в морском собрании в Кронштадте. Миклуха встал, поблагодарил офицеров за гостеприимство и вышел. За ним начали расходиться и остальные. Один из офицеров, порядочно захмелевший, задержался в дверях, посмотрел на портрет Ушакова и, качая головой, сказал: — Вс{{ё}} это правильно, но нашу эскадру кто вед{{ё}}т? И, горько улыбнувшись, он вышел в коридор. В кают-компании остались хозяйничать вестовые и буфетчик Егор Сорокин. Они с удовольствием допивали остатки вина на столе и доедали закуски. Сорокин сильно захмелел. Пошатываясь, он с привычной ловкостью убирал бутылки и гремел посудой, Мурлыкая что-то вполголоса себе под нос. Ноги буфетчика подкашивались, его сильно качало. Вдруг он остановился перед портретом Ушакова. Вспомнил, что говорилось о н{{ё}}м, и с поднятым стаканом вина обратился к портрету:<noinclude><!-- --> <references /> <center>162</center> </div></noinclude> 48b1as9ts2c1ga578w151gx5topn9lg 104 1226244 5729082 2026-07-11T19:05:37Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729082 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} — Ваше превосходительство… Осмелюсь и я выпить… Господин адмирал… Не смотрите на меня так строго. Я человек маленький. Ответственность у меня небольшая. Пока под моей командой только бутылки. А в бою посмотрим — и мне дело найд{{ё}}тся… За вечный ваш покой, Ф{{ё}}дор Ф{{ё}}дорович, и за здоровье нашего орла. Владимир Николаевич у нас вам под стать. Лихой командир. Ну, плыв{{ё}}м… Запрокинув назад голову, Сорокин опорожнил стакан. He устояв на месте, он качнулся, натыкаясь на вестовых: те, отступив, громко захохотали. А Сорокин, уставившись на них остекленевшими глазами, начальственным тоном зыкнул: — Плакать нужно, а вы, неучи, гогочете. Такого боевого адмирала больше нет, как Ф{{ё}}дор Ф{{ё}}дорович… — А что же, по-твоему, Рожественский… не боевой?.. — спросил один из вестовых. Ему, вместо Сорокина, ответил другой вестовой: — Возразить нечего… Чересчур боевой, да только не с того боку… Нашего брата матроса он много поколошматил… Все дружно и громко засмеялись, но вдруг сразу стихли. Лица их стали серь{{ё}}зными. Они насторожились. За дверью кают-компании послышались шаги. Собеседники засуетились вокруг неубранных столов. {{heading|24|8. «Ушаков» в действии|id=s8}} Недели через три — 14 мая — при встрече с главными силами противника броненосец «Адмирал Ушаков», вступая в бой, ш{{ё}}л концевым в небогатовском отряде. Офицеры и команда занимали свои места по боевому расписанию. В боевой рубке было тесно от людей. Здесь, кроме командира, находились его ближайшие помощники: штурман, артиллерист, мин{{ё}}р, а из команды — рулевой, рассыльные и другие матросы у телефонов и переговорных труб. Эскадры сближались. Командующий японским флотом адмирал Того неожиданно повернул влево, делая петлю. Рожественский хотя и открыл огонь, но не использовал ошибочный ман{{ё}}вр противника для решительного наступления. Миклуха прильнул к прорези рубки.<noinclude><!-- --> <references /> <center>163</center> </div></noinclude> sq6dac5c22u4z5k2u441obq3lu5d1jx 102 1226245 5729083 2026-07-11T19:07:54Z Butko 139 Новая: «{{Обавторе | ФАМИЛИЯ = Маркус | ИМЕНА = Борис Львович }} == Произведения == * Маркус Б. Л. Положение рабочего класса в СССР: (Критика оппозиционной установки в рабочем вопросе). — М.; Л.: [[Московский рабочий]], 1927. — 72 с. 15000 экз. * Маркус Б. Л. Вопросы заработной п...» 5729083 wikitext text/x-wiki {{Обавторе | ФАМИЛИЯ = Маркус | ИМЕНА = Борис Львович }} == Произведения == * Маркус Б. Л. Положение рабочего класса в СССР: (Критика оппозиционной установки в рабочем вопросе). — М.; Л.: [[Московский рабочий]], 1927. — 72 с. 15000 экз. * Маркус Б. Л. Вопросы заработной платы на XV съезде ВКП(б). — М.; Л.: Московский рабочий, 1928. — 80 с. 10000 экз. * Маркус Б. Л. 7-часовой рабочий день. — М.; Л.: Московский рабочий, 1928. — 51 с. 10000 экз. * Маркус Б. Л. Современные буржуазные установки в вопросах труда.— М.; Л.: Московский рабочий, 1929. — 79 с. 10000 экз. * Маркус Б. Л. Введение в экономику труда: Учебное пособие для вузов и втузов. — Вып. 1. — М.: Партиздат, 1932. — 271 с. * Маркус Б. Л. Борьба на два фронта в области экономики труда: Доклад, прения и резолюции. — М.; П.: Госэкономиздат, 1932. — 184 с. * Маркус Б. Л. Труд в социалистическом обществе. — М.: Госполитиздат, 1939. — 308 с. * Арутинян А. А., Маркус Б. Л. [https://books.google.ru/books?id=QoYNAQAAIAAJ Развитие советской экономики] — М.: [[Соцэкгиз]], 1940. — 662 с. * [https://books.google.ru/books?id=otD5oQEACAAJ Экономика социалистической промышленности] / Под ред. [[Грановский, Евгений Львович|Е. Л. Грановского]] и Б. Л. Маркуса — М.: Соцэкгиз, 1940. — 359 с. * [[Охрана труда рабочих Донбасса (Маркус)|Охрана труда рабочих Донбасса]] [https://yandex.ru/archive/catalog/5930847c-a71f-4959-a4e0-dae1c4690303/5?center=4278+5558 скан] {{АП|ГОД=1949|ВОВ=Участник}} p6hy280ewmfgfja7vq3gtohsh6dnh2h 5729084 5729083 2026-07-11T19:08:06Z Butko 139 Butko переименовал страницу [[Борис Львович Маркус]] в [[Автор:Борис Львович Маркус]] 5729083 wikitext text/x-wiki {{Обавторе | ФАМИЛИЯ = Маркус | ИМЕНА = Борис Львович }} == Произведения == * Маркус Б. Л. Положение рабочего класса в СССР: (Критика оппозиционной установки в рабочем вопросе). — М.; Л.: [[Московский рабочий]], 1927. — 72 с. 15000 экз. * Маркус Б. Л. Вопросы заработной платы на XV съезде ВКП(б). — М.; Л.: Московский рабочий, 1928. — 80 с. 10000 экз. * Маркус Б. Л. 7-часовой рабочий день. — М.; Л.: Московский рабочий, 1928. — 51 с. 10000 экз. * Маркус Б. Л. Современные буржуазные установки в вопросах труда.— М.; Л.: Московский рабочий, 1929. — 79 с. 10000 экз. * Маркус Б. Л. Введение в экономику труда: Учебное пособие для вузов и втузов. — Вып. 1. — М.: Партиздат, 1932. — 271 с. * Маркус Б. Л. Борьба на два фронта в области экономики труда: Доклад, прения и резолюции. — М.; П.: Госэкономиздат, 1932. — 184 с. * Маркус Б. Л. Труд в социалистическом обществе. — М.: Госполитиздат, 1939. — 308 с. * Арутинян А. А., Маркус Б. Л. [https://books.google.ru/books?id=QoYNAQAAIAAJ Развитие советской экономики] — М.: [[Соцэкгиз]], 1940. — 662 с. * [https://books.google.ru/books?id=otD5oQEACAAJ Экономика социалистической промышленности] / Под ред. [[Грановский, Евгений Львович|Е. Л. Грановского]] и Б. Л. Маркуса — М.: Соцэкгиз, 1940. — 359 с. * [[Охрана труда рабочих Донбасса (Маркус)|Охрана труда рабочих Донбасса]] [https://yandex.ru/archive/catalog/5930847c-a71f-4959-a4e0-dae1c4690303/5?center=4278+5558 скан] {{АП|ГОД=1949|ВОВ=Участник}} p6hy280ewmfgfja7vq3gtohsh6dnh2h 0 1226246 5729085 2026-07-11T19:08:06Z Butko 139 Butko переименовал страницу [[Борис Львович Маркус]] в [[Автор:Борис Львович Маркус]] 5729085 wikitext text/x-wiki #перенаправление [[Автор:Борис Львович Маркус]] ccgx9miun8dkye1fslxy76i6fnj1s2b 104 1226247 5729086 2026-07-11T19:09:20Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729086 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>Он ждал адмиральского сигнала об атаке, но его не было. Откинувшись от прорези, Миклуха схватился за голову и взволнованно воскликнул: — Боже мой! Что он делает? Нужно броситься строем фронта. Опять нам Вафангоу… Командир тоскливо взглянул на своих помощников, как будто искал у них подтверждения своему сравнению. Но они молчали. Теперь и для них было ясно, что Рожественский упустил самый выгодный момент для атаки. Миклуха отвернулся и приставил бинокль к глазам. Люди на «Ушакове» самоотверженно исполняли свои обязанности. Никогда корабль не жил такой напряж{{ё}}нной жизнью, как в эти часы. Грозно вращались броневые башни, задирая высоко вверх стволы десятидюймовых орудий, искавших живую цель на горизонте. Выстрелы их были размеренны, сильны и оглушительны. Слабее, но чаще, словно торопясь, палили 120‑миллиметровые пушки. От залпов содрогался весь корпус броненосца. Все были в движении, все действия людей и механизмов настолько были согласованы между собой, точно корабль представлял собою единый живой организм. Сражение разгоралось. Броненосец «Адмирал Ушаков» вместе с другими кораблями беспрерывно стрелял по неприятелю. Пальба его орудий, не умолкая, вливалась в общий грохот. Казалось, что над морем разразилась небывалая гроза: орудийные залпы раскатывались, как удары грома, в воздухе упруго дрожали и ревели невидимые гигантские стальные струны. Вс{{ё}} внимание офицеров, наблюдавших из рубки за боем, было направлено в левую сторону, где, обгоняя русскую эскадру, вытянулась в обхват колонна неприятельских кораблей. На одном из них вспыхнул пожар, окутывая его ч{{ё}}рным дымом. Миклуха радостно отметил: — Великолепно! Были попадания русских снарядов и в другие корабли. Это поднимало у всех боевое настроение. Но вдруг из груди сигнальщика вырвался сдавленный возглас, похожий на стон: — «Ослябя» тонет… Все обернулись вправо и увидели, как большой корабль сперва л{{ё}}г на левый борт, потом быстро перевернулся и затонул. К месту гибели корабля под сильным<noinclude><!-- --> <references /> <center>164</center> </div></noinclude> kud1jznwztiguv5q52bzxlg3g5mcqh9 104 1226248 5729087 2026-07-11T19:14:58Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729087 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>огн{{ё}}м неприятеля подходили миноносцы для спасения людей. Вскоре вышел из строя флагманский броненосец «Суворов», на котором держал свой флаг адмирал Рожественский. Эскадра лишилась главного командования. Е{{ё}} пов{{ё}}л броненосец «Александр {{R|3}}». Но под действием неприятельского огня кильватерный строй русских кораблей стал часто нарушаться. Они вылезали из боевой линии то вправо, то влево. Чтобы избежать столкновения с каким-нибудь впереди идущим судном, Миклуха, насупив медно-красные брови, ч{{ё}}тко приказывал: — Право на борт. Через полминуты раздавалась другая команда: — Лево руля. Иногда приходилось стопорить машины. Миклуха проворчал: — Ид{{ё}}м каким-то стадом. И тут же, словно отвечая на свои мысли, добавил: — Хорошо Наполеон выразился… Офицеры вопросительно оглянулись на командира, но не дождались от него окончания фразы. Может быть, наблюдая за сражением, он вспомнил изречение великого полководца, гласившее, что армия без главы — ничто. И действительно, положение эскадры становилось вс{{ё}} тяжелее. Неприятельские снаряды стали чаще перелетать и через броненосец «Ушаков», издавая угрожающий рокот. Офицеры и матросы бросали взгляды на командира. Но в бою он был более спокоен, чем во вс{{ё}} время похода, и хладнокровно отдавал распоряжения. Однажды, когда противник оказался с правого борта, Миклуха спросил: — Почему башни молчат? — Задержка с определением расстояния, — ответил старший артиллерист лейтенант Дмитриев. — А батарея? — Тоже. — Так поторопите же дальномерщиков. С крыши штурманской рубки, где был установлен дальномер, послышался зычный голос: — До неприятеля сорок кабельтовых! Сотрясая воздух, полыхнули огн{{ё}}м из своих орудий две башни. Четыре водяных столба поднялись вдали от<noinclude><!-- --> <references /> <center>165</center> </div></noinclude> hpilykn765aa1de7fplveloivitp3ih 104 1226249 5729088 2026-07-11T19:19:49Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729088 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>одного из неприятельских кораблей. В рубке послышались замечания: — Направление хорошее, но получился большой недол{{ё}}т. Командир ничем не выдавал своего волнения, и только на его рыжеусом лице как будто сильнее стягивались узлы мускулов. В это же время в батарейной палубе правого борта действовала одна только 120‑миллиметровая пушка. Другая замолчала. В рубке не знали, что там случилось. Правой батареей командовал мичман Дитлов, высокий т{{ё}}мно-русый молодой человек. Сознавая всю важность и ответственность своей роли на корабле, он торопил комендоров быстрее заряжать орудия, а сам, приставив бинокль к глазам, наблюдал за падением снарядов. Вдруг он оглянулся в сторону одной пушки и крикнул: — Почему нет выстрела? — Гильза помята, снаряд не доходит, — ответил комендор, стараясь дослать его руками. Дитлов приказал: — Чего ковыряетесь? Дослать затвором! Этот разговор услышал минно-артиллерийский содержатель Илья Воробь{{ё}}в, только что поднявшийся на палубу из крюйт-камеры. Он обратился к мичману: — Нельзя так делать, ваше благородие. Снаряд момет ещ{{ё}} больше заклиниться, или несчастье произойд{{ё}}т. На одном корабле так двенадцать человек убило. Дитлов сначала опешил, а потом крикнул: — Молчать! Не разговаривать! Исполнять мои приказания! Комендоры в нерешительности застыли около пушки. Нельзя было не исполнить приказания начальника, и в то же время им угрожала бессмысленная смерть. Воробь{{ё}}в спокойно заявил: — Ваше благородие, мы сейчас достанем специальные клещи и мигом вытащим застрявший патрон. В пылу запальчивости мичман сам бросился к затвору, но ему преградил дорогу Воробь{{ё}}в и, в свою очередь, повысил голос: — Вы можете застрелить меня на месте, но я вас не допущу до пушки!<noinclude><!-- --> <references /> <center>166</center> </div></noinclude> 9ewmbkor4ffs45z6c0zfjtu932njtlr 104 1226250 5729089 2026-07-11T19:25:34Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729089 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} Взгляды их встретились. Воробь{{ё}}в стоял, здоровенный и непоколебимый, как броня корабля. Мичман как будто понял свою ошибку, но вс{{ё}} же крикнул: — Запомни, Воробь{{ё}}в: после боя ты пойд{{ё}}шь под суд! И, отступив, направился к другой пушке. Через несколько минут ручным экстрактором вытащили патрон из орудия, и оно снова загрохотало выстрелами. Уже более двух часов длился бой русских с главными силами японцев. «Ушаков», успевший выпустить сотни снарядов, оставался невредимым. Но вот «Александр {{R|3}}» с креном вышел из строя. Японская эскадра, решив скорее с ним покончить, сосредоточила на н{{ё}}м усиленный огонь. Мимо него русские корабли проходили дальше. Как раз в этот момент «Ушаков» выровнялся с ним и, имея его на левом траверзе, а на правом — японскую эскадру, стал случайно мишенью для противника. Снаряды, направленные в «Александра {{R|3}}», не долетели до него, но зато вокруг «Ушакова» стало взм{{ё}}тываться множество водяных столбов. За несколько минут на корабле оказались повреждения и человеческие жертвы. Первый снаряд крупного калибра попал в носовое отделение. Пробив у пятнадцатого шпангоута правый борт у ватерлинии, он сделал дыру в три фута диаметром. Осколками от него были перебиты паровая труба, идущая к шпилевой машине, и пожарная труба. Хозяин трюмных отсеков, его подручный и двое матросов остались на месте м{{ё}}ртвыми. Четверо из команды были ранены, но они, получив в операционном пункте медицинскую помощь, вернулись на свои места. Под руководством трюмного механика, поручика Джелепова, матросы заделали пробоину. Влившаяся через не{{ё}} вода была спущена в канатные ящики и выкачана турбинами. Хуже обстояло дело со второй пробоиной, полученной в носовом гальюнном отделении. На ходу и во время разгара боя е{{ё}} не могли заделать. Пришлось задраить дверь непроницаемой переборки на десятом шпангоуте. Вс{{ё}} это отделение наполнилось водою. Корабль осел носом и даже при полном числе оборотов машин сбавил ход, точно охромел. При этом он стал плохо слушаться руля, как будто выходил из повиновения человеческой воле. Пожарная магистраль, перебитая снарядом в двух местах, не имела по всей своей длине ни одного разде-<noinclude><!-- --> <references /> <center>167</center> </div></noinclude> fgo34ihvmemzysvmx7t9zy1g1on7yjh 104 1226251 5729090 2026-07-11T19:33:36Z Baraban-uragan 121071 /* Вычитана */ 5729090 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|не схватятъ стоящаго въ кругу; во второмъ—онѣ разбѣгутся отъ того человѣка, который подъѣзжаетъ къ нимъ на кочергѣ, такъ какъ онѣ подумаютъ, что къ нимъ ѣдетъ вѣдьма, которой окѣ боятся. ''Валькомъ'' (рубелемъ), отмахиваясь наотмашь, можно избавиться отъ русалокъ, или сказать, сколько клевцовъ (зубьевъ) въ боронѣ,—и онѣ тоже отступятся. Опасны бываютъ русалки въ русальную недѣлю. Онѣ водятся не только въ лѣсу и ржи, но и въ водѣ“<ref>А. {{razr|Колчинъ}}, Вѣрованія крестьянъ Тульской губ. (Этн. Обозр. 1899 № 3, с. 25).</ref>. № 5. Въ гор. {{razr|Симбирскѣ}}, молодая вдова-красавица Марина сильно влюбилась въ красавца Ивана Курчаваго и, въ день свадьбы его съ другою невѣстою, въ Волгу бросилась. „Искали и неводомъ и снастями—не могли найти. Послѣ пошли слухи, что Марина оборотилась русалкой, да по вечерамъ и выходитъ на берегъ. Сядетъ на огрудокъ [груду мелкихъ камней], или на конецъ плота и все моет голову да расчесываетъ свои косы, а сама смотритъ на избу, где живетъ Иванъ Курчавый съ молодой женой; потомъ вдругъ застонет да заохаетъ жалобно, прежалобно и бросится въ воду со всего маху. Многіе ее видѣли, даже слышали, какъ она горько плачетъ и поетъ заунывно, тихо—индо за сердце беретъ: „Ахъ ты Ванюшка, ты мой батюшка! Ты меня разлюбилъ, ты меня погубилъ! Неглядный ты мой! Дорогой ты мой!“ И Иванъ Курчавый слышалъ, что Марина отъ любви къ нему утопилась въ Волгѣ, стала русалкой и живетъ въ страшномъ ''омутѣ'', гдѣ и въ бурю и въ тиху погоду вода какъ въ котлѣ кипитъ, бѣлый валъ ходитъ. Ну, будто бы Марина-Русалка съ какимъ-то седымъ старикомъ въ этомъ валу и появляются и ''лодки опрокидывают''. Рыбаки поговаривали, что видѣли иногда Марину-Русалку на песках, противъ Симбирска. Плыветъ кажется лебедь, тихо; выйдетъ на песокъ, взмахнетъ да ударитъ крыльями и превратится въ красавицу-бабу и развалится на пескѣ, какъ мертвая. Вечеркомъ многихъ ''пугала''.—Иванъ Курчавый началъ все тосковать и повадился, въ полночь, одинъ одинешенекъ, на бударкѣ ѣздить къ омуту, съ гуслями, да играть разны пѣсенки. Самъ то заплачетъ, то засвищетъ, то какъ лѣшій захохочетъ, то затянетъ заунывную пѣсню. Ну, слышь, Марина-Русалка вынырнетъ изъ воды, бросится въ лодку къ Ивану Курчавому и давай съ нимъ миловаться да обниматься и хохотать, да так страшно! Ездилъ, ѣздилъ Иванъ Курчавый въ полночь на омутъ, да |не схватят стоящего в кругу; во втором — они разбегутся от того человека, который подъезжает к ним на кочерге, так как они подумают, что к ним едет ведьма, которой оке боятся. ''Вальком'' (рубелем), отмахиваясь наотмашь, можно избавиться от русалок, или сказать, сколько клевцов (зубьев) в бороне, — и они тоже отступятся. Опасны бывают русалки в русальную неделю. Они водятся не только в лесу и ржи, но и в воде“<ref>А. {{razr|Колчин}}, Верования крестьян Тульской губ. (Этн. Обозр. 1899 № 3, с. 25).</ref>. № 5. В гор. {{razr|Симбирске}}, молодая вдова-красавица Марина сильно влюбилась в красавца Ивана Курчавого и, в день свадьбы его с другою невестою, в Волгу бросилась. „Искали и неводом и снастями — не могли найти. После пошли слухи, что Марина оборотилась русалкой, да по вечерам и выходит на берег. Сядет на огрудок [груду мелких камней], или на конец плота и все моет голову да расчесывает свои косы, а сама смотрит на избу, где живет Иван Курчавый с молодой женой; потом вдруг застонет да заохает жалобно, прежалобно и бросится в воду со всего маху. Многие ее видели, даже слышали, как она горько плачет и поет заунывно, тихо—индо за сердце берет: „Ах ты Ванюшка, ты мой батюшка! Ты меня разлюбил, ты меня погубил! Неглядный ты мой! Дорогой ты мой!“ И Иван Курчавый слышал, что Марина от любви к нему утопилась в Волге, стала русалкой и живет в страшном ''омуте'', где и в бурю и в тиху погоду вода как в котле кипит, белый вал ходит. Ну, будто бы Марина-Русалка с каким-то седым стариком в этом валу и появляются и ''лодки опрокидывают''. Рыбаки поговаривали, что видели иногда Марину-Русалку на песках, против Симбирска. Плывет кажется лебедь, тихо; выйдет на песок, взмахнет да ударит крыльями и превратится в красавицу-бабу и развалится на песке, как мертвая. Вечерком многих ''пугала''. — Иван Курчавый начал все тосковать и повадился, в полночь, один одинешенек, на бударке ездить к омуту, с гуслями, да играть разны песенки. Сам то заплачет, то засвищет, то как леший захохочет, то затянет заунывную песню. Ну, слышь, Марина-Русалка вынырнет из воды, бросится в лодку к Ивану Курчавому и давай с ним миловаться да обниматься и хохотать, да так страшно! Ездил, ездил Иван Курчавый в полночь на омут, да }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> rf94icwp3zb4pf8tyqz0e102zjqct5r 104 1226252 5729098 2026-07-11T19:38:32Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729098 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>лителя. Поэтому она вышла из строя, лишив корабль главного средства борьбы с пожарами. К счастью, пока машинист Максимов и слесаря исправляли е{{ё}}, никакого огня на корабле не возникало. Третий снаряд, разорвавшись, образовал глубокую выбоину в кормовой башне и повредил палубу. При этом второй раз был ранен младший боцман Григорий Митрюков, но он в операционном пункте не остался и продолжал исполнять свои обязанности. В дневном бою больше попаданий в броненосец не было. С наступлением сумерек адмирал Небогатов поднял на «Николае» сигнал «Следовать за мной — курс норд-ост 23°». Уцелевшие после боя корабли начали выстраиваться в кильватер флагманскому броненосцу. Эскадра прибавила ход, но «Ушаков» от пробоины зарывался носом в море и стал постепенно отставать. В это время с ужасом заметили, как из темноты на него слева катится корабль. — Что вы делаете? Куда вас нес{{ё}}т? — закричали на корме «Ушакова». На том корабле тоже послышались тревожные голоса. Корабли могли столкнуться. — Полный впер{{ё}}д! — громко скомандовал на мостике Миклуха-Маклай. Угрожавший тараном корабль оказался броненосцем «Сенявин». Он проскользнул мимо кормы «Ушакова» в каких-нибудь пятнадцати футах. Корабли благополучно разошлись. Эта опасность миновала, но надвигалась другая. Начались минные атаки. По приказу командира, из орудий не стреляли, прожекторы не светили. Только темнота могла быть верной защитой. С «Ушакова» разглядели, как несколько миноносцев шло мимо, не замечая его. Они спешили к полоскам света на горизонте, привлеч{{ё}}нные прожекторами других русских судов. Комендоры у заряженных орудий напряж{{ё}}нно вглядывались в темноту, которую вдали прорезали голубые лучи прожекторов. Доносились отдал{{ё}}нные глухие выстрелы с кораблей, отражавших минные атаки. Но шедший без огней «Ушаков» молчал — молчал даже тогда, когда недалеко от его кормы вынырнули три японских миноносца и, уходя, скры-<noinclude><!-- --> <references /> <center>168</center> </div></noinclude> jqtoonsgoeh33i7ny13lceq2y5rgfso 104 1226253 5729099 2026-07-11T19:48:56Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729099 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>лись с глаз. Люди пережили тревожные минуты. На мостике Миклуха-Маклай по этому поводу вспомнил приказ Небогатова и сказал: — Полная темнота — лучшая защита от миноносцев. Адмирал прав. Ведь они чуть не протаранили нас, полунощные разбойники. На палубе никогда не унывавший в походе прирожд{{ё}}нный весельчак матрос Сельг радостно воскликнул: — Значит, жив{{ё}}м, братцы! Даже лейтенант Гезехус, всегда замкнутый, не говоривший с командой ни доброго, ни худого слова, не вытерпел и, теребя неряшливую бородку, заговорил с комендорами: — Японцы приблизились к нам чуть ли не на револьверный выстрел. Они, вероятно, приняли наш броненосец за свой корабль. А может быть, стремясь к судам, которые светят прожекторами, они не заметили нас. Во всяком случае, под покровом ночи мы ид{{ё}}м, как под шапкой-невидимкой. И в других частях корабля чудом уцелевшие люди обменивались впечатлениями о минувшей пока опасности. К полуночи минные атаки прекратились. Ветер стал слабеть. Редели облака, и в прорывы их проглядывали зв{{ё}}зды. На мостике, следя за т{{ё}}мным горизонтом, стоял командир Миклуха-Маклай. Около него находились офицеры и матросы. Они не спали более суток, провели бой и теперь стояли усталые, с осунувшимися лицами. Подош{{ё}}л старший офицер Мусатов. Он обратился к командиру: — Где мы находимся, Владимир Николаевич? — Я тоже думаю об этом. Курс держим верный, а где находимся — пока неизвестно. Командир повернулся к дремавшему старшему артиллеристу лейтенанту Дмитриеву: — Помните, Николай Николаевич, без моего приказа ни огня, ни света не открывать. Пока можете соснуть, а я пойду в штурманскую. — Есть, — ответил старший артиллерист, вытягиваясь перед командиром. Подбитый броненосец «Ушаков» одиноко ш{{ё}}л в ноч-<noinclude><!-- --> <references /> <center>169</center> </div></noinclude> 9afbix71timboy0mtzpvloibaoqfins 104 1226254 5729100 2026-07-11T19:55:04Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729100 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>ную неизвестность. Его руководящим центром стала теперь штурманская рубка. Здесь шла напряж{{ё}}нная работа по определению места нахождения корабля. Над картой склонился мужчина среднего роста. Несмотря на все переживания во время боя и беспокойной ночи, вид его, как обычно, был опрятен. Аккуратно прич{{ё}}санные т{{ё}}мные волосы оттеняли белизну его полного лица. Он имел такой озабоченный вид, точно готовился к экзамену в Морской корпус, и, не теряя присутствия духа, старался разрешить трудную задачу. Это был передовой офицер, любимец команды, старший штурман лейтенант Максимов. Дверь в рубку отворилась, и на пороге показался Миклуха. Его приход не удивил штурманов, понимавших, что от них сейчас ждут решения ответственной задачи. Не отрываясь от своей работы, Максимов повернул лицо к вошедшему. Из-под нахмуренных бровей командира сверкнули голубые умные глаза. Для подчин{{ё}}нных в них теплилась дружеская ласка, соедин{{ё}}нная с неумолимой требовательностью выполнения долга. Миклуха подош{{ё}}л к разв{{ё}}рнутой на столе карте и нагнулся. Показывая на не{{ё}} обрубками пальцев куцей правой руки, он негромко сказал: — Как бы нам вс{{ё}}-таки определиться. — Очевидно, только звезды нам это подскажут, — ответил старший штурман Максимов, направляясь к выходу вместе со своим помощником. — Только помните, господа звездоч{{ё}}ты, каждая минута нам дорога, но в то же время не сделайте ошибки в наблюдении, — дал им наказ Миклуха. Командир остался в рубке. Его клонило ко сну. Может быть, борясь с др{{ё}}мой, он вспоминал рассказы своего старшего брата, знаменитого русского путешественника, не раз попадавшего в очень тяж{{ё}}лое положение среди дикарей. Но брату везло, и всегда он как-то выпутывался из самых затруднительных и безнад{{ё}}жных обстоятельств. Повез{{ё}}т ли так же и ему, командиру продырявленного корабля? Миклуха подп{{ё}}р голову рукою и закрыл глаза. В это время в носовой башне шла своя жизнь. К дежурившим комендорам пришли минно-артиллерийский содержатель Илья Воробь{{ё}}в и ординарец старшего ар-<noinclude><!-- --> <references /> <center>170</center> </div></noinclude> 00rxx5d29sitc6csxdwwnsy2rbv05qq 104 1226255 5729101 2026-07-11T20:00:45Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729101 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>тиллериста комендор Чернов. Беседуя между собою, они не стеснялись присутствием здесь командира башни лейтенанта Тыртова. Этот офицер, родственник управляющего Морским министерством, пользовался на корабле всеобщим уважением, как справедливый человек. Матросы любили его ещ{{ё}} за то, что он больше, чем другие офицеры, рассказывал им о жизни и боевых подвигах адмирала Ушакова. Воробь{{ё}}в потрепал по плечу Чернова и заговорил: — Эх, Ваня, друг любезный, хоть ты и хвалишься своим старшим артиллеристом, а на поверку выходит совсем другое. Помнишь, как на Крите твой Дмитриев сменял Гаврилова. Где только у него глаза тогда были! Пушки-то никудышные подсунул ему Гаврилов. Наши башни ремонтировались в пути. Комиссия принимала их от Обуховского завода тоже в пути, и вс{{ё}} нашли как будто в порядке. А кто-то вс{{ё}}-таки тут руки погрел. Артиллерийский лейтенант Гаврилов после при{{ё}}ма пушек тотчас списался по болезни. Я, конечно, не доктор, но только его болезнь показалась мне подозрительной. Медицина такой не знает. Не золотая ли у него была болезнь? Вот тут и дал маху твой Дмитриев, а за него теперь нам приходится отделываться своими боками. Для дальней стрельбы орудия не имеют нужного угла возвышения. Башенные механизмы еле держатся на «честном слове» при{{ё}}мочной комиссии. А главная беда — уже разошлись кольца, которые снаружи скрепляют орудие. От этого наша главная артиллерия ещ{{ё}} вчера отслужила свою службу. С виду поглядеть — грозные пушки, а много из них уже не постреляешь. И вреда от них неприятелю будет не больше, чем воронам от чучела на огороде. Скажите пожалуйста, что мы после этого теперь будем делать при встрече с японцами? Чернов, не допускавший мысли о том, что его начальник мог ошибаться, отмахнулся рукой от рассказчика: — Не городи чепуху. Пушки как пушки и ещ{{ё}} как постреляют. Но комендоры, перебив Чернова, поддержали Воробь{{ё}}ва. Послышались подтверждения: — Нет, Воробь{{ё}}в прав, вчера пушки уже расстрелялись. — Звон-то будет, а какой толк?<noinclude><!-- --> <references /> <center>171</center> </div></noinclude> tbpld70m4i7z7ihijxvzvpunajj76tp 0 1226256 5729102 2026-07-11T20:02:16Z Butko 139 Новая: «{{О газете | НАЗВАНИЕ = Комсомольская правда | ГОДЫИЗДАНИЯ = 1925 — н.в. | МЕСТОИЗДАНИЯ = Москве | ОПИСАНИЕ = | Google = | ВИКИСКЛАД = Category:Komsomolskaya Pravda | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИПЕДИЯ = | ДРУГОЕ = | ИЗОБРАЖЕНИЕ = Komsomolskaya-Pravda-1925-05-24-0...» 5729102 wikitext text/x-wiki {{О газете | НАЗВАНИЕ = Комсомольская правда | ГОДЫИЗДАНИЯ = 1925 — н.в. | МЕСТОИЗДАНИЯ = Москве | ОПИСАНИЕ = | Google = | ВИКИСКЛАД = Category:Komsomolskaya Pravda | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИПЕДИЯ = | ДРУГОЕ = | ИЗОБРАЖЕНИЕ = Komsomolskaya-Pravda-1925-05-24-01.jpg | ОПИСАНИЕИЗОБРАЖЕНИЯ = | ССЫЛКА = }} <div class="text" style="float:left; width:83ex"> == 1953 == * [[Газета «Комсомольская правда», 27 декабря 1953]] * [[Газета «Комсомольская правда», 29 декабря 1953]] * [[Газета «Комсомольская правда», 30 декабря 1953]] * [[Газета «Комсомольская правда», 31 декабря 1953]] == 1954 == * [[Газета «Комсомольская правда», 1 января 1954]] * [[Газета «Комсомольская правда», 3 января 1954]] == 1955 == * [[Газета «Комсомольская правда», 31 декабря 1955]] </div> [[Категория:Комсомольская правда| ]] 39ges6cx3youexfyhr2wcfai0x0qkvg 5729103 5729102 2026-07-11T20:03:35Z Butko 139 5729103 wikitext text/x-wiki {{О газете | НАЗВАНИЕ = Комсомольская правда | ГОДЫИЗДАНИЯ = 1925 — н.в. | МЕСТОИЗДАНИЯ = Москве | ОПИСАНИЕ = | Google = | ВИКИСКЛАД = Category:Komsomolskaya Pravda | ВИКИЦИТАТНИК = | ВИКИПЕДИЯ = | ДРУГОЕ = | ИЗОБРАЖЕНИЕ = Komsomolskaya-Pravda-1925-05-24-01.jpg | ОПИСАНИЕИЗОБРАЖЕНИЯ = | ССЫЛКА = | ЯНДЕКСАРХИВ = 8cc04854-8759-47a3-a680-4a3cd290851e }} <div class="text" style="float:left; width:83ex"> == 1953 == * [[Газета «Комсомольская правда», 27 декабря 1953]] * [[Газета «Комсомольская правда», 29 декабря 1953]] * [[Газета «Комсомольская правда», 30 декабря 1953]] * [[Газета «Комсомольская правда», 31 декабря 1953]] == 1954 == * [[Газета «Комсомольская правда», 1 января 1954]] * [[Газета «Комсомольская правда», 3 января 1954]] == 1955 == * [[Газета «Комсомольская правда», 31 декабря 1955]] </div> [[Категория:Комсомольская правда| ]] btlqlr2oh6yl1tlgn8uklj9b6cayljy 104 1226257 5729104 2026-07-11T20:04:59Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729104 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} Длинная фигура спящего заворочалась. Разговор замолк. Собеседники оглянулись в сторону Тыртова, который, на секунду открыв заспанные голубые глаза, медленно повернулся лицом к стене. Воробь{{ё}}в, помолчав, сжал кулаки и, стиснув зубы, заговорил так сердито, как будто неприятель находился у него перед глазами: — Досадно. Какой боевой командир у нас, а драться нечем. Такому бы командиру да хороший броненосец! Или хоть бы настоящие дальнобойные пушки были. Вот тогда японцам мы пришили бы языки к пяткам. А сейчас плет{{ё}}мся по морю малым ходом, как спутанная лошадь. Так обидно, что сердце на части… Не договорив, Воробь{{ё}}в, а за ним и его слушатели обернулись на двери. В башню вош{{ё}}л боцман Митрюков. Он обв{{ё}}л взглядом всех сидевших, молча подош{{ё}}л к спящему Тыртову и тронул его за плечо: — Ваше благородие, командир в штурманской рубке вас жд{{ё}}т на совет. Обращаясь к Чернову, боцман сказал: — А ты скорей разыщи лейтенанта Дмитриева. Туда же и его зовут. Лейтенант Тыртов встал, од{{ё}}рнул китель и, пригнувшись, исчез за дверью. За ним вышли из башни боцман Воробь{{ё}}в и Чернов. В штурманской будке командиру уже докладывали о местонахождении корабля. Слушая штурманов, Миклуха шевелил рыжими пучками бровей и пристально оглядывал входивших старших судовых офицеров, как бы проверяя на глаз готовность каждого из них к предстоящим подвигам и испытаниям. Кончив разговор со штурманами, Миклуха выпрямил свою сутуловатую фигуру, поправил очки и обратился к собравшимся: — Мы находимся сейчас, господа, вот здесь. Офицеры придвинулись к карте. Большой палец куцей руки командира показывал на карте местонахождение корабля. — Нос броненосца затоплен, — продолжал Миклуха. — Больше десяти узлов броненосец дать не может. Наша эскадра впереди. Полагаю держать курс тот же: норд-ост двадцать три. Нам важно теперь одно — прошмыгнуть до рассвета мимо противника. Свою эскадру<noinclude><!-- --> <references /> <center>172</center> </div></noinclude> iejyzqgwdzto0cpt3liavl4ybqsu8zh 104 1226258 5729107 2026-07-11T20:17:56Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729107 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>нам догнать не удастся. Но вс{{ё}} равно мы и одни будем прорываться во Владивосток. Вот и вс{{ё}}. А ваше мнение, господа? Командиру никто не возражал. Не было и других мнений. Так и решили на военном совете: идти тем же курсом до рассвета. Из штурманской рубки командир переш{{ё}}л на мостик. Разошлись и офицеры по своим местам. Смертельная усталость после дневного боя и беспрерывной вахты валила моряков с ног: ложились, кто где попало, но спали чутко и тревожно. Главное — всех беспокоила полная неизвестность будущего: никто не знал, что принес{{ё}}т им следующий день. {{heading|24|9. Трагедия от недол{{ё}}тов|id=s9}} Настало 15 мая. Утро было тихое, море слегка зыбилось. «Ушаков», зарываясь носом, ш{{ё}}л прежним курсом. Солнце, оторвавшись от поверхности моря, повисло над горизонтом. Справа по носу, дымя, показались четыре судна. Силуэты их едва намечались в дымке утренней мглы. На «Ушакове» все были уверены, что это идут свои корабли, и взяли курс на них. Но напрасно машины броненосца делали полное число оборотов — расстояние до неизвестного отряда не сокращалось. Вскоре и слева, немного впереди траверза, по лучезарному горизонту протянулись дымовые дорожки. Это шли на пересечку «Ушакову» пять кораблей. Не сразу узнали в них старые японские броненосцы. Командир приказал изменить курс на ост. Первый и второй отряды постепенно начали скрываться. Ho каждому русскому моряку стало ясно, что незамеченным пройти не удалось. Беспокойство ещ{{ё}} больше усилилось, когда позади справа обозначились рангоуты двух судов — маленького и большого. Надвигаясь ближе, они становились выше, словно вырастали из воды. Потом обозначились контуры кораблей. На мостике уже определили, что это идут разведочный крейсер «Читосе» и какой-то миноносец. Миклуха-Маклай, не спускавший с них глаз, распорядился: — Пробить боевую тревогу.<noinclude><!-- --> <references /> <center>173</center> </div></noinclude> 4u8mzksukc5vjsrevehtq7x6dfd5lpz 106 1226259 5729108 2026-07-11T20:21:41Z Butko 139 Новая: «» 5729108 proofread-index text/x-wiki {{:MediaWiki:Proofreadpage_index_template |Type=journal |Название=[[Комсомольская правда]] 1943 № 213 (5615) |Подзаголовок= |Автор= |Переводчик= |Редактор= |Иллюстратор= |Год=1943 |Издатель= |Место= |Том= |Часть= |Издание= |Серия= |school= |Progress= |Transclusion=no |Compilation=false |Изображение=1 |Страницы=<pagelist /> |Тома= |Примечания=1) Согласно [[wmru:Файл:WMRU-20210524s-Agreement-KomsPravda-GreatPatrioticWarIssues.pdf|лицензионному договору №12-468 от 24.05.2021 между Некоммерческим партнёрством содействия распространению энциклопедических знаний «Викимедиа РУ» и Акционерным обществом «Издательский дом «Комсомольская правда»]] газету разрешается распространять на условиях свободной лицензии Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported 2) [https://yandex.ru/archive/catalog/bdc6a1d6-a508-4808-a8b8-dbc35f707412 В поиске Яндекса по архивам] |Содержание= |Источник=pdf |wikidata_item= |Header=__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"> |Footer=<!-- --> <references /> </div> |Width= |Css= |Ключ= }} db605a9vd5gn8323nbwcf9of0r2wsot 5729110 5729108 2026-07-11T20:22:14Z Butko 139 added [[Category:Индексы газеты «Комсомольская правда»]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729110 proofread-index text/x-wiki {{:MediaWiki:Proofreadpage_index_template |Type=journal |Название=[[Комсомольская правда]] 1943 № 213 (5615) |Подзаголовок= |Автор= |Переводчик= |Редактор= |Иллюстратор= |Год=1943 |Издатель= |Место= |Том= |Часть= |Издание= |Серия= |school= |Progress= |Transclusion=no |Compilation=false |Изображение=1 |Страницы=<pagelist /> |Тома= |Примечания=1) Согласно [[wmru:Файл:WMRU-20210524s-Agreement-KomsPravda-GreatPatrioticWarIssues.pdf|лицензионному договору №12-468 от 24.05.2021 между Некоммерческим партнёрством содействия распространению энциклопедических знаний «Викимедиа РУ» и Акционерным обществом «Издательский дом «Комсомольская правда»]] газету разрешается распространять на условиях свободной лицензии Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported 2) [https://yandex.ru/archive/catalog/bdc6a1d6-a508-4808-a8b8-dbc35f707412 В поиске Яндекса по архивам] |Содержание= |Источник=pdf |wikidata_item= |Header=__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"> |Footer=<!-- --> <references /> </div> |Width= |Css= |Ключ= }} [[Категория:Индексы газеты «Комсомольская правда»]] l6bfhb19nygp1j3tp0r97ebq6vr4dew 5729119 5729110 2026-07-11T20:43:53Z Butko 139 5729119 proofread-index text/x-wiki {{:MediaWiki:Proofreadpage_index_template |Type=journal |Название=[[Комсомольская правда]] 1943 № 213 (5615) |Подзаголовок= |Автор= |Переводчик= |Редактор= |Иллюстратор= |Год=1943 |Издатель= |Место= |Том= |Часть= |Издание= |Серия= |school= |Progress=C |Transclusion=no |Compilation=false |Изображение=1 |Страницы=<pagelist /> |Тома= |Примечания=1) Согласно [[wmru:Файл:WMRU-20210524s-Agreement-KomsPravda-GreatPatrioticWarIssues.pdf|лицензионному договору №12-468 от 24.05.2021 между Некоммерческим партнёрством содействия распространению энциклопедических знаний «Викимедиа РУ» и Акционерным обществом «Издательский дом «Комсомольская правда»]] газету разрешается распространять на условиях свободной лицензии Creative Commons Attribution-Share Alike 3.0 Unported 2) [https://yandex.ru/archive/catalog/bdc6a1d6-a508-4808-a8b8-dbc35f707412 В поиске Яндекса по архивам] |Содержание= |Источник=pdf |wikidata_item= |Header=__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"> |Footer=<!-- --> <references /> </div> |Width= |Css= |Ключ= }} [[Категория:Индексы газеты «Комсомольская правда»]] cij083qe5s2jo9xo2lonu1l0p07zz0a 104 1226260 5729109 2026-07-11T20:21:44Z Baraban-uragan 121071 /* Вычитана */ 5729109 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|такъ и слѣдъ его простылъ: ни его, ни бандуры не нашли, только весла да лодка у берега… Разъ ночью приходилъ (къ своей женѣ) и сказалъ: не тужи обо мнѣ, женушка! Мнѣ съ Мариной жить на днѣ Волги матушки весело: меня полюбилъ Водяной Волнокъ… Заиграю—онъ распляшется, со всѣми ''женами русалками''… Обѣщался наградить меня на этомъ свѣтѣ: отпустить вмѣетѣ съ Мариною, моей полюбовницей“<ref>Д. Н. {{razr|Садовниковъ}}, Сказки и преданія Самарскаго края. Спб. 1884, с. 387—388, № 124: Марина-Русалка.</ref>. № 6. Во {{razr|Владимірской губ}}. „русалки или шутовки рисуются въ образѣ женщинъ или дѣвушекѣ: „совсѣмъ какъ женщина, только въ лицѣ краски (румянца) нѣтъ, да руки тощія и холодныя; Космы (волосы) больно длинныя, титины (груди) большущія“.—Видятъ ихъ часто въ прудахъ, озерахъ и проточныхъ водахъ, какъ онѣ балахтаются, стоя по поясъ въ водѣ или на столько, что „только что грѣха не видать“. Здѣсь онѣ обыкновенно чешутся, т. е. гребенкой волосы чешутъ, чаще спереди назадъ; отъ волосъ сыплются иногда блестки, падающія назадъ; въ водѣ же онѣ „водой намываются“, т. е. моютъ лицо руками. Одинъ изъ крестьянъ разсказывалъ, что видѣлъ русалку, какъ она въ водѣ передъ зеркаломъ прихорашивалась, другой—какъ она ''рыбу да рака ѣла''. Нагія онѣ выходятъ изъ воды и ''на берегъ''; здѣсь онѣ прогуливаются, разговариваютъ между собою, смеются, шутятъ. Постоянное пребываніе русалокъ въ водѣ и особенно въ холодное время, очевидно, надоѣдаетъ имъ или, вѣрнѣе, онѣ зябнутъ тамъ, такъ какъ очевидцы разсказываютъ, что видятъ ихъ въ баняхъ, какъ тамъ моются: ржутъ (смѣются), шутятъ и парятся; видятъ ихъ также ''въ овинахъ'', когда тамъ хлѣбъ сушатъ; одинъ старикъ разсказываетъ: „гляжу, а она пришла ''вся во льду'', да и легла на теплину“.—Видятъ ихъ также и одѣтыми въ обыкновенныя одежды, и тогда онѣ занимаются обыкновенно ''мойкой бѣлья'', напр., валькомъ бѣлье колотятъ.—Не нравится также русалкамъ и пребываніе въ наготѣ или, какъ ихъ видятъ иногда, въ однихъ ''рваныхъ сарафанахъ''; желаніе одѣться заставляетъ ихъ ходить ночью въ бани, гдѣ бабы иногда оставляютъ на гребняхъ мочки, чтобы ''напрясть себѣ нитокъ для одежды''; но, очевидно, не всѣ изъ нихъ еще обучены этому искусству: другая только обсосулитъ мочку на гребнѣ да обслюнитъ. |так и след его простыл: ни его, ни бандуры не нашли, только весла да лодка у берега… Раз ночью приходил (к своей жене) и сказал: не тужи обо мне, женушка! Мне с Мариной жить на дне Волги матушки весело: меня полюбил Водяной Волнок… Заиграю — он распляшется, со всеми ''женами русалками''… Обещался наградить меня на этом свете: отпустить вмеете с Мариною, моей полюбовницей“<ref>Д. Н. {{razr|Садовников}}, Сказки и предания Самарского края. Спб. 1884, с. 387—388, № 124: Марина-Русалка.</ref>. № 6. Во {{razr|Владимирской губ}}. „русалки или шутовки рисуются в образе женщин или девушеке: „совсем как женщина, только в лице краски (румянца) нет, да руки тощие и холодные; Космы (волосы) больно длинные, титины (груди) большущие“. — Видят их часто в прудах, озерах и проточных водах, как они балахтаются, стоя по пояс в воде или на столько, что „только что греха не видать“. Здесь они обыкновенно чешутся, т. е. гребенкой волосы чешут, чаще спереди назад; от волос сыплются иногда блестки, падающие назад; в воде же они „водой намываются“, т. е. моют лицо руками. Один из крестьян рассказывал, что видел русалку, как она в воде перед зеркалом прихорашивалась, другой — как она ''рыбу да рака ела''. Нагия они выходят из воды и ''на берег''; здесь они прогуливаются, разговаривают между собою, смеются, шутят. Постоянное пребывание русалок в воде и особенно в холодное время, очевидно, надоедает им или, вернее, они зябнут там, так как очевидцы рассказывают, что видят их в банях, как там моются: ржут (смеются), шутят и парятся; видят их также ''в овинах'', когда там хлеб сушат; один старик рассказывает: „гляжу, а она пришла ''вся во льду'', да и легла на теплину“. — Видят их также и одетыми в обыкновенные одежды, и тогда они занимаются обыкновенно ''мойкой белья'', напр., вальком белье колотят. — Не нравится также русалкам и пребывание в наготе или, как их видят иногда, в одних ''рваных сарафанах''; желание одеться заставляет их ходить ночью в бани, где бабы иногда оставляют на гребнях мочки, чтобы ''напрясть себе ниток для одежды''; но, очевидно, не все из них еще обучены этому искусству: другая только обсосулит мочку на гребне да обслюнит. }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> sdzh8uwbf5s7rzz27pp9jezumnb9mvf 5729111 5729109 2026-07-11T20:22:39Z Baraban-uragan 121071 исправления 5729111 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|такъ и слѣдъ его простылъ: ни его, ни бандуры не нашли, только весла да лодка у берега… Разъ ночью приходилъ (къ своей женѣ) и сказалъ: не тужи обо мнѣ, женушка! Мнѣ съ Мариной жить на днѣ Волги матушки весело: меня полюбилъ Водяной Волнокъ… Заиграю—онъ распляшется, со всѣми ''женами русалками''… Обѣщался наградить меня на этомъ свѣтѣ: отпустить вмѣетѣ съ Мариною, моей полюбовницей“<ref>Д. Н. {{razr|Садовниковъ}}, Сказки и преданія Самарскаго края. Спб. 1884, с. 387—388, № 124: Марина-Русалка.</ref>. № 6. Во {{razr|Владимірской губ}}. „русалки или шутовки рисуются въ образѣ женщинъ или дѣвушекѣ: „совсѣмъ какъ женщина, только въ лицѣ краски (румянца) нѣтъ, да руки тощія и холодныя; Космы (волосы) больно длинныя, титины (груди) большущія“.—Видятъ ихъ часто въ прудахъ, озерахъ и проточныхъ водахъ, какъ онѣ балахтаются, стоя по поясъ въ водѣ или на столько, что „только что грѣха не видать“. Здѣсь онѣ обыкновенно чешутся, т. е. гребенкой волосы чешутъ, чаще спереди назадъ; отъ волосъ сыплются иногда блестки, падающія назадъ; въ водѣ же онѣ „водой намываются“, т. е. моютъ лицо руками. Одинъ изъ крестьянъ разсказывалъ, что видѣлъ русалку, какъ она въ водѣ передъ зеркаломъ прихорашивалась, другой—какъ она ''рыбу да рака ѣла''. Нагія онѣ выходятъ изъ воды и ''на берегъ''; здѣсь онѣ прогуливаются, разговариваютъ между собою, смеются, шутятъ. Постоянное пребываніе русалокъ въ водѣ и особенно въ холодное время, очевидно, надоѣдаетъ имъ или, вѣрнѣе, онѣ зябнутъ тамъ, такъ какъ очевидцы разсказываютъ, что видятъ ихъ въ баняхъ, какъ тамъ моются: ржутъ (смѣются), шутятъ и парятся; видятъ ихъ также ''въ овинахъ'', когда тамъ хлѣбъ сушатъ; одинъ старикъ разсказываетъ: „гляжу, а она пришла ''вся во льду'', да и легла на теплину“.—Видятъ ихъ также и одѣтыми въ обыкновенныя одежды, и тогда онѣ занимаются обыкновенно ''мойкой бѣлья'', напр., валькомъ бѣлье колотятъ.—Не нравится также русалкамъ и пребываніе въ наготѣ или, какъ ихъ видятъ иногда, въ однихъ ''рваныхъ сарафанахъ''; желаніе одѣться заставляетъ ихъ ходить ночью въ бани, гдѣ бабы иногда оставляютъ на гребняхъ мочки, чтобы ''напрясть себѣ нитокъ для одежды''; но, очевидно, не всѣ изъ нихъ еще обучены этому искусству: другая только обсосулитъ мочку на гребнѣ да обслюнитъ. |так и след его простыл: ни его, ни бандуры не нашли, только весла да лодка у берега… Раз ночью приходил (к своей жене) и сказал: не тужи обо мне, женушка! Мне с Мариной жить на дне Волги матушки весело: меня полюбил Водяной Волнок… Заиграю — он распляшется, со всеми ''женами русалками''… Обещался наградить меня на этом свете: отпустить вмеете с Мариною, моей полюбовницей“<ref>Д. Н. {{razr|Садовников}}, Сказки и предания Самарского края. Спб. 1884, с. 387—388, № 124: Марина-Русалка.</ref>. № 6. Во {{razr|Владимирской губ}}. „русалки или шутовки рисуются в образе женщин или девушеке: „совсем как женщина, только в лице краски (румянца) нет, да руки тощие и холодные; Космы (волосы) больно длинные, титины (груди) большущие“. — Видят их часто в прудах, озерах и проточных водах, как они балахтаются, стоя по пояс в воде или на столько, что „только что греха не видать“. Здесь они обыкновенно чешутся, т. е. гребенкой волосы чешут, чаще спереди назад; от волос сыплются иногда блестки, падающие назад; в воде же они „водой намываются“, т. е. моют лицо руками. Один из крестьян рассказывал, что видел русалку, как она в воде перед зеркалом прихорашивалась, другой — как она ''рыбу да рака ела''. Нагие они выходят из воды и ''на берег''; здесь они прогуливаются, разговаривают между собою, смеются, шутят. Постоянное пребывание русалок в воде и особенно в холодное время, очевидно, надоедает им или, вернее, они зябнут там, так как очевидцы рассказывают, что видят их в банях, как там моются: ржут (смеются), шутят и парятся; видят их также ''в овинах'', когда там хлеб сушат; один старик рассказывает: „гляжу, а она пришла ''вся во льду'', да и легла на теплину“. — Видят их также и одетыми в обыкновенные одежды, и тогда они занимаются обыкновенно ''мойкой белья'', напр., вальком белье колотят. — Не нравится также русалкам и пребывание в наготе или, как их видят иногда, в одних ''рваных сарафанах''; желание одеться заставляет их ходить ночью в бани, где бабы иногда оставляют на гребнях мочки, чтобы ''напрясть себе ниток для одежды''; но, очевидно, не все из них еще обучены этому искусству: другая только обсосулит мочку на гребне да обслюнит. }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> tpbvhsnxbhus58g4uy1sp6g2a89i0s9 104 1226261 5729113 2026-07-11T20:29:52Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729113 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} Под аккомпанемент высоких и отрывистых звуков горна рассыпалась частая барабанная дробь. Люди, находившиеся на верхней палубе, ринулись в разные стороны к своим местам. П{{ё}}с Калган взвизгнул и, поджав хвост, юркнул по трапу вниз, в жилые помещения. Боевая тревога всегда его пугала. Но теперь получалось впечатление, как будто и он побежал занимать сво{{ё}} место по боевому расписанию. Освещ{{ё}}нный лучами солнца боевой андреевский флаг развевался уже не на гафеле, который накануне был сбит осколками, а на правом ноке грот-реи. У него стоял по боевому расписанию часовой — строевой квартирмейстер Василий Прокопович. От канонады он ещ{{ё}} во вчерашнем дневном бою совершенно оглох на оба уха, но утром снова был уже на сво{{ё}}м посту. На крыше штурманской рубки, где были приспособлены дальномеры, опять, как и вчера в бою, вместе с сигнальщиками находились офицеры: мичманы Сипягин и Транзе. Первый был высок, тонок и белобрыс, с мальчишеским лицом. Он походил на гимназиста, увлеч{{ё}}нного морской романтикой и сбежавшего из родительского дома в поисках приключений. Второй был ниже его ростом, головастый и задумчивый шатен, в пенсне. Они должны были стоять у дальномера посменно. Но ещ{{ё}} вчера между ними произош{{ё}}л спор за честь, кому быть первым в бою под неприятельскими снарядами. Один не хотел уступить другому, и они оба стали вместе на боевую вахту. Под огн{{ё}}м противника они пробыли до поздней ночи. Сегодня с утра их опять увидели вместе. Дальномерная работа Сипягина и Транзе уже началась. До неприятеля определили сорок кабельтовых. Комендоры навели орудия на «Читосе». Но вдруг этот японский крейсер вместе с миноносцем развернулся крутым поворотом и, удаляясь, направился в сторону видневшихся раньше японских кораблей. На «Ушакове» сыграли отбой. Командир единственным большим пальцем правой руки осадил фуражку на затылок и громко скомандовал: — Право руля! Броненосец повернул на север. На некоторое время горизонт был чист. Вдруг на мостике все замолкли и насторожились: откуда-то издалека слабо доносились глухие раскаты выстрелов. В сторону орудийной пальбы<noinclude><!-- --> <references /> <center>174</center> </div></noinclude> 0yjb93yerzu8hwpxqd7m2xedyu57yus 104 1226262 5729114 2026-07-11T20:32:12Z Butko 139 /* Не вычитана */ Новая: «ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ! ЛЕН КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА Орган Центрального и Московского Комитетов ВЛКСМ № 213 (5615) Четверг, 9 сентября 1943 г. Войска Южного и Юго-Западного фронтов отбили у немцев и вернули нашей Родине Донецкий бассейнважнейший угольный...» 5729114 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="Butko" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>ПРОЛЕТАРИИ ВСЕХ СТРАН, СОЕДИНЯЙТЕСЬ! ЛЕН КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА Орган Центрального и Московского Комитетов ВЛКСМ № 213 (5615) Четверг, 9 сентября 1943 г. Войска Южного и Юго-Западного фронтов отбили у немцев и вернули нашей Родине Донецкий бассейнважнейший угольный и промышленный район страны. ЦЕНА 20 КОП. Слава доблестным воинам Красной Армии! ПРИКАЗ Верховного Главнокомандующего Войска Южного и Юго-Западного фронтов, в резульр- тате умелого маневра и стремительного наступления, одержали крупную победу в Донецком бассейне над немецкими в захватчиками. Сломив сопротивление врага, наши войска в течение шести дней с боями овладели городами ДЕБАЛЬЦЕВО, ИЛОВАЙСК, ЛИСИЧАНСК, ЕНАКИЕВО, ГОРЛОВКА, ЧИСТЯКОВО, СЛАВЯНСК, АРТЕМОВСК, КРАМАТОРСКАЯ, КОНСТАНТИНОВКА, МАКЕЕВКА, КРАСНОАРМЕЙСКОЕ, ЯСИНОВАТАЯ и областным центром ДОНБАССА — городом СТАЛИНО. Таким образом войска Южного и Юго-Западного фронтов отбили у немцев и вернули нашей Родине ДОНЕЦКИЙ БАССЕЙН важнейший угольный и промышленный район страны. В боях за ДОНБАСС отличились войска генерал-лейтенанта ЦВЕТАЕВА, генерал-лейтенанта КРЕЙЗЕРА, генерал-лейтенанта ЛЕЛЮШЕНКО, генерал-лейтенанта ЗАХАРОВА, генерал-майора ЖЕРЕБИНА, генерал-майора МАКОВЧУК, генерал-майора БЕЛОВА, генерал-майора РОСЛОГО, лётчики генерал-лейтенанта авиации СУДЕЦ, генерал-лейтенанта авиации ХРЮКИНА и особенно 126 стрелковая дивизия полковника КАЗАРЦЕВА, 127 стрелковая дивизия полковника КРЫМОВА, 271 стрелковая дивизия полковника ГОВОРОВА, 346 стрелковая дивизия генерал-майора СТАНКЕВСКОГО, 266 стрелковая дивизия полковника РЕБРИКОВА, 279 стрелковая дивизия генералмайора ПОТАПЕНКО, 259 стрелковая дивизия полковника ВЛАСЕНКО, 50 Гвардейская стрелковая дивизия полковника ВЛАДИЧАНСКОГО, 301 стрелковая дивизия полковника АНТОНОВА, 230 стрелковая дивизия полковника УКРАИНСКОГО, 54 Гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора ДАНИЛОВА, 297 стрелковая дивизия полковника МАТВЕЕВА, 61 Гвардейская стрелковая дивизия полковника ЛАЗАНОВИЧА, 59 Гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора КАРАМЫШЕВА, 34 Гвардейская стрелковая дивизия полковника БРАЙЛЯН, 40 Гвардейская стрелковая дивизия полковника ПОНОМАРЕВА, 320 стрелковая дивизия генерал-майора ШВЫГИНА, 96 Гвардейская стрелковая дивизия полковника ЛЕВИНА, 5 Гвардейская отдельная мото-стрелковая бригада полковника БУГАЕВА, Генерал-полковнику ТОЛБУХИНУ Генералу армии МАЛИНОВСКОМУ | 135 танковая бригада подполковника БЕЗНОЩЕНКО, 179 истребительный противотанковый артиллерийский полк майора САВЧЕНКО, 243 отдельный танковый полк майора ПОДЛЕСНОГО. В ознаменование одержанной победы отличившимся в боях за овладение ДОНБАССОМ соединениям и частям присвоить наименования: рийскому полку; 5-й Гвардейской отдельной мото-стрелковой бригаде; 243-му отдельному танковому полку, и впредь эти соединения и части именовать: «СТАЛИНСКИХ»: 50-й Гвардейской стрелковой дивизии; 301-й стрелковой дивизии; 230-й стрелковой дивизии; «ЕНАКИЕВСКИХ»: 34-й Гвардейской стрелковой дивизии; 40-й Гвардейской стрелковой дивизии; 320-й стрелковой дивизии; «ИЛОВАЙСКОЙ»: 96-й Гвардейской стрелковой дивизии; «ЧИСТЯКОВСКОЙ»: 50-я Гвардейская Сталинская стрелковая дивизия; 301-я Сталинская стрелковая дивизия; 230-я Сталинская стрелковая дивизия; 34-я Гвардейская Енакиевская стрелковая дивизия; 40-я Гвардейская Енакиевская стрелковая дивизия; 320-я Енакиевская стрелковая дивизия; 96-я Гвардейская Иловайская стрелковая дивизия; 127-я Чистяковская стрелковая дивизия; 126-я Горловская стрелковая дивизия; 271-я Горловская стрелковая дивизия; 346-я Дебальцевская стрелковая дивизия; 266-я Артёмовская стрелковая дивизия; 259-я Артёмовская стрелковая дивизия; 279-я Лисичанская стрелковая дивизия; 135-я Константиновская танковая бригада; 127-й стрелковой дивизии; «ГОРЛОВСКИХ»: 179-й Константиновский истребительный противотан- ковый артиллерийский полк; 126-й стрелковой дивизии; 271-й стрелковой дивизии; 54-я Гвардейская Макеевская стрелковая дивизия; «ДЕБАЛЬЦЕВСКОЙ»: 61-я Гвардейская Славянская стрелковая дивизия; 297-я Славянская стрелковая дивизия; 346-й стрелковой дивизии; «АРТЕМОВСКИХ»: 59-я Гвардейская Краматорская стрелковая дивизия; 266-й стрелковой дивизии; 259-й стрелковой дивизии; 5-я Гвардейская Краматорская отдельная мото-стрелковая бригада; «ЛИСИЧАНСКОЙ»: 243-й отдельный Краматорский танковый полк. 279-й стрелковой дивизии; «КОНСТАНТИНОВСКИХ»: 135-й танковой бригаде; 179-му истребительному противотанковому артилле- «МАКЕЕВСКОЙ»: 54-й Гвардейской стрелковой дивизии; «СЛАВЯНСКИХ»: 61-й Гвардейской стрелковой дивизии; 297-й стрелковой дивизии; «КРАМАТОРСКИХ»: В знак торжества по случаю крупной победы в ДОНБАССЕ сегодня, 8 сентября, в 20 часов столица нашей Родины МОСКВА от имени Родины салютует нашим доблестным войскам, освободившим ДОНБАСС от немецких захватчиков, двадцатью артиллерийскими залпами из двухсот двадцати четырёх орудий. За отличные боевые действия ОБ'ЯВЛЯЮ БЛАГОДАРНОСТЬ всем руководимым Вами войскам, участвовавшим в освобождении Донбасса. Вечная слава героям, павшим в борьбе за свободу и независимость нашей Родины! 59-й Гвардейской стрелковой дивизии; Смерть немецким захватчикам! Верховный Главнокомандующий Маршал Советского Союза 8 сентября 1943 года. И. СТАЛИН. В ОСВОБОЖДЕННОМ ДОНБАССЕ На снимках (слева направо): 1. Город Сталино. На одной из улиц города. 2. Командиры Красной Армии беседуют с жителями. 3. Горит Дом пионеров в Макеевке. Фото специального фотокорреспондента «Красной звезды» майора С. ЛОСКУТОВА.<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> t6ezfmmc3obczteuv7b5s9maaeftt6s 104 1226263 5729115 2026-07-11T20:37:31Z Butko 139 /* Не вычитана */ Новая: «ОТ СОВЕТСКОГО ИНФОРМБЮРО Оперативная сводка за 8 сентября В течение 8 сентября в ДОНБАССЕ наши войска продолжали успешно развивать наступление и, продвинувшись вперёд от 15 до 20 километров, свладели областным центром ДОНБАССА — городом СТАЛИНО, городом и желез...» 5729115 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="Butko" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>ОТ СОВЕТСКОГО ИНФОРМБЮРО Оперативная сводка за 8 сентября В течение 8 сентября в ДОНБАССЕ наши войска продолжали успешно развивать наступление и, продвинувшись вперёд от 15 до 20 километров, свладели областным центром ДОНБАССА — городом СТАЛИНО, городом и железнодорожным узлом КРАСНОАРМЕЙСКОЕ, городом и крупным железнодорожным узлом ЯСИНОВАТАЯ, городом НОВО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ, районным центром АВДЕЕВКА, районным центром СЕЛИДОВКА, а также заняли свыше 150 других населённых пунктов, в том числе крупные населённые пункты МАЛАЯ КАМЫШЕВАХА, ЯВЛЕНСКАЯ, ЗОЛОТОЙ КОЛОДЕЗЬ, ВЛАДИМИРОВКА, КРАСНОЕ, ГРИШИНО, НИКОЛАЕВКА, ГРОДОВКА, ЯСИНОВКА, АЛЕКСАНДРО-ГРИГОРЬЕВКА и железнодорожные станции МЕРЦАЛОВО, ГРОДОВКА, ЖЕЛАННОЕ, ГАЛУШКИНО. На БАХМАЧСКОМ направлении наши войска продолжали наступление и, продвинувшись вперёд от 10 до 12 километров, заняли свыше 60 населённых пунктов, в том числе город Черниговской области БОРЗНА и крупные насолённые пункты ЯТУДЫ, КОНОШЕВКА, ШАПОВАЛОВКА, СОСНОВКА, ГИРЕВКА, ЧЕРНЕЧЕ, БИЖЕВКА. Южнее БРЯНСКА наши войска продвинулись вперёд до 10 километров и заняли москолько населённых пунктов. В районе западнее и юго-западнее ХАРЬКОВА неши войска продолжали наступление и, продвинувшись на отдельных участках вперёд от 5 до 6 килсметров, заняли несколько населённых пунктов. На СМОЛЕНСКОМ направлении наши войска продолжали вести бои по улучшению занимаемых позиций. В течение 7 сентября на всех фронтах наши войска подбили и уничтожили 93 немецких танка. В воздушных боях и огнём зенитной артиллерии сбито 118 самолётов противника. * * * * В Донбассе наши войска, развивая успешное наступление, овладели центром Донбасса - городом Сталино, городом в железнодорожным узлом Красноармейское, городом и крупным узлом железных дорог Ясиноватая, городом Ново-Экономическое, районными центрами Авдеевка, Селидовка, а также заняли свыше 150 других населённых пунктов. Донецкий бассейн важнейший угольный и промышленный центр Советской страны освобождён от немецких оккупантов. Прошлой ночью и утром наши войска вели ожесточённые бои на подступах к городу Сталино. Противник оказывал упорное сопротивление. Советские войска совершили умелый манёвр, стремительно продвинулись севернее и южнее Сталино, а затем штурмом ворвались в город. В ожесточённых уличных боях наши бойцы разгромили противника и полностью очистили от немецко-фашистских захватчиков город Сталино. Нашими войсками захвачены трофеи, в числе которых много орудий, миномётов, крупные склады боеприпасов и различных военных материалов. селённых пунктов. Противник бросил в контратаки танковые части. В ожесточённых боях нашими танкистами и артиллерийским огнём подбито и сожжено 32 пемецких танка, 9 самоходных орудий и уничтожено до 800 гитлеровцев. Юго-западнее Харькова наши войска, преодоленая сопротивление немцев, продвинулись вперёд и овладели рядом опорных пунктов. Бойцы II-ской части истребили 400 гитлеровцев, захватили 7 орудий. 30 пулемётов, 2 радиостанции и вещевой склад. Наши войска, действующие юго-запададнее Константиновки, быстро продвигаясь вперёд, вышли к городу Красноармейское. Противник пытался задержаться на этом рубеже, но был разгромлен и выбит из города нашими танкистами. На аэродроме в гор. Красноармейское захвачено 19 немецких самолётов. Захвачены также несколько железнодорожных составов с военной техникой противника. На Смоленском направлении наши войска вели активные боевые действия. Западнее Дорогобужа батальои немецкой пехоты при поддержке танков предпринял контратаку против Н-ской части, овладевшей накануне высотой, имеющей важное значение. Пехота и танки протившика были встречены сильным огнём нашей противотанковой артиллерии и пехоты. Потеряв три танка и более 200 солдат и офицеров убитыми. немцы отошли на исходные позиции. Югозападнее Ельни наши пойска заняли несколько высот и выгодных рубежей. Истреблено до 600 немецких солдат и офицеров. Захвачены трофеи, в числе которых 6 орудий и склад боеприпасов. Взяты пленные. с Советские лётчики в воздушных боях сбили 25 немецких самолётов. Наша авиация наносила удары по вражеским аэродромам. Сброшенными бомбами, а также пушечным и пулемётным огнём разбито и сожжено более 40 самолётов противника. Наша авиация в Баренцовом море потопила два немецких транспорта общим водокамещением в 10.000 тонн. Третьему транспорту противника нанесены серьёзные повреждения. Каранан немецких транспортов прикрывался большим числом самолётов. Наши лётчики в воздушных боях сбили 10 самолётов противника. Наши потери-2 самолёта. На Бахмачском направлении наши войска, тесня противника и уничтожая его живую силу и технику, заняли несколько населённых пунктов, в том числе районный центр Черниговской области город Борзна. В бою за один пункт, упорно оборонявшийся противником, истреблено свыше 1.000 немецких солдат и офицеров и взято 150 пленных. Захвачены крупные продовольственные склады и большее количество боеприпасов. На другом участке частями Н-ского соединения полностью уничтожен батальон гитлеровцев, пытавшихся задержаться на выгодных позициях. Наши бойцы обошли, а затем стремительным ударом разгромили противника. Захвачено всё вооружение разбитого батальона гитлеровцев. Авиация Краснознамённого Балтийского флота в Финском заливе потопила сторожевой корабль и минный заградитель противника. В воздушных боях сбито 7 пемецких самолётов. Группа партизан отряда имени Лазо. действующего в Орловской области, пустила под откос немецкий воинский эшелон. В результате крушения разбит паровоз. 13 платформ с тапками и орудиями и 4 вагона с солдатами и офицерами. Движение поездов на этом участке железной дороги прервано. Партизаны отряда имени Жданова взорвали 3 немецких автомашины. Убито 20 гитлеровцев. Южнее Брянска наши войска продолжали наступление. Бойцы Н-ского соедиисния, овладев городом Павля, действуя в сплошных лесных массивах, проникают на фланги и в тылы противника и наносят ему тяжёлые удары. За день боёв уничтожено 1.200 немецких солдат и офицеров. Захвачены 25 орудий и другие трофеи. Западнее Хутор Михайловский наши войска, преследуя противника, продвигались вперёд и заняли несколько населённых пунктов. Истреблено до батальона немецкой пехоты. Захвачены 6 орудий, 26 пулемётов и склад с горючим. Западнее Харькова наши войска продолжали наступление и заняли несколько на- «КОМСОМОЛЬСКАЯ ПРАВДА» 2 стр. 9 сентября 1943 г. Пленный командир 4 роты 317 полка 211 немецкой пехотной дивизии лейтенант Ганс Розенбаум рассказал: «В середине августа на собрании офицеров 317 полка выступил с речью командир полка подполковник Флинцер. Он заявил, что получен приказ Гитлера, в котором предлагается во что бы то ни стало удерживать позиции. Далее Флинцер говорил, что Восточный фронт попрежнему остается решающим фронтом, и категорически потребовал рассеять вздорные слухи об отводе дивизии на отдых во Францию. Он подчеркнул, что в такой критический для немецкой армии момент не может быть и речи об отдыхе. Напротив, мы получаем и впредь будем получать пополнения из запасных частей, расквартированных в оккупированных странах. В конце собрания был зачитан приказ командующего 2-й армии. В приказе были названы фамилии пяти офицеров, присуждённых к расстрелу за трусость и недостойное поведение в бою, и 15 офицеров. приговорённых к тюремному заключению на длительные сроки за пораженческие взгляды». О присвоении воинских званий офицерскому составу Присвоить нижепоименованным лицам воинские звания, установленные Указом Президиума Верхозного Совета СССР от 7 мая 1940 года и Постановлением Государственного Комитета Обороны от 3 марта 1942 года: Указ Президиума Верховного Совета СССР За образцовое выполнение боевых заданий Командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство присвоить звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»: Указ Президиума Верховного Совета СССР За образцовое выполнение боевых заданий Командования на фронте борьбы немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство присвоить звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»; 1. Майору Ананьину Степану Константиновичу. 2. Старшему лейтенанту Жигарину Федору Александровичу. 3. Майору Кузнецову Михаилу Васильевичу. 4. Гвардии старшему лейтенанту Николаеву Дмитрию Семеновичу. 5. Капитану Подколоднову Виктору Гавриловичу. 6. Гвардии младшему лейтенанту Попкову Виталию Ивановичу. 7. Гвардии майору Прокопенко Георгию Николаевичу. 8. Старшему лейтенанту Сивцову Николаю Степановичу. 9. Гвардии лейтенанту Сытову Ивану Никитовичу. 10. Младшему лейтенанту Худову Петру Дмитриевичу. 11. Гвардии старшему лейтенанту Шардакову Игорю Александровичу. 12. Капитану Шавцову Александру Григорьевичу. Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. КАЛИНИН. Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН. Указ Президиума Верховного Совета СССР За умелое и мужественное руководство боевыми операциями и образцовое выполнение боевых заданий Кома Командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество наградить: Москва от имени Родины салютует доблестным войскам, освободившим Донбасс По приказу Верховного Главнокомандующего Маршина Советского Союза товарища Сталина вчера, 8 сентября, столица нашей Родины Москва в знак торжества по случаю крупной победы в Донбассе от имени Родины салютовала нашим доблестным войскам, освободившим Донбасс от кемецких захватчиков. Ропно в 20 часов грянул первый сотиллерийский зали из 224 орудий. Один за другим в течение 5 минут было произведено 20 залпов. Во время салюта в небо взлетали сотни ослепительно ярких ракет. Артиллерийский салют транслировался по радио по всей стране. (ТАСС). Москва в 20 часов 8 сентября 1943 года. Столица нашей Родины салютует доблестным войскам. освободившим Донбасс. Фото Н. ГРАНОВСКОГО. и генералам Красной Армии Постановление Совета Народных Комиссаров Союза ССР Совет Народных Комиссаров Союза ССР постановляет: Звание ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТА АРТИЛЛЕРИИ Кариофилли Георгию Спиридоновичу. Звание ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТА ИНЖЕНЕРНО-АРТИЛЛЕРИЙСКОЙ СЛУЖБЫ Снитно Константину Константиновичу. Звание ГЕНЕРАЛ-МАЙОРА АРТИЛЛЕРИИ Никитину Михаилу Николаевичу. Парешину Василию Васильевичу. Рымареву Алексею Семеновичу. Звание ГЕНЕРАЛ-МАЙОРА ИНЖЕНЕРНО-АРТИЛЛЕРИЙСКОЙ СЛУЖБЫ Жеванин Михаилу Митрофановичу. Каневскому Борису Ивановичу. Симзену Юрию Михайловичу. Председатель Совета Народных Комиссаров Союза ССР И. СТАЛИН. Управляющий Делами Совнаркома СССР Я. ЧАДАЕВ. Москва, Кремль. 8 сентября 1943 г. О присвоении звания Героя Советского Союза рядовому, сержантскому и офицерскому составу артиллерии Красной Армии 1. Ефрейтору Бисареву Кузьме Федоровичу. 2. Сержанту Ванахун Манзус. 3. Младшему лейтенанту Ловчеву Виктору Константиновичу. 4. Красноармейцу Пимонову Ивану Тимофеевичу. 5. Старшему сержанту Резник Федору Григорьевичу. 6. Старшему лейтенанту Сидорову Георгию Семеновичу. 7. Лейтенанту Сонину Ивану Егоровичу. 8. Красноармейцу Фадееву Сергею Михайловичу. 9. Младшему сержанту Хамзалиеву Исмаилу. Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. КАЛИНИН. Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН. Москва, Кремль. 8 сентября 1943 г. О присвоении звания Героя Советского Союза офицерам Военно-Воздушных Сил Красной Армии Москва, Кремль. 8 сентября 1943 г. О награждении орденами и медалями генералов, офицерского, сержантского, рядового и вольнонаемного состава артиллерии Красной Армии ОРДЕНОМ ЛЕНИНА 1. Старшего сержанта Болдина Василия Петровича... 2. Майора Гришина Александра Андреевича. 3. Старшину Кузменкова Петра Михайловича. 4. Старшего дейтенанта Кузюкова Ивана Михайловича. 5. Сержанта Ласкина Александра Ивановича. 6. Сержанта Петрова Виктора Сергеевича. 7. Старшего сержанта Попук Антона Макаровича. 8. Майора Чмут Ивана Митрофановича. ОРДЕНОМ КРАСНОГО ЗНАМЕНИ 1. Полковника Цикало Михаила Пантелеевича. 1. Генерал-майора артиллерии Тимотиевич Ивана Ивановича. ОРДЕНОМ СУВОРОВА ВТОРОЙ СТЕПЕНИ ОРДЕНОМ КУТУЗОВА ВТОРОЙ СТЕПЕНИ 1. Генерал-майора артиллерии Година Григория Васильевича. ОРДЕНОМ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ I СТЕПЕНИ 1. Генерал-майора артиллерии Надысева Георгия Семеновича. 2. Подполковника Стрельникова Константина Павловича. МЕДАЛЬЮ «ЗА ТРУДОВОЕ ОТЛИЧИЕ» 1. Андрукович Людвис Александровну. 2. Инженер-майора Гребенщикова Василия Михайловича. 3. Харитонова Виктора Васильевича. Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. КАЛИНИн. Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН. Москва, Кремль. 8 сентября 1943 г. Москва, Кремль товарищу СТАЛИНУ От руководителей передовых зерновых колхозов Узбекской ССР Дорогой Иосиф Виссарионович! Мы, руководители передовых зерновых колхозов Узбекистана, собравшиеся на республиканское совещание в исторические дни новых блестящих успехов героической Красной Армии, от лица всего колхозного лехканства обращаем слова любви и горячего привета к Вам, дорогой товарищ Сталин, нашему любимому отцу и учителю, вдохновителю и организатору наших побед в отечественной войне с гитлеровской Германией. Под Вашим гениальным водительством, рука об руку с нашими братьями - русскими, украинцами, белоруссами, казахами и другими народами Советского Союза, на фронтах отечественной войны доблестно сражаются также и сыны узбекского народа. Провожая их на фронт, узбекский народ дал им наказ: возвратиться домой только с победой, не щадить своих жизней в борьбе за общенародное дело, за честь, свободу и независимость нашей любимой Родины. Следуя Вашим указаниям, дорогой учитель и вождь, проникшись сознанием тосударственной важности своего труда, мы взялись за увеличение посевов зерна и других продовольственных культур, чтобы дать стране как можно больше хлеба и тем самым помочь Красной Армии быстрее разгромить гитлеровских захватчиков. Мы увеличиваем продовольственные ресурсы в республике в интересах дальнейшего под'ёма хлопководства, зная, что хло- (Принято на совещании передовиков зернового хозяйства Узбекистана 3 сентября 1943 года). Указ Президиума Верховного Совета СССР О награждении колхозницы Пискаревой Ольги Филипповны орденом Красного Знамени за сохранение боевого знамени артиллерийского полка За сохранение боевого знамени артиллерийского полка в течение полутора лет на территории, временно оккупированной немецко-фашистскими захватчиками, и проявленное при этом мужество-наградить колхозницу Писнареву Ольгу Филипповну орденом Красного Знамени. Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. КАЛИНИН. Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН. Москва, Кремль. 8 сентября 1943 года. Указ Президиума Верховного Совета СССР О награждении орденами войсковых частей и соединений Красной Армии За образцовое выполнение боевых заданий Командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество наградить: ОРДЕНОМ ЛЕНИНА 1. 12-й Гвардейский Артиллерийский полк. ОРДЕНОМ КРАСНОГО ЗНАМЕНИ 1. 1-ю Гвардейскую Артиллерийскую дивизию РГК. 2. 81 Гаубичный Артиллерийский полк РГК. 3. 168 Гвардейский Легкий Артиллерийский полк 2-й Гвардейской Артиллерийской дивизии РГК. 4. 268 Армейский Пушечный Артиллерийский полк. 5. 371 Сибирский Артиллерийский полк 140 Сибирской стрелковой дивизии. 6. 968 Артиллерийский полк 395 стрелковой дивизии. 7. 6 Гвардейский Минометный полк. 8. 20 Гвардейский Минеметный полк. 9. 38 Гвардейский Минометный полк. 10. 65 Гвардейский Минометный полк. Председатель Президиума Верховного Совета СССР М. КАЛИНИН. Секретарь Президиума Верховного Совета СССР А. ГОРКИН. Москва, Кремль. 8 сентября 1943 г. Собор епископов православной церкви 8 сентября в Москве состоялся Собор епископов православной церкви, созванный для избрания Патриарха Московского и всея Руси и образования при Патриархе Священного Синода. Собор епископов единодушно избрал Митрополита Сергия Патриархом Московским и всея Руси, Далее Собор единогласно принял оглашенное Митрополитом Сергием обращение к Правительству СССР с выражением благодарности за внимание к нуждам русской православной церкви. Архиепископ Саратовский Григорий прочёл обращение к христканам всего мира. Этот документ, содержащий призыв к обединению всех усилий в борьбе против гитлеризма, также единогласно принят Собором. Затем Собор приступил к избранию Священного Синода при Патриархе Московском и всея Руси. В состав Священного Синода НОВЫЙ ТРУДОВОЙ ПОД'ЕМ НА ПРЕДПРИЯТИЯХ МОСКВЫ Трудящиеся столицы отвечают доблестным освободителям Донбасса С исключительным воодушевлением встретила столица нашей Родины Москва радостную весть о том, что войска Южного и Юго-Западного фронтов отбили у немцев и вернули нашей Родине Донецкий бассейн важнейший угольный и промышленный район страны. Сотни тысяч москвичей, затаив дыхание, с напряжённым вниманием слушали передававшийся по радио приказ Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза товарища Сталина. После того, как отгремел артиллерийский салют т в честь доблестных освободителей Донбасса, на предприятиях состоялись многолюдные митинги, прошедшие как яркая демонстрация тесного единства фронта и тыла. Целые смены, цехи, бригады, отдельные рабочие приняли на себя новые повышенные обязательства и немедленно приступили к их выполнению. Многие смены и бригады об'явили стахановскую фронтовую вахту в честь освободителей Донбасса. На митинге рабочих одного из цехов автозавода им. Сталина выступил стахановец Скардин, участник Отечественной войны. аЯ своими руками бил фашистских гадов, гнал немецких захватчиков с советской земли,-сказал он.-Теперь работаю на заподе. В честь дивизий, освободивших Донбасс, становлюсь на стахановскую вахту. чтобы самоотверженным трудом крепить помощь фронту и бить гитлеровских мерзавцев. Я твёрдо знаю, что линия фронта проходит и у моего станка, и каждую деталь, сделанную мною сверх плана, сравниваю с пулей, направленной в сердце врага. На заводе, где секретарем парткома т. пок продолжает оставаться важнейшей. основной культурой сельского позяйства Узбекистана. За время войны в Узбекистане в два с лишним раза увеличился валовой выход зерна. Однако, у нас далеко ещё не исчерпаны возможности для увеличения продовольственной продукции. Мы будем и в дальнейшем расширять посевные площади, осваивать под посевы зерна новые земли. Наряду с этим, нам надо решить глазную задачу - повысить урожайность зерновых культур, производить хлеба столько, чтобы не только полностью обеспечить потребность населения Узбекистана, но и создать богатые излишки для снабжения фронта и населения районов, освобождённых Красной Армией от фашистских оккупантов. Заверяем Вас, дорогой Иосиф Виссарионович, что мы отдадим все свои силы, всю энергию, чтобы успешно решить эту задачу, ибо нет у нас чувства более могучего, чем любовь к Родине, нет в наших сердщах стня более пламенного, чем священная ненависть к врагу. Да здравствует нерушимая ленинскосталинская дружба народов! Да здравствует наша великая и прекрасная Родина! Да здравствует героическая Красная Армия! Да здравствует великий полководец Отечественной войны, наш родной Сталин! избраны: Леминградский Митрополит Алексий, Экзарх Украины Киевский и Галицкий Митрополит Николай, архиепископы Ярославский, Красноярский, Куйбышевский и Горьковский. Патриарх Московский и всея Руси Сергий родился в 1867 году в Арзамасе. Он учился в Нижегородской духовной семинарии и получил высшее богословское образование в Петербургской духовной академин. После окончация академии состоял членом духовной миссии в Японии, затем последовательно занимал должности настоятеля посольской церкви в Афинах, ректора Петербургской акалемии, архиепископа Финляндского, митрополита Владимирского и митрополита Нижегородского. С 1926 года Митрополит Сергий занимает пост Патриаршего Местоблюстителя. (ТАСС). Шклюков, все рабочие цеха, где начальником тов. Морозов, после митинга встали на стахановскую вахту. Фрезеровщики «Бутырский, Сорокиз, Митина обязались дать за смену не менее 250 процентов задания. Такое же обязательство взяла комсомольскомолодёжная фронтовая бригада т. Лаврентьева. Чем мы можем отблагодарить наших доблестных бойцов, чем мы можем помочь им скорее очистить родную землю от немецких захватчиков? взволнованно говорила на митинге рабочих обувной фабрики «Парижская Коммуна» стахановка Румянцева. Дело, товарищи, ясное! Скажу о себе: моя норма 216 пар изделий, я делаю 400. С серодняшнего дня буду делать 500 пар. Вот мой ответ! Такие же конкретные обязательства взяло большинство рабочих и работниц ночной смены. Выступивший на митиге рабочих Н-ского завода комсомолец Колосков сказал: Как комсомолец, как член фронтовой бригады я беру обязательство в о выполнить не менее чем две с половиной нормы за смену. У меня с немцами особые счёты. В боях за Родину погиб мой любимый брат. Я отомщу за смерть брата своим упорным трудом! Артиллерийский салют, которым Москва от имени Родины приветствовала освободителей Донбасса, слился с трудовым салютом москвичей, с умножением их усилий. направленных х еще более самоотверженной и дружной помощи героической Красной Армии. (TACC).<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 73etynrtw1j9skrxup4qqagdls17dag 104 1226264 5729116 2026-07-11T20:41:30Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729116 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>были направлены бинокли, но сияющая поверхность моря была по-прежнему пуста. Миклуха, повернувшись к старшему штурману Максимову, сказал: — Вот когда наши встретились с японцами. Надо идти на помощь. Определите точнее направление. Острый взгляд Миклухи впился в морскую даль. Туда же смотрели офицеры и сигнальщики. Скоро вс{{ё}} смолкло, но они ещ{{ё}} долго слушали и молчали. — Непонятно, что произошло, — удивл{{ё}}нно пожимая плечами, промолвил командир. — Да, бой не мог так скоро кончиться, — согласился Максимов. Эта короткая стрельба, происходившая между небогатовским отрядом и японцами, так и осталась загадкой для всех на «Ушакове». — Теперь, пожалуй, команде можно обедать, — сказал с облегчением командир и закурил папиросу. Как и в обычное время, вынесли наверх вино. За обедом собравшиеся матросы из разных отделений корабля спешили обменяться впечатлениями о пережитых напряж{{ё}}нных минутах ожидания боя. Но сейчас «Ушакову» пока ничего не угрожало. Тревожное настроение команды сменилось общим оживлением. Почуяв запах съестного, Калган снова появился на палубе. Казалось, что он тоже понял настроение людей. Калган весело обегал матросские столы. Ему, как общему любимцу, каждый уделял из своей порции куски консервного мяса. Машинист Максимов подманил собаку к себе и, угощая е{{ё}}, сказал: — Не бойся, Калган, японцы ушли. Тварь, а понимает, что такое боевая тревога. Не любит стрельбы. Спокойствие длилось недолго. Опять люди с тревогой стали следить за горизонтом. А там то в одном, то в другом месте начали показываться неприятельские корабли, как будто со всех сторон ими обрастало море. Повороты «Ушакова» участились. Теперь на н{{ё}}м многие с тоской вспоминали прошедшую ночь. Сейчас только тьма могла бы спасти подбитый корабль. А до другой ночи было далеко. В четв{{ё}}ртом часу дня рассмотрели справа по носу шесть больших кораблей, шедших кильватерным строем. Видимость была отличная. Они вс{{ё}} явственней выделя-<noinclude><!-- --> <references /> <center>175</center> </div></noinclude> q5mt0cx7ea7a2in5xy52f5m1epltum8 104 1226265 5729117 2026-07-11T20:41:45Z Butko 139 /* Не вычитана */ Новая: «Донбасс родной, ты снова наш! В Рис. В. ЩЕГЛОВА. «МЫ ВЕРНУЛИСЬ» Вспоминаются тревожные осенние дни 1941 года. Вся страна с болью в сердце следила за ожесточёнными боями, происходившими за каждую шахту, за каждый горняцкий посёлок. Германское командование сосредо...» 5729117 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="Butko" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>Донбасс родной, ты снова наш! В Рис. В. ЩЕГЛОВА. «МЫ ВЕРНУЛИСЬ» Вспоминаются тревожные осенние дни 1941 года. Вся страна с болью в сердце следила за ожесточёнными боями, происходившими за каждую шахту, за каждый горняцкий посёлок. Германское командование сосредоточило на подступах к Донбассу свои отборные войска и итальянские, румынские, венгерские дивизии. По трупам своих солдат немцы лезли вперёд. Сибири, Урала, Караганды и Подмосковья. Они с гордостью говорили: «Мы донбассовские!». И работали по-донбассовски, постахановски — для фронта, для победы! В те дни на защиту Донбасса поднялись горняки. Вместе с частями Красной Армии сражались забойщики, участники знаменитого похода Луганск Царицын. Они самоотверженно дрались за каждый клочок родной земли, но враг был силен. Временно мы вынуждены были оставить родной, любимый край. Донецкие горняки, отходя вместе с частями Красной Армии, целовали землю и клялись: Иван Назаренко в начале войны постунил в одну из горницких школ ФЗО, но мечта его не сбылась. Не пришлось ему рубать уголь на шахте «Центральное-Ирмино». Он рыл оборонительный рубеж, чтобы сдержать бешеный натиск немцев. Три его брата погибли в боях за Украину, старика-отца замучили немцы. Иван уехал в далёкий Кузбасс. Оттуда он продолжал сводить свои счёты с немцами. Молодой горняк завоевал звание лучшего среди всех горняков Прокопьевска. Его усилиями была добыта не одна тонна угля на погибель немцам. Мы не оставим тебя. Донбасс, мы вернёмся! в родную...Когда передавали приказ Сталина, в городе Донском Московской области проходил пленум горкома комсомола. Весть о новой победе была встречена с большим восторгом. Активисты горячо поздравляли друг друга. Многие из них-донбассовские комсомольцы. Пленум послал приветственное письмо прославленным воинам-освободителям. В нем говорилось о производственных победах молодых горняков. И в каждой цифре видно, какие огромные усилия прилагала молодёжь для освобождения родного Донбасса. Это была суровая клятва сынов родному отцу перед тяжким расставанием. Сыновья знали, что батько не покорятся, не станет на колени перед ненавистным врагом, его не испугает сила врага. Он всё вытерпит, но дождется, пока его сыновья соберутся с силой и разобьют цепи, сковавшие Донбасс. Много героев воспитала Украина: Алексей Стаханов, Алексей Семиволос, Никита Изотоз, Пётр Кривонос, Паша Ангелина и сотни других, прославивших родную землю о невиданными, богатырскими делами. Именно здесь, на Украине, была колыбель многих народных движений, которые двигали нашу страну, её технику вперёд. Сегодня ликует народ. Донбасс наш! Легче вздохнулось, но стонут ещё в неволе Полтава, Днепропетровск. зовёт к себе истосковавшееся по свободе Запорожье. Украина ждала своих детей. и они спешили ей на выручку. Алексей Семиволос на Урале устанавливал один за другим производственные рекорды. Надежда Ангелина в частях Красной Армии громила немцев. Донецкая молодёжь вчерашние школьники - пошла работать на шахты Не замедляй взятого темна в работе, шахтёр и машиностроитель, металлург и колхозник, удвой энергию. Враг ещё на нашей земле. Пусть скорее кончится кошмарная ночь Киева и Николаева. Пусть радость освобождения разгладит морщины на лицах киевлян и одесситов. Пусть солице свободы взойдёт над всей украинской землёй! П. ГЕЛЬБАХ. Путь к городу Сталино От военного корреспондента «Комсомольской правды» Дорога идёт мимо штабелей вынутых нашими саперами мин, мимо взорванного моста, который нужно обезжать стороной. мимо немецкого кладбища с многочисленными рядами крестов. «Сталино 74 километра»,-сообщает шлагбаума голубая стрела указателя. Рядом лежит поверженная на землю другая стрела с чёрной готической вязью «Юдовка». электрические подстанции, как правило, взорванные, разбитые, сожжённые немцами. Правда, среди этих сооружений уже теплится жизнь, уже снуют рабочие, уже пилят лес, клепают взгонетки, и этот гул труда далеко и радостно разносится вокруг, заглушая треск пулемётов и утвержлая жизнь над смертью. Снежное осталось позади. Дорога, одетая в камень, а местами в гудрон, идёт среди серых полынных холмов, среди запущенных полей, которые тянутся справа и слева увылой чередой. До войны Донбасс славился не только своим углем, но и своей высокосортной засухоустойчивой пшеницей, своими овощами; теперь, куда ин кинь взор, полынь и осот, изредка промелькнёт клочок кукурузы, золотая полоска подсолнуха, и снова гребнями уходит к горизонту бурьян. Ветер гонит серые клубки перекати-поля; они перебегают дорогу; как зайцы. Вот шахта № 10. Она расположена в красивом лесистом месте, и издали шахтёрский поселок, пожалуй, можно было бы принять за дом отдыха, за санаторий Но когда под'езжаешь к белым домикам ближе, то оказывается, что во всех квартирах все без исключения окна повыбиты, двери сорваны с петель, а болышинство домов это просто-напросто кирпичные коробки, выжженные внутри. Дорога изрыта, покарёжена, разбита. Гудрон вылущился. За два года немцы привели в полную негодность знаменитую донецкую автомагистраль. Первое, что встречаешь на автомагистрали, люди с ручными тачками. Чёрные от усталости женщины влекут тележки, нагруженные узлами и чемоданами, детскими корытцами и этажерками. В освобождённые Красной Армией города и посёлки тянутся те, кто покинул родные места, свой дом, свой кров ещё два года назад, уходя от немцев. Теперь они возвращаются, и хотя каждый почти уверен в душе, что он найдёт вместо дома пепелище, черные пеньки, но он всё-таки идёт и идёт, всё-таки тянет свою тележку, потому что дороже родной земли, дороже того клочка, где ты рос и где рос твой отец, твой дед, нет ничего на свете. И пусть она теперь неузнаваемая, обгоревшая, эта земля, ты всё-таки её узнаешь по одному дыханию, по тем приметам, которые может запомнить только сердце. Немцы пытались добывать на шахте № 10 уголь руками советских военнопленных. При шахте существовал лагерь военнопленных. Женщины рассказали, что раздетых, совершенно разутых краснозрмейцев немцы зимой, в 30-градусный мороз, загоняли в шахту на работу. Пленным выдавали всего по 200 граммов ячменя в сутки и по пол-литра воды на человека. Каждый день на поверхность шахты подпьмали десятки трупов замёрзших и умерших от голода людей. Многих, кого смерть заставала на подземных работах, не убирали из шахт, их оставляли лежать в штольнях с зажатым кайлом в руках. Шахтёры, спустившиеся в шахту уже теперь. после прихода Красной Армии, говорят, что им кажется, будто они слышат в забоях голоса тех погибших в шахте людей. К мести зовут, убежденно сказал нам один старый шахтёр. Но немцы так и не смогли восстановить клеть. Транспорт в Донбассе у оккупантов действовал совсем плохо. Эшелоны десятками скапливались в тупиках в ожидании, когда восстановят путь, взорванный партизанами или же разрушенный советской авиацией. Уже перед Чистяково всё чаще и чаще встречаются сбоку дороги чёрные курганы породы и рядом с ними характерные строения шахт, вышки под'ёмных сооружений, Проезжая по автомагистрали, задерживаясь в городах и посёлках, внимательно присматриваясь ко всему, что встречается справа и слева от дороги, как будто читаешь страшную чёрную книгу фашистского «но- ДОНЕЦКОЙ СТЕПИ В иссиня-чёрное небо взвилась ракета. Взвилась и рассыпалась на сотни маленьких звёздочек, и сразу ударил гром орудий. В воздухе запахло гарью, и в шум канонады вплелось многоголосое «ура». Пехота пошла в атаку. Бой разгорелся на улицах, у шахтёрских домов. Эта ночь была неистовой. Враг пытался задержать наше наступление, делал всё для того, чтобы укрепиться на рубежах. Танкисты прорвались с тыла, смяли оборону противника, ушли далеко вперёд. Пехота закрепляла успехи танкистов. Она уничтожила последние очаги сопротивления врага. Всё это произошло неожиданно и длилось не более часа. Потом раскаты орудий удалились, и в селе наступила тишина неожиданная и потому неприятная. Рассвет наступил медленно, нехотя. В селе, где только недавно отгремел бой, у разбитого «Максима» лежали трое наших бойцов. Рядом с первым номером лежал клочок бумаги, на котором пулемётчик написал всего несколько строк: «Я. горняк. Дел и прадед моя горники, отец мой горняк, три моих брата тоже горняки. Я дрался за Донбасс. Я...» Автор не успел дописать своё письмо, но мы знаем его мысли, мы знаем, что он призывал нас к мести за искалеченные и измученные города донецкой степи, той самой степи, где жили и работали его прадед. дед. отец и он сам... Бой уже шёл далеко на западе, на последних километрах донецкой земли, а по дорогам через село всё шли и шли войска. Крепкие, ладные парни, немного усталые от беспрерывных маршей, схваток, обветренные осенним ветром, они останавливались на короткий отдых в селе, и тогда особенно бросалась в глаза тоска людей по родным местам, томившимся в немецкой неволе. Как люди, долго не видевшие солнца, неистово радуются свету, дню, так и сейчас вот эти парни украинцы, русские, пользуясь коротким привалом, обходили село, заглядывали в разрушенные шахты, дома, на ходу обмениваясь планами, мыслями. Эти люди пришли сюда как хозяева, и по-хозяйски думали они о том, что нужно сделать сегодня, завтра на освобождённой земле, как скорее возродить здесь жизнь. Вечером в село пришли танкисты. Пришли всего на два часа отдохнуть, с тем чтобы снова броситься в бой. Молодой механик-водитель Сергей Цешко взял баян и запел. И полилась над степью донецкой песня: «Спят курганы темные, солнцем опалённые, И туманы серые ходят чередой». Вздохнул баянист, сжал меха баяна и, ни к кому не обращаясь, сказал: - Эх! Бывало возьмешь баян, выйдешь в степь. Девчата тебя под руки. Идёшь и песню поешь, а ветер тебе навстречу такой ласковый, тёплый. Спел баянист, и вспомнилось людям родное, близкое. Стоял рялом с танкистами старый шахтёр, смахнул слезу и пошёл к себе не в дом, а в землянку: дом его сожжён. Ночью танкисты ушли. Танкисты шли широкой донецкой степью. На горизонте вспыхивали зарницы, казалось, само небо Донбасса низвергает громы и молнии на головы немцев. Над головой, в вышине, стоял непрекращающийся рокот наших самолётов. Танкисты обгоняли пехотницев и, перебросившись на ходу приветствиями, уходили вперёд. Встречались по пути и ар- СОЛНЦЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ Родной Донбасс освобожден! Сколько бы немецкие прохвосты ни говорили о своем якобы «планомерном» отступлении, факт изгнания их из Донбасса говорит сам за себя. Донбасс место, где во весь свой рост выпрямился могучий украинский рабочий, Донбасс родина стахановского движения; Донбасс, так нежно, так любовно воспетый украинским народом, его писателями и поэтами - снова наш. вого порядка», двухлетнего хозяйничанья неицев в Советском Донбассе. Когда-нибудь будет написана такая книга во всех её подробностях. Из Чистяково шоссе ведёт на Зургэс. Снова женщины с тачками, снова мины, аккуу- ратными штабельками сложенные вдоль дороги. Нельзя свернуть хотя бы на полметра в сторону от пакатанной колеи справа и слева по обочинам лежат в земле ещё не обезвреженные сапёрами мины. Наступление разбивается так быстро, что сапёры просто не успевают обезвредить все мины, потому что нужно итти и итти влерёд, расчищая дорогу пехоте. Саперы настоящие герои нашего наступления в Донн- бассе. Немцы взорвали и разбили при отступлении гордость Советского ДонбассаЗургэс. Сквозь обгоревшие ажурные конструкции видны клочки светлоголубого сентябрьского неба. Но уже раскапывают из-под щебия машины, уже возятся монтажники над установками с французскими ключами в руках. Зургэсовцы говорят, что из нескольких разрушенных энергоустановок во всяком случае соберут и в ближайшее время пустят в ход одну установку. «А там и другую».лукаво и радостно улыбнувшись, сказал седоусый монтажник. В глазах измученных людей вспыхнул тот блеск, который на протяжении двух лет был запрятан куда-то далеко внутрь Они берутся за всякую работу. Когда к ним обращаются с простым советским словом «товарищ», они воспринимают это с волнением и готовы на любой подвиг. В зелёной посадке красноармейцы, собравшись в кружок, читают свежий номер армейской газеты С их губ срываются восклицания. В числе героев сегодняшних боев за Дойбасс они узнают себя, своих знакомых, своих фронтовых товарищей. Узнают имена: Пожидаева, храброго комсомольца, который в критический момент атаки с возгласом «За родной Донбасс!» подаялся с земли и увлёк бойцов за собой вперед; гвардии сержанта Вдовкина, который расстрелял из пулемета 50 гитлеровцев; гвардии старшего сержанта Абашина, который захватил в бою 105-миллиметровую немецкую пушку, повернул её против врагов и засыпал их снарядами. Короткий привал закончен. Красноармейцы поднимаются с густой травы и опять идут вперёд, тянут за собой станковые пулемёты, несут противотанковые ружья. Нескончаемый тиллеристы и конники. И от лязга гусениц, от конского покота, от рокота моторов в небесной выси степь гудела. За селом, где остановились на всходных танковсты, - балка, поросшая кустаринком. Там немец. Разведка донесла, что противник за ночь оттянул основные своя силы и здесь, в балке, оставил сильное прикрытие из противотанковой артиллерии и усиленных рот автоматчиков. Командир танкистов капитан зорі принял решение: посадить пехотинцев на танки, дерзким броском прорваться сквозь заслон немцев и ринуться вдогонку противнику, оставив окончательный разгром немецкого арьергарда другим пехотным подразделениям. По машинам! пронеслась команда, и то, что ещё несколько мгновений назад казалось мёртвым, люхожим на развалины, вдруг ожило, запромыхало. Ланина тяжёлых «КВ» и «Т-34» с десантами на броне рванула к берегу. Стреляя с ходу. машины перешли реку. Только один танк, в котором был Цешко, немцы подожгли. Танки Охременко прорвались сквозь заслон и ушли вперёд. Подразделение старшего лейтенанта Ковалева, которое должно было разгромить немецкий арьергард. вело напряжённое сражение. Оно нарастало, накалялось с каждой минутой, и вот-вот бойцы должны были ринуться в атаку. Это чувствовалось по напряжённому темпу огня, по тому, как часто из маленьких окончиков на берегу реки поднимались наши солдаты во весь рост и гранатами забрасывали немцев. В это время из нашего горящего танка выскочили танкисты. Одежда танкистов полыхала пламенем. С пистолетами в руках, с возгласами: «За Донбасс! За донецкую землю!» они бросились в логово немцев. | В тысячный раз донецкая степь огласилась мощным русским «ура». Механикводитель Цешко и его друзья бились насмерть. Цешко лично уничтожил 9 немцев, но в схватке с тремя немцами был сражён очередью из автомата. Бой был скоротечным. Немецкий арьергард был частично уничтожен, а частично пленён. ...Украинская степь познала в эти дни много славных подвигов. Шёл бой за каждый городок, за каждый шахтёрский посёлок. И каждое сражение рождало героев, имена которых будут воспеваться в песнях. Не забудет Донбасс подвиг автоматчика-комсомольца Ивана Под'яремного. Он проходил по опустевшим улицам освебождённых донецких городов и посёлков. Он видел горькие слёзы старух, душу ему раздирал плач детей, оставшихся сиротами. Лютая злоба клокотала в душе комсомольца. Он рвался в битву, он просил посылать его на самые трудные и опасные операции. Перед взятием одного населённого пункта Под'яремный с тремя бойцами пошёл в разведку. Они увидели колонну шахтёрок, которую немцы угоняли в рабство. Подяремный решил завязать бой, освободить женщин. Боясь как бы не расстрелять шахтёрок, разведчики вступили в рукопашную схватку с немецкими солдатами. Многие женщины бросились на помощь нашим бойцам. Шахтёрки были спасены. Одна из молодых женщин, освобож вобождённых Под'яремным, расставаясь с ним, сказала: - Дети мои, внуки и правнуки не забудут подвиг твой. Да, кончится война, отгремят раскаты артиллерии, а подвиги тех. кто освободил Донбасс, не померкнут. Майор Н. НИКИТИН. Да он и всегда был нашим. Он не раскрыл своих неисчерпаемых недр наглым пришельцам, он стойко и непримиримо сопротиалялся грязным захватчикам. чтобы теперь, когда над донецкой землёй взошло солнце освобождения, донбасский гудок, по образному выражению Павло Тычины. откликнулся в тон гудку харьковскому... Да здравствует советский Донбасс! Максим РЫЛЬСКИЙ. поток машин идёт к фронту. Он проходит через Харцызск, в котором камни ещё лымятся боем, и течет дальше, к Макеевке. В Харцызске над территорией вокзала стоит густое облако дыма и пыли. В домах на многие кварталы кругом вылетели рамы так велика была сила взрыва, подготовленного немцами. Они взорвали на вокзале все здания и склады, даже будки стрелочников. Харцызск маленький городок, но и в этом маленьком городке Донбасса за два года успела разгуляться кровавая фантазия гуннов. Здание гестапо в Почтовом переулке ежедневно поглощало ни в чем не повинных русских людей, с тем чтобы потом они никогда уже не вернулись обратно. Команды эсэсозцев, предводительствуемые немецким комендантом Харцызска Шульцем, окружали в городе целые кварталы, без разбора хватали мужчин и женщин и волокли их на расправу. Местом расправы служили камера пыток в гестало, стены которой и сейчас забрызганы бурыми пятнами крови, и пустырь за Канатной колонкой. В камере пыток арестованных избивали резиновыми дубинками, кололи булавками, обливали в 30-градусный мороз ледяной водой, а за Канатной колонкой гестаповцы расстреливали русских людей. Так, после зверских пыток за Канатной колонкой были расстреляны рабочий трубопрокатного завода Погорельцев, старик Филя Исакович Чубенко и сотни других русских патриотов. Макееэка... В отместку за поражение немцы принимаются беспорядочно бомбить жилые кварталы города. Но и под бомбами в городе уже начинает теплиться советская жизнь. С передовыми частями вступили в город горком ВКП(б), горсовет. Советский комендант в приказе No1 об'являет об освобождении Максевки от немецко-фашистских мерзавцев. Комсомольцы ищут горком комсомола. Женщины с глазами, полными радостных слёз, обступают бойцов. А бойцам нужно спешить, нужно итти вперёд, потому что бой продолжается. Протианик укрепился на высоте за городом и хочет сдержать наше наступление. На леаом фланге он и один раз и второй кидается в контратаку. Группе автоматчиков даже удается вклититься в наши боевые порядки. Но потом, выгнувшись, как пружина, наша наступающая пехота отбрасывзет их назад. Идёт бой за высоту, за шоссе, которое ведёт на запад, в | Сталино. Вечереет. Опять впереди встаёт Салют, Денбаса мій! О серце України, у жили золоті ти знову кров женеш; весь затуманений од димів злих пожеж, стоїш звитяжцем тьми, мій краю соколиний, у кепці на-бакир, з нащадним автоматом в одній руці і з кайлом у другій, на теріноннім тлі, як лев вінів крилатий, карії з під довгих, темних вій, як зорі юності, горять переді мною, такою теплою усмішною ясною... Так усміхавсь татусь матусеньці моій в хвилини перемог над чорною нужд нуждою, над кривдою життя... Усмішка рідна ця цвіте у всіх серцях і в залпах над Москвою, що радий гуркіт їх луна й нема кінця стальному гомону... Твої сини грозою, Донбасе, далі йдуть.-Ти ж гордою ногою на горло ната став.-Як лист осінній той, Войска Южного и Юго-Западного фронтов отбили у немцев и вернули нашей Роние Донецкий бассейн—важнейший угольный и промышленный район страны. Радостно, учащённо забились сердца наших лодей. Ликует столица, а с ней вся страна. Донбасс освобождён! Много дивизий, полков, покрывших свои знамёна неувядаемой славой, получило персопальные наименования Сталинских. Енакиевских, Иловайской, Чистяковской, Горловских, Дебальцевской, Артемовских, Лисячанской. Константиновских, Макеевской, Славянских. Краматорских. Кто не знает этих городов шахтёрской славы по трудовым делам бойцов угля и металла в годы мирного строительства? Кто не слыхал о несгибаемом мужестве шахтёров в тяжёлые месяцы оккупации? И когда гирлянды ракет взлетали над башнями Кремля и отблески артиллерийского салюта озарили вечернее небо столицы, мы мысленно переносились туда, где отгремели громы жестоких боев, где только-только погасли зарницы пожаров. Встаёт селой Донбасс: бескрайные степи, хранящие в недрах своих неисчислимые богатства. Отсюда ещё Петру I доставили горючий чёрный камень, обладающий чудесным свойством долго х о хранить жар, и Петр сказал: «Сей минерал ежели не нам, то нашим потомкам зело полезен будет». Этими потомками, по-настоящему овладевшими богатствами родных недр, двинувшими во-всю добычу угля на благо народа, оказалось наше поколение. Уже раз-четверть века назад-немцы протянули было свои хищные руки к Донбассу. Они забрались сюда, но ушли с побитым рылом. Красная Армия, партизанские отряды шахтёров вели тогда бои с оккупантами, зарившимися на богатства Донецкого бассейна. Немало немцев нашло тогда свой бесславный конец в донецких степях. А шахтёры, на рукава, взялись откачивать затопленные ы, восстанавшахты, Поднялись ливать сожжённые посёлки. копры возых шахт настоящих подземных фабрик, выросли новые города, умножилась шахтёрская слава. САЛЮТ, ДОНБАСЕ МІЙ! лежить на трупі труп смердючою горою зелено-сірих тих... Мій зоряний герой, підземний тату мій! Надземний мій Едема! Над Сталіно шумить наш прапор у вітрах... Його цілуеш ти, облитий кровію стяг. То кров синів твоїх, мій сонячний Рустома, на зборений ніким, безсмертний у вікан. Це хто обняв тебе?... Чи? широкі груди, як далі вічності, притиснули тебе? Цілуо, хто в вуста тебе? - А звідусюди летять громи вітань... Тя бачиш в нім себе, а він себе в тобі, свого бійця і сижа, над битвою віків, над полум'ям заграв... Осяйний він такий, як день і Батьківщина. Тебе то Сталін наш, мій тато обійняв! І вже ніхто, ніхто, уже навік, ніколи твоїх зірск ясних на тъмаритиме, ні! Про це гудуть тобі гармати вдалині, і в радісних сльозах цвіте донецьке поле! Володимир СОСЮРА. СЛАВА ГОРНЯЦКИХ ГОРОДОВ Люди, попадавшие на центральные улицы, чувствовали себя, словно в Москве - 7:3кое здесь было оживление, столько света заливало площади и улицы п по _ вечерам. Огромный благоустроенный город с обширной площадью зеленых насаждений, связанный трамвайным и автобусным сообщением с окрестными зводами и шахтами, вот таким был до войны город Сталино. Много славных страниц записано в историю городов и шахтёрских посёлков Донбасса. а. Читая в сводках Советского Информбюро об освобождении города Кадиевка, каждый знает, что это родина стахановского движения, ч я, что здесь на шахте Центральная-Ирмино молодой забойщик Стаханов положил начало могучему подёму социалистического соревнования по всей стране. Читая об освобождении от немецких оккупантов города Лисичанска, каждорадостно было знать, что старейший центр угольной промышленности России, ведущий полуторавековую историю, избавлен от немецкой неволи. Макеевку называли украинским Магинтогорском. Население здесь увеличилось за годы советской власти двадцать раз. Летние сады, трамвай, кинотеатры, цирк, асфальтированные улицы всё это вырастало на глазах людей, помнящих Макеевку еще захудалым посёлком. Донбасс шедро дарил советскому народу свои богатства: прекрасный уголь и камень-доломит, огнеупорную глину и соль, фосфориты и ртуть. Донбасс закрыл свои недра, затопил шахты, потушил свои домны, когда вломились сюда оккупанты. В Сталинско-Макеевском районе добывалось наибольшее количество ценных коксующихся углей. Через станцию Макеевка проходила важнейшая железнодорожная магистраль Москва Харьков-Ростов. По всей стране гремела слава района стахановских рекордов: Кадиевки Ирмино. А вот как выглядел город Красный Луч. выросший на месте посёлка. Перед войной здесь уке было 11 школ. горный техникум, музыкальное училище. Дворец культуры, стадион. А вокруг раскинулись 20 больших шахт. Горловка! С именем этого города связана жизнь Никиты Изотова. Здесь он возмужал, закалился в боях с немецкими оккупантами в красногвердейском отряде и прославился своими трудовыми подвигами. Комсомолец-новатор железнодорожного транспорта Кривонос, знатная трактористка Паша Ангелина их трудовая слава родилась тоже здесь, в Донбассе. е Кто бывал в Донбассе, тот никогда не забудет его своеобразный индустриальный пейзаж: звезды на копрах шахт-победителей, конусообразные терриконы, железнодорожные составы и погрузочные ковшибункера над ними, высокие эстакады у металлургических заводов, башни кауперов, В этом важнейшем угольном и промышленном районе страны стремитель мительно вырастали новые города и посёлки. Артёмовск! Кто не знает этого богатейшего района соляных залежей? Подсчитано, что на каждый квадратный километр здесь приходится свыше 800 тысяч тонн соли, мощность отдельных пластов достигает 3040 метров. Сталино, Лисичанск, Горловка. Артёмовск. Макеевка, Кадиевка, Ирмино и другие города Донбасса за время немецкой оккупации изранены, разбиты. Прекрасный памятник Артёму в городе его имени уничтожен. Лучшие здания в донецких городах институты, клубы, школы, больницы, музеи взорваны, разрушены. Тысячи советских людей замучены, расстреляны. 12 вузов. 57 техникумов, 3 тысячи школ, 1045 клубов, 2 тысячи библиотек. 26 дворцов культуры, 1500 кинотеатров-вот что собой представляла в цифрах культура Донбасса. До революции в Донбассе не было ни одного города с населением в 50 тысяч жителей. За годы советского стрительства вырос город Сталино с населением около полумиллиона жителей. Столицу Донбасса заботливо строил, украшал сам народ. Дивизии и полки, получившие почётные наименования донбасских городов, продолжают преследовать и истреблять противника, посмевшего поднять руку, ступить сапогом на священную землю донецких шахтёров. Донецкий бассейн станет скоро тыловым районом, и по восстановленным магистралям эшелон за эшелоном пойдёт уголь в города страны. Не медля ни часа, горняки Донбасса возьмутся за восстановление Своим трудом они поддержат героическое наст наступление Красной Армии, приблизят светлый час нашей победы над непавистным врагом. зарево немцы жгут центр Донбасса. Опять наши сапёры под огнём расчищают путь пехоте, выховыривая из шоссе мины. Беспримерным мужеством наших бойцов давался нам каждый клочок донбасской земли, каждый метр вот этого шоссе, открывавшего ворота к самому центру Донбасса. т. литвинов, заместитель наркома угольной промышленности Союза ССР. Выбитый с важнейшего оборонительного узла в Донбассе, противник пытался я задержаться на подступах k Сталино. Он яростно огрызался огнём, бросал сильные заслоны, отчаянно цепляясь за шоссе. Но и наши усилия сводились к тому, чтобы овладеть этим шоссе. Наши воины шаг за шагом отвоёвывали у немцев метры шоссе, ведущего из Макеевки в Сталино. Вот уже бой перекинулся на небольшой гребешок, через который перекатывает автомагистраль. Гребешок взят, и с него вдруг взору открылся затянутый дымной пеленой город столица Всесоюзной кочегарки. Ещё одно усилие противник сбит и с высоты и начинает отходить в беспорядке. о пяПехота неуклонно преследует его по п там. Она идёт за валом артиллерии, и наши батареи умело переносят этот вал. Отчётливо видно, как всё ближе и ближе придвигаются к городу гребешки разрывов. Вот они уже опот город сплошным полукольцом. Опять впереди пехоты идут сапёры-миножкатели. Волна наступления перекидывается на окрзину города и стремительно проходит через весь город. По разбитому, изрытому шоссе войска Красной Армии входят в столицу у Донбасса. Ан. КАЛИНИН.<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 9nannrlcy2zilc94iqwrfxjhikr0xuf 104 1226266 5729118 2026-07-11T20:43:17Z Butko 139 /* Не вычитана */ Новая: «В ОСВОБОЖДЕННОМ ДОНБАССЕ. На снимке: город Дебальцево, разрушенный немцами. СВЕТЛЫЙ ЧАС С трепетом ждали мы этого часа. И вот возвестила салютом Москва: В город шахтёров, в столицу Донбасса В Сталино наши вступили войска. Радостью, силой, огнём благородным Серд...» 5729118 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="Butko" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>В ОСВОБОЖДЕННОМ ДОНБАССЕ. На снимке: город Дебальцево, разрушенный немцами. СВЕТЛЫЙ ЧАС С трепетом ждали мы этого часа. И вот возвестила салютом Москва: В город шахтёров, в столицу Донбасса В Сталино наши вступили войска. Радостью, силой, огнём благородным Сердца наполняет победный приказ... Снова дыханием чистым, свободным IC матерью-Родиной слился Донбасс. ДОНБАСС МОЙ РОДНОЙ! Каждый день приносит нам радостные, волнующие известия. Красная Армия, с боями продвигаясь вперёд, освобождает всё новые города и сёла. Освободился, сбросил с себя гитлеровскую нечисть и мой родной Донбасс. Его города, его шахты и посёлки изранены. Два года они находились в немецкой неволе. Они истекали кровью, стонали от боли и несчастий, которые принесли гитлеровцы. Но не сдался наш родной, гордый Донбасс. Не страшась виселиц, шахтёры, молодые и старые, саботировали приказы немецкого командования. Не страшась расстрелов, они делали всё, что было в их силах, и даже что было выше их сил, чтобы шахты не давали при немцах угля. И часто бывало так: приезжали немецкие акционеры, собирали всех шахтёров, которые могли работать, и назначали срок начала работы шахты, а на следующий день акционеров находили где-нибудь в глубоком штреке. Донбасс не покорялся, он жил надеждой и верой в победу. Я мысленно представляю себе лица людей, моих товарищей шахтёров, измученных голодом и пытками. В эти дни они светятся радостью и счастьем. Они теперь основа стали свободными, и города, в которых они родились и жили, снова принадлежат им. Я представляю себе встречу горняков с их освободителями, и я радуюсь за нашу ФРОНТОВАЯ НЕДЕЛЯ МОЛОДЫХ ГОРНЯКОВ Сегодня на прахтах нашего района начнётся фронтовая неделя в честь доблестных войск, освободивших родной Донбасс. Мы решили за эту неделю добыть сверх плана не менее 4.500 тонн угля. На наших шахтах работает много молодых горняков, бывших донецких шахтеров. В сентябре они добились новых производственных побед. Сейчас на шахтах ра- СТАХАНОВСКИЙ ПРИВЕТ На шахтах Московского угольного бассейна работает много молодых горняков, приехавших сюда из Донбасса. Потомственная горняцкая молодёжь Всесоюзной кочегарки принимала активное участие в восстановлении шахт Московского бассейна после освобождения их от немецких оккупантов. На восстановленных шахтах молодые горняки много и упорно потрудились, добывая сотни тонн сверхпланового угля для нужд страны. Они делали всё, чтобы покрыть недостаток угля в связи с временной оккупацией Донбасса. Весть об освобождении родной донецкой земли быстро облетела шахты Подмосковья. Вчера редакция связалась по телефону с городом Узловая. К телефону подошёл секретарь городского комитета комсомола тов. Крыжов. Редакция: - Здравствуйте, товарищ Крыжов! Поздравляем вас и молодых горняков шахт Узловского района с крупной победой Красной Армии, освобождением от немецких захватчиков города Сталино и всего Донбасса. Крыжов: - Спасибо. Редакция: Просим. рассказать, как горняцкая молодёжь встретила приказ Верховного Главнокомандующего Маршала Советского Союза товарища Сталина. Крыжов: Весть об освобождении Донбасса быстро облетела все шахты района. за Подём среди горняков исключительный. Многие старые донбассовцы от радости плакали, когда узнали о том, что их родная земля снова стала свободной. Редакция: Расскажите, как работают на ваших шахтах молодые горняки Донбасса. Крыжов: Молодёжь, приехавшая к нам из Сталино, Ирмино, Константиновки, в забоях и лавах всегда задавала тон. Молодые донбассовцы от своих отцов и старших братьев, прославленных шахтёров, упаследовали любовь к углю, умение рубать его по-стахановски. На шахте № 2 прославилась самоотверженным трудом комсомольско-молодёжная смена горного мастера Сапиги. Работают в ней в основном донбассовны. В августе смена добыла сверх плана 2.218 тонн угля. В сентябре смена Саниги так же отлично работает, а сейчас, встав на вахту в честь освободителей Донбасса, смена ещё повысила добычу. В отдельные дни смена Фронтовая вахта «За освобождение Донбасса» ГОРОД Н., 8 сентября. (Наш корр.). Досрочно выполнив августовское задание, коллектив самолётостроительного завода имени Чкалова обязался работать в сентябре ещё лучше. Как только Советское Информбюро сообщило о наступлении наших войск в районе Донбасса, коллектив завода об'явил фронтовую стахановскую вахту «За Советский Донбасс». Все цехи завода работают полным ходом, значительно перевыполняют задания. Особенно АДРЕС РЕДАКЦИИ: Москва, 40. Ленинградское шоссе, улица «Правды», д. 24, 6-й этаж. ТЕЛЕФОНЫ учащейся молодёжи - Д 3-38-90; отдел крестьянской молодёжи - Д 3-38-38; отдел Б3002. Фото С. ГУРАРИЙ. Чёрную нечисть громя и калеча, Уходит на запад грохочущий бой. Пусть расправляют поникшие плечи Каждая лава и каждый забой! В битве с врагом, горячо и сурово Вождя и страны выполняя наказ, Веское слово, шахтёрское слово, Скажет встающий на вахту Донбасс. Александр ЖАРОВ. Родину, за Красную Армию, за её возросшую, закалившуюся в боях силу. В бессильной злобе и ярости, отступая. враг всё сжигал на своём пути. Он хотел превратить Донбасс в страшную зону пустыни. Но Донбасс вновь стал советским. он возродится, он снова станет Всесоюзной кочегаркой. Истекая кровью, враг откатывается всё дальше на запад. Нет такой силы, которая бы могла остановить наших бойцов. Их воля к победе неукротима и боевой порыв неиссякаем. В грохоте боёв, в мощной канонаде аргиллерии и лязге танков наступает второе рождение Донбасса. В родные места возвращаются шахтёры. Ледалёк тот день. когда мы до мельчайших подробностей узнаем о той борьбе и о тех трудностях, которые преодолели шахтёры и партизаны. К старой доброй шахтёрской славе прибавилась новая боевая слава. Шахтёры принимаются за работу. На и. опалённых землях Донбасса будут воздвигнуты новые заводские корпуса, новые шахты, новые дворцы. Мы возродим наш родной Донбасс, и его утоль чёрное золото страны, как прежде, пойдёт в тонки наших заводов. Фронт получит ещё больше танков, самолётов, орудий. Честь и слава нашей Красной Армии! Здравствуй, мой родной Донбасс! Алексей СТАХАНОВ. ботает 31 комсомольско-молодёжная смена и бригада. Каждая из них выполняет план на 120150 и больше процентов. Радость, которую каждый из нас испытывает в связи с освобождением Донбасса, поможет ещё увеличить производительность труда. Н. ПАРУБЕЦ, секретарь Донского горкома ВЛКСМ. выполняет план на 150-160 процентов. Особенно хорошо работает молодой украинский паренёк Перепелица. О нём говорят. что он рубает уголь с такой яростью, будго немца бьёт. Так же хорошо работали смены комсомольцев Сапрунова, Ракитского, Королёва и многих других. Редакция: Расскажите подробно о том. как работали шахты в последние дни. Крыжов: В честь наступления Красе- ной Армии мы проводили фронтовую неделю по добыче угля. Силами комсомольцев неделю было добыто 5.190 тонн угля. Сейчас организуем дальнейшую борьбу за уголь. Вчера проводили воскресник, посвяшённый освобождению Макеевки и других городов Донецкого бассейна. За один день комсомольцы добыли сверх плана 633 тонны угля. Отвечая на победы наших войск в Донбассе, молодые горняки Узловой решили к 12 сентября закончить полумесячный план по добыче угля и создать 15 комсомольско-молодёжных фронтовых смен. Готовясь к 25-летию ВЛКСМ, мы решили вызвать на социалистическое соревнование сталиногорскую комсомольскую организацию. Редакция: Спасибо. Передайте привет молодым шахтёрам вашего района от наших читателей. Крыжов: - Обязательно передам. Прошу через «Комсомольскую правду» передать нашу горняцкую благодарность доблестным воинам Красной Армии, освободившим родной Донбасс. высокой производительностью труда отличается цех, где начальником тов. Савельев. Каждый день коллектив этого цеха выпускает сверх плана самолёт. Дадим фронту ещё больше боевых машин. так заявили токари молодёжной бригады Яковлев. Ходис и Юрьев. Встав на стахановскую вахту, они обязались выполнять сменное задание на 180 процентов. Датский народ не покорен Гитлеровцам не удастся сломить сопротивление датских патриотов СТОКГОЛЬМ, 8 сентября. (ТАСС). О непрекращающемся сопротивлении датских патриотов гитлеровским оккупантам свидетельствует тот факт, что последние вынуждены издавать всё новые приказы, угрожающие датскому народу различными репрессиями за неповиновение. Как сообщает Шведское телеграфное агентство, командующий й германскими оккупационными войсками в Дании генерал Ганнекен опубликовал ещё одно распоряжение. в котором предупреждает датчан о том, что «всякий, кто предоставит убежище или окажет какую-либо иную поддержку или помощь участникам диверсионных актов и саботажа, а также лицам, совершившим или пытавшимся совершить какие-либо вредные для Германии акты, подлежит смертной казни или длительному тюремному заключению». В распоряжении указывается также, что «всякий, кто, зная о готовящемся диверсионном акте или каких-либо других враждебных действиях, не сообщит об этом немедленно немецким властям, подлежит смертной казни или длительному тюремному наказанию». Ганнекен пытается в своём распоряжении склонить датчан на предательство, об'явив, что «все, кто до сих пор узнал что-либо о подготовке антигерманских выступлений, могут избежать наказания, если заявят об этом немецким властям не позднее 8 сентября 1943 г.». Однако факты свидетельствуют о том, что ни свирепые угрозы, ни обещания «помилования» не могут сломить сопротивление датского народа. Датское прессбюро, находящееся в Стокгольме, сообщает. что антигитлеровский саботаж продолжается. В результате диверсионных актов повреждены туннели и мосты на главной железнодорожной линии в Ютландии на расстоянии 15 километров южнее Орхуса. Гитлеровцы арестовали в Копенгагене так много датчто в тюрьмах не осталось мост для их размещения. Поэтому гитлеровцы превратили в тюрьму помещение одной школы. В ней в настоящее время томятся 130 заключённых. Часть арестованных размещена в бывших казармах х датских войск. 100 жертв гитлеровского террора помещены в концентрационном лагере Хорсереде, пользующемся мрачной славой настоящего застенка. О судьбе арестованных гитлеровцами датских офицеров действительной службы и запаса ничего неизвестно. ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Агентство АФИ сообщает из Стокгольма, что. по поступившим ту им туда сведениям, немцы не решаются появляться на улицах Копенгагена в одиночку и ходят только группами. В одном из районов Копенгагена ночь со 2 на 3-е сентября был повреждён трансформатор. Как передаёт агентство Рейтер, ссылаясь на стокгольмское радио, в Швецию прибыло еще около 100 датчан, спасшихся от гитлеровского террора. Среди прибывших 52 офицера и солдата, составлявших личный состав одной из артиллерийских батарей датской армии. Большая часть этих офицеров до их бегства в Швецию вынуждена была в течение е нескольких дней скрываться от преследований гитлеровцев. ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Стокк- гольмский корреспондент агентства Рейтер передаёт, что, несмотря на угрозы смертной казни, акты саботажа в Дании продолжаются. Шведская газета а «Свенска дагбладет» получила сведения о том, что пароход «Ведбю» пришвартованный в канале близ Копенгагенской биржи; вечером 4 сентября был взорван. В тот же вечер в Копенгагене произошло несколько кровавых столкновений. В пятницу 3 сентября вечером немцы застрелили 7 мирных прохожих, одному из которых было 75 лет. В Корсёре матрос Рюбнер Иоргенсен застрелил двух немцев, покончив после этого с собой. РАСПРАВЫ С «РАСПРОСТРАНИТЕЛЯМИ СЛУХОВ» В ГЕРМАНИИ СТОКГОЛЬМ, 8 сентября. (ТАСС). Гитлеровская газета «Остдейчер беобахтер» сообщает, что за последние дни гестапо арестовала группу немцев, которым пред'явлено обвинение в распространении «вредных слухов». Среди арестованных газета называет фамилии Гальвейя из Познани и Вилли Маллера из Франкфурта-на-Одере, которые. как пишет газета, проявили себя как «махровые подстрекатели». Среди арестованных, которых газета называет «вредителями», имеется также несколько женщин, которые были эвакуированы из подвергающихся бомбардировке городов в Познанскую область. В ближайшее время всех их будет судить военный суд в Берлине. Газета недвусмысленно предупреждает, что арестованным нечего рассчитывать на пощаду и что государственная тайная полиция будет свирепо уничтожать все «безответственные элементы», сеющие панику и неверие в победу. Признание исландским правительством Французского Комитета Национального Освобождения НЬЮ-ЙОРК, 8 сентября. (ТАСС). Как сообщает агентство Ассошиэйтед Пресс из Рейкьявика, исландское правительство обявило о своём признании Французского Комитета Национального Освобождения. Диверсии на железных дорогах Верхней Савойи ЖЕНЕВА, 7 сентября. (ТАСС). Швейцарская газета «Журналь де Кенев» сообщает, что подготовлявшееся «правительством» Виши празднование в Верхней Савойе годовщины так называемого петэновского «легиона» было сорвано французскими патриотами, организовавшими ряд диверсионных актов на железных дорогах. Лица, приглашённые на это празднование в Аннеси, не смогли прибыть, так как железнодорожное сообщение с этим городом было прервано. Ночью 28 августа была испорчена железнодорожная линия Тонон-Анмас сначала в Перринье, затем между Бран и Бон-сен-Дидье и, наконец, у Алленж. В Пер-Жюсси, около Реннье, был пущен под откос поезд. В Пренжи, в пяти километрах от Аннеси, путь был настолько разрушен, что оказалось необходимым в течение долгого времени подвозить туда нужное для ремонта оборудование. 29 августа в Анмас не пришёл ни один поезд, так как всякое железнодорожное сообщение с этим городом было прервано Строительство судов в США ВАШИНГТОН, 8 сентября. (ТАСС). По сообщению правительственной морской комиссии, американские верфи в августе выпустили 164 судна общим тоннажем в 1.697 тыс. тонн, в том числе 110 судов типа «Либерти», 15 быстроходных грузовых судов для перевозки сухих грузов, 16 океанских танкеров, 6 каботажных танкеров и др. РЕДАКЦИ литературы и ДЗ-30-56; секретариат - ДЗ-37-65 и ДЗ-31-79; отделов пропаганды и агитации - ДЗ-37-22; комсомольской жизни - Д 3-37-29; отдел МЕТРИЧЕСКОЙ КНИГИ НА 1912 - й ГОДЪ, ЧАСТЬ ПЕРВАЯ, О РОДИВШИХСЯ. 3-31-94; военный отдел - Д 3-36-24; писем - Д 3-30-69; иллюстрации - Д 3-30-22; бюро степографии Д 1-04-76 и Д - Типография газеты «Правда» имени Сталина. ИТАЛИЯ КАПИТУЛИРОВАЛА Сообщение штаба союзных войск в Северной Африке ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Агентство в Северной Африке сообщает о капитуляции Рейтер передаёт, что штаб союзных войск Италии. Заявление Эйзенхауэра ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Агентство Рейтер в радиомолнии ив Нью-Йорка сооб щает, что союзники предоставили Италии перемирие. Ниже приводится текст заявления, опубликованного главнокомандующим вооружёнными силами созников генералом Эйзенхауэром: «Итальянское правительство безоговорочно капитулировало со своими вооружёнными силами. Как главнокомандующий вооружёнными силами союзников я предоставил военное перемирие на условиях, одобренных Соединенным Королевством, Соеди- Заявление Бадольо ЖЕНЕВА, 8 сентября. (ТАСС). Итальянское агентство Стефани передало заявление маршала Бадольо, сделанное сегодня по радио. В заявлении говорится, что итальянское правительство, «признав невозможность продолжать неравную борьбу против превосходящей мощи противника», обратилось к главнокомандующему союзными англо-американскими силами генералу Эй- Выступление адмирала Кэннингхэма о судьбе итальянского флота ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Как передаёт агентство Рейтер, сегодня вечером командующий военно-морскими силами союзников в Средиземном море адмирал Кэцинигхэм сделал по радио заявление, в котором он сообщил, что итальянские корабли, находящиеся в Средиземном море, немедленно должны направиться в Гиб- Отклики в гитлеровской Германии ЖЕНЕВА, 8 сентября. (ТАСС). Гитлеровское агентство германское информационное бюро опубликовало сообщение о капитуляции Италии. «Бадольо, говорится в сообщении, который сам, как и король, ещё недавно отверг даже самую мысль о подобном действии, как клевету, подтвердил капитуляцию через римское радио. Бадольо признал, что он просил Эйзенхауэра o перемирии». Гитлеровское агентство заявляет, что капитуляция Ита- Налеты авиации союзников на Италию, Сардинию, Францию и Бельгию ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Английское министерство авиации сообщает, что самолёты типа «Москито» совершили в ночь на 8 сентября налёт на неприятельские аэродромы и железнодорожные сооружения во Франции и Бельгии. ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). В совместном англо-американском к ом коммюнике говорится, что американские бомбардировщики «Летающая крепость» совершили утром 7 сентября налёт на авиационный завод и аэродром в Брюссель-Эвер (Бельгия) и на об'екты близ Сент-Омера (Франция). Сообщается, что бомбардировка дала хорошие результаты. Самолёты «Либерейтор» атаковали караван судов вблизи голландского побережья. Американские бомбардировщики совершили налёт на сортировочную станцию в Сен-Поле, а английские бомбардировщики «Митчелл» и «Тайфун» атаковали сортировочную станцию в Сент-Омере и аэродромы в Пуа и Абвиле. Операция прикрывалась истребителями «Сандерболт» и «Спитфайр». Сбито два германских истребителя. ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Штаб союзных войск в Северной Африке сооб- РАЗРУШИТЕЛЬНЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ БОМБАРДИРОВОК ГЕРМАНСКИХ ГОРОДОВ ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Агентство АФИ передаёт, что в Лондоне получено письмо, отправленное из Дортмунда одним из насильственно увезенных туда бельгийцев В этом письме рисуются опустошительные последствия налётов на город авиации союзников и упадок духа населения под влиянием этих бомбовых ударов «В настоящее время, говорится в письме, Дортмунд стал мертвым городом. Во время последней бомбардировки города предприятие, на котором я работал, было разрушено. Город испытывает острый Столкновение английских и германских кораблей у французского побережья ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Английское морское министерство сообщило, что во время разведки у французского побережья между Феканом и Сен-Валери утром 8 сентября лёгкие суда английского флота атаковали три патрульных судна и два тральщика противника. В результате торпедной атаки одно из неприятельских патрульных судов подорвалось и затонуло. Послышались дру- ГИТЛЕРОВЦЫ НА ВУЛКАНЕ ЮГОСЛАВСКИЕ ПАРТИЗАНЫ НЕ ДАЮТ ЖИТЬЯ ФАШИСТСКИМ ЗАХВАТЧИКАМ ЖЕНЕВА, 8 сентября. (ТАСС). Из Югославии получены сообщения о том, что за последнее время партизанские отряды, действующие в северной части страны, прервали движение на многих участках железнодорожных линий. Партизаны сожгли железнодорожные станции Плетерница, Чаглин и Пивница и взорвали два железнодорожных моста. Группа партизан-подрывников за несколько дней пустила под откос два немецких бронепоезда и один товарный состав с зерном, направлявшийся в Германию. В центральной части Югославии в результате успешных наступательных операций партизаны освободили от оккупантов свыше 20 населённых пунктов. В боях истреблено около 150 немецких солдат и офицеров и АЛБАНСКИЕ ПАРТИЗАНЫ ГРОМЯТ ОККУПАНТОВ СТАМБУЛ, 7 сентября. (ТАСС). По полуо- ченным из Албании сведениям, там не проходит и дня, в течение которого не были бы совершены нападения партизанских отрядов на немецко-итальянские гарнизоны и их транспортные колонны. Несколько дней тому назад партизанские отряды, действующие в районе Панахода (Южная Албания), окруж окружили и полностью истребили итальянский полицейский отряд в составе 82 человек, посланный из Валоны для реквизиции урожая. В руки партизан попало почти всё вооружение истреблённого полицейского отряда — винтовки, 4 пулемёта и большое количество патронов. В Панахоре партизаны захватили склад, в котором находилось более 100 тонн пшеницы и кукурузы, награбленных у местных крестьян. Партизаны возвратили зерно крестьянам. Партизанские отряды, действующие в Северной Албании, в конце августа совершили ненными Штатами и Союзом Советских Социалистических Республик. Таким образом, я действую в интересах Об'ёдиненных наций. Итальянское правительство обязалось подчиняться безоговорочно этим условиям. Перемирие подписано моим представителем и представителем маршала Бадольо, и оно входит в силу с настоящего момента. Военные действия между вооружёнными силами Обединённых наций и Италией прекращаются немедленно. Все итальянцы, которые действуют, чтобы помочь изгнанию германского агрессора с итальянской территории, получат помощь и поддержку Об'единённых наций» зенхауэру с просьбой о перемирии, которая была принята. «Вследствие этого,—говорится в заявлении, все военные действия против англо-американских вооружённых сил должны быть итальянскими вооружёнными силами повсюду прекращены. Однако итальянские вооружённые силы будут реагировать против возможных атак, исходящих из какого бы то ни было другого направления». ралтар, Триполи, на Мальту, в Хайфу и Александрию. Итальянские корабли, находящиеся в портах Чёрного моря, должны направиться в русские порты. Торговые суда, находящиеся в Эгейском и Чёрном морях и подвергающиеся угрозе захвата немцами, должны быть потоплены или выведены из строя. лин является «предательским ударом» по «защитникам Европы», т т. е. по Германии и её вассалам, и что со времени «преступного удара по Муссолини 25 июля», приведшего к «устранению верного своему союзу с Германией фашистского правительства», германское правительство было якобы подготовлено к этому «открытому предательству» нынешнего итальянского правительства и «предприняло в связи с этим все требуемые военные мероприятия». щает, что 7 сентября бомбардировщики, входящие в состав военно-воздушных сил в Северо-Западной Африке, атаковали посадочные площадки в Фодже, где было сброшено большое количество бомб. Уничтожено 11 вражеских истребителей. Средние бомбардировщики и истребители-бомбардировщики атаковали железнодорожные пути и дороги в северной части Калабрии. Разрушена железная дорога у Сапри. В Требисачче повреждены два железнодорожных моста, а в Лаурии и Лагонегро повреждены дороги и уничтожены автомашины. Средние и лёгкие бомбардировщики совершали налёты на артиллерийские позиции, а также скопления войск и транспорта противника в районе боевых операций. Кроме того, был совершён налёт на товарную станцию в Кротоне и дороги у Катандзаро. Истребители-бомбардировщики атаковали посадочные площадки в Пабиллонисе (Сардиния). Минувшей ночью бомбардировщики совершили налёт на аэродром в Витербо. Авиация союзников потеряла во всех операциях 4 самолёта. недостаток продовольствия, в связи с чем немцы поспешили уменьшить продовольственный паёк иностранных рабочих вдвое. Три четверти населения города лишилось крова. Немецкие власти эвакуируют немецкое население, но насильно оставляют в городе иностранных рабочих». Агентство передаёт, что, по рассказам других бельгийских рабочих, переживших бомбардировку Дортмунда и сумевших после этого бежать из Германии, в городе после налёта английской авиации имели место серьёзные волнения. гие взрывы, вскоре после чего начал тонуть вооружённый тральщик. К этому времени остальные неприятельские суда стали отвечать беспорядочным орудийным огнём. Английские суда продолжали свою атаку. Были слышны новые взрывы, однако из-за темноты было невозможно установить полностью результаты атаки. Все английские суда блапонеся гополучно вернулись в порт, не пон ущерба. несколько десятков усташей. В Езерском р районе партизаны возвратили населению более 800 тоин пшеницы, реквизированной немцами у крестьян и предназначавшейся для отправки в Германию. В конце августа несколько партизанских отрядов совершили внезапное нападение на вражеский гарнизон в местечке Врбанья (область Срем). Истреблено 82 немца, в том числе один майор. Взято в плен 48 усташей В руки партизан попали значительные трофеи, в том числе 105 винтовок, 12 автоматов и много патронов. Через два дня партизанский отряд совершил нападение на немецкую саперную роту у деревни Нештин на Дунае. Партизаны убили 85 немецких солдат и офицеров и 25 немцев взяли в плен. внезапное нападение на немецкий гарнизон в Бицай. Немцы были застигнуты врасплох и разгромлены. Было убито более 70 гитлеровских солдат и офицеров, остальные в беспорядке отступили. Город Бицай освобождён от оккупантов. В руки партизан попало значительное количество стрелкового вооружения и боеприпасов. Почти все мужчины города, способные носить оружие, вступили в партизанский отряд. В течение августа партизанские отряды. оперирующие вдоль шоссейной дороги Муре-Тирана, совершили три нападения на немецкие транспортные колонны. Во время этих операций было уничтожено более 50 грузовиков с различными военными материалами и истреблено до 150 немецких солдат из охраны. В последнее время немцы стали создавать укреплённые пункты через каждые 5 километров для охраны этой важнейшей для них дороги. УСТАНОВЛЕНИЕ ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ СОВЕТСКИМ СОЮЗОМ И ЕГИПТОМ В течение последнего времени Заместитель Народного Комиссара Иностранных Дел И. М. Майский и Премьер-Министр и Министр Иностранных Дел Египта Мустафа Эль Нахас Паша от имени своих Правительств обменялись сообщениями, в результате которых, начиная с 26 августа 1943 года, между обеими странами установлены дипломатические отношения. Достигнутое соглашение предусматривает обмен Посланниками в ближайшем будущем. ОСЬ СЛОМАЛАСЬ У немецкой у машины Всё пошло и вкривь и внось, Под Орлом спустили шины, В Риме поломалась ось. Поломалась с громким треском, Так, что фюрер сам оглох. На запятках Антонеску От испуга чуть не сдох... Пусть водитель из Берлина За рулем ещё сидит, Ось сломалась, вся машина Скоро в пропасть полетит! В. ЛЕБЕДЕВ-КУМАЧ. «Великолепный памятник невиданному в истории | мужеству» Американские газеты о документальном фильме об обороне Сталинграда НЬЮ-ЙОРК, 8 сентября. (ТАСС). Многие американские газеты посвятили восторженные рецензии советскому документальному фильму об обороне Сталинграда, выпущенному в прокат американской кинофирмой «Прамоунт Пикчюр» под названием «Город, который остановил Гитлера,-героический Сталинград». Комментарии к фильму написаны известным драматургом Вексли, текст читает популярный актёр Бриан Донлеви. Газета отмечает исключительный реализм фильма, в котором засняты бои защитников Сталинграда с гитлеровцами и показаны зверства, которые творили немцы. «Это самый замечательный документальный фильм нынешней войны, пишет газета «Нью-Йорк геральд трибюн». Это превосходный кинорепортаж великолепной обороны Советского Союза. Он показывает, что Гитлера в конце концов ждёт поражение». По словам газеты «Нью-Йорк таймс». фильм показывает с большой правдивостью ход великой битвы за Сталинград, которая доходила до невероятного напряжения. «Этот фильм, пишет газета,-даёт яркое представление о пяти героических месяцах обороны города. Фильм запечатлел великую битву во всём её великолепии. Он иллюстрирует доблесть русских и показывает, какие мучения способен преодолеть человеческий дух». Газета «Дейли миррор» называет фильм «великолепным памятником невиданному в истории мужеству и одним из самых реалистичных документов войны». КРОВАВЫЕ РАСПРАВЫ ГИТЛЕРОВЦЕВ С СОВЕТСКИМИ И ПОЛЬСКИМИ ВОЕНКОПЛЕННЫМИ ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Как передаёт агентство АФИ, французские военнопленные, бежавшие из Германии, сообщили, что в концентрационном лагере № 325 гитлеровцы расстреляли и уморили голодом 18 тыс. русских и польских военнопленных. В другом лагере 60 тыс. советских и польских военнопленных подвергаются пыткам электрическим током. НОВЫЙ ОБСТРЕЛ НЕМЦАМИ ТРЕХ ШВЕДСКИХ РЫБОЛОВНЫХ СУДОВ СТОКГОЛЬМ, 8 сентября. (ТАСС). 4 сентября немецкие миноносцы обстреляли три шведских рыболовных судна, находившихся в море севернее Скагена. Миноносцы сделали около 8 выстрелов по этим судам, но не попали в них. В связи с этим фактом газета «Афтонтиднинген» сообщает, что рыбаки Экере и Хене утром 6 сентября не вышли в море, хотя ранее и предполагалось возобновить рыбную ловлю. прекращённую после потопления немецкими эсминцами рыболовных судов «Хермон» и «Весткюстен». Нарушение шведской границы немецким самолётом СТОКГОЛЬМ, 8 сентября. (ТАСС). Как сообщает газета «Свенска дагбладет», штаб обороны Швеции об'явил, что днём 6 сентября над шведскими территориальными водами у юго-западного побережья провинции Сконе пролетел немецкий самолёт. После обстрела зенитной артиллерией самолёт удалился. Открытие пленума ЦИК Гоминдана ЧУНЦИН, 8 сентября. (ТАСС). Как передаёт агентство Сентрал Ньюс, 6 сентября в Чунцине под председательством генералиссимуса Чан Кай-ши открылся 11-й пленум Центрального Исполнительного Комитета Гоминдана. Присутствуют 154 члена и кандидата ЦИК Гоминдана, а также государственные деятели и партийные лидеры. Открытие пленума совпало с неделей памяти основателя Гоминдана и отца китайской республики Сун Ят-сена. Открывая пленум. Чан Кай-ши выразил уверенность в достижении победы. На вечернем заседании пленум избрал комиссию из 11 человек, которой поручена разработка проекта манифеста. С докладом о военном положении выступил военный министр Хо Ин-ции, осветивший мероприятия правительства по реорганизации и строительству армии, проведению закона о воинской повинности, военному обучению и т. д. Пленум почтил трехминутным молчанием память покойного президента китайского правительства Линь Сэня и погибших в войне. Война на Тихом океане ЛОНДОН, 8 сентября. (ТАСС). Штаб обединённого командования вооружёнными силами союзников в юго-западной части Тихого океана сообщает, что американские парашютисты, высадившиеся в долине Маркхэйм, продвинулись вперёд и находятся сейчас на расстоянии 20 миль от Лае (Новая Гвинея). Наступающие с северо-востока австралийские войска быстро продвигаются по направлению к Лае. Вооружённые силы союзников продолжают наступление на Саламауа. РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ Изд. № 617.<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> ayobw4ce6mqr6rc4og5ev3qtqwk6o1w 104 1226267 5729120 2026-07-11T20:47:06Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729120 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>лись над прозрачным горизонтом. А сигнальщики с марса кричали: — Наши — «Аврора», «Олег»… На мостике офицеры уговаривали Миклуху догнать их, полагая, что это русский отряд крейсеров. — Не может быть. Наши вс{{ё}} равно нас догонят. Повернуть на обратный курс, — приказал командир. «Ушаков» сделал поворот, ложась на юг, и над морем заклубилась гигантская петля дыма. Командир сказал правду. Сомнения рассеялись, когда два корабля отделились от отряда в сторону «Ушакова». Неизбежность боя была очевидна. Миклуха по-прежнему был спокоен. Не замечалось ни одной дрогнувшей нотки в его голосе, никакой суетливости в его движениях и жестах. Первым делом он приказал позвать на мостик минного офицера. С безупречной военной выправкой, л{{ё}}гкой походкой к нему подош{{ё}}л красавец брюнет лейтенант Жданов, опрятно одетый в морскую форму, как будто только сейчас изготовленную в петербургском магазине. С матового лица с тонкими изнеженными чертами, не мигая, уставились на командира глубокие карие глаза. По обыкновению, Миклуха не сразу заговорил, пронизывая его своим пытливым взглядом из-под нависших бровей, точно он хотел вдоволь налюбоваться статной фигурой и лицом Жданова: — Борис Константинович, вам ясно, с кем мы будем сейчас иметь дело? Два первоклассных броненосных крейсера идут взять нас живь{{ё}}м, как подранка. На всякий случай приказываю приготовить корабль к взрыву. вс{{ё}}. Потом приходите на совет. — Есть, Владимир Николаевич. Докладываю: в моей каюте уже готовы провода из крюйт-камеры и бомбовых погребов. Заложен динамит и под котлами. Затем командир обратился к старшему офицеру Мусатову: — А вы, Александр Александрович, распорядитесь приготовиться к бою. На корабле оставить одни пробковые матрацы, а вс{{ё}} горючее — за борт. Через некоторое время на мостике начали появляться один за другим офицеры из разных отделений корабля. Они докладывали командиру о выполнении его при-<noinclude><!-- --> <references /> <center>176</center> </div></noinclude> sxou7l5bw5pjdzq6pe6kpkhnu8xuymq 104 1226268 5729121 2026-07-11T22:00:13Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729121 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>каза. Миклуха задержал пришедших и приказал всех остальных офицеров позвать на военный совет. Собравшиеся смотрели на командира с молчаливым удивлением — так он был спокоен и тв{{ё}}рд. Подчин{{ё}}нным импонировали его стойкость и непоколебимость в эти ответственные минуты. С уверенностью он отдавал распоряжения, входя во все мелочи обороны броненосца. На совете Миклуха кратко описал боевую обстановку и предложил офицерам высказать сво{{ё}} мнение. Начиная с самого младшего чина, все офицеры тв{{ё}}рдо говорили об одном — драться, пока хватит сил и снарядов. Миклуха, убеждаясь в готовности каждого умереть на посту, светлел в лице. Его нахмуренные толстые брови поднимались рыжими полукругами, морщины разглаживались. Он был доволен. Все высказывания были проникнуты преданностью родине и долгу. Его беседы о героическом прошлом русских моряков, его система воспитания на боевых традициях адмирала Ушакова не пропали даром. Люди были готовы на подвиг. Миклуха выпрямился и, вытянув куцую правую руку вверх, к развевающемуся андреевскому боевому флагу, воскликнул: — Умр{{ё}}м, но русский флаг на броненосце не опозорим. Будем драться по-ушаковски. По местам, господа! На корабле вновь раздалась короткая дробь-тревога. Было около четыр{{ё}}х часов дня. «Ушаков» свернул на запад. Но два крейсера продолжали за ним гнаться. Теперь они оказались на правой его раковине. Дым от них стлался низко над морем, что бывает при очень сильном ходе. Дальномерщики определили расстояние — до противника было сто кабельтовых. Но оно постепенно сокращалось. Неприятельские корабли вышли на параллельный курс и приблизились к правому траверзу «Ушакова». Уже можно было различить, что первым ш{{ё}}л «Ивате» под флагом контр-адмирала и сзади «Якумо». Это были два первоклассных бронированных крейсера с ходом в двадцать узлов и общим водоизмещением в {{число|19700}} тонн. Их восемь восьмидюймовых орудий и двадцать восемь шестидюймовых могли стрелять на семьдесят пять кабельтовых. «Ушаков» имел только 4126 тонн<noinclude><!-- --> <references /> <center>177</center> </div></noinclude> mi908ugivxovvvego14k8uakr7xmom7 104 1226269 5729122 2026-07-11T22:13:37Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729122 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>водоизмещения и десять узлов хода. Он мог противопоставить неприятелю четыре десятидюймовых и четыpe 120‑миллиметровых орудия. Первые предельно стреляли только на шестьдесят три, вторые — на {{опечатка|пятьдесять|пятьдесят|О1}} кабельтовых. Противник был сильнее почти в пять раз. В официальных документах «Ушаков» числился под рубрикой «броненосец береговой обороны», но матросы корабли такого типа в шутку называли «броненосцы, берегами охраняемые». Мачты «Ивате» запестрели множеством флагов по международному своду. «Ушаков» ответил сигналом: «Разбираем». Через несколько минут штурман Максимов доложил командиру: — Сигнал пока разобран до половины: «Советуем сдать ваш корабль…» Японцы не допускали мысли, что такой маленький русский броненосец будет с ними сражаться. Но они ошибались. Люди корабля жили боевыми традициями знаменитого флотоводца Ушакова. И сам командир Миклуха был его последователем. Отвечая на доклад Максимова, он промолвил: — Ну, а продолжение сигнала и разбирать нечего. И, повернувшись к старшему артиллеристу, он добавил: — Открыть по неприятелю огонь! Миклуха сказал это так спокойно, точно приказал окатить палубу водой. С «Ушакова» всем правым бортом дали залп по «Ивате» — головному адмиральскому кораблю. Взметнувшиеся водяные столбы показали, что получились большие недол{{ё}}ты. Противник ответил ураганным огн{{ё}}м. Но японцы никак не могли пристреляться: в течение десяти минут ни одного снаряда в «Ушакова» не попало. Миклуха скомандовал идти прямо на неприятеля. В это время на «Ушакове» испортился механизм гидравлической горизонтальной наводки в носовой башне. Она успела сделать только четыре выстрела. Командир этой башни лейтенант Тыртов распорядился вращать е{{ё}} вручную. Это была очень трудная работа, но вс{{ё}} же башня изредка продолжала стрелять. На «Ушакове» раздались один за другим страшные взрывы и начались пожары. Командиру доложили, что<noinclude><!-- --> <references /> <center>178</center> </div></noinclude> 8dp06fiqus6bc20yc1htbh27vg32jog 5729123 5729122 2026-07-11T22:13:56Z Lanhiaze 23205 Лат.→рус. 5729123 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>водоизмещения и десять узлов хода. Он мог противопоставить неприятелю четыре десятидюймовых и четыре 120‑миллиметровых орудия. Первые предельно стреляли только на шестьдесят три, вторые — на {{опечатка|пятьдесять|пятьдесят|О1}} кабельтовых. Противник был сильнее почти в пять раз. В официальных документах «Ушаков» числился под рубрикой «броненосец береговой обороны», но матросы корабли такого типа в шутку называли «броненосцы, берегами охраняемые». Мачты «Ивате» запестрели множеством флагов по международному своду. «Ушаков» ответил сигналом: «Разбираем». Через несколько минут штурман Максимов доложил командиру: — Сигнал пока разобран до половины: «Советуем сдать ваш корабль…» Японцы не допускали мысли, что такой маленький русский броненосец будет с ними сражаться. Но они ошибались. Люди корабля жили боевыми традициями знаменитого флотоводца Ушакова. И сам командир Миклуха был его последователем. Отвечая на доклад Максимова, он промолвил: — Ну, а продолжение сигнала и разбирать нечего. И, повернувшись к старшему артиллеристу, он добавил: — Открыть по неприятелю огонь! Миклуха сказал это так спокойно, точно приказал окатить палубу водой. С «Ушакова» всем правым бортом дали залп по «Ивате» — головному адмиральскому кораблю. Взметнувшиеся водяные столбы показали, что получились большие недол{{ё}}ты. Противник ответил ураганным огн{{ё}}м. Но японцы никак не могли пристреляться: в течение десяти минут ни одного снаряда в «Ушакова» не попало. Миклуха скомандовал идти прямо на неприятеля. В это время на «Ушакове» испортился механизм гидравлической горизонтальной наводки в носовой башне. Она успела сделать только четыре выстрела. Командир этой башни лейтенант Тыртов распорядился вращать е{{ё}} вручную. Это была очень трудная работа, но вс{{ё}} же башня изредка продолжала стрелять. На «Ушакове» раздались один за другим страшные взрывы и начались пожары. Командиру доложили, что<noinclude><!-- --> <references /> <center>178</center> </div></noinclude> tvodgx888h9w3ctyecckd3xhxlvi3sp 104 1226270 5729124 2026-07-11T22:21:11Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729124 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>снарядом разбито правое носовое 120‑миллиметровое орудие, взорвались три беседки с патронами, правая сторона батареи разрушена. Началась борьба с пожаром. Это был единственный момент, когда и ушаковские снаряды долетали до противника. — «Ивате» горит! — раздалось на мостике. — Молодцы комендоры, — помедлив, сказал Миклуха, не отрывая глаз от флагманского корабля неприятеля, который на несколько минут был объят пламенем. В последующие моменты боя неприятель держался вне выстрелов «Ушакова». Командиру продолжали докладывать о новых повреждениях: восьмидюймовый снаряд пробил борт у ватерлинии под носовой башней. Было ещ{{ё}} несколько мелких пробоин в борту. Вдруг в боевой рубке вс{{ё}} покачнулось, и весь корабль затрясся от взрыва огромной силы. Снаряд попал в борт под кают-компанией, разворотив в н{{ё}}м большое отверстие. «Ушаков» начал заметно крениться на правый борт. Ни один корабль из 2‑й эскадры не попадал в такое трагическое положение, в каком оказался «Ушаков». Все люди на нем находились на своих местах, все выполняли свой долг, готовые умереть на боевом посту. Но никакая отвага не могла уже спасти броненосец. Бой для него св{{ё}}лся к тому, что быстроходные неприятельские крейсеры, держась вне досягаемости русских снарядов, расстреливали его совершенно безнаказанно. А «Ушаков» не мог ни уйти от них, ни приблизиться к ним. Он уподобился человеку, привязанному к столбу на расстрел. Для одинокого и подбитого корабля таким столбом служило пространство, а вер{{ё}}вками — тихий ход. Но как гордый человек, умирая за свои идеи, не просит пощады у тех, кто приговорил его к смерти, так и «Ушаков», обреч{{ё}}нный на гибель, был непреклонен перед своим врагом. Миклуха-Маклай, наблюдая бой, вс{{ё}} это отлично сознавал. Склонившись впер{{ё}}д и согнув в локтях руки, он принял такую боевую позу, точно он приготовился сам броситься на врага. Под{{ё}}ргав большие рыжие усы, он прохрипел в сторону своих помощников, как бы отвечая на их невысказанные мысли:<noinclude><!-- --> <references /> <center>179</center> </div></noinclude> do09y1gb3ic6gfgz3gfh7obpojihgoa 104 1226271 5729125 2026-07-11T22:28:08Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729125 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{nop}} — Будь у нас большая скорость — я бы пош{{ё}}л на таран. Мы погибли бы, но и противник вместе с нами пошел бы на дно… В боевую рубку поступали сведения о новых бедствиях. Люди крепились и не покидали боевых постов. Многие уже были убиты. Судовые врачи не успевали оказывать помощь раненым. Помимо больших пробоин в корпусе, были повреждения по всему правому борту. Не успели окончательно справиться с пожаром в передней части судна, как запылала кают-компания. В жилой палубе загорелись рундуки с матросскими вещами и бортовая обшивка. Всюду клубился дым, и казалось, что огн{{ё}}м охвачен весь корабль. Но ничто не могло сломить мужества моряков. Они исполняли свои обязанности с таким упорством, точно среди них присутствовал сам великий флотоводец, имя которого носил броненосец. Наконец, носовая башня совсем замолчала. Кормовая продолжала стрелять, но крен судна на правый борт значительно уменьшил угол возвышения е{{ё}} орудий. Пальба из единственной 120‑миллиметровой пушки правого борта стала бессмысленной — снаряды е{{ё}} падали на полпути. Боевая способность корабля была исчерпана. Это больше, чем кто-либо другой, учитывал командир. Он знал, что жизнь разбитого броненосца угасает с каждой минутой. Миклуха куцей рукой потер лоб, потом сделал ею резкий жест, словно что-то решительно отбросил. Только теперь судорога боли исказила его лицо. Но это продолжалось лишь одно мгновение. Словно желая убедиться в стойкости присутствующих в рубке людей, он внимательно посмотрел на них сквозь очки голубыми глазами и сдержанно, как будто решался пустяковый вопрос, сказал: — Пора кончать. Застопорить машины! Прекратить стрельбу! Затопить корабль! Распоряжение командира было передано по всем отделениям броненосца. Спустя минуту-другую орудия замолчали и судно остановилось, вс{{ё}} больше и больше кренясь на правый борт и беспомощно покачиваясь на морской зыби. Через пробоины и открытые кингстоны с р{{ё}}вом врывалось во внутренние помещения море. Трюмные машинисты начали заполнять водою бомбовые погреба.<noinclude><!-- --> <references /> <center>180</center> </div></noinclude> 4emy7lddkjt159orvsldwvju0i0cotb 104 1226272 5729126 2026-07-11T22:32:48Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729126 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>Циркуляционные помпы были взорваны. Теперь уже никакая сила не могла спасти корабль. Командир отдал последний приказ: — Команде спасаться! Оба неприятельских крейсера продолжали стрелять по «Ушакову». Его верхняя палуба стала быстро заполняться матросами. Все шлюпки были разбиты. Поэтому люди с поспешностью хватали матрацы, набитые накрошенной пробкой, спасательные пояса и круги. Одни сразу бросались за борт, другие медлили, словно не решаясь на последний шаг. У дальномеров на штурманской рубке стояли на боевом посту мичманы Сипягин и Транзе вместе с сигнальщиками. Совершенно не защищ{{ё}}нные, они каким-то чудом уцелели от неприятельских снарядов. Старший артиллерист Дмитриев, увидев их, крикнул: — Вы больше там не нужны. Скорее спускайтесь вниз — спасаться! Один за другим они начали сбегать по трапу. В этот момент разорвался снаряд у основания боевой рубки. Сигнальщик Демьян Плаксин, спускавшийся последним, кровавой массой свалился на мостик. «Ушаков» с креном на правый борт медленно погружался в волны. На правом ноке его грот-реи, приводя в ярость врага своею непокорностью, вс{{ё}} ещ{{ё}} развевался боевой андреевский флаг. Под ним, как и накануне, с самого утра стоял часовым квартирмейстер Василий Прокопович. Боцман Митрюков кричал ему: — Вася, спасайся! Но он, оглохший на оба уха, ничего не слышал. Тогда боцман, показывая на борт, махнул ему рукой. Молнией сверкнул взрыв снаряда. Прокопович свалился на сво{{ё}}м посту м{{ё}}ртвый. Митрюков, словно подхваченный ветром, бросился в море. Одна китайская свинья была убита, другая тяжело ранена. Свою боль она выражала надрывным визгом. А боров уцелел и, похрюкивая, прохаживался по палубе среди оставшихся людей. Голодный с утра, он настойчиво требовал корма. В птичьей клетке один угол был разрушен. Из не{{ё}} с кряканьем вылезали утки. На палубе появился и п{{ё}}с Калган. До этого его видели в жилой<noinclude><!-- --> <references /> <center>181</center> </div></noinclude> jbg453e640so4k0q8rgftmzo2feiyxp 104 1226273 5729127 2026-07-11T22:37:45Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729127 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>палубе. Быстрелы очень нервировали его. Он как будто чувствовал, что где-то находится незримый враг, и заливался громким лаем. А сейчас он метался по палубе, то с тревогой заглядывая в лица матросов, находившихся на ней, то наблюдая за теми, кто был уже за бортом. Ему никогда не приходилось видеть свой корабль и команду в таком необычном состоянии. Только после того как броненосец ничем уже не мог угрожать японским крейсерам, они стали к нему приближаться. Вокруг «Ушакова» продолжали падать снаряды. На мостике, заложив руки назад, стоял Миклуха. В солнечных лучах пламенели его рыжие усы. Он не торопился спасаться и не выказывал ни страха, ни тревоги, как будто корабль не тонул, а вс{{ё}} ещ{{ё}} ш{{ё}}л впер{{ё}}д. Вестовой прин{{ё}}с спасательный пояс и положил его у ног командира, но тот не обратил на него никакого внимания. Рядом с Миклухой находились штурман Максимов и артиллерист Дмитриев. К ним подош{{ё}}л старший офицер Мусатов и доложил командиру: — Корабль затопляется. Почти вся команда на воде со спасательными средствами. Раненых выносят наверх. Для них приготовлены спасательные круги. Прощайте, господа! Мусатов пожал всем руки и направился к корме. Через минуту он уже был на спардеке, у правого борта. Держась одной рукой за шлюпбалку, Мусатов другой указывал, как лучше привязывать раненых к спасательным кругам. В этот момент с ростров сорвался горевший баркас. Голова Мусатова, придавленная к шлюпбалке, была расплющена. Смерть наступила мгновенно. На шканцах минно-артиллерийский содержатель Илья Воробь{{ё}}в, снимая рубашку, обратился к раздевавшемуся лейтенанту Тыртову: — Ваше благородие, куда лучше прыгать? В ту сторону, куда корабль валится, или в противоположную? — Голубчик, сам не знаю, первый раз в жизни приходится. Сейчас испытаем, — ответил тот и бросился в воду с левого борта. За ним последовал и Воробь{{ё}}в.<noinclude><!-- --> <references /> <center>182</center> </div></noinclude> jon47p3e9kftoh64q8gf59uolqq8b0i 104 1226274 5729128 2026-07-11T22:46:24Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729128 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>Броненосец «Ушаков» перевернулся вверх килем. Но с минуту он ещ{{ё}} держался на поверхности моря. Из его днища, обросшего ракушками, как рыбьей чешу{{ё}}й, через открытые клапаны кингстонов били высокие фонтаны воды. Внутри опрокинутого корабля раздался глухой взрыв, тяж{{ё}}лый, похожий на вздох. После этого корма броненосца, содрогнувшись, стала быстро погружаться, и над водой торчал только один таран. А через несколько секунд «Ушаков» совсем скрылся под водою. Море кишело людьми. С ними мешались бр{{ё}}вна, разбитые шлюпки, деревянные обломки, столы, реш{{ё}}тки, реи, ящики, анкеры, доски. Кругом слышались вопли страдания раненых, ругань, проклятия и крики. По временам их заглушали взрывы снарядов. Качаясь на волнах, развед{{ё}}нных зюйдовым ветром, моряки не знали, куда плыть. До берега было слишком далеко — ни один пловец не мог бы его достигнуть. А два видневшихся на горизонте неприятельских крейсера не только не предпринимали никаких мер к спасению людей, но даже и теперь не прекращали по ним стрельбу. Такая озлобленная жестокость была вызвана, очевидно, тем, что японцы обманулись в своих надеждах: «Ушаков», представлявший собою незначительную боевую силу, вс{{ё}}-таки в плен им не сдался. За это японцы мстили героям, терпевшим бедствие на морских волнах. Среди пловцов то в одном месте, то в другом поднимались столбы воды. Что-то гулко шл{{ё}}пнулось около минно-артиллерийского содержателя Воробь{{ё}}ва. В ту же секунду, оглуш{{ё}}нный р{{ё}}вом, он был подброшен водяным вихрем вверх. Первое впечатление было такое, что его разорвало на части. Он уже больше ничего не чувствовал и не сознавал. Очнувшись, Воробь{{ё}}в с трудом приходил в себя. Долго ему никак не верилось, что он остался невредим. Только в ногах ощущалась сильная ломота, как будто кто вывернул их, разорвал суставы. Рядом с ним, опираясь на спасательный круг, плавал священник Иона. Его искаж{{ё}}нное лицо в ч{{ё}}рной лохматой бороде, с выкатившимися т{{ё}}мными глазами казалось окаменелым. Повернувшись в сторону противника, он почти бессознательно размашистым жестом благословлял большим золотым крестом морское пространство. Выходило так, точно он загораживался им, как щитом, от действия неприятельских сна-<noinclude><!-- --> <references /> <center>183</center> </div></noinclude> k8ng3rbqw8j2zkzkr6xgjo0n6nickp5 104 1226275 5729130 2026-07-11T23:07:22Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729130 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>рядов. Но они вс{{ё}} равно несли смерть. Недалеко от Воробь{{ё}}ва за большой спасательный круг держалось около тридцати человек. Неприятельский снаряд угодил в его центр. Пламя, дым, кровь, вода, руки и ноги — вс{{ё}} перемешалось и взметнулось вверх огромным столбом. Потом поверхность моря на этом месте окрасилась в розовый цвет, и на ней плавали только куски разорванного круга. Это был последний неприятельский выстрел. Канонада стихла. Слышнее стали крики людей. И что было особенно удивительно — раздавались голоса уток. Истомл{{ё}}нные неволей в тесной клетке на корабле, эти птицы, очутившись на просторе, крякали с какой-то особенной радостью, не подходящей к этим жутким минутам гибели людей. Вода, приносившая всем страдания и мучения, была для уток родной стихией. Вместе с людьми на воде оказался и Калган. Ему было страшно, и, по-видимому, он не понимал того, что произошло. Он жалобно скулил и метался от одного человека к другому, не зная, куда и за кем плыть. Люди сочувствовали мучениям собаки, но ничем не могли помочь любимому соплавателю. Другое четвероногое существо, очутившееся на воде, приводило людей в ужас. С того момента, как затонул корабль, крупный боров не отставал от моряков. На воде у него было одно стремление — на что-нибудь опереться. Как взбеш{{ё}}нный, ничего перед собой не разбирая, он карабкался на деревянные обломки, но они тонули под его тяжестью. Соскользнув с них, боров тут же взбирался и на людей, подминая их под себя. Вынырнув из-под свиной туши, люди в страхе отфыркивались, а боров опять лез то на одного, то на другого человека. Трудно было отбиться от него. В последних усилиях он подплыл к своей очередной жертве, но подвернувшийся на этот раз человек спасался на барабане. Отгребаясь одной рукой, матрос выхватил из-под себя барабан, высоко поднял его и с руганью начал колотить им по свиному рылу. Раздавались глухие удары. При виде этой картины кто-то крикнул: — Так его и надо, жирного ч{{ё}}рта! Японцам помогает нас топить! Из группы людей, в испуге отплывавших от борова, отделился здоровенный рыжий матрос П{{ё}}тр Барышни-<noinclude><!-- --> <references /> <center>184</center> </div></noinclude> dujezwqsi9xez7g7jasf8u2xmt3v7tr 104 1226276 5729131 2026-07-11T23:12:19Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729131 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>ков. Саженными бросками он ринулся на помощь человеку, изнемогавшему в борьбе с обезумевшим животным. Богатырскими руками Барышников подмял под себя борова и сел на него верхом. Под всадником боров, наконец, захлебнулся. Два матроса поддерживали раненого Миклуху, плававшего в спасательном поясе. По старой, освящ{{ё}}нной веками традиции, командир оставил корабль последним. Словно не желая расстаться с тонущим броненосцем, он долго ещ{{ё}} стоял на мостике, когда все люди уже были на воде. Не спеша закрепив на себе спасательный пояс, он вс{{ё}} ещ{{ё}} медлил покинуть свой корабль, с которым у него было связано столько переживаний. Держась за поручни, командир молча оглядывал море, усеянное людьми. Можно было подумать, что он наблюдает обычное купанье команды. Но его, надо полагать, волновали другие мысли. Он свой маленький броненосец береговой обороны, предназначавшийся для операций на внутренних морях, благополучно пров{{ё}}л по чрезвычайно длинному пути через три океана. Он с беззаветной любовью вкладывал энергию и всю свою страстную душу в дело организации судовой службы, а она, при порочном руководстве верхов, требовала от него нечеловеческих усилий. Он сплотил вокруг себя своих подчин{{ё}}нных, поднял среди них дисциплину, мобилизовал их волю на стойкое сопротивление противнику, явно превосходившему их числом и качеством боевых единиц флота. Словом, он сделал вс{{ё}}, чтобы победить. И, однако, использовав все боевые возможности людей и орудий, теперь он один очутился на разбитом и тонущем корабле. Для настоящего моряка и волевого командира это было такое крушение надежд, от которого могло содрогнуться любое закал{{ё}}нное сердце. Но в этом поражении виноват был не он, а те, кто не обеспечил его над{{ё}}жными боевыми средствами. Много он, вероятно, передумал в эти трагические минуты, стоя на мостике и держась за поручни, словно прикованный к ним. И только в самый последний момент, когда корабль, качнувшись, повалился на борт, Миклуха-Маклай вспомнил, что ему нужно спасаться. Перескочив за поручни мостика, он взмахнул руками и, словно в дружеские объятия, бросился в прозрачные воды моря, с которыми за много лет плавания ему при-<noinclude><!-- --> <references /> <center>185</center> </div></noinclude> g6ujqfgitzrz26ba2irqtvp8ajb4taa 104 1226277 5729132 2026-07-11T23:17:57Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729132 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>шлось так крепко сродниться. Здесь, раненный в плечо осколком, командир постепенно изнемогал, а через некоторое время матросы, поддерживавшие его, заметили, что у него беспомощно свешивается голова. Он слабо проговорил: — Оставьте меня. Спасайтесь сами. Мне вс{{ё}} равно погибать… И командир закрыл глаза. Больше он ничего не говорил. Но матросы ещ{{ё}} долго плавали около него и оставили командира только тогда, когда он совсем окоченел. А кругом, выбиваясь из сил и дрожа от холода, люди прощались друг с другом, молились богу, проклинали свою судьбу. Сильные и крепкие моряки, легко держась на воде, помогали спасаться товарищам и передавали им более над{{ё}}жные средства для плавания. Некоторые неунывающие люди даже и в эти страшные минуты сохраняли присутствие духа, шутили, смеялись над своим бедственным положением. Один из матросов плавал с папироской за ухом. — Братцы, нет ли у кого спички закурить? — спрашивал он матросов с такой мольбой, как будто от этого зависело его спасение. Из воды вдруг высунулись босые ноги. Сгибаясь в коленях, они дрыгали, как будто делали гимнастические упражнения. Первым подплыл к ним машинист Григорий Скопов. Он без труда выправил потерявшего равновесие человека. Это оказался опрокинувшийся вниз головой кочегар Сем{{ё}}н Минеев, у которого спасательный нагрудник был подвязан слишком низко. Вместе они поплыли дальше. Только через два часа подошли два японских крейсера: «Ивате» и «Якумо». Спустив шлюпки, они приступили к спасанию людей. К этому времени пловцов разнесло волнами в разные стороны, далеко от места затопления «Ушакова». Пока подбирали из воды людей, стемнело. Последних пловцов, еле живых и окоченевших, искали уже лучами прожекторов. Этим несчастным в темноте было тяжелее, чем на броненосце в боях. Там снаряд мог пролететь и мимо, а здесь они уже захл{{ё}}бывались в холодной пучине моря. Каждому хотелось, чтобы именно на него скорей упал луч прожектора, а луч скользил<noinclude><!-- --> <references /> <center>186</center> </div></noinclude> c9p0fakn7eu6fznnr4qvhrye3ghrs4o 104 1226278 5729133 2026-07-11T23:23:36Z Lanhiaze 23205 /* Вычитана */ 5729133 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>по сторонам, оставляя многих незамеченными. Ужасала мысль, что они не попадут на шлюпку. Спасение закончилось в полной темноте около девяти часов вечера. Из четыр{{ё}}хсот сорока двух человек всего экипажа «Ушакова» на оба крейсера попало живыми триста тридцать девять человек. Среди них не было доблестного командира. Он остался в море и умер как герой. Спасшийся штурман Максимов записал себе на память: — «Японское море. Широта 37° северная и долгота 133° 30' восточная от Гринвича». Это и есть точное обозначение места затопления броненосца «Адмирал Ушаков», достойно носившего имя великого флотоводца. {{heading|24|10. Я расстаюсь с «Орлом»|id=s10}} Командующий броненосцем «Ор{{ё}}л» капитан 2‑го ранга Сидоров, перед тем как пробить боевую тревогу, обратился к офицерам, находившимся около него: — Ну где же нам сражаться против всего японского флота? Наш броненосец весь разбит, артиллерия вышла из строя, снарядов нет. Прид{{ё}}тся, видно, умирать… На это обиженно ответил мичман Саккелари: — Я вам час тому назад говорил: пересадить офицеров и команду на «Изумруд», а броненосец свой утопить. В этом был единственный выход из создавшегося положения. Но вы не обратили внимания на мо{{ё}} предложение. По распоряжению Сидорова пробили боевую тревогу. В это время старший сигнальщик Зефиров доложил: — Ваше высокоблагородие, на «Николае» поднят сигнал по международному своду. — Какой? — спросил Сидоров. Справились по книге свода сигналов и ответили: — «Сдался». Сидоров раскрыл рот и на несколько минут как будто онемел. По-видимому, то, что он услышал, с трудом усваивалось его помутившимся сознанием. Он с таким напряж{{ё}}нным вниманием рассматривал то Зефирова, то офицеров, словно впервые решил изучить лица этих<noinclude><!-- --> <references /> <center>187</center> </div></noinclude> p1l2xymzsv47h6x5q10f9lnta99gd44 5729134 5729133 2026-07-11T23:26:25Z Lanhiaze 23205 оформление 5729134 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Lanhiaze" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>по сторонам, оставляя многих незамеченными. Ужасала мысль, что они не попадут на шлюпку. Спасение закончилось в полной темноте около девяти часов вечера. Из четыр{{ё}}хсот сорока двух человек всего экипажа «Ушакова» на оба крейсера попало живыми триста тридцать девять человек. Среди них не было доблестного командира. Он остался в море и умер как герой. Спасшийся штурман Максимов записал себе на память: — «Японское море. Широта 37° северная и долгота 133° 30′ восточная от Гринвича». Это и есть точное обозначение места затопления броненосца «Адмирал Ушаков», достойно носившего имя великого флотоводца. {{heading|24|10. Я расстаюсь с «Орлом»|id=s10}} Командующий броненосцем «Ор{{ё}}л» капитан 2‑го ранга Сидоров, перед тем как пробить боевую тревогу, обратился к офицерам, находившимся около него: — Ну где же нам сражаться против всего японского флота? Наш броненосец весь разбит, артиллерия вышла из строя, снарядов нет. Прид{{ё}}тся, видно, умирать… На это обиженно ответил мичман Саккелари: — Я вам час тому назад говорил: пересадить офицеров и команду на «Изумруд», а броненосец свой утопить. В этом был единственный выход из создавшегося положения. Но вы не обратили внимания на мо{{ё}} предложение. По распоряжению Сидорова пробили боевую тревогу. В это время старший сигнальщик Зефиров доложил: — Ваше высокоблагородие, на «Николае» поднят сигнал по международному своду. — Какой? — спросил Сидоров. Справились по книге свода сигналов и ответили: — «Сдался». Сидоров раскрыл рот и на несколько минут как будто онемел. По-видимому, то, что он услышал, с трудом усваивалось его помутившимся сознанием. Он с таким напряж{{ё}}нным вниманием рассматривал то Зефирова, то офицеров, словно впервые решил изучить лица этих<noinclude><!-- --> <references /> <center>187</center> </div></noinclude> tn52ukaqp3hd8ufy1xt0c2p5rxf9xrr 104 1226279 5729137 2026-07-12T00:15:34Z Baraban-uragan 121071 /* Вычитана */ 5729137 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="3" user="Baraban-uragan" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|Народъ вѣритъ, что если на русалку надѣть крестъ, то она человѣкомъ сдѣлается (д. Брюховая, Вязник. у.). Въ дер. Мальцевой, Вязник. у., мнѣ разсказывали даже о двухъ случаяхъ, когда на русалкахъ женились деревенскіе парни, причемъ священникъ будто черезъ крещеніе сдѣлалъ ихъ предварительно людьми“<ref>{{razr|Г. К. Завойко}}, Вѣрованія, обряды и обычаи великороссовъ Владимир. губ. (Этн. Обозр. 1914, № 3—4, с. 101).</ref>. Переходимъ къ {{razr|бѣлорусскимъ}} свидѣтельствамъ о русалках: № 7. „Русалки церазъ мяжу ня могуць перайци, оттого и вывялись; бачь, цяперъ земля уся перамѣрана. А спрежда, якъ земля була ня мѣрана, ихъ було много. Бувало, выйци нельзя,—зашлокочаць. А у лѣси, дакъ ноччи только и чутно: гу! гу! гу! гу! Ажъ сумно. Давно колись, старики казали, двюхъ приводзили и къ намъ у дзяревню. Дакъ у ихъ жаноцкое усе, только цыцки большія-большія, ажъ страшно, да волосы довгія. И ничего не говора, только плача й плача, ракой ильлетца, покуль пусьцяць. А як пусьцаць, тогды запяе, заграя, да у лѣсь. Много было. Ну, и нядзѣля ''Граная'', што яны на этой нядзѣли катались, ''грали'' у лѣси: гутата-гу-ляля! гутата-гуляля! Тольки бувало и чутно“<ref>{{razr|В. Р. Романовъ}}, Бѣлорусскій сборникъ. Вып. IV. Витебскъ, 1891. с. 139.</ref>. „Русалки на Граной нядзѣли катаютця. За гэтымъ самымъ у гэту нядзѣлю нихто ня ходзя у лѣсъ: бачъ, опасуютца… На Ковпитой (рѣчкѣ), на курганку, ''роща'' була, дакъ ихъ тутъ самое гульбища було… Дакъ возьмя на бярозу узлѣзя да за голючку волосьсямы привяжатца, да унизъ опуститца, да й колышитца, и кричатъ, да: уу-гу! уу-гу!“<ref>Тамъ же, с. 189—140.</ref> № 8. Русалки „у нядзѣлю послѣ Духа збираюцца у лясу, вѣшаюць ''арели'' (качели) и згукаюць дзѣвокъ, парни по имени: „Ходзице колыхацца“. Тогды усѣ уцекаюць ''поперегъ межи'': черезъ межу оны ни пиряскочуць, бо высоко, а удоль межи догоняць. Зовуць колыхацца у поудзень и ноччу… А у ноччу якъ поѣдуць на ночлег, дыкъ обчерцуць коло сябе кругъ: черызъ кругъ не пирайдзець; яще яи голавешками пугаюць, гоняюцца за ей, а йна за йми,—вяликіе грудзи пиракинець назадъ, бо дужа вяликіе; а волосы у яе длинные,—уся у волосахъ, яна голая… Колибъ русалки догнали, дыкъ ена воче назад пираставила, голову пиравернула бы“<ref>Сборн. II Отд. Ак. Н., т. 72, 1902, № 4, с. 319 (Горецк. у. {{razr|Могил}}. губ.)</ref>. |Народ верит, что если на русалку надеть крест, то она человеком сделается (д. Брюховая, Вязник. у.). В дер. Мальцевой, Вязник. у., мне рассказывали даже о двух случаях, когда на русалках женились деревенские парни, причем священник будто через крещение сделал их предварительно людьми“<ref>{{razr|Г. К. Завойко}}, Верования, обряды и обычаи великороссов Владимир. губ. (Этн. Обозр. 1914, № 3—4, с. 101).</ref>. Переходим к {{razr|белорусским}} свидетельствам о русалках: № 7. „Русалки цераз мяжу ня могуць перайци, оттого и вывялись; бачь, цяпер земля уся перамерана. А спрежда, як земля була ня мерана, их було много. Бувало, выйци нельзя, — зашлокочаць. А у леси, дак ноччи только и чутно: гу! гу! гу! гу! Аж сомно. Давно колись, старики казали, двюх приводзили и к нам у дзяревню. Дак у их жаноцкое усе, только цыцки большие-большие, аж страшно, да волосы довгия. И ничего не говора, только плача й плача, ракой ильлетца, покуль пусьцяць. А як пусьцаць, тогды запяе, заграя, да у лесь. Много было. Ну, и нядзеля ''Граная'', што яны на этой нядзели катались, ''грали'' у леси: гутата-гу-ляля! гутата-гуляля! Тольки бувало и чутно“<ref>{{razr|В. Р. Романов}}, Белорусский сборник. Вып. IV. Витебск, 1891. с. 139.</ref>. „Русалки на Граной нядзели катаютця. За гэтым самым у гэту нядзелю нихто ня ходзя у лес: бач, опасуютца… На Ковпитой (речке), на курганку, ''роща'' була, дак их тут самое гульбища було… Дак возьмя на бярозу узлезя да за голючку волосьсямы привяжатца, да униз опуститца, да й колышитца, и кричат, да: уу-гу! уу-гу!“<ref>Там же, с. 189—140.</ref> № 8. Русалки „у нядзелю после Духа збираюцца у лясу, вешаюць ''арели'' (качели) и згукаюць дзевок, парни по имени: „Ходзице колыхацца“. Тогды усе уцекаюць ''поперек межи'': через межу оны ни пиряскочуць, бо высоко, а удоль межи догоняць. Зовуць колыхацца у поудзень и ноччу… А у ноччу як поедуць на ночлег, дык обчерцуць коло сябе круг: черыз круг не пирайдзець; яще яи голавешками пугаюць, гоняюцца за ей, а йна за йми, — вяликие грудзи пиракинець назад, бо дужа вяликие; а волосы у яе длинные, — уся у волосах, яна голая… Колиб русалки догнали, дык ена воче назад пираставила, голову пиравернула бы“<ref>Сборн. II Отд. Ак. Н., т. 72, 1902, № 4, с. 319 (Горецк. у. {{razr|Могил}}. губ.)</ref>. }}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> fh31hsigrabp04hayk7w6ufusz07lux 104 1226280 5729142 2026-07-12T06:53:47Z KleverI 1083 /* Не вычитана */ Новая: «{{ВАР|{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№33}}'''{{xl|№ 33. [[w:Каравай|Каравай]].}}'''</center> Смѣшать вмѣстѣ 2 {{comment|стакан.|стакана}} молока, 1 чайную чашку растопленнаго масла и 14 яицъ (бѣлки сбить въ пѣну), прибавить столько муки, чтобы вышло негустое тѣсто, влить 1 ложк...» 5729142 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№33}}'''{{xl|№ 33. [[w:Каравай|Каравай]].}}'''</center> Смѣшать вмѣстѣ 2 {{comment|стакан.|стакана}} молока, 1 чайную чашку растопленнаго масла и 14 яицъ (бѣлки сбить въ пѣну), прибавить столько муки, чтобы вышло негустое тѣсто, влить 1 ложку дрожжей, размѣшать, накрыть и поставить въ теплое мѣсто, чтобы тѣсто взошло. Потомъ выбить его лопаткой, положить коринки и {{frac|3|4}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахару, 1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли и дать тѣсту подняться еще раза два, выбивая хорошенько всякій разъ. Вымазать масломъ форму, обсыпать тертыми сухарями, выложить тѣсто и поставить въ печь. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Молока 2 {{comment|ст.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">Масла 1 {{comment|ч.|чайную}} чашку.</p> <p class{{=}}"recLine">Яицъ 14 шт.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли.</p> <p class{{=}}"recLine">Муки 2 {{comment|ф.|фунта}}</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Коринки {{comment|четв.|четверть}} {{comment|ф.|фунта}}</p> <p class{{=}}"recLine">Масла 1 ложку.</p> <p class{{=}}"recLine">3 сухаря.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|ст.|стакана}} мелкаго сахару.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№30}}'''{{xl|№ 34. Хворостъ.}}'''</center> Замѣсить крутое тѣсто изъ 2 яицъ, 3 {{comment|лож.|ложек}} воды, 1 — полторы ложки рома, {{frac|3|4}} стакана сахару и 1 {{comment|ф.|фунта}} муки; раскатать какъ можно тоньше, вырѣзать полоски надѣлать изъ нихъ фигурокъ и опустить въ раскаленое въ кастрюлѣ масло. Когда [[w:Хворост (печенье)|хворостъ]] зарумянится, выбрать дуршлакомъ, сложить на рѣшето, чтобы стекло масло, обсыпать сахаромъ. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Яицъ 2 шт.</p> <p class{{=}}"recLine">Рома 1 — полторы {{comment|лож.|ложки}}</p> <p class{{=}}"recLine">Сахару {{frac|3|4}} {{comment|стак.|стаканов}}</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Муки 1 фунтъ.</p> <p class{{=}}"recLine">Масла для жаренья 2 фунта.</p> {{!)}} </center> <small class{{=}}"note">''Примѣчаніе.'' Можно жарить въ маслѣ пополамъ со свинымъ жиромъ.</small> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> |{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№33}}'''{{xl|№ 33. [[w:Каравай|{{razr|Каравай}}]].}}'''</center> Смешать вместе 2 {{comment|стакан.|стакана}} молока, 1 чайную чашку растопленного масла и 14 яиц (белки сбить в пену), прибавить столько муки, чтобы вышло негустое тесто, влить 1 ложку дрожжей, размешать, накрыть и поставить в теплое место, чтобы тесто взошло. Потом выбить его лопаткой, положить коринку и {{frac|3|4}}&nbsp;{{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара, 1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли и дать тесту подняться еще раза два, выбивая хорошенько всякий раз. Вымазать маслом форму, обсыпать тертыми сухарями, выложить тесто и поставить в печь. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Молока 2 {{comment|ст.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">Масла 1 {{comment|ч.|чайную}} чашку.</p> <p class{{=}}"recLine">Яиц 14 шт.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли.</p> <p class{{=}}"recLine">Муки 2 {{comment|ф.|фунта}}</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Коринки {{comment|четв.|четверть}} {{comment|ф.|фунта}}</p> <p class{{=}}"recLine">Масла 1 ложку.</p> <p class{{=}}"recLine">3 сухаря.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|ст.|стакана}} мелкого сахара.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№30}}'''{{xl|№ 34. {{razr|Хворост}}.}}'''</center> Замесить крутое тесто из 2 яиц, 3 {{comment|лож.|ложек}} воды, 1 — полторы ложки рома, {{frac|3|4}}&nbsp;стакана сахара и 1 {{comment|ф.|фунта}} муки; раскатать как можно тоньше, вырезать полоски наделать из них фигурок и опустить в раскаленное в кастрюле масло. Когда [[w:Хворост (печенье)|хворост]] зарумянится, выбрать дуршлагом, сложить на решето, чтобы стекло масло, обсыпать сахаром. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Яиц 2 шт.</p> <p class{{=}}"recLine">Рома 1 — полторы {{comment|лож.|ложки}}</p> <p class{{=}}"recLine">Сахара {{frac|3|4}} {{comment|стак.|стаканов}}</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Муки 1 фунт.</p> <p class{{=}}"recLine">Масла для жаренья 2 фунта.</p> {{!)}} </center> <small class{{=}}"note">''Примечание.'' Можно жарить в масле пополам со свиным жиром.</small> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center>}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> ldloilx79zun8xcs88zuzlpkcnfb7r7 104 1226281 5729143 2026-07-12T07:10:27Z KleverI 1083 /* Не вычитана */ Новая: «{{ВАР|{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№35}}'''{{xl|№ 35. Обыкновенныя вафли.}}'''</center> Растереть до бѣла {{frac|1|2}} {{comment|ф.|фунта}} масла, всыпать 1 {{comment|ф.|фунт}} муки, размѣшать, развести 3&nbsp;{{comment|стак.|стаканами}} сливокъ, положить {{frac|3|4}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго...» 5729143 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№35}}'''{{xl|№ 35. Обыкновенныя вафли.}}'''</center> Растереть до бѣла {{frac|1|2}} {{comment|ф.|фунта}} масла, всыпать 1 {{comment|ф.|фунт}} муки, размѣшать, развести 3&nbsp;{{comment|стак.|стаканами}} сливокъ, положить {{frac|3|4}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахару и 1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли, прибавить 3 — 4 ложки воды [[w:Померанец|померанцевыхъ]] цвѣтовъ. Разогрѣть вафельную форму, смазать масломъ или воскомъ, положить въ нее немного приготовленнаго тѣста, поставить на огонь и поворачивать ее съ одного бока на другой. Вынувъ [[w:Вафли|вафлю]] изъ формы, обсыпать ее мелкимъ сахаромъ, форму же опять намазать масломъ или воскомъ и налить опять тѣста. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Муки 1 {{comment|ф.|фунт}}</p> <p class{{=}}"recLine">Сливокъ 3 {{comment|стак.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Сахару {{frac|3|4}} {{comment|стак.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">Воды {{comment|помер.|померанцевых}} цвѣтовъ 3—4 {{comment|лож.|ложки}}</p> <p class{{=}}"recLine">1 — 2 ложки масла или {{frac|1|8}} {{comment|ф.|фунта}} {{comment|бѣл.|белого}} воска.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№36}}'''{{xl|№ 36. Вафли рисовыя.}}'''</center> Протереть сквозь сито 1 стаканъ рису, развареннаго въ 2 стаканахъ молока или сливокъ, положить въ него {{frac|3|4}} стакана растертаго масла, {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} сахара, {{frac|1|1|2}} стакана муки, соли, 5 желтковъ, 2 ложки дрожжей, взбитыхъ 5 бѣлковъ, перемѣшать, дать тѣсту подняться и поступать, какъ сказано въ [[#№35|предыдущемъ №]]. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана рису.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахару.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана масла.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 стакана сливокъ или молока.</p> <p class{{=}}"recLine">2 ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">5 яицъ.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> |{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№35}}'''{{xl|№ 35. Обыкновенные вафли.}}'''</center> Растереть добела {{frac|1|2}} {{comment|ф.|фунта}} масла, всыпать 1 {{comment|ф.|фунт}} муки, размешать, развести 3&nbsp;{{comment|стак.|стаканами}} сливок, положить {{frac|3|4}} {{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара и 1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли, прибавить 3—4 ложки воды [[w:Померанец|померанцевых]] цветов. Разогреть вафельную форму, смазать маслом или воском, положить в нее немного приготовленного теста, поставить на огонь и поворачивать ее с одного бока на другой. Вынув [[w:Вафли|вафлю]] из формы, обсыпать ее мелким сахаром, форму же опять намазать маслом или воском и налить опять тесто. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Муки 1 {{comment|ф.|фунт}}</p> <p class{{=}}"recLine">Сливок 3 {{comment|стак.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Сахара {{frac|3|4}} {{comment|стак.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">Воды {{comment|помер.|померанцевых}} цветов 3—4 {{comment|лож.|ложки}}</p> <p class{{=}}"recLine">1—2 ложки масла или {{frac|1|8}} {{comment|ф.|фунта}} {{comment|бел.|белого}} воска.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№36}}'''{{xl|№ 36. Вафли рисовые.}}'''</center> Протереть сквозь сито 1 стакан риса, разваренного в 2 стаканах молока или сливок, положить в него {{frac|3|4}} стакана растертого масла, {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} сахара, {{frac|1|1|2}}&nbsp;стакана муки, соль, 5 желтков, 2 ложки дрожжей, взбитых 5 белков, перемешать, дать тесту подняться и поступать, как сказано в [[#№35|предыдущем №]]. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана риса.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана масла.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 стакана сливок или молока.</p> <p class{{=}}"recLine">2 ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">5 яиц.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center>}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> ltgu0qeot6e6v991kgeym831gqipdlk 104 1226282 5729147 2026-07-12T08:36:36Z KleverI 1083 /* Не вычитана */ Новая: «{{ВАР|{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№37}}'''{{xl|№ 37. Вафли на дрожжахъ, иначе приготовленныя.}}'''</center> Размѣшать {{frac|1|1|2}} стакана теплаго молока, 2 стакана муки и 2 ложки дрожжей, дать подняться, взбить 6 бѣлковъ; {{frac|3|4}} стакана растопленнаго масла растереть...» 5729147 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№37}}'''{{xl|№ 37. Вафли на дрожжахъ, иначе приготовленныя.}}'''</center> Размѣшать {{frac|1|1|2}} стакана теплаго молока, 2 стакана муки и 2 ложки дрожжей, дать подняться, взбить 6 бѣлковъ; {{frac|3|4}} стакана растопленнаго масла растереть до бѣла съ {{frac|1|2}} стакана сахара и 6 желтками, перемѣшать съ тѣстомъ и испечь вафли, какъ сказано въ [[#№35|№ 35]]. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|ч.|чайной}} ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">6 яицъ.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} стакана теплаго молока.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана масла.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана сахару.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№38}}'''{{xl|№ 38. [[w:Пончик|Пышки]] обыкновенныя.}}'''</center> Взять 2 стакана муки, положить 2 или 3 {{comment|лож.|ложки}} дрожжей, долить теплымъ молокомъ до стакана, размѣшать съ мукою. Когда тѣсто поднимется, бить веселкой, прибавить 2 стакана муки, 5 растертыхъ съ {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахару желтковъ, положить 5 {{comment|лож.|ложек}} чухонскаго масла, 5 нетолченыхъ зеренъ кардамона, цедры съ 1 лимона, 1 рюмку рома, {{frac|1|2}} чайной ложки корицы, замѣсить, поставить въ теплое мѣсто и дать подняться. Чрезъ часъ раскатать на столѣ, въ 1 палецъ толщиною, 2 кружка изъ тѣста, которое не должно быть круто. На одинъ изъ кружковъ, класть по {{frac|1|2}}—1 чайной ложки варенья (густаго) кучками (счетомъ до 20), накрыть другимъ кружкомъ и вырѣзывать стаканомъ, |{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№37}}'''{{xl|№ 37. Вафли на дрожжах, иначе приготовленные.}}'''</center> Размешать {{frac|1|1|2}} стакана теплого молока, 2 стакана муки и 2 ложки дрожжей, дать подняться, взбить 6 белков; {{frac|3|4}} стакана растопленного масла растереть добела с {{frac|1|2}} стакана сахара и 6 желтками, перемешать с тестом и испечь вафли, как сказано в [[#№35|№ 35]]. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|ч.|чайной}} ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">6 яиц.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} стакана теплого молока.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана масла.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана сахара.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№38}}'''{{xl|№ 38. [[w:Пончик|Пышки]] обыкновенные.}}'''</center> Взять 2 стакана муки, положить 2 или 3 {{comment|лож.|ложки}} дрожжей, долить теплым молоком до стакана, размешать с мукой. Когда тесто поднимется, бить веселкой, прибавить 2 стакана муки, 5 растертых с {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара желтков, положить 5 {{comment|лож.|ложек}} чухонского масла, 5 нетолченых зерен кардамона, цедры 1 лимона, 1 рюмку рома, {{frac|1|2}} чайной ложки корицы, замесить, поставить в теплое место и дать подняться. Через час раскатать на столе, в 1 палец толщиной, 2 кружка из теста, которое не должно быть круто. На один из кружков, класть по {{frac|1|2}}—1 чайной ложки варенья (густого) кучками (счетом до 20), накрыть другим кружком и вырезывать стаканом,}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> rx5yemlh12yc7g44xdzn7psqn2a0ut3 5729148 5729147 2026-07-12T08:38:21Z KleverI 1083 5729148 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№37}}'''{{xl|№ 37. Вафли на дрожжахъ, иначе приготовленныя.}}'''</center> Размѣшать {{frac|1|1|2}} стакана теплаго молока, 2 стакана муки и 2 ложки дрожжей, дать подняться, взбить 6 бѣлковъ; {{frac|3|4}} стакана растопленнаго масла растереть до бѣла съ {{frac|1|2}} стакана сахара и 6 желтками, перемѣшать съ тѣстомъ и испечь вафли, какъ сказано въ [[#№35|№ 35]]. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|ч.|чайной}} ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">6 яицъ.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} стакана теплаго молока.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана масла.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана сахару.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№38}}'''{{xl|№ 38. Пышки обыкновенныя.}}'''</center> Взять 2 стакана муки, положить 2 или 3 {{comment|лож.|ложки}} дрожжей, долить теплымъ молокомъ до стакана, размѣшать съ мукою. Когда тѣсто поднимется, бить веселкой, прибавить 2 стакана муки, 5 растертыхъ съ {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахару желтковъ, положить 5 {{comment|лож.|ложек}} чухонскаго масла, 5 нетолченыхъ зеренъ кардамона, цедры съ 1 лимона, 1 рюмку рома, {{frac|1|2}} чайной ложки корицы, замѣсить, поставить въ теплое мѣсто и дать подняться. Чрезъ часъ раскатать на столѣ, въ 1 палецъ толщиною, 2 кружка изъ тѣста, которое не должно быть круто. На одинъ изъ кружковъ, класть по {{frac|1|2}}—1 чайной ложки варенья (густаго) кучками (счетомъ до 20), накрыть другимъ кружкомъ и вырѣзывать стаканомъ, |{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№37}}'''{{xl|№ 37. Вафли на дрожжах, иначе приготовленные.}}'''</center> Размешать {{frac|1|1|2}} стакана теплого молока, 2 стакана муки и 2 ложки дрожжей, дать подняться, взбить 6 белков; {{frac|3|4}} стакана растопленного масла растереть добела с {{frac|1|2}} стакана сахара и 6 желтками, перемешать с тестом и испечь вафли, как сказано в [[#№35|№ 35]]. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|ч.|чайной}} ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">6 яиц.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} стакана теплого молока.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана масла.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана сахара.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№38}}'''{{xl|№ 38. Пышки обыкновенные.}}'''</center> Взять 2 стакана муки, положить 2 или 3 {{comment|лож.|ложки}} дрожжей, долить теплым молоком до стакана, размешать с мукой. Когда тесто поднимется, бить веселкой, прибавить 2 стакана муки, 5 растертых с {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара желтков, положить 5 {{comment|лож.|ложек}} чухонского масла, 5 нетолченых зерен кардамона, цедры 1 лимона, 1 рюмку рома, {{frac|1|2}} чайной ложки корицы, замесить, поставить в теплое место и дать подняться. Через час раскатать на столе, в 1 палец толщиной, 2 кружка из теста, которое не должно быть круто. На один из кружков, класть по {{frac|1|2}}—1 чайной ложки варенья (густого) кучками (счетом до 20), накрыть другим кружком и вырезывать стаканом,}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> ij0qwhkhz0ff135u5wb5tb1uqlupag7 5729149 5729148 2026-07-12T08:45:08Z KleverI 1083 5729149 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№37}}'''{{xl|№ 37. Вафли на дрожжахъ, иначе приготовленныя.}}'''</center> Размѣшать {{frac|1|1|2}} стакана теплаго молока, 2 стакана муки и 2 ложки дрожжей, дать подняться, взбить 6 бѣлковъ; {{frac|3|4}} стакана растопленнаго масла растереть до бѣла съ {{frac|1|2}} стакана сахара и 6 желтками, перемѣшать съ тѣстомъ и испечь вафли, какъ сказано въ [[#№35|№ 35]]. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|ч.|чайной}} ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">6 яицъ.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} стакана теплаго молока.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана масла.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана сахару.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№38}}'''{{xl|№ 38. Пышки обыкновенныя.}}'''</center> Взять 2 стакана муки, положить 2 или 3 {{comment|лож.|ложки}} дрожжей, долить теплымъ молокомъ до стакана, размѣшать съ мукою. Когда тѣсто поднимется, бить веселкой, прибавить 2 стакана муки, 5 растертыхъ съ {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахару желтковъ, положить 5 {{comment|лож.|ложек}} чухонскаго масла, 5 нетолченыхъ зеренъ кардамона, цедры съ 1 лимона, 1 рюмку рома, {{frac|1|2}} чайной ложки корицы, замѣсить, поставить въ теплое мѣсто и дать подняться. Чрезъ часъ раскатать на столѣ, въ 1 палецъ толщиною, 2 кружка изъ тѣста, которое не должно быть круто. На одинъ изъ кружковъ, класть по {{frac|1|2}}—1 чайной ложки варенья (густаго) кучками (счетомъ до 20), накрыть другимъ кружкомъ и вырѣзывать стаканомъ, |{{nop}} <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№37}}'''{{xl|№ 37. Вафли на дрожжах, иначе приготовленные.}}'''</center> Размешать {{frac|1|1|2}} стакана теплого молока, 2 стакана муки и 2 ложки дрожжей, дать подняться, взбить 6 белков; {{frac|3|4}} стакана растопленного масла растереть добела с {{frac|1|2}} стакана сахара и 6 желтками, перемешать с тестом и испечь вафли, как сказано в [[#№35|№ 35]]. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">2 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 {{comment|ч.|чайной}} ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">6 яиц.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} стакана теплого молока.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|3|4}} стакана масла.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} стакана сахара.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№38}}'''{{xl|№ 38. Пышки обыкновенные.}}'''</center> Взять 2 стакана муки, положить 2 или 3 {{comment|лож.|ложки}} дрожжей, долить теплым молоком до стакана, размешать с мукой. Когда тесто поднимется, бить веселкой, прибавить 2 стакана муки, 5 растертых с {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара желтков, положить 5 {{comment|лож.|ложек}} чухонского масла, 5 нетолченых зерен кардамона, цедры 1 лимона, 1 рюмку рома, {{frac|1|2}} чайной ложки корицы, замесить, поставить в теплое место и дать подняться. Через час раскатать на столе, в 1 палец толщиной, 2 кружка из теста, которое не должно быть круто. На один из кружков, класть по {{frac|1|2}}—1 чайной ложки варенья (густого) кучками (счетом до 20), накрыть другим кружком и вырезывать стаканом}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> jdz7cmc1ygm6w9fcacsdgx3iseyzl37 104 1226283 5729150 2026-07-12T08:47:56Z KleverI 1083 /* Не вычитана */ Новая: «{{ВАР|такъ, чтобы кучки варенья приходились по срединѣ вырѣзанныхъ [[w:Пончик|пышекъ]]; затѣмъ посыпать листъ мукою, положить на него пышки и поставить на {{frac|1|2}} часа въ теплое мѣсто, наблюдая, чтобы онѣ не очень поднялись. Взять 1 {{comment|ф.|фунт}} русскаго масла, 1 {{comment...» 5729150 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|такъ, чтобы кучки варенья приходились по срединѣ вырѣзанныхъ [[w:Пончик|пышекъ]]; затѣмъ посыпать листъ мукою, положить на него пышки и поставить на {{frac|1|2}} часа въ теплое мѣсто, наблюдая, чтобы онѣ не очень поднялись. Взять 1 {{comment|ф.|фунт}} русскаго масла, 1 {{comment|ф.|фунт}} свинаго или гусинаго сала, 1 ложку спирта, вскипятить, опускать по 5 или 6 пышекъ, и кипятить (10 минутъ). Когда пышки подрумянятся, вынуть дуршлаковою ложкою, положить на пропускную бумагу, посыпать сахаромъ и корицею, сложить на блюдо и подавать горячими. Можно дѣлать для пышекъ и такое жидкое тѣсто, которое даже не раскатывается (оно нѣжнѣе). Въ такомъ случаѣ нужно надѣлать руками 20&nbsp;лепешекъ, и положивъ на каждую по {{frac|1|2}} — 1 чайной ложки варенья, защипать, свалять въ шарикъ, и испечь, какъ сказано выше. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">4 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">5 яицъ.</p> <p class{{=}}"recLine">5 зеренъ кардамона.</p> <p class{{=}}"recLine">1 рюмку рома.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} русскаго масла.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} гусинаго или {{comment|свин.|свиного}} сала.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">1 стаканъ молока.</p> <p class{{=}}"recLine">5 {{comment|лож.|ложек}} чухонскаго масла.</p> <p class{{=}}"recLine">Цедры съ 1 лимона.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} чайной ложки корицы.</p> <p class{{=}}"recLine">Варенья 1 стаканъ.</p> <p class{{=}}"recLine">1 ложку спирта.</p> <p class{{=}}"recLine">Мелкаго сахару и корицы.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№39}}'''{{xl|№ 39. Пышки съ запечеными яблоками.}}'''</center> Сбить въ густую пѣну 10 бѣлковъ и смѣшать съ 10 желтками, растертыми до бѣла съ {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахара, подсыпать понемногу {{frac|1|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} муки и {{frac|1|2}}&nbsp;{{comment|чайн.|чайной}} ложки |так, чтобы кучки варенья приходились посредине вырезанных [[w:Пончик|пышек]]; затем посыпать лист мукой, положить на него пышки и поставить на {{frac|1|2}} часа в теплое место, наблюдая, чтобы они не очень поднялись. Взять 1 {{comment|ф.|фунт}} русского масла, 1 {{comment|ф.|фунт}} свиного или гусиного сала, 1 ложку спирта, вскипятить, опускать по 5 или 6 пышек, и кипятить (10 минут). Когда пышки подрумянятся, вынуть дуршлаговой ложкой, положить на пропускную бумагу, посыпать сахаром и корицей, сложить на блюдо и подавать горячими. Можно делать для пышек и такое жидкое тесто, которое даже не раскатывается (оно нежнее). В таком случае нужно наделать руками 20&nbsp;лепешек, и положив на каждую по {{frac|1|2}}—1 чайной ложки варенья, защипать, свалять в шарик и испечь, как сказано выше. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">4 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">5 яиц.</p> <p class{{=}}"recLine">5 зерен кардамона.</p> <p class{{=}}"recLine">1 рюмку рома.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} русского масла.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} гусиного или {{comment|свин.|свиного}} сала.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">1 стакан молока.</p> <p class{{=}}"recLine">5 {{comment|лож.|ложек}} чухонского масла.</p> <p class{{=}}"recLine">Цедры 1 лимона.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} чайной ложки корицы.</p> <p class{{=}}"recLine">Варенья 1 стакан.</p> <p class{{=}}"recLine">1 ложку спирта.</p> <p class{{=}}"recLine">Мелкого сахара и корицы.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№39}}'''{{xl|№ 39. Пышки с запеченными яблоками.}}'''</center> Сбить в густую пену 10 белков и смешать с 10 желтками, растертыми добела с {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара, подсыпать понемногу {{frac|1|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} муки и {{frac|1|2}}&nbsp;{{comment|чайн.|чайной}} ложки}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 2b0k8x3ts03gik7w0w5zr2b6o7tptpe 5729151 5729150 2026-07-12T08:48:48Z KleverI 1083 5729151 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|такъ, чтобы кучки варенья приходились по срединѣ вырѣзанныхъ [[w:Пончик|пышекъ]]; затѣмъ посыпать листъ мукою, положить на него пышки и поставить на {{frac|1|2}} часа въ теплое мѣсто, наблюдая, чтобы онѣ не очень поднялись. Взять 1 {{comment|ф.|фунт}} русскаго масла, 1 {{comment|ф.|фунт}} свинаго или гусинаго сала, 1 ложку спирта, вскипятить, опускать по 5 или 6 пышекъ, и кипятить (10 минутъ). Когда пышки подрумянятся, вынуть дуршлаковою ложкою, положить на пропускную бумагу, посыпать сахаромъ и корицею, сложить на блюдо и подавать горячими. Можно дѣлать для пышекъ и такое жидкое тѣсто, которое даже не раскатывается (оно нѣжнѣе). Въ такомъ случаѣ нужно надѣлать руками 20&nbsp;лепешекъ, и положивъ на каждую по {{frac|1|2}} — 1 чайной ложки варенья, защипать, свалять въ шарикъ, и испечь, какъ сказано выше. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">4 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">5 яицъ.</p> <p class{{=}}"recLine">5 зеренъ кардамона.</p> <p class{{=}}"recLine">1 рюмку рома.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} русскаго масла.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} гусинаго или {{comment|свин.|свиного}} сала.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">1 стаканъ молока.</p> <p class{{=}}"recLine">5 {{comment|лож.|ложек}} чухонскаго масла.</p> <p class{{=}}"recLine">Цедры съ 1 лимона.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} чайной ложки корицы.</p> <p class{{=}}"recLine">Варенья 1 стаканъ.</p> <p class{{=}}"recLine">1 ложку спирта.</p> <p class{{=}}"recLine">Мелкаго сахару и корицы.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№39}}'''{{xl|№ 39. Пышки съ запечеными яблоками.}}'''</center> Сбить въ густую пѣну 10 бѣлковъ и смѣшать съ 10 желтками, растертыми до бѣла съ {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкаго сахара, подсыпать понемногу {{frac|1|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} муки и {{frac|1|2}}&nbsp;{{comment|чайн.|чайной}} ложки |так, чтобы кучки варенья приходились посредине вырезанных [[w:Пончик|пышек]]; затем посыпать лист мукой, положить на него пышки и поставить на {{frac|1|2}} часа в теплое место, наблюдая, чтобы они не очень поднялись. Взять 1 {{comment|ф.|фунт}} русского масла, 1 {{comment|ф.|фунт}} свиного или гусиного сала, 1 ложку спирта, вскипятить, опускать по 5 или 6&nbsp;пышек, и кипятить (10 минут). Когда пышки подрумянятся, вынуть дуршлаговой ложкой, положить на пропускную бумагу, посыпать сахаром и корицей, сложить на блюдо и подавать горячими. Можно делать для пышек и такое жидкое тесто, которое даже не раскатывается (оно нежнее). В таком случае нужно наделать руками 20&nbsp;лепешек, и положив на каждую по {{frac|1|2}}—1 чайной ложки варенья, защипать, свалять в шарик и испечь, как сказано выше. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">4 стакана муки.</p> <p class{{=}}"recLine">2 ложки дрожжей.</p> <p class{{=}}"recLine">5 яиц.</p> <p class{{=}}"recLine">5 зерен кардамона.</p> <p class{{=}}"recLine">1 рюмку рома.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} русского масла.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} гусиного или {{comment|свин.|свиного}} сала.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">1 стакан молока.</p> <p class{{=}}"recLine">5 {{comment|лож.|ложек}} чухонского масла.</p> <p class{{=}}"recLine">Цедры 1 лимона.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|2}} чайной ложки корицы.</p> <p class{{=}}"recLine">Варенья 1 стакан.</p> <p class{{=}}"recLine">1 ложку спирта.</p> <p class{{=}}"recLine">Мелкого сахара и корицы.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> <center style{{=}}"margin-top:12pt;margin-bottom:12pt">{{якорь|№39}}'''{{xl|№ 39. Пышки с запеченными яблоками.}}'''</center> Сбить в густую пену 10 белков и смешать с 10 желтками, растертыми добела с {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} мелкого сахара, подсыпать понемногу {{frac|1|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} муки и {{frac|1|2}}&nbsp;{{comment|чайн.|чайной}} ложки}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> 7iafahy66amc1hsjxr66g7xyxel7slc 104 1226284 5729155 2026-07-12T08:57:36Z KleverI 1083 /* Не вычитана */ Новая: «{{ВАР|соли. Взять 10 яблокъ, очистить, вынуть середину и наполнить ягодами какого нибудь варенья; яблоки, по одному, обмакнуть въ тѣсто и испечь, какъ сказано въ [[#№38|предыдущемъ №]]. Посыпать сахаромъ съ корицею, облить какимъ нибудь [[w:Сироп|сиропомъ]] или w:Сабайо...» 5729155 proofread-page text/x-wiki <noinclude><pagequality level="1" user="KleverI" />__NOEDITSECTION____NOTOC__<div class="text"></noinclude>{{ВАР|соли. Взять 10 яблокъ, очистить, вынуть середину и наполнить ягодами какого нибудь варенья; яблоки, по одному, обмакнуть въ тѣсто и испечь, какъ сказано въ [[#№38|предыдущемъ №]]. Посыпать сахаромъ съ корицею, облить какимъ нибудь [[w:Сироп|сиропомъ]] или [[w:Сабайон|самбаіономъ]]. <center class{{=}}"prov">Провизія:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">10 яблокъ.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} муки.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|стак.|стакан}} мелкаго сахару, {{frac|1|2}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли. <p class{{=}}"recLine">10 яицъ.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Варенья {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку {{comment|мелк.|мелкой}} корицы.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} {{comment|русск.|русского}} масла и 1 {{comment|ф.|фунт}} свинаго сала.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center> |соли. Взять 10 яблок, очистить, вынуть середину и наполнить ягодами какого-нибудь варенья; яблоки, по одному, обмакнуть в тесто и испечь, как сказано в [[#№38|предыдущем №]]. Посыпать сахаром с корицей, облить каким-нибудь [[w:Сироп|сиропом]] или [[w:Сабайон|сабайоном]]. <center class{{=}}"prov">Провизия:</center> <center style{{=}}"font-size:-1"> {{(!}}width{{=}}100% border{{=}}1 cellspacing{{=}}0 cellpadding{{=}}0 style{{=}}"border-collapse:collapse" {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recLeft"{{!}}<p class{{=}}"recLine">10 яблок.</p> <p class{{=}}"recLine">{{frac|1|1|2}} {{comment|стак.|стакана}} муки.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|стак.|стакан}} мелкого сахара, {{frac|1|2}} {{comment|чайн.|чайной}} ложки соли. <p class{{=}}"recLine">10 яиц.</p> {{!}}width{{=}}50% valign{{=}}top class{{=}}"recRight"{{!}}<p class{{=}}"recLine">Варенья {{frac|1|2}} {{comment|стак.|стакана}}</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|чайн.|чайную}} ложку {{comment|мелк.|мелкой}} корицы.</p> <p class{{=}}"recLine">1 {{comment|ф.|фунт}} {{comment|русск.|русского}} масла и 1 {{comment|ф.|фунт}} свиного сала.</p> {{!)}} </center> <center><hr style{{=}}"width:4em;height:2px;margin-top:12pt;margin-bottom:12pt;background-color:black"></center>}}<noinclude><!-- --> <references /> </div></noinclude> sbe7edygbrrjvza2re4930pq8bez2dy 10 1226285 5729156 2026-07-12T09:48:47Z Vladis13 49438 Новая: «''{{{1}}}''» 5729156 wikitext text/x-wiki ''{{{1}}}'' bm40ldk8ox7uf2bixro8xf91gp60dx9 5729157 5729156 2026-07-12T09:51:09Z Vladis13 49438 5729157 wikitext text/x-wiki : {{{1}}} 5s46zljllyoje4ji6ex1cxiocctaiux 5729158 5729157 2026-07-12T10:04:22Z Vladis13 49438 5729158 wikitext text/x-wiki <p style="padding-left:2em; text-indent:0;">{{{1}}}</p> 45g14uykx07gbsyxnqzkw72rjmzs2ub 5729159 5729158 2026-07-12T10:06:29Z Vladis13 49438 5729159 wikitext text/x-wiki <p style="padding-left:2.5em; text-indent:0;">{{{1}}}</p> jkrjz11l47adv5i10o23gu9qg1597l9 5729160 5729159 2026-07-12T10:07:26Z Vladis13 49438 5729160 wikitext text/x-wiki <p style="padding-left:2.2em; text-indent:0;">{{{1}}}</p> a0e2bf27y3vc01l385yb5e2h1wn5hyd 14 1226286 5729162 2026-07-12T11:07:09Z Butko 139 Новая: «[[Категория:Языки по алфавиту]] [[Категория:Словакия]]» 5729162 wikitext text/x-wiki [[Категория:Языки по алфавиту]] [[Категория:Словакия]] jgonxjcpqw5zvhdjd8sm7af6kwbkhkb 14 1226287 5729170 2026-07-12T11:22:12Z Butko 139 Новая: «[[Категория:Азербайджан]] [[Категория:Языки по алфавиту]]» 5729170 wikitext text/x-wiki [[Категория:Азербайджан]] [[Категория:Языки по алфавиту]] 91aw0xwy1h27u6v1s0otwwo5v4fzoco 14 1226288 5729173 2026-07-12T11:29:43Z Butko 139 added [[Category:Адыгея]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729173 wikitext text/x-wiki [[Категория:Адыгея]] ars6td7009c3xewfmg2g5whi2g0baj2 5729174 5729173 2026-07-12T11:29:52Z Butko 139 added [[Category:Языки по алфавиту]] using [[Help:Gadget-HotCat|HotCat]] 5729174 wikitext text/x-wiki [[Категория:Адыгея]] [[Категория:Языки по алфавиту]] qxfitbyqo0ndfgz4je0jkznmkgitovz 14 1226289 5729177 2026-07-12T11:35:16Z Butko 139 Новая: «[[Категория:Армения]] [[Категория:Языки по алфавиту]]» 5729177 wikitext text/x-wiki [[Категория:Армения]] [[Категория:Языки по алфавиту]] hsm3zkx6d5kr8iyzx41z4zk100rzuvy 14 1226290 5729182 2026-07-12T11:37:41Z Butko 139 Новая: «[[Категория:Болгария]] [[Категория:Языки по алфавиту]]» 5729182 wikitext text/x-wiki [[Категория:Болгария]] [[Категория:Языки по алфавиту]] n418jetnk8r90f1spwzuc07nu2iulnx 14 1226291 5729187 2026-07-12T11:54:07Z Butko 139 Новая: «[[Категория:Грузия]] [[Категория:Языки по алфавиту]]» 5729187 wikitext text/x-wiki [[Категория:Грузия]] [[Категория:Языки по алфавиту]] 62kna1qu26fy89zjhtbtp323sa04syn 14 1226292 5729194 2026-07-12T11:57:27Z Butko 139 Новая: «[[Категория:Дания]] [[Категория:Языки по алфавиту]]» 5729194 wikitext text/x-wiki [[Категория:Дания]] [[Категория:Языки по алфавиту]] p05gj0wtz9gjxt18xagltcgj89c5xdg